Автор: Сорокина В.
Газета «Суть Времени» Категория: Социальная война
Просмотров: 2841

Описан сильнейший удар по основам нашего социума: форсайт-проект "Детство-2030" и совокупность законопроектов в сфере семьи и детей.

Что же Россия? О ее выборе
Россия (ее большинство), несмотря на более чем двадцатилетнюю обработку, не принимает навязываемые ей антинормы и патологичные ориентиры Запада. Россия остается верна семейным ценностным ориентирам

Гендерная революция?
Несмотря на поддержку политиков, власти, международных структур, направленное финансирование и информационное обслуживание, гендерное равенство продвигается небыстро

Дезинформаторы
Любой, умеющий читать, видит, что Ланин, не стесняясь, лжет

Гомосексуальная семья – далее со всеми остановками…
Такая вот наука, так малодушно сдавшаяся в вопросе о гомосексуализме. Что было бы с миром, если бы так же бы сдался Джордано Бруно?

В какое семейное будущее толкают Россию?
Чаще всего дети идут по пути, проложенному семьей, в которой они росли. А жизнь все реже предоставляет ребенку возможность воспитываться в полной нормальной семье

Семья: от Сталина до перестройки
Сталинская система заложила огромный запас прочности не только для государства (которое разрушают и обворовывают более 20 лет), но и для российской постсоветской семьи

Реформа образования или война на уничтожение? Выступление Владимира Семенко на Съезде родителей России
Логика всей проводимой ныне образовательной реформы, в конечном счете, приводит к тому, что субъекты образовательного процесса начинают мыслиться не как учреждения, которые несут знания учащимся, а как коммерческие предприятия, которые должны приносить доход
Сирот, о которых так плачут наши либералы и оранжисты, наплодили они сами. Выступление Надежды Храмовой на Съезде родителей России
Надо понять, что кроме родительского движения телегу под названием «образование» не вытащит никто
Вот это – народная страсть! Выступление на Съезде родителей России
Мы зацепили не только политический нерв, мы зацепили какую-то очень важную струну в душе народа, и я верю, что чаяния матерей России с нами, и отступать нам некуда

От какого «семейного наследия» мы отказываемся? Часть II
Это было единство социальных ролей, подкрепленное общим подвигом и невиданным трудом
Пиррова победа вариативности
Максимальная индивидуализация — это когда каждый индивидуум получает свое образование. И как после этого собравшиеся вместе индивидуумы будут работать на одном заводе или в одном институте?

Будем ли мы воевать?
Когда мы сталкиваемся с подобными расчеловечивающими законами, понимаем ли мы, во что хотят превратить наших детей, наши семьи, все человечество?

Практикум по ювенальной юстиции
Нет и не может быть ни одного родителя, который смог бы просочиться сквозь уже изготовленные и ныне плетущиеся сети ювенальной системы

Пятая колонна ЮЮ в России и ее хозяева. Часть III
Покидая свою бывшую колонию, метрополия всегда оставляет преданные себе кадры с психологией предателей. Уходя из России, международные фонды оставили вместо себя российскую пятую колонну, и из посеянных ими семян вырастут зубы дракона

Пятая колонна ювенальной юстиции в россии и ее хозяева. Часть II

Семья как патология – вот к чему мы должны прийти под водительством Совета Европы, ЮНИСЕФ и пр. И бессемейность как норма

Пятая колонна ювенальной юстиции в России и ее хозяева
Кто в России продавливает «права ребенка»

По ту сторону семьи. Форсайт-проект «Детство-2030», часть III
Нужно быть очень бдительными, внимательно и заинтересованно разбираться, чтобы увидеть очередной бесстыдный подлог того или иного масштаба и, начав действовать, не допустить его

По ту сторону семьи. Форсайт-проект «Детство-2030», часть II
Несмотря на то, что выкладки форсайт-проекта очень похожи на антиутопию или шизофренический бред, несмотря на то, что у нашей общественности они встречают резкое неприятие, проект упорно продвигают и пытаются легализовать

По ту сторону семьи
Форсайт-проект «Детство-2030»: нужен расчеловеченный кретин для кретинической ориентации в кретиническом будущем – чтобы его хозяин одним пинком отправлял его по нужной этому хозяину кретинической траектории

Социоцид – 2
Правящий класс России намерен низвести общество до состояния легко управляемой биомассы

Социоцид
Четыре основных направления удара по российскому обществу


Что же Россия? О ее выборе


Россия (ее большинство), несмотря на более чем двадцатилетнюю обработку, не принимает навязываемые ей антинормы и патологичные ориентиры Запада. Россия остается верна семейным ценностным ориентирам

 

Социальная война
Вера Сорокина , 28 марта 2013 г.
опубликовано в №20 от 20 марта 2013 г

 

Гей-парад Christopher Street Day в Берлине. Фото с сайта darkroom.baltimoresun.com Вы испытываете необъяснимый страх? Или отвращение?

Есть ли в мире кто-то, кроме России, кто против навязываемого тотального «голубого миропорядка»? Могут ли быть у нее союзники?

В предыдущих статьях мы рассмотрели ситуацию в Европе.

США, в отличие от Европы, не столь покорно прогибаются перед внедрением гомосексуальных и прочих новонорм, хотя именно с Америки все и началось. В США пока не идет речь о принятии общенациональных законов по однополым бракам, несмотря на то, что глава сверхдержавы президент Обама — за. В период президентской кампании (именно 9 мая 2012 г.) Обама публично заявил, что он лично поддерживает идею легализации однополых браков, но законодательно пусть решает каждый штат самостоятельно. Мало того, переизбравшись, Обама выпустил директиву, объявляющую борьбу за права секс-меньшинств за рубежом приоритетом американской политики, наряду с несением демократии. Однако американское общество пока еще окончательно не готово и по этому вопросу практически делится пополам. Пока однополые браки узаконены в 9 штатах из 50, в 39 — браки запрещены. Ряд штатов узаконил иные формы однополых союзов, их брачные права разнятся.

Латинская Америка к однополым бракам в основном лояльна, но доля населения, поддерживающая однополые браки, здесь ниже, чем в США. В 2010г. однополые браки в Латинской Америке поддерживали 26,8 %, в США — 47,4 %. Объясняется такая «несовременность» влиянием церкви.

В Азиатско-Тихоокеанском регионе и в Центральной Азии права гомосексуалов находятся в основном под запретом. То есть однополые браки и гражданские союзы не входят в общенациональную политическую повестку стран региона. Единственная страна, легализовавшая гражданские однополые союзы и однополые браки, — Новая Зеландия. В Китае, Индии однополые отношения разрешены, но закона об однополых браках нет.

В Африке и на Ближнем Востоке гомосексуализм считается позорным явлением, во многих странах объявлен вне закона. В ряде исламских стран (Саудовская Аравия, Иран, Судан, ОАЭ) приняты законы о смертной казни для геев и лесбиянок. В других странах не казнят, но сажают надолго, а также жестко реагируют. Так, на угрозу британского премьера Д. Кэмерона лишить финансовой и гуманитарной помощи глава МИДа Танзании заявил: «Мы не согласны узаконить эту глупость, для того чтобы получать помощь и деньги. Гомосексуализм не является частью нашей культуры, и наши законы его не предусматривают». Исключение составляет ЮАР, где после окончания апартеида при пересмотре правовой системы в 90-е гг. были узаконены гомосексуальные браки.

Против гомосексуальных браков, помимо мусульманских стран, выступают страны с православной культурой: Россия, Сербия, Болгария. Гей-парады проходят по всему миру: в Риме, Париже, Мадриде, Лондоне, Берлине (в 2012 г. собралось 700 тыс. участников во главе с мэром-геем), уже и в Шанхае и т. д. И лишь в православных столицах они вызывают жесткий общественный, церковный и даже государственный отпор. Конечно, последнее — реже. Только Россия себе позволяет это.

В Сербии однополые отношения разрешены, но закона об однополых браках нет. Есть закон, запрещающий дискриминацию на почве сексуальной ориентации. В 2010 г. в Белграде на гей-параде 5 тыс. сербских полицейских, защищая 1 тыс. участников парада, столкнулись с жестким протестом 6 тыс. антигеевских демонстрантов. Лишь к вечеру бунтующая молодежь была разогнана, сотни протестующих были арестованы. И хотя 60 % сербов не приемлют гомосексуализм, а треть вообще ратует за силовой разгон подобных акций (накануне 11 тысяч жителей столицы протестовали против проведения акции), гей-парад с участие чиновников Евросоюза состоялся. Сербия продемонстрировала свою лояльность по отношению к европейским ценностям. Для секс-меньшинств это мероприятие стало событием историческим.

Россия явно не демонстрирует лояльности по отношению к таким европейским ценностям. В России однополые отношения разрешены, но нет закона, разрешающего однополые браки. Подстрекание к ненависти на почве сексуальной ориентации запрещено, но запрещены также демонстрации сексуальных меньшинств.

В западных цивилизованных государствах гей-парады проходят в виде гей-карнавалов. По улицам проходят полуобнаженные костюмированные гей-активисты, они танцуют, а благодарные обыватели, стоя по сторонам улиц, смотрят на это, так сказать, развлечение. Кому не нравится — не смотрят. Западная церковь старается быть толерантной.

Но для большинства россиян такие акции не развлечение, а надругательство и пропаганда разврата. Отнюдь не случайно в прогеевской пропаганде, которая неустанно ведется в интернете, проблема неприятия переводится на бытовой уровень: «Ну, чего так волноваться… Я вот, например, кипяченое молоко не выношу. Даже от запаха тошнит. Так что мне теперь — ненавидеть тех, кто его пьет? Я всегда был за гомосексуальные браки. Но я могу понять и тех, кто против».

На гей-параде в Тель-Авиве. Фото с сайта bigpicture.com.ua

«Гомофоб» и «извращенец» (?!) вот основные обвинения противников гомосексуализма и гей-парадов. Но, извините, таких «извращенцев» в России не просто много, их абсолютное большинство. По данным «Левада-центра» 2010 г., «категорически против» гей-парадов — 58 %, «скорее против» — 24 %. «За» — 1 %. То есть, 92 % против 1 %. Сплошное гомофобское извращение!

38 % считают гомосексуализм результатом распущенности, вредной привычкой, 36 % — болезнью, результатом психологической травмы, 15 % — обычной сексуальной ориентацией. То есть, 74 % против 15 %.

На вопрос «Что с гомосексуалистами делать?» 21 % отвечают — лечить, 18 % — изолировать, 4 % — ликвидировать. Но не все так кровожадны: 25 % считают, что геев и лесбиянок нужно оставить в покое, 24 % — оказывать психологическую помощь (опять лечить).

«Категорически против» узаконивания однополых браков 54 %, «скорее против» — 30 %. Всего — 84 %. «Поддерживают» и «частично поддерживают» 3 % и 11 %. Но надо сказать, что терпимость и толерантность россиян по отношению к однополым бракам растет! И в 2012 г. число противников снизилось с 84 % до 77 %.

За счет чего? Известно всем, что наше российское общество делится с недавних пор на креативное меньшинство и отсталое (пропутинское) большинство, которое и голосует против. Либеральная же часть (креаклы и иже с ними), безусловно, поддерживает введение неприемлемых для большинства в России западных норм. Кому-то из них они близки по ориентации, кто-то отрабатывает гранты, значительная же часть поддерживает всем своим существом только потому, что «так сказал Запад».

Сторонники гей-парадов в России надеются, что с помощью этих акций Россия станет на путь продвижения в цивилизованное общество. А это и есть главная задача оппозиции. Писатель Д. Ольшанский, например, уверен, что «Гей-парады — это в тысячу раз более принципиальные вещи, нежели Путин. Потому что они и есть тот европейский уклад, европейский адат, за который воюет интеллигенция. И воюет она на самом деле против адата русского, а вовсе не против Путина, что бы ни думали сами эти люди».

«Грани.ру» ведут спецпроект «Против гомофобии». В его рамках известные либеральные писатели, ведущие, журналисты, общественные деятели в видеоклипах поддерживают гомосексуалистов и клеймят закон о запрете пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних. Надо сказать, аргументация защиты — незамысловатая. Типа: «Какой-то феодализм…», «Хватит жить представлениями XIX века». «Наше общество находится на уровне Америки 40-х годов», «Это все равно, что антисемитизм» и т. д.

Рената Литвинова, выступая в поддержку российских геев, признается: «Конечно, я не приемлю никакой гомофобии, никакой сегрегации, никакого расизма, потому что это все звенья одной цепи». И далее: «Когда вы отстаиваете свое право быть такими, какие вы есть, вы отстаиваете права всех меньшинств и всех людей, которые не похожи на «нормальных». Норма для меня — наивысшее оскорбление». Подобное заявление подразумевает, что защитница геев в борьбе против нормы ратует за снятие табу с инцеста, педофилии, людоедства и пр.? Или заслуженная артистка РФ имеет в виду всего лишь норму отечественную, отсталую и ненавистную? Западную же, продвинутую и любую она принимает с восторгом. (Надо сказать, что Литвинова, по сути, озвучивает резолюцию Европарламента от 2006 г., которая определяет гомофобию как «иррациональный страх (причем тут страх? чей страх?) и отвращение (это точно есть!) к гомосексуальности и к лесбиянкам, геям, бисексуалам и трансгендерным людям, основанное на предубеждении, подобном расизму, ксенофобии, антисемитизму и сексизму»).

Но чем можно объяснить столь редкую непримиримость россиян в этом вопросе? Оказывается, существуют подробные западные исследования, посвященные ценностным установкам европейцев, под названием «Европейские ценности», которые включают в себя отношение к семье, труду, политике, обществу и пр. В числе опрошенных 46 стран — Россия (2008 год).

И на первом месте в иерархии ценностей россиян — СЕМЬЯ. Друзья, знакомые, работа, свободное время, религия, политика следуют за ней. Основной формой организации семьи по-прежнему считается брак, устаревшим его считают 20 %. Мало того, по мнению соотечественников, брак и долгосрочные отношения — вот залог человеческого счастья. Причем доля тех, кто разделяет эту точку зрения, растет (в 1999 их был 71 %, а в 2008 г. — 79 %)!

И на каком же фундаменте строится счастливый брак? На верности, наличии в семье детей, хорошем доходе, хороших жилищных условиях, готовности обсуждать возникающие в семье проблемы, гармоничных сексуальных отношениях, разделении домашних обязанностей. Чем же это по сути своей отличается от советских взглядов? Почему не проявляются новые веяния потребительского западничества в отличие от остального мира?

Теперь о роли женщины. Вы думаете, речь пойдет о ее правах? О выборе — рожать ей или развиваться (так ставится вопрос в Европе)? О выборе между карьерой и детьми? Нет! Большинство опрошенных (80 %) считают, что муж и жена должны вносить вклад в семейный бюджет и при этом отцы не хуже матерей могут позаботиться о детях. То есть речь идет о равенстве ответственности и обязанностей родителей в семье. Однако 80 % считают, что работающая женщина — это, скорее, необходимость вынужденная, и призванием женщины по-прежнему признается дом, дети. А еще 83 % опрошенных уверены, что женщина не может чувствовать себя полноценной без детей. Интересно, что растет неодобрение абортов как для незамужней женщины, так и для семейной. Возникает даже вопрос: почему при таких ценностных ориентирах мы не на первом месте по рождаемости? Потому, по-видимому, что живут сами по себе, а идеалы — сами по себе.

Теперь о детях. Отказавшись от идеологии, от советского прошлого и, соответственно, от борьбы за него, россияне не отказались от жизни. Именно поэтому дети — очень важная часть жизни россиян, без них невозможен ни счастливый брак, ни ощущение собственной полноценности, ни будущее. Тем более что российская жизнь счастливого будущего не сулит. При этом счастливый ребенок — это ребенок, который растет в семье, где есть мать и отец (разнополые — однозначно).

Конечно, с 2008 г. много воды утекло, и очень много разнообразной мути привнесено в нашу жизнь с Запада при ярой поддержке либеральной пятой колонны. Конечно, подрастает поколение малограмотных, инфантильных, криминализованных, нездоровых «зомбированных» детей, родившихся в конце 80–90-х. За кем и куда пойдут они — непонятно. Однако исследовательский портал SuperJob.ru, утверждает, что, согласно его опросам, «ради карьеры каждый второй россиянин готов жертвовать отдыхом, личным временем, но семьей и детьми пожертвуют — всего 1 %». Сделаем поправку на ограниченный круг респондентов, но согласимся: ситуация у нас совсем не та, что в Европе.

Итак, анализируя проблематику семьи, мы обнаружили, что Россия (ее большинство), несмотря на более чем двадцатилетнюю обработку, не принимает навязываемые ей антинормы и патологичные ориентиры Запада. Россия (пусть интуитивно) остается верна семейным ценностным ориентирам, переданным ей из российской, советской нравственной парадигмы. И она не хочет расставаться со своей вроде «зачищенной» самостью.

Россия практически единственная сопротивляется расчеловечиваемому миру, что делает ее крайне уязвимой. И все же, чтобы выстоять в этом мире, изменить его, спасти себя и детей, на которых она возлагает свою последнюю надежду, России нужно не сопротивление на уровне рефлекса, а сопротивление осмысленное, приводящее к осознанному выбору собственного, благого и тяжелого пути. Пути борьбы.


Гендерная революция?


Несмотря на поддержку политиков, власти, международных структур, направленное финансирование и информационное обслуживание, гендерное равенство продвигается небыстро


Социальная война
Вера Сорокина , 17 марта 2013 г.
опубликовано в №19 от 13 марта 2013 г

 

После широкого внедрения гомосексуализма как нормы (а через это — запуска процесса разрушения семьи: однополые браки, разрешенное им усыновление) на повестку дня в мире ставится тема гендерного (полового) равенства.

Внедрение гендерного равенства шло по опробованной схеме — по инициативе ультрафеминистских движений и под крышей международных организаций.

Продвижение гендерной идеологии в общество и политику началось на Всемирной конференции ООН по положению женщин (Пекин, 1995 г.). Здесь впервые феминистскими и лесбийскими организациями было заявлено, что термин «гендер» определяет новое мировоззрение, стремящееся снять все различия между полами. Различия же между полами понимаются не как природные, а как воспитываемые обществом. Как мы видим, без участия ультрафеминисток (будь то «пуськи» или борцы за гендерное равенство) вброс новых нормативных понятий не обходится. И «крыша» также известна — международные организации, где гомосексуальные лобби весьма влиятельны.

Позднее «Пекинская платформа действий» была преобразована в закон и подкреплена колоссальными финансовыми ресурсами. В 1997 г. Амстердамский договор Евросоюза закрепил движение Gender Mainstreaming в качестве официальной стратегии. В документах ООН она определена как обязательная для всех государств-членов ООН. В 2000 г. под «Декларацией тысячелетия ООН», где установление гендерного равенства провозглашено одной из целей тысячелетия, подписалось 189 государств. В 2008 г. была принята Декларация ООН по вопросам сексуальной ориентации и гендерной идентичности. Не подписали документ Украина, Россия, Китай, США. В том же 2008 г. Европарламент принял резолюцию о воздействии маркетинга и рекламы на решение проблемы равенства мужчин и женщин. Согласно которой образы в рекламе, интернете, в компьютерных играх и т. д. не должны содержать сексуальных стереотипов — природных различий между мужчиной и женщиной.

Итак, пришло время менять образы! Гендер — против пола, выдуманная совокупность социальных характеристик — против естественных биологических...

Может возникнуть наивный вопрос: каким образом можно сконструировать социальный пол? А вот каким. Гендерная идеология заключается в создании нового антропоса (нового человеческого существа), обладающего главной свободой — свободой выбора своего пола и сексуальной ориентации. Его новое право — самому выбирать свою сексуальную принадлежность.

Учебник «Основы теории гендера» рассматривает, как минимум, пять гендеров (полов): мужской, женский, гетеросексуальный, гомосексуальный, транссексуальный. (Если говорится «как минимум», то, видимо, есть перспектива, что список может быть расширен до некоего «максимума»).

Главное: все гендеры равны между собой и должны быть признаны общественностью. Задача непростая, поскольку человечество за время его многотысячелетней истории о возможности такого поворота не подозревало. Оно знало два пола: мужской и женский — а также пороки как отклонения от них (или болезнь — оценки разнились в зависимости от категоричности и строгости нравов общества в разные исторические эпохи). Нет сомнений, что три неестественных гендера изобретены для мягкой легализации того же самого порока (или болезни — кому что ближе).

Гендерное равенство никаких врожденных отличий между мужчинами и женщинами не признает. Отбрасываются, просто игнорируются (универсальный либеральный прием) не только здравый смысл, но законы природы. Вся мировая наука (медицина, психология, социология и др.) стоит на том, что существуют биологические различия между мужчиной и женщиной — с характерными для каждого пола биологическими особенностями, структурой мозга, гормональным балансом, структурой психики и т. д. Но «гендерных борцов» мать-природа и биологическое разделение на мужчин и женщин, на Адама и Еву — не устраивает.

Итак, согласно диктуемому гендерному равенству, люди должны отличаться не по биологическому полу, а по тому, который они выбрали сами. Что же касается младенцев, то их надлежит считать бесполыми до тех пор, пока они, став школьниками, сами не выберут свой пол. И чем раньше ребенок узнает и задумается об этом своем праве, тем лучше. Не для ребенка, конечно, для гендерного равенства.

В 2007 г. «Федеральный центр охраны здоровья» (Министерства по делам семьи ФРГ) разослал «Справочник для родителей по вопросам сексуального воспитания ребенка» (на возрастные группы от 1 до 3, от 4 до 6 лет). В сотнях тысяч экземпляров, распространяемых бесплатно, родителей призывали сексуально стимулировать собственных детей (предоставляю читателю самому судить, что это такое). Лишь подняв шум в СМИ, общественность добилась отзыва этих рекомендаций.

Но внедрение гендерного равенства отнюдь не ограничивается мерзопакостными рекомендациями. В ЕС вводится сексуальное воспитание начиная с детского сада — ребенок должен знать, как выбрать себе пол.

В Швеции гендерная составляющая дошкольного воспитания внедрена с 1998 г. Чем раньше это сделать, тем лучше — убеждают гендеристы. Иначе ребенок «может вжиться в какую-то роль»: мальчик — в мужскую, девочка — в женскую. А это, чтоб вы знали, атавизм. И чтобы с ним бороться, мальчику надо давать исключительно розовую кружку, а девочке — голубую. То есть сознательно менять традиционно принятую цветовую символику: голубой цвет для мальчиков (его же используют геи), розовый — для девочек (и лесбиянок).

В общем, долой дискриминацию! Прочь гендерные стереотипы!

В 1999 г. в Вене был создан первый «полочувствительный» гендерный детский сад «Забава и забота». Забавы здесь такие: девочек учат играть в футбол, забирать у мальчиков машинки, ремонтировать их, а также достигать своего криком и силой. Мальчиков же знакомят с косметикой, массажем, уходом за телом, игрой в куклы, помогают осваивать пассивную роль: терпеть, просить о помощи. Когда один из депутатов резко осудил в парламенте этот и другие гендерно-педагогические проекты, его высмеяли, а инициатор проекта была продвинута высоко по служебной лестнице.

На семинарах в Украине шведским гедерным спецам более всего не понравились украинские народные куклы, одетые в корсеты, вышитые сорочки и длинные юбки. Они, очевидно для всех, пропагандируют женский образ. И могут (о, ужас!) понравиться девочке в этом качестве. И девочка может отказаться от самоопределения в сторону других четырех нормативных гендерных ролей в угоду врожденной — женской. Поэтому было рекомендовано куклу-девочку одеть в штаны, а куклу-мальчика можно и в штаны, и в юбку.

В Литве гендерные курсы прошли сотни и сотни воспитателей. Для них издана методичка, которая учит, как рассказывать детям об одной из гендерных идентичностей — гомосексуализме. Детям читают сказку «Король и король», в которой королю не нравились никакие принцессы, и он не женился. Но, наконец, он встретился с соседним королем и женился на нем. В другой гендерной сказке Красная Шапочка оказалась мальчиком.

В Стокгольме в детском саду «Эгалия» (от франц. «равный»), финансируемом из госбюджета, нет девочек и мальчиков — детей учат употреблять вместо местоимений «он» и «она» местоимение «оно», взятое из сленга местных сексуальных меньшинств. Детям прививают терпимое отношение к секс-меньшинствам, направляя ситуации в ролевых играх. Например, дети начинают ссориться во время игры в дочки-матери, и поскольку роль мамы занята, то предлагается, чтобы мам было две или три. Отметим, что шведских родителей не смущают нововведения, и очередь желающих отдать в «Эгалию» своих детей растет. Однако есть и несогласные с гендерным радикализмом — детский сад получал письма с угрозами.

В 2011 г. Госдеп США в официальных документах отказался использовать слова «мать» и «отец». Вместо них будут использованы «родитель №1» и «родитель №2». Госдеп объясняет, что число однополых семей с приемными детьми в США растет. И чтобы в документах не значились два папы или две мамы, введены новые понятия. Получается, что госдеп всего лишь фиксирует продиктованные жизнью изменения, связанные с семьей.

Совет Европы не так решителен, как Госдеп США. Он в том же году лишь рекомендовал постепенно вывести из официального употребления слова с сексистским оттенком — «мать» и «отец». Пока не говорится про «маму» и «папу», «бабушку» и «дедушку». Но неужели на этом остановятся?

Напоследок приведу пример на «туалетную» тему (столь трепетно любимую нашими либералами). В Калифорнии в 2007 г., в губернаторство А. Шварценеггера, был подписан законопроект, позволяющий в государственных школах мальчикам пользоваться туалетами (и раздевалками) для девочек, а девочкам — туалетами и раздевалками для мальчиков. Это сделано, чтобы не возникла дискриминация для мальчика, ощущающего себя девочкой, или для девочки, ощущающей себя мальчиком. А какое чувство возникнет у девочек, ощущающих себя девочками, или у мальчиков, ощущающих себя мальчиками, — никого не интересует. Кстати, в штате Колорадо был принят закон, предписывающий в общественных местах только «безполые» туалеты. Это уже не только для детишек.

Подчеркнем, что главное направление гендерной революции, безусловно, — дети. Предпочтительно — маленькие дети. Мы здесь не касаемся беспредела (впрочем, у них это — норма), связанного с сексуальным образованием в европейских школах. Там не забалуешь: только интернет пишет о десятках случаев в Германии, когда арестовывали родителей-христиан, которые запрещали своим детям посещать уроки полового воспитания.

Дети и молодежь особо подвержены внушению, пропаганде гомосексуализма и прочих извращений в силу того, что они не сформированы как личности. В России взрослые традиционно оберегали детей от крайних проявлений: от разврата, от столкновения со смертью. С единственной целью — чтобы дети подросли, окрепли и были готовы выстоять при столкновении с такими разрушающими психику жизненными коллизиями. Но в том-то дело, что задача новых нормировщиков — как раз в сломе детской психики, в уничтожении формирующейся личности. Чтобы она никогда не возникла.

По утверждению российских профессиональных сексологов (В. Маслов, И. Ботнева, Д. Еникеева), гомосексуализм — социально обусловленная болезнь, имеющая свойство социальной заразности. И чем больше примеров искаженного полоролевого поведения, пусть даже с оговоркой «плохо», подрастающее поколение будет видеть на улицах, в интернете, по ТВ и т. п., тем больше вероятности, что оно пойдет по ложному пути формирования полоролевой идентичности, запутается в представлениях о себе и станет вожделенной добычей гомосексуалов и педофилов.

В подтверждение реальности угрозы «социального заражения» приведу пример из российской жизни. Знакомый молодой человек после академического отпуска вернулся доучиваться в МГУ. Он был потрясен переменой в поведении однокурсников, произошедшей за год. Студенты мужского пола при встрече демонстративно целуются в губы. Теперь так принято, так модно. И это отнюдь не эпатаж — это становящаяся норма для «продвинутого» ВУЗа.

Подросткам сегодня предложены новые герои для подражания — транссексуалы. Немецкому подростку, ощущавшему себя девочкой, с 13 лет проводили гормональную терапию (насколько это законно с медицинской точки зрения?) при поддержке движения транссексуалов. После гормонов в 2009 году немецкие врачи провели ему операцию по смене пола (на 2 года раньше положенного по закону — в 16 лет вместо 18 лет).

После этого случая в Германии снизился минимальный возраст, в котором легально можно менять пол. А Ким (бывший Тим) Петрас превратился в раскрученную в Германии поп-певицу. Его жизнь и стиль гермафродита стали примером для подростков.

Неслучайно Институт Гэллапа регулярно проводит опросы о том, как принимает общество навязываемые им нормы. Перед нами график, показывающий, как разные возрастные группы относятся к легализации гомосексуальных браков. Наглядно видно, сколь высока «зомбированность» прежде всего молодого поколения.

Несмотря на поддержку политиков, власти, международных структур, направленное финансирование и информационное обслуживание, гендерное равенство продвигается небыстро. Потому что нет вразумительного ответа на вопрос — для чего нужны такие тектонические сдвиги в человеческом сознании и бытии? А истинные причины не называются. В результате общество не готово принять, но и не готово протестовать.

Но проект мягкого уничтожения человечества долгосрочный, он рассчитан не на одно поколение. Как скоро смирится западный мир, предав окончательно своих родившихся и не родившихся детей? Есть ли в мире силы, способные этому противостоять? И какова здесь роль России?

Об этом — в следующей статье.


Дезинформаторы


Любой, умеющий читать, видит, что Ланин, не стесняясь, лжет


Социальная война
Павел Расинский , 17 марта 2013 г.
опубликовано в №19 от 13 марта 2013 г

 

Тема школьной программы по литературе уже поднималась в нашей газете. Она также была поднята 9 февраля 2013 года на учредительном съезде «Родительского Всероссийского Сопротивления» и поддержана присутствовавшим на съезде президентом РФ В. В. Путиным.

В тот же день в блоге на «Эхе Москвы» Борис Ланин поспешил заверить общественность в том, что президента дезинформировали. Он ответил в блоге не только президенту, но и другим критикам программы, в частности, депутату Думы С. Миронову.

А еще раньше на сайте Российской Академии образования появились ответы Ланина на публикации преподавателей в СМИ.

Обращаю внимание читателя на то, в каком агрессивном тоне выдержаны эти ответы. Так не пишет человек, уверенный в своей правоте. Такую агрессию проявляет человек, понимающий, что натворил, но не желающий признавать ошибку.

Вот эти строки:

«Это мы с коллегами разработали «Примерную программу по литературе для 10–11 классов». Я, Б. А. Ланин, заведую лабораторией литературы в Институте содержания и методов обучения РАО (ИСМО РАО), два соавтора — из той же лаборатории, В. М. Шамчикова и Л. Ю. Устинова. Еще мы все в школе работаем: без этого хороших учебников не написать. Сейчас у каждого учителя программа должна быть своя. (П.Р.: Вдумайтесь! У каждого учителя должна быть своя программа! Еще один шаг, и мы приблизимся к максимально возможной степени индивидуализации образования, о которой говорили в первой статье, — степени, когда каждый индивидуум получает свое образование. И как они потом будут сосуществовать в едином пространстве?) Вот и решили в нашем ИСМО РАО сделать для учителей «примерные модульные программы» по всем предметам. Два уровня: базовый и углубленный. Каждый учитель своих детей знает лучше нас, а вот литературу мы знаем хорошо, особенно современную. Мы предложили модули, а он сам выстроит из них ту программу, которая для его детей более подходящая. Модули — за нами, а последовательность — за ним, за учителем. На структуре программы мы не настаиваем, только помогаем разобраться с содержанием, с теми читательскими и творческими навыками, которые должны развиваться у школьников. «Примерная» — это не значит «обязательная». Это означает «например, такая». Все это и без перевода понятно. Однако...»

В стремлении отвести от себя гнев общественности Ланин не гнушается и такими приемами:

«Представитель издательства «Русское слово» А. Федоров понимает, насколько важно нанести удар по конкурентам из «Вентаны» (П.Р.: Б. Ланин выдает критику программы за банальную конкуренцию издательств. Но ведь претензия Федорова не к качеству изданной книги, а к содержанию. Какая разница, где будет издана такого рода программа?). Он прямо опускается до подтасовки: «…в любом случае она (программа) сейчас для рядового учителя литературы гораздо важнее стандарта, потому что содержит главное: список произведений, обязательных для изучения» И вновь: мы нигде не говорили, что эти произведения — обязательные, сказано как раз противоположное — примерная программа!»

Ну, так что ж... Посмотрим пояснительную записку той самой критикуемой программы:

«Настоящая примерная программа по литературе (далее — Программа) является ориентиром для составления рабочих программ по учебному предмету и определяет инвариантную (обязательную) (выделено мной — П.Р.) часть содержания образования, за пределами которого остается возможность выбора вариативной составляющей. Разработчики рабочих программ могут предложить собственный подход к части структурирования учебного материала, определения последовательности его изучения, расширения объема и детализации содержания, а также путей формирования системы знаний, умений и способов деятельности, развития, воспитания и социализации учащихся».

Любой, умеющий читать, видит, что Ланин, не стесняясь, лжет. Эта программа определяет именно обязательную часть, а вот вариативную могут выбирать учителя сами.

За кого держит Ланин посетителей сайта РАО?

Но вернемся к съезду РВС и выступлению на нем Путина. Процитирую слова президента, которые Ланин сам приводит в блоге на «Эхе Москвы»:

«Высказываются справедливые, на мой взгляд, (замечания — «Газета.Ru»), что в ней (в новой программе по литературе — «Интерфакс») исчезли произведения, составляющие историческое наследие нашей страны. Я считаю, это хорошо, когда появляются новые авторы, можно по-разному относиться к их политической позиции, но современная литература является частью мировой литературы», — сказал Путин.

«Когда исчезают Куприн, Лесков, Пушкин, «Человек в футляре» Чехова, стихи Ахмадулиной, Высоцкого, Окуджавы, то возникает вопрос: почему, что взамен?» — продолжил президент.

На это Ланин отвечает следующее:

«От имени авторского коллектива я ответственно заявляю, что ни одно из перечисленных Президентом писательских имен не было выключено из Примерной программы по литературе для 10–11 классов. Мы не варвары, чтобы не осознавать значения классической русской литературы, мы — профессиональные методисты, учителя и литературоведы. Не только ни в одном варианте, но даже ни в одном черновике не рассматривалась такая безумная инициатива. <...> Однако следует отметить, что в данном конкретном случае Президент РФ был дезинформирован. Повторю еще раз: ни одно из перечисленных Президентом РФ В. В. Путиным имен классических русских писателей не было исключено из программы».

Не варвары? Ну, что ж — посмотрим.

Отмечу, что все ссылки на программу старших классов в ответе Ланина верны. Да, в ней действительно есть все те произведения, которые указывает Ланин. Только он забыл сделать одно пояснение — все они, кроме Астафьева, Ахмадулиной, Окуджавы и Высоцкого, находятся в списке для углубленного изучения. То есть изучать их будут в классах с «литературным уклоном». В классах с математическим, физическим, химическим уклоном или просто в классе без уклонов их изучать НЕ БУДУТ. И в этом манипуляция, которую совершает Ланин, оправдываясь за свое безобразие.

При этом Астафьев, Ахмадулина, Высоцкий и Окуджава не присутствуют в списке литературы. Они есть лишь в разделе, где формируются модули (другими словами, тематически группируются авторы).

Тут требуется пояснить, чем список литературы отличается от перечня авторов в модуле.

Представьте себе двух врачей. Один предписывает вам конкретные лекарства. И вы будете их принимать, хотите вы этого или нет. А другой выдает рекомендации из 10–15 наименований, из которых вы сами выбираете одно. Какое вы выберете, поможет ли оно вам, — зависит от случая.

Так же и со списком литературы.

Те произведения, которые вынесены в обязательный список, будут изучены. И от этого никуда не деться. А те, что перечислены среди 10–15 в модуле с пометкой «1–2 автора по выбору учащихся», могут быть выбраны учащимися. А могут быть проигнорированы.

И вот ведь что интересно — Ланин, отвечая на обвинения, ссылается на страницы программы, относящиеся к углубленному уровню. Но эти же авторы есть среди тех самых 10–15 авторов в модуле базового уровня, о котором, собственно, идет речь в любом анализе новой школьной программы. Это говорит о том, что он не ориентируется в собственной работе. Читал ли он ее? Видел ли вообще?

Но вернемся к тому, что сказал президент. Ведь, как утверждает Ланин, его дезинформировали. Передо мной стандарт предыдущего поколения, в котором еще есть список литературы. Напомню, что в новом стандарте список изъят и существует лишь в примерной программе. Мы имеем возможность сравнить предыдущий список с новым. Итак:

Куприн, Лесков, Пушкин (имеется в виду «Медный всадник») — действительно, в предыдущем стандарте они были, а в нынешней программе — лишь в углубленном курсе. Это значит, что у большинства учащихся эти произведения изъяты из программы.

«Человек в футляре» Чехова — так же: в предыдущем стандарте это произведение было, а в нынешней программе в списке литературы отсутствует и обнаруживается лишь в разделе модулей в пункте «Связь между видами искусства» в виде изучения экранизации рассказа.

Стихи Ахмадулиной, Высоцкого, Окуджавы — обнаруживаются в разделе модулей, но не в списке литературы.

Так кто кого дезинформирует, господин Ланин?

Обнаружив всю эту халатность в программах, я решил посмотреть, как же оцениваются учебники, прежде чем попасть на школьную парту. И то, что я увидел, потрясло меня до глубины души.

Все мы в большей или меньшей степени знаем, как организовано производство, например, деталей, любого цеха.

Сначала инженер конструкторского бюро (КБ) рисует чертеж. Который проверяется и визируется у начальника КБ.

Формируются требования к материалу, из которого будет изготавливаться деталь.

После изготовления партии определенная часть деталей проходит проверку. По результатам этой проверки либо вся партия признается годной, либо бракуется. А в военных и космических отраслях и вовсе каждая деталь проверяется.

Учебники — такая же важная для общества «деталь», как, например, лопатка для турбины двигателя самолета. Но технология экспертизы учебников почему-то иная. И немалую роль в этом играет «невидимая рука рынка».

Как можно понять из рассказов ученого секретаря комиссии по анализу и экспертизе учебной литературы Российской Академии наук Сергея Сидоренко и вице-президента РАН Валерия Васильевича Козлова, учебники проверяются следующим образом.

Российская Академия наук подписывает договор на выполнение экспертизы. Устанавливает оплату. Но иногда издательство, получив отрицательный отзыв, отказывается подписывать акт о выполнении работ. И РАН (вы только вдумайтесь!) начинает вести переговоры и убеждать, что над учебником надо еще работать. Где еще можно такое увидеть — чтобы Академия наук уговаривала издательство исправить ошибки в учебнике! Вы ощущаете маразм этой ситуации?

Если же издательство согласно с исправлениями, то оно направляет в РАН гарантийное письмо, где берет на себя обязательства исправить ошибки и предоставить новый оригинал-макет. Но зачастую... этого не делает. Невидимая рука рынка, знаете ли, выстраивает процесс так, чтобы минимизировать финансовые затраты издательства. А он, этот процесс, заключается в том, чтобы напечатать учебник как есть, не затрачиваясь на исправления.

Вот, например, что рассказывает Сергей Сидоренко: «Да, действительно, нам пересылают очень много писем и из министерства, и из администрации президента, но за все время нашей деятельности по нашей вине была допущена лишь одна-единственная ошибка, которую мы признали. В учебнике по математике вместо ответа 0,88 у нас было 0,89. Во всех других случаях вина полностью лежит на издательствах. Дело в том, что после экспертизы у каждого издательства мы просим гарантийное письмо, что они будут вносить наши исправления. Но зачастую бывает так, что по какой-то причине наши исправления не вносятся. Был такой случай, один дедушка написал письмо в администрацию президента: «У меня внук в школе учился хорошо, но в институт не поступил. Я посмотрел учебник по географии и нашел там 14 ошибок. Что же вы такие учебники пропускаете?» Из администрации президента это письмо переслали нам, мы взяли этот учебник, взяли наши рецензии, где было указано на 16 ошибок, которые в окончательном варианте учебника так и не были исправлены. Дедушка еще две ошибки пропустил…»

Это равносильно тому, что чертеж будет проверен, а изготовленная деталь — нет. Но ведь качественный чертеж еще не означает качественную деталь.

Можно и нужно биться за качественную программу по любому предмету. Но вся борьба может быть испорчена отсутствием четкой системы качественного контроля за конечным результатом — учебником. Поэтому одной из задач «Родительского Всероссийского Сопротивления» в рамках борьбы против разрушительных тенденций в образовании, кроме написания самих учебников и учебных программ, является скорейшая разработка системы контроля качества издания учебников. Системы, которая не позволит издательствам игнорировать требуемые исправления и выпускать в угоду финансовой прибыли некачественные школьные пособия. Ведь за такими пособиями следуют «некачественные» инженеры, врачи, учителя и так далее. А на следующем шаге — разрушение всей государственной и общественной системы.


Гомосексуальная семья – далее со всеми остановками…


Такая вот наука, так малодушно сдавшаяся в вопросе о гомосексуализме. Что было бы с миром, если бы так же бы сдался Джордано Бруно?


Социальная война
Вера Сорокина , 7 марта 2013 г.
опубликовано в №18 от 6 марта 2013 г

 

Карта благоприятствования ЛГБТ-сообществам в Европе

Мы рассмотрели в предыдущей статье научные данные о безусловно негативном влиянии на детей воспитания в гомосексуальных семьях. И тот факт, что для большинства стран Европы и мира узаконивание гомосексуальных семей и воспитание в них приемных детей — уже практика.

Правда, кроме России, Украины, Молдавии и некоторых исламских стран.

В Интернете можно найти вот такую карту (см. рис. 1), составленную гомосексуалистами Европы. Серым цветом закрашены страны с максимальным режимом благоприятствования. Красным — наименее благоприятствующие.

Впечатляет? И вы считаете, что это не война?

От патологии — к норме

Но если известно, что еще сто лет назад психиатрия рассматривала гомосексуализм как патологию, а сегодня это приближено к норме, то должны же быть научные основания и рекомендации по превращению этой патологии в норму? За короткий исторический период гомосексуализм прошел путь от преступления к болезни (патологии), от патологии к норме. Какие были основания для таких метаморфоз? Краткая история вопроса дает ответ.

До начала 70-х ХХ века вся мировая медицинская наука признавала гомосексуализм (как и другие половые извращения) психическим заболеванием. Сегодня же понятия гомосексуализм в руководствах по психиатрии как психическое расстройство не фигурирует.

Изменения начались с борьбы гомосексуалов за гражданские права. В июне 1969г. в Нью-Йорке на рейд полиции в гей-бар его посетители ответили сопротивлением, которое продолжалось всю ночь. На следующий день против полицейских сражались уже более 2000 гомосексуалистов. Возникшее движение геев за гражданские права подпитывалось и вдохновлялось существовавшими в то время в США движениями негров за гражданские права, антивоенным движением. Появились организации, открыто заявляющие, что они борются за права гомосексуалистов, начала выходить газета, прошли гей-парады в нескольких городах. Одним из результатов протестов стало прекращение полицейских налетов на гей-бары.

Следующим этапом борьбы за гражданские права стала эффективная атака на психиатрию. В 1970г. гей-активисты ворвались на встречу Американской психиатрической ассоциации (American Psychiatric Association, APA) и сорвали выступление по вопросам гомосексуальности. Вслед за этим событием пошла волна агрессивных выступлений, требующих исключения гомосексуализма из официального списка психических заболеваний.

В 1973 г. состоялось первое голосование президиума АРА, на нем 13 из 15 высказались за исключение гомосексуализма из реестра психических заболеваний. Однако несогласные специалисты собрали 200 подписей для проведения референдума по этому вопросу. И на следующий год состоялось повторное голосование, на котором из 10 тыс. бюллетеней около 5 тыс. подтвердили решение президиума. Но более 3 тыс. психиатров были против. И хотя такое беспрецедентное решение научного вопроса путем голосования получило название «эпистемологического скандала» (эпистемология — теория познания), тем не менее, термин «гомосексуализм» был исключен из «Справочника по диагностике и статистике» (DSM) и заменен на термин «нарушение сексуальной ориентации». Для закрепления влияния в 1975 г. психиатры-гомосексуалы создали официальное подразделение АРА — секцию геев, лесбиянок, бисексуалов.

Авторитетный американский психиатр Д. Сатиновер, описывая политическую подоплеку исключения гомосексуализма из нарушений психического здоровья, подчеркивал, что для достижения цели кампания по пропаганде гомосексуализма использовала «разрушение и искажение». «APA и другие так часто повторяли ложные утверждения, что общественность и даже Верховный суд теперь считают само собой разумеющимся, что наука доказала, что гомосексуализм — совершенно нормальный вариант человеческой сексуальности, если она рано фиксируется и не изменяется ...» — писал Д. Сатиновер.

Между тем, количество профессионалов, не разделявших принятую АРА точку зрения, не уменьшалось. В 1992 году возникла Национальная ассоциация по изучению и терапии гомосексуализма (NARTH). Президентом ее стал Ч. Сокаридес — крупнейший специалист по гомосексуальности. В своих работах, в частности, он показывает, что неправомерно сравнивать сексуальность животных и человека (как это сегодня часто делают защитники «нормальности» гомосексуальности). По его мнению, «Термин «гомосексуальность» может быть применен только к человеческому роду, так как у животных исследователь может наблюдать лишь двигательные реакции. Как только он начинает придумывать какую-то мотивацию, он «навязывает» животному человеческую психодинамику и становится на очень рискованный, скользкий путь... Выбор гетеросексуального объекта у человека не является ни врожденным, ни инстинктивным, как и выбор гомосексуального объекта или другие перверсии — все это результаты научения. Выбор сексуального объекта не предопределен ни генетически, ни функционированием гипоталамуса. Здесь имеет гораздо большее значение тот факт, что гетеросексуальное поведение предначертано нам от рождения анатомией человеческого тела, закреплено культурными традициями и установками окружения, а до недавнего времени еще и опиралось на систему общественного поощрения и наказания, направленную против гомосексуализма. Универсальные представления о целостности человека и традиция семейной жизни также поддерживают гетеросексуальное поведение ввиду взаимодополняющего распределения функций между полами. Термин "анатомически предначертано" вовсе не означает инстинктивность выбора сексуального объекта из представителей противоположного пола. Однако человеческое существо в том виде, в каком оно появилось в процессе биологического развития, оказалось наиболее жизнеспособным».

Через 5 лет после изъятия «гомосексуализма» из справочника голосование среди 10000 психиатров — членов АРА показало, что из них 68 % по-прежнему считают гомосексуальность психическим расстройством. АРА же в 1996 г. признала, что любая коррекция гомосексуальной ориентации обречена на неудачу, а попытки такой коррекции способны искалечить психику и опасны для здоровья пациентов. С тех пор попытки «лечить гомосексуальность» во многих странах объявлены вне закона. По убеждению противников АРА, изъятие гомосексуализма из списка патологий затормозило его исследование и препятствовало его лечению для тех людей, которые хотели от него избавиться.

То есть скрытое противостояние психиатров существует. Но мощь победивших велика. И эта мощь не только в законодательной базе. Сегодня значение темы прав сексуальных меньшинств настолько велико, что без участия последних трудно пройти даже президентские выборы. Что выборы... В декабре 2011 г. президент Обама выпустил директиву, объявляющую борьбу за права сексуальных меньшинств за рубежом приоритетом американской внешней политики. Хотя гомосексуальное поведение пока ни в одном международном документе не объявлено правом человека. Пиар-ход?

Бравирование сексуальными предпочтениями и демонстративное участие в гей-парадах помогают политикам избираться, проводить свою политику. Два мэра крупнейших городов Европы — Лондона и Берлина — гомосексуалисты. С вытекающими положительными перспективами и следствиями по устройству гомосексуальной жизни в этих городах. А также для их рекламы. Около 700 тыс. человек пришли на гей-парад в Берлине летом прошлого года, передало Agence France-Presse со ссылкой на организаторов мероприятия. Правда, полиция не сообщила, сколько она насчитала участников.

Победа американских гомосексуалистов была поднята на международный уровень и закреплена на нем стараниями ВОЗ — в 1993 году Всемирная организация здравоохранения пересмотрела свою классификацию болезней, исключив гомосексуализм из списка патологий. В 1995 г. эту же позицию приняла Япония, в 2001 г. — Китай. Россия это сделала в 1999 г.– вполне в рамках мировых тенденций.

Вслед за учеными (а скорее, опережая их) эту тему активно продвигают в общество все средства информации: телевидение, пресса, реклама, литература, искусство. В последние годы присуждение престижных международных премий фильмам, пропагандирующим однополую любовь, стало неотъемлемой нормой. Но если американский фильм «Горбатая гора» повествует об истории влюбленных ковбоев (в конце концов, это их дело — взрослых мужчин), то французский фильм «Девчонка-сорванец» (главный приз Одесского фестиваля, 2011г.) учит «великой толерантности» и «совсем по-новому поднимает вопрос однополой любви и (внимание!) права на гендерное самоопределение»... детей. Картина также получила приз гей-программы «Берлинале». А Министерство образования Франции потребовало включить фильм в обязательную школьную программу.

У общества (населения) неуклонно и последовательно вырабатывается нейтральное и положительное отношение к перверсиям. Например, при формальном запрете зоофилии в целом ряде стран, в 2007–2008 гг. в конкурсную программу нескольких кинофестивалей был включен «удивительно лирический» документальный фильм-реконструкция о судьбе мужчины, который пал жертвой страсти любовника-жеребца. «Зоофилы» или «секс-анималисты» определяются в публикациях «как люди, чья любовь к животным окрашена в сексуальные цвета».

Вряд ли есть сомнения в том, что в ближайшем будущем мы станем свидетелями легализации пока что юридически преследуемых перверсий, в частности, педофилии. По крайней мере, общество готовят к очередной новой норме.

В 2006 году в Голландии зарегистрирована политическая партия «Милосердие, свобода и разнообразие». Она была создана для отстаивания прав и свобод педофилов и для борьбы за снижение возраста (с 16 лет до 12), с которого можно законно вступать в сексуальные отношения, а также за легализацию секса с животными и детской порнографии. О результатах ее деятельности информации нет (и якобы она распалась), но сам факт возникновения такой политической (!) партии взрывает жизнь. Не знаю, как там у них, в Голландии, но у нас в России — точно.

В ноябре 2011 году в канадском парламенте при обсуждении поправки в Уголовный кодекс педофилия была названа такой же сексуальной ориентацией, как гомосексуализм и гетеросексуализм. Согласно медицинским установкам и личному мнению канадских психиатров, «лечить» педофилов химической кастрацией или тюремным заключением — варварство, «это люди, которым нужна помощь». Пока идею ученых-защитников педофилов поддержал один член канадского парламента.

В то же время по интернету широко распространялась новость о существовании в США организации «B4U-ACT», цель которой — легализация педофилии. «В организацию входят многие уважаемые психологи из Гарварда, университетов Иллинойса и Луисвилля. Они считают педофилию сексуальной ориентацией, называют педофилов «людьми, которых привлекают несовершеннолетние», и заявляют, что уголовное преследование таких личностей «ненаучно».

Вот так теперь используют науку, призванную быть объективной, бесстрастной, неангажированной. Ведь то, что мы с вами здесь только что обсудили, касается не только западных моральных норм, определяющих границы между Добром и Злом, допустимым и недопустимым. Посягают не только на это. Но и на статус науки. На процедуру, на принципы установления истины. Ведь не зря же голосование по гомосексуализму назвали эпистемологическим скандалом. Тут впору говорить о эпистемологической катастрофе. О крахе многих институтов и многих процедур. А значит, и всего проекта. Крах института под названием «Наука»... Завтра и вопрос о новых элементарных частицах будет решаться методом голосования? Такая вот наука, так малодушно сдавшаяся в вопросе о гомосексуализме. Что было бы с миром, если бы так же сдался Джордано Бруно?

Увы, сегодняшняя наука распродает заработанный в прошлом ее титанами моральный авторитет ради аморальных целей, поступается научной честностью, долгом ученого перед истиной — ради чего? Но это отдельная большая тема. Пока же мы видим результат — общество соглашается с давлением, оказываемым сторонниками внедрения сексуальных патологий, оглядываясь при этом на согласие авторитетов с большой буквы — Науки, Религии, Морали. И постепенно страны ЕС убеждают, что опасны для демократических институтов и благополучия их граждан не гомо- или бисексуальность, а гомофобия. Новая нормативность активно борется против старой и расширяет свою базу.

О новой нормативности, о новой повестке дня — гендерном равенстве — в следующем номере.


В какое семейное будущее толкают Россию?


Чаще всего дети идут по пути, проложенному семьей, в которой они росли. А жизнь все реже предоставляет ребенку возможность воспитываться в полной нормальной семье


Социальная война
Вера Сорокина , 3 марта 2013 г.
опубликовано в №17 от 27 февраля 2013

 

Ситуация и перспективы семьи в современной России, конечно, малоутешительны. Но если мы рассмотрим, как обстоят дела в Европе, то увидим, что Россия находится вполне в рамках общеевропейской тенденции. Разумеется, неблагополучной.

Для этого воспользуемся официальным «Докладом об эволюции семьи в Европе — 2008», представленным Институтом семейной политики (Institute for Family Policy) в Европейский парламент. И хотя речь идет о данных на 1 января 2008 года, в целом в последующие пять лет картина, свидетельствующая о разрушении семьи в Европе, не улучшилась.

Итак, согласно этим данным, население Европы медленно растет — численность приблизилась к 500 млн человек. Однако рост характерен отнюдь не для всех европейских стран, а лишь для некоторых. За 28 лет (с 1980) во Франции он составил 10 млн человек, в Испании — 8 млн, в Великобритании — 5 млн. На их долю пришлось более половины (57 %) всего прироста населения Евросоюза в составе 15 стран. Новые же страны ЕС сократили население на 2,3 млн.

Что же увеличило рост населения? Рождаемость? Нет, население Европы выросло благодаря иммиграции. В 2000–2007 гг. мигранты составили 84 % от прироста населения в 14 млн человек. Естественный же прирост в 27 странах ЕС (1992–2007 гг.) был около 320 тыс. в год.

Кроме того, население Европы стареет: каждый пятый житель — старше 65 лет. К 2007 году тех, кому за 65 лет, стало на 6 млн больше, чем детей до 14 лет.

То есть рождаемость неумолимо сокращается. Коэффициент фертильности (среднее число рождений на одну женщину репродуктивного возраста) в Европе — 1,56 и не достает уровня, который требуется хотя бы для воспроизводства населения — 2,1. В США он — 2,09. В некоторых странах — критический: в Словакии — 1,24, в Польше — 1,27, в Германии –1,32. Франция более благополучна, коэффициент — 2,00, в Великобритании — 1,84. В России в 2009 году (по данным Росстата) коэффициент рождаемости был 1,537.

В Европе постарели и браки: в среднем женщины ступают в брак в 29 лет, мужчины в 31 год. Как следствие — появляется поздний ребенок, остается меньше сил и физических возможности для того, чтобы завести второго ребенка.

Следующая причина снижения рождаемости — рост числа абортов. Каждая пятая беременность заканчивается абортом. В России (данные за 2008 г.) соотношение хуже: 73 аборта на 100 родов. Однако здесь меньше пользуются контрацептивными препаратами. В Европе же более 70 % женщин пользуются контрацептивами, абортивными препаратами (с соответствующими последствиями, ведущими к бесплодию и раннему окончанию репродуктивного возраста).

Катастрофически уменьшается число бракосочетаний. В Великобритании, Португалии, Бельгии браков было заключено на 33 % меньше, чем в 1980 г., в Болгарии, Словении, Венгрии — почти вполовину меньше.

Зато растет число разводов. В 1996–2006 гг. было расторгнуто более 10 млн браков, что затронуло 15 млн детей. В некоторых странах (Бельгия, Испания) распадается два брака из трех заключаемых. Средняя продолжительность брака — 13 лет.

Разводы становятся нормой. И теперь решается задача сделать их более комфортными. Например, в Германии действует креативная бракоразводная индустрия. Газеты приглашают на курсы типа «Как развестись быстро и безболезненно», «Реабилитация после развода». Предлагается услуга, когда за умеренную плату (30–50 евро) партнеру будет сообщено (по телефону или в личной беседе) об отставке.

Растет количество внебрачных детей. Каждый третий ребенок рождается вне брака. И в некоторых странах внебрачных детей родилось больше, чем законных: в Эстонии — 58 %, в Швеции — 55,5 %, во Франции — 50 %.

Но в 67 % домохозяйствах (семьях) вообще нет детей. 17 % семейств имеют двух и более детей. Зато более 54 млн (27,7 %) европейцев живут в одиночку.

И это не предел! 33 % взрослого населения Германии являются бездетными. Согласно опросам, 26 % респонденток заявили о нежелании рожать детей из-за невозможности совмещать работу и их воспитание. И страшный итог семейного разлада: в крупных немецких городах бессемейных одиноких людей — до 63 %.

Обеспокоена ли Европа таким положением? Видимо, не очень.

В ЕС не существует органа, который бы отвечал за семейную политику. Решение проблем семьи возложено на Комитет по вопросам занятости, социальных проблем и обеспечения равных возможностей. В 2004 г. прекратил существование Европейский центр по изучению семейной политики. Вместо него возник орган с широким кругом задач («Обсерватория демографии и социальной ситуации»). Можно обследовать демографию, но вне связи ее с семьей. Из 95 «Зеленых книг», изданных с 1984 г., ни одна не посвящена институту семьи, семейной политике.

В половине европейских стран есть министерства по делам семьи. Есть выплаты на детей, в среднем по Европе — 125 евро в месяц. Но различия между богатыми и бедными странами весьма значительны. Две трети от 27 стран ЕС предоставляют льготы (до достижения 17-летнего возраста ребенка) независимо от доходов семьи, а в большинстве стран и до 22-х лет.

И лишь одна из проблем, имеющих отношение к семье, действительно волнует Европу — это проблема однополых браков. Оказывается, пока не везде общество готово к решению этой важнейшей семейной проблемы! То есть, сопротивляется законодательному введению этой нормы. Ну ничего, скоро эта проблема будет решена.

Еще в 1998 году Европарламент, в ведении которого находится рассмотрение заявлений на членство в ЕС, постановил, что не будет давать согласие на прием в ЕС тех стран, в которых нарушаются права лесбиянок и геев.

Законы в странах Европы с каждым годом становятся всё лояльнее по отношению к гомосексуальным семьям. Среди мировых стран-лидеров, утвердивших по полной юридической норме однополые браки: Нидерланды, Бельгия, Испания, Канада, ЮАР, Норвегия, Швеция, Португалия, Исландия, Аргентина, Дания, частично США и Мексика.

Однако значительная часть развитых стран пока «осторожничает» и признает юридически более ограниченные «однополовые партнерства» (гражданские партнерства или гражданские союзы»). Среди них: Ирландия, Франция, Андорра, Германия, Финляндия, Люксембург, Чехия, Венгрия, Швейцария, Хорватия, Австрия, Израиль, Новая Зеландия, Австралия.

Если нанести на карту распространение этой брачной «нормы», то мало не покажется. И кое-кто из тех, кто ранее ее не принимал, увидев масштаб распространения однополых браков, наверняка захочет сдаться. Не напоминает ли продвижение этой «нормы» распространение в Европе коричневой чумы ХХ века? Да и отличие только в цвете.

Последним оплотом в борьбе против однополых браков в Европе был Ватикан. В католичестве, как и в православии, гомосексуальная связь считается греховной. Однако по последним данным, именно обширные компрометирующие сведения о влиятельных ватиканских кардиналах, уличенных в гомосексуализме и коррупции, можно сказать, вытолкнули папу с его высокого мессианского поста.

Чаще всего дети идут по пути, проложенному семьей, в которой они росли. А как мы видим из вышеприведенной картины, жизнь все реже предоставляет ребенку возможность воспитываться в полной нормальной семье. Общество озабочено комфортным разводом, карьерным ростом, жизнью лично для себя и... одиночеством.

Что есть, помимо одиночества? Есть сознательно-бездетный брак (его сопутствующий элемент — добровольная стерилизация), внебрачный секс, открытый брак (основа его — договор о личной жизни, увеличение терпимости к любым внебрачным связям друг друга — вот только до какого предела?), гомосексуальные пары.

А что же государство? Государство стоит на страже толерантности к многообразию новых форм семей. И относится к этому многообразию как к новому неотвратимому будущему. Все это — не что иное, как разные способы разрушения семьи. Причем, в этой статье я вообще опускаю проблему ювенальной юстиции, которая прочно угнездилась в европейском обществе.

Сейчас практически отсутствуют открытые данные о результатах вышеперечисленных браков, кроме единственно очевидного — нерождения детей. Поэтому очень важно то, что на днях впервые появились данные исследований о проблемах тех детей, которые выросли в однополых семьях и теперь стали взрослыми. В 2010–2012 гг. Марк Регнерус, доктор социологии в Техасском университете в Остине, провел исследование «Как отличаются взрослые дети, родители которых имеют однополые отношения». Его данные были опубликованы в авторитетном издании «Social Science Research», а также в The New York Times.

В связи с большой активностью протестов ЛГБТ-активистов против результатов исследований, Университет изучил все обвинения и проанализировал данные, а также методику, примененную Регнесуром. И подтвердил, что научная работа имеет высокое качество и соответствует академическим требованиям (ЛГБТ — это самоназвание для обозначения сексуальных меньшинств: лесбиянок (Л), геев (Г), бисексуалов (Б), трансгендеров (Т)).

Каковы же характеристики взрослых, воспитывавшихся в гомосексуальных семьях?

Высокий уровень венерического инфицирования — 25 % воспитанников гомосексуалов имели и имеют венерические заболевания. В обычных семьях у их сверстников — 8 %.

40 % воспитанников гомосексуалистов не способны хранить супружескую верность. В отличие от сверстников из обычных семей, где таких — 13 %.

24 % взрослых детей из однополых семей планировали самоубийство (в обычных семьях — 5 %). Частое обращение к психотерапевтам (19 % против 8 %).

31 % детей, выросших с мамой-лесбиянкой, и 25 %, выросших с отцом-гомосексуалистом, принуждались к сексу (в т. ч. со стороны родителей). В обычных семьях насилие — 8 %.

Давайте внимательнее присмотримся к двум этим цифрам. В продвигаемых сейчас ЛГБТ-семьях уровень насилия по отношению к детям более 25 %. А в обычных семьях — 8 %. Вопиющая разница, не правда ли? Казалось бы, к ней должно быть привлечено особое внимание. Но не тут-то было!

Кстати, цифра насилия по отношению к детям в обычных семьях на Западе (в данном случае, в США) и средняя цифра насилия по отношению к детям во ВСЕХ российских семьях близки. Более того, наша ситуация намного благополучнее. Ведь когда у нас ГИАЦ МВД сообщает, что в России за 2010 год: «среди 55170 несовершеннолетних, потерпевших от преступлений, сопряженных с насильственными действиями, непосредственно от преступлений со стороны членов семьи пострадали 4044 ребенка — 7,3 %», то речь идет не только о сексуальном насилии, сексуальное — лишь в том числе. (См. статью «Пятая колонна ювенальной юстиции в России и ее хозяева. Часть II»)

Однако давайте вспомним, какой мошеннический трюк осуществила в марте 2012 года на парламентских слушаниях «О концепции формирования национального плана действий в интересах детей РФ» замгенсекретаря Совета Европы г-жа Мод де Бур-Букиккио! Она сообщила, что, согласно проведенным исследованиям, каждый пятый ребенок в Европе становится жертвой сексуального насилия. Причем в 70–85 % случаев это насилие совершается человеком, которого ребенок хорошо знает. Несложно догадаться, кто этот человек — это РОДИТЕЛИ. Но зато теперь из приведенных выше цифр понятно, КАКИЕ родители имеются в виду. Те самые мамы-лесбиянки (31 % выросших в их семьях детей, согласно исследованию Марка Регнеруса) и отцы-гомосексуалисты (25 % детей), которые принуждали их к сексу.

Получается, что Совет Европы ловко свалил гомосексуальные грехи на нормальные, традиционные семьи. Мало того, по имеющимся у г-жи Мод де Бур-Букиккио данным, точно такая же ситуация с насилием против детей не только в Европе, но и в России (!!!). А потому и в России должна стартовать кампания по предотвращению такого страшного явления в семье.

И что наши парламентарии? «Съели» названные цифры и даже не задумались.

А наши радетели поддержки материнства и детства? Получили гранты, а дальше хоть трава не расти? А между тем, пожелания Совета Европы были учтены. 18 апреля 2012 года в Российском государственном педагогическом университете им. А. И. Герцена (СПб) г-жа де Бур-Букиккио совместно с заместителем Председателя СФ, президентом «Национального комитета поддержки материнства и детства» С. Ю. Орловой дала старт региональному измерению кампании Совета Европы «Каждый пятый». Это как называется?

Но вернемся к проблеме детей, выросших в однополых семьях. Воспитание в однополой семье, естественно, влияет на сексуальную самоидентификацию. Если более 90 % детей, выросших в традиционных семьях, идентифицируют себя как полностью гетеросексуальные, то в семьях, где мама и папа имели гомосексуальные связи, лишь 60–70 % повзрослевших детей идентифицируют себя как гетеросексуальные. Надо ли говорить, что именно эти цифры о смещении сексуальной ориентации и есть один из вожделенных результатов в деле уничтожения нормальной семьи?

Будет ли вписана Россия в эту страшную тенденцию?

О выборе России — следующая статья.


Семья: от Сталина до перестройки


Сталинская система заложила огромный запас прочности не только для государства (которое разрушают и обворовывают более 20 лет), но и для российской постсоветской семьи


Социальная война
Вера Сорокина , 21 февраля 2013 г.
опубликовано в №16 от 20 февраля 2013 г

Следующий период семейной государственной политики начался после смерти Сталина и продолжился вплоть до распада СССР. Государство «смягчает» свое участие в построении и нормировании семейных отношений. И переводит свое участие в новое качество. Речь теперь идет не о директивном жестком управлении семейной жизнью («семью строить только так и так, а иначе мы вас накажем!»), а о достаточно деликатной опеке, исходящей из принципа: «Хотелось бы, чтобы вы так-то и так-то строили свою семейную жизнь. Но — вам виднее! Мы теперь исходим из этого!».

Орден «Мать-героиня». Утвержден Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 года

 

Орден «Материнская слава» учреждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 года

 

Орден «Материнская слава» учреждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 года

 

Орден «Материнская слава» учреждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 года

 

Медаль Материнства учреждена Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 года

 

Медаль Материнства учреждена Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 года

 

В 1954 была снята уголовная ответственность за подпольный аборт (аборт разрешен по медицинским или социальным показаниям). Государство, признавая материнство основной социальной функцией женщин, охраняя и поощряя его, ввело в законодательство следующее положение: «в целях охраны здоровья женщины предоставить ей право самой решать вопрос о материнстве». Но одновременно с разрешением абортов государство через законодательство, предоставление социальных льгот, кампании в газетах, культуру, через формирование общественного мнения поднимало престиж женщины-матери.

Мы уже писали о высоком государственном признании многодетных матерей. В 1944 году впервые в отечественной истории были утверждены орден и звание «Мать-героиня». За советское время орденом было награждено 431 тыс. женщин, родивших и воспитавших 10 и более детей. В постсоветское время орден не вручался. Что означает вовсе не отсутствие матерей-героинь, а отражает отношение государства к такого рода героизму. Также в советское время более 4 млн женщин были награждены орденом «Материнская слава», свыше 10 млн матерей — «Медалью материнства».

Такое количество многодетных семей свидетельствовало, прежде всего, о крепости нравственных устоев в советском обществе. И это — невзирая на все предыдущие (начиная с 1917 года) революционные изменения и перегибы в законодательстве о браке, несмотря на огромные тяготы в жизни страны.

Высокие награды подкреплялись государственной материальной поддержкой. Главной привилегией многодетных семей было получение отдельных квартир и выплаты хороших пособий на детей. «Матерям, которым присвоено звание «Мать-героиня», многодетным семьям, одиноким матерям и семьям при рождении близнецов предоставляется право на первоочередное получение жилого помещения», — говорилось в Основах жилищного законодательства СССР.

В 1968 году были приняты Основы законодательства о браке и семье СССР и союзных республик. Новое законодательство упростило процедуру развода (через ЗАГС, при наличии детей — через нарсуд), узаконило аборт по личному решению женщины. Признало право на установление отцовства (и добровольно, и в судебном порядке), отрегулировало алиментные отношения, подтвердило режим общей собственности для супругов. Советское семейное законодательство провозгласило равные личные и имущественные права для мужа и жены и их равные обязанности перед семьей, обществом и государством.

При этом закон устанавливал ряд дополнительных прав для женщины-матери. Так, муж не мог возбудить без согласия жены дело о разводе во время беременности жены и в течение года со дня рождения ребенка (ст. 14 Основ законодательства о браке и семье). При разводе суд мог выделить супругу, при котором остаются несовершеннолетние дети, большую часть совместно нажитого имущества, и т. д.

В 80-е гг. были реализованы социальные программы для матерей: введены единовременные пособия на ребенка, частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до года, производственные льготы для работающих матерей. Далее (вплоть до начала 90-х) был увеличен оплачиваемый до- и послеродовой отпуск (с 56 до 70 дней), увеличен частично оплачиваемый отпуск с 1 года до 1,5 лет, введен отпуск по уходу за ребенком до 3-х лет. Последний не оплачивался, но при этом не прерывался рабочий стаж и сохранялось рабочее место матери. Был также осуществлен ряд дополнительных мер по защите материнства: например, матерям с детьми до 1,5 лет предоставлялся дополнительный перерыв для кормления ребенка, перерыв включался в рабочее время и оплачивался, и др.

Являлись ли эти программы значительным и новым вкладом государства в поддержку материнства и семьи? Безусловно.

Например, США — единственная развитая западная страна, где не предусмотрен оплачиваемый отпуск по беременности и родам. Только в 1993 году возник Закон об отпуске по семейным и медицинским проблемам, согласно которому при выполнении некоторых условий (стажа работы в компании, не менее 50 работающих в ней сотрудников и др.) может быть представлен отпуск до 12 недель. Но без сохранения заработной платы. В отдельных штатах существуют специальные программы социального страхования. Но государство в целом отнюдь не озабочено здоровьем и восстановлением матери. Может быть, поэтому (в какой-то мере, и в том числе) американские семьи предпочитают не рожать, а усыновлять?

Социальные программы в СССР предназначались в основном, конечно, работающей матери. К началу 90-х годов свыше 90 % женщин трудоспособного возраста были заняты в различных секторах экономики. Право на труд женщинами было не только завоевано, но и закреплено уже как обязанность. Если в начале 20-х годов работающие женщины составляли 27 %, в 1940 году — 39 %, то в конце 60-х женщины среди работающих составляли 51 %.

В 1961 году Президиум Верховного Совета СССР принял указ «Об усилении борьбы с лицами, уклоняющимися от общественно-полезного труда и ведущими антиобщественный паразитический образ жизни» — против тунеядства. Работой признавалось официальное трудоустройство и учеба в вузе. Лишь домохозяйкам, имеющим детей, разрешалось не работать, в отличие от незамужних и бездетных женщин. В 1970 году статья о тунеядстве была включена в уголовный кодекс РСФСР и просуществовала до 1991 года, до принятия закона «О занятости населения», легализовавшего безработицу.

В СССР семья как важнейший институт советского общества находилась под контролем и патронатом государства и партии. Поддержка материнства была важной социальной, государственной функцией — государство брало на себя ответственность за воспитание, образование, охрану здоровья детей.

В постсоветский период делалось все для того, чтобы оклеветать высокое качество воспитательной советской системы. Но — увы и ах! — все понимали, что система была прекрасной. А тот, кто этого не понимал в советский период, все понял на горьком опыте постсоветских реалий.

Бережное и одновременно требовательное отношение к детям в детских яслях, детсадах, школах, ПТУ, пионерлагерях, домах творчества, клубах и дворцах пионеров. Система спортивных детских организаций (от школ олимпийского резерва до дворовых площадок)... Система музыкальных школ и т. д. и т. п. Воистину была выстроена уникальная структура воспитания и развития детей.

И что немаловажно, были созданы условия для того, чтобы дети выросли здоровыми. Для этого с самого рождения ребенку оказывалась медицинская помощь (бесплатная, конечно) по месту жительства. Далее, в школах проводилась всеобщая диспансеризация (например, в школу приезжал зубной кабинет и бесплатно проверял зубы всем детям — и, если нужно, лечил их). Диспансеризация проводилась не только в школах, но и в ПТУ, техникумах, ВУЗах. А еще были профилактории, санатории, базы отдыха и т. д.

Сегодня либероидные форумы полны свидетельств нынешних сорокалетних, прошедших через «ад» советских детсадов. Они с мазохистским ужасом и восторгом признаются, что самое страшное событие в их жизни — это то, как их насильно кормили в детсадах садисты-воспитатели и нянечки. Какое же это было ужасное нарушение их детских прав! Ведь именно эти и подобные ключевые события их «совкового» детства, по их убеждению, привели к их нынешнему семейному неблагополучию и прочим никак не решаемым личностным проблемам!

Но оставим обвинения избалованных и неблагодарных детей в адрес государства и всей советской системы.

Существует новый — и уже где-то более взрослый — взгляд на советское воспитание и государственную политику в отношении детей и семьи. Вот, например, как пишут на форумах об утерянном советском рае: «А трудовой лагерь — это совсем не труд. Ведь и правда, мы даже не помним, что делали в первую половину дня — пололи капусту, морковь, по-моему. Ну что для здоровых юнцов стоит подергать сорняки? Зато все, что было после обеда и до отбоя, — это сильнейшие подростковые переживания, которые расцвечивают жизнь яркими красками и отпечатываются в памяти на долгие годы».

Сравнение никак не в пользу сегодняшнего воспитания подростков. Сегодня подростковые переживания в основном связаны с виртуальным и крайне небезопасным для них и их близких миром интернета. Про телевидение с непотопляемым «Домом-2» в качестве идеала для подростков я и не говорю. К чему они готовят ребенка? Отнюдь не к способности встречать трудности и их преодолевать. Готовят они, прежде всего, к инфантильному потребительскому восприятию мира. В конечном счете, к рабству и зависимости (от вещей, навязываемых стандартов потребления, гламура, разврата и т. д.)

Никак нельзя отрицать (это не только цифры, это помнят жившие в советское время): дети СССР были в основном здоровы. Являлось ли это заслугой государства, выстроившего ответственную политику поддержки семьи и детства? Безусловно, да.

Сейчас же здоровые дети — все более редкое явление. Среди детей СССР не было такого количества малолетних алкоголиков, токсикоманов, наркоманов, проституток, садистов, избивающих учителей и сверстников под видеозапись. Всего того, чем «славится» сегодняшняя Россия. В СССР у детей с нормативностью поведения было в основном в порядке. У них не было компьютеров и айфонов, но был выбор в занятиях, которые их учили, развивали, воспитывали, а не дебилизировали. Была ли это заслуга советского государства? Да.

Газета «Звезда» Пермского края 22.01.2013 сообщила статистику гибели несовершеннолетних жителей Прикамья за прошедший год. Оказалось, что из 517 погибших детей 432 ребенка умерли (от управляемых или неуправляемых причин) в семьях, в которых не проявлялись признаки неблагополучия. И лишь 3,1 % умерших детей были из семей, находящихся в опасном положении и состоявших на учете.

Что это означает? Враждебность окружающей среды для детей? Некомпетентность и безразличие родителей? Не это ли неназываемые, но очевидные глубинные причины болезни постсоветского российского общества? Причины, которые нам придется выявлять, объяснять и, в конечном счете, уничтожать, чтобы страна и, прежде всего, семья — жила.

В нескольких предыдущих статьях мы лишь прикоснулись к проблеме семейного строительства советского периода. И что же оказалось? Оказалось, что модель государства и модель семьи теснейшим образом связаны между собой («семья — ячейка общества»). Поэтому либеральные веяния, пришедшие после смерти Сталина, меняли как саму государственную систему, так и ее семейную политику. Поэтому последняя при всех уникальных достижениях сталинской системы не могла остаться прежней. Одновременно оказалось, что сталинская система заложила огромный запас прочности не только для государства (которое разрушают и обворовывают более 20 лет), но и для российской постсоветской семьи.

Она вышла из традиционной российской семьи, переплавлялась в буднях советских строек и в ходе страшной войны, защитившей новое советское государство. Она смогла (конечно, с огромными материальными и духовными потерями) выжить в перестройку, в лихие 90-е, в лживые двухтысячные. И сегодня оказалась один на один с новым врагом — ювенальной юстицией и с теми, кто за ней стоит. Ювенальный враг нацелен исключительно на уничтожение нашей семьи, а поскольку нет государственной защиты, то ей придется сражаться самой. И победить.


Реформа образования или война на уничтожение? Выступление Владимира Семенко на Съезде родителей России


Логика всей проводимой ныне образовательной реформы, в конечном счете, приводит к тому, что субъекты образовательного процесса начинают мыслиться не как учреждения, которые несут знания учащимся, а как коммерческие предприятия, которые должны приносить доход


Социальная война
Владимир Семенко , 21 февраля 2013 г.
опубликовано в №15 от 13 февраля 2013 г.

 

Дорогие друзья, слава богу, что этот съезд состоялся. Это воистину торжество родительского движения. И родительское движение, конечно, прошло долгий путь. Заряд сопротивления в обществе накапливался долго. Но он блуждал вот так, неоформленный. И хорошо, что «реактивная установка» под названием «Движение «Суть Времени» смогла объединить этот порох в пороховницах, и сейчас вот таким залпом по антинародным законам выстрелила. Слава богу, что это состоялось!

Многие трудности родительское движение встречало на своем пути. Как уж ни называли нас – это все мы знаем. Но самой большой опасностью были те организации-ловушки, организации-подмены, которые как бы выстраивались параллельно живым родительским организациям и уводили часть родительской протестной энергии в закамуфлированные какие-то чиновничьи игры.

И сегодняшний съезд – это то событие, которое может создать водораздел между теми родительскими организациями, которые на самом деле являются живыми, настоящими, которые защищают права семьи в целом, права нашей нации на самоопределение, и теми карманными родительскими структурами, которыми очень часто хотят подменить настоящую работу чиновники.

Это было и в городе Екатеринбурге, когда создавались эти карманные организации, это создает и Мизулина. Мизулина, которая чувствует такое сопротивление родительское, вдруг решила создать родительскую всенародную организацию. Видите, вот так хотят, обманными такими организациями, завоевать якобы признание родительской общественности.

Поэтому съезд, который объединит настоящие организации, является формой защиты собственно родительского движения. И мы сегодня должны сказать, что тех сирот, о которых так плачут наши либералы и оранжисты, наплодили они сами. Разве было такое вопиющее положение детей и семей в советское время? Нет. Значит, запущен механизм. А само Министерство образования, которое награждает победителя, например, математической олимпиады книгой, в которой порнографические рисунки? Этот случай зафиксирован в нашей организации, эта книга находится в архиве. И никто не наказан, хотя, конечно, было протестное письмо. Извинились: «Что тут такого?» Вот то развращающее, тлетворное влияние, которое оказывает сама система образования, потом говорит о том, что родители плохие, и надо забирать у них детей.

Владимир Семенко

Что еще важно на сегодняшний день? Надо понять, что кроме родительского движения телегу под названием «образование» не вытащит никто. Министерство образования ведет антинародную политику, это уже всем понятно.

Вы посмотрите, принимаются стандарты, которые убивают систему образования. И никто не наказан. Это же психолого-педагогическое преступление!

Этих людей надо отводить на освидетельствование – здоровы ли они, психологически и психически?!

Мы просто можем возмущаться и говорить: «Ой, это плохо», а они еще говорят, что это называется современные какие-то технологии. Это ложь, которая во все времена рядилась в такие якобы новаторские, движения. Поэтому вы знайте – только родители! Не учителя – учителя бесправны. Директора не заинтересованы в хорошем, качественном образовании.

Я предлагаю, насколько это возможно, взять в разработку родительского движения следующее предложение: нужно вернуть систему управления в школах, которая существовала в советский период. Директор избирался педагогическим коллективом, и поэтому он был ответственен и перед педагогическим коллективом, и перед родителями. Общее родительское собрание являлось как раз тем собранием, которое определяло политику. И учителя, педколлектив как раз являли такое единство. Сейчас, когда произошла ротация директоров, когда пришли не педагоги, не профессионалы, а просто «менеджеры» (в кавычках, на самом деле – деляги), директор заинтересован лишь в усугублении той деградации, которая существует сейчас в школах. Поэтому – вернуть, возвратить эту верную систему...

Если у нас по Конституции образование носит общественно-государственный характер, то есть родители являются социальными заказчиками, то почему тогда система управления школой работает против родителей? Вот это надо, конечно, рассмотреть.

Я не буду говорить о том, что бессовестные чиновники хотят нравственный вопрос решить правовыми методами. И это невозможно, это вообще разные плоскости, разные сферы жизни, и нравственные вопросы оздоровления семьи можно решить только нравственными методами. Вы посмотрите, что они делают, какие стандарты они вводят! По этому понятно, что они работают только на усугубление деградации и дебилизации нашего населения.

Я хотела бы еще немного затронуть вот какой вопрос. О «Сути времени» говорят – «кремлевский проект». У нас была конференция «Христианство и Красный Проект» в Краснодаре. И после этого у меня была беседа с батюшкой, и он говорит: «Слушайте, вот, говорят, что «кремлевский проект». Вы знаете, если Кремль может создавать такие проекты, может, он уже стал российским?» 

Но, вы знаете, даже в этой формулировке – «кремлевский проект»... А почему Кремль, сердце Москвы, сердце России, должен быть антинародным? Почему народное, здоровое движение не может быть под


Сирот, о которых так плачут наши либералы и оранжисты, наплодили они сами. Выступление Надежды Храмовой на Съезде родителей России


Надо понять, что кроме родительского движения телегу под названием «образование» не вытащит никто


Социальная война
Надежда Храмова , 21 февраля 2013 г.
опубликовано в №15 от 13 февраля 2013 г.

 

Дорогие друзья, слава богу, что этот съезд состоялся. Это воистину торжество родительского движения. И родительское движение, конечно, прошло долгий путь. Заряд сопротивления в обществе накапливался долго. Но он блуждал вот так, неоформленный. И хорошо, что «реактивная установка» под названием «Движение «Суть Времени» смогла объединить этот порох в пороховницах, и сейчас вот таким залпом по антинародным законам выстрелила. Слава богу, что это состоялось!

Надежда Храмова

Многие трудности родительское движение встречало на своем пути. Как уж ни называли нас – это все мы знаем. Но самой большой опасностью были те организации-ловушки, организации-подмены, которые как бы выстраивались параллельно живым родительским организациям и уводили часть родительской протестной энергии в закамуфлированные какие-то чиновничьи игры.

И сегодняшний съезд – это то событие, которое может создать водораздел между теми родительскими организациями, которые на самом деле являются живыми, настоящими, которые защищают права семьи в целом, права нашей нации на самоопределение, и теми карманными родительскими структурами, которыми очень часто хотят подменить настоящую работу чиновники.

Это было и в городе Екатеринбурге, когда создавались эти карманные организации, это создает и Мизулина. Мизулина, которая чувствует такое сопротивление родительское, вдруг решила создать родительскую всенародную организацию. Видите, вот так хотят, обманными такими организациями, завоевать якобы признание родительской общественности.

Поэтому съезд, который объединит настоящие организации, является формой защиты собственно родительского движения. И мы сегодня должны сказать, что тех сирот, о которых так плачут наши либералы и оранжисты, наплодили они сами. Разве было такое вопиющее положение детей и семей в советское время? Нет. Значит, запущен механизм. А само Министерство образования, которое награждает победителя, например, математической олимпиады книгой, в которой порнографические рисунки? Этот случай зафиксирован в нашей организации, эта книга находится в архиве. И никто не наказан, хотя, конечно, было протестное письмо. Извинились: «Что тут такого?» Вот то развращающее, тлетворное влияние, которое оказывает сама система образования, потом говорит о том, что родители плохие, и надо забирать у них детей.

Что еще важно на сегодняшний день? Надо понять, что кроме родительского движения телегу под названием «образование» не вытащит никто. Министерство образования ведет антинародную политику, это уже всем понятно.

Вы посмотрите, принимаются стандарты, которые убивают систему образования. И никто не наказан. Это же психолого-педагогическое преступление!

Этих людей надо отводить на освидетельствование – здоровы ли они, психологически и психически?!

Мы просто можем возмущаться и говорить: «Ой, это плохо», а они еще говорят, что это называется современные какие-то технологии. Это ложь, которая во все времена рядилась в такие якобы новаторские, движения. Поэтому вы знайте – только родители! Не учителя – учителя бесправны. Директора не заинтересованы в хорошем, качественном образовании.

Я предлагаю, насколько это возможно, взять в разработку родительского движения следующее предложение: нужно вернуть систему управления в школах, которая существовала в советский период. Директор избирался педагогическим коллективом, и поэтому он был ответственен и перед педагогическим коллективом, и перед родителями. Общее родительское собрание являлось как раз тем собранием, которое определяло политику. И учителя, педколлектив как раз являли такое единство. Сейчас, когда произошла ротация директоров, когда пришли не педагоги, не профессионалы, а просто «менеджеры» (в кавычках, на самом деле – деляги), директор заинтересован лишь в усугублении той деградации, которая существует сейчас в школах. Поэтому – вернуть, возвратить эту верную систему...

Если у нас по Конституции образование носит общественно-государственный характер, то есть родители являются социальными заказчиками, то почему тогда система управления школой работает против родителей? Вот это надо, конечно, рассмотреть.

Я не буду говорить о том, что бессовестные чиновники хотят нравственный вопрос решить правовыми методами. И это невозможно, это вообще разные плоскости, разные сферы жизни, и нравственные вопросы оздоровления семьи можно решить только нравственными методами. Вы посмотрите, что они делают, какие стандарты они вводят! По этому понятно, что они работают только на усугубление деградации и дебилизации нашего населения.

Я хотела бы еще немного затронуть вот какой вопрос. О «Сути времени» говорят – «кремлевский проект». У нас была конференция «Христианство и Красный Проект» в Краснодаре. И после этого у меня была беседа с батюшкой, и он говорит: «Слушайте, вот, говорят, что «кремлевский проект». Вы знаете, если Кремль может создавать такие проекты, может, он уже стал российским?» 

Но, вы знаете, даже в этой формулировке – «кремлевский проект»... А почему Кремль, сердце Москвы, сердце России, должен быть антинародным? Почему народное, здоровое движение не может быть под


Вот это – народная страсть! Выступление на Съезде родителей России


Мы зацепили не только политический нерв, мы зацепили какую-то очень важную струну в душе народа, и я верю, что чаяния матерей России с нами, и отступать нам некуда


Социальная война
Андрей Берсенев , 21 февраля 2013 г.
опубликовано в №15 от 13 февраля 2013 г.

Здравствуйте товарищи!

Во-первых, мне хотелось сказать, что сегодня эпохальное событие, что сегодня мы, конечно, вступили в новую фазу. Как-то так приходится на февраль... 4 февраля 2012 года была Поклонная, которая является днем рождения нашей организации. А вот сегодня...  девятое? Девятое. Это очень большой этап. Неожиданный этап и триумфальный. Мы все должны гордиться этим днем.

Я вот, честно говоря, как-то и не верил, что наши сборы подписей приведут к такому огромному результату. Мы просто задаем новые форматы политики в России. А основой этого, конечно, является то, что мы все время говорим про самостояние. У нас есть свои цели, у нас есть свои идеалы. У нас есть свои представления о том, как и что нужно делать, и мы это решаем не на основе чьих-либо симпатий или антипатий, не на основе чьих-либо стереотипов, а на основе своего представления о том, куда мы движемся, как мы движемся, и мы с этой дороги не свернем и будем двигаться.

Я немного хочу рассказать про сбор подписей. Мы в Екатеринбурге были у истока сбора подписей против ювенальной юстиции... Мне бы тоже хотелось здесь заметить – очень любят говорить, что мы такая организация, которая шеренгой ходит за лидером. Мы, конечно, очень уважаем своего лидера, но все-таки, я думаю, пример с ювенальной юстицией показывает, что это именно снизу все поднимается.

Например, как это все было в Екатеринбурге. 15 мая был митинг в Москве совместно с Церковью, он даже назывался «стояние»... Мы, когда про все это узнали, мы негодовали, мы просто скрежетали зубами по поводу ювеналки и думали, что же делать? Мы решили провести пикет. И у нас не было никакой листовки, так уж получилось. Мы просто с сайта АРКС распечатали первую попавшуюся листовку, а с обратной стороны там можно было подписи пособирать. Ну, мы думаем, а почему бы не пособирать подписи? И мы увидели огромную отдачу людей. Мы просто случайно это стали делать. За пикет мы собрали порядка двухсот подписей.

И мы поняли, что мы-то собрали 200 подписей, да и еще это не сделано как акция, не системно, а вот если вся организация «Суть Времени», которая обладает достаточно большим ресурсом, возьмется за это, то она действительно может оформить огромный гражданский социальный протест, она действительно может что-то сделать.

Когда мы приехали на нашу Школу в Протвино, мы увидели: подобным образом думают другие люди. И вместе в Протвино мы решили, что мы будем собирать эти подписи, а времени тогда было очень мало. Потому что уже 18 июня законы должны были принять в Государственной Думе, как вы знаете. И тогда фактически за две недели мы насобирали всей страной 60 тысяч подписей. Это ли не победа?

И мне бы хотелось пару таких вот картин, внутренних зарисовок рассказать, которые лично мне говорят гораздо больше, чем какие-то понятийные рассуждения, какие-то социологические опросы.

Вот такая история: мы очень много собирали подписей вместе с Православной церковью, и в одном из храмов мы как-то оставили бланки для сбора подписей, а бланков оказалось мало. И вот... Вы видите, что произошло?!

Это не один лист, таких листов много. Мне это говорит гораздо больше, чем любой соцопрос. Вот это – народная страсть! Вот как люди ненавидят ювеналку! Смотрите, они исписали все свободное место. И таких листов много. Может, они не могут использоваться как юридический документ, но они мне очень многое показывают. Как я вижу, и вам тоже.

Мне такие вещи очень много говорят вообще о нашем народе. О том, что он много терпит, но внутри него живет какая-то огромная энергия, которая, если оформится, если она соединится с каким-то разумным целеполаганием, то она может творить чудеса.

Расскажу еще одну историю по поводу мифов. Либералы нам все время навязывают мифы, а они так или иначе в душе какой-то осадок оставляют. О том, что народ у нас такой неграмотный и находится в таком полузверином состоянии, особенно где-нибудь в глубинке.

Так вот, во-первых, по поводу самоорганизации. Мы в Екатеринбурге много выходили на местные СМИ и, в частности, на православные СМИ, и нам люди просто звонили и писали. Они нам говорили примерно следующее, звонят какие-нибудь бабушки из каких-нибудь деревень, я даже не знаю названий таких, в Свердловской области какие-нибудь маленькие деревни. Они говорят: не знаем, что такое интернет, вы нам бланки пришлите, мы подписи соберем.

И очень много таких случаев. Люди по заводам собирали, по офисам, еще где-то. И вот одна такая бабушка позвонила и попросила прислать им бланки, чтобы собирать подписи. Я, к сожалению, это не сфотографировал. Она прислала где-то восемь этих вот бланков по десять подписей, то есть она фактически всю свою деревню опросила. Это были самые качественные, самые каллиграфические, наиболее точно заполненные бланки. Все до единого. Причем писали разные люди, понимаете?

И вот про этот народ говорят, что он неграмотен. А в конце она написала письмо, у меня, к сожалению, нет его сфотографированного. Она человек верующий, она благословляла Движение «Суть Времени» и желала нам победы!

Я хочу сказать, что мы сейчас зацепили не только политический нерв, мы зацепили какую-то очень важную струну в душе народа, и я верю, что чаяния матерей России с нами, и отступать нам некуда. И поэтому, если мы соберемся, если мы будем сильны, если мы будем верить в то, что мы делаем, то победа, конечно, будет за нами.


От какого «семейного наследия» мы отказываемся? Часть II


Это было единство социальных ролей, подкрепленное общим подвигом и невиданным трудом

Социальная война
Вера Сорокина , 21 февраля 2013 г.
опубликовано в №14 от 6 февраля 2013 г

Прежде чем продолжить описание постепенного налаживания семейной советской жизни (о чем мы говорили в конце предыдущей статьи), следует сказать хотя бы вкратце об огромной государственной работе по ликвидации беспризорности, в результате которой миллионы беспризорных детей были возвращены обществу, стали его полноправными членами.

Говорков В. За радостное цветущее детство! За счастливую, крепкую семью! 1936 г. С сайта gallerix.ru

После Первой мировой и Гражданской войн к 1921 году в стране, по разным данным, насчитывалось 4,5–7 млн беспризорников. Решение проблемы беспризорности было объявлено важнейшей политической задачей. В 1919 году был образован Государственный совет защиты детей (во главе с Луначарским), в 1921 г. — Комиссия по улучшению жизни детей ВЦИК («Деткомиссия» во главе с Дзержинским). Работа по спасению детей и их социализации велась широким фронтом и отнюдь не один год. Были организованы воспитательные учреждения интернатного типа — детские дома, трудовые коммуны, школы-колонии. Детей помещали в крестьянские семьи, к кустарям, работала опека, школы, клубы. С 1925 года общественная организация «Друзья детей» занималась ликвидацией неграмотности среди беспризорных, помогала разыскать родных, боролась с жестоким обращением с детьми. Лишь к маю 1935 года было заявлено о ликвидации массовой детской беспризорности.

Вернемся к семейному законодательству, отражающему политику государства в этом вопросе. И признаем, что в первых советских законах о семье были перегибы. Помимо крайней легкости заключения и расторжения брака эти законы формально дискриминировали мужчину, установив крайне упрощенную процедуру установления отцовства — по письменному заявлению матери ребенка. Семейный кодекс того времени гласил: Статья 141. «…О поступившем заявлении Отдел записей актов гражданского состояния извещает лицо, названное в заявлении отцом, и последнему предоставляется в двухнедельный со дня получения извещения срок возбудить судебный спор против матери о неправильности ее заявления. Невозбуждение спора в указанный срок приравнивается к признанию ребенка своим». В 1920 году прибавился декрет о разрешении медицинских абортов по желанию женщины. Все эти юридические новшества были закреплены в законодательстве о браке и семье в 1926 году.

Однако с конца 20-х годов в государственной политике в отношении семьи начался откат — в сторону охранительной, консервативной направленности. С идеями «свободной любви», «стакана воды» и прочей феминистской «р-р-революционности» в семейно-брачной сфере стали заканчивать и, напротив, заговорили о необходимости крепкой семьи для рождения и воспитания здорового нового поколения. Отметим, что феминистские идеи циркулировали, в основном, в городах, вся же в основном крестьянская Россия придерживалась по-прежнему патриархального взгляда на семью.

Государство понимало, что здоровые семейные отношения являются мощным политическим стабилизирующим фактором. Более того, само государство стало рассматриваться как одна большая семья, а руководитель Советского государства стал постепенно приобретать черты «отца нации».

Об этом же говорил русский философ Павел Флоренский: «Прежде всего, требуется оздоровить семью. …Общество слагается не из индивидов-атомов, а из семей-молекул. Единица общества есть семья, а не индивид, и здоровое общество предполагает здоровую семью. Распадающаяся семья заражает и общество. Государство должно обязательно (создать) наиболее благоприятные условия для прочности семьи, должна быть развита система мер, поощряющих крепкую семейственность». И хотя философ говорил именно о традиционной семье, совпадение очевидно. Ведь в основу последующего этапа советской семейной политики во многом были положены принципы организации традиционной русской семьи.

В 1936 г. было принято постановление ЦИК и СНК СССР «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовной ответственности за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах (о браке и семье)».

«…Нам нужны все новые и новые борцы — строители этой жизни. Нам нужны люди. Аборт, уничтожение зарождающейся жизни, недопустим в нашем государстве строящегося социализма. Аборт — это злое наследие того порядка, когда человек жил узколичными интересами, а не жизнью коллектива... В нашей жизни не может быть разрыва между личным и общественным. У нас даже такие, казалось бы, интимные вопросы, как семья, как рождение детей, из личных становятся общественными. Советская женщина уравнена в правах с мужчиной. Для нее открыты двери во все отрасли труда. Но наша советская женщина не освобождена от той великой и почетной обязанности, которой наделила ее природа: она мать, она родит. И это, бесспорно, дело большой общественной значимости»,— так популяризировал этот закон старый большевик А.?Сольц.

Сразу после принятия закона о запрете абортов их число, естественно, резко сократилось, а число рождений значительно возросло.

Что касается других изменений в законодательстве о браке и семье, то с момента выхода этого постановления взаимные права членов семьи основывались не на кровном родстве, а на юридическом факте — регистрации брака родителей. Совершенно другим стал статус зарегистрированного брака. Теперь под браком стали пониматься не фактические брачные отношения, а сам акт регистрации. Лишь акт регистрации определял права и обязанности супругов.

Усложнилась и процедура расторжения брака: теперь для регистрации развода стали необходимыми личное присутствие обоих разводящихся супругов, уплата пошлины.

Наконец, существенно и то, что Указ не только ужесточал отношение государства к таким явлениям, как аборт и развод, но и предусматривал дополнительные и широкие обязательства государства по защите семьи и детства.

Необходимость защиты семьи, ставшая общей политикой государства, была главной, но не единственной причиной такого резкого изменения социальной политики государства. Кроме этого, суровой необходимостью стало установление трудовой дисциплины в стремительно идущей индустриализации страны. Существенен был и вопрос улучшения демографической ситуации в связи с приближающейся войной.

Еще один аспект состоял в том, что эпоха индустриализации, урбанизации, коллективизации привела к изменению самой структуры семьи. В отличие от прежней расширенной, сложной патриархальной семьи традиционного типа, в состав которой входит несколько супружеских пар или несколько поколений взрослых людей, проживающих совместно, все более широкое распространение стала получать малая (нуклеарная) семья, которая состоит из родителей и их детей.

Великая Отечественная война внесла значительные корректировки в советское семейное законодательство. Наличие большого количества детей, оставшихся без родителей, большого числа военнослужащих, оставивших детей и супругу без надлежащего материального обеспечения, значительное сокращение рождаемости и числа браков потребовали новых изменений в семейном праве.

8 июля 1944 г. Президиум Верховного Совета СССР принял Указ «Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям, усилении охраны материнства и детства, об установлении почетного звания «Мать-героиня» и учреждении ордена «Материнская слава» и медали «Медаль материнства». Указ менял статус семьи и внутрисемейных отношений, придавая правовое значение только зарегистрированным бракам.

Только зарегистрированный брак порождал права и обязанности супругов. Лица, же которые состояли в фактических браках до Указа, могли оформить отношения, зарегистрировав брак с указанием срока совместной жизни.

Указ от 8 июля 1944г. предусмотрел также обязательную запись зарегистрированного брака в паспортах с указанием фамилии, имени, отчества и года рождения супруга, места и времени регистрации брака.

Дополнительно усложнилась и процедура развода: было введено обязательное судебное разбирательство при разводе, делам о разводе стала придаваться широкая огласка (публичное судопроизводство), за выдачу свидетельства о разводе взыскивалась большая пошлина.

И вновь Указ содержал ряд обязательств государства по отношению к женщине-матери — моральных и материальных стимулов для повышения рождаемости. Сюда входили: выплата государственного пособия при рождении третьего ребенка (причем далее сумма возрастала при рождении каждого следующего ребенка), снижение платы за помещение детей в детские сады и ясли для родителей с низкой зарплатой, увеличение отпуска по беременности и родам (пусть всего на 7 календарных дней, но увеличение). Конечно, это была скорее моральная поддержка, но и она была существенна для женщины. А для государства это было немалое самообременение — и это в то время, когда война была еще не завершена, а тыл фактически держался на женщинах.

Таким образом, государство решало вопрос воспроизводства населения в военные и послевоенные годы в условиях огромного дефицита мужского населения. Но одновременно также решался и вопрос о деторождении женщины, не имеющей мужа. Женщина получала уверенность, что ее выбор — иметь и воспитывать ребенка — сложный и болезненный для нее лично, тем не менее, поддерживается государством. Какое отличие от лезущей сегодня во все щели ювенальной юстиции, которая такую женщину-одиночку считает «фактором риска», и такая неполная семья обязательно будет взята опекой на заметку с последующим изъятием ребенка!

Между тем, сколько миллионов вдов (с детьми и без них) осталось после войны! В это трудное время государство понимало насущную необходимость беречь и защищать одинокую женщину с ребенком.

И надо быть благодарными нашим бабушкам и прабабушкам за то, что они решились взять на себя и смогли вынести тяжелейший труд — в голодное и холодное послевоенное время вырастить и воспитать новое послевоенное поколение,

Наконец, следует сказать и еще об одном аспекте этой проблемы. Не только государство так заботилось о семье. Трудно перечислить все те формы моральной поддержки, которые оказывались обществом по отношению к семьям и детям, находящимся в действительно трудном положении. В советском обществе поддерживалась атмосфера бережного отношения к одиноким женщинам с детьми, советские суды в ситуации развода или семейной драмы практически всегда стояли на стороне женщины, а советская гуманистическая культура дала истинные образцы любви и веры в женщину, достойные высшей художественной и человеческой оценки.

В советской школе мы учили стихи М.?Исаковского «Русской женщине», которые, возможно, сегодня не знают потомки этой русской женщины военной поры.

«Да разве об этом расскажешь
В какие ты годы жила!
Какая безмерная тяжесть
На женские плечи легла!…

В то утро простился с тобою
Твой муж, или брат, или сын,
И ты со своею судьбою
Осталась один на один.

Одной тебе — волей-неволей –
А надо повсюду поспеть;
Одна ты и дома и в поле,
Одной тебе плакать и петь.

В холодные зимы, в метели,
У той у далёкой черты
Солдат согревали шинели,
Что сшила заботливо ты.

Бросалися в грохоте, в дыме
Советские воины в бой,
И рушились вражьи твердыни
От бомб, начинённых тобой.

За всё ты бралася без страха.
И, как в поговорке какой,
Была ты и пряхой и ткахой,
Умела — иглой и пилой.

Рубила, возила, копала –
Да разве всего перечтёшь?
А в письмах на фронт уверяла,
Что будто б отлично живёшь.

Бойцы твои письма читали,
И там, на переднем краю,
Они хорошо понимали
Святую неправду твою.

И воин, идущий на битву
И встретить готовый её,
Как клятву шептал, как молитву,
Далёкое имя твоё…»

В советской женщине слились идущая из традиционной семьи роль матери — и роль осознающей свое место и право в общем строительстве нового светлого будущего освобожденной трудовой женщины. Женщины, уверенной в будущем своем и своего ребенка. Это было единство социальных ролей, подкрепленное общим подвигом и невиданным трудом. Единство, западному миру непонятное и потому не принимаемое.


 От какого «семейного наследия» мы отказываемся?


Русские женщины шли в народ, боролись за просвещение народа, за его освобождение. И считали, что женская доля изменится вместе с долей народной


Социальная война
Вера Сорокина , 21 февраля 2013 г.
опубликовано в №13 от 30 января 2013 г

Наши почвенники, твердо отстаивающие семейные устои (в чем я их полностью, конечно, поддерживаю) иногда говорят о том, что большевики в том, что касается разрушения семьи, ничем не отличаются от западных ювенальщиков.

Что ж, давайте спокойно разберемся в том, какой была семья до революции, в чем состоит советский опыт построения семьи и т.?д. Не будем уподобляться либералам, которые по любому поводу говорят «как известно…». Вчитаемся повнимательнее в документы, постараемся вжиться в то, что происходило тогда, и уже после этого перейдем к оценкам и принципам, на которых должно быть построено беспокоящее всех нас семейное будущее.

Да, советская власть и впрямь начала свою политику в отношении семьи с либерального семейного законодательства, которое по своей радикальности превосходило все, что предлагало западное семейное законодательство того времени.

Прежде всего, уже в декабре 1917 г. советская власть, провозгласив принцип отделения церкви от государства, присвоила себе единственное право регистрации рождений и браков. Единственной формой брака стал гражданский (то есть светский) брак вместо прежнего — религиозного, церковного (не путать с сегодняшним термином, когда под «гражданским браком» понимается сожительство, «фактический брак». В настоящее время понятия «гражданский брак» в законодательстве РФ, в том числе в Семейном кодексе, нет).

А между тем, брак в России много веков освещался церковью. И еще на рубеже XIX и XX веков брачность в России была почти всеобщей. Перепись населения 1897 г. показала, что к возрасту 50 лет в браке состояли практически все мужчины и женщины, и доля населения, никогда не состоявшего в браке, в возрастной группе 45–49 лет была существенно ниже, чем в странах Западной Европы.

Дореволюционная Россия почти не знала разводов, брачный союз заключался на всю жизнь и практически не мог быть расторгнут. Развод рассматривался церковью как тягчайший грех и разрешался в исключительных случаях (при «безвестном отсутствии» или «лишении всех прав состояния» одного из супругов). И хотя в предреволюционное время взгляды на ценности супружества и отношение к разводу менялись, эти изменения затрагивали в основном элитарные слои населения, хотя и там официальные разводы были большой редкостью. В 1913 г. на 98,5 млн православных в России был расторгнут всего лишь 3791 брак.

Сегодня, когда в России (и не только в России) расторгается более 60?% зарегистрированных браков, такое положение даже трудно представить.

С другой стороны, хотя в XIX веке идеи женского равноправия не были широко популярны в России и воспринимались как чуждые русской традиции и культуре, они достаточно широко обсуждались в обществе, начиная со второй половины XIX века. В разных частях общества, в том числе и в женской среде, шли яростные споры о браке.

В ходе этих споров высказывались и самые радикальные идеи. Так, в прокламации П.?Г.?Заичневского «Молодая Россия» (1862 г.), наряду с требованием полного освобождения женщины и предоставления ей политического и гражданского равноправия с мужчиной, предлагалось уничтожение брака вообще «как явления в высшей степени безнравственного и немыслимого при полном равенстве полов», а заодно и семьи, якобы мешающей развитию человека. «Катехизис революционера» С.?Г.?Нечаева также отрицал брак и семью.

Но в этот период и некоторые просвещенные женщины перестали признавать церковный брак, предполагавший часто насилие, неравенство, подчинение женщины мужчине. Хотя в женской среде даже такие обсуждения не ограничивались лишь отрицанием церковного брака, а сопровождались поиском новых отношений и духовных связей в семье.

Д.?И.?Писарев в статье «Реалисты» (1864 г.) писал о семье новых людей и месте в ней женщины: «Мне нравится наружность моей жены, но я бы никогда не решился сделаться ее мужем, если бы я не был вполне убежден в том, что она во всех отношениях способна быть для меня самым лучшим другом... мы ведем труд наш общими силами. Она понимает, чего я хочу, и я тоже понимаю, чего она хочет, потому что мы оба хотим одного и того же, хотим того, чего хотят и будут хотеть все честные люди на свете... Все силы ее ума и ее начитанности постоянно находятся в моем распоряжении, когда я нуждаюсь в ее содействии; все силы моего ума и моей начитанности постоянно подоспевают к ней на помощь, когда она чем-нибудь затрудняется... А тут еще присоединяется ощущение любви... тут еще дети, как новая живая связь между мною и ею... Одна и та же личность является для меня товарищем по работе, другом, женой, страдалицей, матерью и воспитательницей моих детей, — и вдруг выдумывают, что я не способен любить эту личность! И вдруг произносят тут слова: охлаждение, разочарование, супружеская ревность или супружеская неверность. Черт знает, что за чепуха!»

Софья Перовская

 

Вера Фигнер

Борьба шла за предоставление женщинам равных с мужчинами прав на получение высшего образования, работу по избранной профессии, участие в общественной жизни. Со второй половины ХIХ века в России наметилось три течения в женском движении: феминистское, которое сосредоточилось именно на освобождении женщин, нигилистское, которое сосредоточилось на очень специфическом понимаемом освобождении личности и не зацикливалось, в отличие от феминисток, на собственно женской теме, и радикальное, для которого освобождение женщины было возможно только при освобождении народа. Наиболее популярен в России стал третий тип женского движения. А на Западе — первый тип, собственно феминистский. При этом специфика женского движения в России была в том, что оно не сосредоточивалось на узко понимаемой только женской тематике. Даже российский феминизм и тот не был, в отличие от западного, агрессивно мужененавистническим. Русские женщины, воспитанные на великой русской литературе (Тургенев, Чернышевский, Некрасов и др.), шли в народ, боролись за просвещение народа, за его освобождение. И считали, что женская доля изменится вместе с долей народной.

Если в эпоху декабристов русские женщины еще стояли на позиции тихого, так сказать, семейного протеста (который, конечно же, уже тогда был существенно политическим), то с конца 1860-х годов в России не было ни одной крупной революционной организации, в которой бы не принимали участие женщины. Среди 29 членов Исполнительного комитета «Народной воли» было 10 женщин. Поскольку деятельность этой организации строилась на принципе равенства, то женщины участвовали в террористических актах наравне с мужчинами.

С 1905 года — после Манифеста 17 октября 1905 года, по которому мужчины наделялись избирательными правами, — началась активная борьба женщин за предоставление и им избирательных прав. Возникает «пролетарское женское движение», которое стало ареной борьбы между либеральными феминистками и сторонницами социалистического, марксистского течения. 19 марта 1917 года российские женщины получили избирательные права (одни из первых в мире).

Ленин считал «женский вопрос» вторичным, по его мнению, он должен был разрешиться «сам собою» после социалистической революции. После выхода брошюры Н.?К.?Крупской (1901 г.) «Женщина-работница», где женский вопрос в России получил марксистское обоснование, в программу РСДРП было включено требование полного юридического и политического равенства мужчин и женщин.

Партия стремилась повысить политическое сознание женщин, вовлечь их в революционное движение, сделать союзником, понимая, что без массового участия женщин в революционной борьбе невозможно ни завоевание власти, ни строительство нового общества. Не случайно Маркс писал: «Каждый, кто сколько-нибудь знаком с историей, знает также, что великие общественные перевороты невозможны без женского фермента».

То есть параллельно с существованием патриархальной, освященной церковью семьи в России на протяжении более чем полувека создавалась в обществе база для введения законодательства, освобождающего закрепощенную и обществом, и семьей женщину.

Первые Декреты советской власти о браке и семье были разработаны с непосредственным участием В.?И.?Ленина и подписаны им. 18 декабря 1918 г. был издан Декрет ВЦИК и СНК РСФСР «О гражданском браке, о детях и о введении книг актов гражданского состояния», а 19 декабря 1917 г. Декрет ВЦИК и СНК РСФСР «О расторжении брака». Последним предусматривалась полная свобода развода по обоюдному согласию супругов или даже по заявлению (письменному или устному) одного из них.

Сегодня даже трудно себе представить, насколько резким был переход от доминировавшей в России патриархальной семьи к семье нового типа, создаваемой сообразно этому новому советскому законодательству. Такой резкий переход породил очень и очень многое. И сопротивление нововведениям. И революционные перегибы.

В первые послереволюционные годы отрицалась не только патриархальная семья как отжившая форма семьи и принципов семейных отношений, но и сам институт семьи как таковой. Согласно логике «революционного перегиба» любая семья является «ячейкой и опорой старого строя». Идеологи-перегибщики утверждали, что «в коммунистическом обществе вместе с окончательным исчезновением частной собственности и угнетения женщины исчезнут и проституция, и семья» (Н.?Бухарин), что «место семьи как замкнутого мелкого предприятия должна занять законченная система общественного ухода и обслуживания» (Л.?Троцкий).

Необходимо подчеркнуть, что глава советского государства В.?И.?Ленин не разделял теорию и практику свободной любви. Что он придавал большое значение обобществлению материальной стороны быта, созданию общественных столовых, яслей, детских садов, которые он называл «образчиками ростков коммунизма».Ленин справедливо утверждал, что именно такие меры являются простыми, будничными средствами,«которые на деле способны освободить женщину, на деле способны уменьшить и уничтожить ее неравенство с мужчиной по ее роли в общественном производстве и общественной жизни».

Осуждая перегибщиков того времени, мы одновременно должны понимать, насколько беспрецедентны были задачи по преодолению недостатков патриархальной семьи, действительно формировавших достаточно бесправную и внутренне закрепощенную женщину. Ведь и впрямь было необходимо избавляться от худших слагаемых наследства той эпохи и ускоренно превращать доминирующий в ту эпоху тип женщины в советскую женщину, являющуюся полноправным членом общества и не считающую себя профессионалкой по ведению домашнего хозяйства.

Уважая досоветский тип российской семьи, признаем, что в пределах этого типа семьи новых проблем решить было нельзя. Что женщины в досоветский период были существенно ущемлены в том, что касается доступа к образованию и получению квалификации. Что они не могли на равных с мужчинами участвовать в политической и даже культурной жизни.

Глубокоуважаемые русские почвенники! Я не меньше вас восхищаюсь дореволюционной русской семьей. Мне глубоко чужды либеральные издевательства над русской семьей равно как и восхищение революционными перегибами. Но давайте не будем жертвовать фактами в угоду идеологии. Тем более что факты вещь очень и очень упрямая. И игнорируя их полностью, можно оказаться в неловком, а то и в смешном положении. Согласно уже упомянутой мною переписи населения 1897 г. (которую ну уж никак нельзя назвать «большевистским наветом»!), 55?% женщин, занятых наемным трудом, работали прислугой, 25?% батрачили, 13?% работали на предприятиях, 4?% — в учреждениях просвещения и здравоохранения. Лишь 17?% женщин были грамотными. За одинаковый с мужчинами труд женщины получали в полтора–два раза меньше. Рабочий день на предприятиях длился 13–14 часов и более. Средняя продолжительность жизни женщин была 33 года.

И что нужно было делать большевикам? Оставлять все это без изменения? И при этом проводить форсированную индустриализацию? К сказанному выше можно добавить следующее. В дореволюционной семье жена не имела даже своего паспорта. Ее имя вписывалось в паспорт мужа. Главой и распорядителем судеб детей был муж. Закон предписывал жене повиноваться мужу как главе семейства...

Менять такое положение дел — причем в кратчайшие сроки — без перегибов, наверное, могут ангелы. Но не живые люди.

О том, как постепенно налаживалась семейная советская жизнь, — в следующей статье.


Пиррова победа вариативности


Максимальная индивидуализация — это когда каждый индивидуум получает свое образование. И как после этого собравшиеся вместе индивидуумы будут работать на одном заводе или в одном институте?

 

Социальная война
Павел Расинский , 11 февраля 2013 г.
опубликовано в №11 от 16 января 2013 г

Советская школа, 1956 г. Фото из журнала Life с сайта kcmeesha.com

Обложка журнала Life от 24 марта 1958 г. с фотографиями школьников из СССР и США, участвовавшими в сравнительном исследовании систем образования. Фото с сайта kcmeesha.com

 

В течение десятилетий советская образовательная система считалась одной из лучших в мире. После запуска Советским Союзом первого спутника Земли многие страны стали углубленно изучать, а местами и копировать советское образование. В 1958 году в американском журнале Life вышла статья о кризисе образовательной системы США, построенная на сопоставлении жизни советского и американского школьника. После статьи было проведено сравнительное исследование советской и американской школьных систем и сделаны соответствующие выводы. Первый состоял в необходимости улучшения собственной системы. Второй — в ослаблении конкурента путем разрушения его системы образования. То есть, была объявлена война с образованием.

В последующих статьях, посвященных этой теме, мы намерены обсудить реформы образования, проводившиеся в советский период. И попытаться найти ответ на вопрос, чем являлись не слишком удачные реформы — следствием недальновидности отечественных реформаторов или же этапами большой войны, направленной на наше ослабление. Пока же констатируем очевидное: окончательное обрушение советской образовательной системы произошло в годы перестройки.

Но прежде чем приступить к обсуждению войны с образованием, определим, что такое образование, против чего ведется война.

Образование — это передача от поколения к поколению всех накопленных знаний, навыков, духовных богатств. В русской дореволюционной и советской традиции образование, помимо обучения (передачи знаний, умений и навыков), включало в себя и воспитание (формирование личности человека). В СССР с детских лет человека рассматривали как будущего строителя коммунизма, а значит, школа должна была воспитывать учащихся в соответствии с системой ценностей, задаваемой коммунистической идеологией.

Разрушение СССР и постсоветское реформирование РФ были основаны на разрыве с советским прошлым, поношении этого прошлого, дискредитации всего, что осуществлялось в «чудовищном Советском Союзе». Если все так дискредитируется, то образование оказывается подударным. И неважно, что оно было лучшее в мире! Его надо дискредитировать, потому что оно — важнейшая часть наследства «проклятого советизма».

Если отбрасывать «проклятое советское прошлое», в котором ставка делалась на воспитание, и выворачивать все наизнанку, да еще подгонять это «шиворот-навыворот» под либеральные западные стандарты, то что делать с воспитанием как элементом образования? Его надо выкинуть на свалку! Тем более что образование предполагает передачу не только знаний и навыков, но и духовных богатств. А теперь вообще нужно отказываться от понятия «духовные богатства», «идеалы». То есть отбрасывать не только конкретные советские духовные богатства и идеалы, но и саму необходимость обладания духовными богатствами и идеалами. А также необходимость передачи их от поколения к поколению. Если это не разгром образования, то что это?

Для того чтобы не быть заподозренным в предвзятости и дилетантизме, даю слово ректору Московского гуманитарного университета, доктору философских наук И.?М.?Ильинскому: «В 1994 г. воспитательная функция была изъята из школ и вузов; воспитатели оказались без работы... Так продолжалось около пяти лет, пока не пришло озарение: «С исчезновением воспитания в России исчезло и образование, а осталось только обучение». Тогда министр образования тех лет В.?М.?Филиппов выступил в «Российской газете» со статьей «Не хочу быть министром обучения!»

Под руководством Ильинского был подготовлен доклад Комитета РФ по делам молодежи Правительству России, где доказывалась ошибочность такого изъятия. Правительство признало доклад «очернительским» и запретило рассылать его в регионы.«Но через пять лет воспитательную функцию вернули в школы и вузы, признав ее изъятие ошибкой, — пишет Ильинский. —Однако кадры воспитателей, знания и опыт в этой области были утрачены. Несколько лет школьники и студенты были лишены наставников и советчиков, в которых так нуждаются становящиеся ум и душа… Огромный вред нанесла России эта «рекомендация».

Мы уже говорили о том, что бездумное отбрасывание всего советского даже в случае, если это советское давало великолепные результаты (а с образованием это, безусловно, было именно так), сочеталось у наших постсоветских реформаторов с таким же бездумным копированием западных образовательных стандартов. Причем именно либеральных. А нигде западный либерализм не является столь вредоносным, как в образовательной сфере.

Изымая воспитание из системы образования, наши горе-реформаторы ориентировались на наиболее либеральные английскую или американскую системы образования, для которых характерны изъятие воспитательной компоненты и отстраненность государства от процесса обучения. Вот что об этом говорил английский педагог XIX века Фитч: «Департамент народного образования существует для того, чтобы помогать деньгами и всеми другими способами всякому добросовестному труду на пользу народного образования, а не для того, чтобы навязывать всей нации свои педагогические теории и указывать, кого и как следует учить».

Такая ориентация на западный либерализм входила в глубочайшее противоречие не только с нашей советской, но и с досоветской системой образования. В России государство занималось образованием всегда. И, между прочим, далеко не худшим способом.

В 1802 году было учреждено Министерство народного просвещения (МНП) и объявлены совершенно новые и очень продвинутые для своего времени принципы, положенные в систему образования и реализованные на деле. Первый из этих принципов — бессословность учебных заведений. Вдумаемся — начало XIX века. Крепостное право. Объявить при этом одним из основных принципов бессословность... Смелое решение, не правда ли?

Второй принцип — бесплатность обучения на низших ступенях.

Третий принцип — преемственность учебных программ.

Централизованная система образования в Российской империи, основанная на четырех разрядах учебных заведений (одноклассные приходские училища, трехклассные уездные училища, семилетние губернские училища или гимназии, и наконец, университеты), была весьма и весьма продвинутой. При этом МНП ведало уставами и правилами учебных заведений, назначением и перемещением преподавателей, снабжением учебных заведений учебными пособиями и книгами. И занималось этим не худшим способом.

Да, в 1828 году бессословность была фактически отменена школьным уставом, который привязал названные выше разряды учебных заведений к сословиям (низшим, средним и высшим). Но в 1864 году вновь было введено всесословное образование. В гимназии принимали детей всех сословий, способных оплатить обучение.

К сожалению, всеобщего обязательного образования в Российской империи не ввели. И это, безусловно, оказалось одним из факторов ее обрушения.

Ввели всеобщее обязательное бесплатное образование именно большевики. И в этом их огромная историческая заслуга. Причем большевики не просто ввели такое образование. Они начали с огромной страстью ликвидировать неграмотность, приобщать к культуре и знанию представителей социальных низов.

Конечно, новая большевистская система образования строилась методом проб и ошибок. Но по завершении переходного периода она приобрела очень понятный и убедительный характер. В сжатом виде можно это сформулировать так. Советская система взяла все лучшее из традиций классического досоветского образования и соединила это лучшее с принципом бесплатности и общедоступности. При этом с учащимися не цацкались — по крайней мере, на том этапе, когда функционировала именно классическая система советского образования. Нравится это кому-то или нет, но в качестве классической советская образовательная система функционировала именно при Сталине.

Итак, с учащимися не цацкались, а соединяли заботу о представителях социальных низов, получающих образование, с требовательностью. Это-то и давало очень высокие результаты. Кроме того, советская школа искала и находила новые формы воспитания, позволявшие уйти от палочной дисциплины, травмировавшей досоветское образование. И при этом избежать анархии, распущенности, снижения образовательных стандартов.

Разумеется, советская образовательная система сохранила ту разумную централизованность, которая была свойственна досоветской образовательной системе. Сохранила она и свойственные нам традиции коллективизма и взаимопомощи. Правомочно ли при этом обвинять советскую образовательную систему в излишней унификации? Думается, что эти обвинения носят ложный, тенденциозный характер.

Во-первых, что такое «излишняя унификация»? Великая русская традиция, пронизывающая все сферы нашей жизни, основана на симфонизме. То есть единстве общих стратегических принципов, сочетаемом с вариативностью. А.Н. Леонтьев называл это «цветущей сложностью». Разве не было этой «цветущей сложности» в советском образовании? Разве у нас не было спецшкол, интернатов для особо одаренных детей? Разве у нас не было очень своеобразных школ для детей с теми или иными отклонениями? Чего стоила, например, знаменитая школа Ильенкова для слепоглухонемых, один из выпускников которой стал доктором психологических наук! Разве у нас не было ПТУ, позволивших за беспрецедентно короткий срок создать высококачественный рабочий класс?

Все эти великие достижения были беспощадно разгромлены постсоветскими реформаторами, которые безумствовали на ниве образования даже более оголтело, нежели в иных сферах. Их действия нельзя назвать иначе, как войной с образованием. Разве не войной с образованием являются заявления высоких лиц, отвечающих за образование, в которых прямо говорится, что мы не страна первого мира, и нам нужны стандарты образования, позволяющие правильно функционировать в качестве страны третьего мира? Страны, способной что-то копировать, действовать на подхвате у стран первого мира, используя так называемые отверточные технологии.

В рамках какой концепции, какой стратегии, какой доктрины проводится нынешняя образовательная политика? Ведь не может быть образовательной политики вообще. Мы хотим стать страной первого мира? Но становятся ли странами первого мира по своему желанию? Первый мир — это закрытый клуб, куда должны впустить, и где действуют подходы и принципы, отшлифованные за столетия. Мы столетиями исповедовали другие подходы и принципы. И просто не сумеем перестроиться за короткие сроки. Да и зачем нам перестраиваться в той же сфере образования, если американцы — как главная страна первого мира — подстраивались под нас?

Мы хотим стать страной третьего мира? Но это унизительно и невозможно. Унизительно потому, что это чудовищное падение. А невозможно потому, что, так пав, мы не удержим страну, которая уже вкусила от стандартов иного, не третьемирского, бытия.

И Российская империя, и Советский Союз были вторым миром, постоянно спорящим с первым миром. И в этом втором мире действовали свои подходы во всех сферах, включая сферу образования. Эти подходы давали блестящие результаты. И чего ради надо было от них отказываться?

Но ведь отказались, тупо переходя на банальные либеральные схемы, якобы позволяющие осуществлять более эффективное «вариативное обучение». Вариативное, говорите? В каких рамках будет осуществляться вариативность? И каков будет ее практический результат?

В педагогическом энциклопедическом словаре 2002 года говорится, что принцип вариативности вводится для преодоления унификации и единообразия образования. «Вариативность образования, в конечном счёте, нацелена на обеспечение максимально возможной степени индивидуализации образования». Она осуществляется через создание многообразных образовательных программ, учреждений, плюрализм и гибкость этих программ, учебников. Через возможность выбора образовательных технологий.

Что такое «максимально возможная степень индивидуализации образования»? Максимальная — значит, каждый индивидуум получает свое образование. И как после этого собравшиеся вместе индивидуумы будут работать на одном заводе или в одном институте? Надо же, максимальная индивидуализация! Сказали бы хотя бы — оптимальная. И задали критерии оптимальности. Но критерии задают тогда, когда хотят добиться определенного позитивного результата. А когда воюют, разрушая создаваемое веками, то гораздо проще говорить о максимальной индивидуализации, то есть о максимальной деструкции.


Будем ли мы воевать?


Когда мы сталкиваемся с подобными расчеловечивающими законами, понимаем ли мы, во что хотят превратить наших детей, наши семьи, все человечество?


Социальная война
Вера Сорокина , 11 января 2013 г.
опубликовано в №10 от 26 декабря 2012 г

Плакат противников ювенальной юстиции. С сайта infor.name

Завершая в этой статье тему московского практикума — жесткой инструкции, неограниченно расширяющей варианты вмешательства в семью и изъятия детей, мы должны познакомить читателя с понятием «моральной и эмоциональной жестокости», внедряемой «Методическими рекомендациями №18» (кальки с западных ювенальных инструкций).

Итак, согласно трактовке «Методических рекомендаций», моральная жестокость проявляется в отсутствии соответствующих возрасту и потребностям ребенка питания, одежды, жилья, медицинской помощи (например, вы не можете возить ребенка на процедуры из маленького населенного пункта, где нет нужных медицинских услуг, в город, где они есть); в отсутствии заботы и присмотра за ребенком (уйдя в магазин, оставили его одного); в отсутствии внимания и любви к ребенку и т.?д.

Список же внешних проявлений у детей этой моральной жестокости просто ошеломляет. Вот как рекомендовано определять наличие моральной жестокости:

  • утомленный, сонный вид ребенка, бледное лицо, опухшие веки;
  • у грудных детей — обезвоженность, опрелости и сыпи (между тем, по подсчетам американских врачей, сыпи, большинство из которых аллергические, имеют до 70% грудничков. Или это только в США? А нам детские сыпи навязывают в качестве внешнего проявления моральной жестокости);
  • одежда неряшливая, не соответствует сезону и размеру ребенка;
  • нечистоплотность, несвежий запах.

Физические признаки:

  • отставание в весе и росте от сверстников;
  • педикулез, чесотка;
  • частые «несчастные случаи», гнойные и хронические инфекционные заболевания;
  • запущенный кариес;
  • отсутствие надлежащих прививок;
  • задержка речевого и психического развития.

Особенности поведения:

  • постоянный голод и жажда;
  • неумение играть;
  • постоянный поиск внимания/участия;
  • частые пропуски школьных занятий;
  • крайности поведения: инфантилен или принимает роль взрослого; агрессивен, замкнут, апатичен, гиперактивен или подавлен и т.?д.;
  • склонность к поджогам, жестокость к животным;
  • мастурбация, раскачивание, сосание пальцев…

Пожалуй, хватит! Как же нужно ненавидеть семью, чтобы составлять такие «расстрельные» списки из обычных проблем роста ребенка.

Но если вы, тем не менее, не обнаружили ни одного из перечисленных внешних проявлений вашей моральной жестокости, то не обольщайтесь. А попробуйте устоять и не проявить эмоциональное (или психологическое) насилие (так в документе).

К нему относятся: словесные угрозы в адрес ребенка без применения физической силы; оскорбление и унижение его достоинства; постоянная критика ребенка; лишение ребенка необходимой стимуляции (денежной?), лишение его социальных контактов (ночного клуба?); предъявление к ребенку чрезмерных требований, не соответствующих его возрасту или возможностям (например, обучение ребенка чтению до школы).

Так что же названо в качестве проявлений эмоционального насилия? Элементы обычного семейного воспитания. Видимо, «Методические рекомендации» вообще определяют процесс воспитания ребенка как сплошное «психологическое насилие». Но как без ежедневного настойчивого повторения и приучения (так правильно, а так неправильно!), демонстрации примера (делай, как я!) сформировать установки, нормы поведения, привычки ребенка (гигиенические хотя бы)? Кажется, человечество пока не придумало других способов социализации, введения маленького человека в общество. А не воспитываемый в определенных культурных человеческих нормативах ребенок — это Маугли. Кем станет не признающий законов социума ребенок, когда вырастет? Как этот недочеловек отнесется, в первую очередь, к своим же стареющим родителям, не сумевшим воспитать его?

Вовлечение ребенка или поощрение к антисоциальному или деструктивному поведению (алкоголизм, наркомания и др.) — это практически единственный пункт по существу. Безусловно, подобные действия должны быть наказуемы при любой градации и терминологии.

Внешние проявления у детей, подвергшихся эмоциональному насилию, следующие:

  • невозможность детей сконцентрироваться, плохая успеваемость;
  • низкая самооценка;
  • эмоциональные нарушения в виде агрессии, гнева, подавленного состояния;
  • избыточная потребность во внимании (ребенку внимания много не бывает, и это известно всем «некомпетентным» родителям. Да и как будет замеряться избыточность потребности во внимании?);
  • депрессия, попытки суицида;
  • ложь, воровство, девиантное поведение;
  • нервно-психические психосоматические заболевания: энурез, тики, нарушение аппетита, ожирение, кожные заболевания, астма и др.

Остановлюсь лишь на двух последних внешних проявлениях — на кожных заболеваниях и астме. По данным Института иммунологии, различными формами аллергии страдает от 17,5% до 30% жителей России, в том числе и дети. Среди известных причин кожных заболеваниях и астмы — экология (например, при выбросах с комбинатов, производящих кормовой белок, в Киришах, Ангарске и др. городах происходили массовые астматические приступы, в том числе у лиц, ранее астмой не болевших).

Известно также, что частота аллергических заболеваний намного выше у детей, живущих в накуренных квартирах. Окислы азота от пользования газовой плитой, испарения формальдегида из слоистых пластиков, древесно-стружечных плит и синтетических мебельных панелей, пыль от ковров — все это является причиной развития аллергии, в свою очередь, приводящей к кожной сыпи, астме. Будут ли учтены эти и другие факторы при диагностировании эмоционального насилия? Или отныне причиной кожных заболеваний и астмы станет лишь эмоциональное насилие родителей?

Казалось бы, как можно всерьез принимать такую «диагностику»? Но жизнь показывает, что процесс внедрения идет. В Ростовской области (пилотной по законодательству ЮЮ) есть случаи привлечения к уголовной ответственности родителей за «психологическое насилие», оцененное как жестокое обращение с детьми.

Так, гражданин Михов?И.?И. был приговорен судьей Вороновой?Е. (сторонницей ЮЮ) к уголовной ответственности по ст. 156 УК РФ на шесть и пять месяцев (по разным статьям) исправительных работ за жестокое обращение со своим 11-летним подопечным. Жестокость опекуна в том, что он «выражал словесно и жестами угрозы побоями» (не бил, а обещал побить), «ставил несовершеннолетнего в угол на длительное время», и «против воли и желания принуждал несовершеннолетнего принимать пищу».

Хотя согласно ст. 156 УК РФ (неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего), для наличия состава преступления необходимо, чтобы невыполнение обязанности по воспитанию несовершеннолетнего сопровождалось жестоким обращением с ним (постоянной руганью, унизительным наказанием, побоями, ограничениями в пище (а не наоборот!) и т.?д.).

Но это не все! Уже заранее определены группы риска детей по эмоциональному насилию. Этодети от нежеланной беременности.

Напомним, что идеолог форсайт-проекта С.?Попов, ратующий за «компетентное родительство», также озабочен большим количеством (48%) нежеланных детей у российских родителей. По его словам, процент этот посчитан по специальной методике Мировым банком: «Мы (Россия)на первом месте здесь. Это дети, которые получились… ну, как… залетела, по привычке, женились — ну, надо детей».

Если будущую мать до родов не уговорили в женской консультации или центре планирования семьи прервать незапланированную беременность, то дети от таких беременностей находятся в зоне риска, и их надо спасать от родителей. Да и что с такими церемониться? А привязка к единой вымороченной терминологии («нежеланные дети», по спецметодике Мирового банка) свидетельствует лишь о том, что и С.?Попов, и вся западная ЮЮ пьют из одного источника. Мировой же банк, видимо, разливает.

  • Дети-инвалиды, дети с наследственными заболеваниями (При чем тут эмоциональное насилие?);
  • дети из семей с авторитарным, контролирующим стилем воспитания и взаимоотношений (Похоже, имеется в виду православная семья прежде всего);
  • дети, хотя бы один родитель которых употребляют алкоголь, наркотики, страдают депрессией (Это, безусловно, правильно, но почему при этом не предусматривается вариант принудительного лечения? Или каких-либо других видов социально-психологической помощи?);
  • дети, в семье которых много социально-экономических и психологических проблем (Об этом мы уже писали — сюда относится большинство семей).

И последнее.

Методические рекомендации приводят также перечень семей, в которых чаще всего происходит насилие:

  • семьи с патриархально-авторитарным укладом;
  • семьи, где есть конфликты между родителями;
  • семьи, в которых мать чрезмерно занята на работе;
  • семьи, где ребенок долго жил без отца, а также семьи, где ребенок живет с отчимом;
  • семьи, в которых мать в детстве подвергалась сексуальному насилию («каждый пятый») и т.?д.

Более чем достаточное поле деятельности не только для исполнения закона о социальном патронате (рассмотрение которого лишь отложено Думой, но с повестки дня не снято), но и для тотального изъятия детей.

Еще раз напомню: «Методические рекомендации» были утверждены в 2000 (!) году. Наверное, этим можно объяснить в них отсутствие термина «удушающая материнская любовь», который возник в западноевропейской практике ЮЮ позже и применяется для изоляции детей, в основном, от русских матерей.

Итак, в ряде статей мы рассмотрели, откуда поступают хозяйские приказы и деньги на введение ЮЮ в России (ЮНИСЕФ, ВОЗ, Совет Европы и др.). Это, видимо, очень большие деньги. Настолько большие, что от них «едет крыша» у рьяных представителей многочисленных пятых колонн в Общественной палате, Правительстве, Госдуме, Совете Федерации, в региональных правительствах и иных структурах, держащих нос по ветру.

Мы также отметили, что ювенальная война против России ведется планомерно, технологично и давно. Еще в 2009 г. г-жа Радченко откровенничала в интервью: «Сегодня палате (Общественной)дана возможность экспертировать абсолютно все законы, которые поступают в Государственную Думу. Если мы будем (имеется в виду: «А мы будем, не сомневайтесь!»)смотреть их с точки зрения защиты прав ребенка, то, во всяком случае, будет идти постоянная работа по совершенствованию законодательства, созданию системы защиты прав детей (от родителей?)… Судя по обращениям граждан в ОП… родители требуют ни в коем случае не вводить ювенальную юстицию… Четыре года мы твердим о том, что проблему детства необходимо выносить на щит, нужно твердить, трубить… Пока мы трубим только на уровне маленьких региональных благотворительных организаций, которые занимаются реальными проблемами. К сожалению, такая ломка вырабатывается постоянной системной работой, направленной на переформатирование этих стереотипов, знаете, как камень точит».

Десятилетиями чиновники всех мастей и уровней занимаются переформатированием наших «стереотипов». Десятилетиями идеологи и методологи (не один только С.?Попов) размывают устои нашей нравственности, нашей духовности. Они ведут войну против нас и наших детей. А мы?

Когда мы сталкиваемся с подобными расчеловечивающими законами, которые уже вовсю работают на Западе, а теперь принимаются против нас, понимаем ли мы, во что хотят превратить наших детей, наши семьи, все человечество? Должны ли мы остаться немой биомассой, которой они нас считают, или ответить войной на объявленную нам войну?

Пример такого ответа — деятельность иркутской ячейки «Сути времени» вместе с Родительским комитетом города. Они провели критический анализ «Стратегии действий в интересах детей на 2012–2017 годы в Иркутской области», спокойно и доказательно показав лживость тезисов и подтасовку цифр в данной Стратегии. Материалы выложены в интернете, проведен пикет, мы о них пишем в общероссийской газете. Проведение такого анализа и доведение его результатов до общественности в пилотных для ЮЮ регионах не только раскрывает глаза людям перед лицом грозящей им опасности, не только снимает чувство безнадежности от царящего беспредела, но и, по существу, является катализатором сопротивления этому процессу. Только так, в ежедневной работе вырабатывая методы сопротивления, можно разбудить российское общество и поднять его на войну — за своих, соседских и всех российских детей.


Практикум по ювенальной юстиции


Нет и не может быть ни одного родителя, который смог бы просочиться сквозь уже изготовленные и ныне плетущиеся сети ювенальной системы


Социальная война
Вера Сорокина , 3 января 2013 г.
опубликовано в №9 от 19 декабря 2012 г.

Предназначенная для уничтожения российского населения система ювенальной юстиции (ЮЮ) — явление тотальное. Дорогие читатели! Родители вы или бабушки и дедушки, братья и сестры, помните! Нет и не может быть ни одного родителя, который смог бы просочиться сквозь уже изготовленные и ныне плетущиеся сети ювенальной системы. Которая включает в себя регламентации, методички, законодательные акты, суды, отечественные и зарубежные фонды, «Озоны» и т.?д. и т.?п.

Неважно, что не все они еще узаконены и не могут пока работать в полную силу. Они создаются, и они уже работают.

В предыдущей статье мы писали о ползучем внедрении ЮЮ в регионах России. Сегодня поговорим о столице. Москва — п  определению, законодатель, а в этой сфере — несомненно.

РЕГЛАМЕНТ

Л.И.Швецова, вице-спикер Госдумы РФ, бывший первый вице-мэр Москвы

Прежде всего, говоря о практике внедрения ювенальной юстиции в Москве, остановимся на следующем потрясающем документе под названием «Регламент межведомственного взаимодействия по выявлению семейного неблагополучия, организации работы с неблагополучными семьями, находящимися в социально-опасном положении (трудной жизненной ситуации)». Утвержден документ был 18 ноября 2010 г. (протоколом № 02–10 заседания Московской городской межведомственной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав) под руководством заместителя мэра Москвы Людмилы Швецовой. И начал действовать с 1 января 2011.

Отметим интересную вещь: после подписания этого документа Л.?Швецова очень быстро продвинулась по властной лестнице. Мы не можем доказать связь этих событий. Но судите сами: 4 декабря 2011 года она была избрана депутатом Госдумы VI созыва от «ЕР». 12 декабря 2011г. мэром Собяниным отправлена в отставку в связи с переходом на работу в Госдуму, где сразу была назначена вице-спикером. В настоящее время в должности заместителя Председателя ГД она курирует Комитет ГД по труду, социальной политике и делам ветеранов, Комитет ГД по образованию, Комитет ГД по вопросам семьи, женщин и детей, Комитет ГД по культуре и Комитет ГД по делам общественных объединений и религиозных организаций.

Но вернемся к регламенту. Московский регламент, являясь тщательно разработанной нормативной базой ювенальной юстиции в отсутствие (и в ожидании) федеральных законов о патронате, тут же стал образцом для создания подобных же регламентов в разных регионах и городах России. И, по существу, практическим руководством к действию (например, в Липецке, Челябинске и т.?п.).

Заявленной целью внедрения Регламента является своевременное выявление и непрерывное сопровождение каждого нуждающегося в помощи государства ребенка всеми учреждениями государственной системы, включая профилактику безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

Работа по сопровождению и помощь ребенку из криминогенных семей объяснима и целесообразна. Однако как отложенный до весны законопроект по патронату, так и данный Регламент не ограничивается распространением контроля на такие семьи, а наоборот, расширяет перечень оснований, необходимых для постановки неблагополучных семей на учет.

И речь идет не столько о своевременном, сколько о раннем выявлении. Этакий «встречный план»! Но в советское время встречные планы были направлены на производственное созидание, а не на духовное разрушение.

Опять возникает ситуация, подобная запуску кампании «Каждый пятый», навязанной нам Советом Европы. У них в Европе каждый пятый ребенок подвергается сексуальному насилию. У нас пока (пока не внедрена ЮЮ) и близко этого нет, но мы, по строгому указанию и настоянию Совета Европы, также включились в эту кампанию (см. предыдущий номер газеты).

Для раннего выявления, для расширения перечня оснований в Регламенте вводятся следующие понятия:

1. «Семьи (дети), находящиеся в трудной жизненной ситуации»— это семьи социального неблагополучия разного рода. Критерии определения неблагополучия: отсутствие работы у родителей по месту жительства, неудовлетворительные жилищные условия, развод родителей, конфликтные ситуации в семье, отсутствие связи со школой, невнимание родителей к успеваемости ребенка и др. Мне кажется, что комментарии излишни. И если вы не нашли свою семью в этом списке, читайте дальше.

2. «Семьи, находящихся в социально-опасном положении». Здесь критериями являются, в частности, неисполнение или ненадлежащее исполнение родителями своих обязанностей по жизнеобеспечению детей (отсутствие у детей необходимой одежды, регулярного питания, несоблюдение санитарно-гигиенических условий и др.)

3. Дети, «нуждающиеся в помощи государства». Это когда профилактическая работа может проводиться и с лицами, не указанными в перечне, через отдельное решение муниципалитета.

Очевидно, что введение такого рода новых понятий безгранично расширяет количество критериев, по которым можно ставить на учет семью и осуществлять в нее вмешательство. Прежде всего, по причине отсутствия «условий для воспитания детей» в семьях, находящихся в трудной жизненной ситуации. Отметим, что, по данным Росстата, около 80?% семей с детьми в России имеют социально-экономические проблемы и относятся к числу бедных семей.

Для выполнения вышеуказанной глобальной задачи взятия под контроль практически любой российской семьи Регламент предлагает «консолидироваться» буквально всему обществу для защиты прав детей.

Впрочем, если нет общественной поддержки, то будет административная. Насколько задача это конституционна, вопрос отдельный — и конкретно-подробный, поэтому и рассматривать его придется отдельно. Что мы, надеюсь, в недалеком будущем сделаем.

Мы же обратимся к обычному читателю, к его здравому смыслу и, главное, к родительскому инстинкту. Как к почти единственной надежде.

Кому же Регламент предлагает консолидироваться?

В разделе 4 «Субъекты взаимодействия» предложен список, который так велик, что приведение его полностью займет половину статьи. Поэтому коротко.

  • Городская межведомственная, окружные и районные комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав (КДНиЗП),
  • Органы местного самоуправления,
  • Учреждения здравоохранения (женские консультация, Центры планирования семьи и репродукции, роддома, дома ребенка, все виды поликлиник, больницы, травмпункты, наркологические, психоневрологические диспансеры и пр.).

Вот как Регламент, например, дает пояснение обязанностей участковых врачей и медсестер: «При обслуживании и сопровождении семей с детьми (послеродовый патронат, вызовы на дом) выявлять наличие в семье неблагополучных социальных факторов, вести учет таких семей; при установления факта трудной жизненной ситуации или социально-опасного положения в течение трёх сутокпередавать соответствующую информацию в районную КДН». И так подробно по всем участникам списка.

Далее:

  • Образовательные учреждения (дошкольные, школьные, профобразования, коррекционные, допобразования, центры психолого-медико-социального сопровождения). Детсады, в свою очередь, помимо прочего обязаны организовывать «ежегодно в период с сентября по октябрь каждого года конкурс детского рисунка по теме «Я и моя семья». Итоги конкурса направляются в районную комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав по месту нахождения ДОУ до 10 ноября каждого года».

А пристрастные психологи комиссии, как вы понимаете, в детских рисунках обязательно найдут признаки сексуального насилия в семье. И мы славно поучаствуем в кампании «Каждый пятый».

И продолжение инструкции: «При выявлении признаков жестокого обращения родителей… незамедлительно (в течение трех часов) сообщать в органы опеки». Вот на днях в Петербурге из детского сада исчезла пятилетняя девочка — после того, как сообщила, что ее папа вчера шлепнул. И детсадовские работники, и опека действовали в соответствии с практикумом — Регламентом.

  • Органы внутренних дел(подразделения по делам несовершеннолетних (ПДН ОВД), участковые, криминальная полиция, патрульно-постовая служба),
  • Территориальные подразделения Управления Федеральной миграционной службы,
  • Территориальные органы исполнительной власти, районные учреждения, общественность (от управ районов до старших по подъезду),
  • Учреждения Департамента социальной защиты населения города,
  • Отделы ЗАГС г. Москвы,
  • ГУ центры занятости населения административных округов города Москвы (ГУ ЦЗН АО города Москвы),
  • Учреждения Департамента семейной и молодежной политики (Центры социальной помощи семье и детям, Межрайонные центры «Дети улиц», ГУВУ «Социальный приют для детей и подростков», Детский дом №19 «Центр патронатного воспитания», ГУ Специализированный дом ребёнка №22, Московская служба психологической помощи населению).
  • В Регламенте строго расписаны не только те, кто должен выявлять и доносить, но и сроки (до дней и часов), в течение которых это должно делаться.
  • То есть, значительная часть российского общества, так или иначе, становится доносчиками и соучастниками ювенальной юстиции. В том числе — те, с кем вы лично знакомы: врачи, учителя, воспитатели, полицейские, чиновники управ и т.?д. Понимают ли они это? Принимают? И как быть тем, кто не принимает? Одна из моих знакомых, сотрудник службы опеки, получив Рекомендации, убрала их далеко в стол — поскольку ее собственная семейная ситуации четко соответствовала понятию семьи, находящейся в трудной жизненной ситуации...

МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ №18

Разбраковывая, таким образом, семьи, Регламент ссылается в своих статьях на некие «Методические рекомендации №18 по профилактике жестокого обращения с детьми и насилия в семье».

Если Регламент можно найти в Интернете, то Методические рекомендации №18 — материалы для служебного пользования и «не подлежат тиражированию и распространению без соответствующего разрешения», как написано на их титульном листе.

Авторство рекомендаций не российское, в основном это компиляция из инструкций по выявлению жестокого обращения с детьми западноевропейских ювенальных служб. В них расписаны условия, препятствующие«нормальному воспитанию» и «нормальному развитию» ребёнка». А ведь именно эти не определяемые ни российским законодательством, ни обществом понятия, как мы помним, протаскиваются в законе о социальном патронате.

Подписаны же Методические рекомендации главным педиатром Комитета здравоохранения Правительства Москвы?А.?Г.?Румянцевым ещё в 1999 г.(!). Но, как мы видим, эти подписанные Методические рекомендации терпеливо ждали (13 лет!) своего часа, не применялись, поскольку для этого не было соответствующей правовой нормативной базы.

Начало действия Регламента — 2011 год, затем Госдума должна была принять законы по ЮЮ (против которых мы боремся весь этот год). И тогда бы рекомендации заработали! Следует отдать должное тому, как задолго, систематизировано и терпеливо готовится уничтожение наших семей!

Согласно этим Методическим рекомендациям, условиями, препятствующими нормальному воспитанию и нормальному развитию детей, являются: «психологическая жестокость», «моральная жестокость», «оставление ребёнка без внимания», а также «синдром неуточнённого жестокого обращения с ребёнком».

И что с того, что «психологический и моральный вред» не является в России правовым понятием и не может контролироваться (общественностью, государством и пр.)? Что с того, что, по мнению юристов, эти понятия субъективны, не поддаются контролю и оценке извне? Не говоря о том, что они примитивизируют право.

Подробнее о вводимых данными рекомендациями понятиях мы поговорим в следующей статье. В завершение только отметим, что все еще существующие сегодня и передающиеся семьей культурные нормы, православные традиции, советские ценности призывают уважать ближнего, быть терпимыми друг к другу, любить и прощать. Иное начнется с введением понятий «психологического и морального вреда» — людей научат тому, что главное — их права. И что эти права ущемляются любой просьбой близкого человека, которая им не нравится. Что это будет за семья? Если она еще до этого не будет уничтожена изъятием ребенка.


Пятая колонна ЮЮ в России и ее хозяева. Часть III


Покидая свою бывшую колонию, метрополия всегда оставляет преданные себе кадры с психологией предателей. Уходя из России, международные фонды оставили вместо себя российскую пятую колонну, и из посеянных ими семян вырастут зубы дракона


Социальная война
Вера Сорокина , 21 декабря 2012 г.
опубликовано в №8 от 12 декабря 2012 г.

Сначала завершим наше краткое описание эффективного участия Совета Европы (второго уровня «хозяев» российских ювенальщиков) в деле продвижения ЮЮ в России.

Отметим, что, несмотря на отсутствие в России такого европейского «достижения», как повальное сексуальное насилие над детьми, мы, тем не менее, зашагали в ногу с Европой в противодействии этому злу.

С.Ю.Орлова, заместитель Председателя Совета Федерации, президент «Национального комитета поддержки материнства и детства»

 

В.И.Матвиенко, Председатель Совета Федерации РФ, главный лоббист подписания в России «Национальной стратегии действий в интересах детей»

 

Мод де Бур-Букиккио, заместитель Генерального секретаря Совета Европы, лоббист ювенальной юстиции

 

В марте 2012 года в Россию на парламентские слушания «О концепции формирования национального плана действий в интересах детей РФ» (проходили они в вотчине Матвиенко, в СФ) прибыла «тяжелая артиллерия» Совета Европы — уже известная читателю заместитель генсекретаря СЕ г-жа Мод де Бур-Букиккио. На этих слушаниях она сообщила, что, согласно проведенным исследованиям, каждый пятый ребенок в Европе становится жертвой сексуального насилия. Причем в 70–85?% случаев это насилие совершается человеком, которого ребенок хорошо знал.

Догадались, кто это? Родственник. Родитель! А кто еще?

Но это не всё! По имеющимся у г-жи Мод де Бур-Букиккио данным, точно такая же ситуация с насилием против детей не только в Европе, но и в России (источник данных назван не был). А потому и в России должна стартовать кампания по предотвращению такого страшного явления в семье. Название кампании «Каждый пятый», она должна сопровождаться мощным информационным обеспечением, деньги на которое уже выделены.

Ну, а то, что статистика Совета Европы и российских специалистов (в предыдущей статье мы приводили на этот счет официальные данные МВД), мягко говоря, разнится, то этого, оказывается, можно и не заметить. На парламентских слушаниях большинство составляют либо свои (купленные), либо безнадежно равнодушные депутаты, которые, кажется, могут отдать кому угодно не только детей избирателей, но и своих собственных. Государственные и «свободные» СМИ будут молчать, а не получившая допуска на обсуждения общественность имеет полное право безрезультатно возмущаться в интернетах.

Поясним, что целью навязанной нам Советом Европы кампании по борьбе с сексуальным насилием является ратификация и практическое применение «Конвенции о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуального насилия», подписанной в 2007г. и вступившей в силу в июле 2010 года. Документ подписали 43 государства, но из них ратифицировали 18. Из развитых стран до настоящего времени не ратифицировали Бельгия, Великобритания, Германия, Италия, Норвегия, Польша, Португалия и Швеция. И к моменту Парламентских слушаний в марте 2012 г. Россия в Конвенцию не вступила.

Конвенция Совета Европы является первым международно-правовым актом, устанавливающим уголовную ответственность за сексуальные посягательства в отношении детей, в том числе, когда они совершаются в семье, дома или через интернет. Особо выделяя важность полового воспитания, Конвенция призывает к созданию служб, в которые дети могут обратиться при посягательствах.

Что же касается самого полового воспитания, то его предлагается начинать проводить самим родителям. Приведем нейтральное описание с официального сайта Уполномоченного по правам ребенка при президенте. «Кампания построена по простому «правилу нижнего белья», которому родители должны обучать своих детей в возрасте от 4 до 7 лет, чтобы они понимали, что могут сами устанавливать пределы общения с другими людьми и выражать свое отношение к ним». В помощь родителям для наглядности объяснения этого «правила» представительница Совета Европы приготовила рекламный ролик, детскую книжку, веб-сайт и другие вспомогательные материалы, героем которых стал персонаж по имени Кико.

На YouTubeвыложен ролик «Kikoaruka» о бесполом зеленом существе, долженствующем изображать маленького ребенка. Ролик предупреждает малыша, что взрослый (разноцветная рука) представляет для него угрозу, что он — заведомый насильник. При этом заигрывающая рука, весьма напоминающая фаллический символ, раскрашена под радугу (пропагандистское обозначение гомосексуалистов) и т.?д. Разбирать в этом наглядном материале символические намеки нет желания, но и не замечать их неправильно. Очень хотелось бы, чтобы этот глубоко чуждый нам агитационный материал, остался в употреблении у авторов — просвещенных европейцев.

Но вернемся к парламентским слушаниям, где так активно «зажигала» высокая представительница Совета Европы. Они были посвящены обсуждению «Концепции формирования национального плана действий в интересах детей РФ», при этом неоднократно подчеркивалось, что «Концепцию» нужно утвердить быстро, чтобы она стала обязательным к реализации политическим документом — таково пожелание Совета Европы.

Пожелания Совета Европы были учтены.

18 апреля 2012 г. в Российском государственном педагогическом университете им. А.?И.?Герцена (Петербург) все та же г-жа М. де Бур-Букиккио совместно с заместителем Председателя СФ, президентом «Национального комитета поддержки материнства и детства» С.?Ю.?Орловой дала старт региональному измерению кампании Совета Европы «Каждый пятый». При этом г-жа де Бур-Букиккио выразила надежду, что осуществление этой кампании в России будет способствовать вовлечению широкой общественности в противодействие сексуальному насилию в отношении детей. А также скорейшему принятию Россией соответствующей стратегии действий...

Надежды г-жи де Бур-Букиккио относительно принятия и скорейшей ратификации Российской Федерацией Конвенции Совета Европы «О защите детей от сексуальной эксплуатации и посягательств сексуального характера» — оправдались.

1 июня 2012 года, в Международный день защиты детей, президент РФ В.?Путин подписал, с подачи главы Совета Федерации?В.?Матвиенко, «Национальную стратегию действий в интересах детей». А СФ взял на себя обязательства жесткого контроля реализации стратегии. Причем г-жа Матвиенко — главный куратор и лоббист проекта документа — при обосновании необходимости его подписания как важнейший аргумент вновь приводила рекомендацию Совета Европы принять его поскорее.

А 1 октября 2012 года Россия подписала Конвенцию СЕ «О защите детей от сексуальной эксплуатации и посягательств сексуального характера». При этом ПАСЕ напомнила, что национальный бюджет должен «обеспечить финансирование просветительских и профилактических мероприятий» кампании «Каждый пятый». А г-жа Матвиенко обещала продолжить работу и «параллельно готовить план тех законопроектов, которые необходимы для обеспечения абсолютной защиты прав детей в России».

Но вот надежды г-жи де Бур-Букиккио относительно вовлечения широкой общественности в проталкиваемую ею кампанию Совета Европы — не оправдались.

После активного противостояния общественности (Родительских комитетов, нашего Движения «Суть времени») ювенальным законам весной и летом 2012 года, кипучая деятельность в этом направлении была переведена с федерального на региональный уровень.

Теперь именно в регионах, через проведение конференций, круглых столов или вовсе без обсуждений местными властями утверждаются планы региональной стратегии в рамках реализации «Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012–2017 гг.».

И здесь, продолжая логику этой и предыдущей статьи, мы укажем на третий уровень хозяев нашей пятой ювенальной колонны. Они в последнее время особенно активно проявляются в регионах.

Следующий третий уровень — международные инструкторы. Речь пойдет о скромных представителях США и других стран, которые давно и плотно работают вместе (или, точнее, через) упоминавшийся уже нами «Национальный Фонд защиты детей от жестокого обращения».

Заявленная цель деятельности этого фонда — защита прав детей через повышение качества помощи детям и семьям, обеспечение условий нормального развития для каждого ребенка. Однако нам уже приходилось отмечать резкую разницу между тем, что декларируют ЮНИСЕФ или Совет Европы, и тем, чем они реально занимаются в России.

Фонд, в названии которого стоит слово «национальный», проводит глубоко антинациональные программы, разработанные на Западе и диктуемые оттуда. Вот уже более 15 лет Фонд проводит огромную работу по подбору, привлечению, обучению нужных для продвижения западной ЮЮ кадров. По существу, он занят высаживанием и выращиванием не пятой колонны, а множества будущих пятых колонн.

Прежде всего, идет подготовка ведомственных кадров. По заказу и при поддержке ЮНИСЕФ Фондом был разработан комплект информационных и методических материалов для руководителей и специалистов учреждений здравоохранения, социальной защиты и органов опеки и попечительства.

Также очень важны для его деятельности регионы. С 2010 г. Фонд начал реализацию четырехлетней программы по укреплению потенциала российской системы защиты детства («Компас для детства») — с пакетом стандартов профилактических услуг для семьи и детей, с образовательными программами для специалистов, методическими рекомендациями и т.?п.

В трех федеральных округах создаются межрегиональные Центры передового опыта по защите детства. Фонд принимал участие в реализации проектов в Москве, Республиках Алтай, Бурятия, Татарстан, Алтайском и Красноярском краях, Волгоградской, Иркутской, Курганской, Московской, Новосибирской, Омской, Тамбовской и Тверской областях.

Для проведения такой большой скрупулёзной работы нужна серьезная поддержка. И она у Фонда есть — на высшем уровне. Например, в Консультативный совет для программы «Компас для детства» вошли представители Администрации Президента, Госдумы, Совета Федерации, Министерства здравоохранения и соцразвития, Министерства образования и науки, Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, Общественной палаты и др.

Достичь столь высокого уровня Фонду помогают — кто бы мог подумать? — его широкие деловые связи с иностранными государственными органами, международными, общественными, коммерческими, некоммерческими и пр. организациями, а также зарубежными гражданами.

Среди международных партнеров: Детский фонд ООН (ЮНИСЕФ), Институт социальных услуг (InstituteforHumanServices, IHS), Центр фискальной политики, Международная ассоциация детских телефонов доверия (ChildHelplineInternational), Нидерланды; Фонд «Terredeshommes» (Швейцария); WorldChildhoodFoundation(Швеция); Американский союз профессионалов против жестокого обращения с детьми (APSAC). И все это при поддержке Агентства США по международному развитию.

Ну и что, что Россия уведомила США о прекращении деятельности USAIDна нашей территории?

Все эти USAID, ЮНИСЕФ и прочие ювенальные хозяева действуют по давним стратегическим рецептам — покидая свою бывшую колонию, метрополия всегда оставляет преданные себе кадры с психологией предателей. Уходя, международные фонды оставили вместо себя российскую пятую колонну, и из посеянных ими семян, как они надеются, вырастут зубы дракона. Для уничтожения России.

Кто выступит против них?

Как и кого должны мы собрать в войско?

И успеем ли?


Пятая колонна ювенальной юстиции в россии и ее хозяева. Часть II


Семья как патология – вот к чему мы должны прийти под водительством Совета Европы, ЮНИСЕФ и пр. И бессемейность как норма


Социальная война
Вера Сорокина , 16 декабря 2012 г.
опубликовано в №7 от 5 декабря 2012 г

Продолжая тему пятой колонны ЮЮ в России, перейдем на уровень чуть ниже – от ООНовского к общеевропейскому.

 Второй уровень – Совет Европы.

Заявленная цель организации Совета Европы – построение Европы, основывающейся на принципах свободы, демократии, защиты прав человека и верховенства закона. Оставим в покое принципы, рассмотрим конкретные примеры работы Совета Европы по продвижению этих принципов у нас в России.

Как и о чем инструктирует Совет Европы своих российских агентов по ювенальной юстиции (ЮЮ? В данном конкретном случае речь идет не о закрытых инструкциях и «агентурных заданиях», а всего лишь о международной конференции.

Заместитель Генерального секретаря Совета Европы г-жа Мод де Бур-Букиккио

 

Марина Гордеева – Председатель Правления Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации

 

Мариэль Сандер-Линдстром – заместитель представителя Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ) в России

Два года назад, 9 ноября 2010г., в Москве проходила весьма представительная Российско-французская конференция «Защита детей от насилия», организованная Уполномоченным при Президенте РФ по правам ребенка, посольством Франции в России, Советом Европы и Детским Фондом ООН (ЮНИСЕФ). С французской стороны были приглашены министры: юстиции и свобод, труда, солидарности и государственной службы, внутренних дел, заморских территорий и заморских департаментов, представители местных органов власти. То есть практики французской ЮЮ.

Правда, конференция проходила в закрытом режиме: помимо гостей, участниками стали в основном омбудсмены субъектов РФ, а само мероприятие проходило в рамках Съезда омбудсменов. Это была своего рода школа для низшего звена, а отнюдь не обмен мнениями. Для представителей общественных объединений и родительской общественности конференция была закрыта.

Заместитель Генсекретаря Совета Европы г-жа Мод де Бур-Букиккио сразу взяла быка за рога и сообщила, что борьба с насилием является политическим приоритетом Совета Европы, и под насилием понимаются все формы нарушения прав детей. И с особой жестокостью они нарушаются в семьях.

Почему права детей с особой жестокостью нарушаются в семьях? Чем это доказано? Какое это отношение имеет к России? Даже в нынешнем ее, весьма прискорбном состоянии? И почему надо принимать эту аксиому особой жестокости семьи в качестве руководства к действию для человечества и уж тем более для России?

А ведь если принять эту аксиому и исходить именно из нее, то семья изначально демонизируется, криминализируется, дискриминируется и т.д. Это можно сравнить с Декретом о подозрительных эпохи Великой Французской революции или с поражением в правах дворян и буржуев после победы Великой Октябрьской социалистической революции. Но в этих случаях победившая власть держала под подозрением классового врага, имея к этому, согласитесь, определенные основания. Кроме того, речь шла о постреволюционных ситуациях. Так что же, у нас произошла Великая антисемейная революция, и потому семью надо держать под подозрением как контрреволюционную силу?

Но что это за революция? Кто ее возглавляет? Какой новый порядок хочет установить анонимный революционный герой, третирующий семью как контрреволюционную силу?

Никакого преувеличения в этом рассуждении нет. На наших глазах действительно пытаются провести Великую антисемейную революцию, скрывая от нас, кто ее проводит и во имя чего. И пока мы не сорвем маску и не поймем, каковы эти революционные, а точнее реакционные силы, наша борьба будет весьма и весьма ущербной. Мы будем реагировать на отдельные действия этой силы, а не наносить опережающие удары по ее штабам.

Но как бы ни была опасна анонимность рассматриваемой Великой антисемейной силы, еще опаснее впадать в конспирологический раж. Нам нужна спокойная аналитика, основанная на фактах, причем на фактах, допускающих проверку. Ею и займемся.

Массированные залпы выступления замгенсекретаря СЕ и прочих докладчиков были направлены на разгром российской семьи под негодующие заклинания о несоблюдении нами прав ребенка, попираемых его «семейным врагом». Вслед за г-жой Мод де Бур-Букиккио все иностранные выступающие повторили, что любое нарушение прав ребенка является насилием над ним, а основной источник угрозы для детей – его семья. В связи с такой угрозой дети должны иметь доступ к органам правосудия, чтобы жаловаться на нарушения своих прав.

Еще России напомнили, что поскольку она присоединилась к Конвенции ООН о правах ребенка (1990) и ратифицировала Европейскую социальную Хартию, то она должна выполнять свои международные обязательства. Обязательства же заключаются в приведении национального законодательства в соответствие с международными нормами (в частности, необходимо добиться запрета телесных наказаний на уровне законодательства).

Представители же ЮНИСЕФ указали на то, что в Российской Федерации все еще нет механизма, позволяющего обнаруживать случаи насилия над детьми в семьях. Поэтому в России необходимо создать национальную систему сбора данных о детях и создать глобальную систему по координации всех служб для осуществления превентивных мер против насилия в отношении детей.

При этом французская сторона не только делилась своим опытом. Французские докладчики фактически требовали, чтобы борьба с насилием против детей в России стала приоритетом национальной государственной политики и была построена не иначе, как по французскому образцу.

Таково было на упомянутой конференции проявление французского патриотизма. В ответ проявлений российского патриотизма не последовало. Российская «пятая ювенальная колонна» – рапортовала о проделанной работе.

Председатель Правления Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, (Фонд – проект ЮНИСЕФ – см. № 6 «Пятая колонна ЮЮ в России и ее хозяева») Марина Гордеева сообщила о запуске национальной информационной кампания против жестокости к детям, в которую вовлечены различные политические структуры (какие возможности у Фонда!). Ее Фондом подготовлена программа «Защитим детей от неблагополучия» (которая включает раннюю профилактику насилия в семьях). Ряд аналогичных программ запущен в регионах России. Работа ведется на основании соглашений, подписанных местными российскими властями и Фондом. Этот способ организации работы используется, поскольку пока на федеральном уровне не приняты соответствующие законы.

Президент Национального фонда защиты детей от жестокого обращения Марина Егорова сообщила о том, что механизм противодействия жестокому обращению с детьми построен на выявлении семей на ранней стадии неблагополучия. И выявлением таких семей уже занимаются детские поликлиники, детские сады и вся детская инфраструктура (если бы только детская!). Нужно только четко определить, куда направлять собранные сведения. К сожалению Егоровой, для этих целей еще не создан единый банк данных. Но, по мнению Егоровой, чем раньше государство вмешается в семью, тем больше у него будет возможностей защитить детей от жестокого обращения.

Вроде бы все благостно и даже благородно.

Однако, как считают эксперты НИИ МВД РФ, Совет Европы пытается вложить в понятие «жестокое обращение с детьми» новый особый смысл. Причем именно тот, который я вкладываю в понятие Великая антисемейная революция. Конечно, профессионалы из МВД не идут так далеко в своих обобщениях. Но на то они и профессионалы, чтобы отличать нормальные законодательные инициативы от всего того, что проникнуто презумпцией виновности семьи.

Навязывание миру этой новой презумпции виновности – семейной... Что это напоминает? Конечно же, все остальные варианты презумпции виновности, в том числе и презумпцию виновности России за коммунизм. Но, согласитесь, что презумпции виновности семьи намного круче, чем все иные презумпции виновности. И создаваемые ими комплексы вины. Если у нас у всех должен быть комплекс вины за то, что у нас есть семья, то безвинными, а, значит, наделенными по отношению к нам иными властно воспитательными правами, являются группы бессемейных или группы альтернативно-семейных. И ведь всем понятно, что это за группы.

Семья как патология – вот к чему мы должны прийти под водительством Совета Европы, ЮНИСЕФ и пр. И бессемейность как норма. Нас будут освобождать от патологического стремления к семейности. Мы должны стыдиться семейности. Перевоспитываться. А если мы не захотим перевоспитываться, то, конечно же, к нам будут применяться санкции, в том числе и жесткие.

От «криминализации» семьи до введения антисемейного законодательства – один шаг. Но нельзя ввести только антисемейное законодательство. Нужно привести в соответствие с эти законодательством все остальные законодательства. Основа семьи – любовь мужчины и женщины. Как скоро тогда мы придем к цензуре, сжиганию таких произведений, как «Ромео и Джульетта» или «Паоло и Франческо»?

Кому-то покажется, что это преувеличение. Не будем торопиться с выводами. Давайте лучше продолжим нашу неспешную аналитику, основанную на внимательном рассмотрении тех фактов, которые находятся в нашем распоряжении.

В 2011 году МИД РФ передал в разные органы на правовую экспертизу документ под рабочим названием «проект Конвенции Совета Европы о предотвращении и искоренении насилия в отношении женщин и насилия в семье». В преамбуле проекта указано, что международное сообщество признает тот факт, что «дети являются жертвами насилия» в семье.

Россию, видимо, относят к мировому сообществу (в данном случае), и потому у нее даже не спрашивают, признает ли она этот факт. Хотя, безусловно, проблема насилия по отношению к детям существует в российском обществе. Но, во-первых, масштабы ее совсем иные. И, во-вторых, на протяжении последних лет количество преступлений в отношении несовершеннолетних у нас постоянно снижается.

Так, согласно официальным данным (статистика ГИАЦ МВД России) за 2010 г., среди 55170 несовершеннолетних, потерпевших от преступлений, сопряженных с насильственными действиями, непосредственно от преступлений со стороны членов семьи пострадало 5208 человек, из которых от преступных действий или бездействий самих родителей 4044 ребенка – 7,3%.

То есть 51126 несовершеннолетних стали жертвами отнюдь не семейных преступлений, и не родители стали основными носителями жестокого отношения к детям. А более 90% несовершеннолетних пострадали не от членов семьи, а от посторонних лиц. И об этом нужно говорить как о настоящей проблеме общества, с этими преступлениями нужно бороться в первую очередь!

Что касается российского законодательства в отношении термина «жестокое обращение» с детьми, то здесь право разделяет понятия «насилие» и «жестокость». «Насилие» рассматривается как нарушение прав детей (в том числе так называемое «бытовое насилие»). А «жестокое обращение» является квалифицирующим признаком состава преступления, установленного статьей 156 УК РФ, – неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего. Однако понятие «жестокого обращения» – в настоящее время законодательно не определено.

Меж тем, в том же ноябре 2010 г. Совет Европы не только обучал российских омбудсменов. Советом Европы была запущена кампания «Каждый пятый» – по искоренению сексуального насилия в отношении детей. Ее организаторы исходят из того, что в Европе растет такой вид преступности, как сексуальное насилие против детей в семье.

Но если у них в Европе такая ситуация, при чем тут мы?

Об этом – в следующих статьях.


Пятая колонна ювенальной юстиции в России и ее хозяева


Кто в России продавливает «права ребенка»

 

Социальная война
Вера Сорокина , 16 декабря 2012 г.
опубликовано в
6 от 28 ноября 2012

 

Ни для кого не секрет, что обширный поток ювенальных технологий идет в Россию с Запада. Запад сам давно купается в ювенальной мерзости, уничтожая свой народ, своих детей, свое будущее. Но при этом непременно хочет затащить туда и Россию. Прикрывается это все фиговыми листочками радения о «правах ребенка», о «борьбе с насилием в семьях» и так далее.

Истинные заказчики суперпроектов по расчеловечиванию, а также конкретные лица, навязывающие России «ювенальную» мерзость, обязательно будут выявлены и выведены на свет. Они должны стать узнаваемыми антигероями нашей страны и всего мира! Но сейчас самое важное – показать нашим гражданам и собирательный образ врага, и исходящее от его «инициатив» смертное дыхание.

Исполнители «ювенального заказа», не в пример своим теневым хозяевам, действуют в России открыто и напористо. И проявляют себя на разных уровнях, начиная с международного. О них и пойдет речь.

Итак, первый уровень, уровень международных организаций.

Здесь действует, прежде всего, ЮНИСЕФ.  ЮНИСЕФ – детский фонд ООН, созданный в 1946 году для помощи детям, пострадавшим во Второй мировой войне. Себя ЮНИСЕФ презентует так: «Деятельность Детского фонда ООН аполитична и беспристрастна: приоритет отдается детям из тех стран, которые нуждаются в поддержке больше всего».

Однако известный еще старшему поколению советских людей Фонд сейчас уже совсем не тот. Он из организации помощи детям (обеспечение продуктами, питьевой водой и медицинской защитой) превратился в один из столпов международного контроля за рождаемостью и поборника депопуляции Земли. В этом направлении ЮНИСЕФ работает вместе с Всемирной организацией здоровья (ВОЗ) и Фондом ООН по народонаселению (UNFPA).

Западные правозащитники, а также католическая церковь давно и доказательно обвиняют ЮНИСЕФ и ВОЗ в кампаниях по стерилизации населения в ряде стран мира, проводимых под видом вакцинации против различных болезней. Так, в Никарагуа, Мексике, Таиланде, на Филиппинах проводилась странная вакцинация против столбняка – только женщин и только в детородном возрасте, прививками были охвачены миллионы женщин. И привело это к массовым выкидышам, к множеству нерожденных детей.

Но данная тема, которая заслуживает отдельного разговора, здесь была упомянута лишь для демонстрации специфики «деятельности» нынешнего Детского фонда ООН. А этим указанная деятельность не ограничивается. Тем более что ведется она без реального контроля со стороны ООН.

Дело в том, что ЮНИСЕФ не получает от ООН финансирования (а значит, и не отчитывается перед ним). Он полностью зависит от добровольных пожертвований, которые вносят физические лица, всевозможные фонды и правительства. Они, соответственно, и «заказывают музыку».

Один из американских спонсоров Детского фонда – U.S. Fund for UNICEF. А среди его основных финансовых спонсоров, в свою очередь, – Фонд Билла и Мелинды Гейтс. Мультимиллиардеру и основателю корпорации «Майкрософт» Биллу Гейтсу принадлежит высказывание: «Численность населения стремительно приближается к 9 миллиардам. Если мы сейчас действительно хорошо поработаем над новыми вакцинами, медико-санитарной помощью, помощью в области репродуктивного здоровья, возможно, мы сможем понизить его процентов на 10–15».

Как можно увеличить население при помощи указанных мер, понятно. Но как можно с помощью этих мер уменьшить его? Только так, как это делалось на Филиппинах. То есть, обещая лечение, а проводя стерилизацию. Или иные воздействия, вовлекающие желающего лечиться в «великое дело демокрекции». То есть, речь идет о стопроцентно преступной деятельности. Тому свидетельство судебные процессы. Согласитесь, наглость заявления Гейтса впечатляет. Маски сброшены, никто уже ничего не скрывает.

И такой «людоедский» манифест спонсора ЮНИСЕФ – не единственный.

Детский Фонд осуществляет программы в 157 странах. Но нас, естественно, прежде всего, интересует Россия.

Еще в 1993 году было принято бессрочное «Соглашение между Правительством РФ и ООН об учреждении представительства ЮНИСЕФ». Представительство фонда в Москве было открыто в 1997 г.

Что касается бессрочного соглашения, то увы и ах: сейчас ЮНИСЕФ попал под действие недавно принятого в России закона о деятельности некоммерческих общественных организаций. А в октябре 2012 г. МИД РФ заявил, что Россия имеет собственные возможности для разработки и финансирования программ защиты детей в России и мире, и что до 31 декабря ЮНИСЕФ должен завершить все свои программы в России. Но Фонд пока не теряет оптимизма: его представители утверждают, что идут переговоры с руководством России о будущем взаимодействии. Так что нашей родительско-патриотической оппозиции рано ликовать по поводу завершения программ ЮНИСЕФ в этом году.

Чем же прославился ЮНИСЕФ в России?

Сначала он активно продвигал проекты «планирования семьи» (читай – сокращения рождаемости). Затем – программы поддержки ««социального репродуктивного здоровья подростков» (читай – «сексуального воспитания») и т.п. А далее – взялся за внедрение ювенальной юстиции.

Практика продвижения проектов ЮНИСЕФ в целом типовая и (пока что) вполне успешная. Фонд финансирует пилотный этап проекта, подкупает чиновников и депутатов и добивается официального утверждения проекта. А затем о финансировании проекта и его «продвижении в повсеместную практику» заботятся национальный бюджет и национальные органы власти всех уровней... Под контролем Фонда.

Действуя таким образом, Фонд уже почти создал в России систему ювенальной юстиции. Например, отечественные «ювеналы», направляемые ЮНИСЕФ, еще в 2008 г. пролоббировали создание «Фонда защиты детей, находящихся в трудной жизненной ситуации», на который было выделено 5,2 млрд руб. бюджетных денег.

Председательница правления «Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации» М.Гордеева уверена, что «корни детского неблагополучия находятся в семейном неблагополучии». Поэтому помимо бесспорно необходимой деятельности по формированию запрета на работу с детьми лицам, осужденным за преступления в отношении несовершеннолетних, по формированию безопасной информационной среды для детей, доступного детского спорта, фонд (внимание!) ратует за создание особой «системы сопровождения семей» (это, как увидим ниже, одно из ключевых требований ЮНИСЕФ).

Указанная «система сопровождения семей» уже разработана до деталей:

  • С рядом госорганов или общественных организаций заключаются соглашения на выполнение социальных услуг, и они – по этим соглашениям – приобретают право контроля над семьей. Они проверяют условия содержания детей в семье, соблюдение их прав, методы воспитания, характер отношений родителей и детей и пр.
  • Далее эти организации рекомендуют Комиссиям по делам несовершеннолетних и защите их прав меры, которые следует применить к конкретной семье для защиты прав детей. Комиссии, являясь органами «превентивного правосудия», определяют дальнейшую судьбу ребенка (где будет он проходить «реабилитацию» – дома, в приюте, в приемной семье) и утверждают «план защиты прав ребенка» (то есть официальное предписание) для каждой конкретной семьи.
  • На основании предписаний Комиссии с семьей заключается договор социального патроната. Отказ от заключения договора или ненадлежащее выполнение мероприятий «плана защиты прав ребенка» – влечет за собой лишение родительских прав…

То, что перечислено, не бред. Это главные тезисы итоговой резолюции Всероссийского социального форума «Защита детей. Модернизация государственной семейной политики на 2010–2020 г.г.», прошедшего в Санкт-Петербурге в ноябре 2010 г.!

Под флагом борьбы за права детей и против насилия в семьях были проведены сотни мероприятий, конкурсов плакатов, встреч и конференций чиновников и социальных работников. Многие из них проходили на самом высоком уровне: в Госдуме, в Совете Федерации, Администрации Президента, Правительстве Москвы. И главными на конференциях были господа из ЮНИСЕФ, подталкивающие нерасторопных российских чиновников к скорейшему принятию нужных им законов. Миллионными тиражами изданы и распространены плакаты, дискредитирующие образ родителей, брошюрки для школ и детских садов о правах ребенка, о жестоком обращении с детьми и т.д.

С 1 сентября 2010 г. в России начал работу единый телефон доверия для детей, подростков и их родителей. Проект стартовал в рамках Общенациональной информационной кампании по противодействию жестокому обращению с детьми «Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации» совместно с субъектами РФ.

Москвичи нередко видят рекламу телефона доверия в вагонах метро – она предусмотрительно приклеена под потолок вагона, чтобы не сорвали. Но речь идет отнюдь не только о московских детях. Интернет сообщает о весьма широкой географии распространения телефона доверия по стране, начиная с 2010 года, а также о родительской реакции на них.

В школах, других детских учреждениях появились плакаты, в которых родители показаны «злыми и страшными монстрами», унижающими и запугивающими своих детей. Детям просто не оставляют другого выхода, кроме как позвонить по анонимному «телефону доверия».

Позвони, если появился братик.

Если нужна помощь в решении домашнего задания.

Если мама и папа ссорятся, звони непременно.

Плакат сообщает: «Никто не должен тебя обижать! Трясти, щипать, душить! Давать пощечины и подзатыльники! Шлепать и толкать! Выгонять без одежды на мороз! Оставлять без еды и питья!» Вот, оказывается, что могут делать монстры-родители. И хоть ребенок не верит, что его родители такие, но у других-то они такие! И когда вдруг у него случится обида на родителей, он вспомнит и картинку, и телефон. И окажется, что родители – враги, а «телефон доверия» – единственный друг.

Насчет того, какова обещанная анонимность звонка на телефон доверия 8-800-2000-122, есть авторитетный комментарий французских «ювеналов». На российско-французской конференции «Защита детей от насилия» в Москве в 2010 г. французы сообщили: пока один работник службы «телефона доверия» отвлекает ребенка разговором, другая группа сотрудников вычисляет его местонахождение и сразу выезжает к нему.

На плакатах «телефона доверия» указан заказчик – все тот же «Фонд поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации». И правообладатели: а) Фонд «Поддержки инициатив в области семьи и детства «Национальный детский фонд», б) «Смешарики», в) ЗАО «Фан Гейм».

Знакомые нам «Смешарики» в этом списке неслучайны. Проект «Смешарики» поражает масштабностью и многообразием своей деятельности: только детских книг они выпустили более 300 с тиражом 17 млн экземпляров. Не считая журналов, компьютерных и других игр (также с миллионными тиражами) и прочей продукции. Казалось бы – всего лишь успешный коммерческий проект. Но это не совсем так.

Еще в2007г. «Смешарики» подписали с ЮНИСЕФ «Соглашение о сотрудничестве для осуществления совместных программ в интересах детей». Проект «Смешарики» участвует в просветительской деятельности ЮНИСЕФ, выпуская различную продукцию для детей по тематике проектов: «Толерантность», «Здоровый образ жизни», «Права детей». А также поддерживает международную программу «Города, доброжелательные к детям». Город, где соблюдают права детей, прислушиваются к интересам маленьких горожан, где каждому ребенку предоставляются все возможности для полноценной жизни и гармоничного развития (привет от Форсайт-проекта «Детство 2030», о котором я уже писала предыдущих номерах газеты).

А еще ЮНИСЕФ реализует программы «Защита детей», «Здоровье и развитие молодежи», «Развитие в раннем возрасте».

Но что это за программы? Приведем лишь один конкретный пример «заботы ЮНИСЕФ о детском здоровье». С 2000 года более пяти лет в Екатеринбурге организация «Холис» занималась внедрением в школах методических материалов по «сексуальному воспитанию» и «профилактике различных зависимостей» (наркомании). Существовала она на деньги налогоплательщиков, при поддержке ЮНИСЕФ и в союзе с городским управлением образования. Имело ли к этому отношение Министерство образования РФ? Имело. Оно утверждало программу.

Материалы же данной школьной программы под названием «Ресурсы здоровья» эксперты по криминальной психиатрии и наркологии (не говоря о родителях) охарактеризовали как «развращение и наркотизация несовершеннолетних». Несмотря на это понадобилось полтора года, для того чтобы местные чиновники сдались и закрыли организацию.

О методах работы международных организаций типа ЮНИСЕФ с российской «пятой колонной» – в следующей статье. 


По ту сторону семьи. Форсайт-проект «Детство-2030», часть III


Нужно быть очень бдительными, внимательно и заинтересованно разбираться, чтобы увидеть очередной бесстыдный подлог того или иного масштаба и, начав действовать, не допустить его

 

Социальная война
Вера Сорокина , 16 декабря 2012 г.
опубликовано в №5 от 21 ноября 2012 г

Внутри российского павильона на выставке ЭКСПО-2010

Завершает описание перспектив будущего детства в «дорожной карте» форсайт-проекта вывод о необходимости создания структуры, которая будет управлять детством в России и решать судьбы детей и родителей – «Комитета детства».

Итак, детство рассматривается как публичное дело, семейно-приватная сфера отодвигается (и даже исключается) как устаревшая. Роль государства в том, чтобы установить и обеспечить юридические нормы для реализации этого проекта. Ведущая же роль – у сверхоргана «Комитет детства» (подобная схема и в проталкиваемых последних законах по ювенальной юстиции).

Однако в «отсталой» России все эти технологические, да и идеологические чудеса будущего прививаются крайне медленно и плохо, печалятся авторы проекта. Вместо продвинутых образцов устройства детства все еще существуют остатки «традиционализма». В России «детей всячески ограждают от мира взрослых» (от зла, ложных ценностей, разврата, наркотиков – и тем самым нарушают права ребенка), «что приводит к развитию иждивенчества и воспроизводству маргинального слоя, а не к его социализации...».

Но это отнюдь не означает, что вышеописанная «антиутопия» не внедряется в нашу жизнь. Еще как внедряется!

Внедрение началось с высокого международного уровня – презентацией проекта в Шанхае на выставке «ЭКСПО-2010». Выставка была посвящена будущему городов, развитию городской среды. Презентация именно форсайт-проекта «Детство 2030» не могла быть случайной. Скорее, символичной (о символах и образах – ниже). Тем более что она была приурочена к российскому Дню защиты детей 1 июня 2010 года.

В течение нескольких месяцев работы российский павильон проводил конференции и семинары с демонстрацией технологий по включению детей в организацию жизни в городах и сопутствующих средах с обучающими чипами. Итогом этих мероприятий должны были стать предложения для Национального плана действий в интересах детей, рекомендации главам государств и правительств по принятию национальных стратегий в области детства. И в первую очередь, для России как пилотной площадки. Презентация проекта на столь высоком уровне давала особые возможности для продвижения.

Инновационная «конкурентоспособность» России была представлена и развернута в фантастических джунглях, назойливо отсылающих к блокбастеру «Аватар»: тут и грибы-мутанты, и странные цветы, на потолке сквозь сумрак павильона проглядывал лунный кратер и космический корабль «Союз». По оценке одной из китайских газет, это было похоже на «гибрид нуждающегося в средствах технического музея с парком аттракционов уездного города». Автор дизайна – Борис Краснов (постановщик концертов Пугачевой).

Но китайцев более всего поразило и даже повергло в шок то, что в качестве виртуального гида выступал носовский Незнайка. В Китае, где трепетно относятся к знаниям, человек, который «не знает» – либо нерадивый, либо безнадежно глупый ученик. Когда при посещении павильона России глава КНР Ху Цзиньтао задал прямой вопрос: «Правда ли, что Незнайка переводится как «маленький невежда», то даже его помощники пытались дать щадящий перевод имени, как «ищущий знания». В итоге, на второй этаже экспозиции, где царил Незнайка, Ху Цзиньтао не пошел, а СМИ писали, что Россия «потеряла лицо».

Китайцы даже предлагали нашим заменить Незнайку, презентующего инновационную медведевскую Россию, на Знайку, но устроители отказались. Очевидно, Знайка никоим образом не соответствовал их замыслу.

В результате Незнайка всё же был удален, но место его заняли... Смешарики. (О воздействии образов Смешариков на наших детей см. статью «Беспризорники в нашем доме» в третьем номере газеты «Суть времени». Добавим лишь, что художественный руководитель «Смешариков» Анатолий Прохоров – популяризатор и эксперт форсайт-проекта).

Эксперты объясняли, что обилие художественных образов на Шанхайской выставке, фильмов, скульптур, музыки и уход на второй план технических достижений фиксирует завершение индустриальной эпохи. Что в постиндустриальном мире власть будет у тех, кто сможет лучше формировать, поддерживать и продвигать самый привлекательный образ будущего для всех цивилизаций. И ЭКСПО-2010 якобы «наглядно зафиксировала не просто конкуренцию, а настоящую схватку образов – передовую линию «войны смыслов». А победители в «войне смыслов» – якобы так же, как на Ялтинской конференции 1945 года, – договорятся о геополитических параметрах нового мира, о том, каким будет миропорядок на Земле. Что ж, нашему теляти, да волка б съесть!

Китайский павильон был построен в форме перевёрнутой пирамиды, как грандиозный храм, держащий небо. У китайцев нет Бога, а есть Небо. Центральной же темой эпического фильма, транслируемого в китайском павильоне, был гимн труду. Героизация и воспевание трудового порыва и трудового подвига адресовали к истории СССР 30-х годов, к первым пятилеткам.

Американский павильон был представлен в виде нефтеналивного танкера. В нем демонстрировалось три фильма. В первом – американцы пытаются произносить приветствия по-китайски, для снятия психологического барьера между культурами. Во втором – Барак Обама, Хилари Клинтон и много детей, в том числе маленьких китайцев. В третьем фильме девочка пытается благоустроить двор между бетонными стенами домов. Вначале неудачно, но потом к ней присоединяется пожилая китаянка, чуть позже сосед с семитскими чертами лица. Возникает сад. Посаженные цветы соответствуют архетипическим цветам в сознании китайцев. Цветы вдохновляют других соседей присоединиться к благоустройству. Последним присоединяется накачанный англосакс, без которого никак не может быть сдвинута тяжелая плита. Так постепенно расцвел этот садик, затем другие, и далее – весь город. Что, конечно, не произошло бы без американца. То есть, американцы, в отличие от русских, учли образную символику, близкую китайцам и подчеркнули значимость своей цивилизационной модели.

Образ будущего, предложенный Россией, в этом контексте вышел крайне неприглядным. Фактически Россия предлагала остальному миру купить ее детей, а Незнайка (непонятый, оторванный от советского контекста) был воспринят как символ отказа от стремления к знаниям, то есть безбудущности. И, конечно, круглые и пустые Смешарики, не имеющие никаких связей с Россией, никак не могли спасти ситуацию.

Почему мы так подробно об этом говорим? Потому что страны с развитым инстинктом будущего не намерены продавать своих детей, но, напротив, готовы покупать себе будущее остального человечества. А Россия, презентующая такое бесстыдство, демонстрирует лишь свое падение и слабость.

Понимают ли это авторы форсайт-проекта? Думается, что понимают.

Хотя неуспех на Шанхайской выставке продемонстрировал несостоятельность авторов проекта «детства будущего», тем не менее, 27 декабря 2010 года, под Новый год, на заседании Государственного Совета и Комиссии при Президенте РФ по национальным проектам должен был рассматриваться вопрос о модернизации государственной семейной политики и… форсайт-проект «Детство 2030».

Но буквально накануне, 22 декабря, в Москве в кинотеатре «Пушкинский» собрался – Первый Всероссийский родительский форум «Спасем семью – спасем Россию!», который выступил против изменения прежней семейной политики государства. Массово слались телеграммы президенту. И, о чудо, под давлением общественности впервые за всю историю Госсовета повестка дня была изменена, продвижение форсайт-проекта приостановлено.

Тогда авторы и лоббисты проекта пошли другим путем, четко используя технологии форсайт-проекта. В чем механизм работы форсайт-проектов? Чтобы «делать будущее», надо изменить «косное» общественное сознание, воздействуя на ту критическую часть общества, которая мешает продвижению проекта. Поскольку родители (родительские комитеты) очень эффективно торпедировали проект, то занялись именно ими.

В марте 2011 года вдруг возникла договоренность председателя Всероссийского родительского собрания В.Ш.Неталиева с идеологом-методологом форсайт-проекта С.В.Поповым о заказе – Попову ! – якобы альтернативного проекта «Детство 2030 плюс». Ну просто буквально по «Сказке о глупом мышонке», где мышка-мать стала кошку в няньки звать.

Договоренность завершилась большим семинаром с погружением для православных родителей. По признанию участника семинара врача-психотерапевта В.Боровских, «методологи учили мыслить не так, как мы привыкли. ... Методологи способны расписать чётко и по направлениям, как, когда и что нужно делать и какими средствами нужно пользоваться для этого, чтобы мы могли максимально подготовить общество к тому, что сейчас происходит... В первую очередь, изменить себя... Мы должны, как говорят методологи, совершить апгрейд – обновление. У нас сохранился советский менталитет, при котором мы не умеем жить самостоятельно, с полной ответственностью за свою жизнь». То есть методологи очень умело «повернули мозги» родителям, сумев доказать им, что это не форсайт-проект бесчеловечен, а они сами недостаточно развиты для его понимания, и заложили программу для дальнейшей работы в родительской среде.

Однако не все родители согласились на «апгрейд». То, что новый проект является отнюдь не альтернативным проектом, а подлогом, блестяще и профессионально доказали директор Общественного центра правовых экспертиз О.Леткова («Анализ форсайт-проекта «Детство 2030 плюс»), общественная экспертиза Родительского комитета и многие другие. Не поддержал идею «Форсайт плюс» и II Всероссийский родительский форум.

Тогда родительскую общественность попытались использовать для протаскивания отдельных ювенальных законов. Так, 11мая 2011 г. в Общественной палате на круглом столе «Подготовка просвещенных родителей: проблемы и перспективы» (с участием все тех же А.Ф.Радченко, С.В.Попова, президента благотворительного фонда «Мое поколение» В.Е.Лебедева) опять была поднята тема изменения статуса семьи в Семейном кодексе. Предлагалось приравнять семейное воспитание к другим видам воспитания (дошкольного, школьного и т.п.), что давало возможность правового закрепления изъятия детей у «некомпетентных родителей» и передачи их в воспитательные сообщества. И опять имел место прямой подлог: категорическое несогласие, высказанное рядом членов АРКС по вопросу «просвещенного родительства», в резолюции обернулось «общем согласием». Что вновь было замечено родительской общественностью.

К 2012 году тактика проталкивания ювенальных законов стала совсем простой – из рук в руки высокопоставленным лицам. Так, 1 июня 2012 года президент Путин подписал Указ «О национальной стратегии действий в интересах детей на 2012–2017 гг.», проект которого буквально накануне, без всякого обсуждения, представила глава СФ В.Матвиенко – третье лицо в государстве. Главным аргументом подписания Указа выступала настоятельная рекомендация Совета Европы принять стратегию.

Напор проектировщиков форсайт-детства не ослабевает, меняется лишь тактика. Явочным порядком, без всякого обсуждения, в ряде российских педвузов и университетов уже читается программа «Детство 2030». В институтах массово готовят специалистов для органов опеки. На региональном уровне протаскиваются «Стратегии действий в интересах детей на 2012–2017гг». Из документов и выступлений исчезают дискредитировавшие себя понятия (та же «ювенальная юстиция») и заменяются иными словами, отсылающими к привычным советским, православным, традиционным представлениям.

И нужно быть очень бдительными, внимательно и заинтересованно разбираться, чтобы увидеть очередной бесстыдный подлог того или иного масштаба и, начав действовать, не допустить его.

Теперь обсуждается новый «Форсайт-проект», уже 2050 года, с генетическим моделированием ребенка, с чипами в мозгу и с подчинением компьютерам. Это выдается за объективную данность, сопротивляться которой бессмысленно, за поступь научно-технического прогресса. А.Радченко убеждает: «Чипизация мозга – это вопрос времени. И хотим мы того или нет, в недалеком будущем это станет частью нашей жизни... Условно говоря, пришла зима – надели шубы, пришла чипизация мозга – надо быть к этому готовыми».

Так к чему мы должны быть готовы? К сну под колыбельную «няни-кошки» о техногенном счастье?

Или к пониманию ведущейся против нас глобальной войны на уничтожение – наших детей, нашего будущего и будущего всего мира? Войны не на жизнь, а на смерть.


По ту сторону семьи. Форсайт-проект «Детство-2030», часть II


Несмотря на то, что выкладки форсайт-проекта очень похожи на антиутопию или шизофренический бред, несмотря на то, что у нашей общественности они встречают резкое неприятие, проект упорно продвигают и пытаются легализовать

Социальная война
Вера Сорокина , 15 декабря 2012 г.
опубликовано в №4 от 14 ноября 2012 г

Фонтан «Пожиратель детей», пл. Корнхаусплац в Берне. Г.Гинг, 1546 г

Должны ли дети вырасти самостоятельными? Конечно, должны, иначе они не смогут принимать жизненно важные решения. Должны ли они чаще общаться со сверстниками, играть в игры, посещать различные кружки? Конечно, должны – это развивает детей, приучает к коллективизму, вырабатывает товарищеские качества.

Форсайт-проект «Детство-2030», казалось бы, предлагает именно это, только требует, чтобы связь ребенка с семьей, с родителями была резко ограничена, а в идеале – вообще прервана. Например, рассмотренный нами в предыдущей статье вариант «компетентного детства» должен создать «компетентного ребенка». В итоге из такого ребенка вырастет не полноценный будущий гражданин, а монстр будущего.

«Компетентный ребенок» принимает жизненно важные решения самостоятельно, отдельно и независимо от родителей. Посещение школы и ее смена, выбор предметов обучения, занятия в тех или иных кружках, знакомство с теми или иными людьми, посещение вечеринок, клубов, тусовок – спектр подобных решений чрезвычайно широк. Соответственно, ребенок имеет право «все попробовать» – и конечно, прежде всего он будет пробовать нарушить еще нестойкие нравственные запреты.

Важным обоснованием такого подхода является утверждение, что «семейная структура резко тормозит развитие детей». А это значит, что ребенок должен больше времени проводить в предлагаемой многообразной среде различных воспитательных сообществ, клубов, детских организаций.

Вновь подчеркнем, что подлинная, хотя и неназываемая цель «компетентного детства», как и подобных ей других форм воспитания, – разорвать связь родителей и детей, ту самую ценностную связь, которая и обеспечивает нравственную и человеческую преемственность поколений.

Следующий вариант постсемейного детства, предлагаемый авторами форсайт-проекта для ближайшего будущего России – «прикольное детство».Этот вариант воспитания детей больше предназначен для богатых, для людей большого бизнеса. Здесь родителям предлагается заняться детьми как игрушкой, и одновременно воздействовать через то, что наличие детей повышает социальный и бизнес-статус: это «социально значимо, престижно». Детей иметь интересно, «прикольно»: с ними можно играть в свободное от бизнеса время, как с любимым щенком, ходить с ними за покупками в шопинг-центры, водить их в парки развлечений и т.д. Так появляется то, что называется «новое родительство». Главное же – не ограничивать ребенку свободу выбора.

Подобный подход к воспитанию дает огромный импульс для быстрого развития детского бизнеса: для детей разрабатывают товары, индустрию развлечений, сервиса, детскую моду и т.д. Детство призвано (обязано!) стать экономически эффективной сферой размещения капитала.

Не случайно форсайт-проект дает свой четкий и рациональный ответ, зачем и кому нужно детство («Дорожная карта», стр.9):

«Бизнесу – как новая сфера инновационного потребления.

Государству – как зона конкурентных преимуществ в области человеческого капитала».

Родителям – для собственного «апгрейда» (дети как новый источник энергии жизни и возможность развиваться)».

В последнем пункте о родителях вроде бы есть неувязка. Ведь в предлагаемых вариантах постсемейного детства («компетентного», «прикольного», «охранного» в Дорожных картах проекта) одна из целей, как мы установили, – в разрыве связи между родителями и детьми. Но в том-то и тонкость – для большинства российских родителей (для быдла, то есть) создается «компетентное родительство», а вот для добившихся значимого места в жизни, для продвинутых – «апгрейд».

Предоставим слово С.В.Попову: «Никто не сказал, что дети должны появляться у молодых людей, они должны появляться и у старых, и у средних, и вообще по-разному…Существуют страны, в которых этого ограничения (возрастного) почему-то нет… в Великобритании, в Соединенных Штатах медики вполне научились продлевать жизнь людей. Считается, что примерно через 15 лет люди будут в большинстве в Европе и Соединенных Штатах доживать … до 100 лет. Вопрос состоит в том, чтобы этот период, с 60 до 90–100 лет, был активен, осмыслен, и дееспособны люди, а не доживали на пенсии. И вот эксперимент: 500 добровольцев в Великобритании, 500 в Соединенных Штатах, люди 60 лет, называется «Вторая жизнь»… Им предоставляется комплекс услуг, медицинских и всех остальных, которые позволяют жить активно. Первым условием является рождение ребенка... Потому, что родив ребенка, человек понимает, что ему еще 20 лет надо прожить... И это совершенно другая конструкция жизни, когда человек осуществляет, есть технический термин такой, следующий скачок, upgrade, он начинает новую жизнь».

Пример из опыта США и Великобритании не случаен: ребенок в развитых странах – средство стимулировать продолжительность жизни родителей (богатых, конечно).

Иначе будет в России: детям богатого и креативного класса будет позволено жить в семье и «апгрейдить» своих родителей (независимо от возраста), а детям большинства российских родителей (см. статью «Социоцид-1») уготовано «компетентное детство» и жизнь без семьи.

Рассмотрим еще один вариант постсемейного детства по форсайт-проекту, под названием «Охранное детство».В основе этого варианта – идея ограждения детей от «греховного» взрослого мира через создание специально безопасной среды. Сегодня эта тема поднимается при обсуждении вопросов экологии, правильной организации жилья, эргономики (детские автомобильные кресла, накладки на углы мебели и т.д.). А в будущем, в рамках дискурса данного проекта, должны появиться программы типа «Город, благоприятный для детей», где родителям отводится подконтрольная роль. Это такая «зона непослушания», где дети имеют полное право командовать родителями, учить своих родителей, выставлять им оценки за поведение, а не наоборот. А сами родители должны сдавать экзамен на «компетентное родительство». Именно так! Родители должны регулярно проходить программы повышения компетентности, должны быть готовы к быстрому изменению своих детей и при этом оставаться любящими, понимающими и поддерживающими, как бы и в какую бы сторону ни изменились их дети. При этом администрация «города» будет оценивать родительскую квалификацию и раздавать статусы: «ответственный родитель», «компетентный родитель», «безразличный родитель».

Как говорится в известной рекламе: «Вы все еще хотите быть родителем? Тогда мы идем к вам».

Из трех приведенных выше вариантов будущего детства понятно, что цель форсайт-проекта – вырастить из наших детей «конкурентоспособный человеческий капитал». Не Человек с большой буквы – цель и смысл развития общества, а «человеческий капитал», который при соответствующих инвестициях может и должен приносить владельцам высокую прибыль. Как, например, корова. А с учетом человеческого качества – поболее, чем корова.

Чтобы дополнить общие рассуждения конкретикой, рассмотрим «дорожную карту» проекта. Она названа «Картой военных действий» (!) – и не нами, готовыми во всем видеть войну, а авторами проекта. Не иначе, как авторы предполагают, что для воплощения их проекта придется повоевать с «отсталой Россией».

Итак, в Дорожной карте существуют «точки изменения дискурса», которые определяют рубежи социальных изменений в российском обществе.

Что же нас может ожидать в недалеком будущем?

2012–2016 гг. – ряд кризисов в России.

  • Смена поколений: основные места во власти и бизнесе займет поколение не живших при СССР.
  • Единовременный (за 2–3 года) выход из строя технологического оборудования и инфраструктуры советского производства.
  • Демографический спад – резкое снижение количества трудоспособного населения.
  • Вынужденная трудовая иммиграция (к 2020 году одна треть населения – мигранты)
  • Резкое падение доходов от нефти.

2015 г. – более половины населения Земли в интернете, отсутствует языковый барьер, образование можно получить в любой точке мира через интернет. Смена дискурса: от традиционного – к формированию новых способов взаимодействия, к пониманию других культур и толерантности. Языковой барьер будет преодолеваться не с помощью изучения языков, а через использование технических переводчиков либо через внедрение чипов (см. ниже).

2015–2020г.г.– смена дискурса: от традиционной («нуклеарной») семьи – к многообразию законодательно уравненных с нею новых форм совместной жизни: «множественным», «гостевым», «однополым» и другим семьям. Дети растут в воспитательных сообществах, управляемых «компетентными педагогами». А новый семейный кодекс закрепляет новый дискурс.

Дети становятся самостоятельными в разном возрасте – от 12 до 30 лет. (Спросим в скобках: почему до 30 лет? Дело в том, что мировая тенденция заключается в десинхронизации вступления во взрослую жизнь. Наряду с ранним взрослением детей, о чем заботится «компетентное детство», увеличивается и период их социального созревания (т.н. кидалты). Иначе говоря, растет количество социальных инфантилов: они могут быть, например, хорошими IT-специалистами, но не желают строить свою жизнь, покидать родительский дом и т.д. Но если человек до 30 лет все еще ведет себя, как ребенок, есть ли шанс, что он когда-либо вырастет? Вопрос, конечно, риторический).

К 2018 году «форсайт-проектировщики» планируют использовать устройства для загрузки информации в кору головного мозга. Дети смогут подключаться к некоему информационному центру, откуда быстро скачают нужные знания. И отпадет необходимость и в учебе, и в школе как социальном институте. (Вновь замечание в скобках: понятно, что именно будут закачивать в кору головного мозга малолетним детям, оторванным от родителей – то, что нужно «хозяину», заказчику форсайт-проекта. А какого типа могут возникнуть психические и моральные уродства при этом, не хочется и думать).

2020–2025 г.г. – вновь смена дискурса: от массовой образовательной траектории к разнообразию траекторий. На смену единой системе образования придет многообразие образовательных сетей и сообществ, возможность компьютерным способом улучшать и определять способности ребенка до его рождения. Любую профессию можно освоить в виртуальной реальности, дети могут работать и получать доход в интернете. А в итоге – дети сами определяют свою жизненную траекторию (естественно, они будут ее определять как неучи, лишенные нравственных ориентиров).

2025 год – появится возможность запрограммировать способности и характеристики еще не рожденных детей, способности ребенка можно будет увеличить за счет генной модификации и чипизации. Вместо детей можно будет завести себе робота-ребенка, виртуального ребенка. Воспитанием и уходом за детьми также будут заниматься роботы,

2030 год– чипизация детей (теперь она заменена на размытую формулировку «технологические инновации»), генная модификация человека.

2030–2040 г.г. – детство у человека может быть несколько раз. (Это уже такая социально-технологическая фантастика, которая авторами не слишком прописана. Но ее детали в общем-то малоинтересны, поскольку понятно, что социальный инфантилизм при такой системе сделает человека «ребенком навсегда»).

Предложена и «путевая карта» технологических изменений, обеспечивающих такие социальные изменения: создание портативного устройства-переводчика (2014г.); создание устройства для загрузки информации в кору головного мозга (2018г.); робот-няня, робот-ребенок, 3D-нанопринтер (2025г.), который сможет воспроизвести объемное изображение любого предмета, объекта и т.д.

Несмотря на то, что вышеприведенные выкладки форсайт-проекта очень похожи на антиутопию или шизофренический бред, несмотря на то, что у знакомой с ними нашей общественности (довольно сонной) они встречают резкое неприятие, тем не менее, проект упорно продвигают и пытаются легализовать.

Кто, на каком уровне и каким образом – рассмотрим в следующей статье.


По ту сторону семьи


Форсайт-проект «Детство-2030»: нужен расчеловеченный кретин для кретинической ориентации в кретиническом будущем – чтобы его хозяин одним пинком отправлял его по нужной этому хозяину кретинической траектории

 

Социальная война
Вера Сорокина , 15 декабря 2012 г.
опубликовано в
3 от 7 ноября 2012 г

 

Стратегические разработки у нас в стране не просто редкость, их отсутствие – главная проблема страны. Речь, естественно, идет о стратегиях развития, стратегиях изменения к лучшему, стратегиях выхода из регресса.

Но вот стратегических проектов, взрывающих общество, разрушающих его несущие опоры – будь то семья, образование, здравоохранение, пенсионная реформа, ЖКХ или другие – с избытком.

Радченко А.Ф. – руководитель аппарата Общественной Палаты РФ, председатель попечительского совета фонда «Мое поколение»

 

ММизулина Е.Б. – председатель Комитета ГД по вопросам семьи, женщин и детей (!)

 

Попов С.В. – президент Международной методологической ассоциации, вице-президент благотворительного фонда «Мое поколение», главный идеолог проекта «Детство»

В предыдущих статьях мы описали четыре основных направления ударов в социальной войне. Теперь взглянем внимательнее на их практическое воплощение, в частности, на стратегические проекты. Сегодня речь пойдет о форсайт-проекте «Детство-2030».

Российское общество постепенно стало пробуждаться в ответ на угрозу принятия конкретных законов по ювенальной юстиции (митинги, пикеты, подписи, обсуждения и пр.). Но ЮЮ – лишь малая частица форсайт-проекта «Детство-2030», стратегии по слому не только того самого русского ядра, о котором говорил Ракитов, а шире – цивилизационного слома. Этот слом, по всей видимости, предназначен для всего мира. Но осуществление такого слома именно в России представляется кому-то особо важным. И потому, что Россию вообще надо доломать. И потому, что, не доломав ее, нельзя сломать мир. И по многим другим причинам.

К сожалению, большинство наших сограждан никогда не слышали о форсайт-проекте «Детство-2030». А те, кто о нем знает, относятся к нему как к страшной сказке, фантастической антиутопии – настолько он не вписывается в сознание русского человека, настолько противен самой человеческой природе. Но, как нам кажется, отмахиваться от подобных проектов – мол, нелепость и бесстыдство, что об этом говорить! – значит заведомо проиграть в войне, ведущейся против России и человечества. Нельзя выиграть в войне, не зная, что против тебя ее ведут, не относясь к ней серьезно, не обладая оружием для ведения ответных действий и готовностью эти действия вести. Такие военные спецоперации против России, как «Детство-2030», надо обсуждать ничуть не менее подробно, чем любые другие военные спецоперации, ведущиеся, как мы понимаем, на самых разных фронтах. История предупреждает нас о том, что все самые уродливые и мерзкие идеи в человеческом обществе воплощались только потому, что при их зарождении к ним относились несерьезно и невнимательно.

Анализируя форсайт-проект «Детство-2030», мы с прискорбием обнаруживаем Общественную палату РФ как лоббиста и этого сомнительного проекта. Конечно, в данном случае нельзя говорить о прямом лоббизме. Прямым лоббистом является Благотворительный фонд «Мое поколение» – он заказал проект. А вот в графе «исполнитель» официально записано следующее: «Международная Методологическая ассоциация при поддержке Общественной палаты Российской Федерации». Какую именно поддержку осуществляла Общественная палата, предстоит еще разобраться. Но то, что ее используют в качестве бренда и лоббистской площадки... Это, увы, не вызывает сомнений. Руководитель проекта «Детство-2030» – Алина Федоровна Радченко. Идеолог проекта – методолог Сергей Валентинович Попов.

В основу проекта положена так называемая технология форсайта (англ. Foresight – «взгляд в будущее»). Появилась она лет 30 назад и считается «одной из прогрессивных технологий работы с будущим», одним из основных инструментов инновационной экономики. Поначалу эту технологию применяли для формирования образов будущего в сфере технологии, затем в бизнесе, а с 90-х годов прошлого века – в общественно-политической сфере. Рекламируя метод форсайта, госпожа Радченко ссылается на успех применившей этот метод фирмы Nokia. Мол, применила фирма метод – и стала передовой в том, что касается мобильной связи.

Может быть, порекомендовать госпоже Радченко применить методы, сделавшие фирму Nokiaуспешной, в отношениях со своим супругом? Может быть, у нее получится? Данный совет порожден нашим изумлением по поводу того, с какой легкостью люди, занимающиеся тончайшими социально-психологическими вопросами (например, детством), перенимают опыт фирм, занимающихся техническими и рекламными проблемами. У Гоголя по сходному поводу герой говорит: «Легкость в мыслях необыкновенная».

Но вернемся к нашим детям и внукам, коих госпожа Радченко реально готова уподобить сотовым техническим устройствам, дабы оптимально вписать в новое общество. Авторы форсайт-проекта заявляют: «Те, кому сегодня 10–15 лет, к 2030–2040 году будут составлять костяк российского общества. Станет ли подрастающее поколение жить в стране с инновационной экономикой или будет населением «мировой помойки» – вопрос наших усилий и действий сегодня».

Внимательное рассмотрение форсайт-проекта говорит о том, что детям и внукам нашим предлагают жить именно в инновационной помойке или в среде помоечных инноваций – это уж как получится.

Что же касается того, как именно детей уподобляют техническим устройствам... Читатель вряд ли удивится, если узнает, что авторы проекта уподобляют техническим устройствам не только детей, но и всё на свете. «Будущее создается» – уверены авторы. То есть конструируется – как новое техническое устройство. Поразительно не это заявление, а то самодовольство, с которым его делают авторы: «А как иначе-то?» Мы-то, по своей отсталости, думали, что есть история, взращивающая нечто в своем лоне, есть человеческий дух, стремящийся вперед, к лучшему и светлому будущему. Оказывается, нет. Все моделируется на экранах компьютера – и переносится в бытие человеческое. 

Создание будущего – это, прежде всего, смена идеологии и парадигмы в обществе, утверждается в проекте. Пришло время сменить приоритеты по отношению к проблеме детства в целом, изменить существующие в общественном сознании косные и устаревшие представления – в основе своей, конечно, советские.

Но кто это все будет менять, авторы не отвечают. Ведь не Международная Методологическая ассоциация это будет менять. Тогда кто? У любого изменения есть субъект. Чем радикальнее изменение, тем мощнее должен быть субъект. А у субъекта есть свои интересы, свои цели, а также многое другое. И цели иногда весьма и весьма зловещие.

Авторы обо всем этом прекрасно знают. Но ни слова об этом не говорят – потому, что продавливают свои инициативы, что называется, «втемную». А при таком продавливании о субъектах говорить запрещено. Как поется в песне, «разговор на эту тему портит нервную систему».

Ну что ж, придется попортить нервную систему авторам, дабы они и стоящие за ними субъекты не попортили ее человечеству.

Что нам навязывают в качестве будущего?

Ссылаясь на западную литературу и зарубежный опыт, авторы утверждают, что в мире уже произошла радикальная смена отношения общества к детству. Что традиционное воспитание детей, да и вообще традиционный уклад социальной жизни отстали от требований эпохи. И не справляются с решением необходимых задач. Что на Западе уже существует множество альтернативных форм воспитания. А раз так, негоже нам отставать.

При этом под традиционным воспитанием детей и традиционным укладом семейной жизни авторы подразумевают вовсе не то, что подразумевал Макс Вебер, говоря о разнице между традиционным и современным обществом. Для авторов традиционное – это значит семейное.

Итак, согласно мнению авторов, детство, размещенное в семейных рамках (то есть тех рамках, в которых оно находилось тысячелетиями), не решает необходимых задач будущего.

Можно узнать, каких задач? И какого будущего? А может быть, нам такого будущего не надо? Тем более, что будущее, по мнению авторов, конструируется. Так может, мы сконструируем другое будущее? То есть мы-то, конечно, убеждены, что будущее не конструируется. Но станем на время на точку зрения авторов и скажем: «Вы хотите сконструировать одно будущее, а мы другое. У нас с вами равное право конструировать будущее. Если мир подчиняется не неумолимым тенденциям, а человеческой воле, то наше право ничем не отличается от вашего. И история знает один способ решать, чье право правее. Так может, мы этот способ и применим? Объясним обществу, какое вы и ваши заказчики готовите ему будущее. Предложим обществу другое будущее. Победим в этой борьбе, опираясь на общество. А тех, кто готовит обществу бессемейное детство, отправим на помойку истории. На которой они будут валяться в обнимку с их «бессемейными инновациями».

Впрочем, сначала посмотрим, как авторы описывают свой проект, поскольку они достаточно точно описывают контуры того детства, которое они готовят нашим детям (в отличие от контуров будущего, о котором они умалчивают и во славу которого надо приносить нормальное семейное детство на алтарь антиутопии-2030).

Постсемейное детство, предлагаемое авторами, таково.

Во-первых, это должно быть так называемое «компетентное детство».

Авторы утверждают, что дети должны как можно раньше становиться самостоятельными и компетентными в выборе и построении своей образовательной и жизненной траектории.

За счет чего? Может ли, например, младенец стать абсолютно самостоятельным и компетентным в выборе жизненной траектории? Оказывается, может. Видимо, самостоятельно выбирая жизненную траекторию между своим беззубым ртом и материнской грудью. А раз это может младенец, то ребенок более старшего возраста – и подавно. Таким образом, ребенок в любом возрасте самостоятелен в выборе своей жизненной траектории. Просто траектория меняется. И тут все зависит от того, какова будет жизненная траектория людей в пределах того будущего, которое им навязано авторами. Чем сложнее эта траектория, тем труднее добывать компетенцию и самостоятельность, необходимую для правильного движения по этой траектории, не правда ли?

В понятие «труднее добывать» включаются не только усилия, но и время. Нельзя сжать время, коль скоро необходимо добиться высочайшей компетенции, необходимой для движения по очень сложным траекториям. То есть в научной фантастике возможно что угодно: перекачал в мозг ребенка всю компетенцию человечества, и он стал ползать по сложнейшим траекториям, врастил в его тело технические модули – и он стал по этой траектории носиться, аки паук из голливудского фильма.

Именно так и рассуждает идеолог и методолог проекта Сергей Попов. Как убежденный сторонник научно-технического прогресса он, например, призывает вообще отменить и семью, и школу – ибо их уже с успехом заменяет интернет: «Основная проблема – это работа со взрослыми... Они отстают от своих детей... Школа не справляется с информационной революцией... Дети в 11–14 лет уходят из дома, перестают общаться с отстойными родителями... Уже сейчас исследования показали, что 70% того, чему дети учатся, они учатся не в школе и не в семье, а в интернете и на улице».

Трудно сказать, чьи исследования и что именно Попову показали, но мы твердо знаем, что в жизни все происходит не так. И когда говорят о том, что дети как можно раньше должны стать самостоятельными и компетентными в выборе и построении жизненной траектории, то имеется в виду вовсе не бред по поводу сращивания ребенка с компьютером и техническими модулями. Вы перед тем, как этот бред предлагать, научитесь имплантаты в десны по-настоящему вкручивать.

Нет, дорогие мои фантасты энд методологи! Имеется в виду предельная примитивизация жизненной траектории ребенка в рамках навязываемого вами будущего. Вам нужен расчеловеченный кретин для кретинической ориентации в кретиническом будущем – для того, чтобы его хозяин одним пинком отправлял кретина по нужной этому хозяину кретинической траектории. Хотите вы именно этого. И не валяйте дурака, утверждая: «Мы люди с фантастической ориентацией и мы в Общественной палате всё обсуждаем для того, чтобы научиться информацию из суперкомпьютера младенцу в мозг перекачивать».

И не вы тут субъект. Вы – рупор очень определенных идей. И вполне понятно, каких.

Сейчас в США в ходу такой термин – Early Childhood Education. Нашим «отсталым традиционным» родителям это словосочетание вряд ли знакомо. Но ничего, возьмем один из пунктов предвыборной кампании Барака Обамы и ознакомимся с тем, с чем едят это самое Early Childhood Education. Тут все абсолютно лишено методологической фантастики в духе трансгуманизма. Тут все так конкретно, что дальше некуда. Причем система Early Childhood Education («Ранее детское образование», по-нашенски) продвигается не только в США. Во всех так называемых развитых странах западного мира ведутся активные дискуссии по поводу создания монстра под названием «компетентный ребенок». Выдаются гранты на создание этого монстра. Проводятся конференции и круглые столы.

Так что же это за монстр? Об этом – в следующей статье.


Социоцид – 2


Правящий класс России намерен низвести общество до состояния легко управляемой биомассы

Социальная война
Вера Сорокина , 15 декабря 2012 г.
опубликовано в  №2 от 31 октября 2012 г

 

19 октября 2012 г на обсуждении в Госдуме законопроектов об образовании (в первом чтении), лидер ЛДПР В.Жириновский заявил: «Хорошее образование ведет к революции, при хорошем уровне образования образованные люди выходят на улицы и свергают власть, создавшую такую систему обучения... Чем быстрее и лучше даете образование, тем быстрее будет революция. Не давали бы образования в СССР, он бы не рухнул еще 300 лет».

В предыдущей статье мы рассмотрели три направления удара в социальной войне.

Четвертым важным направлением удара в социальной войне против своего общества следует считать наращивание социальных дистанций и взаимного отчуждения (раскола в обществе), провоцирование и поощрение агрессии в отношении других социальных групп, институтов власти и государства, а также асоциальных форм личного и группового поведения (включая криминализацию).

Уличные протесты этого года беспощадно обнажили не только противостояние «малого» и «большого» народов – либерально-олигархической элиты и остального общества. «Болотный» протест предъявил все возрастающую и не прикрываемую никакими приличиями социальную ненависть элиты и обслуживающей ее культурной интеллигенции к большинству населения. Был сознательно вброшен и внедрен в интернет-пространство целый ряд откровенно фашистских высказываний околополитической тусовки на тему безусловного (непримиримого) разделения российского общества на «дельфинов» и «анчоусов», «мух» и «пчел», «креативный класс» и «совков».

Российское общество не случайно, а целенаправленно разделяется социальными перегородками бедности и богатства, потребительства и духовности, наличия и отсутствия надежды на будущее. Правящий класс России намерен низвести общество до состояния легко управляемой биомассы.

Многие помнят беспрецедентное выступление председателя правления Сбербанка Г.Грефа перед нашей, так сказать, элитой на Петербургском форуме, на сессии Сбербанка России. Между прочим, главного Сберегательного банка страны, где находится 46% вкладов граждан, почти треть кредитов, подавляющая часть коммунальных и налоговых платежей.

«Вы говорите страшные вещи,– сказал Греф участникам дискуссии (речь шла о передаче власти народу). – Вы предлагаете передать власть, фактически, в руки населения... Если каждый человек сможет участвовать в управлении, что же мы науправляем! Люди не хотят быть манипулируемыми, когда имеют знания. Как только простые люди поймут основу своего «я», самоидентифицируются, управлять, т.е. манипулировать ими, будет чрезвычайно тяжело... Как жить, как управлять таким обществом, где все имеют возможность судить напрямую, получать непрепарированную информацию, не через обученных правительством аналитиков, политологов и огромные машины спущенных на головы СМИ, которые как бы независимы, а на самом деле, мы понимаем, что все СМИ заняты сохранением страт? Мне кажется, Вы не совсем понимаете, что говорите».

Позже Греф оправдывался, что он шутил, пародировал чужую позицию, с которой он категорически не согласен! Но мы живем в условиях абсолютной публичности, и все высказывания лиц, подобных Грефу, немедленно выкладываются в интернете, поэтому каждый может ознакомиться с его выступлением. И убедиться, что он, во-первых, абсолютно серьезен. Во-вторых, излагает данную точку зрения как свою собственную. И, в-третьих, преисполнен по отношению к своей точке зрения глубочайшего пиетета.

А это значит, что наша элита ведет дело к реальному социоциду, осуществляя против собственного народа такую социальную войну, которую в редких случаях иноземный враг позволяет себе, воюя против народа чужого.

Война ведется против общества в целом – поставлена задача разрушить всё, что объединяет людей: единство места и условий жизни, общую историю и культуру, вековые традиции совместного проживания на данной территории, единство действий народа перед лицом опасности – которые только и делают общество субъектом Истории.

Основой социума является некий общественный договор, взаимные обязательства, направленные на улучшение возможностей выживания каждого из его членов. Конечно, любой социум обрекает часть своих членов на военные лишения и гибель во имя остальных; однако принесение такой жертвы внутри социума считается обязательным, а уклонение от нее – изменой (так было в Великую Отечественную войну). Но если какие-то члены социума или социальная группа (например, правящая верхушка) действуют на благо не своему социуму, а чужому, приносят «своих» в жертву «чужим», то это рассматривается социумом как прямое предательство (и это сегодняшняя ситуация).

Итак, социум – это «поле» взаимной наследственной клятвы о взаимопомощи и ненападении. Именно социум обеспечивает удовлетворение первой фундаментальной потребности человека в безопасности и помощи в случае нужды, фактически делая для каждого своего члена то же самое, что семья делает для ребенка.

Однако, давая чувство уверенности и защищенности, социум требует от своих членов выполнения определенных обязанностей, тех самых «жертв» во благо социума.

Есть два подхода к этим обязанностям.

При первом подходе общество, требуя от своего члена платы за свои благодеяния и наказывая его за отказ от выполнения обязанностей, делает это по прагматическому принципу «долг платежом красен», а индивидуум расплачивается с социумом за пользование разнообразными благами. Между социумом и индивидуумом – рыночные отношения, в которых нет места любви, самопожертвованию, доверию и тому подобным химерам.

На Западе этот принцип отработан через хорошо налаженную налоговую систему. У нас же подобный подход приобретает в головах наших либералов совершенно уродливые формы. Например, Ю.Латынина, не стесняясь, публично заявляет о своем политическом идеале избирательного права. По ее мнению, право голосовать могут иметь лишь те, кто платит налогов в казну государства хотя бы на рубль больше, чем получает оттуда. Вы поняли? Врачи, учителя, пенсионеры, армия и полиция и многие другие – объявляются неполноценными гражданами, не уважаемыми налогоплательщиками, а «социальными халявщиками».

Другой подход к обязанностям индивидуума строится на том, что жертва во благо социума провозглашается как высшая и сакральная. «Красна и сладка смерть за Отечество» (Гораций); «Сила и слабых мужей не ничтожна, когда совокупна» (Гомер). Именно такой подход и был принят в свое время в советском обществе. В песнях того времени звучали слова: «Ничего на свете мне вовек не надо – лишь цвела бы Родина моя». В обществе, живущем по этому принципу, открывались огромные возможности быстрой мобилизации, сверхусилий в любой чрезвычайной ситуации. Конечно, происходило такое лишь при наступлении реальной витальной угрозы всему социуму и при наличии жесткого контроля власти. Чем и славились отдельные периоды советской истории.

Что же касается нашего общества сегодня, то результатом ведущих против него войн (информационной, идеологической, культурной, социальной – всех тех, которым посвящены разделы нашей газеты) уже является такое зловещее явление, как аномия.

Это понятие введено крупнейшим французским социологом XIX века Э.Дюркгеймом, и переводится буквально как беззаконие, отсутствие норм. У Дюркгейма аномия означала распад системы нравственных ценностей, скрепляющих общество.

В XX веке понятие аномии развил и уточнил известный американский социолог Р.Мертон. Для него аномия является результатом того, что официально провозглашенных нравственных норм и целей в обществе невозможно или крайне трудно достичь законным путем.

Социологи отмечают, что в сознании людей сегодняшней России существует и разрастается конфликт из-за того, что в СССР при социализме провозглашались принципы равенства, братства, заинтересованности в труде, а при нынешнем капитализме  целями являются материальное обогащение, карьера, личная (индивидуальная) успешность.

Какие же подвижки в сознании наших граждан происходят от такой резкой смены общественных идеалов и морали? Социологи утверждают, что определенные социальные группы вообще перестают чувствовать причастность к обществу. Они отвергают навязываемые новые социальные нормы, ценности и образцы поведения, а вместо общественно-договорных средств достижения целей выдвигают собственные (в том числе, противоправные). Явления аномии затрагивают все слои населения, но особенно сильно они действуют на молодежь.

Социологи, психологи едины во мнении, что особенность аномии сегодняшнего российского общества – его криминализованность. В зрелом советском обществе карманная кража воспринималась людьми как чрезвычайное происшествие, а отношение к преступному миру было устойчиво негативным. Сегодня же уголовная среда перешла с периферии социальной жизни в ее ядро и стала общепринятой нормой (ТВ превосходит себя в продвижении этой нормы). В принадлежности к ней видят способ «устроиться в жизни», в подражании ей – способ социализоваться.

При этом под термином «криминализация общества» исследователи понимают такую форму аномии, когда стерта сама возможность различения социально позитивного и социально негативного поведения, когда размыты нравственные критерии добра и зла. Заказные убийства, криминальные взрывы, захват заложников, открытый террор против представителей власти, которые не согласились на законы преступного мира, гигантские масштабы проституции и наркомании, бездомные люди и беспризорные дети, массовое вовлечение молодежи в преступный мир – вот та действительность, к которой привело резкое изменение идеологических и нравственных норм нашего общества.

Таким образом, аномия есть результат разрушения духовной сферы, а криминализация – лишь следствие этого. В обществе потеряны прежние нравственные опоры, вместо них растет правовой нигилизм, отказ от общественных регуляторов поведения ради своеволия, групповой целесообразности. Ориентация идет не на позитивные нормы (разрешающие), а на принцип «разрешено все, что не запрещено» – а это произвольно расширяет границы допустимого, вплоть до эгоистического «как захочу, так и будет».

Сейчас многие видят неблагополучие нашего общества. Рост преступности, детской беспризорности, самоубийств, увеличение числа разводов, нежелание иметь детей и многих других негативных трендов являются следствием разрушения культурного и нравственно-ценностного единства общества. Задача в том, чтобы определить неблагополучие нашего общества не просто как разлад в социальном механизме, а как ведущуюся против общества отдельной его правящей группой социальную войну.

Если мы не увидим в происходящем именно подобной социальной войны, мы проспим все на свете. И через десять лет окажемся либо в постыдном статусе эмигрантов, либо в роли обитателей беспрецедентного социального гетто. А даже, если судьба почему-либо подарит нам унизительное благополучие в родных пенатах, это ничего не изменит. Потому что это стыдное благополучие. И потому что пользоваться им можно будет недолго. Общество, превращенное в социальную слизь теми, кто развязал против него социальную войну и наращивает беспощадность этой войны самым беспрецедентным образом, будет поглощено другими странами и народами. Мы потеряем Родину, историческую судьбу. Мы опозоримся перед теми, кто неслыханными жертвами и подвигами дал нам шанс жить в своей стране, сообразно своим представлениям о благе и справедливости.


Социоцид


Четыре основных направления удара по российскому обществу


Социальная война
Вера Сорокина , 14 декабря 2012 г.
опубликовано в №1 от 24 октября 2012 г

Исследования показывают, что превратить ничем не связанных людей в общественную группу очень трудно. И что обратная задача – превращение общественной группы в социальную слизь – может быть решена, если враг начинает наносить удары по той системе норм, связей, регулятивных механизмов, которая обеспечивает социальную жизнь. Совокупность этих ударов и называется социальной войной.

Эта война ведется по четырем направлениям.

Первое – десоциализация массового человека, его превращение в отдельную монаду, не связанную с другими никакими отношениями, с упрощенной и суженной сферой интересов – до минимальных бытовых. Наилучший способ достижения этого – погрузить человека в безысходную борьбу за выживание (прокормить себя и семью, вырастить детей), причем, в борьбу без помощи государства и общества.

Надо ли доказывать, что вся государственная политика заработных плат, пенсий, стипендий и социальных пособий, а также коммунальных и транспортных тарифов устроена таким образом, что она обрушивает подавляющее большинство населения в нищету?

Не так давно, на заседании Госсовета 17 июля 2012 года, президент Путин заявил, что в России 13% населения живут за чертой бедности (это примерно 18 млн человек). «Да, количество людей, живущих за чертой бедности, сокращается, но уровень еще достаточно высок» – подчеркнул он. Хотя во времена мирового кризиса, на фоне зашкаливающей высокой безработицы в Евросоюзе может показаться, что ситуация не так уж и плоха – 13% населения.

Однако, согласно последним исследованиям Института социологии РАН, бедняки в России составляют 59%. В исследовании социологи разделили российское общество на 10 страт. Первые две страты – люди, находящиеся «за чертой» или «у черты» бедности. Их в России  16%. Третья и четвёртые страты – россияне, балансирующие на грани бедности и малообеспеченные – 43% населения. Эти четыре страты, представителей которых можно объединить одним словом «бедняки», и составляют 59% населения страны.

Следующие четыре страты – с пятой по восьмую – это так называемые средние слои российского общества – включают 33% населения. Наконец, 9-я и 10-я страты – это «благополучные россияне» – их 6–8%.

Ученые института социологии РАН взяли для определения страт критерий среднемесячного дохода на члена семьи. Для категории «бедных» – это менее 5801 руб. на человека, для «малообеспеченных» – менее 7562 руб., для «средних слоев» – более 14 363 руб. в месяц.

Между тем, по меркам западных стран, наши «средние» – это скорее бедные, а наши «благополучные» – на Западе как раз и принадлежали бы к среднему и высшему среднему классу. То есть если не прятаться за терминологией, то к «неблагополучным» слоям можно отнести 92–94% россиян.

По мнению ряда специалистов, та черта бедности, о которой говорит В.В.Путин, на самом деле является уровнем нищеты. А на уровне бедности живут не 13, а 80% населения.

Бедность, как мы понимаем, понятие относительное, а не абсолютное. Если за спиной бедняка только еще большая бедность, в которой жили его деды и прадеды, – это одно. А если за его спиной достаточно благополучный Советский Союз, то это совсем другое. Если бедняк живет в жаркой стране – он может выжить, не имея крыши над головой. А если он живет в России – это невозможно. Если бедняк живет в традиционном обществе, в обществе, где бедность и даже нищета имеют религиозную санкцию, это одно. А если он живет в современной России, обуреваемой потребительством, культом успешности, то это совсем другое.

В России бедняк, загнанный в угол, не вернется к аграрному быту своих прапрадедов, не разместится, подобно им, в крохотной избе вместе с бабушками, дедушками и десятью–двенадцатью детками. Нет! – он, будучи загнанным в угол, или предастся воровству, дабы избежать уготованной ему участи, или уедет за границу, или предастся пьянству, наркомании, другим формам асоциальной жизни. Предавшись же всему этому, он реализует именно тот реальный социоцид, который и замыслил враг, ведущий социальную войну против нашего народа и государства.

Бедняк... Анализируя российскую бедность, признаем, что у нее есть своя специфика, причем, весьма и весьма опасная.

Прежде всего, она в том, что немыслимо для развитых стран мира – в России наличествует так называемая работающая бедность. В Западной Европе к бедным относят социально не адаптированных граждан – безработных, мигрантов, наркоманов, алкоголиков. Человек же, имеющий легальный заработок, не может попасть в страту ниже, чем «малообеспеченные». Однако то, что невозможно в Европе, в полном объеме существует у нас.

Еще одна особенность российских бедняков – большое число людей с высшим и неоконченным высшим образованием – 27%. Т.е. налицо существование бедняков вследствие незанятости – государство отказалось использовать собственные образованные, профессиональные трудовые ресурсы.

И еще одна характерная российская черта – так называемая застойная бедность в депрессивных регионах. Наивысшая концентрация нищеты среди молодежи – в рабочих поселках: там 25% людей младше 30 лет находятся за гранью и на грани бедности. Наибольшая концентрация бедности – среди рабочих (63%).

Когда человек находится в безысходной бедности, у него, как правило, возникает привычка к новому состоянию как к норме: люди свыкаются с бедностью. Социальные психологи утверждают, что трехлетнее пребывание человека в бедности меняет его жизненные приоритеты: главным для него становится стремление экономить, оно оттесняет поиски заработка на второй план. А через семь лет человек окончательно погружается в заботы об экономии, слабо реагирует на предложение заработать, теряя стремление изменить свою ситуацию, свою жизнь.

В социальных группах, находящихся в состоянии застойной бедности, развивается системная фрустрация: апатия, подавленность, неверие в свои силы, отказ от надежды на лучшее будущее, нежелание предпринимать практические действия для улучшения ситуации. Такие люди очень удобны власти и олигархии, поскольку не требуют больших затрат на их жизнеобеспечение и, конечно же, не опасны – они не будут протестовать.

Если первое направление социальной войны – десоциализация и погружение в нерешаемые жизненные проблемы, то второе – десоциализация через эскалацию наркотизации, алкоголизма, токсикомании, проституции. Да, эскалация! Конечно, существуют государственные комитеты и службы, занимающиеся «борьбой» против этих явлений, но сами явления почему-то не исчезают, а лишь набирают силу. Видимо, борьба идет не там и не так, где и как это надо. Зато в полную силу днем и ночью работает машина пропаганды растления людей, главным мотором которой являются телевидение и СМИ. Именно они предъявляют нищему населению в качестве «позитива и образцов успеха» вопиющие примеры неограниченного потребления богатых, а также их криминального поведения и пренебрежения нормами нравственности и законодательства.

В социальной политике (и социальной войне) все проблемы переплетены друг с другом, порой трудно назвать одну главную причину такого положения дел. Несомненно, что утеря обществом нравственности играет громадную роль в том, что происходит с нашими согражданами. Государство отказалось заниматься проблемой воспитания. Сегодня российская школа не обязана воспитывать детей, а только образовывать (уровень этого образования – отдельная больная тема).  

Третьим направлением той социальной войны, в ходе которой разрушаются все скрепы, формирующие нормальное общество, является подрыв всех форм социальной интегрированности – и гражданственности, интегрирующей индивидуума в большой социальный мир, и семейности, интегрирующей его же в малый социальный мир, и трудовой коллективной солидарности, с помощью которой индивида можно интегрировать в среднегабаритный, промежуточный социальный мир. Перечисление форм социализации, по которым наносят удары вдохновители и организаторы ведущейся социальной войны, можно продолжить. Когда-нибудь мы их разберем подробно. А пока сосредоточимся на семье.

Семья – последний оплот нравственности. Через семью передаются из поколения в поколение духовные приоритеты и ценности жизни. И именно поэтому на разрушение института семьи сейчас работают практически все СМИ, активные лобби в Госдуме, Совете Федерации, правительстве. Один из безусловных ярчайших примеров – проталкивание ювенальной юстиции, направленной на разрушение основ семейного и социального воспитания. Это и запреты на право и долг родителей настаивать на соблюдении детьми личностных и общественных норм, и изъятие детей из родных семей по надуманным причинам. А ведь как бы ни была подорвана нравственность в обществе, именно в семье, несмотря на бедность и другие трудности, остается шанс воспитать нравственно здорового человека.

Добавим к этому внедряемую СМИ и телевидением престижность свободных отношений. То есть иную форму социальной войны, в ходе которой семью разрушают, так сказать, исподволь. Судя по опросам, разрушают небезуспешно. Для очень и очень многих необходимость создания семьи становится абсолютно не очевидной. Пары сходятся в модных нынче гражданских браках или просто в отношениях «бойфренд – герлфренд». По статистике, гражданские браки держатся в среднем 5 лет, после чего распадаются. Но во многих таких «семьях» уже растут дети.

В России наряду с сокращением заключения браков стремительно растет число разводов. Согласно данным ООН, Россия сегодня на первом месте в списке стран с самым высоким числом разводов. Согласно статистике, в 2010 г. в России на 185 969 браков пришлось 153 406 разводов. То есть 80% (!).

Называемые причины разводов характеризуют основные болезни общества: алкоголизм, наркомания (51%), отсутствие жилища (41%), средств к существованию (29%), вмешательство в дела семьи родственников (18%), невозможность иметь детей (10%), длительное раздельное проживание (8%).

По мнению социологов, дело идет к глобальному кризису института семьи. Рост индивидуализма в обществе, смена ценностных ориентиров (вместо семьи – «свобода», вместо детей – «жизнь для себя», «зачем плодить нищету» и т.п.), ослабление морально-нравственных сдерживающих факторов, которые раньше держали семью – вот истинная причина разводов. Люди разучились жить вместе. А что может человек один? Эрнест Хемингуэй утверждал: «Человек один не может… Все равно человек один не может ни черта». И это – убеждение американца, сына страны, изначально проникнутой индивидуализмом. А каково быть одному для русского человека?

В этом плане интересны факты социологов, занимающихся проблемой бездомных. Точных цифр не существует, но согласно выборкам отдельных ведомств и организаций, в России от 3 до 5 миллионов взрослых бездомных граждан и от 2 до 5 миллионов бездомных, беспризорных детей.

Современный российский бомж – это холостой мужчина, 35–40 лет, без документов. В отличие от бездомных Западной Европы, он окончил школу, может быть, даже колледж, ПТУ. Если ранее почти половину бездомных России составляли люди, вышедшие из заключения, то сейчас их процент уменьшился до 20–30%. Зато выросла и преобладает категория людей, оказавшихся на улице из-за семейных проблем – их около 40%. Эти люди стали бомжами после разводов, неурядиц в семье, потери работы, жилья и пр. В 1996 г. причиной бездомности семейные конфликты называли 15% бомжей.

Четвертое направление социальной войны связано с наращиванием дистанций между верхними и нижними стратами, с расколом в обществе, с провоцированием и поощрением разнообразных форм агрессивности, приводящих к фактическому распаду и мутации социальной ткани. В связи с особой важностью этого направления оно будет рассмотрено в отдельной статье.