2019-4 Катасонов В.Ю

Автор: Катасонов В.Ю.

Война: Неолиберальный фашизм в наступлении Категория: Катасонов Валентин Юрьевич

2019 Статьи за октябрь-декабрь

24.12.2019 Финансовая антиутопия Японии

Государство в Японии попало в полную зависимость от Центробанка

23.12.2019 Статистика как инструмент большой политики

В наше время статистика являет собой не только ложь, основанную на гипнотическом влиянии на людей цифр и преследующую какие-то сиюминутные цели власти. Сейчас — это сложившаяся идеология, тщательно замаскированная цифрами статистики

22.12.2019 Что такое «ВВП»? Валовой виртуальный продукт

Показатель ВВП с каждым годом становится всё более кривым зеркалом. А неафишируемое экономическое состязание между странами сводится к тому, кто надует больший пузырь валового виртуального продукта

20.12.2019 Эрдоган пытается поставить банки Турции под контроль государства

Руководители Минфина и Центробанка своими решениями ухудшали экономическое положение страны

19.12.2019 Спекулянты и Минфин загнали страну на минное поле

Россия по-прежнему остается «дойной коровой» Запада

18.12.2019 ФРС за короткое время может накопить убытки на триллионы долларов

В истории американского капитализма такого ещё не было

17.12.2019 Попав в «пургу», Песков свалился в «яму»

Вымирание России Кремль скоро будет объяснять войной 1812 года

16.12.2019 Двойная безответственность банков, или Почему они горят, как «вороньи слободки»

Банкротства кредитных организаций никогда не бывают неожиданными для их владельцев и происходят при содействии Центробанка.

15.12.2019 Фондовый пузырь лопнет уже в следующем году, разорив миллионы «физиков»

Что означает последний биржевой «рекорд»

14.12.2019 Россия ростовщическая: «Тайна беззакония» в действии

Всем известен горький афоризм: «Есть ложь, есть гнусная ложь и есть статистика», авторство которого приписывают британскому премьер-министру Бенджамину Дизраэли. Сегодня его можно приспособить и к праву Российской Федерации. Звучать будет так: «Есть ложь, есть гнусная ложь и есть российские законы»

13.12.2019 «Труба» скоро перестанет кормить Россию

Новую экономику правительство создать не смогло, а запасы на «бензоколонке» скоро кончатся

08.12.2019 Россия ростовщическая. Имитация борьбы с процентным лихоимством

Полтора года назад в силу вступил закон о запрете "ростовщических процентов"

06.12.2019 США все же решились окончательно утопить экономику России

Кремль бодрится, но не в силах скрыть панику перед грядущими «адскими санкциями» Вашингтона

03.12.2019 Мировая долговая пирамида не растёт до бесконечности

Под вопросом – будущее банков

В начале ноября стала известна свежая оценка мирового долга, оглашённая Кристалиной Георгиевой, новым исполнительным директором МВФ. «Мировой долг, как государственный, так и частный, достиг рекордного максимума – 188 трлн долларов. Это составляет около 230% глобального производства», – заявила Георгиева на 20-й ежегодной конференции экономических исследований Annual Research Conference в Вашингтоне.

Предыдущий директор МВФ Кристин Лагард годом ранее отмечала, что глобальный долг составляет 182 трлн. долларов. То есть за год суммарный долг в мире увеличился на 6 трлн. долл. Для сравнения: ожидаемый прирост мирового ВВП в 2019 году прогнозируется в размере около 3% (примерно 2,5 трлн. долл.). А ведь мировая экономика замедляет рост, обеспечивать выплаты всё более проблематично.

02.12.2019 «Ограниченная ответственность» российского капитализма

Все мы помним (и никогда не забудем) «шоковую терапию» 90-х годов прошлого века, которая проходила под флагом «приватизация и акционирование». Люди акцентировали и продолжают акцентировать внимание на «приватизации», которую справедливо называют ограблением народа и преступлением, не имеющем срока давности. Но мне хотелось бы сосредоточить внимание на «акционировании»

01.12.2019 Как из России ловко сделали «Воронью слободку»

Экономика страны запрограммирована на пожар

30.11.2019 Удастся ли Путину раскошелить толстосумов?

Минфин нашел у крупного бизнеса потенциальные проекты на 70 трлн рублей

29.11.2019 Россия ростовщическая как «оазис» для международных спекулянтов

Мы постоянно говорим о том, что процентные ставки по банковским кредитам в России высоки. Но всё познается в сравнении. Может быть, мы преувеличиваем, сгущаем краски? Предлагаю читателям некоторые сопоставления России с другими странами. А затем попытаемся понять причины и смысл страновых различий

28.11.2019 Народный банк Китая пойдёт по стопам Федерального резерва и ЕЦБ? В.Ю. Катасонов

В партийно-правительственных кулуарах и среди китайских экспертов разговоры об угрозе грядущего экономического и финансового кризиса идут давно. Причины угрозы многообразны – растущая напряжённость в торгово-экономических отношениях Китая и США, пробуксовка проекта «Один пояс, один путь», утрата конкурентоспособности китайской экономики по причине роста стоимости рабочей силы в стране, отказ США и других стран-членов ВТО предоставить Китаю статус «рыночной экономики», обозначившаяся тенденция к сокращению численности населения, «фактор Гонконга» и т. п.

Однако проблемой проблем для Китая на сегодняшний день стал неприемлемо высокий уровень задолженности всех секторов экономики. На середину года, как отмечается в статье Global Times, суммарный национальный долг Китая, включающий обязательства корпоративного сектора, сектора домашних хозяйств и сектора государственного управления, достиг 306% ВВП.

26.11.2019 Нашему «королю» свита говорит только приятные вещи

Российская экономика до сих пор не вышла и может никогда не выйти на уровень 1991 года

25.11.2019 Конец ордена тамплиеров, или Неудавшаяся попытка первой буржуазной революции. В.Ю. Катасонов

Историки утверждают, что самым крупным должником ордена на начало XIV века был именно Филипп IV. Причём часть долгов король сделал сам, а часть получил по наследству от предыдущих правителей. Если поначалу он хотел вводить какие-то ограничения на деятельность тамплиеров, то в один прекрасный (точнее ужасный) момент времени понял, что орден надо ликвидировать. Историки пишут, что в ликвидации ордена принимали участие и папа, и король, но в этом тандеме ведущим оказался Филипп IV, а Климент V — ведомым.

24.11.2019 Как тамплиеры пытались поставить Европу под свой финансовый контроль. В.Ю. Катасонов

Количество версий, объясняющих чудесное превращение «бедных» и даже «нищих» рыцарей ордена тамплиеров во влиятельнейших финансистов и банкиров Европы, не поддаётся учёту

23.11.2019 Орден Тамплиеров: Первая попытка финансовой интеграции Европы. В.Ю. Катасонов

900 лет назад было учреждено братство «бедных» рыцарей, которое уже через несколько десятков лет превратилось преимущественно в финансовую организацию

22.11.2019 Россия — это большая «панама»

Как акционерные общества продолжают разграбление страны

18.11.2019 Россия ростовщическая на фоне «варварского» Древнего Рима

В сознании многих наших сограждан сложился стереотип, что древний мир был варварским. Мол, там было рабовладение и язычество, а законов и «правового» государства не было. Возможно, столь мрачные краски для описания далёкого прошлого применяются, чтобы нынешняя наша жизнь выглядела более светлой и цивилизованной. Попытаемся более взвешенно и объективно сравнить тогдашнюю жизнь на примере Древнего Рима и нынешнюю жизнь «демократической» России

17.11.2019 Капитализм – общество с ограниченной ответственностью денежного капитала

На протяжении веков денежные капиталисты расширяли свои права и сокращали обязанности, играя на человеческих слабостях.

16.11.2019 Саммит БРИКС: Валютные грезы России

Планы Москвы вытеснить доллар в расчетах даже между странами союза выглядят иллюзорно. ля того чтобы понять иллюзорность планов по превращению российского рубля в основную валюту расчетов между странами-членами БРИКС, достаточно познакомиться со статистикой Банка России.

15.11.2019 Странные способы борьбы с нарушениями Конституции: К пятилетию обвала валютного курса рубля

В Госдуме неожиданно решили, что нужно стабилизировать валютный курс рубля, но вместо того, чтобы привлечь к ответственности Банк России, снова делают что-то не то

13.11.2019 Неужели Россию стали меньше грабить?

Свежие данные Банка России о платежном балансе страны

12.11.2019 Российская нефтянка – между молотом и наковальней

Нефтедобывающая промышленность России находится в крайне сложном положении. Причём ситуация может в ближайшее время ещё более усугубиться.

10.11.2019 Китай – лидер по темпам наращивания государственного долга. В.Ю. Катасонов

Строительство долговой пирамиды в КНР продолжается

В 2019-2020 гг. Китай, согласно оценкам, резко активизирует государственные заимствования. Всё это лишний раз укрепляет меня во мнении, что наиболее вероятным эпицентром второй волны мирового финансового кризиса является Китай.

09.11.2019 Шесть веков назад в Европе появился первый акционерный банк

Попытки создания акционерных обществ были ещё в Древнем Риме. Однако к появлению настоящего банка привели крупные государственные долги перед богачами в Средние века

08.11.2019 Рекорд сверхдержавы – суверенный долг США пробил планку в 23 триллиона долларов

Своей финансовой политикой Трамп напоминает Герострата

07.11.2019 История мировых кризисов. Что взять за точку отсчёта? В.Ю. Катасонов

Историки и экономисты, обсуждая тему мировых экономических кризисов, как правило, не погружаются в историю глубже второй половины XVIII века. Видимо, исходя из того, что до этого более или менее зрелого капитализма ещё нигде не было. Но такое мнение ошибочно

06.11.2019 «Экономика трубы»: Скоро у России и «трубы» не будет

О печальных перспективах нашей нефтегазовой отрасли

05.11.2019 Синхронное включение печатных станков ФРС и ЕЦБ – финишная прямая к мировому кризису. В.Ю. Катасонов

Затишье перед грозой

04.11.2019 Чикагский план: Приказано забыть… до следующего кризиса. В.Ю. Катасонов

Ещё раз о фальшивомонетничестве банкиров-ростовщиков.

03.11.2019 ЕЦБ: эстафета организации уничтожения Европы переходит к Кристин Лагард. В.Ю. Катасонов

О ходе и перспективах валютной войны США против Старого света

02.11.2019 «Россия ростовщическая. Банковские преступления от Российской Империи до Российской Федерации»

Вышла в свет очередная книга председателя Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова профессора В.Ю. Катасонова. Аннотация

01.11.2019 У КНР вероятность стать эпицентром нового мирового финансового кризиса больше, чем у США и еврозоны

Поднебесная перестаёт быть локомотивом мировой экономики

Аналитики спорят по поводу того, откуда может пойти волна нового мирового финансового кризиса, и называют три потенциальных эпицентра – США, еврозону и Китай. Цифры, приведенные в статье, заставляют предположить, что у Китая вероятность выступить в этой роли выше, чем у США и еврозоны.

31.10.2019 Швейцария: Прошлогодний вызов банкирам, о котором в России почти ничего не знают. В.Ю. Катасонов

В 2018 году в Швейцарии попытались изменить модель банковского дела и запретить банкам делать деньги из воздуха. Попытка провалилась, однако прецедент был создан. Возможно, и в России в этом плане что-то изменится

30.10.2019 Трамп хочет заставить Федеральный резерв уйти в минус

Участники финансовых рынков в США и других странах с напряжением ждут следующей недели

29.10.2019 Мировой рынок нефти: кто же на нем «царь»?

Дальнейшее участие России в ОПЕК+ на руку США и опасно для нас

28.10.2019 Кредиты под недвижимость – ограбление граждан

Госдума готовит закон, запрещающий практики ограбления граждан под видом выдачи обеспеченных единственным жильём ссуд. Но победу над «жилищным рейдерством» в России праздновать ещё рано

27.10.2019 Принцип нынешней государственной политики: «Нет человека – нет проблемы»

О погашении государством долговых обязательств по вкладам советского Сбербанка

26.10.2019 На побегушках мирового правящего класса. Итоги вступления в ВТО.

О последствиях вступления ВТО, насколько упала доля РФ в мировой торговле. Какой опыт нам надо изучать, чтобы восстановить промышленность и науку.

25.10.2019 «Черный четверг»: Зачем нужно вспоминать о кризисе давно минувших лет. Катасонов В.Ю.

90 лет назад началась «Великая депрессия», закончившаяся Второй мировой

24.10.2019 «Чёрный четверг» 24 октября 1929 года – банкротство научно обоснованного оптимизма . Катасонов В.Ю.

Вспоминая о Великой депрессии

23.10.2019 Членство России в ВТО: 7 потерянных лет

Что мы потеряли, вступив во Всемирную торговую организацию

20.10.2019 Полвека назад был оглашён судебный приговор всей банковской системе США, который держат в тайне . Катасонов В.Ю.

Интересно, найдётся ли в России свой Джером Дэйли, который сумеет добиться судебного решения о нелегитимности банковских кредитов, которые сегодня душат население и бизнес страны?

19.10.2019 В планах Ротшильдов – ещё раз навязать миру золотой стандарт. Катасонов В.Ю.

Лондонский фиксинг мёртв уже более четырёх лет

23.12.2019 Статистика как инструмент большой политики

Фото: Klaus Ohlenschläger / Globallookpress

Говорят, что числа правят миром. Нет, они только показывают, как правят миром
Иоганн Вольфганг Гёте (1749-1832)

Демократия – это злоупотребление статистикой
Хорхе Луис Борхес (1899-1986)

О статистике сложено множество анекдотов. Наиболее известный из них: «Существует три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика». И никто не оспаривает этой истины. Спорят лишь по поводу авторства крылатой фразы: одни называют английского премьер-министра Бенджамина Дизраэли, другие – американского писателя Марка Твена. В любом случае она родилась в XIX веке или в самом начале ХХ века. Сегодня на календаре XXI век.

В наше время статистика являет собой не только ложь, основанную на гипнотическом влиянии на людей цифр и преследующую какие-то сиюминутные цели власти. Сейчас – это сложившаяся идеология, тщательно замаскированная цифрами статистики. Образно выражаясь, это идеология под маской методологии (статистического учёта). Это идеология экономического либерализма. Но поскольку экономический либерализм себя уже достаточно дискредитировал, то он сегодня спрятался внутри «троянского коня», имеющего звучное и авторитетное имя «методология экономической статистики».

Можно сказать, что нынешняя статистика – современная версия каббалы. А каббала, как известно, являет собой идущее из глубины веков философско-мистическое учение, придающее особое значение цифре и числу. В словарях и энциклопедиях можно прочитать, что каббала – оккультное и эзотерическое течение в иудаизме, появившееся в XII веке и получившее распространение в XVI веке. Думаю, что копать надо глубже. Отсчитывать следует как минимум от древнегреческого философа Пифагора (VI в. до Р.Х.), который провозгласил: «Миром правят числа».

Поначалу Пифагор и его последователи (в том числе каббалисты средних веков) занимались расшифровкой эзотерического смысла цифр (для этого иудейские каббалисты даже переводили Тору на язык цифр), познавая таким способом тайны мира. Позднее они поняли, что с помощью цифр можно не только познавать мир, но и управлять миром.

Сегодня наглядно эта активная деятельность цифровых оккультистов проявляется в создании гигантских финансовых рынков, представляющих собой на 99 процентов виртуальность, описываемую с помощью бесконечного набора цифр (одни ряды цифр представляют собой количественные значения «обязательств», другие ряды цифр – «требований»). Умело манипулируя этими наборами и рядами цифр, современные каббалисты-оккультисты последовательно и методично перераспределяют мировые богатства, уничтожают одни компании и создают новые, устраивают дефолты государств, провоцируют государственные перевороты и революции, организуют войны и кризисы. Конечная цель этой финансово-цифровой вакханалии – установление контроля над человечеством, мировая власть небольшой кучки «сверхлюдей», посвящённых в тайны цифровой каббалы.

Статистика, особенно экономическая, стала в последние десятилетия занимать далеко не последнее место в арсенале средств достижения целей этих цифровых оккультистов.

Кстати, ещё до Второй мировой войны страны вообще не проводили статистических измерений суммарного результата деятельности своих экономик. Был набор «статистических картинок» по результатам деятельности отдельных секторов и отраслей экономики. При этом результаты представляли собой наборы преимущественно натурально-физических показателей, дополняемых очень немногими стоимостными показателями. Первая половина ХХ века – время, когда становым хребтом любой национальной экономики считалась промышленность. Поэтому экономическая мощь ведущих стран мира сравнивалась преимущественно с помощью показателей производства основных видов промышленной продукции – стали, чугуна, рельсов, нефти, бензина, станков, локомотивов, судов, двигателей, автомобилей и т.п. И всё в тоннах, баррелях, литрах, метрах, лошадиных силах, киловаттах, штуках, единицах и т.п.

Но в 30-е годы прошлого века американский экономист Саймон Кузнец попытался произвести расчёт суммарного результата деятельности американской экономики на годовой основе в стоимостном выражении. Саймон Кузнец (кстати, настоящее его имя Семён Абрамович – он из эмигрантов, приехавших из России) работал тогда в Министерстве торговли США, которое отвечало за экономическую статистику. Америка переживала тогда экономический кризис (так называемая Великая депрессия), и у правительства была острая необходимость оценить всю американскую экономику в целом и понять общие экономические тенденции.

Саймон Кузнец предложил использовать такие макроэкономические показатели, как валовой национальный продукт (ВНП) и национальный доход (НД). Под его руководством был подготовлен доклад о национальном доходе и валовом продукте страны за период 1929-1935 годов, он был представлен конгрессу США в 1937 году. Кроме того, были сделаны ретроспективные расчеты национального дохода США до 1869 года. Америка получила впервые приближённое представление о масштабах всей своей экономики и о её динамике. Родился термин макроэкономика. Начала более детально отрабатываться методология расчёта макроэкономических показателей ВНП и НД. После Второй мировой войны в США такие показатели стали рассчитываться на постоянной годовой основе. С. Кузнец был одним из первых, кто получил учреждённую Банком Швеции в 1968 году международную премию по экономике имени Альфреда Нобеля (присуждение состоялось в 1971 году).

Через ООН, Международный валютный фонд (МВФ), Организацию экономического развития и сотрудничества (ОЭСР), другие международные институты методология расчёта макроэкономических показателей (её принято называть статистикой системы национальных счетов – СНС) стала внедряться по всему миру. Массовое внедрение СНС началось с 1953 года. Происходило постоянное совершенствование методологии, в общей сложности в послевоенный период разработано три стандарта макроэкономической статистики.

Прогресс в деле статистического учёта, как отмечалось в соответствующих докладах международных организаций, проявлялся в том, что в макроэкономических показателях происходило более полное отражение всех сторон хозяйственной жизни. Появлялись новые показатели, а некоторые из ранее применявшихся заменялись другими. Например, в 1991 год произведён переход от показателя ВНП к показателю валового внутреннего продукта – ВВП (впрочем, для многих стран различие в этих показателях не стало принципиальным). ООН, МВФ, ОЭСР, Всемирный банк и другие международные организации рекомендовали, чтобы отныне этот показатель стал главным в экономической статистике всех стран и чтобы он рассчитывался на единой методологической базе.

Напомню, что ВВП – валовая добавленная стоимость всех готовых (конечных) продуктов (товаров и услуг), произведённых на территории страны в течение года (плюс чистые налоги на продукты). Стоимость суммируется по всем секторам и отраслям экономики. Вроде бы всё понятно и логично. А, главное, практически значимо, поскольку становится понятно, каковы темпы развития экономики страны и как она выглядит по сравнению с экономиками других стран.

Итак, скромные и никому не известные статистики из международных организаций фактически «подсказывали» руководителям государств, что должно быть конечной целью экономической политики – максимизация показателя валового продукта (сначала таковым был показатель ВНП, затем он был заменён на ВВП). Будет рост ВНП (ВВП) – будут решаться все экономические и социальные проблемы страны. Не будет роста (или будет падение) – проблемы будут усугубляться. Разом, как грибы после дождя, возникли многочисленные «исследования», которые в совокупности сформировали теорию «экономического роста».

«Старомодные» экономисты что-то продолжали говорить о таких целях, как ликвидация бедности (а иногда и голода), обеспечение полной (или почти полной) занятости населения, преодоление (или смягчение) социально-имущественной поляризации общества, сохранение окружающей среды и защита природных ресурсов от истощения, оживление демографического роста (или остановка депопуляции населения) и т.п. Но их уже почти никто не слушал и не слышал. Уже никто не хотел слушать и слышать даже «великого» экономиста и статистика Саймона Кузнеца, который твердил:

Корреляция между изменениями ВВП и действительным благосостоянием отсутствует. Не надо заниматься спекулятивным теоретизированием.

Захватившие общественное сознание западного общества теории экономического роста настойчиво внушали, что увеличение ВНП (ВВП) – универсальная панацея для решения всех проблем.

В этой связи нельзя не вспомнить любопытное замечание англичанина Чарльза Гудхарта, которое впоследствии назвали законом его имени. В 70-е годы прошлого века он занимал пост главного советника Банка Англии по денежно-кредитной политике. Выступая на одной конференции, он обронил следующие слова:

Любая наблюдаемая статистическая закономерность склонна к разрушению, как только на неё оказывается давление с целью управления экономикой.

В контексте тогдашнего его доклада эта фраза подразумевает показатель ВВП. С того момента, когда ВВП объявили высшей целью, его дальнейшее измерение утратило всякий смысл и даже стало опасным.

Теория (а фактически религия) экономического роста стала популярной на стыке 60-70-х годов прошлого века. И это не случайно. Это период, когда клонилась к своему закату мировая валютно-финансовая система, которая называлась золотодолларовым стандартом (решения Бреттон-Вудской конференции 1944 года). Шла напряжённая (и нигде не афишируемая) подготовка к введению системы, основанной на бумажном долларе. Решение о переходе к новой системе было принято на Ямайской конференции 1976 года. Такой переход означал, что с «печатного станка» Федеральной резервной системы США был снят «золотой тормоз». Единственной проблемой для «хозяев денег» (главных акционеров ФРС) стала проблема обеспечения спроса на «зеленую бумагу» (продукцию «печатного станка»). А для наращивания и поддержания на предельно высоком уровне этого спроса требовалось начать перестройку всего мирового порядка – финансового, экономического, политического и духовно-нравственного.

Лучше всего цели и алгоритмы такой перестройки мирового порядка изложены в докладах Римского клуба (примечательно, что он учреждён Дэвидом Рокфеллером в 1968 году – как раз на старте начинавшейся перестройки). Если переводить на понятный язык наукообразные доклады Римского клуба, то «хозяева денег» ставили следующие цели: 1) остановка роста и последующее радикальное сокращение численности населения планеты; 2) остановка развития реальной экономики и последующая деиндустриализация; 3) размывание национальных суверенитетов государств (через навязывание идеологии либерализма, в том числе экономического); 4) окончательное уничтожение суверенных государств и создание единого мирового правительства.

То, что Римский клуб излагает в наукообразной форме (математические модели, компьютерные расчёты), некоторые писатели изображают в художественной форме. Например, американская писательница (с претензиями на звание философа) Айн Рэнд написала роман «Атлант расправил плечи». В нём она нарисовала жутковатую картину: «атланты» (судя по всему, это капиталистическая элита Америки) сознательно и методично уничтожают и людей, и промышленность на всём пространстве страны. Для того чтобы потом «с чистого листа» начать выстраивать «правильную жизнь». Литературными средствами обрисована картина будущего согласно планам «хозяев денег». Постиндустриальное общество – мостик от традиционного капитализма с его «индустриальными предрассудками» к новому рабовладению, где «хозяева денег» превратятся в «хозяев мира».

Так вот, новый мировой порядок, который начал складываться на стыке 60-70-х годов ХХ века, требовал во главу угла поставить расширение и бесконечный рост фондовых и иных финансовых рынков, рынков самых разных услуг, а также рынков разного рода «нематериальных активов» (типа «интеллектуальной собственности»). Для обоснования необходимости обществу всех этих виртуальных рынков и виртуальных секторов экономики в срочном порядке были созданы и распиарены академические исследования на тему «постиндустриального общества». Главными идеологами постиндустриального общества выступили З. Бжезинский, Э. Тоффлер, Д. Белл. Они доказывали, что, мол, «прогрессивному» человечеству промышленность и сельское хозяйство не очень нужны. Надо стремиться к производству и потреблению нематериальных благ. Мол, «не хлебом единым сыт человек», пора ему выходить из дикого состояния и начать насыщаться услугами – финансовыми, торгово-посредническими, маркетинговыми, рекламными, управленческими, административными, юридическими, образовательными, медицинскими, страховыми, компьютерными, цифровыми и прочая, и прочая.

В постиндустриальном обществе человек будет цениться не по тому, сколько он произвёл зерна или стали, станков или тканей, а по тому, каков его вклад в создание ВВП. Даже если этот вклад представляет собой услуги по перепродаже недвижимости (риелторский бизнес), услуги брокера на бирже или услуги сексуального характера. Значимость будут иметь только те услуги, которые имеют цену, платные услуги, те, которые создают денежный доход.

Для того чтобы общество более энергично и быстро двигалось в светлое постиндустриальное будущее, к решению указанной задачи были подключены статистические службы. Они должны были незримо подталкивать страны к наращиванию ВВП. Поскольку это проще делать, создавая пузыри виртуальной экономики услуг, чем наращивать производство в реальном секторе экономики, то правительства вольно или невольно стали заниматься надуванием пузырей. Если во времена Саймона Кузнеца (30-40-е годы прошлого века), когда показатель ВВП только родился на свет, он ещё отражал состояние реальной экономики, то сегодня его смело можно назвать «валовым виртуальным продуктом».

https://tsargrad.tv/articles/statistika-kak-instrument-bolshoj-politiki_231520

22.12.2019 Что такое «ВВП»? Валовой виртуальный продукт

Фото: Nikolay Gyngazov / Globallookpress

В предыдущей статье я начал разговор о макроэкономической статистике, которую взяли на вооружение почти все страны мира. В том числе Российская Федерация, которая с момента своего рождения в 1992 году сразу же приступила к организации государственной статистической службы на методологической основе, принципиально отличающейся от той, которая использовалась в советское время.

Напомню, что основным макроэкономическим показателем был определён валовой внутренний продукт – ВВП. Эта аббревиатура хорошо известна всем нашим гражданам, даже не шибко грамотным. По той причине, что в каждом втором встречающемся в СМИ материале, посвящённом экономике, финансам и деньгам, эта аббревиатура используется. Показатель ВВП стал «священной коровой», на которую молятся неоязычники капиталистической эпохи.

Показатель ВВП находится на службе теорий экономического роста и постиндустриального общества. Впрочем, указанные теории на самом деле являются религией, призванной создать в общественном сознании образ «светлого будущего» («постиндустриального общества»), средством движения к которому является «экономический рост». А показатель ВВП призван показать, с какой скоростью человечество движется к этому «светлому будущему». ВВП как своеобразный «маяк» для человечества и правительств.

Нынешний мир становится цифровым, всё строится на рейтингах, баллах, процентах, индексах, иных количественных оценках (государств, компаний, людей). Любое государство сегодня оценивают в первую очередь с помощью ВВП. От этого зависит положение государства в мире. Будешь иметь высокий показатель ВВП – попадёшь в какой-нибудь «клуб избранных» (например, «Большая двадцатка»). Или сможешь рассчитывать на место в Совбезе ООН. Будешь повышать свой ВВП – сможешь претендовать на увеличение своей доли в капитале и голосах международной организации (например, Международный валютный фонд, Всемирный банк и др.). А на некоторых международных форумах представителей стран рассаживают за столами и в залах с учётом того, какое место страна занимает в мировом рейтинге по показателю ВВП.

Некоторым странам позарез надо увеличить свой ВВП, для того чтобы в более выгодном свете представить некоторые другие показатели, которые рассчитываются по отношению к ВВП. Например, важным индикатором экономического здоровья (или, наоборот, заболевания) является относительный показатель долга. Очевидно, что чем выше будет значение ВВП, тем ниже будет относительный уровень долга страны.

Но ещё важнее для государств «поддерживать хорошую динамику» ВВП. За показателями приростов ВВП страны (на годовой, квартальной, а иногда и месячной основе) пристально следят тысячи и тысячи глаз. Кто эти наблюдатели?

Во-первых, Центробанк данной страны, который «корректирует» свою денежно-кредитную политику (скажем, ключевую ставку) с учётом данных по ВВП.

Во-вторых, международные финансовые организации (МВФ, ВБ, Банк международных расчётов и др.), которые готовят (и регулярно пересматривают) экономические прогнозы по миру в целом и по отдельным странам.

В-третьих, рейтинговые агентства. Особенно «большая тройка» международных агентств («Фитч», «Мудиз», «Стандарт энд Пурс»), которая дирижирует участниками мирового финансового рынка и управляет потоками капитала на планете.

В-четвёртых, все остальные участники международных рынков, которые даже без помощи международных финансовых организаций и рейтинговых агентств научились понимать сигналы в виде оперативной статистики ВВП.

Таким образом, все страны пыжатся, делая всё возможное и невозможное для того, чтобы их ВВП рос как минимум средними по миру темпами. А лучше, чтобы выше средних. По расчётам Всемирного банка, индекс мирового ВВП, рассчитанного по паритету покупательной способности валют отдельных стран в 2018 году по отношению к 1990 году (=100) составил 369. Проще говоря, мировой ВВП за 1990–2018 гг. (29 лет) увеличился примерно в 3,7 раза.

Странами с наиболее высокими темпами роста ВВП за указанный период времени были следующие (индекс 2018 года; 1990=100): Экваториальная Гвинея – 10.998; Китай — 2.162; Мьянма – 1.104; Мозамбик – 1.104; Лаос – 1.013; Кабо-Верде – 1.009.

Ни одного государства, которые мы привыкли называть «экономически развитыми», в списке стран с темпами роста ВВП выше среднемировых не оказалось. Да что-то не слышно о том, чтобы какую-то из стран с рекордными темпами роста ВВП, продемонстрированными в последние три десятилетия, стали сегодня называть «экономически развитыми». Как были они «развивающимися», «зависимыми», «экономически отсталыми», таковыми и остались. Пожалуй, единственным исключением в этом списке можно считать Китай. Но тут сыграли свою роль не только высокие темпы экономического роста, но и абсолютные размеры ВВП.

А все «экономически развитые» страны оказались в списке стран с темпами ниже среднемировых. У Австралии индекс ВВП составил 336, у Новой Зеландии – 305. Мировым лидером по показателю ВВП в номинальном выражении были и остаются Соединённые Штаты Америки. У них индекс ВВП составил лишь 244.

А что Россия? Её индекс ВВП составил 241. Те есть существенно ниже среднемирового. На протяжении почти тридцати лет Россия, если использовать показатель ВВП, теряла свои позиции в мировой экономике. Утешением может быть только то, что экономические позиции, измеренные с помощью ВВП, теряли также США, Великобритания (индекс равен 216), Швейцария (213), Франция (196), Германия (189) и другие страны «золотого миллиарда». Япония, которая демонстрировала в 60–70-е годы прошлого века «экономическое чудо», имеет индекс ВВП, равный всего 124. Можно сказать, что Страна восходящего солнца на протяжении последних трёх десятилетий находится в состоянии перманентной экономической стагнации.

А мировой антирекорд по индексу ВВП установила Украина. Она идёт последней в рейтинге Всемирного банка со значением индекса, равным 11. То есть обвал экономики Украины, измеренный с помощью показателя ВВП, составил почти 10 раз!

И всё-таки показатель ВВП с каждым годом становится всё более кривым зеркалом. А неафишируемое экономическое состязание между странами сводится к тому, кто надует больший пузырь валового виртуального продукта. Да, именно так можно и нужно расшифровывать аббревиатуру ВВП. Потому что нынешняя узаконенная методология макроэкономической статистики, как я уже отмечал, позволяет приращивать ВВП за счёт сферы самых разных услуг. В стране может происходить деиндустриализация, развал сельского хозяйства, энергетики и теплоснабжения – всего того, что принято называть реальным сектором экономики, но при этом ВВП будет расти за счёт наращивания услуг, о которых люди не просили, которые им навязывают, на которые их «подсаживают» (подобно тому, как человека подсаживают на иглу и делают из него наркомана).

Ярким примером такого «надувания» и такого надувательства может служить та же Америка. Берём макроэкономическую статистику, которую готовит Бюро экономического анализа (БЭА) Министерства торговли США (та организация, в недрах которой в 1930-е годы родился показатель ВВП). Рассчитываем долю реального сектора экономики в создаваемом ВВП США. В реальный сектор включаем сельское хозяйство, добывающую и обрабатывающую промышленность, строительство, электроэнергетику и теплоснабжение, транспорт и складское хозяйство (логистика). Так вот в 1947 году на реальный сектор пришлось 46,3% ВВП. К 1997 году эта доля снизилась до 27,5%. А по итогам 2018 года она составила лишь 22,7%. Между прочим, в США, которые мы по инерции продолжаем называть «экономически развитой страной», доля обрабатывающей промышленности в прошлом году составила всего 11,3% ВВП. А все виды машиностроения, которое в ХХ веке считалось сердцевиной промышленности и экономики, создали лишь 4,1% ВВП США. В 1947 году доля сельского хозяйства в ВВП США составляла 8%, а в прошлом году она упала на порядок – до 0,8%.

Всё остальное, находящееся за пределами реального сектора экономики, принято называть сферой услуг.

Назову наиболее важные сектора и отрасли, относящиеся к сфере услуг (в скобках – доля в ВВП в %): оптовая и розничная торговля (11,4); операции с недвижимостью (13,3); профессиональные и бизнес-услуги (12,5); государственное управление (12,4); финансы (7,6) и т.д. Как видим, многие сектора услуг сегодня для Америки важнее, чем обрабатывающая промышленность. Примечательно, что в создании ВВП Америки активно участвуют государственные чиновники всех уровней. На сегодняшний день, оказывается, они уже превзошли обрабатывающую промышленность страны. Свой посильный вклад в дело экономического процветания Америки вносят даже топ-менеджеры корпораций и банков. По данным БЭА, в 2018 году 1,9% созданного ВВП страны проходило по статье «управление предприятиями и компаниями».

Небольшая группа трезвомыслящих и честных американских экономистов отмечает, что США давно уже лишились компаса, который мог бы установить правильный курс корабля, называемого «Экономика США». Так, американский психолог Мартин Селигман в известной книге «Путь к процветанию. Новое понимание счастья и благополучия» с горькой иронией пишет:

Разницу между благополучием и валовым внутренним продуктом можно оценить количественно. В течение последних пятидесяти лет показатель удовлетворённости жизнью в США замер, хотя ВВП утроился.

Вот и известный американский интеллектуал Ноам Хомский очень осторожно ставит под сомнение зацикленность Америки на показателе ВВП:

Хотим ли мы иметь общество свободных, творческих и независимых личностей, способных ценить культурные достижения прошлого и учиться на них, а также вносить в них свой вклад, или хотим, чтобы люди увеличивали ВВП? Это необязательно то же самое.

Реальное развитие американской экономики прекратилось ещё в конце 1970-х гг., когда был демонтирован золотодолларовый стандарт. Переход к бумажно-долларовому стандарту дал зелёный свет разрушающей идеологии экономического либерализма. А её практическое воплощение в жизнь происходило под звуки фанфар теорий экономического роста и постиндустриального общества. Методология макроэкономической статистики менялась таким образом, чтобы всячески помогать продвигать в жизнь принцип «всё продается и всё покупается». И всё то, что продаётся и покупается, тут же отражается в показателе ВВП и увеличивает его.

У фанатиков «экономического роста» (то есть наращивания валового виртуального продукта) своя логика, которая, мягко говоря, противоречит нормам традиционного общества. Им, например, очень не нравится семья. Почему? Потому что в этом социуме, «ячейке общества», почти нет товарно-денежных отношений. Надо «реформировать» семью, а лучше ликвидировать её. Ибо в этом случае в распылённом до атомарного состояния обществе отношения между людьми будут выстраиваться как «возмездное оказание услуг». А это будет увеличивать ВВП. Многие слышали, наверное, шутку французского антрополога, социолога и экономиста Альфреда Сови (1898–1990): «Женитесь на вашей домработнице — и ВВП страны упадёт». Понятно, что если затем с ней развестись, то ВВП имеет шанс опять увеличиться.

БЭА США поднаторело на том, как надувать пузырь ВВП. Тема столь обширная, что заслуживает целой книги. Приведу лишь один пример. Последняя крупная «реформа» американской макроэкономической статистики произошла в 2013 году. Тогда, летом, произошёл «квантовый скачок» в показателе ВВП: он был одномоментно увеличен на 400 млрд долл., что составило примерно 3%. Прирост был эквивалентен ВВП таких стран, как Бельгия, Аргентина, Норвегия или Польша. Прямо «экономическое чудо», достигнутое простым нажатием клавиши компьютера.

Западная Европа старается не отставать от Америки. Начиная с 2014 года странам – членам ЕС Евростат (статистическая служба Европейского союза) предложила по-новому считать ВВП, добавив в него некоторые новые позиции. Одна из главных новаций – методика учёта в ВВП доходов от наркобизнеса и проституции. Как известно, и то и другое давно уже процветает в «цивилизованной» Европе. Доходы двух указанных видов бизнеса, по оценкам экспертов, измеряются в масштабах ЕС сотнями миллиардов евро. В некоторых странах данные виды бизнеса частично легализованы, в других – ещё нет. Но даже там, где такой легализации ещё не произошло, статистические службы должны делать свои оценки на основе предложенных Евростатом методик, а полученные цифры включать в итоговые показатели ВВП.

Некоторые страны сразу же взяли на вооружение новые методики. Так, бюро национальной статистики Великобритании в 2014 году заявило, что новые правила статистического учёта «помогли поправить дела в экономике». Действительно, мановением клавиши компьютера ВВП страны был увеличен на 16,75 млрд долл., или на 0,7%. Также заметно улучшила свою «экономическую динамику» Германия. Благо там с 2002 года проституция легализована. Согласно официальным данным, в Германии в 2014 году «работало» 400 тыс. проституток, среди которых 20 тыс. мужчин, общий годовой доход которых был равен 14,6 млрд евро. Валовая добавочная стоимость такой работы составила около 7,3 млрд евро, за вычетом издержек – аренда мест в публичных домах, транспортных расходов и т. д. Также получился неплохой «привесок» к показателю ВВП. Благодаря новой методике удалось добиться экономического ускорения в таких «цивилизованных» странах, как Швеция, Финляндия, Австрия, Нидерланды. Это уже не просто статистика валового виртуального продукта. Это статистика Содома!

https://tsargrad.tv/articles/chto-takoe-vvp-valovoj-virtualnyj-produkt_231497

20.12.2019 Эрдоган пытается поставить банки Турции под контроль государства

Фото: uzmancoin.com

Руководители Минфина и Центробанка своими решениями ухудшали экономическое положение страны

Информационное агентство Блумберг сообщило о гонениях на турецких банкиров со стороны власти. За последние два года из ведущих частных банков Турции уволен ряд топ-менеджеров по распоряжению Центробанка, находящегося под надзором министра финансов и казначейства Берата Албайрака, зятя президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана.

Информация Блумберга основана на признаниях одиннадцати уволенных высокопоставленных сотрудников банков. Все, кроме одного, пожелали сохранить анонимность.

Топ-менеджеры полагают, что увольнения в банковском секторе стали продолжением кампании чистки государственного аппарата и вооружённых сил после попытки переворота летом 2016 года. Тогда было арестовано 119 генералов и адмиралов, уволено из рядов вооружённых сил более 5000 офицеров и военнослужащих более низких чинов, из военных училищ исключены более 16 тысяч кадетов. Были отправлены в отставку почти три тысячи сотрудников судов и прокуратуры. Число чиновников, уволенных из министерств, ведомств, местных органов власти, исчисляется несколькими десятками тысяч.

Кампания чистки кадров докатилась и до институтов денежной власти. Смена кадров в этой сфере была обусловлена тем, что руководители Минфина и Центробанка своими решениями ухудшали экономическое положение страны. Они осознанно или неосознанно занимались подрывной деятельностью, формировали в стране атмосферу недовольства властью и президентом.

В 2018 году во главе Минфина был поставлен Берат Албайрак, полномочия его ведомства расширены. В частности, Минфину поручено выполнять функции надзора над Центробанком. В начале июля 2019 года указом президента был отправлен в отставку председатель ЦБ Турции Мурат Четинкая. На его место назначен заместитель главы ЦБ Мурат Уйсал. Выяснилось, что Мурат Четкиная не реагировал на указания президента и министра финансов, проводя «независимую» от государства денежно-кредитную политику. Прежде всего, он отказывался от понижения ключевой ставки ЦБ.

Опрошенные банкиры признавали, что власти квалифицировали их как «предателей» и «вредителей», отклоняющихся от общей экономической и финансовой политики государства. Новость агентства Блумберг была опубликована 15 декабря, а уже на следующий день Центробанк Турции выступил с опровержением и пригрозил подать в суд на Блумберг за дезинформацию.

Однако даже если информация Блумберга и придумана, то придумана она не на пустом месте. Президент Турции и министр финансов действительно решили взять кадровые назначения в высшем звене негосударственных банков под свой контроль.

Напомним, что в июне 2018 года на президентских выборах Эрдоган обещал поставить под свой эффективный контроль денежно-кредитную политику Центробанка, особенно навести порядок с ключевой ставкой, которая была чрезмерно высокой. Центробанк и стоявшие за ним частные банки находились в глухой оппозиции к Эрдогану. Если весной 2018 года ключевая ставка ЦБ составляла 8,00%, то 1 июня она была более чем удвоена и достигла 16,50%. Такого уровня она не имела никогда. Это был открытый вызов Эрдогану. А 7 июня 2018 года ставка была повышена ещё на 100 базисных пунктов и достигла 17,50%. И это за полтора месяца до выборов. Эрдоган всё понял. Если военные пытались отстранить его от власти силой, то банкиры использовали более изощрённый метод – ключевую ставку, с помощью которой можно парализовать экономику страны. Центробанк продолжил свою политику и после победы Эрдогана на выборах: 13 сентября 2018 года ключевая ставка была ещё раз резко повышена – до 24%.

А тут ещё частные банки произвели обвал турецкой лиры. После выборов в течение недели лира обвалилась на 25% по отношению к доллару США (а с начала года она потеряла 45%). И это на фоне сверхвысокой ключевой ставки, которая была введена под предлогом не допустить обвала валютного курса лиры. Как выяснилось, её можно обвалить при любой ключевой ставке, ибо для спекулянтов гораздо более императивным индикатором являются рейтинговые оценки «большой тройки» международных агентств. А рейтинговые агентства спровоцировали отток капитала из страны, что и привело к обвалу лиры.

Эрдоган хорошо запомнил, что банкиры больше слушают международных дирижёров, чем собственного президента. Турецкая банковская система изначально выстраивалась так, чтобы она была под управлением международных дирижёров – рейтинговых агентств, ведущих западных аудиторских компаний, МВФ, Банка международных расчётов и др. И, конечно, в законе о Центральном банке Турецкой Республики имеется стандартная формулировка о его «независимости» от государства.

Президент Турции использует неформальные методы установления контроля над Центробанком (назначение своих людей в Минфин и ЦБ, устные указания министру финансов осуществлять надзор над Центробанком, назначения лояльных правительству топ-менеджеров в частные банки). Кое-какие успехи есть. При новом руководителе Центробанка произведено уже четыре понижения ключевой ставки. 25 июля (через 19 дней после назначения Мурата Уйсала на пост главы ЦБ) она была снижена с 24,00% до 19,75%. Далее снижения происходили 12 сентября – до 16,50%; 24 октября – до 14,00%; 12 декабря – до 12,00%. За неполные пять месяцев ключевая ставка была снижена вдвое, хотя ещё остаётся на таком уровне, какого не было на протяжении многих лет. Причём в 2019 году на фоне снижающихся ключевых ставок наблюдалось снижение темпов инфляции, а снижение валютного курса турецкой лиры выглядело более умеренным; если в прошлом году валютный курс лиры упал на 30%, то за 11 месяцев 2019 года падение составило только 8,5%.

Эксперты обращают внимание и на такую инициативу турецкого Минфина, как подготовка поправок в статье 60 закона о Центральном банке. Они предполагают, что 20 процентов чистой прибыли Центробанка, предназначаемые для формирования его резервов, не должны оставаться в ЦБ, что их следует перечислять в государственный бюджет. По итогам 2018 года чистая прибыль Центробанка составила 56,3 млрд. турецких лир, что эквивалентно 9,76 млрд. долл. США. Если бы указанные поправки уже действовали, ЦБ должен был бы перечислить в государственную казну почти 2 млрд. долл.

Минфин полагает, что Центробанку Турции следует более активно участвовать в пополнении государственной казны. Ссылаются на другие страны, где значительная часть прибыли Центробанков перечисляется в бюджет. Так, в России последний норматив отчисления прибыли Банка России в бюджет составлял 90% (до этого был 75%). Правда, этот норматив российскому бюджету в 2017 и в 2018 гг. ничего не дал, потому что у Банка России образовались значительные убытки, перечислять было нечего.

Сейчас поправки к статье 60 закона о Центробанке в парламенте буксуют. В системе законодательной власти много людей, препятствующих установлению эффективного контроля государства над ЦБ.

Денежно-кредитная и валютно-финансовая политика Эрдогана, основанная на неформальных методах, может дать сбой. Нет гарантии, например, что снова не будет обвалов лиры. Неформальные методы следует укрепить внесением изменений в законы. В первую очередь исключить из закона о ЦБ формулировки о «независимости» этого института, сделав его полноценным органом государственной власти. Следует также поставить под государственный контроль трансграничное движение капитала, чтобы нейтрализовать влияние на турецкую экономику международных дирижёров.

Изменить статус Центробанка как «независимого» от государства института Эрдоган пока не решается, понимая, какую бешеную реакцию такой шаг вызовет на Западе. Это намного опаснее угрозы введения Вашингтоном экономических санкций против Турции в случае закупки у России ЗРК С-400… Исход войны Эрдогана с банкирами остаётся неясным.

https://www.fondsk.ru/news/2019/12/19/erdogan-pytaetsja-postavit-banki-turcii-pod-kontrol-gosudarstva-49724.html

19.12.2019 Спекулянты и Минфин загнали страну на минное поле

Фото: Сергей Бобылев/ТАСС

Россия по-прежнему остается «дойной коровой» Запада

На днях (10 декабря) Центробанк опубликовал очередной месячный обзор ключевых агрегатов платежного баланса Российской Федерации. Он охватывает период с января по ноябрь 2019 года. Картина платежного баланса за весь 2019 год появится на сайте Банка России уже в следующем году.

Но даже краткий обзор ключевых агрегатов платежного баланса за 11 месяцев с высокой степенью вероятности может сказать, какими будут итоги уходящего года в целом. Первый раздел платежного баланса — текущие операции. В большинстве стран мира (и Россия в этом смысле не представляет исключения) «ядром» этого раздела являются расчеты по внешней торговле (товарами и услугами). У России на протяжении всех лет (с 1992 года) счет текущих операций всегда сводился с «плюсом» (профицит), причем этот «плюс» обеспечивался за счет устойчивого профицита операций по внешней торговле.

Платежный баланс за 11 месяцев 2019 года в этом плане не представляет собой исключения: профицит счета текущих операций в январе-ноябре 2019 года составил 71,6 млрд. долларов США. В обзоре для сравнения даются цифры за период январь-ноябрь 2018 года. В прошлом году профицит был равен 102,2 млрд долл. Сокращение на целых 30,6 млрд. долларов США, или на 30%. Причина такого резкого сокращения профицита, как отмечается на сайте Банка России, — «уменьшение положительного сальдо торгового баланса главным образом вследствие снижения экспорта топливно-энергетических товаров под влиянием неблагоприятной мировой ценовой конъюнктуры».

К сожалению, в кратком обзоре Центробанка не приводится цифра сальдо торгового баланса за рассматриваемый период с января по ноябрь включительно. Но в платежном балансе РФ за три квартала 2019 года мы находим, что профицит торгового баланса по итогам 9 месяцев составил 122,9 млрд долл. А цифра за три квартала 2018 года равнялась 137,2 млрд долл. Снижение профицита торгового баланса, таким образом, составило 14,3 млрд долл., или 10,4%.

Да, действительно, причиной такого снижения стало уменьшение выручки от экспорта нефти и других энергоносителей. Банк России не дает самых последних цифр по экспорту топливно-энергетических товаров. Но можно воспользоваться статистикой Федеральной таможенной службы (ФТС).

На ее сайте можно найти данные за десять месяцев этого года. Согласно ФТС, экспорт за период с января по октябрь включительно составил (млрд. долл.): сырой нефти — 101,57; нефтепродуктов — 55,33; природного газа — 34,19. По данным ФТС, сокращение стоимости экспорта за десять месяцев 2019 года по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года составило (%): сырая нефть — 4,8; нефтепродукты — 15,2; природный газ — 14,4. Большая часть прогнозов развития экономики России на 2020 год исходит из посыла, что валютная выручка от экспорта углеводородов будет снижаться и далее.

Банк России в своих кратких обзорах никогда не объясняет, почему положительное сальдо текущих операций из года в год существенно меньше профицита торгового баланса. Отвечу: потому что существенную часть этого профицита «съедает» такая позиция раздела текущих операций, как сальдо инвестиционных доходов. Оно на протяжении всех лет существования Российской Федерации имеет устойчивый и очень солидный дефицит. Он отражает хроническое превышение вывоза инвестиционных доходов иностранными инвесторами над ввозом инвестиционных доходов российскими экспортерами капитала.

Получается, что значительная часть вывозимых из страны природных ресурсов предназначается для того, чтобы обеспечивать иностранных инвесторов валютой, которую они вывозят из России в виде дивидендов, процентов, иных прибылей.

Если обратиться к платежному балансу РФ по итогам трех кварталов 2019 года, то мы увидим в разделе текущих операций следующую картину движения инвестиционных доходов (млрд. долл.): доходы, полученные российскими инвесторами из-за границы — 34,8; доходы, выплаченные иностранным инвесторам — 68,9; сальдо инвестиционных доходов — минус 34,1.

Это отрицательное сальдо представляет собой в концентрированном виде ту колониальную дань, которую Россия платит Западу, вернее, финансовым и иным спекулянтам, действующим под прикрытием Запада. Нетрудно подсчитать, что эта дань «съела» по итогам трех кварталов текущего года 28% всего профицита торгового баланса. Можно еще добавить, что отрицательное сальдо позиции «Инвестиционные доходы» за три квартала прошлого года составило 30,5 млрд долл. Следовательно, за год чистый отток инвестиционных доходов увеличился на 3,6 млрд долл., или на 12%.

Вторым разделом платежного баланса является «Финансовый счет» (или «Счет финансовых операций»). Ранее он назывался «Операции с капиталом». Отражает ввоз и вывоз капитала в разных формах — прямые инвестиции, портфельные инвестиции, прочие инвестиции (преимущественно разные виды ссудного капитала).

В опубликованном обзоре Центробанка приводится такой показатель, как сальдо финансовых операций частного сектора (до недавнего времени эта позиция называлась «сальдо движения частного капитала»). В январе-ноябре 2019 года оно составило 33,7 млрд долл. долларов, естественно со знаком минус. Т.е. имел место чистый отток частного капитала. Вроде бы ситуация стала лучше по сравнению с периодом январь-ноябрь 2018 года. Тогда чистый отток капитала составил 54,0 млрд долл.

Кстати, если обратиться к предыдущему месячному обзору Центробанка по ключевым показателям платежного баланса, то увидим, что чистый отток капитала в январе — октябре составил 31,6 млрд. долларов. Нетрудно вычислить, что в ноябре чистый отток составил лишь 2,1 млрд долл., что существенно ниже среднемесячного значения за предыдущие десять месяцев. Как трактовать эту тенденцию?

Как отмечает Центробанк, главными причинами сокращения чистого оттока капитала стали «сокращение иностранных обязательств банков и рост внешних требований прочих секторов, которые частично были скомпенсированы привлечением в небанковский сектор средств нерезидентов». Что это означает?

В текущем 2019 году возникли признаки того, что правительство и денежные власти страны решили стимулировать «надувание пузыря» на российском фондовом рынке. Основной индикатор фондового рынка РФ — индекс РТС, отслеживающий долларовую капитализацию «голубых фишек»; рассчитывается Московской биржей. На торгах 12 декабря индекс РТС установил новый 6-летний максимум. С начала года к указанному дню РТС прибавил 38%. Как отмечают аналитики, по этому показателю Россия в уходящем году «оказалась впереди планеты всей». За исключением Греции, у которой биржевой рынок продемонстрировал еще более высокую динамику.

За этими «благополучными» цифрами сокращения чистого оттока капитала угадываются события будущего: 1) ускорение притока частного капитала в страну (не исключаю, что сальдо движения капитала на несколько месяцев может стать даже положительным); 2) продолжение роста биржевых индексов на российском фондовом рынке; 3) резкий и масштабный отток частного капитала из России, сальдо движения капитала в одночасье станет очень «минусовым»; 4) схлопывание биржевого «пузыря», которое почти наверняка спровоцирует острый финансовый и экономический кризис в стране. По ходу скажу, что произойдет ограбление миллионов наших граждан, которых сегодня заманивают на фондовую биржу (пользуясь тем, что процентные ставки по депозитам в банках стали сильно проседать).

Традиционно в обзоре упоминается раздел платежного баланса, называемый «Изменение резервных активов». В этом разделе также отражается движение капитала. Но в очень специфической форме, это экспорт капитала денежными властями путем приобретения наличных денег других государств, размещения иностранной валюты на счетах иностранных банков, покупки облигаций и других долговых бумаг, эмитируемых другими государствами и иностранными институтами, и т. д.

Международные резервы РФ, как отмечается в обзоре, выросли за 11 месяцев на 61,0 млрд. долларов США. Для сравнения: в январе-ноябре 2018 года прирост составил 37,4 млрд долл. Т.е. активность вывоза капитала под флагом наращивания международных резервов, резко выросла (в 1,63 раза). Как отмечается в обзоре, наращивание происходило «преимущественно в результате покупки валюты на внутреннем рынке в рамках бюджетного правила». Тем самым Банк России намекает, что прирост происходил преимущественно за счет Минфина, который, опираясь на «бюджетное правило», усиленно накапливал валюту в Фонде национального благосостояния (ФНБ).

А вот самые свежие данные Банка России по международным резервам. 6 декабря 2019 г. они составили 546,6 млрд. долларов США, увеличившись за неделю на 4,4 млрд. долларов США, или на 0,8%. И опять Банк России отмечает, что упомянутый прирост произошел преимущественно «вследствие покупки иностранной валюты в рамках бюджетного правила».

На начало ноября в ФНБ, где копятся дополнительные нефтегазовые доходы бюджета (в 2019 году это все, что приходит в казну от барреля дороже 41,6 доллара), находилось 98 млрд. долларов. На самом деле, валюты в Фонде намного больше. Суммарная величина приближается к планке 140 млрд долл. Просто Минфин покупает валюту на рынке, но не сразу ее зачисляет на счет Фонда. Следующий «квантовый» скачок в официальной цифре размера ФНБ должен произойти в середине следующего года.

Нас в течение многих лет убеждали в том, что наращивание международных резервов — совмещение «приятного» с «полезным». Под «полезным» понималось, что резервы страхуют от всякого рода рисков, что их можно назвать «подушкой безопасности». А «приятное» заключалось в том, что они еще давали и доход: проценты по депозитам, облигациям и другим финансовым инструментам. Плюс к этому дополнительный доход от роста курсов валют, в которые вкладываются денежные власти. А уж они-то — профессионалы в деле определения правильной валютной структуры резервов!

И что мы видим в последнее время? Исчезает и то, что мы назвали «полезное» — риски заморозки резервов (даже если они не в долларах США, а в евро и других западных валютах) повышаются (угроза разных санкций). Исчезает и «приятное» — резервы становятся убыточными. Центробанк свою часть международных резервов уже подверг резким изменениям: «токсичный» доллар США замещен в значительной своей части такими валютами, как евро и юань. Тут же возникли убытки, которые уже измеряются миллиардами долларов. Теперь Минфин решил свою часть международных резервов, где до сих пор 45% приходится на доллар США, привести в соответствие со структурой той части, которая принадлежит Центробанку. Как ожидают эксперты, такой валютный «маневр» приведет к новым миллиардным убыткам.

С учетом сказанного меня отнюдь не радуют цифры ударных темпов наращивания международных резервов. Это означает наращивание и рисков (замораживание международных активов), и убытков (вызванных снижением курсов валют, используемых для формирования резервов). Следует немедленно отказаться от этого бессмысленного и опасного курса.

Та валюта, которую мы получаем от экспорта товаров (прежде всего, топливо-энергетических ресурсов) следует направлять не на выплаты иностранным инвесторам по статье «Инвестиционные доходы», и не на создание эфемерной «подушки безопасности» (наращивание международных резервов), а на развитие национальной экономики. Причем под национальной экономикой я имею в виду реальную экономику (сельское хозяйство, промышленность, строительство, транспорт), а не биржевые площадки, где надуваются пузыри виртуальной экономики.

России срочно необходима индустриализация. А индустриализация потребует массовых закупок машин, оборудования и всего того, что раньше называлось «средствами производства», а сегодня именуется «инвестиционными товарами». Как видно из приведенных цифр, у нас для этого имеется валюта, и ее более чем достаточно для первых лет индустриализации. Не хватает, увы, политической воли.

https://svpressa.ru/economy/article/252198/

17.12.2019 Попав в «пургу», Песков свалился в «яму»

Фото: Марина Лысцева/ТАСС

Вымирание России Кремль скоро будет объяснять войной 1812 года

Росстат только что опубликовал свежие данные о демографических процессах в России. Но, даже несмотря на свои способности выдавать черное за белое, статистическое ведомство вынуждено признать, что вымирание населения страны продолжается, причем темпы его даже ускорились.

Общее население России за январь-сентябрь текущего года сократилось на 43,7 тысячи человек. Эта цифра складывается из естественной убыли населения и чистой иммиграции. Естественная убыль, представляющая собой разность между числом умерших и родившихся, составила за 9 месяцев 236,9 тыс. чел. Чистая иммиграция за указанный период составила 193,2 тыс. человек. Это преимущественно иммигранты из среднеазиатских республик бывшего СССР. С учетом въехавших в страну мы и получаем обозначенную выше цифру чистой убыли населения России.

Как известно, в прошлом году майский указ президента определил решение демографических проблем страны в качестве одного из приоритетов государственной политики на период до 2024 года. Согласно указу, был подготовлен и с 1 января этого года запущен национальный проект «Демография».

Цель проекта — затормозить естественную убыль населения и предотвратить снижение численности населения страны. Демографическая статистика за первые три квартала текущего года позволяет уже составить некоторое представление о том, как идет реализация национального проекта «Демография». Так вот, никакого улучшения демографической ситуации не зафиксировано. Наоборот, продолжается, как сегодня принято говорить, дальнейшее «сползание страны в яму демографического кризиса».

Посудите сами. По итогам прошлого года естественная убыль составила 224,6 тысячи человек. В этом году ее, согласно национальному проекту, надо было даже не ликвидировать, а лишь уменьшить до 219,4 тысячи. А она (убыль) уже по итогам трех кварталов составила 236,9 тысячи человек. По отношению к показателю 9 месяцев прошлого года это больше на 36%. При этом особенно подвел показатель рождаемости — он оказался в три раза ниже, чем количество родившихся в первые три квартала прошлого года. Можно предположить, что по итогам года естественная убыль перевалит через планку в 300 тысяч. Этот год почти наверняка станет рекордным по величине естественной убыли населения за последние 11 лет!

И это при том, что запущен национальный проект «Демография», в рамках которого действует пять федеральных проектов с очень амбициозными названиями: «Финансовая поддержка семей при рождении детей»; «Старшее поколение», «Укрепление общественного здоровья» и др.

Куратором нацпроекта является вице-премьер РФ Татьяна Голикова, руководителем — глава Минтруда Максим Топилин. На нацпроект запланировано финансирование в размере 3,1 трлн. руб. Получается по полтриллиона в расчете на год. В этом году, согласно паспорту нацпроекта, финансирование должно составить 545 млрд руб. Деньги очень серьезные.

И вот, комментируя свежую демографическую статистику Росстата пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков в пятницу заявил: «Действительно, демографическая яма, которая неоднократно объяснялась президентом и нашими всеми руководителями социальной области, сейчас находится в своей кульминации. Ситуация, безусловно, в этом плане очень неприятная. Сошлись две демографические ямы в одну».

Фраза пресс-секретаря насчет «двух демографических ям» разошлась по всем российским СМИ. По своей нелепости она может конкурировать со ставшей крылатой фразой: «Денег нет, но вы держитесь». Как-то президент В. Путин уже давал характеристику деятельности пресс-секретаря Дмитрия Пескова: «Он несет иногда такую „пургу“, что я смотрю по телевизору и думаю: чего он там рассказывает? Кто ему это поручил?». Заявление Пескова насчет «двух демографических ям» — та самая «пурга».

Видимо, Д. Песков попытался прикрыть очевидный факт: провал нацпроекта «Демография» на самом его старте. Ведь, согласно паспорту нацпроекта, мы должны были сегодня уже увидеть позитивные тенденции. Даже если поверить в сказку насчет «двух демографических ям», то, почему инициаторы нацпроекта не учли этот фактор на стадии его разработки? А на учли по той простой причине, что такого фактора в природе не существует.

Напомню, что как-то ранее, рассуждая о демографии, Песков сказал, что одной «ямой» являются неблагоприятные события времен Великой отечественной войны, а другой «ямой» — кризисная ситуация в стране в начале 1990-х годов.

Теория разных «демографических ям» — чистой воды оправдание и прикрытие полной беспомощности нынешней власти. Такие же «ямы» (всякого рода «наследие» советского времени) придумывают и те, кто отвечает за другие нацпроекты (общее их количество на сегодняшний день составляет 13). Уверен, что, если не произойдет радикальных встрясок, то и на следующий год все целевые показатели нацпроекта «Демография» будут провалены, умирание народа продолжится и даже ускорится. А господин Д. Песков, если останется на своем посту, придумает еще какую-нибудь «демографическую яму». Например, ту, которая возникла в России в годы Первой мировой войны 1914−1918 гг. А на третий год провала нацпроекта он, пожалуй, может вспомнить «демографическую яму» Отечественной войны 1812 года.

А чтобы популярно объяснить, что теория «демографических ям» господина Пескова — откровенная «пурга», приведу некоторые цифры из демографической статистики, относящиеся к недавней истории нашего отечества.

Вот, в частности, Российская империя в момент ее наибольшего расцвета — 1913 год. В ней (без учета Финляндии) проживало 163,7 млн. человек (кстати, это на 27% больше, чем в 1897 году; прирост населения империи за 16 лет составил 34,6 млн. человек). Потом началась та самая «демографическая яма», которая была порождена Первой мировой войной, революциями 1917 года, Гражданской войной.

На начало 1920 года в стране проживало лишь 137,7 млн. человек. В «демографической яме» исчезло 26 миллионов (сокращение численности за период 1913—1919 гг.). А теперь привожу данные о численности населения за некоторые последующие годы (на начало года; млн. чел.):

1927 г. — 147,0

1929 г. — 154,2

1937 г. — 164,5

1939 г. — 170,5

1941 г. — 198,7

Как видим, устойчиво высокие темпы прироста населения. Жизнь в стране была напряженная. Проходила индустриализация. Потребление в расчете на душу населения основных продуктов и промышленных товаров — нищенское (с точки зрения современных стандартов). Но страна быстро развивалась и в экономическом, и в демографическом отношении. Руководство страны никаких дурацких программ и проектов по демографии не разрабатывало и не реализовывало. Прирост населения в буквальном смысле был «естественным». Потому, что люди стали постепенно обретать смысл жизни и видеть будущее.

Заменить будущее никакими пособиями и никакими стандартами потребления продуктов, товаров и услуг невозможно. Никто ни в правительстве, ни в народе не ссылался на то, что, мол, «демографическая яма» второго десятилетия ХХ века мешает решать государственные и семейные проблемы, проводить индустриализацию и рожать детей. Где-то примерно в 1936 году СССР по численности населения вышел на уровень 1913 года. А к началу войны превзошел его на 21,4%.

Следующей «демографической ямой» оказалась Великая Отечественная война 1941−1945 гг. В декабре 1945 года численность населения составила 172,0 млн. человек. По сравнению с началом 1941 года сокращение населения СССР составило 26,7 млн. человек. А теперь привожу данные о численности населения за некоторые последующие годы (на начало года; млн. чел.):

1950 г. — 179,2

1953 г. — 188,7

1959 г. — 208,8

1970 г. — 241,7

1979 г. — 262,4

1989 г. — 286,7

А в декабре 1991 года, в момент распада СССР, численность населения достигла 294 млн. человек. Как видим, послевоенный период характеризовался высокой демографической динамикой. Действовало и совершенствовалось социально-экономическое планирование развития страны. Но никому в голову не приходило заниматься планированием роста населения. Прирост населения был в полном смысле «естественным». Никаких «демографических ям» не было. И уж тем более, никому из советских руководителей и в голову не приходило списывать свои огрехи и просчеты на «демографические ямы» прошлого.

А теперь о «демографической яме» новейшей российской истории. Господин Д. Песков связывает ее с событиями начала 90-х годов. Да, действительно, в связи с развалом СССР, образованием Российской Федерации и начавшимися «реформами» (прикрывавшими развал и ограбление страны) началось падение численности населения РФ. Накануне развала СССР, в 1991 году в РСФСР проживало 148, 54 млн. человек. В 1992 и 1993 гг. этот показатель (уже в РФ) оставался почти без изменения. Заметное снижение началось с 1994 года, оно продолжалось до 2009 года, когда численность населения упала до отметки 142,74 млн. человек.

Далее начался прирост численности населения страны, правда, скромный, но все-таки прирост. И никто особенно про демографию во власти не говорил. На начало 2018 года численность населения РФ достигла максимального значения — 146,88 млн. Правда, до показателя РСФСР 1991 года численность населения РФ и в 2018 году не дотягивала существенно (1,66 млн. чел.). Почему же руководство страны озаботилось проблемой демографии? Да потому что демографическая статистика была «рисованной».

Депопуляция России достаточно долго камуфлировалась тем, что показатель общей численности населения рассчитывался (и до сих пор рассчитывается) с учетом чистой иммиграции. Речь идет преимущественно о тех, кого принято называть «трудовыми иммигрантами» и кто приезжал и приезжает преимущественно из ближнего зарубежья. Приток таких иммигрантов стал постепенно иссякать.

Власти забеспокоились, что неприглядная демографическая правда обнажится. И еще в 2017 году стали загодя готовить нацпроект «Демография». А демографическая правда обнажилась уже по итогам 2018 года. Вот картина за этот год:

Родилось 1 604 344 человек (на 85 540 человек меньше, чем за 2017);

Умерло 1 828 910 человек (на 4 570 человек больше, чем за 2017);

Убыль 224 556 человека (в 2017 убыль 134 456 человека);

Миграционный прирост составил 124 844 человек.

Для нас ключевым демографическим показателем должен быть естественный прирост населения (как разница между числом родившихся и умерших за период). И что мы видим? Оказывается, за все годы существования Российской Федерации было лишь три года (2013, 2014, 2015 гг.), когда действительно был естественный прирост, правда, очень незначительный (можно сказать символический — всего около 86 тысяч за три года). А все остальные годы была чистая убыль. Максимальные показатели чистой убыли были зафиксированы в период 1999—2003 гг. (тыс. чел.): 1999 г. — 929,63; 2000 г. — 958,53; 2001 г. — 943,25; 2002 г. — 935,31; 2003 г. — 888,53.

А вот данные за последние годы (тыс. чел.): 2017 г. — 134,46; 2018 г. — 218,39. По итогам 2019 года, как я отметил выше, следует ожидать чистой убыли не меньше 300 тысяч.

Если просуммировать все годы, то суммарная чистая убыль населения за 1992−2018 гг. составит примерно 13,5 миллиона человек. Это эквивалентно половине людских потерь (военнослужащих и гражданских лиц) нашей страны в годы Великой Отечественной войны 1941−1945 гг. В расчете на год в среднем получаются людские потери в размере полумиллиона человек. И это в условиях отсутствия войны. На самом деле война идет, но она не горячая и не объявленная. Но очень летальная и разрушительная (о ее разрушающем воздействии на экономику России я уже не раз писал).

Так что пресс-секретарь Д. Песков что-то напутал. Не надо придумывать никаких «демографических ям» прошлого. Россия с момента своего возникновения попала в страшную «демографическую яму» и находится в ней безвылазно на протяжении уже почти 28 лет. И наши граждане будут по-прежнему гибнуть в этой «яме» (или «котле»). Власть только делает вид, что она пытается ликвидировать «демографическую яму». Либо не может, либо не хочет.

https://svpressa.ru/society/article/251972/

http://reosh.ru/valentin-katasonov-popav-v-purgu-peskov-svalilsya-v-yamu.html

16.12.2019 Двойная безответственность банков, или Почему они горят, как «вороньи слободки»

Фото: Christian Horz/Shutterstock.com

Я уже писал о романе Ильфа и Петрова «Золотой телёнок», в котором одним из занимательных и запоминающихся сюжетов стал пожар в «Вороньей слободке». «Воронья слободка» — деревянный дом в старой Москве, превращённый после революции в коммуналку, населённую самыми разными людьми. Это были «лихие» годы НЭПа, когда страна погрузилась в рыночные отношения и атмосферу капитализма эпохи первоначального накопления капитала. В сатирической форме авторы показали все уродства, порождаемые «духом капитализма». Первой жертвой этого духа стал обитатель коммуналки бывший камергер Митрич. Он обеспокоился тем, что другая обитательница коммуналки, которую звали «ничейная бабушка», не желает пользоваться электричеством, а в свою комнату таскает бутыли с керосином. «Сожжёт, старая, всю квартиру, — бормотал он, — ей что, а у меня один рояль, может быть, две тысячи стоит». За мыслью последовало действие: «Митрич застраховал от огня всё своё движимое имущество. Теперь он мог быть спокоен и равнодушно глядел, как бабушка тащила к себе наверх большую мутную бутыль с керосином, держа её на руках, как ребёнка».

Остальные обитатели «Вороньей слободки» тут же инфицировались от бывшего камергера «духом капитализма». Все они (за исключением Васисуалия Лоханкина, погружённого в мысли о своей роли в русской революции, и «ничейной бабушки») обзавелись солидными страховками на случай пожара. «Воронья слободка» была обречена. Она сгорела. Бывший дворник Пряхин, сидя на заранее вытащенном из дома сундуке и пьяно взирая на бушующее пламя пожара, приговаривал: «Как пожелаем, так и сделаем!» А Гигиенишвили (бывший князь, а ныне трудящийся Востока) в это время «брезгливо нюхал свои руки, которые отдавали керосином, и каждый раз после этого вытирал их о штаны».

Поджог и уничтожение «Вороньей слободки» можно рассматривать как аллегорический образ банкротств и ликвидаций различных контор «с ограниченной ответственностью» под названием «Рога и копыта» в эпоху НЭПа. Шестьдесят лет (с начала 1930-х годов до конца существования СССР) мы жили без контор «Рога и копыта» и без пожаров «Вороньих слободок». Акционерные и иные общества «с ограниченной ответственностью» были ликвидированы (еще в 1930 году), а процедура банкротств предприятий в плановой экономике исчезла сама собой за ненадобностью.

В советской экономике в период индустриализации и позднее, образно выражаясь, строились новые «дома» (создавались новые предприятия), но никому и в голову не приходило «поджигать» уже построенные (то есть банкротить действующие предприятия). Их могли лишь расширять, ремонтировать и модернизировать, но никак не «поджигать»! За шесть десятков лет в стране не было ни одного банкротства. Общее количество предприятий, имевших статус самостоятельного юридического лица, в СССР менялось незначительно. Небольшие изменения могли происходить лишь после реорганизации действующих (как правило, в результате создания производственных и научно-производственных объединений). Так, по данным Госкомстата СССР, в 1975 году в Советском Союзе насчитывалось почти 47 тыс. промышленных предприятий на самостоятельном балансе.

Но вот уже почти три десятилетия мы живём в угаре нового НЭПа. Появилось громадное количество контор «Рога и копыта» нового поколения с ещё более ограниченной ответственностью, чем в 1920-е годы. Общее число юридических лиц коммерческого типа выросло к настоящему времени до 3,5 миллиона. Опять пошли «пожары», причём их стало неизмеримо больше, чем в 1920-е годы. Примечательно, что среди первых актов новой «демократической» России появился принятый в 1992 году Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) предприятий». Уже в первый год существования нового государства «полыхали» тысячи предприятий по всей стране. Многие не успели даже поменять «мундир» (статус) государственной организации на «мундир» (статус) «акционерного общества» (АО) или «общества с ограниченной ответственностью» (ООО).

Если в 1990-е и в нулевые годы количество «сгоревших» «вороньих слободок» (обанкротившихся обществ) компенсировалось учреждением новых, то в последние годы уже исчезает больше, чем создаётся. По оценкам аудиторско-консалтинговой сети FinExpertiza, в прошлом году в России было открыто более 290 тыс. компаний, а прекратили свою деятельность свыше 600 тыс. Число ликвидированных за год обществ превысило число открывшихся в 2,14 раза. Имеются иные оценки, которые принципиально не отличаются от приведённой выше. Смертность компаний примерно в два раза превышает рождаемость. И такая пропорция держится примерно с 2016 года. Но это картина по всем видам компаний — как ООО, так и АО.

Вторых (АО) в общем числе всех юридических лиц коммерческого профиля акционерных обществ всего 2,3%, однако на них приходится, по экспертным оценкам, 85% создаваемого в стране ВВП. В этом сегменте картина в прошлом году была следующей: было зарегистрировано лишь 4 тысячи акционерных обществ, а прекратили существование — 16,5 тысячи. Смертность в сегменте АО превысила рождаемость более чем в четыре раза. Конечно, такую тенденцию отчасти можно объяснить процессом концентрации и централизации капитала, усилением монополизации экономики (слияния и поглощения акционерных компаний). Но немалая часть ликвидированных АО умирают не в юридическом, а в буквальном, физическом смысле. Это так называемые «отжатые лимоны» — акционерные общества с основными фондами, достигшими полной, 100-процентной амортизации.

Некоторые АО в секторе добывающей промышленности умирают в физическом смысле по той причине, что произошло полное исчерпание минерально-сырьевой базы производства. В общем, «демографическая» тенденция в мире АО крайне опасная, можно сказать — катастрофическая. Это результат почти трёх десятилетий господства в экономике страны акционерных обществ, имеющих «ограниченную ответственность». «Пожары» в экономике будут продолжаться, и мы через несколько лет можем оказаться на полном пепелище. Если, конечно, не предпримем решительных действий по упразднению акционерной формы хозяйствования. Как это было сделано в 1930 году.

Стоит сделать акцент на банках. В России они имеют особенно привилегированный статус, являются институтами с «особо ограниченной ответственностью».

Во-первых, потому что банкам позволено иметь неполное покрытие своих обязательств. Или, как ещё говорят, они являются институтами с «частичным резервированием обязательств». Они могут создавать новые деньги в виде выдаваемых кредитов. Но свои раздувшиеся обязательства перед клиентами они в конце концов должны покрывать только теми деньгами, которые являются законным платёжным средством. А таковыми являются деньги, эмитируемые Центробанком. В критические моменты (при набегах вкладчиков) законных платёжных средств на всех не хватает. И тут остаётся два варианта: либо банкротство банка, либо его начинают спасать денежные власти (чаще всего — Центробанк, иногда — Минфин). Я об этом много писал, поэтому не буду сейчас вновь возвращаться к данной теме.

Во-вторых, наши банки являются преимущественно акционерными обществами (публичными или непубличными). Таких примерно 2/3 от общего числа. У остальных — статус ООО. То есть все банки по определению имеют ограниченную ответственность.

Вот такая получается двойная безответственность российских банков. Но такая неприличная безответственность заведомо превращает их в «вороньи слободки», которые обречены сгореть в пожаре, называемом «банкротство банка». Вместе с банковской «слободкой» сгорают и миллиарды рублей (иногда долларов, евро и других валют), которые вкладчики, кредиторы и партнёры по бизнесу доверили кредитной организации.

И тут я вспоминаю откровения бывшего банкира Александра Лебедева (в своё время руководил кредитной организацией «Национальный резервный банк» и был её владельцем). В своей видеолекции «О глобальной коррупции в банковской системе», прочитанной в 2012 году, он затронул вопрос о причинах и механизмах банкротств кредитных организаций в Российской Федерации. И в связи с этим сказал, что ему не известно ни одного случая так называемого рыночного банкротства, то есть такого, которое произошло бы неожиданно для кредитной организации в результате каких-то резких изменений конъюнктуры. Все банковские банкротства, по его мнению, рукотворны, готовятся загодя, для владельцев (главных акционеров) банков не являются неожиданностью. Впрочем, Лебедев никакой Америки не открыл. О рукотворном характере банковских банкротств знают многие. Например, глава Совета Федерации Валентина Матвиенко в феврале 2016 года громогласно заявила, что банкротства кредитных организаций в 80% случаев носят криминальный характер, связанный с выводом активов за рубеж.

Тут почему-то вспоминаются слова дворника Пряхина:

Как пожелаем, так и сделаем!

Подобно обитателям «Вороньей слободки», которые заранее выносили из обречённого на пожар дома узлы, сундуки и другие вещи, нынешние российские банкиры загодя выводят в безопасные (недосягаемые для правоохранительных органов) зоны свои ликвидные активы, то есть деньги (почти исключительно в форме иностранной валюты). Такими безопасными зонами, конечно же, являются офшоры, а также приравненные к ним Англия, Швейцария, Люксембург и прочие «цивилизованные» юрисдикции.

Детально данный вопрос осветила в мае 2017 года замглавы Агентства по страхованию вкладов (АСВ) Мария Филатова в своём выступлении в рамках Петербургского международного юридического форума. Она, в частности, сказала: «Если говорить о качестве активов кредитных организаций (речь идёт о банках, у которых Центробанк отбирает лицензии. — Прим. автора), то при их балансовой себестоимости 100% их реальная ликвидационная стоимость — всего 12%».

Банкротство, как правило, порождает «эффект домино»: начинают «сыпаться» организации, которые выступали по отношению к банковской «слободке» кредиторами. «В настоящее время у нас более 4500 дел о банкротстве должников ликвидированных банков. Общая сумма требований, которые поставлены в реестр, составляет более 400 миллиардов рублей. Такие процедуры открыты в 185 банках, и, к сожалению, лишь в 38 кредитных организациях есть какие-то поступления в этой части», — отметила Филатова.

Заключая своё выступление, Филатова почти дословно повторила то, что сказала Матвиенко:

Практически во всех банках выявлены финансовые операции, имеющие признаки уголовно наказуемых деяний, которые осуществлены бывшими руководителями или собственниками кредитных организаций. 80% банкротств, к сожалению, носят криминальный характер.

Можно также упомянуть признание директора экспертно-аналитического департамента АСВ Юлии Медведевой, которая обратила внимание на то, что часто в России после банковского «пожара» не удаётся обнаружить владельцев кредитной организации. Они обычно едут туда, куда заранее вывели деньги: «По косвенным признакам, когда мы видим, что собственники после банкротства кредитных организаций сразу же уезжают и там безбедно живут».

Клиенты, хранившие деньги в таких банках, а также разные кредиторы оказываются уже на пепелище, когда «слободка» сгорела. Они ходят по развалинам и с помощью конкурсного управляющего пытаются найти среди обломков «слободки» хоть что-то ценное, заслуживающее внимания. Иногда кому-то везёт. Но в целом покрытие требований клиентов и кредиторов за счёт того, что удаётся отрыть среди мусора, составляет несколько процентов. По данным Федресурса, доля погашенных долгов в рамках банкротства юрлиц во всех секторах российской экономики снизилась с 4,2% в 2018 году до 2,4% в январе-сентябре 2019-го. По банковскому сектору оценок нет, но думаю, что вряд ли со сгоревших банковских «слободок» удалось получить намного более высокий процент удовлетворения требований со стороны потерпевших.

Завершить обзор признаний со стороны банкиров и тех, кто призван надзирать за банками, я хотел бы письмами некогда известного российского банкира Алексея Френкеля. В нулевые годы он возглавлял ВИП-банк. В 2006 году попал в очень тёмную и неприятную историю. Она связана с убийством в сентябре того года первого заместителя председателя Центробанка РФ Андрея Козлова. Отрабатывались разные версии преступления. Согласно одной из них, Алексей Френкель был заказчиком убийства. Версия, с моей точки зрения, была очень хлипкая. Но как бы то ни было, Френкеля арестовали, он получил судебное обвинение и был заточён в тюрьму. Не исключаю, что Алексей оказался в роли «козла отпущения».

Предчувствуя такое развитие событий, банкир ещё до лишения свободы (в начале 2007 года) написал ряд писем, в которых раскрывал некоторые тайны банковского мира и очень неформальных отношений чиновников Центробанка с коммерческими банками, их владельцами и топ-менеджерами. Письма интересные, убедительные, расширяющие наше представление о банковском мире России. Откровения банкира под названием «Письма Алексея Френкеля» имеются в интернете.

Я вспомнил эти письма в связи с поднятой темой банковских «пожаров». Френкель как раз в своих посланиях использовал профессиональный жаргон банкиров: «поджечь банк». Как отмечает автор, за этим термином скрывается договорённость между Центробанком как банковским регулятором и коммерческим банком о том, что последнему будет позволено прокручивать миллиардные операции по обналичке денег (тогда это была самая востребованная и прибыльная операция, которая, естественно, должна была пресекаться Центробанком). Договорённость действует несколько месяцев. После этого Центробанк «обнаруживает» грубое нарушение и отзывает лицензию. Следует банкротство, банк «сгорает».

Центробанк демонстративно не замечает писем Френкеля. Некоторые апологеты ЦБ (такие в России есть, хотя их очень мало) утверждают, что, мол, «поджоги банков» — чистая придумка сидящего за решёткой банкира. Возражения не очень убедительны. Тут я ещё раз хотел бы процитировать чиновника из АСВ Юлию Медведеву, которая в одном из своих выступлений провела анализ того, как велась подготовка к банкротству двух крупных кредитных организаций — Внешпромбанка и Пробизнесбанка. Анализ показал, что признаки подготовки «пожара» были видны ещё за два года до того момента, когда Центробанк наконец отзывал лицензию на ведение банковских операций.

Если в начале 2013 года в России было 1094 кредитные организации, то на сегодняшний день их уже осталось 451. Думаю, что в ближайшем будущем мы увидим в банковском секторе десятки новых «пожаров» «вороньих слободок». Рейтинговое агентство «Эксперт РА» на днях сообщило, что, по его оценкам, в ближайшие 12 месяцев лицензий Центробанка лишатся не менее 45 кредитных организаций.

https://tsargrad.tv/articles/dvojnaja-bezotvetstvennost-bankov-ili-pochemu-oni-gorjat-kak-voroni-slobodki_230470

http://reosh.ru/valentin-katasonov-dvojnaya-bezotvetstvennost-bankov-ili-pochemu-oni-goryat-kak-voroni-slobodki.html

15.12.2019 Фондовый пузырь лопнет уже в следующем году, разорив миллионы «физиков»

Фото: Сергей Фадеичев/ТАСС

Что означает последний биржевой «рекорд»

Российские граждане устали от непрерывного потока негативных новостей: увеличение пенсионного возраста, повышение налога на добавленную стоимость, планы введения других налогов и обязательных платежей, рост закредитованности населения, отсутствие экономического роста, падение реальных доходов населения в течение последних пяти лет и т. д.

Но вот в эту минорную песню некоторые российские СМИ попытались внести мажорные ноты. Оказывается, в России обнаружена такая позитивная тенденция, как рост биржевых индексов.

Основной индикатор фондового рынка РФ — индекс РТС, отслеживающий долларовую капитализацию «голубых фишек»; рассчитывается Московской биржей. На торгах в четверг (12 декабря) индекс РТС установил новый 6-летний максимум. В течение дня он прибавил 1,9% и достиг отметки 1491,81 — рекордной с октября 2013 года. Рублевый индекс Московской биржи подрос на 1,21% и достиг уровня 2990,25 п. Этому индикатору до нового исторического пика осталось всего 0,6%.

Эксперты отмечают, что произошло это на волне таких новостей, как очередной всплеск цен на нефть, укрепление рубля и итогов только что прошедшего заседания ФРС (решение не повышать ключевую ставку на протяжении всего 2020 года). Но это, с моей точки зрения, факторы достаточно конъюнктурные, причем их условно можно назвать «внешними».

Следует иметь в виду, что российские фондовые индексы на протяжении всего нынешнего года достаточно устойчиво (конечно, с некоторыми конъюнктурными откатами) упорно ползли вверх. Вопреки тому, что ситуация в экономике страны не улучшалась, имела место «стагнация», которая грозила (и продолжает грозить) перерасти в рецессию (спад). Многие игроки на бирже, заключая фьючерсные сделки, ставили в игре именно на экономическую рецессию и падение фондовых индексов. Эти «пессимисты» были посрамлены, только в начале ноября на очередном взлете акций более пяти тысяч трейдеров, ставивших на понижение, были разорены.

С начала года ко вчерашнему дню РТС прибавил 38%. Как отмечают аналитики, по этому показателю Россия в уходящем году «оказалась впереди планеты всей». За исключением Греции, у которой биржевой рынок продемонстрировал еще более высокую динамику.

По мнению большинства экспертов, распиаренное «фондовое чудо» России, в первую очередь, объясняется таким «внутренним» фактором, как дивидендная политика российских компаний, бумаги которых обращаются на фондовом рынке страны. Известно, что в этом году российские компании по итогам предшествующего года выплатили беспрецедентно высокие дивиденды своим акционерам.

По данным Национального рейтингового агентства (НРА), 97 публичных компаний с основным бизнесом в России (акции которых котируются на российской и зарубежных фондовых биржах) выплатили акционерам 3,2 трлн рублей дивидендов, что примерно в два раза больше, чем за предыдущий год («Обзор по дивидендным выплатам за 2013—2018 годы»). Округленно сумма дивидендных выплат в валютном эквиваленте равна 50 млрд долл. США.

В первую десятку компаний по размерам дивидендных выплат попали пять акционерных обществ нефтегазового сектора, четыре компании горно-металлургического сектора и один банк. Кто они? «Газпром», Сбербанк, «Роснефть», «Норильский никель», «Татнефть», «Лукойл», «Газпром нефть», «НЛМК», «Северсталь», «EVRAZ». Если в прошлом году лидером первой десятки был Сбербанк, то в этом в лидеры вырвался «Газпром». Тройка лидеров по размеру выплаченных дивидендов выглядит следующим образом (млрд. руб.): «Газпром» — 393,2; Сбербанк — 361,4; «Роснефть» — 274,6.

В любом учебнике по экономике можно прочитать: чем выше прибыли и дивидендные выплаты компании, тем выше цены ее акций и общая рыночная капитализация. Катализатором роста цен акций «голубых фишек» и фондовых индексов стали не только фактически произведенные дивидендные выплаты, но также анонсированные многими компаниями планы поддерживать и даже наращивать такие выплаты в 2020 году и далее.

Вот, например, картинка по «Газпрому». Выплата компанией дивидендов за 2018 года практически идентична (27%) показателю 2017 года (26,65%). Удвоение дивидендных выплат достигнуто исключительно за счет двукратного увеличения прибыли в 2018 году по сравнению с предыдущим годом. А вот в следующем году, как заявило руководство «Газпрома», на дивиденды будет направлено уже 50% прибыли. И это — на фоне растущих проблем газового гиганта! В этом году происходит снижение цен на газ и сокращение экспорта на всех направлениях, включая Европу и страны ближнего зарубежья. Аналитики «Сбербанк CIB» подсчитали, что «Газпром» завершит нынешний год с кассовым разрывом в 7 млрд. долларов. На такую сумму поступления на счета «Газпрома» превысят расходы.

Но «Газпром» не унывает, т.к. на фоне образовавшихся «кассовых разрывов» происходит рост капитализации «национального достояния» (таково неофициальное название этой государственной компании). Акции ПАО «Газпром» подорожали более чем на 70% (по отношению к ценам начала года) после того, как компания произвела начисление и выплату дивидендов.

Российский фондовый рынок стал очень привлекательным и по меркам индекса MSCI. Это индекс рынков акций стран с развивающейся экономикой, отражающий динамику цен на акции компаний с большой и средней капитализацией из 24 стран. В индекс включены более 830 бумаг, что покрывает 85% от всей капитализации данных рынков. В этом году средний показатель доходности по всем рынкам, учитываемым индексом MSCI, оценивается в 14%. Так вот, аналитики информационного агентства «Блумберг» определили, что из 23 российских компаний, включенных в расчет индекса, 15 имели доходность выше среднего уровня доходности.

И российские, и зарубежные аналитики обращают внимание на то, что несмотря на впечатляющую динамику российских биржевых индексов, фондовый рынок России все еще очень недооценен. В бизнес-изданиях стало появляться все больше публикаций, в которых говорится, что в следующем году индексы могут запросто подрасти еще на 50−60%. А если это произойдет, то там уже рукой будет подать до абсолютного рекорда. Напомню, что пока таковым является индекс РТС, равный 2498,10 п., который был зафиксирован 19 мая 2008 года.

Я упомянул «Газпром» в качестве примера компании, фактически анонсировавшей свои планы своей щедрой дивидендной политики. Примечательно, что аналогичные планы озвучили также государственные банки — «Сбербанк» и ВТБ. Как минимум сохранит в 2020 году долю дивидендных выплат в прибыли «Роснефть», но общий объем выплат должен вырасти, т.к. «Роснефть» ожидает в следующем году резкого увеличения чистой прибыли. За компаниями государственными потянулись гиганты частного сектора экономики, обещая также и относительное, и абсолютное увеличение дивидендных выплат. Все это означает, что «голубые фишки» (и не только они) втягиваются в биржевой марафон. На наших глазах начинается надувание «пузыря» фондового рынка.

Примечательно, что главным инициатором этого биржевого ралли оказывается российское правительство, более конкретно — Минфин. Дело в том, что именно он оказывает давление на государственные компании (и банки), принуждая их к избыточной дивидендной щедрости. Минфин, как отмечают некоторые эксперты, рассчитывает таким способом получить дополнительные доходы в казну.

Я посмотрел данные по структуре доходов государственного бюджета РФ за 2018 год. Оказывается, доходы от участия государства в капитале компаний дали лишь 1,5% всех поступлений в казну. Зачем Минфину добиваться повышения дивидендных платежей в государственную казну, если у нас и без этого профицит бюджета и при этом около 1 триллиона казенных рублей к концу нынешнего года оказываются не освоенными? Фискальная версия не убедительна. Поэтому предлагаю другую версию происходящего.

Во-первых, правительство и Минфин действуют в интересах тех инвесторов, которых можно назвать «нерезидентами». Их в так называемых «государственных» компаниях — без малого половина. Деньги вынимаются из бизнеса ради того, чтобы «накормить» иностранцев. Даже за счет замораживания и сворачивания инвестиционных программ (примеров — более чем достаточно). В конечном счете, такая щедрая дивидендная политика аукнется на каждом гражданине России. Тот же «Газпром» планирует увеличивать дивидендные выплаты и при этом повышать тарифы на природный газ на внутреннем рынке страны.

Во-вторых, власти предпринимают усилия к тому, чтобы надувать пузырь на фондовом рынке в интересах российских и иностранных спекулянтов.

В какой-то момент времени (это может произойти в 2020 или 2021 году) все серьезные спекулянты (имеющие доступ к инсайду) успеют выскочить из игры и уйдут в кэш. А кому могут перепродать свои бумаги спекулянты, которые получат сигнал на выход из игры? Тем, кто таких сигналов по определению получить не может, и кто, наоборот, получает сигналы от власти, что надо продолжать игру на повышение. Это миллионы простых граждан, которых на наших глазах превращают в «инвесторов».

Особенно активно в этом участвуют сегодня такие российские банки, как «Сбербанк», ВТБ, «Тинькофф-банк», «Альфа». Депозитные счета в российских банках дают все меньший процент. Поэтому банкиры, не дожидаясь оттока клиентов из своих организаций, превращаются в биржевых брокеров, перенаправляя деньги клиентов с депозитных счетов на брокерские счета. Т.е. делая наших граждан участниками и заложниками биржевых игр. Еще в прошлом году число брокерских счетов, открытых для физических лиц, составляло менее одного миллиона. Сегодня таких счетов уже 3,5 миллиона. Процесс набирает свои обороты, и достигнет своего апогея к моменту, когда фондовый пузырь, надуваемый при активном содействии властей, лопнет. Не берусь сказать, сколько «физиков» потеряют свои деньги, но думаю, что их число будет измеряться миллионами.

Таким образом, новость о том, что на российской бирже был достигнут «рекорд», меня нисколько не радует, а лишь настораживает. И заставляет лишний раз прийти к устойчивому выводу, что правительство проводит финансовую политику не в интересах российского народа, а в интересах спекулянтов, в первую очередь, иностранных.

https://svpressa.ru/economy/article/251744/

http://reosh.ru/valentin-katasonov-fondovyj-puzyr-lopnet-uzhe-v-sleduyushhem-godu-razoriv-milliony-fizikov.html

14.12.2019 Россия ростовщическая: «Тайна беззакония» в действии

Ваш отец — диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нём истины. Когда говорит он ложь, говорит своё, ибо он — лжец и отец лжи.

(Евангелие от Иоанна 8:44)

Создавайте лишь немного законов, но следите за тем, чтобы они соблюдались.

(Джон Локк, английский философ, 1632–1704)

Я посвятил кучу статей такой теме, как лукавство российских законов. Почти все примеры я строю на анализе вопросов, относящихся к теме денег, кредита и финансов. Лукава и, мягко выражаясь, противоречива Конституция Российской Федерации. Но ещё более лукавы федеральные законы, которые пишутся таким образом, как будто Конституции не существует. Т. е. штампуемые Государственной Думой в больших количествах законы откровенно игнорируют Основной закон Российской Федерации.

Вот лишь один пример. В статье 75 Конституции РФ пункт 2 гласит: «Защита и обеспечение устойчивости рубля — основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти». Любой человек, владеющий русским языком, из данной формулировки может сделать вывод, что Центральный банк Российской Федерации — орган государственной власти (на это указывает слово «других»).

Однако в той же Конституции РФ, где расписаны все три ветви государственной власти (законодательная, исполнительная и судебная), Центральный банк не упоминается. Можно предположить, что это какая-то особая ветвь государственной власти, но текст Конституции оставляет нас наедине с нашими недоуменными вопросами. Прямо по А. С. Пушкину: «Не мышонок, не лягушка, а неведома зверушка». Авторы текста Основного закона явно не желали называть всё своими именами: а именно, что Центральный банк — особая ветвь власти. Причём, судя по всем признакам, власть эта в нашей стране основная (и даже единственная). А все остальные ветви (законодательная, исполнительная и судебная) носят чисто декоративный характер.

Но ещё более бросается в глаза то, что федеральные законы не «бьются» с указанной мною статьей 75 Конституции. В качестве примера можно взять Федеральный закон от 10 июля 2002 года № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» — основной документ, регулирующий деятельность ЦБ РФ. В нем 99 статей, и по каждой второй из них у меня куча вопросов, в том числе вопросов о легитимности содержащихся в них положений с точки зрения Основного закона Российской Федерации.

Чтобы не быть голословным, приведу в качестве примера формулировку части статьи 2 закона: «Государство не отвечает по обязательствам Банка России, а Банк России — по обязательствам государства». Всякий человек, владеющий русским языком, сделает единственно возможное для себя заключение: Банк России не является государственной организацией. И тогда возникает вопрос: а чему верить, статье 75 Конституции РФ или статье 2 Федерального закона о Центробанке? Если можно судить по действиям Центробанка, то он руководствуется то Конституцией, то Федеральным законом — в зависимости от конъюнктуры и для более эффективной реализации целей и задач, очень далеких от интересов России и её народа.

А давайте откроем Гражданский кодекс. Я недавно писал о появлении в этом кодексе нормы, которая якобы призвана ликвидировать в нашей стране такое уродливое явление, как ростовщичество. В июле 2017 года президент подписал закон, который дополнил статью 809 ГК РФ, называемую «Проценты по договору займа», пятый пункт которого гласит следующее:

Размер процентов за пользование займом по договору займа, заключённому между гражданами или между юридическим лицом, не осуществляющим профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов, и заёмщиком-гражданином, в два и более раза превышающий обычно взимаемые в подобных случаях проценты и поэтому являющийся чрезмерно обременительным для должника (ростовщические проценты), может быть уменьшен судом до размера процентов, обычно взимаемых при сравнимых обстоятельствах.

Наши СМИ поспешили окрестить эту норму антиростовщической, так как впервые в законодательстве «демократической» России появилось определение понятия «ростовщические проценты». Видимо, российские журналисты окончательно разучились вдумываться в смысл слов, которые исходят от наших политиков и законодателей. Прошло уже полтора года с момента вступления в силу упомянутого выше так называемого «антиростовщического закона».

Согласно данным Банка России, в третьем квартале нынешнего года средняя процентная ставка по потребительским кредитам коммерческих банков варьировала в диапазоне 22–25% (в зависимости от суммы кредита, сроков и других условий кредитного договора). По потребительским кредитам ломбардов ставка превышала 90%. При том странном определении «ростовщического процента», которое содержится в ГК РФ, при желании можно постепенно наращивать процентные ставки до любого мыслимого и немыслимого уровня. Хоть до 100, хоть до 1000 процентов.

Заслон на пути ростовщичества можно поставить лишь в случае установления конкретного порогового значения процента по кредиту. Но, очевидно, при нынешней власти, обслуживающей интересы денежного капитала, этого произойти не может. Вместо этого нам подсовывают глупое (вернее, рассчитанное на глупых и наивных людей) словосочетание «ростовщические проценты».

Кстати, уж коли мы затронули тему ростовщичества, коснусь вопросов международного права. Оказывается, имеются международные правовые акты, которые запрещают ростовщичество. В качестве примера приведу американскую конвенцию «О правах человека» от 22 ноября 1969 года, которая была подписана 23 из 35 государств, входящих в Организацию американских государств (ОАГ). В статье 21 указанной конвенции, называемой «Право на собственность», имеется такое положение: «Ростовщичество и другие формы эксплуатации человека человеком запрещены законом».

Понятно, что Россия не является членом ОАГ и участником конвенции, на неё указанное положение не распространяется. Но имеются другие международно-правовые документы подобного рода, в которых России следовало бы участвовать. Например, ещё 23 апреля 1964 года вступила в силу Конвенция Международной организации труда (МОТ) под номером 117. Полное название документа: «Конвенция об основных целях и нормах социальной политики». Статья 13 (пункт 2) указанного документа гласит, что государством, подписавшим конвенцию, «принимаются все возможные меры для защиты наёмных работников и независимых производителей от ростовщичества, в частности путём мер, направленных на снижение процентных ставок по займам, контролирования деятельности заимодавцев, поощрения создания условий для предоставления денежных ссуд в соответствующих целях через кредитные кооперативы или через учреждения, контролируемые компетентным органом».

СССР не подписал эту конвенцию по той причине, что оценивал её как «оппортунистическую», недостаточно чётко прописывающую социальные права трудящихся, не обеспечивающую механизмов защиты их от капиталистической эксплуатации, в том числе от ростовщичества.

Российская Федерация уже более четверти века собирается присоединиться к Конвенции № 117. Но, думаю, что при нынешней власти, выражающей интересы денежного капитала, этого не произойдёт. Случайно мне на глаза попался документ под названием «Анализ международных договоров в социально-трудовой сфере на предмет соответствия законодательству Российской Федерации и возможности ратификации». Подписан он неким А. С. Гоголевским, заместителем ректора по международной деятельности Санкт-Петербургского университета, который с 2012 года по совместительству является руководителем Центра экспертиз этого же университета.

Вот лишь один абзац из этого объёмного документа (более 100 страниц), касающийся Конвенции № 117: «Присоединение России к указанной Конвенции не имеет смысла. Российская Федерация, провозгласив себя в статье 7 Конституции Российской Федерации социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, закрепила названные в Конвенции № 117 принципы». Оставляю это заключение без комментариев. Интересно, сколько сребреников получили авторы этого документа от тех, кто заинтересован в увековечивании ростовщичества в России?

А вот ещё один любопытный сюжет. Он касается валютных вопросов. Статья 140 ГК РФ называется «Деньги (валюта)». Она определяет, что «законным платёжным средством, обязательным к приёму по нарицательной стоимости на всей территории Российской Федерации» является рубль. А в отношении иностранной валюты содержится следующая формулировка: «Случаи, порядок и условия использования иностранной валюты на территории Российской Федерации определяются законом или в установленном им порядке». Авторы ГК как бы подчёркивают, что использование иностранной валюты возможно лишь как исключение из правила.

Где мы можем познакомиться с этими исключениями? Прежде всего, в Федеральном законе № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» от 10.12.2003. Более конкретно — в статье 9 «Валютные операции между резидентами» и статье 10 «Валютные операции между нерезидентами». Забавно (и грустно одновременно), что на момент принятия закона в 2003 году в статье 9 было всего 3–4 исключения. А знаете, сколько их имеется на сегодняшний день? Ровно 30. Это лишь один пример того, как положение одного закона выхолащивается путём введения других. Один закон уничтожает другой, причём уничтоженный формально акт не отменяется; создается иллюзия того, что старые нормы продолжают действовать.

Могу показать это на примере того же закона № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» от 10.12.2003. Обратите внимание на то, что в названии закона на первом месте стоит «валютное регулирование». Откроем современную версию закона. И что мы там видим? Статья 7 под названием «Регулирование Правительством Российской Федерации валютных операций движения капитала» — отменена. Статья 8 под названием «Регулирование Центральным банком Российской Федерации валютных операций движения капитала» — отменена. Содержание закона (вернее, само валютное регулирование) исчезло, а оболочка (название) сохраняется. Разве это не обман?

Просматривая российские законы (только в той части, которая относится к деньгам, кредиту и финансам), я почему-то всё время вспоминаю французского политика, экономиста и философа Пьера Жозефа Прудона (1809–1865). В советское время марксистские критики квалифицировали его как мелкобуржуазного социалиста и даже как анархиста. На самом деле он был противником не государства вообще, а государства буржуазного, основанного на лжи и лукавстве. И особенно остро он чувствовал эту ложь в тех законах, которые принимали парламенты (Франции и других буржуазных государств).

В своей наиболее известной работе «Что такое собственность, или Исследование о принципе права и власти» Прудон, в частности, писал: «Закон в полном смысле слова создал право, стоящее вне его компетенции; он реализовал абстракцию, метафору, фикцию, и он не потрудился даже предусмотреть, что из этого выйдет, какие возникнут неудобства, будет ли результат хорош или дурен. Он санкционировал эгоизм, он подтвердил чудовищные претензии, он удовлетворил преступные желания, как будто в его власти было наполнить бездну и насытить ад. Это был закон слепой, закон невежд, закон, не достойный этого имени, слово раздора, лжи и крови. Это он, всё снова и снова воскрешаемый, восстанавливаемый и укрепляемый, подобно палладиуму обществ, усыпил совесть народов, омрачил дух вождей и явился причиной всех народных бедствий. Этот закон был осуждён христианством, но его восстановили невежественные служители последнего, настолько же не склонные изучить природу и человека, насколько не способные понять свое Писание».

Кажется, сегодня до понимания этих простых истин, внятно и ярко изложенных Прудоном более полутора веков назад, дозревают и некоторые наши юристы. Хотя признаться им в этом страшно. Но всё-таки иногда даже у наших юридических «начальников» прорываются ноты отчаяния, признания того, что мы входим в ту эпоху, которую апостол Павел характеризовал словами: «…тайна беззакония уже в действии…» (2 Сол. 2:7).

Вот, например, на ХХ Всемирном Русском Соборе (ноябрь 2016 года) председатель Конституционного суда России Валерий Зорькин сделал следующее признание:

Мы живём в то время, когда право, на которое мы привыкли рассчитывать в последнее время, теряет свой регулятивный потенциал, а правовые конструкции утрачивают былые прочность и надёжность. Нарастает опасность беззакония, вызывающая в памяти слова святого апостола Павла, который на заре эры предостерегал о том, что тайна беззакония уже в действии.

Что ж, приходится признать, что право, юридический закон перестают быть тем удерживающим началом, которое некоторое время хоть как-то охраняло человечество, «консервировало» его от деградации. Как это ни парадоксально, мы входим в ту фазу мировой истории, когда юридический закон становится причиной растущего беззакония. А может быть, таков промысел Божий о человеке? Может быть, нарастающая энтропия «законного беззакония» призвана встряхнуть деградирующее человечество и напомнить ему о том, что в мире есть Высший Законодатель и следовать надо именно Его Законам?

P.S. Тем из православных читателей, кого поднятая мною проблема «законного беззакония» «зацепила», рекомендую прочитать (или перечитать) «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», главу IV «Христианская этика и светское право». Может быть, там они смогут найти подсказку, как себя вести в условиях нынешнего «законного беззакония».

https://tsargrad.tv/articles/rossija-rostovshhicheskaja-tajna-bezzakonija-v-dejstvii_230324

http://reosh.ru/valentin-katasonov-rossiya-rostovshhicheskaya-tajna-bezzakoniya-v-dejstvii.html

13.12.2019 «Труба» скоро перестанет кормить Россию

Фото: Дмитрий Рогулин/ТАСС

Новую экономику правительство создать не смогло, а запасы на «бензоколонке» скоро кончатся

Уже более четверти века Россию уничижительно называют «экономикой трубы». Увы, это действительно так, поскольку единый народнохозяйственный комплекс страны, созданный в Советском Союзе и обеспечивавший ей экономическую независимость, развалился. Решающую роль в экономике Российской Федерации стали играть добыча и экспорт углеводородов (нефти и природного газа). В отдельные годы (например, 2013 и 2014 гг.) доля нефтегазовых доходов в бюджете Российской Федерации превышала половину всех поступлений. А в бюджете 2019 года она составляет, согласно официальным данным, 41%.

На протяжении четверти века во властных структурах велись непрерывные разговоры о необходимости «структурных реформ», «импортозамещения», «диверсификации» российской экономики, снижении ее зависимости от экспорта нефти и природного газа. Однако это была непрерывная безответственная болтовня. Так, в 2000 году экспорт сырой нефти составлял 144,4 млн. т, а по итогам 2018 года он уже был равен 260,6 млн. т (увеличение за период — в 1,8 раза). Экспорт природного газа составил за указанные годы, соответственно, 193,9 млрд. и 220,6 млрд. куб. м (прирост на 14 процентов). К этому можно еще добавить экспорт нефтепродуктов, который в 2000 году равнялся 62,6 млн. т, а в 2018 году достиг величины 150,3 млн. т (рост в 2,4 раза). В конце прошлого десятилетия Россия вышла также на мировой рынок со сжиженным газом. В 2009 году его экспорт составил 8,4 млн. куб. м, а в 2018 году — 36,7 млн. куб. м (увеличение в 4,4 раза).

Руководство страны постепенно стало привыкать к тому, что Россия — «экономика трубы». Вроде бы даже и ничего страшного. В порядке оправдания приводят пример Норвегии, которую тоже можно назвать «экономикой трубы»: доля углеводородов в экспорте этой страны составляет 2/3. А между тем, величина ВВП в расчете на душу населения у нее одна из самых высоких в Европе.

Почти каждый год власти рапортуют о том, что макроэкономическая ситуация в стране стабильная, особого экономического роста нет, но зато нет и кризисных обвалов (обвал российского рубля ровно пять лет назад — в декабре 2014 года — лишь «неприятное исключение»). И предметом особой гордости является рост золотовалютных резервов страны. На начало 2003 года они были равны 76,93 млрд долл., на начало 2014 года — уже 509,59 млрд долл. Последние данные Банка России на 1 ноября 2019 года — 540,92 млрд долл.

В прошлом году Россия занимала пятое место по показателю золотовалютных резервов в мире (после Китая, Японии, Швейцарии и Саудовской Аравии). При этом мы все прекрасно понимаем, что международные резервы России представляют собой преимущественно накопление валюты, заработанной на мировом рынке нефти и природного газа.

Наверху уже даже перестали говорить о необходимости «структурных реформ» и «импортозамещения». А майский указ президента акцентирует внимание не на перестройке структуры экономики, а на темпах экономического развития («догнать и перегнать» Германию и стать «пятой экономикой мира»). А также на решении ряда конкретных проблем (национальные проекты по направлениям: демография, образование, наука, культура, цифровизация экономики, автомобильные дороги, экология, жилье и др.). Разработчики президентского указа и последующих правительственных документов, касающихся национальных проектов, исходили из предположения, что все экономические и социальные проблемы страны, в конечном счете, будут решаться за счет нефтедолларов.

Но уже в первый (т.е. нынешний) год реализации решений майского указа президента стало очевидным, что «трубы» уже недостаточно для выполнения национальных проектов. Скоро она перестанет быть опорой российской экономики и российского государства. А никаких других опор власть не видит. И это начинает создавать в верхах с трудом скрываемую панику.

Так почему же российской «экономике трубы» скоро настанет «труба»? Причин две. Одна внутренняя. Другая внешняя.

Внутренняя заключается в том, что ресурсная база добычи углеводородов в России близка к своему исчерпанию. Напомню, что в 2013 году Минприроды опубликовал бывшие ранее секретными данные о доказанных запасах углеводородов в России. По нефти была названа цифра 17,8 млрд. тонн. Шестое место в мире по запасам нефти. Вроде бы, можно было жить безбедно еще, по крайней мере, 35 лет (если исходить из годовой добычи в объеме 500 млн. тонн).

Однако состояние эйфории и спокойствия продолжалось не очень долго. «Момент истины» наступил ровно год назад, когда в декабре 2018 года премьер-министр Дмитрий Медведев утвердил документ под названием «Стратегия развития минерально-сырьевой базы РФ до 2035 года», который стал достоянием общественности.

В документе даны «скорректированные» цифры, которые показывают, что значительная часть «доказанных» запасов является нерентабельной для добычи при нынешнем уровне цен на мировом рынке. «Сливок» осталось очень немного. Из документа вытекает, что у России есть около 7 лет для того, чтобы поддерживать добычу «черного золота» на нынешнем уровне (555,8 млн. т в 2018 году). А дальше начнется быстрое снижение добычи. Согласно «Стратегии…», в 2035 году добыча может составить лишь 310 млн. т. И то при условии, что цена на нефть будет не ниже нынешнего уровня. А в этом, как раз, нет никакой уверенности.

И тут мы переходим к внешним причинам. По мнению многих экспертов, нынешняя мировая энергетика, базирующаяся на углеводородных энергоносителях, доживает свои последние годы. Нет, конечно, она не исчезнет окончательно. Но с ней может произойти то, что в ХХ веке произошло с угольной энергетикой, которая была доминирующей на протяжении второй половины XIX в. и в первые десятилетия ХХ века. Угольная энергетика не исчезла и сегодня.

В мире и сегодня добывается впечатляющее количество угля — около 7,5 млрд. тонн. (Россия занимает пятое место в мире — после Китая, Индии, США, Австралии, Индонезии). Но если в середине ХХ века доля угля в мировом энергобалансе составляла примерно 60%, то сегодня она упала до 27%. А без малого 60% в мировом энергобалансе сегодня приходится на нефть и природный газ. И, видимо, сегодня мировая энергетика, базирующаяся на нефти и природном газе, достигла того же пикового состояния, какое занимала угольная энергетика в середине ХХ века.

На нефтегазовую энергетику уже сегодня оказывает сильное давление так называемая «возобновляемая энергетика» (биотопливо, солнечная, ветровая, приливная, базирующаяся на использовании тепла недр Земли и др.). Ее еще называют «зеленой энергетикой» (подчеркивая тем самым, что она не разрушает окружающую среду). На нее сегодня в мировом энергобалансе приходится почти 4%. А ведь в конце прошлого десятилетия было всего около 1%.

В целом ряде стран себестоимость производства «зеленой» энергии либо уже сравнялась с традиционными источниками. Выдавливание традиционной углеводородной энергетики будет, вероятно, существенно стимулироваться «климатическими играми» в мире. Я имею в виду Парижскую конвенцию по климату, требующую от стран снижения выбросов парниковых газов (в первую очередь, углекислого газа).

Еще около 4% приходится на атомную энергию. На протяжении последних десятилетий развитие ядерной энергетики искусственно сдерживалось углеводородным лобби. Для такого сдерживания в обществе формировались «ядерные фобии» (всяческое преувеличение рисков катастроф на АЭС).

Прогнозы Международного энергетического агентства (МЭА) показывают, что углеводородные энергоносители будут постепенно замещаться возобновляемой и ядерной энергетикой (в совокупности их называют «альтернативной энергетикой»). Скорость замещения зависит о внедрения новых технологий в сфере альтернативной энергетики. Но в еще большей мере перспективы альтернативной энергетики будут зависеть от ситуации на мировых рынках углеводородов.

Принцип здесь предельно простой: чем выше будут цены на нефть и природный газ, тем больше перспектив у альтернативной энергетики. Одни виды альтернативной энергетики могут развиваться при цене на черное золото в 40 долларов за баррель, другие при цене — 60 долларов. А при цене 80 долларов «оживают» практически все виды альтернативой энергетики.

С 2016 года Россия присоединилась к организации ОПЕК, возникло объединение ОПЕК+. В нем тон задает Саудовская Аравия, которая убеждает всех своих партнеров добиваться повышения цены на «черное золото» до 80 долларов за баррель. Эр-Рияд ссылается на то, что, мол, это минимальная цена, при которой он может сбалансировать свой бюджет. Страны-участницы ОПЕК+ снижают добычу и пытаются поднимать цены. Тем самым они рубят сук, на котором сидят.

Уже сейчас они стимулируют добычу сланцевой нефти в США и других странах, которые находятся за пределами объединения ОПЕК+. Пройдет еще десяток-другой лет, и на мировом рынке появятся мощные поставщики сравнительного дешевого биотоплива, а электричество, производимое на основе термояда, будет столь дешевым, что автомобиль с бензиновым двигателем можно будет увидеть лишь в каком-нибудь музее. Автомобили будут бегать на биотопливе, дешевом электричестве или еще каком-нибудь экзотическом энергоносителе, о котором мы можем сегодня даже не подозревать.

Нынешние телодвижения стран, входящих в объединение ОПЕК+, очень напоминает то, что на мировом рынке нефти происходило в первой половине 1980-х годов. Тогда ОПЕК во главе с Саудовской Аравией снижала добычу и экспорт «черного золота» для удержания цены на планке 30 долларов за баррель. Особенно пришлось «постараться» Саудовской Аравии: ее доля в мировом экспорте «черного золота» упала с 17,6% в 1981 году до 7,1% в 1985 году. Саудовская Аравия загнала себя в угол: высокие цены на нефть не смогли компенсировать потери Эр-Рияда от сокращения экспорта «черного золота».

В конце 1985 года Саудовская Аравия начала наращивать экспорт нефти, заливать рынок «черным золотом». Конечно, произошло падение цен на нефть, причем резкое. В 1986 году они были почти на уровне 10 долларов. Эр-Рияд понес новые убытки. Но самый сильный удар был нанесен по экономике СССР, которая после мирового энергетического кризиса 1973 года «подсела» на «иглу» нефтедолларов. Громадные убытки, которые понесла наша страна от пересыхания притока нефтедолларов, дополнились убытками, вызванными катастрофой на Чернобыльской АЭС (апрель 1986 года).

Говорят, что Эр-Рияд неправильно выстроил в 1981—1986 гг. свою нефтяную политику (и политику всей ОПЕК). Думаю, что это был не «просчет» Эр-Рияда, а тщательно спланированная Соединенными Штатами операция по нанесению удара по советской экономике с помощью нефтяного оружия (а Саудовская Аравия выступала в этой игре как вассал и орудие Вашингтона). Напомню, что из-за отсутствия притока нефтедолларов Советский Союз вынужден был тратить свои валютные резервы. К началу 1991 года они были практически исчерпаны. Ровно 38 лет назад, 6 декабря 1991 года ВЭБ объявил мораторий на все международные платежи. Фактически это был суверенный дефолт Советского Союза.

А теперь возвратимся к сегодняшней России с ее «экономикой трубы». Сочетание внутренних причин (истощение сырьевой базы) и внешних причин (появление в мировой экономике новых видов дешевой энергии) приведет к тому, что Россия, в конце концов, потеряет даже «трубу». Причем Москва приближает этот момент не только своим бездействием (никаких масштабных работ по разведыванию новых месторождений углеводородов уже давно не ведется), но и своими активными действиями. Я имею в виду то, что Россия с 2016 году участвует в соглашении ОПЕК+.

Тогда планировали за полгода убрать с рынка излишки нефти. Однако уже будет четыре года, как соглашение ОПЕК+ действует. С 2016 года добыча в рамках ОПЕК упала с 32,4 млн. баррелей в день до планки ниже 30 млн. Из этого сокращения половина приходится на Саудовскую Аравию (с 11,0 млн. до 9,8 млн. баррелей). А спрос за это же время вырос на 5 млн. баррелей в сутки. Страны ОПЕК ну успевают освобождать рынок для стран, не участвующих в соглашении ОПЕК+. А главным бенефициаром этой сделки оказываются США, занимающие освобождающие освобождающиеся ниши мирового рынка нефти. Кое-что достается и другим странам, например, Бразилии и Норвегии.

Откровенная игра в поддавки. Справедливости ради следует отметить, что Россия согласилась играть в поддавки, но правила игры нарушает. Она не выполняет своих обязательств по снижению квот, кормит Эр-Рияд и других участников соглашения ОПЕК+ обещаниями.

В минувшую пятницу, 6 декабря, в Вене завершился очередной саммит ОПЕК+, на котором министры 24 стран-экспортеров «черного золота» приняли решение сократить добычу нефти еще на 500 тысяч баррелей в сутки. Министр энергетики России Александр Новак это решение поддержал. Совершенно очевидно, что пролонгация соглашения ОПЕК+ лишь оттягивает наступление примерно такой ситуации, с какой столкнулся нефтяной экспорт Советского Союза в 1986 году.

Видимо, единственно правильной линией поведения для России, если она желает избежать резкого обвала своих позиций в мировой экономике, является немедленная перестройка ее экономики. Подобно тому, как это, например, планирует Саудовская Аравия. Она, как известно, сегодня проводит первичное размещение акций своей компании Saudi Aramco и планирует получить от IPO без малого 26 млрд долл. Руководство Саудовской Аравии заявляет, что собранные деньги собирается инвестировать в альтернативные нефтедобыче отрасли с учетом того, что завершение «века нефти» уже не за горами. В стране уже действует программа «Видение», которая предполагает снижение зависимости Саудовской Аравии от нефти и создание диверсифицированной экономики до 2030 года.

Что-то не видно, чтобы в России была подобная программа (хотя бы готовилась). А времени на раскачу не остается. Помню, в начале нынешнего года председатель комитета Государственной Думы по энергетике Павел Завальный забил тревогу: «Мы должны максимально сейчас постараться добыть все, что у нас есть, и продать. Потому что потом это никому не будет нужно».

Он имел в виду под «всем» разведанные и рентабельны для добычи месторождения углеводородов, особенно нефти. И тут я с ним полностью согласен. Сегодня это еще имеет смысл, а завтра все наши запасы обесценятся и станут нерентабельными для добычи. Мы лишимся той углеводородной ренты, которая была дана России Богом. Но продать это «все» можно по-разному.

Можно полученные нефтедоллары отправлять в офшоры, на счета российских бенефициаров — олигархов и чиновников-клептоманов (кстати, в уходящем году очень много признаков того, что именно так до сих пор происходит продажа российских углеводородов за рубеж).

А можно в оставшиеся годы благоприятной ценовой конъюнктуры направить валютную выручку на создание диверсифицированного национального хозяйства с упором на отрасли реального сектора экономики. Кстати, это и имел в виду Павел Завальный, который свою фразу закончил словами: «нужно успеть перестроить экономику и страну, чтобы подготовиться к будущему». В этой связи мне почему-то вспомнились слова И.В. Сталина, сказанные на первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности 4 февраля 1931 г.: «Мы отстали от передовых стран на 50−100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут». Эти слова адресованы прямо нам. У сегодняшней России по любым меркам сегодня осталось не более десяти лет.

Не сумеем воспользоваться дарованной нам углеводородной рентой — нас сомнут.

https://svpressa.ru/economy/article/251421/

http://reosh.ru/valentin-katasonov-truba-skoro-perestanet-kormit-rossiyu.html

08.12.2019 Россия ростовщическая. Имитация борьбы с процентным лихоимством

Фото: create jobs 51 / Shutterstock.com

Полтора года назад в силу вступил закон о запрете «ростовщических процентов»

Язычники могли заключить на основании разума, что ростовщик есть четырежды вор и убийца. Мы же, христиане, так их почитаем, что чуть не молимся на них ради их денег…

Мартин Лютер

Российская Федерация родилась на белый свет сразу же как государство ростовщического капитализма. Уже к концу 1992 года в РФ было зарегистрировано более 2000 банков. Такого количества кредитных организаций в государстве Российском никогда не было. В царской России до революции число коммерческих банков составляло всего около полусотни. В советское время в эпоху НЭПа (1920-е годы) их количество исчислялось несколькими десятками. А в последующие годы – вплоть до развала СССР – число банков не превышало десятка (каждый из них был специализированным и занимал свою нишу).

Но дело не только в количестве банковских организаций, а в том, что банки «демократической» России с места в карьер бросились заниматься ростовщичеством. При этом Центробанк Российской Федерации не стал исключением. Более того, именно он и стал инициатором установления запредельных процентных ставок.

В первые три месяца своей деятельности (до начала апреля 1992 года) Банк России установил ставку рефинансирования (аналог нынешней ключевой ставки) на уровне 20%. Далее началась стремительная ее эскалация – до 80% в мае 1992 года и до 180% – в сентябре 1993 года. А далее в отдельные моменты она поднималась даже до 200% и выше. Естественно, что процентные ставки по кредитам коммерческих банков были ещё выше. Не были редкостью кредиты даже под 500% годовых.

Всё это выглядело полной дикостью на фоне кредитов, которые выдавались Госбанком СССР и Промстройбанком СССР предприятиям разных отраслей экономики. Годовые процентные ставки в подавляющем большинстве случаев находились в диапазоне от 1 до 2%. В дореволюционной России ставки по кредитам коммерческих банков обычно выражались однозначными числами, пересечение планки в 10% было крайне редким событием.

Полагаю, что ростовщический беспредел 1990-х не был просто некоей неуправляемой стихией. Не исключаю, что некоторые из тех «реформаторов», которые сознательно разрушали советскую модель экономики и общества, были знакомы с трудами основоположника марксизма. А Карл Маркс писал по поводу революционной роли ростовщичества:

…ростовщичество оказывает революционизирующее действие лишь в том отношении, что оно разрушает и уничтожает те формы собственности, на прочном базисе и непрерывном воспроизводстве которых в одной и той же форме покоится политический строй

(К. Маркс. Капитал. Том 3. Глава 36).

К концу 1990-х годов наше общество стало немного приходить в себя от шоковой терапии и рыночных «реформ». Со стороны оппозиции стали раздаваться призывы пересмотра итогов «спецоперации» Гайдара и Чубайса под названием «приватизация и акционирование», а также принятия срочных мер по наведению порядка в экономике. В том числе в сфере денежно-кредитных отношений. Особой критике стала подвергаться практика неприкрытого ростовщичества, поощряемая Центробанком и правительством.

Я помню, что ещё в конце 1990-х годов в Государственной думе по инициативе депутата М. И. Глущенко (фракция ЛДПР) началась подготовка законопроекта, который получил название «О внесении статьи 158-1 «Ростовщичество» в Уголовный кодекс РФ». Документ был короткий, в нём было предложено следующее определение ростовщичества:

…взимание процента за данные взаймы деньги, кредит или имущество в размере, превышающем три процента от суммы займа, кредита, оцененного имущества, или удержание единовременного вознаграждения из полученной суммы или иного вознаграждения из получаемой суммы более трех процентов, или установление пени и неустойки за просрочку платежа по займу, кредиту или в иной скрытой форме платежа.

И в зависимости от обстоятельств устанавливались такие виды наказания, как лишение свободы (до двух лет), исправительные работы, конфискация имущества.

Три года законопроект блокировался. А в начале 2003 года наконец был вынесен на обсуждение. На депутатов оказывалось сильнейшее давление. Примечательно, что за закон проголосовали 142 депутата, а воздержались 293, или 65% всех «народных избранников». Инициатива была окончательно похоронена.

Позднее (с 2012 года) группа депутатов от разных фракций стала пытаться внести дополнения в Гражданский кодекс РФ, а именно дать определение ростовщичества и установить запрет на ростовщичество при сделках ссуды и займа. Не прошло и пяти лет, и вот в середине 2017 года в ГК РФ в статье 809 «Проценты по договору займа» наконец впервые появилось упоминание о ростовщичестве.

Данная статья была дополнена пятым пунктом, в котором говорится следующее:

Специалисты и журналисты данную добавку к статье 809 ГК РФ окрестили «Законом о запрете «ростовщических процентов»». Тогда же (в июле 2017 года) президент В. В. Путин подписал этот закон, а вступление в силу произошло с 1 июня 2018 года. Помню некоторую эйфорию общественности по поводу законодательной новации в 2017–2018 гг. Где-то в СМИ даже мелькнула статья с броским заголовком «Власть начинает крестовый поход против ростовщичества».

На данный момент закон о запрете «ростовщических процентов» действует уже полтора года. Следовательно, можно уже подвести некоторые предварительные итоги. В этом нам поможет информация, которая размещается на сайте Банка России на странице, которая называется «Информация о среднерыночных значениях полной стоимости потребительского кредита (займа)». Там можно найти данные о реальных процентных ставках по кредитам (т. е. номинальные, прописанные в договоре, плюс к этому дополнительные расходы в виде страхования, комиссионных платежей и т. п.).

Данные даются на квартальной основе по пяти основным категориям кредиторов: коммерческие банки; микрофинансовые организации; кредитные потребительские кооперативы; сельскохозяйственные кредитные потребительские кооперативы; ломбарды. Последнее обновление на сайте по данному виду информации производилось 15 ноября. Свежая информация отражает ситуацию за 3-й квартал 2019 года. На сайте отмечается, что данные по стоимости кредитов за указанный квартал рекомендуется учитывать при заключении кредитных сделок в 1-м квартале следующего, 2020 года.

Чтобы не утомлять читателя обилием цифр, приведу данные лишь по некоторым видам кредитов (они дифференцированы не только по видам кредитных организаций, но также по суммам кредитов, срокам, обеспечению и др.). При этом параллельно с данными о полной стоимости кредита за 3-й квартал 2019 года я дополню информацией за 2-й квартал 2018 года. Зачем?

Дело в том, что закон о запрете «ростовщических процентов», как я отметил, вступил в силу в середине (точнее, 1 июня) 2018 года. То есть кредитные организации уже в 3-м квартале 2018 года должны были выдавать ссуды с учётом упомянутого закона и ориентироваться на показатели предыдущего, 2-го квартала 2018 года, который можно рассматривать как «базу». Уж тем более в 3-м квартале 2019 года следовало бы ожидать серьёзного понижения процентных ставок по сравнению с «базой».

Вот сравнения средних реальных процентных ставок (первый показатель – «база»; второй – 3-й квартал 2019 года).

Автокредиты коммерческих банков (КБ) – 18,57; 18,10
Потребительские кредиты КБ до 30 тыс. руб. – 21,22; 21,82
Потребительские кредиты КБ от 30 до 300 тыс. руб. – 21,79; 22,28
Потребительские кредиты КБ свыше 300 тыс. руб. – 25,51; 21,81
Потребительские кредиты микрофинансовых организаций (МФО) с обеспечением в виде залога – 76,30; 77,90
Потребительские кредиты микрофинансовых организаций (МФО) без обеспечения до 30 тыс. руб. на срок до 30 дней – 631,34; 350,35
Потребительские кредиты микрофинансовых организаций (МФО) без обеспечения до 30 тыс. руб. на срок до 31–60 дней – 300,69; 297,51
Потребительские кредиты микрофинансовых организаций (МФО) без обеспечения до 30 тыс. руб. на срок 61–180 дней – 235,91; 267,64
Потребительские кредиты микрофинансовых организаций (МФО) без обеспечения до 30 тыс. руб. на срок 181–365 дней – 148,63; 137,48
Потребительские кредиты ломбардов – 118,28; 107,29.

Наиболее пытливые читатели могут продолжить сравнительный анализ, обратившись к данным Банка России по ссылке. Самое заметное снижение полной стоимости кредитов произошло по позиции потребительских кредитов микрофинансовых организаций (МФО) без обеспечения до 30 тыс. руб. на срок до 30 дней – с 631 до 350 процентов.

Некоторый прогресс в деле снижения процентных ставок по кредитам МФО был достигнут благодаря принятому в конце прошлого года Федеральному закону от 27.12.2018 № 554-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О потребительском кредите (займе)» и Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях»».

Указанный закон снизил для МФО предельную ставку с 2% в день до 1,5% с начала 2019 года, а затем до 1,0% (с середины текущего года). Но даже с учётом произведённых снижений процентных ставок МФО надо иметь очень богатое воображение, чтобы сказать, что нынешние процентные ставки перестали быть ростовщическими. Можно припомнить старуху-процентщицу из «Преступления и наказания» Ф. М. Достоевского, которая «процентов по пяти и даже по семи берёт в месяц». У нас ей сегодня было бы дозволено брать до 30 процентов.

По многим позициям кредитных сделок за прошедшие полтора года никаких зримых изменений не произошло. Как занимались наши коммерческие банки, МФО, кредитные кооперативы и ломбарды ростовщичеством, так они и продолжают этим промышлять на излёте 2019 года. Современное российское ростовщичество имеет полный иммунитет от уголовных и иных наказаний.

А вот в Российской империи, напомню, ростовщичество каралось очень строго. А главное – были установлены очень чёткие критерии, что считать ростовщичеством. Можно напомнить Указ Императрицы Елизаветы от 13 мая 1754 г. «Об учреждении Государственного Заёмного банка, о порядке выдачи из оного денег и о наказании ростовщиков». Предельная ставка по займу определялась в 6%.

А ежели кто впредь дерзнёт брать более шести процентов, и в том изобличены будут, у таковых те данные от них в заём деньги останутся у заёмщика, а для казны всё их имение конфисковать,

– гласил указ. С 1786 года этот максимум понижен до 5%, а в 1808 году опять установлен в 6%.

Указанная норма действовала до 1879 года, когда Александр II отменил её, постановив, что проценты по займам устанавливаются по взаимному соглашению сторон. Здесь, видимо, он скопировал законы Англии и ряда других европейских стран, которые в XIX веке отменили потолочные значения процентной ставки. Однако в России этот «процентный либерализм» оказал очень разрушительное действие на общество и экономику.

24 мая 1893 года был принят новый закон о ростовщичестве (полное название – «Закон о преследовании ростовщических действий»), который восстановил ограничения. В качестве предельной была установлена ставка в 12%. Уголовное уложение 1903 года достаточно подробно определило наказания за ростовщическую деятельность (статья 608 «Виновный в ссуде капитала в чрезмерный рост»).

Преемственность уголовных норм о ростовщичестве Российской империи сохранилась и в уголовном законодательстве советского государства.

Уголовный кодекс РСФСР 1922 года относил ростовщичество к имущественным преступлениям. Статья 193 кодекса гласила:

Ростовщичество, то есть взимание в виде промысла за данные взаймы деньги процентов сверх дозволенных законом или предоставление в пользование орудий производства, скота, полевых, огородных или посевных семян за вознаграждение в размере, явно превышающем обычную для данной местности норму, с использованием нужды или крайне стеснённого положения получающего ссуду, – карается принудительными работами на срок до 1 года или лишением свободы на тот же срок с конфискацией части имущества или без таковой.

Кредитная реформа, проведённая в СССР в начале 1930-х годов, ликвидировала питательную почву ростовщичества, что привело к естественному исчезновению антиростовщических норм из советского права.

Но таких антиростовщических норм нет и в российском праве, несмотря на бурное развитие различных форм кредитования. Нет их, по сути, и в принятом у нас в 2017 году распиаренном законе о запрете «ростовщических процентов». «Ростовщическим» в этом законе определяется процент, «в два и более раза превышающий обычно взимаемые в подобных случаях проценты». То есть получается, что те значения реальной стоимости кредитов, которые были зафиксированы во 2-м квартале 2018 года и которые мы назвали «базой», можно считать «нормой». Можно, например, считать «нормой» процентные ставки по потребительским кредитам коммерческих банков в размере 21–25%. Или, например, процентные ставки по потребительским кредитам ломбардов в размере 118%. И, отталкиваясь от этой «базы», коммерческие банки во второй половине прошлого года могли поднять свои процентные ставки до 40–45% без риска быть обвинёнными в ростовщичестве. А ломбарды могли смело поднимать проценты до планки 200. Не исключаю, что некоторые банки и некоторые ломбарды такой возможностью могли воспользоваться.

Думаю, что подобного рода «процентный релятивизм» статьи 809 ГК РФ является не более чем имитацией борьбы с ростовщичеством. Ступенчато приращивая в каждом следующем квартале процентные ставки и при этом не нарушая статью 809 ГК РФ, кредиты банков теоретически можно поднять до любого процента – хоть до 100, хоть до 1000.

Реальный заслон этому уродливому и опасному для России явлению можно поставить лишь путём определения конкретного значения максимально допустимой процентной ставки для коммерческих банков и всех других кредитных организаций. Напомню, что законы о предельной ставке кредита действуют во многих странах. Например, в США предельные кредитные ставки для банков устанавливаются законами отдельных штатов. В Канаде максимальная ставка – 60%. А в Японии превышение 20% грозит уголовной ответственностью. Там же установлена предельная ставка по кредитам ломбардов – 9% в месяц.

Но я бы предпочёл опираться на опыт собственной страны: взять пример с мудрой Императрицы Елизаветы Петровны, которая в далёком 1754 году издала указ о «наказании ростовщиков» и установила чёткий предел их аппетитам.

https://tsargrad.tv/articles/rossija-rostovshhicheskaja-imitacija-borby-s-procentnym-lihoimstvom_229168

http://reosh.ru/valentin-katasonov-rossiya-rostovshhicheskaya-imitaciya-borby-s-procentnym-lixoimstvom.html

06.12.2019 США все же решились окончательно утопить экономику России

Фото: Christian Ohde/imago stock&people/Global Look Press

Кремль бодрится, но не в силах скрыть панику перед грядущими «адскими санкциями» Вашингтона

Похоже, Вашингтон все же вводит отложенные было Трампом «адские санкции» против России. Только что стало известно, что в верхней палате Конгресса США решили реанимировать проект DASKA. В комитете Сената по международным делам состоялись слушания, посвященные Российской Федерации с участием Дэвида Хэйла, заместителя руководителя Госдепа по политическим вопросам.

Ответственный чиновник внешнеполитического ведомства представил деятельность России на международной арене в очень устрашающих красках. Мол, Москва везде сует свой нос — в Сирии, Венесуэле, Северной Корее, на Украине и т. п. Более того, она, мол, в очередной раз собирается вмешаться в выборы президента США 2020 года. Да и вообще пытается дестабилизировать ситуацию в Америке через СМИ и путем проведения кибератак на стратегически важные объекты.

Затем Хэйл от обзора международной деятельности России перешел к описанию внутренней ситуации в нашей стране: «Все это происходит при сокращении населения, слабой промышленной базе — то есть в условиях, когда следовало бы сфокусироваться на внутренних проблемах».

Логика чиновника понятна: он намекнул на то, что Россию следует «дожать». А для этого надо запустить подготовленные еще в начале года «адские санкции». Несколько освеженная версия проекта DASKA, как сообщило агентство Блумберг, будет рассмотрена Сенатом на следующей неделе. На 11 декабря запланировано голосование по документу.

Между тем, в стремительном потоке новостей мы уже стали забывать, что в феврале-марте нынешнего года американские парламентарии готовили в отношении России акцию под кодовым названием «Адские санкции».

Сами авторы документа (демократ Боб Менендес и республиканец Линдси Грэм) заранее устрашающе назвали его «законопроектом из ада». Подчеркивая, что это самый жесткий из когда-либо примененных за океаном наборов санкционных мер.

В феврале 2019 года Конгресс США опубликовал соответствующий законопроект. Официальное название документа — Defending American Security from Kremlin Aggression Act — DASKA («О защите американской безопасности от агрессии Кремля»). Это была обновленная версия законопроекта, подготовленного сенаторами еще в августе 2018 года.

DASKA предусматривал меры против инвестиций в российские проекты в области сжиженного природного газа за пределами страны. По удар попали также проекты по разработке месторождений сырой нефти в России. Под запрет должны были попасть инвестиции американских компаний от 1 млн долл. или от 5 млн долл. суммарно за год в любых нефтяных проектах в России.

Но самая «адская» санкция в DASKA — запрет на сделки с новым суверенным долгом России со сроком погашения более 14 дней. Законопроект устанавливал запреты на приобретение долговых бумаг Российской Федерации, номинированных в иностранной валюте. На рублевые займы запрет не распространялся.

Были предусмотрены и некоторые другие санкционные меры. В «черные списки» могли попасть российские банки, причастные к вмешательству в политические выборы в США. Со всеми отсюда вытекающими для них последствиями (закрытие корсчетов в американских банках, блокирование долларовых транзакций). Прежде всего, под прицелом оказывались российские банки с участием государства. Также устанавливался запрет на внешние займы Центрального банка Российской Федерации.

Тема «адских санкций» активно обсуждалась как в американских, так и российских СМИ. Однако в марте в прохождении законопроекта возникла пауза, он так и не стал действующим законом. А президент Трамп в очередной раз продлил пакет ранее действовавших санкций. Тем не менее, власти России прекрасно уловили, что законопроект DASKA не умер, а лишь возникла пауза. И по этой причине активизировали свои усилия как на направлении реализации нефтегазовых проектов, так и на направлении размещения государственных займов. Остановлюсь подробнее на втором.

В то время, как Конгресс США готовил для России «адские санкции», Минфин России готовил масштабные размещения евробондов. И в марте произошло размещение этих бумаг на 3 млрд долларов и на 750 млн евро. В июне Минфин дополнительно разместил два выпуска евробондов на общую сумму 2,5 млрд долл. Все бумаги выкупили иностранные инвесторы: больше половины из них из Великобритании, немногим менее 30% — из США, остальные — из континентальной Европы и Азии.

Таким образом, еще до середины текущего года годовой план по внешним займам уже был перевыполнен более чем вдвое. Каким это образом Минфин может «перевыполнять» план по внешним займам, если закон устанавливает лимит? Как разъяснял министр финансов Антон Силуанов, его ведомство рассчитывает не превысить общий годовой лимит заимствований за счет сокращения сумм займов на внутреннем рынке. Плюс к этому пришлось напрячь «народных избранников», заставив их вносить поправки в законодательство по части повышения потолка заимствований.

Итак, одна лишь угроза «адских санкций» оказалась очень действенным стимулом для наращивания Минфином России внешних (валютных) заимствований. По его данным, на 1 марта текущего года государственный внешний долг РФ составлял 47.557,7 млн долл., в том числе государственные гарантии по внешним заимствованиям — 11.493,9 млн долл. На 1 ноября текущего года цифры были равны соответственно 53.935,7 млн. и 12.331,2 млн долл. Таким образом, чистый (без учета гарантий) государственный внешний долг вырос с 36.063,8 млн. до 41.604,5 млн долл. Прирост чистого долга государства за 9 месяцев составил 5,54 млрд долл., или 15,4%.

С моей точки зрения, бурная деятельность Минфина по размещению новых валютных займов в текущем году выглядит крайне странно. Она особенно иррациональна на фоне непрерывного роста «валютной кубышки» под названием Фонд национального благосостояния (ФНБ), который находится в ведении Минфина. За период с начала марта по начало ноября 2019 года (за 9 месяцев) величина средств Фонда выросла более чем в два раза — с 59,13 до 124,46 млрд долл., т. е. на 65,33 млрд долл. Уже в течение нескольких месяцев величина Фонда превышает 7% ВВП. Его, согласно российскому законодательству, следует «распечатывать» и использовать. До сих пор ведутся дискуссии, как использовать валюту фонда. Ни Минфин, ни правительство оказались не готовы к этому событию («распечатывание» Фонда).

Вот и внешние валютные заимствования, активно проводившиеся с того момента, когда Россию припугнули «адскими санкциями», выглядят как безусловная рефлексия российской власти. Они продемонстрировали отсутствие какой-то продуманной долгосрочной стратегии противостояния той экономической войне, которую нам объявил Вашингтон пять с половиной лет назад. А это еще более провоцирует Вашингтон на то, чтобы продолжить дожимать Москву с помощью санкций.

Еще раз напомню, что DASKA задуман как оружие для удара по четырем основным целям в российской экономике: госбанкам, суверенному долгу, энергетическому сектору и ЦБ. Обновленная версия законопроекта предусматривает запрет на размещение суверенного долга не только в виде валютных евробондов, но также и рублевых бумаг. По данным ЦБ, нерезиденты в таких бумагах в настоящее время держат 44 млрд долларов.

Кроме того, предлагается ввести ограничения против российской судостроительной отрасли и сектора кибертехнологий.

А тем временем

Как сообщает РБК, Минфин России, скорее всего, больше не сможет занимать в долларах, так как в таких транзакциях должны участвовать американские банки, заявил директор департамента госдолга и государственных финансовых активов Минфина Константин Вышковский. Это стало следствием уже введенных Вашингтоном в августе санкций. В соответствии с ними, даже если американский банк не покупает ценные бумаги, любому из них теперь запрещено каким бы ни было образом участвовать в первичных размещениях российских валютных госбумаг.

«Не исключаю, что в ближайшее время мы будем размещаться только на внутреннем рынке, — предположил Вышковский. — Происходит изменение модели, которую мы выстраивали годами. Если долларовые заимствования невозможны, это существенный фактор, который затронет все заимствования».

https://svpressa.ru/economy/article/250993/

03.12.2019 Мировая долговая пирамида не растёт до бесконечности

Под вопросом – будущее банков

1 декабря агентство Bloomberg назвало иную оценку мирового долга, которая превышает оценку МВФ почти на треть. По этим данным, на середину 2019 года суммарный долг всех стран мира по всем секторам экономики достиг рекордных 250 триллионов долларов. Если эту сумму поделить на всех живущих на Земле, включая стариков и младенцев, то на душу населения придется 32,5 тыс. долл. Bloomberg даёт ссылки на МВФ, Всемирный банк, Банк международных расчётов, Институт международных финансов (The Institute of International Finance). Выходит, госпожа Георгиева сознательно занизила цифру долга, чтобы не пугать народ.

Приведу некоторые цифры из публикации Bloomberg, дающие представление о динамике суммарного мирового долга за 20 лет (трлн. долл.): 1999 г. – 83,9; 2004 г. – 126,1; 2009 г. – 186,0; 2014 г. – 215,1; 2019 г. (середина года) – 250,9. За первую половину 2019 года мировой долг вырос на 7,5 трлн. долл. Основную часть этого прироста обеспечили США и Китай (60%). За вторую половину года, долг может прирасти ещё на 4,4 трлн. долл. и к концу 2019 года достичь 255,3 трлн. долл. Таким образом, за два десятилетия абсолютная величина мирового долга выросла в три раза.

Теперь посмотрим на относительный уровень долга по секторам экономики (табл. 1)

Табл. 1.

Относительный уровень мирового долга в разрезе основных секторов экономики (% ВВП)

Сектора	2009*	2019**
Финансовые корпорации	59,79	59,86
Нефинансовые корпорации	82,72	91,95
Государственный сектор	64,96	87,68
Сектор домашних хозяйств	92,34	80,42
Итого	299,81	319,91

* На конец года
** На середину года

Относительный уровень долга в секторе финансовых корпораций за десятилетие остался без изменения. По сектору домашних хозяйств он несколько снизился. А по сектору нефинансовых корпораций и государственному сектору заметно вырос. В итоге общий относительный уровень мирового долга с почти 300% ВВП в 2009 году вырос до почти 320% ВВП в 2019 году.

За период 2009-2019 гг. прирост мирового долга составит около 70 трлн. долл. Основная часть прироста обеспечена нефинансовыми корпорациями и государством.

Мировой долг формируется за счёт использования таких инструментов, как кредиты коммерческих банков, займы небанковских организаций и займы посредством размещения облигаций. Ключевым источником роста долга стал мировой рынок облигаций, объём которого достиг 115 трлн. долл.

Если в 2018 году Кристин Лагард как директор МВФ призывала страны-члены Фонда сокращать размеры долгов своих экономик, то, кажется, в следующем году она уже в качестве президента Европейского центрального банка (ЕЦБ) будет делать всё наоборот. Так считает Bloomberg.

Все ведущие центробанки мира (включая ЕЦБ) взяли курс на снижение и без того низких ключевых ставок. Это ведёт к снижению процентных ставок по банковским кредитам, займам нефинансовых организаций и облигациям. В результате можно будет затормозить рост и даже начать сокращение расходов на обслуживание долгов. Снижение ключевой ставки ФРС уже привело к тому, что процентные ставки по казначейским облигациям США упали ниже 2 процентов, сегодня они находятся на уровне 1,85%. А процентные ставки по облигациям японского казначейства имеют почти нулевое значение.

Всего, по данным Bloomberg, в настоящее время на мировом финансовом рынке облигаций с отрицательным процентом обращаются бумаги на сумму около 12 трлн. долл. Особенно их много в еврозоне. Кристин Лагард продолжит курс Марио Драги на поощрение роста государственных долгов в Европе.

Однако мировую долговую пирамиду нельзя наращивать до бесконечности. Относительные уровни долга уже сегодня существенно превышают показатели 2007 года – кануна мирового финансового кризиса. И эйфория, порождённая курсом центробанков на снижение ключевых ставок, очень опасна. Растущее предложение денежного наркотика (дешёвых и даже бесплатных кредитов и займов) экономику не оживляет. Новые триллионы кредитов и займов идут не в реальный сектор экономики, а на финансовые рынки, где надуваются пузыри. А лукавая статистика называет увеличение этих пузырей «экономическим ростом». МВФ и Всемирный банк прогнозируют, что в 2019 году мировой ВВП увеличится на 3%. На самом деле реальный прирост производства товаров и услуг от силы составит 1 процент, оставшиеся два процента – прирост пузырей. Прирост реального ВВП, очищенного от статистической пены, идёт вровень с приростом населения на планете или уже отстаёт.

Под вопросом будущее банков, которые не понимают, как им работать, если эпидемия отрицательных ставок захватит их депозитные и кредитные операции. Ещё более острые проблемы у таких институциональных инвесторов, как страховые компании и пенсионные фонды. Они формируют свои активы с помощью долговых бумаг, имеющих высокую надёжность, но сегодня такие бумаги не дают дохода и даже порождают убытки. Тем институциональным инвесторам, которые хотят выжить в условиях отрицательных ставок, приходится вкладываться в бумаги с высокими рисками. Остальные обречены на вымирание.

Проведенное в США обследование 300 пенсионных фондов, администрируемых на уровне штатов, показало, что у них на начало 2019 года величина не покрытых активами обязательств составила 6 трлн. долл. Курс ФРС США на дальнейшее снижение ключевой ставки грозит полным крахом системы пенсионного обеспечения страны.

Вспомним, что в 20-е годы ХХ века в Америке наблюдался бум. А в 1927 году там возникли признаки кризиса на фондовом рынке. ФРС США прибегла тогда к понижению учётной ставки (аналог нынешней ключевой ставки). Это продлило бум на фондовом рынке; казалось даже, что наступила эра prosperity, но палочка-выручалочка подвела, и в октябре 1929 года на нью-йоркской бирже случился «чёрный четверг». Из этой искры возгорелось пламя экономического кризиса сначала в США, затем в остальном мире (за исключением СССР). Мировой экономический кризис продолжался десять лет. «Завершили» его лишь Второй мировой войной.

Нынешние ухищрения центробанков грядущего финансового кризиса не отменят, они лишь отсрочат его наступление. И чем дольше они будут прибегать к наркотику низких и отрицательных ключевых ставок, тем тяжелее будут последствия кризиса.

https://www.fondsk.ru/news/2019/12/02/mirovaja-dolgovaja-piramida-ne-rastet-do-beskonechnosti-49597.html

02.12.2019 «Ограниченная ответственность» российского капитализма

Фото: Yulia Grigoryeva / Shutterstock.com

Корпорация не может совершить государственную измену и быть отлучена от церкви, ибо не имеет души.

Эдуард Кук (1552–1634), английский юрист

Я не против банкротства, но банкротство должно обогащать, а не разорять.

Александр Дюма. «Граф Монте-Кристо» (слова героя романа Данглара, бухгалтера и банкира).

Подавляющая часть сегодняшних организаций, занимающихся хозяйственной (производственной, торговой и финансовой) деятельностью, представляют собой общества с ограниченной ответственностью. По данным информационной системы СПАРК, на конец 2017 года общее количество юридических лиц в России составляло 4 393 432. Из них к категории «коммерческих» относилось 3 740 576 (85,1%). Среди коммерческих юридических лиц самой распространённой формой являются ООО (общества с ограниченной ответственностью). Их число составило 3 613 779 (96,6% всех коммерческих юридических лиц). Кроме этого, ещё имеются публичные акционерные общества (до 2014 года назывались открытыми АО), число которых составило 15 051 (0,4% всех коммерческих юридических лиц), и непубличные акционерные общества (до 2014 года – закрытые АО) числом 70 623 (1,9%).

Хотя доля АО в общем числе коммерческих юридических лиц весьма скромная, на них, согласно оценкам, приходится 85% создаваемого в стране валового внутреннего продукта (ВВП). Почти все негосударственные коммерческие организации, относящиеся к крупному и среднему бизнесу в России, имеют статус публичных и непубличных акционерных обществ (малый бизнес в подавляющем количестве случаев представлен ООО). 99% всех приватизированных активов перекочевали на балансы контор, имевших статус акционерных обществ.

Я уже отмечал, что акционерные общества (как публичные, так и непубличные) имеют ограниченную ответственность, то есть покрытие их обязательств возможно лишь за счёт активов, находящихся на балансе АО. На личное имущество учредителей и акционеров обществ ответственность не распространяется. У публичных АО, в отличие от ООО, кроме ограниченной ответственности ещё имеется такая привилегия, как собирать деньги путём размещения на рынке акций.

Подобную «ограниченную ответственность» правильнее назвать «полной безответственностью». Она, с одной стороны, создаёт идеальные условия для афер и хищений; с другой стороны, становится причиной ослабления и уничтожения отечественной экономики. Причину привлекательности акционерной формы бизнеса для жадных авантюристов ещё в конце позапрошлого века сформулировал американский писатель Амброз Бирс (1842-1914). Он её назвал «хитроумным изобретением для получения личной прибыли без личной ответственности».

Все мы помним (и никогда не забудем) «шоковую терапию» 90-х годов прошлого века, которая проходила под флагом «приватизация и акционирование». Люди акцентировали и продолжают акцентировать внимание на «приватизации», которую справедливо называют ограблением народа и преступлением, не имеющим срока давности. Но мне хотелось бы сосредоточить внимание на «акционировании». Это не менее преступное деяние, о котором почему-то почти не задумываются. В чём заключается преступный характер акционирования?

Приобретя «акционерный иммунитет», новые «хозяева» активов, полученных в результате приватизации и залоговых аукционов (Прохоров, Ходорковский, Фридман и проч.) получили возможность собирать громадные деньги из самых разных источников. Во-первых, на фондовом рынке путём размещения акций. Во-вторых, в виде кредитов от банков. В-третьих, в виде государственных заказов. В-четвёртых, через контракты от бизнес-партнёров.

Деньги охотно давались, благо получатели были солидными, их солидность подкреплялась гигантскими активами, которые играли роль надёжной гарантии. Однако в процессе бурной коммерческой деятельности АО деньги почему-то не трансформировались в реальные активы. И неожиданно для многих «успешные» АО «лопались», то есть банкротились. Благо в 90-е годы в России было принято такое законодательство о банкротствах, которое делало эту процедуру простой.

После многих банкротств почему-то оставалась только «лужица», ничего «твёрдого» из того, что бы было получено на старте (после приватизации), у АО не оказывалось. «Твёрдые» активы таинственным образом трансформировались в «ликвидные», денежные. А «твёрдые» активы в виде основных фондов (машины, оборудование и проч.) подвергались «амортизации» или перепродавались другим юридическим лицам по сходной цене (подобно тому, как перепродаются ворованные вещи). Но даже «ликвидных» активов невозможно было обнаружить, поскольку деньги выводились в те зоны, которые были недосягаемы для конкурсных управляющих. То есть в Англию, Швейцарию, разные офшоры и проч.

Перепроданное ворованное (пардон: приватизированное) имущество передавалось (и продолжает передаваться) по цепочке. И в каждом новом звене этой цепочки оно становится основанием для учреждения нового акционерного общества. И очередная акционерная история повторяется по стандартному алгоритму. Цепочка обрывается лишь тогда, когда происходит полная и окончательная физическая аннигиляция активов. То есть 100-процентный износ оборудования, превращение его в груду металлолома. Или полное истощение ресурсной базы (если речь идёт о добыче полезных ископаемых).

Акционирование – это также процесс «расчленения» сложившихся в своё время хозяйственных комплексов.

Советская экономика, как известно, представляла собой единый народнохозяйственный комплекс (ЕНХК) – систему взаимоувязанных отраслей и производств (увязка осуществлялась Госпланом с помощью межотраслевых балансов). Советская экономика, образно выражаясь, была одной гигантской корпорацией, состоящей из многих цехов, размещавшихся на бескрайних просторах страны. Каждый цех – это предприятие или производственное объединение. В РСФСР накануне развала Советского Союза (в 1990 году) было 30,6 тысячи дееспособных крупных и средних промышленных предприятий. В том числе 4,5 тыс. крупных и крупнейших с численностью занятых на каждом до 5 тыс. человек.

В декабре 1991 года прекратил своё существование СССР. По сути, это было расчленение единого государства. А дальше в «демократической» России продолжился процесс расчленения единого организма экономики. Уже в 90-е годы на старте приватизации и залоговых аукционов началось расчленение отдельных предприятий. На базе одного советского предприятия или производственного объединения возникало порой до десятка акционерных обществ, каждому из которых доставался «кусок» или «кусочек» активов. Как говорится, резали или рубили по живому.

В 2013 году численность акционерных обществ в России, по данным СПАРК, составляла 140 тысяч. Это в 4,6 раза превышает число предприятий со статусом юридического лица в РСФСР в 1990 году. А ведь надо иметь в виду, что часть активов советских предприятий в результате многочисленных перепродаж и «реорганизаций» сегодня находится также на балансах бесконечного количества разных контор «Рога и копыта», имеющих статус ООО. При перепродаже ворованного (приватизированного) процесс дальнейшего дробления активов продолжается и будет продолжаться до момента их полного физического исчезновения. Ведь задача каждого нового собственника заключается в том, чтобы ещё что-то суметь отжать из активов, подобно тому, как отжимают сок из лимона.

Даже Росстат, известный своим искусством приукрашивать экономическое состояние в стране, даёт следующие цифры по степени износа основных фондов (%): 1991 г. – 35,4; 2018 г. – 47,4. А по коммерческим организациям (без субъектов малого бизнеса) износ в 2018 году составил 50,9%. На конец 2017 года доля машин и оборудования со 100-процентным физическим износом составила в коммерческом секторе 27,0%.

Известный российский экономист Григорий Ханин считает, что Росстат сильно приукрашивает состояние основных фондов российской экономики. По оценкам Ханина, объём фондов российской экономики по остаточной стоимости за период 1991-2015 гг. сократился примерно вдвое. В стоимостном выражении потери за четверть века оценены в 422,5 трлн рублей, что эквивалентно суммарному ВВП России за период 2011-2015 гг. В относительном выражении потери основных фондов в 1991-2015 гг. больше, чем в Великую Отечественную войну (тогдашние потери оценены в 33,5%).

Удивительно, но мы сегодня наступаем на те же грабли, на которые уже наступали в прошлом. В нашей истории была пора активного «грюндерства» (учредительства акционерных обществ) во времена «реформ» Александра II (1860-70-е годы). Вторая волна грюндерской «горячки» пришлась на 1920-е годы, когда страна переживала угар НЭПа (новой экономической политики). В ходе обеих «горячек» акционерные общества лопались как пузыри. И вот с 1992 года мы наблюдаем третий приступ «горячки», который продолжается по сей день. По сути, каждый день в России происходит по несколько десятков средних и крупных «пожаров» — ликвидация АО. Например, в прошлом году в РФ было ликвидировано 16,5 тыс. акционерных обществ (кстати, это более чем в 4 раза превысило количество вновь созданных АО).

Очень ярким образом того, как происходила ликвидация акционерных обществ, является пожар «Вороньей слободки», описанный Ильфом и Петровым. Вообще сегодняшние аферы и грюндерские проекты, которые мы наблюдаем в сегодняшней России, принципиально ничем не отличаются от тех, которые талантливо изображены в романах «Золотой телёнок» и «Двенадцать стульев» упомянутых авторов.

Достаточно вспомнить фирму «Рога и копыта», организованную Остапом Бендером. Или, например, «Промысловую артель химических продуктов «Реванш»», учреждённую подпольным миллионером Александром Ивановичем Корейко.

«Артель располагала двумя комнатами. В первой – висел портрет основоположника социализма Фридриха Энгельса, под которым, невинно улыбаясь, сидел сам Корейко в сером английском костюме… В задней комнате находилось производство. Там стояли две дубовые бочки с манометрами и водомерными стеклами, одна на полу, другая на антресолях. Бочки были соединены тонкой клистирной кишкой, по которой, деловито журча, бежала жидкость. Когда вся жидкость переходила из верхнего сосуда в нижний, в производственное помещение являлся мальчик в валенках. Не по-детски вздыхая, мальчик вычерпывал ведром жидкость из нижней бочки, тащил её на антресоль и вливал в верхнюю бочку. Закончив этот сложный производственный процесс, мальчик уходил в контору греться, а из клистирной трубки снова неслось всхлипыванье, жидкость совершала свой обычный путь – из верхнего резервуара в нижний.

Александр Иванович и сам точно не знал, какого рода химикалии вырабатывает артель «Реванш». Ему было не до химикалиев. Его рабочий день и без того был уплотнён. Он переезжал из банка в банк, хлопоча о ссудах для расширения производства. В трестах он заключал договоры на поставку химпродуктов и получал сырьё по твёрдой цене. Ссуды он тоже получал. Очень много времени отнимала перепродажа полученного сырья на госзаводы по удесятерённой цене, и поглощали множество энергии валютные дела на чёрной бирже, у подножия памятника героям Плевны.

По прошествии года банки и тресты возымели желание узнать, насколько благотворно отразилась на развитии промартели «Реванш» оказанная ей финансовая и сырьевая помощь и не нуждается ли здоровый частник ещё в каком-либо содействии. Комиссия, увешанная учёными бородами, прибыла в артель «Реванш» на трёх пролёточках. В пустой конторе председатель комиссии долго вглядывался в равнодушное лицо Энгельса и долго стучал палкой по еловому прилавку, вызывая руководителей и членов артели. Наконец, дверь производственного помещения растворилась, и перед глазами комиссии предстал заплаканный мальчик с ведром в руке».

Далее для краткости опущу разговор комиссии с юным представителем «Реванша». Отмечу лишь, что на момент проверки Александр Иванович Корейко находился уже за тысячи километров от конторы «Реванша» и был всецело поглощён другим не менее амбициозным бизнес-проектом. Финал таков: по возвращении комиссии с проверки артели «Реванш» «все операции её были занесены в банковские и трестовские книги на Счёт Прибылей и Убытков, и именно в тот раздел этого Счёта, который ни словом не упоминает о прибылях, а целиком посвящён убыткам».

О том, как при НЭПе был организован процесс учреждения и ликвидации обществ с ограниченной ответственностью, мы хорошо узнаем из биографии ещё одного героя романа «Золотой телёнок» — Фунта. Он был «профессиональным» руководителем всех фиктивных коммерческих обществ в течение многих десятилетий, начиная с эпохи «грюндерства» при царствовании Александра II. Общества лопались, а Фунт садился в тюрьму, получая за «вредные условия» повышенную (двойную) заработную плату.

Вот лишь небольшой фрагмент его «трудовой» биографии времен НЭПа. В разговоре Фунта с Бендером выясняется, что его последние четыре отсидки были связаны с учреждением ГЕРКУЛЕСа, вокруг которого «кормилось несколько частных акционерных обществ. Было, например, общество «Интенсивник». Председателем был приглашён Фунт. «Интенсивник» получал от ГЕРКУЛЕСа большой аванс на заготовку чего-то лесного, зицпредседатель не обязан знать, чего именно. И сейчас же лопнул. Кто-то загрёб деньгу, а Фунт сел на полгода. После «Интенсивника» образовалось товарищество на вере «Трудовой кедр», разумеется, под председательством благообразного Фунта. Разумеется, аванс в ГЕРКУЛЕСе на поставку выдержанного кедра. Разумеется, неожиданный крах, кто-то разбогател, а Фунт отрабатывает председательскую ставку – сидит. Потом «Пилопомощь» – ГЕРКУЛЕС – аванс – крах – кто-то загрёб – отсидка. И снова аванс – ГЕРКУЛЕС – «Южный лесорубник» – для Фунта отсидка – кому-то куш».

В советское время романы Ильфа и Петрова были популярны, многие места наши сограждане знали наизусть. Читая или пересказывая их, советские люди смеялись. Сегодня, как я с удивлением узнал, многие представители молодого поколения романы «Двенадцать стульев» и «Золотой телёнок» не читали. Очень рекомендую их прочитать (или перечитать). И не столько для того, чтобы посмеяться, сколько для того, чтобы задуматься. Ведь эти романы не только о НЭПе 1920-х годов. Они о нашем сегодняшнем дне.

Ничто не ново под луной, как говорил премудрый Соломон. Мы неожиданно погрузились в атмосферу того самого угара НЭПа, которая так ярко передана Ильфом и Петровым. Только тогда угар продолжался менее десятилетия. А мы пребываем в этом токсичном угаре уже почти три десятилетия. И уже полностью отравились им. Кроме того, в эпоху НЭПа всё-таки иногда после банкротства акционерной конторы приходилось садиться за решетку. Конечно, тогдашние грюндеры страховались, приглашая занять кресло председателя разным Фунтам. Но, кажется, сегодня нужда в Фунтах уже отпадает. Ответственность нынешних АО настолько «ограниченная», что банкротство не сказывается не только на благосостоянии, но даже на репутации современного грюндера.

В Америке есть такой популярный писатель Майк Тайсон. Ему принадлежит крылатая фраза:

Только в Америке такое возможно: ты можешь быть банкротом, а жить в особняке.

Наивный Тайсон! Если бы он побывал в нашей стране, то, наверное, отказался бы от этих слов. По части «ограниченной ответственности» крупнокалиберных грюндеров Россия явно превосходит Америку.

И ещё обращаюсь к «народным избранникам» (депутатам Государственной думы): примите, наконец, закон, который бы ликвидировал акционерную форму хозяйства, легализовавшую коммерческое мародёрство и уничтожение отечественной экономики. Напомню, что экономика в нашей стране смогла по-настоящему встать на ноги лишь после того как был ликвидирован НЭП. А его окончательная ликвидация произошла в 1930 году, когда часть акционерных обществ была преобразована в государственные предприятия, а другая часть, состоявшая из разного рода контор «Рога и копыта», была вообще ликвидирована. Кстати, одновременно с этим были ликвидированы и биржи, на которых тогдашние «грюндеры» собирали «добровольные пожертвования» граждан в пользу контор «Рога и копыта».

Понимаю, что некоторым «народным избранникам» моё предложение покажется странным. Ведь многие учились и жили уже в условиях идеологии экономического либерализма. Одна из «аксиом» экономического либерализма: акционерное общество – инструмент «эффективной» экономики. Чтобы выйти из-под гипноза подобного рода «аксиом», рекомендую «народным избранникам» пройти курс экономического ликбеза с помощью таких «учебников», как упомянутые романы Ильфа и Петрова.

https://tsargrad.tv/articles/ogranichennaja-otvetstvennost-rossijskogo-kapitalizma_228215

01.12.2019 Как из России ловко сделали «Воронью слободку»

На фото: предприятие, ноходящиеся в процедуре банкротства (Фото: Владимир Смирнов/ТАСС)

Экономика страны запрограммирована на пожар

Кто не знает гениальных произведений Ильфа и Петрова «Золотой теленок» и «Двенадцать стульев»? Считается, что они в сатирической форме отражают атмосферу того отрезка советской истории, который называется «новой экономической политикой» — НЭП (с 1921 года примерно до 1930 года).

Но, перечитав эти талантливые романы (тем более, что нынешние издания публикуются без «купюр»), я понял, что они — о сегодняшнем дне, о жизни современного человека в условиях «демократической» России и «рыночной экономики». Кстати, ровно 90 лет назад, в 1929 году Ильф и Петров начали работу над романом «Золотой теленок» (вышел в свет он в начале 1931 года).

Остановлюсь лишь на одном фрагменте из «Золотого теленка». Это из части второй «Два комбинатора», глава 21 «Конец „Вороньей слободки“». Тем, кто давно читал роман, напомню, что «Воронья слободка» — название двухэтажного деревянного дома в Москве, который после революции был превращен в большую коммуналку. В ней проживали такие герои литературного произведения, как «старорежимный интеллигент» Васисуалий Андреевич Лоханкин, «бывший князь, а ныне трудящийся Востока гражданин» Гигиенешвили, «бывший камергер» Митрич, «ответственная съемщица» Люция Францевна Пферд, «отставной дворник» Никита Пряхин, «ничья бабушка».

Почти все обитатели «Вороньей слободки» прямо или косвенно были втянуты в непрерывные коммунальные дрязги. За исключением лётчика Севрюгова, который был прописан в коммуналке, но его никто там не видел (а на момент описываемых событий был командирован за Полярный круг на помощь пропавшей экспедиции).

Писатель Виктор Ардов (1900−1976), друживший с авторами «Золотого телёнка», в своих воспоминаниях отмечает, что название «Воронья слободка» было придумано Евгением Петровым. Тот в свой время проживал в комнате в коммунальном деревянном доме, построенном во второй трети XIX века, находившемся в Кропоткинском переулке. «Воронья слободка» и ее обитатели, по признанию Е. Петрова, были «написаны с натуры» (Ардов В. Воспоминания об Илье Ильфе и Евгении Петрове. М., 1963).

Кульминационным пунктом истории «Вороньей слободки» и ее обитателей стал пожар. Коммуналка сгорает дотла. Пожар, уничтоживший «Воронью слободку», был не из разряда несчастных случаев, или, как сейчас принято говорить, «форс-мажоров».

Выражаясь современным языком, пожар был «запрограммирован». И об этой мистической неотвратимости пожара знали все обитатели «Вороньей слободки» за исключением Васисуалия Лоханкина (погруженного в размышления о своей роли в «русской революции») и «ничейной бабушки». Ликвидацию «Вороньей слободки» можно определить таким модным сегодня термином, как «само-реализующийся прогноз».

Все началось с «ничейной бабушки», которая жила на антресолях и была очень далека от всех достижений тогдашней «цивилизации». В частности, она в отличие от остальных обитателей коммуналки не доверяла электричеству, а пользовалась исключительно таким энергоносителем, как керосин.

Искрой, из которой позднее возгорелось пламя грандиозного пожара, стала озарившая мозг бывшего камергера Митрича мысль. «Сожжет, старая, всю квартиру, — бормотал он, — ей что, а у меня один рояль, может быть, две тысячи стоит». За мыслью последовало действие: «Митрич застраховал от огня все свое движимое имущество. Теперь он мог быть спокоен и равнодушно глядел, как бабушка тащила к себе наверх большую, мутную бутыль с керосином, держа ее на руках, как ребенка».

Пример бывшего камергера оказался заразительным. «Искра» с Митрича перекинулась на бывшего грузинского князя: «Первым об осторожном поступке Митрича узнал гражданин Гигиенишвили и сейчас же истолковал его по-своему. Он подступил к Митричу в коридоре и, схватив его за грудь, угрожающе сказал: «Поджечь всю квартиру хочешь? Страховку получить хочешь? Ты думаешь, Гигиенишвили дурак? Гигиенишвили все понимает! И страстный квартирант в тот же день сам застраховался на большую сумму».

А далее «Воронью слободку» уже охватила психическая эпидемия. Прямо по «классике», изложенной в книге известного французского психолога, социолога и антрополога Густава Лебона «Психология масс» (1895 г.; на русском языке также выходила под названием «Психология толпы»). Интереснейшая книга, которая раскрывает механизмы инфицирования людей ложными идеями, а также обращающая внимание на страстное желание толпы немедленно претворить в жизнь эти идеи.

Не знаю, были ли Ильф и Петров знакомы с трудами Лебона, но дальнейшие события в коммуналке развивались по алгоритмам французского психолога и социолога: «При этом известии (о том, что гражданин Гигиенишвили застраховался на большую сумму — В.К.) ужас охватил «Воронью слободку». Люция Францевна Пферд прибежала на кухню с вытаращенными глазами. «Они нас сожгут, эти негодяи! Вы как хотите, граждане, а я сейчас же иду страховаться! Гореть все равно будем, хоть страховку получу. Я из-за них по миру идти не желаю. На другой день застраховалась вся квартира, за исключением Лоханкина и ничьей бабушки. Лоханкин читал «Родину» и ничего не замечал, а бабушка не верила в страховку, как не верила в электричество».

Видимо, процесс страхования завершил бывший дворник Никита Пряхин. Он «принес домой страховой полис с сиреневой каемкой и долго рассматривал на свет водяные знаки. «Это выходит, значит, государство навстречу идет? — сказал он мрачно. — Оказывает жильцам помощь? Ну, спасибо. Теперь, значит, как пожелаем, так и сделаем! И, спрятав полис под рубаху, Пряхин удалился в свою комнату».

Наступила предпоследняя фаза драмы: «Его (Никиты Пряхина — В.К.) слова вселили такой страх, что в эту ночь в „Вороньей слободке“ никто не спал. Дуня связывала вещи в узлы, а остальные коечники разбрелись ночевать по знакомым. Днем все следили друг за другом и по частям выносили имущество из дому. Все было ясно. Дом был обречен. Он не мог не сгореть».

И вот, наконец, финал: «И, действительно, в двенадцать часов ночи он запылал, подожженный сразу с шести концов».

Заключительные аккорды истории, раскрывающие рукотворный характер пожара, следующие: «Все жильцы „Вороньей слободки“ были в сборе. Пьяный Пряхин сидел на своем сундучке с коваными углами. Он бессмысленно глядел на мерцающие окна, приговаривая: „Как пожелаем, так и сделаем!“ Гигиенишвили брезгливо нюхал свои руки, которые отдавали керосином, и каждый раз после этого вытирал их о штаны».

Дом, описанный в романе, был построен в одном из московских переулков в позапрошлом веке. Он стал собирательным образом коммуналок того времени, в которых устанавливалась «токсичная» для жизни человека атмосфера. Выражение «Воронья слободка» вошло в послевоенное время в обиход советских людей, оно означало скандальную коммунальную квартиру или даже трудовой коллектив, в котором царила нездоровая атмосфера (зависть, интриги, взаимное недоброжелательство и т. д.).

Сегодня почему-то роман «Золотой теленок» и историю «Вороньей слободки» вспоминают нечасто. А зря. История выглядит почти как притча, объясняющая суть процессов, происходящих в «демократической» России. Словосочетание «Воронья слободка» очень метко определяет нынешнюю российскую экономику.

В «демократической» России с момента ее образования возникла «токсичная» атмосфера «Вороньей слободки». И в любой момент в «доме» с вывеской «РФ» может начаться грандиозный пожар. Из «дома», который можно назвать «РФ — Воронья слободка», наиболее предприимчивые его обитатели типа бывшего камергера Митрича уже вывели свое имущество за пределы очага будущего пожара — в офшоры, на острова Туманного Альбиона и всякие другие безопасные места.

У Ильфа и Петрова многие обитатели «Вороньей слободки» «разбрелись ночевать по знакомым». А наши олигархи и разные чиновники-клептоманы также на всякий случай решили ночевать подальше от пожароопасного объекта под названием «Российская Федерация». Тот же олигарх Михаил Прохоров сохраняет по инерции «прописку» в «Вороньей слободке» (пардон — в Российской Федерации), но «ночует» уже давно за океаном. И даже предпочитает, чтобы его называли не российским, а американским олигархом (благо, свои сундуки и узлы с имуществом он переместил также за океан).

Бывший министр сельского хозяйства Елена Скрынник также успела обзавестись очень неслабым имуществом. Узлы и сундуки с этим имуществом она вынесла из «Вороньей слободки», но не так далеко, как господин Прохоров. А всего лишь в Швейцарию и Францию. Там (во Франции) она сейчас и «ночует» рядом со своими узлами и сундуками.

Это в «Вороньей слободке» Ильфа и Петрова обитателей коммуналки было несколько десятков человек, причем своевременно покинули ее все (за исключением Васисулаия Лоханкина и «ничейной бабушки»; эти покидали дом, когда он уже было охвачен пламенем). А из нашей сегодняшней общероссийской «Вороньей слободки» вещи вынесли лишь несколько десятков тысяч человек (олигархи и чиновники-клептоманы). А остальные находятся в статусе «ничейной бабушки». Интересно, успеют они выбежать из горящего дома? А главное, куда им будет бежать? А кто сможет выполнить финальную миссию пьяного Пряхина и гражданина Гиигенишвили, нам остается только гадать.

Смею уверить читателя, что пожар в «Вороньей слободке» — не только аллегория возможного будущего страны. Пожары по всей стране уже полыхают. Просто мы привыкли их не замечать. Под «пожарами» я имею в виду массовое уничтожение российских предприятий. Подавляющая часть их была создана в советские годы. А некоторые возникли еще в царское. В 1975 году в СССР насчитывалось почти 47 тыс. промышленных предприятий на самостоятельном балансе (плюс к этому были еще десятки тысяч предприятий, которые были структурными подразделениями головных производственных объединений). В РСФСР накануне развала Советского Союза (в 1990 году) было 30,6 тыс. дееспособных крупных и средних промышленных предприятий. В том числе 4,5 тыс. крупных и крупнейших, с численностью занятых на каждом до 5 тыс. человек.

А в 90-е годы все они были превращены в «Вороньи слободки» — их насильственно населили всякими «креативными» «жильцами», напоминающих «бывшего камергера Митрича» и «бывшего князя Востока Гигиенишвили». Начали они с того, что, прежде всего, приобрели «страховки». Под «страховкой» я имею в виду то, что они решили себя обезопасить от любой ответственности, которая может возникнуть при «пожаре» объекта. Помните, как называлась кампания, которую в 90-е годы проводил господин Чубайс? Она называлась «приватизация и акционирование». В 1998 году более 85% ВВП России было уже произведено акционерными предприятиями (как открытого, так и закрытого типа).

Тогдашняя «страховка» — получение приватизированным предприятием статуса «акционерного общества». А что такое акционерное общество? Это юридическое лицо, которое отвечает по обязательствам перед другими юридическими и физическими лицами в пределах имущества, находящегося на балансе общества. Синонимом «акционерного общества» является «корпорация» (последний термин особенно широко используется в США). Президент американской консалтинговой фирмы Арнолд Голдстайн откровенно признает: «Лишь корпорация защитит ваши личные активы от кредиторов. Только глупые, наивные и неопытные люди подвергают опасности свое личное имущество… Корпорация — лучшая страховка, которую можно купить».

Идеальная страховка, позволившая «бывшим камергерам», «бывшим князьям Востока» и даже «бывшим дворникам» грабить приватизированные предприятия без какого-либо риска личной свободы и для собственного имущества. Оно лишь условно «собственное», поскольку разными способами с баланса «Вороньей слободки» оно перекачивалось и продолжает перекачиваться на личные счета «креативных» хозяев и топ-менеджеров.

И вот когда уже все узлы и сундуки из «дома» (то бишь приватизированного предприятия, облеченного в форму акционерного общества) вынесены, тогда можно приступать к финальной фазе операции — поджиганию «Вороньей слободки». На политкорректном языке юристов это называется банкротством. Только в период 2000—2017 гг. в стране было уничтожено 74 тысячи заводов и фабрик. Потери, сопоставимые с теми, которые страны понесла в годы Великой Отечественной войны. По всей стране полыхали и продолжают полыхать пожары (банкротства предприятий), пожирающие наследство, доставшееся «демократической» России от СССР. Уничтожены целые отрасли. Например, практически полностью «выгорела» такая стратегически важная отрасль промышленности, как станкостроение.

Французский писатель Тристан Бернар (1866−1947) очень остроумно определил, что такое банкротство: «Это законная процедура, в ходе которой вы перекладываете деньги в брючный карман и отдаете пиджак кредиторам».

А вот как выразился по поводу банкротства американский публицист (в прошлом известный боксер) Майк Тайсон: «Только в Америке такое возможно: ты можешь быть банкротом, а жить в особняке». Тут, конечно, Тайсон лишь отчасти прав. Банкроты действительно живут в особняках. Но не только в Америке, а по всему миру. Это даже более наглядно видно в России.

А вот циничное заявление героя романа Александра Дюма «Граф Монте-Кристо», бухгалтера и банкира Данглара: «Я не против банкротства, но банкротство должно обогащать, а не разорять».

В России ограниченную ответственность по своим обязательствам (в пределах имущества, находящегося на балансе) несут как акционерные общества (АО), так и общества с ограниченной ответственностью (ООО). Вторых намного больше по количеству, чем первых. Например, на начало 2017 года число ООО в российской экономике составляло 3,8 миллиона, а число АО — 105 тысяч. Но значимость АО в экономике намного больше. На них по-прежнему приходится, по оценкам экспертов, около 85% создаваемого ВВП. И в сегменте акционерных обществ мы видим нарастающий процесс «пожаров». Так, в 2018 году было зарегистрировано лишь 4 тысячи АО, а количество «сгоревших» (обанкротившихся) АО составило 16,5 тыс.

Считаю, что одним из способов, если не прекращения, то, по крайней мере, ослабления нынешних пожаров-банкротств, является отмена (или максимальное сокращение сферы применения) такой ныне существующей организационно-правовой формы предприятий, как АО. Это та самая «страховка», которая и провоцирует хозяев нынешних «Вороньих слободок» на поджоги. Установление личной ответственности (в том числе ответственности, распространяющейся на личное имущество) владельцев и топ-менеджеров российских предприятий немедленно остановит распространение «пожаров» (банкротств) в российской экономике.

Итог печальному концу «Вороньей слободки» в романе «Золотой теленок» подвел бывший камергер: «Сорок лет стоял дом, — степенно разъяснял Митрич, расхаживая в толпе, — при всех властях стоял, хороший был дом. А при советской сгорел. Такой печальный факт, граждане!».

Переиначивая слова Митрича, можно сказать: в СССР после «угара НЭПа» и до «угара перестройки» (т.е. с конца 1929 года по 1987 год) в отечественной экономике не было буквально ни одного «пожара» (банкротства). Наоборот, каждый год в строй вводились тысячи новых «домов» (предприятий). А вот при «демократической» власти начались сплошные «пожары». Скоро окажемся на полном пепелище. «Такой печальный факт, граждане!».

http://reosh.ru/valentin-katasonov-kak-iz-rossii-lovko-sdelali-voronyu-slobodku.html

https://svpressa.ru/economy/article/250526/

30.11.2019 Удастся ли Путину раскошелить толстосумов?

Минфин нашел у крупного бизнеса потенциальные проекты на 70 трлн рублей

Такое заявление сделал замглавы ведомства Андрей Иванов на заседании в Совете Федерации, где обсуждался законопроект о защите и поощрении капиталовложений, пишут «Известия». Парламентарии из Совфеда и Госдумы поддержали идею стабилизации условий ведения бизнеса, но раскритиковали документ за дискриминацию прав регионов. По их мнению, субъекты фактически не имеют права голоса при рассмотрении инвестпроектов, тогда как гарантировать неизменность фискальных условий планируется главным образом за счет местных бюджетов.

При подготовке законопроекта «О защите и поощрении капиталовложений и развитии инвестиционной деятельности» (СЗПК), внесенного в Госдуму в начале ноября, Минфин «в ручном режиме» провел опрос владельцев российских крупнейших компаний, а также миллиардеров из российского списка Forbes. Ведомство интересовалось, сколько денег они готовы вложить в экономику, если введут предусмотренный будущим законом механизм стабилизации условий, сообщил Андрей Иванов сенаторам.

— Мы начали активно работать с бизнесом — спросили перспективно, если такой инструмент появится, сколько вы готовы дать. В ручном режиме спрашивали. Получили проектов на 70 трлн рублей. То есть запрос (на регулирование. — РНЛ) велик, — сказал замминистра.

В беседе с «Известиями» Андрей Иванов уточнил, что до 2024 года из этих 70 трлн Минфин рассчитывает привлечь хотя бы 30 трлн.

Ключевая идея законопроекта — гарантия неизменности для инвесторов условий ведения бизнеса, прежде всего фискальных. Предусмотрено два режима: общий и проектный. Первый предусматривает защиту на три года от любых норм, ухудшающих условия инвестиционной деятельности. Проектный режим еще более лоялен, однако ориентирован на крупные мероприятия. Он гарантирует неизменность ставок по ряду налогов (на прибыль, на имущество, транспортному и земельному) на срок от 6 до 20 лет, а также условий техрегулирования, лицензирования, землепользования и застройки территорий минимум на три года.

Чтобы получить такую стабильность инвестор заключает с государством соглашение и обязуется вложить не менее 250 млн рублей, если проект реализуется в социальной сфере (образование, здравоохранение и так далее), 1,5 млрд — в цифровой экономике, обрабатывающей промышленности и сельском хозяйстве, 5 млрд — для других областей. Если государство нарушит условия договора, то инвестору компенсируется ущерб, который он понесет в результате ухудшения условий. Со своей стороны предприниматель обязуется довести проект до конца.

Как пояснил Андрей Иванов в Совете Федерации, от правительства соглашения будут заключаться специально уполномоченной структурой. При этом избирательного подхода к проектам не будет, заверил замминистра. Если инвестор готов вложить требуемую сумму, правительство — федеральное или региональное — не вправе ему отказать в стабилизации условий. В будущем планируется заключать соглашения автоматически: будут созданы специальные реестры инвестпроектов. Сам факт включения в списки будет означать подписание договора.

В Госдуме и Совете Федерации в целом идею создания неизменных для бизнеса условий поддержали. Однако законопроект парламентарии раскритиковали. Комитеты Госдумы, уполномоченные доработать документ, — по бюджету и налогам, по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям, а также по финрынкам — увидели в документах дискриминацию регионов.

Представители комитета по финрынкам критикуют законопроект еще более резко. Там уверены: документ стимулирует инвестиции за счет ущемления прав региональных и местных органов власти. Дело в том, что ограничения на рост налоговой нагрузки в основном связаны либо исключительно со сборами в местные бюджеты, либо с налогом на прибыль, большая часть которого также поступает в казну регионов. Схожей точки зрения придерживаются в Совфеде.

Андрей Иванов критику парламентариев парировал тем, что соглашения в своем базовом варианте не предполагают никаких мер господдержки, отражающихся на доходах местных бюджетов. Более того, в предлагаемых будущим законом механизмах заинтересован не только федеральный уровень, но и региональный, поскольку проекты не могут быть реализованы в отрыве от субъекта, добавили в пресс-службе Минфина, отвечая на уточняющий вопрос «Известий». Это формирует новые рабочие места, производства, инфраструктурное развитие территории. Кроме этого, предусмотрена возможность заключения региональных СЗПК, для которых установлены пониженные требования к объему собственных инвестиций и бюджету проекта, уточнили там.

Ситуацию прокомментировал в телефонном интервью «Русской народной линии» д.э.н., профессор, председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова Валентин Юрьевич Катасонов:

Заявление заместителя министра Иванова мне напоминает дележку шкуры неубитого медведя. Сначала нужно убить медведя, а потом уже думать о том, как эту шкуру использовать и делить. С моей точки зрения, это совершенно запредельные фантазии. Я немного по-другому пересчитываю эти 70 триллионов — это один с небольшим триллион долларов американской валюты. Но, видимо, в Министерстве финансов посчитали, что толстосумы вернут все то, что они наворовали и разместили в оффшорах.

Хочу напомнить, что у нас были три амнистии для беглого капитала, и, образно говоря, «гора родила мышь». Я точные цифры не помню, но несколько каких-то жалких миллиардов вернулись в Россию, заплатили налоги, и на этом все кончилось.

Поэтому все это фантазии и какие-то утопии. Насчет того, что будут какие-то гарантии по неизменности нормативной базы для бизнеса, то никто в это не верит. В это не верят ни крупные предприниматели, ни малый бизнес, ни домохозяйки, которым обещают то одно, то другое, то третье, ни те граждане, которые потеряли свои деньги в Сбербанке в 1991 году. Между прочим, обязательство Минфина по вкладам в Сбербанк на тот момент оценивается в несколько годовых бюджетов.

Это просто какое-то сотрясение воздуха. Я не думаю, что сотрясение воздуха приведет к тому, что 1 миллиард даже не долларов, а рублей будет выделен толстосумами. Это совершенно бредовые заявления.

Если бы Министерство финансов производило расчёты того, сколько было выведено в оффшоры! В данном случае они пользуются оценкой «Блумберг», которая была распиарена в мае 2019 г. В свое время мне пришлось комментировать эту оценку. Блумберг считает по нижней планке. С моей точки зрения, там 3 триллиона долларов. Я объяснял, почему они недооценивают масштаб вывоза капитала за пределы России.

Три амнистии показали, что «гора родила мышь». Они даже не опубликовали результатов третьей кампании по амнистии капитала, потому что стыдно публиковать. Они создали для беглых олигархов две оффшорные зоны — остров Русский на Дальнем Востоке и остров Октябрьский в Калининграде (на самом деле это не остров, а просто часть города Калининграда). Я не поленился, посмотрел, что там произошло за последний год. Там зарегистрировалось несколько небольших юридических лиц и всё. Просто потеха.

Они не соберут даже 26 триллионов рублей, которые необходимы для реализации национальных проектов, которые предусмотрены майским указом 2018 года. Другое дело, что эти национальные проекты по майскому указу скорее не национальные, а антинациональные, но это тема особого разговора. Сейчас они пытаются собрать какую-то часть этой суммы за счёт увеличения НДС, за счёт пенсионной реформы, за счет введения новых налогов под видом обязательных платежей.

Все эти потуги приведут только к тому, что экономика ещё быстрее рухнет. Потому что итак у нас низкий платежеспособный спрос, а эти поиски дополнительных денег приведут к тому, что экономика рухнет. Это азы экономической теории, а они делают всё с точностью до наоборот. Подобное можно назвать поведением геростратов. Видимо, они хотят прославиться тем, что допустили такой обвал экономики.

http://ruskline.ru/news_rl/2019/11/30/udastsya_li_putinu_raskoshelit_tolstosumov

http://reosh.ru/udastsya-li-putinu-raskoshelit-tolstosumov.html

29.11.2019 Россия ростовщическая как «оазис» для международных спекулянтов

Фото: Naresuan261 / Shutterstock.com

Сравнительный анализ процентных ставок по кредитам населению банками Российской Федерации и рядом других стран (Германия, США, Греция) был проведён экспертами информационного ресурса BancRF.ru. Исследование отражает картину на середину 2018 года. Рассматривались кредиты, сопоставимые по срокам и объёмам. Все они не были целевыми. Для получения информации по каждой стране бралось по пять банков, выбор банков был произвольным.

По каждой стране брались ставки максимальные и минимальные, а затем вычислялись средние (средние арифметические). Получилась следующая картина (%): Германия — 4,92; США — 12,79; Греция — 12,41; Российская Федерация — 18,52. Получается, что в России кредиты населению в среднем в полтора раза дороже, чем в США или Греции, и в 3,8 раза дороже, чем в Германии. Единственным утешением для России может служить то, что на Украине, согласно тому же исследованию, средняя ставка была равна 48,86% (что, кстати говоря, является одним из самых высоких показателей в мире).

А вот ещё один обзор, он позволяет сравнить процентные ставки по ипотечным кредитам в России и других станах. Картина отражает ситуацию на начало текущего, 2019, года. Лидерами по наиболее выгодным условиям ипотечных кредитов являются три страны: Финляндия, Швейцария, Япония. В Японии средняя годовая ставка по таким кредитам составляет около 1,2%. Сроки, на которые выдаются кредиты, — около 50 лет. В Финляндии ставка находится в диапазоне 1,1-1,5%, а срок также примерно около полувека. А вот в Швейцарии кредиты называют «пожизненной ипотекой», т. к. их сроки могут растягиваться до 100 лет. А ставка — лишь 1,4-1,6% годовых.

Далее идёт достаточно большая группа стран с процентными ставками от 1,5 до 3,5% годовых. Вот эти страны (в скобках — значение ставки): Германия (1,5-2,0); Люксембург (1,8); Швеция (1,87); Словакия (1,90-1,92); Франция, Литва, Дания, Чехия, Эстония (у всех в диапазоне 2-2,2); Бельгия, Италия (2,2-3,0); Великобритания, Австрия, Португалия, Нидерланды (2,5-3,0); Испания, Латвия (3,0); Италия, Греция, Мальта, Румыния (3,5).

Далее следует группа стран с умеренными процентными ставками, находящимися в диапазоне от 3,5 до 6,0. Это следующие страны: Польша (3,7-4); Ирландия (3,8); Кипр (4,0); Болгария (4,5-5,0); Хорватия (5,0-6,0); Венгрия (6,0).

На а каковы показатели процентной ставки в России? В начале нынешнего года, согласно разным оценкам, средневзвешенная ставка по ипотечным кредитам, выдаваемым российскими банками, находилась на уровне 10 процентов годовых. Как видим, разрыв по ставке между Россией и теми странами, которые я назвал выше, колоссальный. И это при том, что сроки ипотечных кредитов в России очень короткие. В прошлом году средний срок равнялся 14 годам. В этом году, правда, он, если верить Центробанку, увеличился до 17 лет.

Опять-таки некоторым утешением для граждан России может стать Украина. Там условия ипотечных кредитов просто запредельные. Ставка в среднем составляла в начале года от 17 до 22% годовых. При этом стоимость жилья также не мала. Ипотека там имеет средний срок 10 лет. Таким образом, за квартиру придётся заплатить три цены. Хуже, чем на Украине, ситуация была в Аргентине. Там процентные ставки составляли 26-28% годовых. Но следует признать, что сегодня Россия по условиях ипотечных кредитов находится ближе к Украине и Аргентине, чем к Финляндии или Японии.

Да, очевидно, что ростовщичество сегодня захватило большую часть мира. Но Россия по уровню процентных ставок по кредитам оказывается в группе стран-лидеров. Причина такого положения очевидна — денежно-кредитная политика российского Центробанка.

«Температуру» (процентные ставки) на рынке кредитов в любой стране Центробанк устанавливает с помощью такого регулирующего устройства, как ключевая ставка. Если говорить простым языком, то ключевая ставка — это тот минимальный процент, под который Центробанк может кредитовать коммерческие банки, и в то же время это максимальный процент, под который он готов принимать у них средства на депозиты.

Когда мировой финансовый кризис 2007-2009 гг. достиг своего апогея, Центробанки стран «золотого миллиарда» начали достаточно решительно снижать ключевые ставки. Федеральный резерв в 2008 году опустил ключевую ставку почти до «плинтуса», т. е. до 0,00-0,25%. На этой планке он держал её аж до конца 2015 года (когда было произведено первое повышение на 25 базисных пунктов). Примерно такой же была траектория ключевой ставки у Европейского центрального банка (ЕЦБ), Центробанков многих стран Европы (не входящих в еврозону), других стран «золотого миллиарда». А вот у России процентная ставка Центробанка (раньше она называлась ставкой рефинансирования) двигалась в обратном направлении. Так, ещё в 2013 году ставка составляла 5,50%, а уже к концу 2014 года она взметнулась до рекордного уровня 17,0%.

Грубая формула для расчёта средних процентных ставок по кредитам коммерческих банков в нашей стране: умножьте ставку Банка России в два раза и вы получите представление о цене банковских кредитов для населения и компаний. Стало быть, за указанный период времени средние ставки по кредитам в России взметнулись примерно с 11 до 34%. Совершенно запредельные по цене кредиты, которые разоряют и население, и бизнес.

С декабря 2014 года началось крайне осторожное снижение ключевой ставки ЦБ, и только к середине нынешнего года максимальное её значение удалось сократить наполовину — до 7,5%. Во второй половине нынешнего года было произведено ещё три снижения, и на данный момент ключевая ставка Банка России составляет 6,5%. На фоне показателей ключевой ставки последних пяти лет — вроде бы неплохо. А давайте посмотрим, каковы ключевые ставки у других Центробанков на данный момент:

ФРС США — 1,50-1,75
ЕЦБ — 0,00
Банк Японии — минус 0,10
Банк Англии — 0,75
Национальный банк Швейцарии — минус 0,75
Банк Швеции — минус 0,25
Национальный банк Дании — 0,05
Резервный банк Австралии — 0,75
Банк Канады — 1,75.

Все перечисленные выше Центробанки — из зоны стран «золотого миллиарда». За её пределами картина ключевых ставок совсем иная. Так, у Турции она в настоящее время составляет 14% (а ещё полгода назад была 24%). У Мексики — 7,5%. Ключевая ставка Банка России намного ближе к показателям развивающихся стран, чем «золотого миллиарда».

Посмотрим, каковы ключевые ставки у стран группы БРИКС, в которую входит Россия:

Народный банк Китая — 4,15
Резервный банк Индии — 5,15
Центральный банк Бразилии — 5,00
Южно-Африканский резервный банк — 6,50.

Примечательно, что Народный банк Китая долгое время держал ключевую ставку на одном уровне (4,35%), а с конца августа нынешнего года успел три раза произвести снижения. Судя по ряду признаков, НБК намерен продолжить курс на снижение. На днях газета Global Times, официальный рупор Коммунистической партии по вопросам международной политики, разместила материал под сенсационным заголовком «Китаю надо подготовиться к нулевым процентным ставкам». Эксперты полагают, что это заявка Китая на то, что он вместе со странами «золотого миллиарда» берёт курс на последовательное и решительное снижение ключевой ставки.

Эксперты гадают: а продолжит ли Банк России дальнейшее снижение ключевой ставки до того уровня, когда российские предприятия реального сектора экономики наконец смогут без риска для себя брать кредиты? Охотно будут брать тогда, когда процентные ставки по кредитам коммерческих банков будут сопоставимы с показателями рентабельности предприятий. Рентабельность по отраслям (если судить по данным Росстата) очень разная. Но в среднем «температура по больнице» составляет где-то около 5 процентов. Стало быть, ключевая ставка, при которой в реальном секторе экономики возникнет здоровый аппетит на кредиты коммерческих банков, должна составлять 2,5 процента, максимум — три процента.

Но думаю, что такого «чуда» при нынешнем руководстве Банка России мы не дождёмся. Но некоторые мне могут возразить: сегодня обозначился глобальный тренд к новому раунду снижения ключевых ставок в мире. И приведут примеры. Так, Трамп настоятельно требует от председателя ФРС США Джерома Пауэлла, чтобы американский Центробанк, подобно некоторым другим Центробанкам, опустил ключевую ставку до нуля, а ещё лучше — ниже нуля. Вот и в Европе новый президент ЕЦБ Кристин Лагард намекает, что нулевой ключевой ставки для еврозоны уже недостаточно, и что она в недалёком будущем может приобрести отрицательное значение. Да и Народный банк Китая, как я отметил выше, хочет вписаться в новый мировой тренд.

Можно было бы предположить, что с учётом обозначившегося в мире тренда Центробанк России должен продолжить снижение ключевой ставки. С моей точки зрения, всё будет наоборот. Центробанки стран «золотого миллиарда» (плюс Центробанк Китая) уведут финансовые и денежные рынки в минус, и там будет крайне сложно добывать прибыль (конечно, спекулянты сегодня учатся зарабатывать деньги даже в условиях «отрицательных температур» на рынках, но всё же это намного сложнее). Они будут пытаться компенсировать свои убытки или снижения прибылей за счёт «тёплых оазисов».

Что это за «тёплые оазисы»? А это те страны, где будет поддерживаться «положительная температура», то есть процентные ставки будут не просто положительными, а даже очень положительными. Я уже выше обратил внимание читателей на то, что Банк России после финансового кризиса 2007-2009 гг. действовал в противофазе по отношению к Центробанкам стран «золотого миллиарда»: те резко понизили ставки, а наш Центробанк ставки резко повысил. Такая разность «температур» необходима для того, чтобы международные финансовые мародёры могли с дешёвыми (или даже бесплатными) деньгами зайти в Россию, а затем выйти из неё с «наваром», полученным за счёт высоких процентных ставок внутри. Россия в результате политики Центробанка была превращена в «оазис» для финансовых мародёров. Спекулянты в этом «оазисе» пять лет назад устроили обвал национальной денежной единицы (рубль в декабре 2014 года обесценился вдвое).

Банк России морочит людям голову, утверждая, что ключевую ставку он устанавливает с учётом такой «высшей цели», как «таргетирование инфляции». Нет, ключевую ставку он устанавливает исключительно по командам «хозяев денег». А им в настоящее время необходимо, чтобы Банк России поддерживал хорошую «плюсовую температуру» в российском «оазисе». Международным финансовым мародёрам будет где «погреть руки» в условиях грядущего глобального процентного «похолодания».

https://tsargrad.tv/articles/rossija-rostovshhicheskaja-kak-oazis-dlja-mezhdunarodnyh-spekuljantov_228209

http://reosh.ru/valentin-katasonov-rossiya-rostovshhicheskaya-kak-oazis-dlya-mezhdunarodnyx-spekulyantov.html

26.11.2019 Нашему «королю» свита говорит только приятные вещи

Фото: Гавриил Григоров/ТАСС

Российская экономика до сих пор не вышла и может никогда не выйти на уровень 1991 года

Когда я слышу постоянные разглагольствования наших чиновников о «достижениях» в области экономики, достигнутые за годы существования «демократической» России, почему-то всегда вспоминаю сказку датского писателя Ханса Кристиана Андерсена «Новое платье короля» (впервые опубликована в 1837 году).

Вкратце напомню ее содержание. Двое проходимцев обещают королю вместо его грубой одежды сшить платье из очень тонкой ткани. Ткань будет столь тонкая, что ее будут видеть только утонченные, «умственно продвинутые» люди. Проведя некоторое время за пустым ткацким станком, мошенники торжественно вручают королю «невидимое платье» и облекают его в новую «одежду». Король и его окружение с ужасом замечают, что не могут увидеть новое платье. Но в этом не признаются, ибо боятся прослыть дураками. Король расхаживает в голом виде, а придворные громко восхищаются его новым «одеянием». Случайно рядом оказывается маленький мальчик, который выкрикивает слова, ставшие впоследствии крылатой фразой: «А король-то голый!» Народ поддерживает мальчика. Монарх, тем не менее, упорно продолжает свое шествие, делая вид, что ничего не произошло. Хитрые проходимцы, получившие от короля золото, уже исчезли из города.

Сказка Андерсена — аллегорический образ «демократической» России с момента ее образования до настоящего дня. В роли проходимцев выступают зарубежные «консультанты», которые помогали в начале 90-х годов создавать в России «рыночную экономику». «Рыночная экономика» — «голое платье». Дело в том, что экономика означает «строительство дома» (слово из греческого языка). А рынок лишь перераспределяет уже созданное (построенное). Таким образом, политика, уповающая на то, что экономику можно строить с помощью рынка (идеология экономического либерализма), есть полная глупость.

Рынок может лишь обогащать одних за счет других, перераспределяя ранее созданное богатство в пользу кучки олигархов. В условиях так называемой «рыночной экономики» созидательный процесс домостроительства прекращается. «Дом» (экономика) начинает приходить в запустение, ветшать и, в конце концов, разваливается.

В роли «короля» тогда выступил президент Ельцин. Только в отличие от короля сказки Андерсена наш «демократически избранный король», кажется, даже не понял, что заокеанские прохиндеи его обманули, и он до 2000 года продолжал гордо расхаживать в голом виде. Пришедший ему на смену Владимир Путин продолжает делать вид, что платье прекрасное и что от него отказываться нельзя ни в коем случае.

Не исключаю, что данный парадокс объясняется тем, что придворные «короля» Российской Федерации оказались даже более подобострастными и льстивыми, чем придворные короля из сказки Андерсена. Свита, окружающая нашего «короля», очень пестрая. Это чиновники из Администрации президента Российской Федерации, министры и чиновники из правительства, партийные активисты из «Единой России», приближенные ко «двору» банкиры (Герман Греф, Андрей Костин и др.) и проч. и проч.

Все они хотят пожизненно быть в этой свите, а потому говорят «королю» только то, что приятно. Сказать, что «король голый» и что вместо «платья» мошенники продали «воздух», они не могут. Такие признания для них смерти подобны.

Есть ли в нынешней России «мальчик», кто смело бы сказал, что «король голый»? Есть. Более того, «мальчик» уже не один раз озвучивал этот простой и очевидный факт. Но если в сказке Андерсена король слова мальчика услышал, то в нынешней России «король» слова «мальчика» услышать не может. По той простой причине, что «окружение короля» устроило неимоверный шум и гвалт, заглушающий слова «мальчика».

О словах мальчика из сказки узнал народ и поверил мальчику, а не свите короля. Нынешняя «свита» нынешнего «короля» России имеет такие возможности, о которых окружение тогдашнего монарха не могло и мечтать. Она контролирует СМИ, учебные заведения, учреждения культуры и иные институты Российской Федерации, формирующие общественное сознание. Уже более четверти века они ретранслируют мантру о том, что на короле «прекрасное платье». А завтра оно будет еще прекрасней. Так сказать, сеанс перманентного и всеобъемлющего гипноза. «Герои» перестроечных лет Кашпировский и Чумак на фоне нынешнего одуряющего информационного гипноза просто «отдыхают».

До нашего народа «откровения» современного «мальчика» почти не доходят. Многие даже не подозревают, что в сегодняшней России такой «мальчик» есть. Конечно, слово «мальчик» применительно к нашему сегодняшнему дню является аллегорией. На самом деле это очень небольшая группа отечественных экономистов, которые уже давно называют российскую «рыночную экономику» «невидимым платьем». И, следовательно, констатируют, что «король-то голый».

Большинство из этой группы (назовем ее группой «честных экономистов») — представители старой экономической школы, которая действительно представляла экономику как созидание (домостроительство), а не как перераспределение и потребление (неизбежно порождающее разрушение «дома»). Среди них: Владимир Лисичкин (д.э.н., профессор МГУ); Сергей Глазьев (д.э.н., академик РАН); Василий Симчера (д.э.н., бывший директор НИИ статистики); Григорий Ханин (д.э.н., профессор РАНХиГС); Моисей Гельман (к.т.н., главный редактор издания «Промышленные ведомости») и ряд других.

Следует отметить, что представители этой небольшой группы трезвомыслящих, честных экономистов, не погружаясь в глубокие философствования, проводили и продолжают проводить расчеты показателей экономического состояния и экономической динамики России. Получаемые ими цифры, мягко выражаясь, не совпадают с официальными данными Росстата. А если все называть своими именами, то многие из альтернативных цифр свидетельствуют о том, что экономика страны движется не в том направлении, о каком нам сообщает официальная пропаганда окружения «короля». Жестко говоря, экономика не растет, а падает. Или, по крайней мере, стагнирует. И этот процесс стагнации («гниения») продолжается все годы существования Российской Федерации (т.е. почти 28 лет).

Предложу обзор некоторых цифр из работ «честного экономиста» Г. Ханина, который уже более тридцати лет занимается критическим разбором цифр официальной статистики и дает собственные оценки ключевых показателей. Кое-кто помнит Григория Ханина по резонансной статье «Лукавая цифра», которая была написана им в соавторстве с В. Селюниным и опубликована в журнале «Новый мир» еще в далеком 1987 году. Там Ханин выявил ряд искажений официальной советской статистики. Но, наверное, тогда ему и в страшном сне не могло присниться, до каких фальсификаций и подлогов может дойти официальная статистика «демократической» России.

Спустя тридцать лет Г. Ханин в соавторстве с достаточно молодым экономистом Д. Фоминым опубликовал статью, раскрывающую «кухню» фальсификаций Росстата и содержащую альтернативные оценки ряда ключевых показателей экономики страны. Вот выходные данные статьи: Ханин Г. И. Фомин Д.А. Динамика основного капитала экономики РФ в постсоветский период (1992−2015 гг.) // Проблемы прогнозирования. 2017. № 4.

Увы, последняя статья Г. Ханина не стала «резонансной». Она опубликована в очень «специальном», малотиражном журнале. А СМИ, подконтрольные «свите короля», предпочли результаты проведенного исследования замолчать. Что ж, попытаемся прорвать информационную блокаду и довести до широкой аудитории содержание статьи.

В этой статье представлен расчет ряда макроэкономических показателей за период 1991—2015 гг. (четверть века) в виде индексов. При этом уровень 1991 года принят за 100. Приведу цифры по ключевым показателям: сначала те, которые публикует Росстат; потом те, которые рассчитаны «честными экономистами» Г. Ханиным и Д. Фоминым (для краткости далее буду упоминать только фамилию Ханина).

Динамика экономического роста. Согласно официальным данным Росстата, индекс ВВП в 2015 году составил 113,4. По оценке Г. Ханина, — всего лишь 89,8. Т.е. экономика Российской Федерации так и не сумела восстановиться, в результате экономических «реформ» ВВП остался на дореформенном уровне.

Занятость. Согласно Росстату, ее уровень в 2015 году составил 103,3. По расчетам Ханина, — 128,5. Т.е. Росстат сильно занизил рост занятости, не включив в показатель данные об использовании труда иммигрантов.

Производительность труда. Согласно Росстату, в 2015 году индекс данного показателя составил 109,2. По оценке Ханина, — всего лишь 69,9. Получается, что, согласно Росстату, производительность труда выросла. А согласно Ханину, упала, причем очень существенно. Производительность труда определяется как отношение ВВП к численности занятых. Возникший разрыв в оценке динамики производительности вытекает из того, что Росстат переоценил прирост ВВП и одновременно занизил прирост занятости.

Стоимость основных фондов (по остаточной стоимости). Согласно Росстату, индекс основных фондов по остаточной стоимости в 2015 году составил 119,3. По оценке Ханина, — лишь 49,6. Опять видим разнонаправленные тенденции: Росстат рапортует об увеличении стоимостных объемов основных фондов, а Ханин оценивает двукратное их уменьшение.

Фондовооруженность. Это показатель, которые рассчитывается путем деления стоимости основных фондов на численность занятых. Индекс, рассчитанный на основе данных Росстата, оказывается равным 115,0. Индекс, получаемый на основе оценок Ханина, оказывается равным 38,7. Опять видим разнонаправленные тенденции у Росстата и Ханина.

Степень износа основных фондов. Этот показатель рассчитывается в процентах по отношению к начальной стоимости фондов. По данным Росстата, показатель равнялся (%): 1991 г. — 36,0; 1998 г. — 42,3; 2007 г. — 46,2; 2015 г. — 49,8. А согласно расчетам Ханина, степень износа основных фондов была следующей (%): 1991 г. — 36,6; 1998 г. — 47,1; 2007 г. — 56,6; 2015 г. — 65,1. Как видим, в 1991 году, т.е. накануне развала СССР данные советских статистических служб были достаточно объективными. Цифры Госкомитета СССР по статистике почти не отличаются от оценок Ханина.

А в Российской Федерации, естественно, уже началась «химия». Росстат, несмотря на все ухищрения, все-таки констатировал, что в период 1998 — 2015 гг. износ основных фондов увеличивался. Но по оценкам Ханина, износ основных фондов происходил существенно быстрее и в 2015 году уровень износа уже достиг почти 2/3. Впрочем, наш известный статистик Василий Симчера дает еще более высокий показатель износа основных фондов — 80% (Симчера В. Изобличая лживые цифры. Этюды о пирровых победах и потерях России. М.: Издательские решения, 2019, с. 134).

Были скорректированы и некоторые другие показатели, рассчитываемые Росстатом. Например, динамика цен. Росстат, по мнению Ханина, недооценивает инфляционный рост цен. В среднем за рассматриваемый период в расчете на год недооценка составляет около 2 процентных пунктов.

Завышает официальная статистика и такой важный макроэкономический показатель, как норма валового накопления основного капитала. Это отношение инвестиций в поддержание и воспроизводство основных фондов к ВВП. По данным Росстата, этот показатель колебался в пределах от 17,7 до 22%. Ханин сам не проводил расчеты показателя нормы валового накопления, но обращает внимание на то, что Евростат (статистическая служба Европейского союза) дает существенно более скромные цифры по данному показателю — в интервале от 9,4 до 13,9%. Он склонен более доверять Евростату, чем Росстату. И Ханин комментирует цифры по данному показателю: «Это один из самых низких показателей не только среди бывших социалистических стран, но и стран всего мира. Близки к российским показателям только показатели Украины» (см.: Ханин Г. И., Фомин Д.А. Об альтернативных оценках экономического развития бывших республик СССР, стран Восточной Европы и Китая // Вопросы статистики. 2014. № 7).

Итак, подытоживая, следует подчеркнуть, что в 2015 году, согласно оценкам Ханина, страна по показателям ВВП и производительности труда не сумела выйти даже на уровень 1991 года. А по показателям остаточной стоимости основных фондов и фондовооруженности вопреки оптимистическим показателям Росстата Ханин констатирует полный провал.

Сегодня на календаре 2019 год. Но, увы, за время, прошедшее после 2015 года, мало что изменилось в экономике России. Если только в худшую сторону. Даже если опираться на данные о динамике ВВП, которые публикуются Росстатом, то получается, что за период 2015—2018 гг. ВВП страны увеличился всего лишь на 4,2%. Конечно, мы понимаем, что эти цифры в значительной степени «рисованные». Но даже если мы скорректируем индекс ВВП, рассчитанный Ханиным на 2015 год, с учетом этих 4,2 процентов, то получим, что индекс ВВП на 2018 год будет равен 93,6%. Т.е. и на сегодняшний день мы все еще не достигли уровня 1991 года.

Кстати, по мнению А. Ханина, мы можем вообще никогда не достичь этого уровня. По той простой причине, что скоро лишимся остатков той материально-технической базы экономики, которая «демократической» России досталась в наследство от Советского Союза. Основные фонды экономики таяли и тают как мартовский снег, поскольку их физическое выбытие не компенсируется новыми капитальными вложениями. Объем основных фондов по остаточной стоимости (с учетом износа) к 2015 году сократился по сравнению с 1991 годом примерно в 2 раза.

Это намного больше, чем потери в Великую Отечественную войну! Тогда сокращение составило примерно 1/3. Потери основных фондов российской экономики с учетом их износа за период 1991—2015 гг. составили, по оценкам Ханина, 422,5 трлн. рублей. Это равно российскому ВВП за пятилетний период 2011—2015 гг.

В одном из интервью Ханин назвал денежные суммы, которые необходимы для того, чтобы остановить процесс сползания страны в катастрофу: «Мы подсчитали, что в ценах 2015 года для сохранения основных фондов и их прироста на 3 процента в год потребуется 14,6 трлн. рублей инвестиций. Плюс 900 млрд. рублей — в оборотные средства. В развитие человеческого капитала — образование, здравоохранение, научные исследования — надо вложить 10,3 трлн. рублей. Все вместе составит 25,8 трлн. рублей в год — треть нашего годового ВВП».

Обратите внимание, что названная Ханиным сумма почти точно равна тем деньгам, которая нужна для реализации национальных проектов, предусмотренных майским указом президента. Но только во втором случае это сумма, рассчитанная на период в шесть лет (2019−2024 гг.), а у Ханина — в расчете на один год. И чтобы выйти на уровень 1991 года такие расходы надо поддерживать на протяжении, по крайней мере, ближайшего десятилетия. Фактически речь идет о необходимости перехода на рельсы мобилизационной экономики.

Приведенные цифры показывают, что «король-то голый». Впрочем, правильнее сказать, что голым стал народ. Страну на протяжении 28 лет грабили и раздевали. Раздели почти догола. Теперь собираются драть шкуру.

https://svpressa.ru/economy/article/250002/

http://reosh.ru/valentin-katasonov-nashemu-korolyu-svita-govorit-tolko-priyatnye-veshhi.html

22.11.2019 Россия — это большая «панама»

Внеочередное собрание акционеров АО «КамАЗ» приняло решение изменить структуру собственников предприятия — основными владельцами объединения должны стать правительства России и Татарии /по 25%/ и ряд банков-кредиторов. На фото: во время пикета, 1998 г. (Фото: Михаил Медведев/ТАСС)

Как акционерные общества продолжают разграбление страны

В своей недавней статье «Капитализм — общество с ограниченной ответственностью денежного капитала» я рассказал читателям историю происхождения акционерных обществ — важнейшей организационно-правовой формы нынешнего бизнеса. Как выясняется, акционерные общества — сравнительно новая форма организации производственной, торговой и финансовой деятельности на микроэкономическом уровне.

Первый акционерный банк появился лишь в 1407 году и назывался Банком Святого Георгия. Позднее в Италии возникло еще несколько банков, имевших акционерную форму. В конце XVI-XVII вв. на свет родились первые акционерные компании в Голландии и Англии. Это были Ост-Индские компании, занимавшиеся колониальной торговлей. Чуть позднее там же появились Вест-Индские компании, ориентированные на торговлю с Новым Светом. Еще позднее появились первые колониальные компании акционерного типа во Франции.

Бум создания акционерных обществ в Европе и Северной Америке начался в XIX веке. В Германии, в частности, — после франко-прусской войны 1870−71 гг. Этот германский бум получил название «грюндерства» (от немецкого слова «грюндер» — учредитель). Термин «грюндерство» несет отрицательный смысл: многие акционерные компании учреждались, деньги с доверчивых акционеров собирались, затем акционерные общества лопались, а деньги оставались у «грюндеров».

В такую же полосу «грюндерства» вступила Россия. Отечественное «грюндерство» началось в эпоху реформ Александра II, которые переводили России на рельсы капиталистического развития. Российское «грюндерство» продолжалось несколько десятилетий — вплоть до 1917 года. В 1916 г. в России числилось 2956 акционерных компаний с капиталом 5,5 млрд. рублей (о дореволюционном акционерном буме я расскажу в одной из следующих своих статей).

После 1917 года все акционерные общества в советской России были ликвидированы. На их базе создавались государственные предприятия. Правовой статус таких предприятий определялся Декретом СНК РСФСР от 10 декабря 1921 г. «О предприятиях, перешедших в собственность Республики». Однако в том же 1921 году начался период советской истории, которые называется «новой экономической политикой» (НЭП). В период НЭПа начался новый акционерный бум — советская разновидность «грюндерства».

1 августа 1922 г. постановлением Совета труда и обороны (СТО) РСФСР были утверждены «Временные правила о порядке утверждения и открытия действий акционерных обществ и об ответственности учредителей и членов правления». Позднее в Гражданский кодекс были внесены статьи, которые регулировали организацию и деятельность акционерных обществ до введения в действие.

В 1922 г. было учреждено 21 акционерное общество с общей суммой акционерных капиталов в 62,9 млн. рублей. К 1925 году было уже 161 акционерное общество с капиталом 285,3 млн. рублей. Однако акционирование экономики не очень-то способствовало восстановлению хозяйства, разрушенного мировой и гражданской войнами. Зато стали возникать многочисленные акционерные конторы «Рога и копыта». Все это блестяще описано в романах Ильфа и Петрова «Золотой теленок» и «Двенадцать стульев».

Акционерное дело — идеальная для мошенников и авантюристов форма. С одной стороны, она позволяет собирать громадные деньги с тысяч и даже миллионов граждан, покупающих акции. С другой, — ограждает учредителей АО от ответственности. Те площадки, через которую нэпманы-грюндеры собирали «добровольные пожертвования» доверчивых и охочих до шальных денег граждан, назывались «фондовой биржей». В 1926 году насчитывалось 114 таких мест «добровольной» сдачи денег.

В конце 1920-х годов страна готовилась к индустриализации. НЭП стал сворачиваться, вместе со сворачиванием НЭПа окончательно затухло доморощенное «грюндерство». А в 1930 году акционерные общества были ликвидированы и преобразованы в государственные предприятия. Тогда же были закрыты фондовые биржи.

И так было до 1990 года, т.е. почти до момента развала СССР. В СССР на протяжении шести десятков лет функционировали только три акционерных общества — Внешэкономбанк СССР, Всесоюзное акционерное общество «Интурист», Ингосстрах СССР, что было обусловлено осуществлением ими внешнеэкономической деятельности.

Статус государственных предприятий определялся в Конституциях (всего их было три — 1924, 1936 и 1977 гг.), Гражданских кодексах РСФСР и других союзных республик (1964 г.), Законе о предприятии (1965 год), Законе о государственном предприятии (объединении) (1987 год).

В 1975 году в СССР насчитывалось почти 47 тыс. промышленных предприятий на самостоятельном балансе (плюс к этому были еще десятки тысяч предприятий, которые были структурными подразделениями головных производственных объединений). В РСФСР накануне развала Советского Союза (в 1990 году) было 30,6 тыс. дееспособных крупных и средних промышленных предприятий. В том числе 4,5 тыс. крупных и крупнейших, с численностью занятых на каждом до 5 тыс. человек.

То, что происходит в «демократической» России с момента ее образования в 1992 году, заслуживает названия грандиозной «панамы». Напомню, что этим словом с конца XIX века стали называть различные акционерные авантюры. Происхождение термина обязано одной авантюрной истории, которая произошла во Франции. После наполеоновских войн в этой стране очень полюбили создавать и банкротить акционерные общества. В романе Александра Дюма «Граф Монте-Кристо» (написан в 40-е годы XIX века) есть герой по имени Данглар, бухгалтер и банкир. Вот его фраза, которая стала «крылатой»: «Я не против банкротства, но банкротство должно обогащать, а не разорять». Это кредо «грюндеров» всех времен и народов.

Так вот, во Франции в 1879 году громогласно было объявлено о создании акционерного общества, которое будет сооружать канал в латиноамериканском государстве Панама. Канал должен был соединить два океана — Тихий и Атлантический. А после пуска канала акционерное общество, как убеждали учредители, будет получать баснословные деньги за право прохода судов из одного океана в другой. Это была самая наглая авантюра, деньги с доверчивых граждан были собраны через Парижскую фондовую биржу, а акционерное общество вскоре лопнуло. Никакого канала, естественно, построено не было.

Для сокрытия хищений, злоупотреблений и тяжелого финансового положения правление компании подкупило французских министров, сенаторов, депутатов, редакторов газет. Крах компании в 1888 разорил десятки тысяч мелких держателей акций. В Советском Союзе знали переносный смысл слова «Панама». Сегодня, по понятным причинам чиновники и креативные «грюндеры» такого слова не используют. А политкорректные журналисты стараются его избегать.

Все мы помним лихие 90-е годы, когда команда Гайдара-Чубайса объявила о начале кампании, которая получила название «приватизация и акционирование». Мы чаще вспоминаем тогдашнюю кампанию в той части, которая касается «приватизации». Но редко задумываемся о том мошенничестве, которое скрывалось за словом «акционирование».

Мало было заполучить в частные лапы государственные активы, бенефициарам приватизации надо было обеспечить «режим наибольшего благоприятствования» для «максимально эффективного» использования нахапанного. А для мародеров разных мастей, ставших обладателями государственных предприятий, «максимально эффективным» было выжать из них все «соки» в кратчайшие сроки подобно тому, как отжимается лимон. Придание приватизированным предприятия статуса акционерных обществ и обеспечивало такую «максимальную эффективность». Во-первых, можно было собирать громадные деньги за счет эмиссии акций с доверчивых инвесторов. Во-вторых, набирать кучу кредитов и иных обязательств (а это было несложно делать, поскольку у приватизированных предприятий на первых порах были реальные активы, которые выступали обеспечением кредитных и иных обязательств).

Все собранные деньги по разным схемам выводились в офшоры и другие безопасные зоны. Поддержание и развитие производственной базы финансировалось по остаточному принципу или вообще не финансировалось. Когда из полученных активов («лимона») отжать было уже нечего, то их владелец-мародер объявлял о банкротстве. А поскольку «акционерка» представляет собой общество ограниченной ответственности, а обязательства АО не распространяются на личное имущество владельца-мародера, то он выходил из воды сухим. Впрочем, не совсем корректно говорить об этом в прошедшем времени. Все это, к сожалению, продолжается и сегодня.

Справедливости ради следует признать, что таким свойством, как «ограниченная ответственность» в сегодняшней России обладают не только АО, но также юридические лица с кодовым названием ООО. Расшифровка простая — «общество с ограниченной ответственностью». ООО по количеству несоизмеримо больше, чем АО. Например, на начало 2018 года, по данным информационной системы СПАРК, число ООО в российской экономике составляло 3.613.779, а число АО — 85. 674 (в том числе 70.623 — непубличных и 15.051 публичных). Получается, что число ООО в 42 раза превышало число АО.

Но значимость вторых в экономике неизмеримо больше. Это, как правило, предприятия, относящиеся к разряду среднего и крупного бизнеса. Как правило, АО получили от приватизации 90-х годов жирные куски. А ООО довольствовались и продолжают довольствоваться многочисленными крошками, которые образовались при делении государственного «пирога» четверть века назад. На АО, по оценкам экспертов, в 2017 году приходилось около 85% создаваемого ВВП.

Примечательно, что в последние годы наметилась весьма высокая «смертность» в группе юридических лиц, имеющих статус АО. В принципе это обычное дело в акционерном мире: АО для того и создаются, чтобы «лопаться». Но параллельно с процессом ликвидации АО происходит учреждение новых обществ. В 90-е и нулевые годы «смертность» АО более или менее компенсировалась созданием новых обществ. Но вот в нынешнем десятилетии четко обозначилась тенденция сокращения общего числа АО за счет того, что «смертность» стала явно превышать «рождаемость».

Вот, например, в конце 2013 года число АО непубличного типа составляло 117.604, а к концу 2017 года их число равнялось 70.623. Число АО публичного типа равнялось соответственно 22.266 и 15.051. Получается, что за период 2013—2017 гг. число непубличных АО сократилось на 40,0%, а число публичных АО — на 32,4%. Общее количество АО сократилось на 38,7%. В 2018 году было зарегистрировано лишь 4 тысячи АО, а количество ликвидированных АО составило 16,5 тысячи. «Смертность» более чем в четыре раза превысила «рождаемость».

Тенденция очень тревожная. Отчасти, конечно, сокращения количества акционерных обществ в российской экономике свидетельствует о том, что наметился процесс, который классики марксизма-ленинизма называли концентрацией и централизацией капитала, а также монополизацией. Происходят поглощения одних акционерных обществ другими. Иногда происходят слияния. На Западе это называют «merges & acquisitions».

Но нередко мы наблюдаем не только ликвидацию юридического лица, но также уничтожение предприятий (предприятий) в физическом смысле. Это предприятия, из которых были выжаты все «соки». «Отжатое» предприятие — такое, у которого произошла полная или почти полная амортизация основных фондов. Несмотря на все ухищрения, Росстат не может скрыть очевидного факта: износ основных фондов российской экономики, основная часть которых находится на балансе АО, нарастает. Но цифры Росстата лукавы и камуфлируют масштабы деградации производственной базы экономики.

Приведу некоторые альтернативные официальной статистике цифры из исследования известного российского экономиста Григория Ханина, которое содержит оценку реальной стоимости основных фондов российской экономики и охватывает период 1991—2015 гг. Объем основных фондов по остаточной стоимости (с учетом износа) к 2015 году сократился по сравнению с 1991 годом примерно в 2 раза. Это намного больше, чем потери в Великую Отечественную войну! Тогда сокращение составило 33,5%. И еще цифра из исследования Ханина: потери основных фондов российской экономики с учетом их износа за период 25 лет (1991−2015 гг.) составили 422,5 трлн. рублей. Это равно суммарному ВВП России за период 2011—2015 гг.

Но помимо «железа» на балансе бывших советских государственных предприятий, превратившихся в одночасье в акционерные общества, оказались также недра. Они также подверглись жесточайшей «амортизации», были также отжаты как «лимон».

В прошлом году Минприроды опубликовал документ «Стратегия развития минерально-сырьевой базы РФ до 2035 года». Из него следует, что минерально-сырьевая база истощена до предела. Вот, в частности, ситуация с сырьевой базой по нефти, на добыче и экспорте которой сегодня держится так или иначе вся страна.

Начиная с 2025 года, ресурсная база нефтедобычи перестанет справляться с нагрузкой, начнется резкий спад добычи. Если верить документу, то до критической точки остается около шесть лет. Оценки Минприроды почти не расходятся с оценками Минэнерго. По расчетам Минэнерго, объем добычи из-за сужения ресурсной базы может сократиться с 555,8 млн. т в 2018 году в год (11,4 млн. баррелей в день), до 310 млн. тон (6,3 млн. баррелей в день) в 2035 году. Т.е. ожидается без малого двукратный обвал.

Итак, в «демократической» России процесс стремительного сокращения числа акционерных обществ отражает не только и не столько концентрацию и централизацию капитала, сколько физическое уничтожение той материально-технической базы, которая досталась России в наследство от СССР.

Только в период 2000 — 2017 гг., по оценкам независимых экспертов, в стране было уничтожено 74 тысячи заводов и фабрик. Согласно другой оценке, с 2005 года по настоящее время навечно закрыто 35 тысяч крупных и средних заводов. Еще раз подчеркну, что это цифры, которые отражают не какие-то юридические реорганизации, в физическое уничтожения производственных объектов, которые превратились в груды металлолома и развалины цехов. Потери, сопоставимые с теми, которые страны понесла в годы Великой Отечественной войны.

Против России велась и продолжает вестись необъявленная война, которая уничтожает остатки отечественной экономики. Одним из эффективных орудий такой войны стали различные общества «с ограниченной ответственностью», в первую очередь, акционерные общества. Они дают возможность учредителям АО вести войну на поражение при обеспечении полной безопасности учредителей и главных акционеров. Очень хотел бы, чтобы те политики, которые искренне и решительно ведут борьбу за спасение и возрождение Отечества, задумались об этом. Соответственно очень настоятельно советую им включить в свои программы требование о немедленной ликвидации в России института «акционерное общество».

https://svpressa.ru/economy/article/249604/

http://reosh.ru/valentin-katasonov-rossiya-eto-bolshaya-panama.html

18.11.2019 Россия ростовщическая на фоне «варварского» Древнего Рима

Фото: Andy Dean Photography / Shutterstock.com

Язычники могли заключить на основании разума, что ростовщик есть четырежды вор и убийца. Мы же, христиане, так их почитаем, что чуть не молимся на них ради их денег… Кто грабит и ворует у другого его пищу, тот совершает такое же великое убийство (поскольку это от него зависит), как, если бы он кого морил голодом и губил бы его насмерть

(Мартин Лютер).

Дозволение ростовщикам действовать гласно привело к тому, что теперь многие приучились смотреть на ростовщичество, как на простое коммерческое дело, и такое мнение случается не раз слышать от очень порядочных людей

(Н. Лесков, русский писатель)

Отмечу: сравнение облегчается тем, что социально-экономические модели общества Древнего Рима и нынешней России имеют большое сходство. У нас уже более четверти века существует модель, которую можно назвать «капитализм». В учебниках по истории обычно пишут, что в Древнем Риме повсеместно господствовал рабовладельческий строй. В немалой степени такое представление сложилось под влиянием работ Карла Маркса, который всю человеческую историю определял как процесс последовательной смены общественно-экономических формаций: первобытно-общинный строй — рабовладельческий строй — феодализм — капитализм — коммунизм (с двумя фазами — социализм и полный коммунизм). Согласно Марксу, смена формаций есть прогресс человечества. Следовательно, нет никаких сомнений, что капитализм (в котором сегодня пребывает Россия) — намного более «цивилизованный» строй, чем рабовладельческий (в том числе строй Древнего Рима).

Эта красивая схема Маркса (которая вбивалась в наши головы в советское время и по инерции продолжает проповедоваться в современных российских школах и вузах) опровергается конкретными историческими исследованиями. В Германии во второй половине XIX века (т. е. примерно в то самое время, когда «Капитал» и другие работы Маркса стали появляться и пропагандироваться в Европе и России) возникла целая плеяда историков, которые неожиданно для тогдашней Европы заявили, что в Древнем Риме уже, оказывается, существовал общественный строй со многими атрибутами капитализма Нового времени.

Это, прежде всего, Теодор Моммзен (многотомный труд «Римская история») и Эдуард Мейер (многотомная «История древнего мира», «Экономическое развитие древнего мира»). Также на присутствие в Древнем Риме элементов капитализма обратил внимание известный немецкий социалист Карл Каутский в своём труде «Происхождение христианства». В этот список также следует добавить итальянца Джузеппе Сальвиоли («Капитализм в античном мире. Этюды по истории хозяйственного быта Рима»). Позднее тему античного капитализма развивал наш отечественный историк Михаил Иванович Ростовцев, написавший основную часть своих трудов в эмиграции, где он оказался после революции 1917 года (прежде всего это книги «Социальная и экономическая история Римской империи» и «Социальная и экономическая история эллинистического мира»).

Эти учёные обратили особое внимание на такой атрибут и признак капитализма Древнего Рима, как наличие там денежного капитала. В их работах собран богатый материал по таким денежным операциям того времени, как налоговый откуп (передача римской казной права сбора налогов частным лицам), предоставление займов государству (как римской казне, так и провинциям Римской империи, которым зачастую не хватало денег для выплат налогов в казну), торговое финансирование (в Римской империи была очень развита средиземноморская торговля), получение от государства подрядов на строительство и поставку товаров и финансирование подрядных операций, учреждение товариществ (прототипы появившихся в Новое время в Европе акционерных обществ), финансовое обслуживание населения. Позже осуществлялись предоставление кредитов, меновые операции, хранение драгоценностей, стали появляться услуги по принятию средств на депозиты.

Упомянутые выше историки в обобщенном виде всю эту деятельность называли ростовщичеством. Действительно, главным источником доходов денежного капитала были операции по предоставлению ссуд (займов, кредитов) государственной казне Рима, провинциям Римской империи, государственным подрядчикам, гражданам (как состоятельным, так и рядовым) под процент. Деньги, выдававшиеся в виде ссуд, прирастали процентом, отсюда и слово «ростовщичество». А кто в Древнем Риме представлял денежный капитал и занимался ростовщичеством? Этим занимались люди, принадлежавшие к сословию «всадников». «Всадники» имели высокий статус, но в иерархии стояли ниже так называемых «нобилей» («знатные», «благородные» — высший слой римской аристократии, многие были сенаторами, одновременно крупными рабовладельцами и землевладельцами). С некоторой степенью условности «всадников» можно назвать финансовой олигархией того времени. Кстати, римский прокуратор Понтий Пилат, о котором мы читаем в Новом Завете, был из сословия «всадников».

Но вот что удивительно: на протяжении всей истории Древнего Рима официальное отношение к ростовщической деятельности никогда не было позитивным. Негатив проявлялся как в моральном осуждении этого занятия, так и в различных законодательных ограничениях и наказаниях. Осуждение ростовщичества истинными римскими гражданами (патрициями) сложилось ещё в ранние времена римской истории. Марк Порций Катон Старший (234–149 до н. э.) в своей работе «Земледелие» писал, что от ведения сельского хозяйства в поместье не стоит ждать больших доходов, для обогащения «лучше заняться торговлей, но она опасна, или ростовщичеством, но оно не почтенно» (Катон. Земледелие. Пер. и ком. М. Е. Сергеенко. — М.: Ладомир, 1998).

Да, искушения ростовщического обогащения были сильны в верхах римского общества. И тайно этим занимались даже «нобили». Что касается «всадников», то вроде бы они имели право на ростовщическую деятельность. Но даже они предпочитали не раздражать народ и многие свои финансовые операции держали в тайне.

Римская верхушка также постоянно прибегала к помощи латинов (италиков) — жителей итальянских городов в окружении Рима. Латины обладали несколько более низким статусом, чем граждане самого Рима, но при этом они имели право заниматься ростовщическими операциями. Услуги латинов, которые они оказывали римским патрициям, имеют некоторое сходство с тем, как еврейские ростовщики в Средние века тайно оказывали услуги в проведении процентных операций князьям, королям и даже Римскому престолу. Полагаю, что не случайно первые банки в Европе стали появляться именно в итальянских городах (Венеции, Генуе, Флоренции и др.); согласно некоторым версиям, первыми итальянскими банкирами были потомки тех самых латинов (См.: Ваджра Андрей. Путь зла. Запад: матрица глобальной гегемонии. — М.: АСТ: Астрель, 2007 // гл. 2 «Итальянские города-государства»).

Итак, ростовщичество в Древнем Риме было, но не сильно афишировалось и постоянно осуждалось. С обличениями в адрес ростовщичества выступали многие римские сенаторы, народные трибуны. Также писатели и философы — как римские, так и греческие, работы которых хорошо были известны в Риме. Например, Аристотель, Платон, Цицерон, Гораций, Ювенал, Лукиан и даже Луций Анней Сенека (4 г. до н. э. — 65 г.).

Последнего мы знаем как известного философа-стоика и поэта. Но оказывается, Сенека был не «Диогеном в бочке», а очень богатым «всадником». Благодаря ростовщическим операциям он накопил состояние в 300 млн сестерциев. Для сравнения скажу: для того чтобы римский гражданин мог получить звание «всадника», был установлен минимальный порог состояния в 400 тыс. сестерциев. Сенека не афишировал свою финансовую деятельность, занимался ростовщичеством через посредство вольноотпущенных рабов. Так вот Сенека в конце своей жизни радикально изменил своё отношение к ростовщичеству и богатству вообще. И в памяти человечества он остался не как богатейший римский «всадник», а как философ и обличитель ростовщичества. Мысли позднего Сенеки настолько сильно совпадали с христианством, что он считался тайным христианином и ему приписывали переписку с апостолом Павлом.

Простой народ выражал своё негативное отношение к ростовщичеству по-своему. В Римском государстве нередко начинались народные восстания из-за того, что население оказывалось в кабальной, почти рабской зависимости от ростовщиков. Происходило обезземеливание крестьян в результате того, что земельные участки как залоги переходили к ростовщикам. Восставшие нередко убивали своих кредиторов. Реакцией на такие социальные катаклизмы и возмущения было введение в римском законодательстве ограничений процентных ставок по кредиту. Одно из ранних ограничений — «Законы XII таблиц», принятые в V веке до н. э. Законы написаны на 12 таблицах-досках (отсюда название) и определяют правовой статус патрициев и плебеев, свободных и рабов, патронов и клиентов. «Законы XII таблиц» пресекали откровенное ростовщичество, устанавливая верхний потолок процента в размере 10% в год (в те времена год в Древнем Риме состоял из 10 месяцев, так что получалось по 1% в расчёте на месяц).

Конечно, через некоторое время всё возвращалось на круги своя, ростовщичество возрождалось, и начинались новые восстания. Очень серьёзным было выступление плебеев на почве их долговой зависимости от патрициев-ростовщиков в Риме во второй половине IV века до н. э. В 385 г до н. э. это выступление возглавил Марк Манлий Капитолийский (между прочим, имел звание патриция и был очень уважаем в народе). Властям удалось подавить движение, Манлий был казнён.

Но восстание не прошло бесследно. В 367–366 гг. до н. э. плебеи вместе с народными трибунами Секстием и Лицинием добились принятия законов, которые ограничивали перераспределение земель в пользу патрициев-ростовщиков. По закону Секстия — Лициния предусматривалась частичная кассация (ликвидация) долгов. Проводился их перерасчёт таким образом, что уплате подлежала только основная сумма долга за вычетом уже заплаченных процентов. Устанавливалось, что остаток долга будет выплачен в течение трёх лет после выхода закона. Главным итогом движения плебеев-должников была отмена долгового рабства (превращения свободного человека в собственность кредитора).

Многие государственные деятели Древнего Рима («нобили») использовали антиростовщические настроения народа для ослабления власти «всадников». Так, в 1 веке до н. э. диктатор Сулла, пытаясь сломить власть финансовой олигархии, казнил 1600 «всадников», а их имущество конфисковал и выставил на продажу. После репрессий диктатора Суллы «всадники» ещё больше увели в тень свои ростовщические операции. Тем более что многие из них стремились в римской иерархии занять место рядом с аристократией (стать нобилями). В это время они уже широко использовали для проведения финансовых операций своих рабов, нередко предоставляя им статус вольноотпущенников.

Такие рабы и вольноотпущенники также время зря не теряли: они работали не только на хозяина, но и на себя. Некоторые становились в ряды богатейших людей своего времени. Например, Каутский отмечает, что во времена императора Нерона (50–54 гг. н. э.) богатейшим человеком являлся вольноотпущенник этого императора по имени Нарцисс: его состояние было равно 90 млн немецких марок конца XIX века (К. Каутский. Происхождение христианства. — М.: Политиздат, 1990, с. 74).

В эпоху поздней республики и в императорскую эпоху плата за кредит по-прежнему ограничивалась 1% в месяц. Императоры периодически напоминали о недопустимости превышения этого порога. Так, эдикт императора Диоклетиана о твёрдых ценах (301 г. н. э.) пытался ограничивать не только рост цен (в результате начавшейся массовой порчи монет), но также платы за кредит.

Итак, ростовщичество как с точки зрения нравственных, так и юридических норм в Древнем Риме рассматривалось как занятие не очень достойное. Особенно демонстрировали своё презрение к нему аристократы, или «нобили». А те, кто занимались ростовщичеством, всячески пытались скрывать эту деятельность. И уж по крайней мере не рекламировать.

После завершения периода древней истории (формально оно датируется 476 годом, когда варвары захватили Рим) наступила эпоха Средних веков. В Европе это время утверждения и укрепления христианства. Соответственно, это было время, когда нравственные и юридические нормы в отношении ростовщичества стали гораздо более жёсткими, чем те, что были в Древнем Риме. Строго говоря, ростовщичество было запрещено. Ссуды денег и материальных ценностей могли осуществляться лишь без взимания процента. Конечно, эти запреты тайком нарушались. Но в обществе царила атмосфера неприятия ростовщичества в любых его формах. И это был очень длинный период истории — более тысячи лет.

Завершение его в Европе произошло в XVI веке, когда началась Реформация. Революционные изменения в общественном сознании, которые несколько позднее привели к революциям и радикальным социально-экономическим изменениям в Европе. С середины XVI века власти Западной Европы разрешили наконец взимание процента, но определили его предельную величину. Так, например, в Англии король Генрих VIII определил максимальный процент по займу в 10% годовых (закон 1546 г.). В Германии, Франции, Австро-Венгрии и других государствах законный максимум был установлен в 5 и 6%. Такой же высший предел процента был введён в некоторых штатах Северной Америки. Взимание более высокого процента считалось ростовщичеством и наказывалось в уголовном порядке (Булгаков С. Н. Очерки по истории экономических учений. — М., 1913. С. 146).

Прошло ещё примерно три столетия. И в Европе началась повальная отмена предельных значений процента. Почти во всех европейских государствах законы о допустимом максимуме процента были отменены в 60-х и 70-х годах XIX века, а в Англии — уже в 30-х годах. Правда, в законодательстве ряда стран сохранялось понятие «ростовщичество» и формулировались некоторые критерии для идентификации подобных операций. В Российской Империи, в отличие от западноевропейских стран, верхний предел процентной ставки существовал и составлял 12% годовых. В Уголовном Уложении Российской Империи (1903) ростовщичество (т. е. ссуды со ставкой выше 12%) квалифицировалось как преступление.

И теперь вернёмся на нашу грешную землю — в Российскую Федерацию 2019 года. И сравним сегодняшний день с Древним Римом, который был «варварским», «языческим», «рабовладельческим». Там кредитные и прочие ссудные операции под процент, мягко говоря, не приветствовались. А тех, кто этим делом промышлял, презирали и в «приличное общество» не пускали. А у нас в России? Банкиры (по сути, те же ростовщики) у нас считаются «элитой» общества, это наиболее уважаемые люди. Организаторы разных форумов и общественно-политических мероприятий высшего уровня считают за счастье и честь, если их посещают такие известные банкиры-ростовщики, как Герман Греф, Андрей Костин, Пётр Авен и другие. Они полубоги и своим присутствием как бы «освящают» эти мероприятия.

А сравним процентные ставки по кредитам и разным ссудам. В Древнем Риме ещё в V веке до н. э. была установлена предельная планка в 10% годовых, и она сохранялась на протяжении всей остальной истории Древнего Рима. А у нас? Открываю сайт Банка России и смотрю данные о средневзвешенных процентных ставках российских банков по кредитам физическим лицам по состоянию на август 2019 года (https://www.cbr.ru/statistics/pdko/int_rat/). Они немного варьируются (в зависимости от срока кредита), но находятся примерно на уровне 14%. А по наиболее востребованным кредитам со сроком от 91 до 180 дней ставка равна 19,24%.

С точки зрения законов Римской империи мы должны оценить кредитную деятельность российских банков как ростовщическую. И будь сейчас во главе России политик типа упоминавшегося выше императора Суллы, то он нынешних банкиров типа Грефа, Костина и Авена просто бы казнил. А имущество их банков вместе с их личным имуществом конфисковал бы и выставил на продажу. И даже с точки зрения законов Российской Империи, действовавших в начале прошлого века, все эти господа должны были пойти под суд за уголовщину, называемую ростовщичеством.

Как великую милость обществу Банк России в начале этого года обнародовал свой документ, понижающий предельные ставки процента по ссудам, предоставляемым населению микрофинансовыми организациями (https://www.cbr.ru/press/event/?id=2349). До нынешнего года эти ставки составляли 2%, а в этом году они были понижены до 1,5%. С середины 2019-го предельная величина понижена до 1%. Что ж, теперь будем жить как европейцы? Сегодня в некоторых странах (Швеции, Дании, Норвегии, Германии и др.) физические лица действительно могут получать кредиты под такие смешные проценты (иногда даже ниже 1%). Вся разница заключается в том, что у них предел в 1% — ставка годовая. В нашем случае ставка в 1% — суточная. Мне лично даже не известны прецеденты подобного рода дикого ростовщичества в истории человечества.

Предлагаю использовать процентную ставку как средство сравнения степени цивилизованности или, наоборот, одичания общества. И при таком подходе приходишь к печальному заключению: нынешняя Российская Федерация на фоне Древнего Рима выглядит как общество крайнего одичания.

https://tsargrad.tv/articles/rossija-rostovshhicheskaja-na-fone-varvarskogo-drevnego-rima_226130

http://reosh.ru/valentin-katasonov-rossiya-rostovshhicheskaya-na-fone-varvarskogo-drevnego-rima.html

17.11.2019 Капитализм – общество с ограниченной ответственностью денежного капитала

Фото: pickingpok/Shutterstock/com

Банкротство — это законная процедура, в ходе которой вы перекладываете деньги в брючный карман и отдаёте пиджак кредиторам

Тристан Бернар, французский писатель

(1866–1947)

Нынче нет такой морды, из которой не сделали бы юридического лица.

Шутка профессиональных юристов

Сделай юридическое лицо попроще. И физические сами к тебе потянутся.

Шутка профессиональных юристов

Я уже не раз писал о том, что ядром капитализма (господствующей ныне социально-экономической модели общества) является денежный капитал (производственный капитал и торговый капитал занимают подчинённое ему место). На протяжении нескольких веков существования капитализма денежный капитал добивался всё большей экономической, финансовой, политической и идейной («духовной») власти в обществе. Обманом и силой денежные капиталисты получали всё больше прав и полномочий (главное их достижение – они завладели «печатным станком», то есть получили право на эмиссию денег под вывеской Центрального банка). Одновременно со стороны представителей денежного капитала (ростовщиков и банкиров) предпринимались постоянные шаги по ограничению своей ответственности в сфере гражданско-правовых отношений.

Одно из главных достижений денежных капиталистов – предоставление частным банкам права на неполное покрытие своих обязательств. Подавляющее большинство частных коммерческих банков имеют такие бухгалтерские балансы, из которых вытекает, что законных платёжных средств (денег, эмитированных Центробанками) у них хватит лишь на то, чтобы покрыть процентов десять (условно) обязательств перед вкладчиками, разместившими деньги на депозитах и иных счетах. Если бы подобные балансы были у промышленных, торговых, строительных и иных компаний, производящих товары и услуги или торгующих ими, то такие компании были бы немедленно объявлены банкротами. А банки между тем «процветают», причём частичное покрытие обязательств (также называемое частичным резервированием) позволяет им делать деньги из воздуха. Примечательно, что эти деньги – фальшивые, так как частные банки не получали права на денежную эмиссию. Вот такую «революцию» совершили денежные капиталисты, позволив банкам властвовать над гражданами и бизнесом с помощью фальшивых денег. Самое удивительное, что большинство нынешних граждан и бизнесменов ничего не знают об этой «революции» и даже не подозревают, что банки властвуют над ними с помощью самого беспардонного обмана. Ибо «революция» добилась того, что в сознании многих людей произошли почти необратимые мутации. Тех, кто хотел бы немного разобраться в тонкостях этого вселенского обмана, адресую к своей книге «О проценте: ссудном, подсудном, безрассудном». Также можно познакомиться с последними моими статьями на тему «частичного резервирования»: «Полвека назад был оглашён судебный приговор всей банковской системе США, который держат в тайне»; «Швейцария: прошлогодний вызов банкирам, о котором в России почти ничего не знают»; «Чикагский план: приказано забыть… до следующего кризиса».

Но имеется ещё ряд видов обмана, которые на протяжении длительного времени внедрялись денежными капиталистами в общественное сознание и которые сегодня позволяют им без особого труда снимать с себя ответственность за разного рода финансовые и коммерческие аферы. Потому что современное общество, одурманенное идеологией экономического либерализма, воспринимает эти обманы и аферы как норму жизни, «естественный закон».

Пожалуй, вторым по значимости (после обмана, легализовавшего неполное покрытие обязательств банков) достижением денежных капиталистов стала легализация акционерных обществ и понятия «юридическое лицо». Многие, прочитав мои слова, мысленно удивятся: «А что ж тут плохого? Ведь на акционерных обществах и юридических лицах сегодня вся экономика зиждется». А те из читателей, у кого за плечами обучение в экономических и юридических вузах, могут даже вспомнить учебники, где расписывались достоинства этих самых акционерных обществ. Литературы, посвящённой описанию значимости акционерных обществ в жизни «цивилизованного общества», – тонны (в бумажном эквиваленте) или гигабайты (в электронном).

И почти ни в одной книге и ни в одной статье вы не найдете минусов акционерной формы – сплошные плюсы. Изобретение акционерных обществ приравнивается к изобретению денег, колеса, компьютера, печатного станка или даже к открытию дифференциального и интегрального исчисления. Что же это за изобретение? В «Википедии» читаем: «Акционерное общество – это хозяйственное общество, уставный капитал которого разделён на определённое число акций в соответствии со ст. 96 Гражданского кодекса Российской Федерации (ч. 1). Участники акционерного общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им акций».

Учебники по экономической истории нам сообщают, когда произошло рождение этого гениального изобретения под кодовым названием «АО». Сначала акционерные общества появились в Голландии и Англии – первых странах победившего капитализма. Это были компании, занимавшиеся международной торговлей (колониальные компании). В 1595 году (по другим данным – в 1602-м) была учреждена Голландская Ост-Индская компания. Затем на свет появились Голландская Вест-Индская компания, а также Суринамская, Северная и Леванская компании. С отставанием всего на 10–20 лет началось учредительство акционерных компаний в Англии. Первой из них стала Английская Ост-Индская компания (учреждена в 1609 году, по другим данным – в 1613-м). Наконец, следствием этого бума акционерного учредительства стало появление в XVII веке Амстердамской биржи. Некоторые мистически настроенные люди полагают, что у «духовно просветлённых» голландских и английских протестантов начались какие-то «озарения», «откровения свыше», вот и были сделаны такие гениальные открытия, как АО и фондовая биржа.

Может, действительно был прав немецкий социолог Макс Вебер, написавший известную книгу «Протестантская этика и дух капитализма»? В ней он убеждает читателя в том, что протестанты обладали особой «пассионарностью», а она, в свою очередь, имела духовные причины. Может, действительно протестанты получили пассионарность в хозяйственных и финансовых делах от каких-то неведомых «духов капитализма»?

Нет, всё намного проще. Голландцы и англичане ничего не изобретали. «Велосипед» (то бишь акционерное общество) был изобретён почти за два тысячелетия до них. Изобретён-то он был, а вот с внедрением его в практику в те времена возникли «определённые сложности». В XIX веке ряд европейских историков (немцы Теодор Моммзен и Эдуард Мейер, итальянец Джузеппе Сальвиоли и другие) пришли к неожиданному выводу: в Древнем мире (особенно в Древнем Риме) в экономике уже существовал капиталистический уклад. Также они обратили внимание на то, что в Древнем Риме в республиканский период уже предпринимались попытки создания корпораций, имевших некоторые признаки современных акционерных обществ. Да, попыток было множество, но массового внедрения АО не было. В Древнем Риме корпорации существовали в зачаточном состоянии и решающего влияния на ход экономического развития не оказывали. Общепризнанный факт, что первым прототипом корпораций стали торговые (купеческие) гильдии, которые возникали для морской транспортировки товаров с целью продажи в других странах. Это была своеобразная «складчина», совместная деятельность по снаряжению и сопровождению торгового судна или даже каравана судов нескольких или многих купцов.

Такая кооперация тем не менее не означала полную консолидацию капиталов участников проекта – сохранялся принцип «денежки врозь». Торговые гильдии не были самостоятельными хозяйственными единицами – это была совместная деятельность при солидарной ответственности участников. Торговая гильдия отвечала за долги каждого из своих членов, подобно тому как лица одной национальности отвечают друг за друга на чужбине или как граждане солидарно отвечали за долги общины.

Термин «корпорация» происходит от латинского выражения corpus habere, обозначающего права юридической личности. Такие права стали признаваться за некоторыми частными союзами в Римской империи начиная со II века до Р.Х., однако окончательного признания гильдий и иных гражданско-правовых объединений как равных с физическими лицами субъектов права в Древнем Риме так и не произошло. В те давние времена были лоббисты внесения в римское право полноценного понятия «корпорации» и соответствующего ему «юридического лица». Кое-кому хотелось скрыться за вывеской корпорации (юридического лица), чтобы снять с себя лишние риски. Сохранялся принцип персональной юридической ответственности физического лица, а юридическое лицо такую персональную ответственность размывало. Общество Древнего Рима в своей массе в штыки встретило юридическую новацию.

Историки права утверждают, что римскому праву всё-таки не был известен термин «юридическое лицо». Первоначально в Риме частные корпорации, религиозные общины (collegia sodalicia) и профессиональные союзы ремесленников (fabrorum, pistorum) представляли собой не юридические лица, а объединения, напоминающие простые товарищества, в которых не происходило «растворения» физических лиц (граждан). Отношения третьих лиц строились не с корпорацией в целом, а с каждым участником, общее же имущество корпораций рассматривалось как принадлежащее каждому из его участников в определённой доле либо как принадлежащее одному из участников – казначею, ведущему дела объединения и ответственному перед его членами.

Такие союзы, напоминающие простые товарищества (партнёрства), существовали в Древнем Риме не только в морской торговле, но и в других сферах предпринимательской деятельности – подрядах, откупах (сбор налогов), кредитном деле, горной добыче, ремесленном деле, управлении государственным имуществом и др. И видимо, такие партнёрства Теодор Моммзен, Эдуард Мейер, Карл Каутский, Джузеппе Сальвиоли и другие называли ранними акционерными обществами. Так, Сальвиоли писал, что денежные капиталисты позднего республиканского Рима «основывали компании, соответствовавшие нашим акционерным банкам, с директорами, кассирами, агентами и т.д. При Сулле (Луций Корнелий Сулла, 138–78 до н.э. – Прим. автора), древнеримском государственном деятеле и военачальнике, составилось общество Азианов с таким значительным капиталом, что оно могло ссудить государству 20 000 талантов. Двенадцать лет спустя этот долг (долг государства по ссудам общества Азианов. – Прим. автора) вырос до 120 000 талантов» (Сальвиоли Дж. Капитализм в античном мире. Этюды по истории хозяйственного быта Рима. Пер. с фр. Харьков, Екатеринослав: Всеукргосиздат, 1922). Но всё-таки у Сальвиоли и других историков XIX века была натяжка: у товариществ Древнего Рима не было таких атрибутов современных акционерных обществ, как: 1) статус юридического лица (ограничивающий личную ответственность участника); 2) акция (доля в общем капитале, которая могла свободно торговаться на рынке, что вело к утрате связи первоначального участника общества с этим обществом).

Считается, что настоящие акционерные общества появились в Европе в Средние века. По мнению многих историков, это произошло, по крайней мере, за два-три века до появления упомянутых нами колониальных торговых компаний Голландии и Англии. Первые настоящие АО появились в банковской сфере. Я уже писал, что пионером здесь стал Банк Святого Георгия, учреждённый в Генуе в 1407 году.

В современных учебниках по праву отмечается, что реальной практики применения правовой категории «юридическое лицо» в Древнем Риме не было. Вместе с тем римские юристы оставили нам свои представления о том, как они понимали «юридическое лицо», определили основные его признаки: оно имеет собственное имущество, отделённое от личного имущества его членов; не отвечает по долгам его членов (так же и члены не отвечают по долгам юридического лица); может самостоятельно выступать в имущественном обороте, самостоятельно может быть истцом и ответчиком в суде.

Сам же термин «юридическое лицо» появился в Средние века и был внедрён в жизнь ровно тогда, когда появились первые корпорации (акционерные общества). Причём попытки внедрить правовую категорию «юридическое лицо» со стороны владельцев денежных капиталов делались на протяжении более чем тысячелетней истории, однако успеха они добились лишь в позднем Средневековье. Против корпораций и юридических лиц выступала Церковь, которая усматривала в этих новациях обман, угрозу хищений, усиление власти маммоны. На протяжении большей части Средних веков в хозяйственной жизни присутствовали только физические лица, то есть отдельные личности, которые были субъектами экономических отношений. Эти субъекты должны были руководствоваться не только и не столько юридическими нормами, сколько нравственно-религиозными (как правило, более строгими, чем юридические).

Нравственно-религиозные нормы Церкви сковывали «дух капитализма» средневекового предприимчивого европейца, пытавшегося «эмансипироваться» от «предрассудков» христианства. Именно поэтому он стал добиваться введения института юридического лица, который концептуально был разработан ещё в римском праве. Это некий абстрактный субъект хозяйства, который живёт лишь по юридическим нормам, а нравственно-религиозные на него не распространяются. Папа Римский Иннокентий IV заявил, что корпорации являются «фиктивными лицами». На Лионском соборе 1245 года, отвечая на вопрос, можно ли отлучить от Церкви корпорацию, этот папа сказал, что всякое отлучение распространяется на душу и совесть. Поэтому корпорации не могут быть отлучаемы от церкви, так как не имеют ни души, ни совести, ни воли, ни сознания; они являются лишь отвлечёнными понятиями (nomen intellectuale), правовыми наименованиями (nomina sunt juris), фиктивными лицами (persona ficta).

Юридическое лицо стало очень удобным прикрытием для предприимчивого европейца, позволяло ему без зазрения совести нарушать нравственно-религиозные нормы. Юридическое лицо могло обманывать, эксплуатировать, доводить людей до нищеты, накапливать богатства и т. п., не неся никакой моральной ответственности перед другими людьми, обществом, Церковью и Богом. Серьёзных размышлений о природе юридических лиц сегодня я не встречаю. Единственное исключение – небольшая заметка некоего Евгения Миронова под названием «Изобретение Юридического Лица». Автор этого материала остроумно замечает, что есть два вида институтов, куда люди могут добровольно нести свои деньги. Во-первых, это Церковь, куда верующие делают свои пожертвования. Во-вторых, юридические лица (преимущественно корпорации), где они рассчитывают получить барыш: «Люди несут свои деньги в юридические лица добровольно. Но при этом, в отличие от храмов, эксплуатируются не религиозные чувства, а желание разбогатеть или просто увеличить свои деньги. Люди несут свои деньги в юридические лица в самых разных формах. Например, покупают акции предприятия в надежде на дивиденды и на рост биржевой стоимости акций. Никто не заставляет насильно людей покупать акции».

В XVII–XVIII вв. корпорации и юридические лица стали превращаться в неотъемлемую часть европейской жизни. Денежные капиталисты начали эксплуатировать слабости человека (прежде всего это жажда лёгкого обогащения, сочетающаяся с откровенной глупостью) и систематически обчищать его карманы. Денежные капиталисты несказанно обогащались на разного рода «Панамах» (выражение, означающее мошеннические проекты, как правило, оформленные в виде акционерных обществ). После Франко-прусской войны 1870–1871 гг. в Германии и Австро-Венгрии началась эпоха так называемого грюндерства (нем. Gründer – учредитель компаний) – массового создания акционерных обществ, которые лопались, подобно мыльным пузырям, разоряя простых обывателей и обогащая предприимчивых грюндеров. Эта эпидемия грюндерства перекинулась затем на Россию, которая делала первые шаги на пути к капитализму.

А разве сегодня Россия не является жертвой обманов, прикрытых акционерной формой и защищённых ограниченной ответственностью отечественных грюндеров? Об этом мы узнаём каждый день из новостей. Вот, например, последняя попавшаяся мне на глаза новость. Миллиардер Михаил Гуцериев, входящий, по данным Forbes, в топ-30 богатейших россиян с состоянием 3,7 млрд долларов, договорился об урегулировании претензий в связи с санацией Бинбанка, которым Гуцериев до недавнего времени владел. Банк Гуцериева, между прочим, имел статус публичного акционерного общества. В конце 2017 года он был национализирован за счёт Фонда консолидации ЦБ. На санацию банка регулятору пришлось потратить 857 млрд рублей.

А как обстоят дела с главным «героем» истории – господином Гуцериевым? Он жив, здоров, из страны не уезжал. В тюрьму посажен не был и из рейтингов Forbes не исключался. И вот в начале ноября люди Гуцериева подписали соглашение с находящимися под контролем ЦБ банками «Открытие» и «Траст» (которые занимаются заделкой созданной Бинбанком «дыры») об урегулировании финансовых претензий к бывшему банкиру. Оно предусматривает, что миллиардер внесёт свой вклад в ликвидацию «дыры» в размере 135 млрд рублей, причём лишь часть деньгами, остальное – акциями. Интересная получается арифметика. Отечественный грюндер Гуцериев покроет лишь 15,8% средств, затраченных на санацию банка. При этом и после широкого жеста бизнесмена по компенсации ущерба у него останется, по моим расчётам, не менее полутора миллиардов долларов. Он даже свой статус миллиардера сохранит. Вот вам и наглядная иллюстрация того, что такое ограниченная ответственность тех, кто прикрывается вывесками акционерных обществ.

Всё-таки древние римляне хоть и были язычниками, но понимали, что джина акционерных обществ из бутылки выпускать нельзя. А вот Европа, которая ещё формально числилась как «христианская», на закате Средневековья решила проявить акционерную «пассионарность». Со всеми отсюда вытекающими последствиями, включая революции, социальные волнения, экономические кризисы и мировые войны. Что ж, приходится признать, что древние римляне были мудрее европейцев Нового времени.

https://tsargrad.tv/articles/kapitalizm-obshhestvo-s-ogranichennoj-otvetstvennostju-denezhnogo-kapitala_226162

http://reosh.ru/valentin-katasonov-kapitalizm-obshhestvo-s-ogranichennoj-otvetstvennostyu-denezhnogo-kapitala.html

16.11.2019 Саммит БРИКС: Валютные грезы России

На фото: во время заседания лидеров стран БРИКС (Фото: Михаил Метцель/ТАСС)

Планы Москвы вытеснить доллар в расчетах даже между странами союза выглядят иллюзорно

Только что закончился саммит БРИКС, который проходил в Бразилии. До этого лидеры пятерки (Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка) встречались на полях саммита в Осаке в июне этого года. И в Осаке, и в Бразилии большое внимание было уделено вопросам сотрудничества в сфере валютных расчетов и финансов. Актуальность такого сотрудничества для России резко возрастает в связи с усиливающимся давлением на нашу страну со стороны США и их ближайших союзников. Речь идет об экономических санкциях и угрозах блокирования международных расчетов в долларах США, заморозки долларовых резервов, запретов на размещение долларовых займов и др. Потенциально эти угрозы существуют и для других стран-членов группы БРИКС.

Новый банк развития

Напомню, что в Осаке лидеры стран БРИКС обсуждали такой вопрос, как деятельность Нового банка развития. Соглашение о создании этого банка было подписано на саммите БРИКС в Бразилии летом 2014 года. Президент Владимир Путин на встрече в Осаке сообщил, что Новый банк развития (НБР) на тот момент финансировал 35 инвестиционных проектов на общую сумму более 9 млрд долл. Кстати, тогда он высказался за расширение состава акционеров банка и предложил утвердить формулу расчета квот для претендентов.

На последнем саммите БРИКС Путин вновь вспомнил о НБР, сказав, что в следующем, 2020 году офис банка будет открыт в Москве (отмечу, что штаб-квартира его находится в Шанхае). На всех встречах БРИКС постоянно подчеркивается, что финансирование проектов банком надо осуществлять преимущественно в национальных валютах. Вот и на последнем саммите в Бразилии Владимир Путин выразил пожелание по поводу НБР: «Хотел бы предложить увеличить долю финансирования проектов в национальных валютах стран БРИКС».

Однако, согласно оценкам, доля нацвалют в объеме займов НБР пока не превышает, по ряду оценок, 30−35%. И свою ресурсную базу НБР формирует преимущественно за счет традиционных валют — доллара США, евро и др. На состоявшемся в июле 2018 года в южноафриканском Йоханнесбурге 10-м юбилейном саммите БРИКС президент банка К.В. Каматха (Индия) откровенно заявил: «Наш банк планирует нарастить усилия по привлечению займов в твердой валюте от игроков международных рынков капитала».

Альтернатива СВИФТ

В Осаке обсуждался план интеграции платежных систем государств БРИКС и создания независимого канала обмена сообщениями между национальными банками, что смогло бы повысить безопасность финансовых операций. «Это способствовало бы и укреплению устойчивости банковских систем государств БРИКС к внешнему воздействию», — заявил тогда Путин. Фактически речь шла о создании альтернативы системе СВИФТ для минимизации рисков блокирования Вашингтоном операций банков России и других стран-членов БРИКС через указанную систему. В Бразилии обсуждение этой темы было продолжено. Россия, как страна, испытывающая наибольшие риски блокирования своих операций через СВИФТ, проявляет в этом вопросе наибольшую активность.

Накануне саммита в Бразилии российские и зарубежные СМИ сообщили новость: три ведущих члена БРИКС — Индия, Россия и КНР — уже начали работу по созданию альтернативы СВИФТ. В России создание альтернативы СВИФТ началось еще в 2014 году, когда против нас были введены первые экономические санкции. Ее название — Система передачи финансовых сообщений (СПФС). Теперь СПФС планируется связать с китайской и индийской платежными инфраструктурами. Для платежей с Китаем предполагается состыковать СПФС с ее аналогом в КНР — трансграничной межбанковской платежной системой (CIPS). У Индии нет таких наработок, как у России и Китая. Поэтому планируется, что в Индии с нашей помощью будет создаваться платформа, которая была бы похожа на российскую СПФС.

На бумаге все выглядит красиво. Но на сегодняшний день СПФС обеспечивает преимущественно расчеты между российскими пользователями. По данным Банка России, на сегодняшний день число пользователей системы не дотягивает даже до 400. Все это российские банки, включая их филиалы и отделения (преимущественно отделения Сбербанка). Уже года три активно идут разговоры о необходимости распространить действие СПФС на ближнее зарубежье (страны, входящие в Евразийский экономический союз). И что мы имеем на сегодняшний день? Как заявила директор департамента национальной платежной системы Банка России Алла Бакина, к российскому аналогу СВИФТ подключились только 8 зарубежных банков. При этом полноценно работают в СПФС три банка, а пять банков тестируют систему. Нетрудно догадаться, какими темпами будет создаваться альтернатива СВИФТ в треугольнике Россия — Китай — Индия.

Де-долларизация расчетов

Вопрос об уходе во взаимных расчетах от доллара США — постоянная тема всех встреч лидеров БРИКС. В Осаке российский президент в очередной раз повторил: «Перспективной представляется совместная работа по внедрению практики использования в международных расчетах национальных валют наших государств». В Бразилии тема де-долларизации взаимных расчетов была продолжена. Но вместо традиционных слов о необходимости перехода на расчеты в национальных валютах Путин сделал заявление, которое наши СМИ подали как небольшую сенсацию. Российский президент стал энергично пропагандировать российский рубль: «Хотел бы напомнить, что российская национальная валюта — рубль — полностью и свободно конвертируется на любые мировые валюты. Имея в виду устойчивую макроэкономическую ситуацию в нашей стране, рубль может быть дополнительным средством расчетов между нашими странами и вполне соответствует всем этим требованиям».

Стабильность российской экономики, продолжил он, стала результатом «сбалансированной макроэкономической политики», которую «многие годы» проводит правительство. «Мы ответственно относимся к государственным финансам, поддерживаем стабильность банковского и кредитного рынков, стремимся содействовать укреплению ключевых секторов экономики», — сказал, добавив, что благодаря всем этим мерам властям «удалось удержать экономику страны от сползания к рецессии». Зарубежные СМИ квалифицировали это заявление Путина как претензию России на валютное лидерство в группе БРИКС.

Рубль не заменил доллар в расчетах России со странами БРИКС

Для того чтобы понять иллюзорность планов по превращению российского рубля в основную валюту расчетов между странами-членами БРИКС, достаточно познакомиться со статистикой Банка России. Начиная с 2013 года он дает картину по валютной структуре внешнеторговых расчетов Российской Федерации.

Вот как выглядела валютная структура расчетов по экспорту товаров из России в страны БРИКС по итогам 2013 года (%): рубль — 1,3; доллар США — 96,2; евро — 1,2; прочие валюты — 1,3.

Теперь посмотрим на валютную структуру по итогам 2018 года (%): рубль — 11,1; доллар — 73,1; евро — 11,1; прочие валюты — 4,7.

Наконец по итогам первой половины 2019 года картина следующая (%): рубль — 21,1; доллар — 35,2; евро — 38,6; другие валюты — 5,1.

Как видно, в этом году произошло достаточно резкое изменение валютной структуры поступлений от экспорта товаров из России в страны БРИКС. Доля доллара США снизилась более чем в 2 раза. Но освободившееся место доллара заняла валюта евро, а доля рубля хотя и подросла, но все равно он остался на третьем месте после евро и доллара США.

А вот валютная структура расчетов по импорту товаров в Россию из стран БРИКС.

По итогам 2013 года (%): рубль — 5,3; доллар США — 88,2; евро — 4,3; прочие валюты — 2.2.

По итогам 2018 года (%): рубль — 5,3; доллар — 72,3; евро — 4,7; прочие валюты — 14,7.

По итогам первого полугодия 2019 года (%): рубль — 5,8; доллар — 67,3; евро — 4,8; прочие валюты — 22,2.

Здесь мы вообще не видим никакого усиления позиций рубля в период 2013—2019 гг. Доллар США как был, так и остается основной валютой расчетов по импорту. Заметим, что доля евро остается очень скромной, евро не стало замещающей доллар валютой.

Тупиковый путь

Поставщики товаров из стран БРИКС в Россию не хотят ни рублей, ни евро. Им нужен доллар и еще раз доллар. И это естественно: ведь курс доллара США по отношению к российскому рублю, китайскому юаню, индийской рупии, южноафриканскому рэнду и бразильскому реалу остается гарантированно высоким. Центробанки стран-членов БРИКС постоянно работают на понижение своих валют по отношению к доллару США. Стремление навязать участникам внешнеторговых сделок стран БРИКС национальные валюты вместо доллара США мне напоминают попытки барона Мюнхгаузена вытащить себя из болота за волосы вместе с лошадью.

России из нынешнего экономического и финансового «болота» выбираться надо. Но для этого следует опереться на что-то твердое. Я уже много раз писал и говорил о том, что использование национальной денежной единицы для валютных расчетов — опасный, неперспективный путь. Российский рубль должен использоваться исключительно для внутреннего обращения. Если государство выпускает национальную валюту за пределы страны, то оно вообще утрачивает контроль над валютным курсом национальной денежной единицы.

Уже не собака крутит хвостом, а хвост начинает крутить собакой. Под «собакой» я имею в виду национальную экономику и национальную систему управления экономикой. Под «хвостом» я понимаю различных «нерезидентов», которые представляют собой симбиоз валютных спекулянтов разных мастей и «хозяев денег» (главных акционеров ФРС США), управляющих сворой этих спекулянтов.

Что делать? Вспомнить опыт СССР и Совета экономической взаимопомощи

Между национальной денежной системой и мировой валютной системой должен находиться надежный «шлюз». Именно так было в СССР: советский рубль был надежно защищен от спекулянтов и «хозяев денег» с помощью государственной валютной монополии (дополненной государственной монополией внешней торговли). Опыт торгово-экономического сотрудничества Советского Союза со странами-членами Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) подсказывает нам, как следует осуществлять международные расчеты.

Во-первых, с использованием двух- и многосторонних клирингов. Во-вторых, в качестве валюты расчетов применяется специальная денежная единица. В СЭВ такой единицей был переводной рубль. Это была наднациональная региональная (действовавшая в рамках СЭВ) валюта. Она имела безналичную форму. Почти исключительно использовалась для покрытия сальдо по клиринговым расчетам (операции проводил Международный банк экономического сотрудничества — МБЭС) Национальные денежные единицы стран-членов сохранялись, и они имели фиксированные курсы по отношению к переводному рублю.

Кстати, Европа заимствовала опыт СЭВ. В 1979—1998 гг. там для взаимных расчетов в рамках ЕЭС (ЕС) использовалась наднациональная денежная единица ЭКЮ. Введение в обращение ЭКЮ произошло через 15 лет после рождения переводного рубля.

Итак, реальная де-долларизация расчетов России с другими странами (как в рамках БРИКС, так и иных объединений) возможна на путях создания специальной валютной единицы, отличной от денежных единиц стран, входящих в интеграционную группировку.

Кстати, как стало известно из некоторых источников, на прошедшем саммите БРИКС такой вариант озвучивался. Как сообщил генеральный директор Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ), член делового совета БРИКС Кирилл Дмитриев на заседаниях в Бразилии обсуждался вариант ухода от доллара США путем введения в расчеты единой криптовалюты. Хотелось бы верить, что здравый смысл победит. Что мы, наконец, поймем те угрозы, которые несете в себе вариант «интернационализации» рубля. Что единственно приемлемым для расчетов останется вариант специальной денежной единицы (единой валюты).

При этом я не уверен, что следует сразу запускать такую валюту в рамках всей группы БРИКС. Для снижения рисков можно было бы попытаться отработать технику использования специальной денежной единицы в расчетах России и Китая. Учитывая, что обе страны имеют большие запасы золота, можно было бы привязать эту наднациональную единицу к «желтому металлу» и обеспечить ее конвертируемость в металл, находящийся в специальном фонде. Кроме того, желательно, чтобы эта специальная денежная единица использовалась не для валовых расчетов, а лишь для погашения сальдо в рамках российско-китайского клиринга (на сегодняшний день его нет, а он жизненно необходим).

https://svpressa.ru/economy/article/249070/

http://reosh.ru/valentin-katasonov-sammit-briks-valyutnye-grezy-rossii.html

15.11.2019 Странные способы борьбы с нарушениями Конституции: К пятилетию обвала валютного курса рубля

Фото:Ohde/face to face, Andrey Arkusha / Globallookpress

По российским СМИ прошла лёгкая сенсация: Государственная дума готовит законопроект, предусматривающий отказ от «свободного плавания» российского рубля и введение регулирования валютного курса национальной денежной единицы. Говорят, что данная инициативы Думы родилась после того, когда Банк России представил в российский парламент проект документа «Основные направления единой государственной денежно-кредитной политики на 2020 год и период 2021 и 2022 годов».

Напомню, что, согласно Федеральному закону о Центробанке (от 10 июля 2002 года № 86-ФЗ), «Банк России ежегодно не позднее срока внесения в Государственную думу Правительством Российской Федерации проекта федерального закона о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период представляет в Государственную думу проект основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики на предстоящий год. <…> Государственная дума рассматривает основные направления единой государственной денежно-кредитной политики на предстоящий год и принимает соответствующее решение не позднее принятия Государственной думой федерального закона о федеральном бюджете на предстоящий год».

Процедура внесения Банком России проекта основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики (ДКП) и рассмотрения и утверждения документа в конце года стала уже рутинной и ритуальной. Я имею в виду, что «народные избранники» почти никогда не погружались в изучение документа, никаких серьёзных замечаний и предложений по изменению документа не делали, одобряли его механическим голосованием. Сенсация этого года заключается в том, что Дума, наконец, решила вникнуть в содержание представленного проекта. На документ прореагировал комитет по экономической политике в виде обстоятельного заключения. В нём содержатся предложения по доработке, касающиеся той части ДКП, которую называют «валютной политикой». Предложений три: 1) отказаться от нынешнего режима «свободного плавания» валютного курса рубля; 2) перейти к политике «мягкого» регулирования валютного курса (то есть ввернуться к использованию «валютного коридора», который практиковался Банком России до 2014 года); 3) ввести ограничения на спекулятивные операции с иностранной валютой.

Как можно понять из российских источников, кроме внесения поправок в проект документа «народные избранники» приступили к разработке проекта федерального закона, который бы запретил «свободное плавание» валютного курса рубля. Видимо, депутаты решили, что такой закон будет гарантировать, что в последующие годы им не придётся вновь возвращаться к этому вопросу при рассмотрении основных направлений ДКП.

То, что «свободное плавание» рубля по валютному океану наносит серьёзный ущерб российской экономике, сегодня, кажется, понятно не только профессиональным экономистам и бизнесменам, но даже школьникам и домохозяйкам. Эта простая истина стала очевидной для всех, когда пять лет назад, в конце 2014 года, произошёл почти двукратный обвал валютного курса российского рубля. Удар по экономике и народу был неизмеримо более сильный, чем все экономические санкции Вашингтона против России вместе взятые за последние пять с лишним лет. У нас тогда полегли тысячи и тысячи компаний, у которых кредитные долги и другие обязательства были номинированы в долларах, евро, других иностранных валютах. У нас в тяжелейшей жизненной ситуации оказалось около 50 тысяч семей, которые стали заложниками валютных ипотечных кредитов. От использования рубля в международной торговле отказались наши торговые партнёры из Китая, ближнего зарубежья. Началась новая волна долларизации российской экономики. Не буду тратить время на описание всех этих последствий, я их изложил в своей книге «Битва за рубль: Национальная валюта и суверенитет России» (М.: «Книжный мир», 2015), написанной по горячим следам тогдашнего валютного кризиса, выразившегося в обвале курса рубля.

Напомню лишь то, что предшествовало кризису. На пост председателя Банка России летом 2013 года пришла Эльвира Набиуллина (до этого в 2008-2012 гг. занимала пост министра экономического развития, в 2012-2013 гг. была помощником президент по экономическим вопросам). Дама сразу же начала всех удивлять своими радикальными заявлениями.

Прежде всего, она заявила, что Центральному банку невозможно эффективно выполнять возложенные на него задачи без получения статуса финансового мегарегулятора. И уже с 1 сентября 2013 года Банк России стал финансовым мегарегулятором. Если всё называть своими именами, то он стал экономическим мегарегулятором. Он сосредоточил в своих руках все рычаги управления российской экономикой, а Министерство экономического развития и другие ведомства экономического блока правительства превратились в статистов, не имеющих полномочий и средств для выполнения продекларированных в их уставах (положениях) задач.

Кстати, обращу ваше внимание, что статья 75 Конституции Российской Федерации, посвящённая Центробанку, не предусматривает, что Банк России является финансовым мегарегулятором. А задним числом необходимые поправки в конституцию решили не вносить. Видимо, чтобы «не дразнить гусей». Таким образом, уже более пяти лет Банк России находится в статусе, который не соответствует высшему нормативному правовому акту Российской Федерации.

Итак, с одной стороны, Банк России при нынешнем руководителе получил полномочия, которые выходят за рамки Конституции. С другой стороны, он редуцировал (урезал) те задачи, которые Конституция возлагает на Центробанк. Статья 75, пункт 2, гласит: «Защита и обеспечение устойчивости рубля — основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти».

Любой грамотный экономист понимает, что под словами «обеспечение устойчивости рубля» имеется в виду две взаимосвязанные задачи:

1) обеспечение стабильной покупательной способности рубля по отношению к товарам и услугам на российском рынке;

2) обеспечение стабильного курса рубля по отношению к другим валютам.

Нарушение стабильности рубля в первом аспекте, в свою очередь, может проявляться в двух формах: а) инфляция (обесценение рубля по отношению к товарам и услугам, что выражается в росте цен последних); б) дефляция (повышение покупательной способности рубля, что должно выражаться в снижении цен на товары и услуги).

Уже в 2013 году новый председатель Банка России Набиуллина стала проводить «вербальные интервенции» на следующую тему: мол, из двух аспектов обеспечения устойчивости рубля для России гораздо более важным является первый (то есть обеспечение покупательной способности рубля на внутреннем рынке). А вот второй аспект имеет второстепенное значение. С этим можно было бы согласиться, если бы Россия не была втянута по самые уши в мировую экономику — мировые товарные и финансовые рынки. А она, как мы знаем, была туда втянута еще в 1990-е годы. Поэтому покупательная способность рубля на внутреннем рынке напрямую зависела от валютного курса российской денежной единицы. Всё это азбучные истины, понятные любому грамотному экономисту.

В 2014 году Набиуллина «вербальные интервенции» продолжила, но её заявления стали ещё более радикальными. Мол, Банку России вообще не следует заниматься поддержанием валютного курса рубля. Сосредоточиться следует только на покупательной способности рубля на внутреннем рынке товаров и услуг. И из уст руководителя Банка России зазвучало новое словосочетание — «таргетирование инфляции» (такой фразы в русскоязычном лексиконе не было до этого; это из словаря Международного валютного фонда и его библии — «Вашингтонского консенсуса»). Вот так Набиуллина «трансформировала» формулировку основной функции Банка России, содержащуюся в статье 75 Конституции РФ.

А что касается поддержания устойчивости валютного курса рубля, то Банк России в явочном порядке снял с себя решение этой задачи. Сначала с Неглинки стали звучать слова, что, мол, Банк России больше не будет проводить «валютных интервенций». Этот специальный термин означает, что Центробанк продаёт или покупает на рынке иностранную валюту для того, чтобы не допускать резких колебаний валютного курса рубля. И, наконец, Банк России громогласно заявил, что отпускает рубль в «свободное плавание». Словосочетание красивое, почти поэтическое. Но такая «поэзия» означает грубейшее нарушение Конституции России и попахивает уголовщиной. Наиболее понимающие тонкости такого эзотерического языка эксперты напряжённо следили тогда за развитием событий на Неглинке и вокруг Неглинки. Они были уверены, что произойдёт как минимум отстранение Набиуллиной от должности руководителя Банка России. А некоторые даже полагали, что последует арест, расследование и суд. Однако и прокуратура, и Следственный комитет, и Конституционный суд, и другие «компетентные» органы промолчали. Нулевая реакция. Помню только, что некоторые депутаты Думы осенью 2014 года в Георгиевском переулке (здание российского парламента) шёпотом выражали своё возмущение «волюнтаризмом» председателя Банка России. Потом произошло то, что неизбежно должно было произойти: в декабре валютный курс рубля обвалился в два раза.

Когда перед Новым годом в Думе проходили обсуждения произошедшего, тогдашний директор СВР Михаил Фрадков сказал, что обвал совершили иностранные спекулянты и разведка знает их, в нужный момент она их назовёт. Нет, уважаемые, обвал совершил Банк России при полном попустительстве со стороны правоохранительных и «компетентных» органов Российской Федерации. А спекулянты, они для того и спекулянты. Возлагать на них вину — примерно то же, что возлагать ответственность на волка за съеденную овцу.

Прошло ровно пять лет с момента, когда история с валютным курсом рубля стала входить в самую острую фазу (ноябрь-декабрь 2014 года). Извлекли ли мы какие-то уроки из той истории? Приняли ли какие-то превентивные меры к тому, чтобы она больше не повторилась? На подобные вопросы могу ответить: нет, нет и ещё раз нет. А разве нынешняя реакция Государственной думы на очередной проект основных направлений ДКП не является проявлением того, что мы наконец начали «просыпаться»? Увы, и здесь я скажу: нет.

Реакцию Думы я могу квалифицировать как «рефлексивную». Да, «народные избранники» чувствуют «спинным мозгом», что история с валютным обвалом рубля может повториться в любой момент. Есть много признаков того, что риски обвала резко возросли (это тема особого разговора, выходящая за рамки данной статьи). Они пытаются что-то делать, но делают явно не то. Чтобы стабилизировать валютный курс рубля, застраховаться от новых обвалов, не надо писать никаких новых законов (как это пытаются сделать сейчас) и не надо вносить никаких поправок в нынешние проекты основных направлений ДКП.

Всё гораздо проще: надо потребовать, чтобы Центробанк выполнял положения Конституции Российской Федерации. А в случае продолжения Банком России нынешней политики «плавающего рубля» готовить не проект нового федерального закона, а обращение в прокуратуру и другие правоохранительные органы.

https://tsargrad.tv/articles/strannye-sposoby-borby-s-narushenijami-konstitucii-k-pjatiletiju-obvala-valjutnogo-kursa-rublja_225900

http://reosh.ru/valentin-katasonov-strannye-sposoby-borby-s-narusheniyami-konstitucii-k-pyatiletiyu-obvala-valyutnogo-kursa-rublya.html

13.11.2019 Неужели Россию стали меньше грабить?

Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС

Комментарий на свежие данные Банка России о платежном балансе страны

Во вторник Банк России разместил на своем сайте информацию «Оценка ключевых агрегатов платежного баланса Российской Федерации в январе-октябре 2019 года». Это еще не подробное изложение всего платежного баланса по итогам 10 месяцев, а лишь некоторые показатели («ключевые агрегаты»).

Знакомство с цифрами производит смешанное ощущение. Положительное сальдо счета текущих операций платежного баланса Российской Федерации в январе-октябре 2019 года уменьшилось до 65,1 млрд. долларов США против 88,6 млрд. долларов США за аналогичный период 2018 года. Как известно, основной позицией раздела текущих операций баланса является сальдо торгового баланса. Оно у нас на протяжении всех лет существования Российской Федерации положительное, что отражает хроническое превышение экспорта товаров и услуг над их импортом. По итогам 10 месяцев нынешнего года сальдо торгового баланса составило 138,6 млрд долл. против 157 млрд долл. за аналогичный период прошлого года. Как видим, за год сальдо снизилось на 18,4 млрд долл. Эксперты полагают, что это снижение отражает, прежде всего, потери, которые связаны с экспортом углеводородов.

Кое-какую конкретизацию картины падения доходов от экспорта нефти и газа дает Федеральная таможенная служба. Как следует из оперативной статистики ФТС, по итогам трех кварталов нынешнего года российские нефтяники выручили 90,43 млрд долл. от продажи за рубеж «черного золота». Это на 3,8 млрд долл., или на 4% меньше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Примечательно, что в физическом выражении экспорт «черного золота» вырос на 3,3% (до 197,6 млн. тонн), однако этого оказалось недостаточно, чтобы компенсировать снижение цен (в среднем на 9%). Это первое падение доходов от экспорта нефти за три года.

Еще хуже обстоят дела с доходами от продажи газа, поставки которого сокращаются не только в денежном, но и физическом выражении. За 9 месяцев, по данным ФТС, «Газпром» продал 159,7 млрд. кубометров — на 3,8% меньше, чем год назад. А вот доходы от газового экспорта из-за обвала цен упали очень резко — на 12,1%, до 31,1 млрд долл. Кстати, неблагополучие зафиксировано и по ряду товарных групп, не относящихся к углеводородам. Экспорт пшеницы рухнул на 30% в физическом выражении и 23,5% в денежном (долларах США); черных металлов — на 10,8% в физическом объеме и 19,6% в денежном.

Но вернемся к информации Банка России. Ряд СМИ и экспертов выразили оптимизм по поводу одной цифры, фигурирующей в этой информации. Это показатель, называемый «Сальдо финансовых операций частного сектора». За этим мудреным названием скрывается очень простая вещь: соотношение экспорта и импорта частного капитала. На протяжении четверти века у России хронически устойчивое превышение вывоза такого капитала над ее ввозом (т.е. отрицательное сальдо). Если все называть своими именами, то отрицательное сальдо международного движения частного капитала (инвестиций) является проявлением того, что Россия подвергается непрерывному ограблению (в котором на паритетных началах участвуют как российские, так и зарубежные мародеры, которых политкорректно называют «инвесторами»).

Так вот, по итогам 10 месяцев нынешнего года сальдо финансовых операций частного сектора составило 31,6 млрд долл., естественно со знаком минус. Чему же радоваться? А радоваться, по мнению некоторых комментаторов, следует тому, что за аналогичный период прошлого года оно было равно минус 41,2 млрд долл. Т.е. масштабы ограбления России по указанной статье платежного баланса снизились на 23,3%, а в абсолютном выражении на 9,6 млрд долл.

Я бы не спешил разделить оптимистическое настроение тех, кому мерещится, что Россия выходит из-под колониального гнета мирового финансового интернационала. В прошлом году в это же время также на сайте Банка России была размещена аналогичная информация «Оценка ключевых агрегатов платежного баланса Российской Федерации в январе-октябре 2018 года». Тогда радовались, что сальдо финансовых операций частного сектора за три квартала составило «всего» 41,2 млрд долл., что вселяло надежды, что годовое сальдо будет ниже оценок, которые делал Банк России.

Однако в четвертом квартале сальдо финансовых операций частного сектора вылилось в рекордную цифру 33,1 млрд долл. и суммарное сальдо за год составило гигантскую величину 74,3 млрд долл. Четвертый квартал всегда самый непредсказуемый, есть целый ряд признаков, что в последние месяцы нынешнего года чистый отток частного капитала резко подскочит по сравнению с первыми тремя кварталами.

Но и это еще не все. В свежей информации Банка России об оценках ключевых агрегатов платежного баланса есть еще одна цифра — по приросту резервных активов (международных резервов) Российской Федерации. По итогам 10 месяцев 2019 года он составил 56,3 млрд долл. против 35,7 млрд долл. за аналогичный период прошлого года. А ведь этот прирост резервов не что иное, как чистый отток капитала, только не частного, а находящегося в управлении монетарных властей. И если мы просуммируем суммарный чистый отток частного капитала и капитала денежных властей, то получим по итогам 10 месяцев нынешнего года цифру, равную 87,9 млрд долл. А в прошлом году за аналогичный период эта цифра равнялась 76,9 млрд долл. Таким образом, суммарные чистые потери России от вывоза капитала увеличились ровно на 11 млрд. долл.

В очередной раз хотел бы напомнить, что «дойная корова» под названием «российская экономика» питает своим «молоком» остальной мир не только по статьям платежного баланса, отражающим международное движение капитала. «Молоко» из России выводится в виде инвестиционных доходов — процентов, дивидендов, ренты и др.

В разделе текущих операций платежного баланса имеются статьи «инвестиционные доходы к получению» (это те доходы от зарубежных инвестиций российских экспортеров капитала), «инвестиционные доходы к выплате» (это те доходы, которые иностранные инвесторы выводят из России за рубеж) и статья «сальдо инвестиционных доходов». Так вот, это сальдо на протяжении всех лет существования России имеет устойчиво отрицательное значение. Причем величина отрицательного сальдо нередко превышало чистый отток частного капитала.

К сожалению, эксперты (и уж, тем более, журналисты) на эту «дыру» в российской экономике редко обращают внимание. В упомянутой выше сводке свежих цифр показатель чистого сальдо инвестиционных доходов Российской Федерации по итогам трех кварталов не приведен. Думаю, что цифры по этой позиции на сайте Банка России могут появиться где-то в конце текущего — начале следующего месяца.

Но давайте посмотрим уже имеющиеся цифры за первое полугодие 2019 года (млрд. долл.):

Инвестиционные доходы к получению — 23,99

Инвестиционные доходы к выплате — 47,13

Сальдо инвестиционных доходов — минус 23,14.

Для сравнения отмечу, что по итогам первого полугодия сальдо финансовых операций частного сектора составило минус 23,50 млрд долл. Т.е. утечка валюты из страны по каналам чистого оттока частного капитала почти точно равнялась утечке валюты под видом инвестиционных доходов.

Российские власти делают вид, что пытаются заткнуть «дыру» под названием «инвестиционные доходы». В частности, этому должны способствовать амнистии для «беглого» российского капитала. В понедельник, 11 ноября, в ходе совещания у президента России Владимира Путина первый вице-премьер и министр финансов Антон Силуанов сообщил, что с начала амнистии капиталов было подано около 19 тысяч деклараций. Чиновник заявил: «Мы сейчас реализуем третий этап амнистии… Сумма задекларированного имущества: это и деньги на счетах, и имущество за рубежом, составляет около 35 млрд, евро. В принципе, это очень неплохой результат».

С моей точки зрения, результат провальный. Ведь, даже согласно самым консервативным оценкам экспертов, совокупный объем активов, сформировавшихся за многие годы нелегального вывода капиталов, составляет около 2 трлн. долл. Не исключаю, что в Россию будет переведено несколько миллиардов долларов (или евро) в виде инвестиционных доходов для того, чтобы заплатить налоги в казну. Но радикально нынешняя либеральная амнистия уменьшить отрицательное сальдо инвестиционных доходов не может. Нужны более смелые и радикальные меры.

Например, запрет иностранных инвесторам на репатриацию инвестиционных доходов из страны в течение определенного количества лет. Уже на протяжении многих лет, такая норма используется в Китае и дает хорошие результаты. Для серьезных инвесторов, настроенных на долгосрочные вложения в российскую экономику, такой запрет не окажет существенного влияния. А вот для спекулянтов, действующих под видом «инвесторов», этот запрет действительно лишит их всякого желания приходить в нашу страну и заниматься финансовыми спекуляциями.

Увы, поскольку никаких серьезных мер по защите страны от финансовых мародеров (как отечественных, так и зарубежных) не принимается, то думаю, что по итогам четырех кварталов нынешний 2019 год вряд ли будет более благополучным, чем предыдущий. «Дойная корова» (то бишь российская экономика) выполнит очередной годовой план по сдаче «молока» финансовым мародерам всех мастей.

https://svpressa.ru/economy/article/248861/

12.11.2019 Российская нефтянка – между молотом и наковальней

Фото: Skryl Sergey / Shutterstock.com

Между молотом и наковальней – так можно определить это положение. Причём под «молотом» я имею в виду то, что ресурсная база нефтедобычи близка к своему исчерпанию. «Наковальней» называю то искусственное положение отрасли, которое создано участием России в соглашении ОПЕК+ и которое грозит утратой нашей страной позиций на мировом рынке нефти.

Нет, я не сторонник того, чтобы Россия на веки вечные оставалась «экономикой трубы». Нефтяная промышленность жизненно необходима России для того, чтобы с её помощью обеспечить индустриализацию страны. Для индустриализации, как показывает советский опыт 1930-х годов, нужны инвестиционные товары (или, выражаясь по-старому, «средства производства», то есть машины и оборудование), которые можно приобрести на мировом рынке. Для импорта машин и оборудования нужна валюта. А основным источником валюты может стать экспорт углеводородов. А для этого, в свою очередь, необходимо поддерживать на должном уровне добычу чёрного золота и иметь рынки его сбыта. На протяжении более четверти века российская нефтяная промышленность работала «вхолостую». Нефть качали, вывозили, экспортную выручку получали. Но валюта по разным каналам утекала из страны – в офшоры и экономики западных стран.

Казалось, такой механизм перекачки чёрного золота и валюты будет работать вечно. Ан нет, скоро он может выйти из строя. Ещё до того, как мы наконец соберёмся проводить индустриализацию, перенаправив потоки нефтедолларов с офшоров на закупку инвестиционных товаров.

Теперь несколько подробнее о «молоте». До недавнего момента власти страны вообще не обращали внимания на то, что со времён Советского Союза реального приращения доказанных запасов нефти не было. Да, в СССР у нас была мощная геологическая служба (целое союзное министерство геологии плюс к этому министерства геологии в союзных республиках), почти каждый год открывались и ставились на баланс государства крупные и средние месторождения. В «демократической» России геология быстро пришла в упадок. А о состоянии ресурсной базы нефтедобычи простые смертные не имели никакого представления, так как запасы нефти были засекречены. В 2013 году правительство приняло решение о раскрытии данных. Минприроды сообщило, что в 2012 году доказанные запасы равнялись 17,80 млрд тонн. Выяснилось, что звание «нефтяная держава», которое Россия сама себе присвоила ещё в 90-е годы, – некоторая натяжка. Россия по показателю доказанных запасов нефти оказалась лишь на шестом месте в мире – после Венесуэлы, Саудовской Аравии, Канады, Ирана и Ирака. В 2014 году компания «Бритиш Петролеум» (ВР) подготовила обзор по мировым запасам нефти по состоянию на 2013 год. Эксперты ВР посчитали, что данные минприроды сильно завышены, и дали свою оценку – 12,74 млрд тонн. ЦРУ США, опираясь на свои специальные источники, представило ещё меньшее количество – 10,92 млрд тонн. Исходя из западных, более «консервативных» оценок, Россия по величине доказанных запасов оказывалась даже не на шестом, а на восьмом месте, пропустив вперёд такие мелкие государства, как Кувейт и Объединённые Арабские Эмираты (ОАЭ).

Российские чиновники квалифицировали подобные оценки как «происки Запада». Но вот в прошлом году правительство начало разрабатывать документ под названием «Стратегия развития минерально-сырьевой базы РФ до 2035 года». В декабре 2018 года Д. А. Медведев утвердил Стратегию. Несмотря на осторожные формулировки, из документа вытекает, что положение ресурсной базы страны даже хуже, чем «вражеские» оценки. Оказывается, что примерно две трети тех доказанных запасов, которые были обнародованы минприроды за пять лет до появления Стратегии, относятся к категории трудноизвлекаемых ресурсов. Прежде всего это сланцевая нефть, а также нефть шельфа, которую можно добывать с помощью специальных платформ. Получается, что к категории «рентабельных» можно отнести примерно треть первоначально заявленных минприроды запасов чёрного золота. То есть около 6 млрд тонн. А при такой раскладке Россия оказывается на последнем месте в топ-10 по запасам нефти.

Но это пока. При нынешних масштабах и темпах добычи (в прошлом году в России было извлечено из недр 556 млн тонн нефти) рентабельных запасов (если их не пополнять) хватит лет на десять. Сначала Россия вылетит из топ-10, затем – из топ-20, а затем и вообще останется без запасов рентабельной нефти. Сейчас основная часть добычи и экспорта приходится на месторождения Западной Сибири, где рентабельным является извлечение чёрного золота при мировой цене 40 и даже 30 долларов за баррель. Но это пока. «Нефтяные сливки» уже заканчиваются. На ведущих месторождениях региона – Самотлоре и Приобском – смесь, извлекаемую из недр, трудно назвать «сливками». Там нефти лишь 10%, остальное – вода и грязь. Через несколько лет останутся только вода и грязь.

Пиковое значение показателя добычи ожидается в 2021 году – 570 млн тонн. Начиная с 2025 года ресурсная база нефтедобычи перестанет справляться с нагрузкой, начнётся резкий спад добычи. Если верить документу, то до критической точки остаётся около 6 лет. Объём добычи из-за сужения ресурсной базы может сократиться до 310 млн тонн в 2035 году. То есть ожидается без малого двукратный обвал по сравнению с прошлым годом. В прошлом году Россия экспортировала сырой нефти в объёме около 260 млн тонн. А ожидаемое сокращение добычи за период 2018–2035 гг. – 246 млн тонн. Если исходить из того, что внутренние потребности останутся в 2035 году на уровне 2018 года, то получается, что излишков нефти для вывоза из страны не будет.

Вот такой «молот» для российской нефтянки. Да и не только для нефтянки, но и для всей российской экономики и государства. Ведь в последние годы, даже по данным Минфина России, около 40% бюджетных доходов формировались за счёт нефтегазовых доходов.

Теперь о «наковальне». Как известно, Россия в 2016 году присоединилась к ОПЕК и стала координировать свою нефтяную политику с этим межгосударственным картелем. Сейчас спрос на чёрное золото падает на мировом рынке. Члены ОПЕК и примкнувшие к ней страны (этот расширенный блок теперь обозначается как ОПЕК+) периодически заключают соглашения о сдерживании и даже снижении добычи, чтобы поддерживать приемлемые мировые цены на нефть. Главным игроком в ОПЕК является Саудовская Аравия. Главным игроком из примкнувших к организации стран является Россия.

Правда, Россия и Саудовская Аравия расходятся в представлениях о приемлемых ценах. Эр-Рияд говорит, что ему нужна цена 80 долларов за баррель. Москва готова довольствоваться 60 и даже 50 долларами. Эр-Рияд аргументирует свои повышенные запросы тем, что, мол, лишь при такой цене он может сбалансировать государственный бюджет. Неубедительная аргументация. Несмотря на мелкие и средние разногласия Эр-Рияда с Вашингтоном, первый по-прежнему остаётся верным и послушным союзником второго. Это не Эр-Рияду, а Вашингтону нужна цена в 80 долларов – для того чтобы США могли наращивать добычу сланцевой нефти, снижать зависимость Америки от импортной нефти и продвигать продукцию своей нефтедобычи на мировом рынке. По добыче нефти США уже несколько лет в топ-3 (наряду с Саудовской Аравией и Россией), а в этом году по ежесуточной добыче уже вышли на первое место.

По итогам прошлого года США оказались на восьмом месте по экспорту чёрного золота в мире. Темпы роста очень высокие. Согласно прогнозным оценкам, уже в 2019 году Соединённые Штаты могут оказаться на шестой или даже пятой строчке мирового рейтинга ведущих экспортёров нефти. Экспорт американской нефти этой осенью достиг 3,5 млн баррелей в сутки, а в ближайшие 3–5 лет, по прогнозу Citigroup, может удвоиться благодаря терминалам и сети трубопроводов от бассейна Permian к восточным портам, которые вводятся в строй в 2019–2020 гг. По оценкам Международного энергетического агентства (МЭА), в 2024 году США станут экспортёром № 2 после Саудовской Аравии.

И неоценимую помощь в этой нефтяной экспансии Америке оказывает ОПЕК+. И не только тем, что создаёт для сланцевой промышленности США комфортные цены. Но также тем, что страны, входящие в ОПЕК+, сокращают свои поставки нефти на мировой рынок, добровольно уступая место американским экспортёрам. С Саудовской Аравией всё понятно. Она зависима от Вашингтона и действует по его указке. Но нам-то зачем такое заведомо невыгодное соглашение с саудовцами? «Роснефть» не раз намекала на это. Но почему-то правительство РФ продолжает дружить с саудовцами в рамках ОПЕК+. Летом нынешнего года российский министр энергетики Александр Новак поставил свою подпись под соглашением о продлении сотрудничества России со странами ОПЕК; были определены целевые ориентиры по ценам и обязательства по квотам и размерам сокращения добычи. Соглашение с самого начала сомнительное для нашей страны. Не поэтому ли сейчас она его нарушает, причём достаточно по-крупному? Некоторые западные наблюдатели используют более крепкие выражения: игнорирует, бойкотирует, торпедирует.

Несмотря на многократные заявления главы минэнерго Александра Новака, который за последние три месяца пять раз обещал привести добычу в соответствие с оговоренным уровнем, по итогам октября российские нефтяники снова качали больше квот. Средняя добыча по итогам октября составила 11,23 млн баррелей. Это даже на 32 тыс. баррелей больше, чем в сентябре. Добыча в октябре была ниже базового (исходного) уровня на 168 тыс. баррелей в день вместо положенных 226 тыс. То есть обязательства Россией в октябре были выполнены лишь на 73%. В июле мы выполнили свои обязательства на 100%, но лишь потому, что вынужденно простаивал трубопровод «Дружба». В августе исполнение обязательств составило 53%, в сентябре – 88%. Отдуваться приходится Саудовской Аравии, которая перевыполняет свои обязательства, сокращая добычу на 140–160% по отношению к квоте. Когда-то, в середине 1980-х годов, Вашингтон потребовал от Саудовской Аравии максимально низких цен – для того чтобы обрушить экономику Советского Союза, которая стала сильно зависеть от экспорта чёрного золота. Если в ноябре 1985 года цены равнялись 31,5 доллара за баррель, то к апрелю 1986 года они обвалились до 9,8 доллара. Теперь Вашингтону нужны максимально высокие цены. Но нам-то зачем ему подыгрывать? Эксперты говорят, что пролонгация соглашения ОПЕК+ – игра России в поддавки со своим конкурентом и геополитическим противником.

Итак, если мы хотим сохранить шанс на экономическое возрождение России, нам необходимо сегодня начинать даже не с индустриализации, а со спасения «экономики трубы». Без «экономики трубы» нам – полная труба. И для начала надо вывести нефтянку из той опасной зоны, которую я образно назвал «между молотом и наковальней». Для этого требуется принять следующие две меры.

Во-первых, срочно начать работы по наращиванию ресурсной базы нефтедобычи. Следовательно, надо реанимировать совершенно захиревшую геологоразведку. Для этого нужны деньги. Они есть. Это Фонд национального благосостояния (ФНБ) – валютная кубышка, которая формируется за счёт нефтегазовых поступлений. Сейчас средств в ней существенно больше 7% ВВП (минфин прогнозирует, что к концу года будет вообще сумма, эквивалентная 10% ВВП). А положение о Фонде предусматривает, что по достижении 7-процентного «порога» средства ФНБ надо начинать расходовать. Чтобы ФНБ функционировал бесперебойно, следует поддерживать и развивать нефтедобычу. А для этого поддерживать и расширять ресурсную базу отрасли. Так что приоритетной статьёй расходов ФНБ следует законодательно утвердить разведку новых месторождений чёрного золота.

Во-вторых, выйти из соглашения ОПЕК+ (следующая встреча организации планируется в начале декабря 2019 года; российская делегация должна быть готова к тому, чтобы отказаться продлевать соглашение). Более того, нам следует если не наращивать, то по крайней мере не снижать экспорт чёрного золота и искать таких союзников, кто готов играть на нефтяном рынке на понижение. Сегодня такая игра диктуется стратегической задачей не допустить превращения Америки в маркетмейкера на мировом рынке нефти.

https://tsargrad.tv/articles/rossijskaja-neftjanka-mezhdu-molotom-i-nakovalnej_224896

09.11.2019 Шесть веков назад в Европе появился первый акционерный банк

Фото: Bukhta Yurii / Shutterstock.com

Я уже писал о том, что отсчёт истории того или иного явления или института порой начинается с достаточно поздних дат. Вместе с тем многие экономические явления и экономические институты возникали гораздо раньше. Так, первый мировой финансовый кризис разразился не в середине XIX века (1857-58 гг.), как написано во многих учебниках по экономической истории, а на полтысячелетия раньше – в 1346 году, когда произошло банкротство ряда банкирских домов Флоренции.

Точно так же, к сожалению, обстоит дело с освещением вопроса об истории акционерных обществ, которые сегодня являются важнейшей организационно-правовой формой бизнеса в большинстве стран мира, в том числе России. Под их началом производится более 80% валового продукта страны, а доля занятых работников составляет 70%. Читаем в Википедии: «Акционерное общество – это хозяйственное общество, уставный капитал которого разделён на определённое число акций в соответствии со ст.96 Гражданского кодекса Российской Федерации (ч.1). Участники акционерного общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им акций».

Чаще всего отсчёт истории акционерных обществ начинается с конца XVI – начала XVII века. Акционерные общества, согласно учебникам, появились в первых странах победившего капитализма – Голландии и Англии, причем в сфере колониальной торговли (колониальные компании). В 1595 году (по другим данным – в 1602-м) была учреждена Голландская Ост-Индская компания. Позднее появились Голландская Вест-Индская компания, также Суринамская, Северная и Леванская компании. Наконец, следствием этого бума акционерного учредительства стало появление в XVII веке Амстердамской биржи. С отставанием всего на 10-20 лет началось учредительство акционерных компаний в Англии. Первой из них стала Английская Ост-Индская компания (учреждена в 1609 году, по другим данным – в 1613 году).

Однако, как выяснилось в XIX веке в результате углубленных исторических исследований, попытки создания компаний, напоминающих современные акционерные общества, предпринимались еще в Древнем Риме, более двух тысячелетий назад. Историки (преимущественно немцы) обращали внимание на то, что в Древнем мире пытались создать корпорации, имевшие некоторые признаки современных акционерных обществ. Тогда корпорации («корпорация» – термин, близкий по значению к акционерному обществу) существовали в зачаточном состоянии и решающего влияния на ход экономического развития не оказывали. Общепризнано, что первым прототипом стали торговые (купеческие) гильдии, которые возникали для морской транспортировки товаров для их продажи в других странах. Это была своеобразная «складчина», совместная деятельность по снаряжению и сопровождению торгового судна или даже каравана судов нескольких или многих купцов.

Такая кооперация тем не менее не вела к консолидации капиталов участников проекта, сохранялся принцип «денежки порознь». Торговые гильдии (называемые в современной литературе также товариществами, партнёрствами) не были самостоятельными хозяйственными единицами, это была совместная деятельность при солидарной ответственности участников. Торговая гильдия отвечала за долги каждого из своих членов, подобно тому, как лица одной национальности отвечают друг за друга на чужбине или как граждане солидарно отвечали за долги общины.

Скорее всего, корпорации впервые появились в Риме. Термин «корпорация» происходит от латинского выражения «corpus habere», обозначающего права юридической личности. Такие права стали признаваться за частными союзами в Римской империи начиная со II века до Р.Х., однако окончательного признания гильдий и иных гражданско-правовых объединений как равных с физическими лицами субъектов права в Древнем Риме так и не произошло. В те давние времена были лоббисты внесения в римское право полноценного понятия «корпорации» и соответствующего ему «юридического лица».

Кое-кому хотелось скрыться за вывеской корпорации (юридического лица), чтобы снять с себя лишние риски. Сохранялся принцип персональной юридической ответственности физического лица, а юридическое лицо такую ответственность размывало. Общество в штыки встретило юридическую новацию.

Считается, что настоящие акционерные общества возникли в Европе в Средние века. По мнению многих историков, это произошло по крайней мере за три века до появления упомянутых нами колониальных торговых компаний Голландии и Англии. Причём, судя по всему, первые настоящие акционерные общества были в банковской сфере.

Я уже писал, что в XIII-XIV веках в северной Италии возникло большое количество частных банков – в Венеции, Генуе, Флоренции, Ломбардии. Это были банкирские дома, которые имели конкретных хозяев. Это мог быть один хозяин или же товарищество, включающее в себя членов семьи и родственников. У каждого была своя доля в капитале, и ответственность по обязательствам банка была полная и солидарная. Доля в обязательствах соответствовала доле в капитале. Иногда вся ответственность могла быть перенесена на одного человека (главу банка), но это для внешних партнёров и клиентов. Внутри банка была солидарно-субсидиарная ответственность перед главой. Отношения внутри семейного товарищества могли быть неформальными, острые ситуации разруливались на семейных советах отнюдь не с помощью юридических норм (см.: Рота П. История банков. История старинных кредитных учреждений у древних греков и римлян, у средневековых итальянцев и в Голландии и Германии XVII и XVIII столетия. Перевод с итал. 2-е издание. – М.: ЛЕНАНД, 2014).

Взятие крестоносцами в 1204 году Константинополя. Фото: BAO/Globallookpress

Рождение средневековых банков в Италии было обусловлено несколькими причинами. Например, такой, как ограбление крестоносцами в 1204 году Константинополя (четвёртый крестовый поход).

Значительная часть награбленного тогда золота стала первоначальным накоплением капитала для оборотистых ростовщиков, которые обслуживали папский престол и князей, руководивших крестовыми походами.

Ещё одной причиной рождения банков стало то, что итальянские города-полисы вели напряжённые войны за «место под солнцем» между собой, а также с Византией, турками и др. Для таких войн властям городов-полисов нужны были деньги. Можно было бы, конечно, дополнительные деньги собирать за счёт повышения налогов. Но богатым итальянцам такой способ не нравился. Они добились того, что необходимые для войны деньги стали аккумулироваться с помощью займов. Ими пытались охватить как можно большую часть населения. Историки говорят, что займы были добровольно-принудительные. Правда, власти городов-полисов старались, чтобы народ деньги предоставлял добровольно, а для этого поднимали процент по займам. Сбором денег через займы и выплатами по государственному долгу занимались товарищества, получившие в итальянских городах-республиках название «маоны» (маон – maonae; от арабского maonah – «помощь, предприятие»). Маоны вступали в тесное общение с правительственными чиновниками, вмешиваясь даже в государственную фискальную политику, добиваясь доступа к государственному имуществу (продажа в погашение долгов или приобретение права управления) и т. п.

Историки утверждают, что в первый раз такая схема была апробирована в Генуе ещё в XII веке. Генуэзская республика вела войну с Алжиром и Тунисом, и в 1148 году было учреждено товарищество, которое дало республике большую денежную ссуду, а в обмен получило право сбора некоторых налогов для обеспечения процентов и погашения займа.

Генуя. Фото: Collection Jaime Abecasis/Globallookpress

В XIV веке Генуя попеременно воевала с турками, венецианцами и византийцами, что способствовало появлению маонов. В ходе войны Генуи с Византией в 1346 году генуэзский флот овладел островом Хиос, управлением которого руководило общество – маон Хиоса, считающееся первым из таких объединений (Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. T. 1. М., 2003. С. 372). Маонов стало много, и между ними велась острая борьба за клиентов и за доступ к государственной казне. В Италии происходило то, что можно назвать «слияние и поглощение» маонов.

В конце XIV века генуэзское правительство задолжало некоторым состоятельным гражданам (как владельцам и совладельцам маонов) гигантские суммы. Долги государства были внесены в специально созданную книгу cartularium (книга записей, реестр). В начале XV века маоны объединились в кредитное учреждение, капитал которого состоял из суммы задолженности правительства и был разделён на 20 400 долей, которые были отчуждаемы. Банк получил право взимания государственных налогов в уплату долга и проводить банковские операции: выдавать кредиты, принимать вклады, выпускать билеты (банкноты), учитывать векселя, проводить расчёты.

Это новое учреждение было названо Банком Святого Георгия (итал. Banco di San Giorgio), дата его рождения – 1407 год. То есть 612 лет тому назад. Те маоны и частные банки, которые не вошли в первоначальное объединение, вскоре были поглощены Банком Святого Георгия (БСГ). Это уже было полноценное акционерное общество, поскольку капитал банка составлялся из долей (акций), которые могли продаваться и покупаться на рынке. Кстати, некоторые исследователи считают, что БСГ можно рассматривать в качестве прототипа будущих Центробанков. Банк Святого Георгия получил право выпускать банкноты, которые свободно обращались в пределах Генуи и имели надёжное обеспечение – доходы государственной казны.

"Дом Святого Георгия". Генуя, Италия. Фото: Sandro Pavlov / Shutterstock.com

Специалисты по экономической истории и истории права считают, что именно Банк Святого Георгия был той моделью акционерного общества, которая затем стала распространяться по Европе. Вскоре после создания БСГ в Милане был учреждён Банк Святого Амвросия, имевший также статус акционерного общества. Наш известный правовед Константин Победоносцев отмечал, что первыми акционерными объединениями стали созданные в Италии «акционерные компании (для банковского дела)» (Победоносцев К. П. Курс гражданского права, Т. 3, М., 2003, С. 481).

Затем акционерные банки стали появляться в Голландии, Франции, Испании, Португалии, Венгрии, Швейцарии и Германии. В России они появились лишь спустя четыре с половиной века после рождения БСГ – во времена реформ Александра II. В 1864-1872 годах было учреждено 33 акционерных коммерческих банка и 11 акционерных земельных банков (Бовыкин В. И., Петров Ю. А. Коммерческие банки Российской империи. – М., 1994).

Кратко о Банке Святого Георгия. Банк управлялся общим собранием (consiglio generale), состоящим из 480 членов, каждый из них должен был иметь не менее 10 паев, и правлением, члены которого (protettori) должны были владеть не менее 100 паями каждый. Во главе финансового учреждения стояло четыре консула (синдика), состоявших в дружественных либо родственных отношениях с ведущими семействами генуэзской аристократии. Это была своеобразная форма сращивания денежного капитала и государства.

Банк финансировал многие генуэзские колонии. В 1415-1475 года у БСГ был филиал в Крыму, в месте, которое тогда называлось Кафа (нынешняя Феодосия). Отсюда банк управлял торговыми факториями Генуи в Северном Причерноморье.

После падения Константинополя именно БСГ осуществлял непосредственное управление генуэзскими владениями на Корсике и в Газарии. Клиентами банка в эпоху его расцвета были многие правители Европы. Кредиты от БСГ получали папы и другие католические иерархи, монархи (например, королева Изабелла Кастильская, император Карл V Габсбург). Одним из наиболее знаменитых клиентов был Христофор Колумб. Можно сказать, что БСГ помог открыть новую страницу мировой истории, получившей название «эпоха Великих географических открытий». Банк недотянул всего два года до своего 400-летнего юбилея. В 1805 году в результате итальянской кампании Наполеона Генуя была захвачена, и банк закрылся навсегда. Но в мировой истории след Банка Святого Георгия сохраняется до сих пор. Это акционерные общества, ставшие доминирующей организационно-правовой формой современной экономической и финансовой деятельности.

http://reosh.ru/valentin-katasonov-shest-vekov-nazad-v-evrope-poyavilsya-pervyj-akcionernyj-bank.html

https://tsargrad.tv/articles/shest-vekov-nazad-v-evrope-pojavilsja-pervyj-akcionernyj-bank_224887

08.11.2019 Рекорд сверхдержавы – суверенный долг США пробил планку в 23 триллиона долларов

Фото: YouTube

Своей финансовой политикой Трамп напоминает Герострата

Начало ноября в США ознаменовалось экономической сенсацией. Минфин США обнародовал данные о государственном долге по состоянию на 31 октября 2019 года. Суммарная величина долга достигла 23 триллионов долларов. Если быть точным, весь государственный долг США составляет 23.008.409 млн. долл. При этом чистый государственный долг (debt held by the public) равняется 16.981.311 млн., а так называемый внутриправительственный долг (intragovernmental debt) – 6.027.098 млн. долл.

Вообще, такое событие ожидали в следующем году. Напомню, что 13 февраля 2019 г. государственный долг США достиг 22 трлн. долл. В конце октября министерство финансов опубликовало отчёт о состоянии государственных финансов страны, подводя итоги 2019 финансового года (финансовый год в Америке начинается 1 октября, а завершается 30 сентября). СМИ особое внимание уделили показателю дефицита федерального бюджета – 984 млрд. долл., почти триллион. Это рекорд за последние семь лет. Если исходить из того, что темпы ежегодного прироста государственного долга США составляют сейчас примерно 1 триллион долларов, то предполагалось, что новый антирекорд – 23 триллиона долларов – будет зафиксирован в феврале 2020 года. Однако событие произошло, по крайней мере, на три месяца раньше.

Скачок объясняется тем, что Федеральный резерв с сентября, не афишируя, начал приращивать запасы своих казначейских бумаг. А в октябре стартовала официальная программа закупок американским Центробанком казначейских бумаг – типичная программа «количественного смягчения».

До середины следующего года Федеральный резерв планирует приращивать свой портфель долговых бумаг американского казначейства на 80 млрд. долл. в месяц. Прирост в размере 60 млрд. долл. будет обеспечиваться печатным станком, а ещё 20 млрд. долл. – это замещение ипотечных бумаг из портфеля Федерального резерва казначейскими облигациями. Многие эксперты ожидают, что программа закупок государственных бумаг будет продлена за пределы трёх кварталов года и темпы наращивания государственного долга США ускорятся. До недавнего времени основным покупателем американского государственного долга был Китай, но теперь, видимо, плечо казначейству США будет подставлять не Пекин, а Федеральный резерв.

Большинство американцев не помнит, что когда-то Америка вообще жила без государственного долга. Это было в XIX веке при президенте Эндрю Джексоне (1829-1837 гг.). Этот выдающийся общественно-политический деятель Америки шёл на президентские выборы с двумя лозунгами: отозвать лицензию у Второго банка Соединённых Штатов (он выполнял тогда функции Центробанка) и ликвидировать государственный долг. Обе задачи он успешно решил. Кстати, Трамп, придя в Белый дом, повесил в своём кабинете портрет Эндрю Джексона.

После Джексона вновь образовался государственный долг, но угрожающих размеров он не принимал. В 1910 году он был равен 2,7 млрд. долл. (8,0% ВВП). В результате Первой мировой войны государственный долг вырос до 26 млрд. долл. в 1920 году (29,2% ВВП). К 1930 году он сократился до 16,2 млрд. долл. (16,5% ВВП).

Проблема государственного долга приобрела угрожающие масштабы в 1930-е годы, когда страна погрузилась в Великую депрессию. Франклин Рузвельт пытался вытаскивать Америку из депрессии путём наращивания государственного долга, что было одним из важнейших элементов политики Нового курса. К 1940 году долг вырос до 50,7 млрд. долл. (52,4% ВВП). Вторая мировая война резко подстегнула рост долга, и его максимальное относительное значение было достигнуто в 1946 году 121,2% ВВП (рекорд, не превзойдённый в Америке до сих пор).

В абсолютном выражении государственный долг США продолжал расти. Так, его величина в отдельные годы имела следующие значения (млрд. долл.): 1950 г. – 256,9; 1960 г. – 290,5; 1970 г. – 380,9; 1980 г. – 909,0. Правда, относительные показатели долга снижались (% ВВП): 1950 г. – 94,0; 1960 г. – 54,3; 1970 г. – 36,3; 1980 г. – 32,5.

При президенте Рональде Рейгане произошло символическое событие: государственный долг пересёк планку в один триллион долларов. К 1990 году абсолютная величина долга составила уже 3,2 трлн. долл., а относительный уровень достиг 54,2%.

В 1998-2001 гг. (четырёхлетний период) было зафиксировано редкое для Америки явление – профицит государственного бюджета (до этого профицит фиксировался лишь в 1970 году). Это было при президенте Билле Клинтоне. На короткий срок рост долга остановился, но потом продолжился ещё более ударными темпами. В 2000 году величина долга составляла 5,63 трлн. долл. (55,5% ВВП), в 2010 году – 13,53 трлн. долл. (91,4%). Относительный уровень государственного долга США достиг планки в 100% ВВП к 2011-2012 гг.

В ходе предвыборной кампании Трамп обещал сбалансировать федеральный бюджет и остановить дальнейший рост государственного долга. Обещал даже начать переговоры с основными держателями американского суверенного долга на предмет его реструктуризации.

К приходу Трампа в Белый дом госдолг США составлял 19,9 трлн. долларов. И вот за три неполных года президентства Трампа мы видим четыре последовательных рекорда по государственному долгу: 20 трлн. долл. – в сентябре 2017 года, 21 трлн. долл. – в марте 2018 года, 22 трлн. долл. – в феврале 2019 года, 23 трлн. долл. – в октябре 2019 года.

Если Трампу удастся досидеть в кресле президента США до конца своего срока и его не настигнет импичмент, то при взятых темпах казначейских заимствований долг возьмёт планку в 24 трлн. долл. А если программа скупки казначейских бумаг Федеральным резервом продолжится и во второй половине 2020 года, то уровень долга может достичь 25 трлн. долларов.

Дональд Трамп и Барак Обама по способности наращивать государственный долг сопоставимы, но Трамп остро критиковал своего предшественника именно за то, что тот почти удвоил государственный долг и загнал Америку в долговую ловушку. И обещал остановить безумное наращивание долга. И что? Эти обещания были лишь предвыборной риторикой? Или Трамп неправильно оценил свои возможности? Или наращивание им долга – сознательное изменение политики?

Думаю, что и то, и другое, и третье. Мне кажется, Трамп действительно изменил своё отношение к проблеме долга. Он его перестал бояться и даже находит удовольствие в его наращивании. Ведь чем, по его мнению, неприятен для государства растущий долг? Тем, что его надо обслуживать, т.е. регулярно выплачивать проценты по казначейским бумагам. Это так называемые процентные расходы с некоторых пор стали второй в американском бюджете статьей после военных расходов. Вот данные за отдельные годы (млрд. долл.): 1991 г. – 286; 1995 г. – 332; 2000 г. – 362; 2005 г. – 352; 2010 г. – 414; 2015 г. – 402; 2016 г. – 433; 2017 г. – 458; 2018 г. – 523. В прошлом году на процентные расходы пришлось 12,5% всех расходов федерального бюджета. За 28 лет процентные расходы увеличились в 1,8 раза, вроде бы не так много. Однако это лишь потому, что процентная ставка по государственному долгу очень сильно просела. Если бы в 2018 году правительству США пришлось обслуживать свой долг по процентной ставке 1991 года, потребовались бы бюджетные средства в размере 1,8 трлн. долл. То есть расходы на обслуживание долга пришлось бы около 2/5 всех бюджетных расходов.

Итак, надо бояться не абсолютной величины долга, а процентной ставки по нему. Может ли правительство понижать эту ставку? Здесь его возможности ограничены. Главную скрипку играет ФРС, устанавливающая ключевую ставку. Чем ниже ключевая ставка американского Центробанка, тем ниже процентные ставки по казначейским бумагам.

Поэтому Трамп добивается, чтобы Федрезерв понижал и без того невысокую ставку. На последнем заседании комитета по открытым рынкам ФРС США 30 октября ключевая ставка была понижена в третий раз. Сегодня она равна 1,75-2,00%. Трампу этого мало, он хочет, чтобы Федеральный резерв опустил ключевую ставку ниже нуля (подобно тому, как это сделали Банк Японии, Банк Швеции, Национальный банк Швейцарии и Центробанк Дании). Тогда можно будет и казначейские бумаги США сделать с отрицательным процентом (подобно, например, казначейским бумагам Германии). Однако Федеральный резерв далеко не всегда следует рекомендациям американского президента.

Я, кажется, начинаю понимать, почему Трамп повесил в Белом доме портрет седьмого американского президента Эндрю Джексона. Ведь тот добился ликвидации тогдашнего Центробанка – Второго банка Соединённых Штатов. А представим, что было бы с американским государственным долгом, если бы казначейские бумаги имели отрицательные проценты. Американское казначейство не платило бы проценты, а получало их. Заимствования американского правительства стали бы источником доходов бюджета!

Не исключаю, что Трамп мечтает обесценить американский долг. Брать в долг полноценные деньги, а погашать его «мусором». Все предыдущие президенты США заботились о том, чтобы поддерживать реноме американского доллара. А его реноме – валютный курс. Трамп – первый в истории Америки президент, который сознательно добивается обратного – ослабления доллара. Для этого он требует от Федерального резерва включения печатного станка и понижения ключевой ставки.

Мне Трамп напоминает Герострата, который сжёг храм Артемиды, чтобы оставить след в истории. Своей финансовой политикой он словно стремится уничтожить Америку. Он действительно может оставить неизгладимый след в истории – как американской, так и мировой.

https://www.fondsk.ru/news/2019/11/04/rekord-sverhderzhavy-suverennyj-dolg-us-probil-planku-v-23-trln-doll-49383.html

http://reosh.ru/valentin-katasonov-rekord-sverxderzhavy-suverennyj-dolg-ssha-probil-planku-v-23-trilliona-dollarov.html

06.11.2019 «Экономика трубы»: Скоро у России и «трубы» не будет

Фото: Дмитрий Рогулин/ТАСС

О печальных перспективах нашей нефтегазовой отрасли

Уже в первые годы своего существования Российская Федерация окончательно растеряла доставшиеся ей в наследство остатки обрабатывающей промышленности и превратилась в «экономику трубы». Т.е. в монокультурную экономику, в структуре которой доминирует нефть и природный газ. Несмотря на громкие лозунги власти о необходимости структурных реформ в экономике и снижении зависимости страны от экспорта углеводородов, ничего не менялось. Как стала Россия в 90-е годы «экономикой трубы», так ею и оставалась до наших дней. Даже продолжала еще более усиливать свою углеводородную специализацию.

Так, в 2000 году экспорт сырой нефти из страны составлял 144,4 млн. т, а по итогам прошлого года он вырос до 260,6 млн. т. Экспорт нефтепродуктов за 2000−2018 гг. вырос с 62,6 млн. до 150,3 млн. т.

За тот же период поставки природного газа за рубеж увеличились с 193,9 млрд. до 220,6 млрд. куб. м. Также следует учесть экспорт сжиженного газа. В 2000 году его вообще не было. А в 2018 году он уже равнялся 36,7 млрд. куб. м. А по итогам текущего года поставки сжиженного газа могут достичь 60 млрд. куб. м.

Даже власть признает, что в федеральном бюджете 2018 года доля нефтегазовых доходов составляла порядка 45%. Она не падает, а даже растет: в 2017 году была равна 40%, а в 2000 году, между прочим, — лишь 20%. Кажется, власти уже смирились с тем, что Россия превратилась в «экономику трубы» (иногда еще ее называют «экономикой бензоколонки»). Ссылаясь на то, что, мол, можно и с помощью нефти и газа стать «развитой» и «цивилизованной» страной. Приводя чаще всего в качестве примера Норвегию, у которой доля нефти в экспорте, ВВП и бюджете страны даже выше, чем у России.

Нет, если Россия претендует на статус независимого, суверенного государства, она не может оставаться «экономикой трубы». Кажется, это аксиома, не требующая особых доказательств. Особенно в последние годы, когда против России организуются экономические санкции Соединенными Штатами и их союзниками. Москва претендует на особую роль в мировой политике. Но для этого нужна военная сила. Это тоже аксиома, не требующая особых доказательств. А военная сила может создаваться и поддерживаться лишь на фундаменте крепкой, диверсифицированной экономики, ядром которой является машиностроение и другие высокотехнологические отрасли обрабатывающей промышленности. Это также аксиома, проверенная, между прочим, собственным историческим опытом России.

Но, увы, у России есть все перспективы окончательно превратиться в колонию Запада и даже вообще исчезнуть с политической карты мира. Это может произойти даже быстрее, чем мы думаем. Многие полагали, что это будет происходить из-за полного бездействия власти, но медленно и постепенно. Нет, это может произойти уже в ближайшее десятилетие, достаточно внезапно. По той простой причине, уже Россия может быстро утратить статус «экономики трубы» и превратится просто в слабо обитаемую «территорию».

Власти России долгое время пребывали в иллюзии, что запасы «черного золота» в стране несметные. Хватит, мол, на много поколений. Действительно, геологи в СССР трудились не на страх, а на совесть, оставили «демократической» России большие разведанные запасы.

В 2013 году правительство рассекретило данные о запасах «черного золота». Минприроды сообщило, что в 2012 году доказанные запасы равнялись 17,80 млрд. тонн. Это ставило Россию на шестое место в мире по этому показателю после Венесуэлы, Саудовской Аравии, Канады, Ирана и Ирака. В 2014 году компания «Бритиш Петролеум» (ВР) подготовила обзор по мировым запасам нефти по состоянию на 2013 год. Эксперты ВР посчитали, что данные Минприроды сильно завышены и дали свою оценку — 12,74 млрд. тонн. Эксперты ЦРУ США скорректировали оценку российских запасов еще больше — до 10,92 млрд. тонн. Российские чиновники квалифицировали такие «корректировки» как «происки Запада». Согласно западным оценкам, Россия по величине доказанных запасов оказывалась уже не на шестом, а на восьмом месте, пропустив вперед такие мелкие государства, как Кувейт и Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ).

Реклама 29

Но, кажется, до руководства страны в последнее время стало доходить, что ситуация с запасами нефти, мягко говоря, не столь мажорна, как это казалась до этого. В прошлом году Минприроды напряженно разрабатывал документ под названием «Стратегия развития минерально-сырьевой базы РФ до 2035 года». Еще на той стадии, когда Стратегия была проектом, в СМИ стали просачиваться отдельные фрагменты документа.

Выяснилось, что примерно две трети из того объема запасов, который был обнародован Минприроды в 2013 году, приходится на трудноизвлекаемые запасы — преимущественно сланец и нефть, которую можно добывать лишь с помощью глубоководных проектов на арктическом шельфе (себестоимость арктической нефти может доходить до 150 долларов за баррель). Получается, что реальные, «рентабельные» запасы нефти у России — в три раза ниже официальных данных Минприроды. Что-то около 6 млрд. тонн, что сопоставимо с запасами Ливии и США. Получается, что Россия еле вписывается в первую десятку стран по запасам «черного золота».

Перед новым годом премьер-министр Д.А. Медведев своей подписью утвердил Стратегию (распоряжение Правительства РФ от 22 декабря 2018 г. № 2914-р). Теперь этот документ доступен для всех. Из него следует, что старые, еще советские месторождения стремительно истощаются, а новых залежей с легкой и дешевой для извлечения нефтью до сих пор не обнаружено.

В документе дипломатично говорится, что текущие уровни нефтедобычи в России «недостаточно обеспечены запасами разрабатываемых месторождений». Пиковое значение показателя добычи ожидается в 2021-м году — 570 млн тонн. Начиная с 2025 года, ресурсная база нефтедобычи перестанет справляться с нагрузкой, начнется резкий спад добычи. Если верить документу, то до критической точки остается около 6 лет. Оценки Минприроды почти не расходятся с оценками Минэнерго.

По расчетам Минэнерго, объем добычи из-за сужения ресурсной базы может сократиться с 555,8 млн т в 2018 году в год (11,4 млн баррелей в день), до 310 млн тон (6,3 млн баррелей в день) в 2035 году. Т.е. ожидается без малого двукратный обвал.

Год назад министр энергетики Александр Новак на заседании правительства сообщил, что в случае бездействия (имеется в виду поиск и открытие новых месторождений) особо резким будет спад добычи в Западной Сибири, которая дает основную часть продукции отрасли. В прошлом году было 330 млн. тонн, а к 2035 году будет лишь 146 млн. тонн. Львиная доля падения общероссийской добычи придется на Сибирь, откуда идут экспортные поставки легкой нефти с низким содержанием серы. Сибирские месторождения истощаются и обводняются. На Самотлоре и Приобском (ведущих месторождениях региона) извлекаемую на поверхность смесь трудно назвать нефтью. Там ее лишь 10%, остальное — вода и грязь.

Общее падение добычи по стране за период 2018 — 2035 гг. превысит годовой объем экспорта сырой нефти в прошлом году. Экспортировать будет просто нечего.

Критическая ситуация с запасами «черного золота» в России хорошо известна основным ее конкурентам на мировом рынке нефти. В интервью агентству «Блумберг» наследный принц Саудовской Аравии Мохаммед бен Сальман уверенно заявил, что к середине 30-х годов нашего века Россия полностью исчезнет с мирового рынка нефти. Не особенно стесняясь, он добавил, что Эр-Рияд рассчитывает занять освободившееся на рынке место.

Как сообщил министр энергетики А. Новак, российские нефтяные компании отдают в казну в виде налогов примерно 68% от объема выручки. Один из самых высоких показателей в мире. Но уже почти все сливки «сняты». Стоимость добычи одной тонны нефти взлетела за последнее десятилетие в 2,4 раза, капитальные затраты увеличились в 2,8 раза. Налоговая отдача отрасли начнет падать, поток направляющихся в казну нефтедолларов и нефтерублей будет пересыхать.

Неожиданное беспокойство проявил и Минфин. Им подготовлен документ под названием «Бюджетный прогноз РФ на период до 2036 года» В базовом сценарии прогноза к 2036 году нефтяные доходы федерального бюджета рухнут на 40%. Если в 2018 году они составили 8,8% ВВП, то в 2036 году их уровень упадет до 3,3% ВВП. При складывающейся ситуации компании нефтедобывающей промышленности не только будут добиваться снижения налоговой нагрузки, но и требовать от государства субсидий на развитие сырьевой базы. Сами компании геологоразведкой практически не занимались.

Под эгидой Минприроды в 2011 году было создано акционерное общество «Росгеология» — российский государственный холдинг, объединяющий государственные геологоразведочные предприятия РФ. Эта организация пока никаких сенсационных открытий месторождений «черного золота» не сделала. На баланс государства ставятся лишь мелкие месторождения (с запасами менее 5 млн. тонн) с сомнительной рентабельностью добычи. Новых Самотлоров пока на горизонте не видно.

Тема истощения ресурсной базы добычи нефти в последние дни получила особенно резонансное звучание в связи с тем, что в Думе и в правительстве РФ начались жаркие дискуссии по поводу Фонда национального благосостояния (ФНБ). Этот суверенный фонд, находящийся в ведении Минфина, последнее время рос как на дрожжах. Источник его пополнения — доходы от экспорта нефти, исчисляемые с помощью так называемого «бюджетного правила» (все доходы, рассчитанные по цене нефти 40 долларов за баррель, поступают в бюджет; все, что свыше 40 долларов — в ФНБ). Сегодня объем средств, накопленных в Фонде, уже превысил 7% ВВП. По положению о Фонде при таком уровне накоплений средства из Фонда следует начинать тратить. Но на что — большой вопрос. Претендентов на использование средств Фонда — хоть отбавляй.

Минприроды и Минэнерго активно подключились к обсуждению. По их мнению, вариантов быть не может: коль фонд основан на углеводородных доходах, то и расходоваться средства фонда должны на развитие сырьевой базы отрасли по добыче и экспорту углеводородов. 30 октября глава Росгеологии Сергей Горьков выступил на совещании в Минприроды и обратил внимание на критическое состояние ресурсной базы нефтяной и газовой промышленности. Геологоразведка долгие годы находилась на голодном денежном пайке. Наконец-то, по мнению Горькова, у отрасли в связи с готовящимся «распечатыванием» Фонда появился шанс заняться масштабными геологическими проектами:

«Фонд создан из денег, которые сформированы за счет доходов нефтяной отрасли. Мы должны все-таки определиться, что часть доходов из нефтяной отрасли должны быть направлены на формирование задела будущего, иначе непонятно, как он будет формироваться; тем более что бюджетных денег на все не хватит». Горьков добавил: «Это нужно делать в сотрудничестве с крупными нефтяными компаниями, у них есть достаточно большой опыт».

Что ж, я считаю, что данный вариант использования средств Фонда вполне оправдан. Есть, конечно, и другие предложения. Например, главный экономист ВЭБ Андрей Клепач выступает за использование средств Фонда для поддержки предприятий оборонно-промышленного комплекса. Что ж, наверное, такое предложение оправданно (военные расходы в проекте бюджета на ближайшие три года могут быть существенно урезанными). Но идея использования средств Фонда для активизации деятельности по поиску новых месторождений углеводородного сырья, уж точно лучше, чем предложения некоторых чиновников, которые неожиданно заявили, что накопление средств в Фонде следует продолжить, повысив предельную планку накопления с 7% до 8 или даже 10%. Впрочем, согласно предварительным оценкам, к концу года объем средств Фонда достигнет 178 млрд., или 10% ВВП.

Если будем и дальше заниматься бездумным валютным накопительством (а фактически финансированием других государств через ФНБ, покупающий иностранные казначейские бумаги), то сначала погубим «экономику трубы», а затем и всю Россию.

https://svpressa.ru/economy/article/247967/

http://reosh.ru/valentin-katasonov-ekonomika-truby-skoro-u-rossii-i-truby-ne-budet.html

02.11.2019 «Россия ростовщическая. Банковские преступления от Российской Империи до Российской Федерации»

Вышла в свет очередная книга председателя Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова профессора В.Ю. Катасонова.

Новый выпуск финансовых хроник профессора Катасонова посвящен приближению экономической бури в океане международных финансов. Весь мир «владельцев заводов, газет, пароходов» судорожно готовится ко второй волне кризиса, в тщетных попытках удержаться во время шторма за борта своих спасательных шлюпок. И только российские власти проявляют смесь безумной отваги и сонного спокойствия в преддверии катаклизма, который может смести их вместе с останками российской экономики. В этой ситуации автор видит множество параллелей с предреволюционной Россией, которые подробно разбирает, анализируя банковское дело Российской империи. А между тем, считает автор, спасение есть, и оно не просто возможно, а невероятно доступно – если использовать во внешней торговле золотой клиринг. Как может помочь нам золото? Что еще можно успеть сделать, чтобы не погибнуть вместе с западными «партнерами»? Куда влечет нас рок событий? Об этом новая книга Валентина Катасонова. Читайте и не говорите, что мы вас не предупреждали!

http://reosh.ru/rossiya-rostovshhicheskaya-bankovskie-prestupleniya-ot-rossijskoj-imperii-do-rossijskoj-federacii.html

01.11.2019 У КНР вероятность стать эпицентром нового мирового финансового кризиса больше, чем у США и еврозоны

Поднебесная перестаёт быть локомотивом мировой экономики

Термин «количественные смягчения» (quotativeeasing – QE) сегодня известен широко. Это эвфемизм, придуманный западными идеологами и означающий банальную накачку экономики деньгами с помощью печатного станка Центробанка.

Прошли давно те «старые добрые времена», когда существовали какие-то ограничения для выпуска бумажных денег. Напомню, что в своё время печатный станок был передан от государства центральному банку, чтобы у первого не было искушения формировать дефицитные бюджеты и закрывать с помощью станка бюджетные дыры. Центральные банки получили статус независимых (от государства), чтобы они могли контролировать объём денежной массы в экономике. Так писали в учебниках по экономике ещё десять лет назад.

После финансового кризиса 2007-2009 гг. «независимые» центробанки, забыв о своей «высокой миссии», бросились во все тяжкие. А именно включили на полную мощность печатные станки, заливая экономику деньгами. В 2008 году ФРС США начала первую программу QE. Потом были вторая и третья программы, последняя завершилась в октябре 2014 года. Деньги вбрасывались в обращение путем покупки Федеральным резервом ипотечных и казначейских бумаг. За это время Федеральный резерв раздулся как пузырь: его активы с уровня 800 млрд. долл. в 2007 году увеличились до 4,5 трлн. долл. к концу 2014 года. Прирост активов составил 3,7 трлн. долл., денежная масса (денежный агрегат М0) увеличилась в пять с половиной раз. Сейчас Федеральный резерв после пятилетней паузы приступает к реализации четвёртой программы QE.

Эстафету QE от Федерального резерва в 2015 году подхватил Европейский центральный банк. Программа QE ЕЦБ была завершена 31 декабря 2018 года. ЕЦБ покупал государственные долговые бумаги европейских стран и также раздулся как пузырь. Марио Драги, президент ЕЦБ, минувшим летом объявил о возобновлении программы QE, но проводить эту непопулярную и опасную программу придётся уже Кристин Лагард, назначенной на пост нового президента ЕЦБ. Что касается Банка Японии, он начал практиковать QE задолго до финансового кризиса 2007-2009 гг. Без особой рекламы активизировали работу своих печатных станков Банк Англии и центробанки многих других стран Запада.

В публикациях по теме QE почему-то обходится стороной Китай. Партийно-государственное руководство Поднебесной и чиновники Народного банка Китая (НБК) никогда не используют термин «количественные смягчения», но Центробанк КНР проводил и продолжает проводить денежную политику, очень напоминающую QE ФРС США, ЕЦБ, Банка Японии, Банка Англии и других западных центробанков.

Одно из отличий НБК заключается в том, что центробанки западных стран имеют статус «независимых» от государства институтов, а НБК является государственной организацией, входящей в состав исполнительной власти и подчиняющейся Госсовету КНР. Другое отличие до недавнего времени состояло в том, что китайский Центробанк закупал не долговые бумаги китайского происхождения, а валюту и долговые бумаги других государств (в первую очередь США). В 2010-2015 гг. более 80 процентов всех активов НБК приходилось на иностранную валюту (включая долговые бумаги других стран, номинированные в иностранной валюте). В 2019 году эта доля упала ниже планки 60%.

В начале XXI активы НБК составляли примерно 600 млрд. долл. К середине 2010-х они выросли до 5 трлн. долл., затем пробили планку 5 трлн. и последние годы составляют 5,1-5,2 трлн. долл. По состоянию на сентябрь 2019 года НБК входит в тройку самых крупных центробанков мира по величине активов. Этот показатель составил (трлн. долл.): Банк Японии – 5,3; ЕЦБ – 5,1; НБК – 5,1. Федеральный резерв США оказался на четвёртом месте с активами 3,8 трлн. долл. То есть Центробанк Китая сейчас поддерживает свои активы на одном уровне, но структура активов меняется в пользу активов внутреннего происхождения (кредиты китайским банкам и ценные бумаги китайских эмитентов). Руководство КНР стремится превратить НБК из «валютного обменника» в суверенный Центробанк, работающий на национальную экономику.

Напомню, что денежная масса в экономике состоит не только из продукции печатного станка Центробанка (денежный агрегат M0), но и из денег, которые создают коммерческие банки (обычно путём выдачи кредитов). Общая величина денежной массы измеряется показателем (денежным агрегатом) М2. НБК как финансовый регулятор поощряет китайские банки увеличивать объёмы кредитов (основным средством поощрения является снижение нормы резервирования – своеобразного банковского налога, перечисляемого в НБК).

Общая денежная масса (М2) в экономике Поднебесной быстро растёт, это, так сказать, количественные смягчения с китайской спецификой. В августе 2019 года денежная масса М2 была больше, чем в августе предыдущего года, на 8,2%. Данные за сентябрь 2019 года показывают, что денежная масса превышала показатель прошлого сентября на 8,4%.

В третьем квартале 2019 года задолженность по выданным китайскими банками кредитам увеличилась на 13,9 трлн. юаней. Причём примерно 2 трлн. юаней – долг по кредитам на инфраструктурные стройки. Общий объём кредитов, выданных за последний год (четвёртый квартал 2018 г. и три квартала 2019 г.), составил гигантскую сумму, эквивалентную 14,5% номинального ВВП Китая.

Общая величина долга по всем секторам китайской экономики сегодня оценивается в 300% ВВП. Это, по крайней мере, не меньше, чем показатели по США и еврозоне. А, скорее всего, уровень задолженности в китайской экономике существенно выше официальных цифр, не отражающих долг теневого банкинга, получившего большое распространение в КНР.

В 2016 году Китай начал политику снижения долговой нагрузки, но с началом торговых войн в 2018 году сокращение долгов снова застопорилось, и сейчас, как свидетельствуют цифры, начался новый раунд роста долговой нагрузки китайской экономики.

Самое неприятное (и тщательно скрываемое китайским руководством) обстоятельство состоит в том, что новые кредиты уже не обеспечивают прежнего эффекта. Китайская экономика начинает буксовать подобно тому, как буксуют экономики США, ЕС, Японии (несмотря на их программы QE).

Давно уже прошли те времена, когда прирост долга в одну денежную единицу (доллар, юань, евро и др.) обеспечивал прирост ВВП в размере, превышающем единицу. В США эффективность долга выше единицы (положительная эффективность) была до конца 60-х – начала 70-х гг. На протяжении последнего почти полувека она там уже отрицательная. Эффективность долга падает во всех странах. Если в Китае в период 2007-2009 гг. на каждый доллар нового долга экономика КНР давала 0,65 цента нового ВВП, то за последние два года (2017-2019 гг.) – лишь 0,34 цента. Эффективность долга ниже, чем в Китае, лишь у Японии (0,27 цента). У США, стран еврозоны и Великобритании она выше (соответственно 0,40; 0,38; 0,36 цента).

Ещё более неприятным для Китая обстоятельством является то, что темпы падения эффективности долга у него тоже выше, чем у большинства его конкурентов. Если сравнивать показатели эффективности долга за период 2007-2009 гг. и период 2017-2019 гг., то снижение эффективности долга составило (в процентах): США – 5,6; страны еврозоны – 13,5; Великобритания – 14,3; Япония – 14,8. А у Китая снижение эффективности долга достигло 38,2%. Власти КНР давят на педаль газа (увеличивают кредитную накачку экономики), а автомобиль (китайская экономика) ускоряться не желает.

По итогам первого квартала 2019 года прирост ВВП Китая составил 6,4%; по итогам второго – 6,2%. В третьем квартале рост китайской экономики замедлился до 6,0 % – минимума за всё время функционирования современной статистической службы Китая (с 1992 года). Даже в разгар финансового кризиса в 2008 году прирост ВВП Китая составлял 6,4%.

Много лет Поднебесная с её высокими темпами экономического развития была своеобразным локомотивом мировой экономики. Сегодня аналитики спорят по поводу того, откуда может пойти волна нового мирового финансового кризиса, и называют три потенциальных эпицентра – США, еврозону и Китай. Цифры, приведенные в статье, заставляют предположить, что у Китая вероятность выступить в этой роли выше, чем у США и еврозоны.

https://www.fondsk.ru/news/2019/10/30/u-knr-verojatnost-stat-epicentrom-novogo-mirovogo-finansovogo-krizisa-bolshe-chem-u-ssha-i-evrozony-49345.html

http://reosh.ru/valentin-katasonov-u-knr-veroyatnost-stat-epicentrom-novogo-mirovogo-finansovogo-krizisa-bolshe-chem-u-ssha-i-evrozony.html

30.10.2019 Трамп хочет заставить Федеральный резерв уйти в минус

Фото: Star Tribune

Участники финансовых рынков в США и других странах с напряжением ждут следующей недели

29-30 октября будет проходить очередное заседание комитета по открытым рынкам Федеральной резервной системы США (ФРС), на котором будет решаться вопрос по ключевой ставке американского Центробанка. Как известно, ФРС уже произвела два снижения. Первое было в июле этого года – с 2,25-2,50% до 2,00-2,25%. Второе в сентябре – еще на одну ступеньку, т.е. на 25 базисных пунктов. На сегодняшний день значение ставки – 1,75-2,00 %. Никто уже не сомневается, что до конца текущего года будут новые снижения, причем некоторые эксперты и участники рынков полагают, что ФРС может за раз перескочить сразу на две ступеньки вниз.

В мире экономистов и финансистов отношение к понижению ключевой ставки, особенно когда она приближается к нулевому значению, неоднозначное. Впрочем, все единодушны в том, что долго это делать не следует. Это что-то наподобие наркотика, который иногда может быть полезен в медицине, но лучше им не злоупотреблять. Чем ниже значение ключевой ставки, тем сильнее наркотик.

Вместе с тем в мире уже имеется несколько врачей (центробанков), которые сильными наркотиками продолжительное время лечат своих пациентов (национальные экономики). Причем несколько врачей используют очень сильные наркотики – ключевые ставки с отрицательными значениями. Первым таким врачом в 2012 году стал Центробанк Дании. Другие врачи – центробанки Швеции, Швейцарии и Японии. Радикальное снижение процентных ставок этими центробанками мотивировалось необходимостью оживления своих экономик с помощью дешёвых или даже бесплатных денег. А также тем, что такие снижения способствуют ослаблению национальных валют и стимулируют экспорт.

К упомянутой выше группе центробанков можно отнести Европейский центральный банк (ЕЦБ). У него ключевая ставка уже давно держится на нулевой отметке, а вот по депозитам с марта 2016 года она находилась на уровне минус 0,4%. В сентябре 2019 года на очередном заседании совета директоров ЕЦБ ключевая ставка была сохранена на нулевой отметке, а ставка по депозитам понижена до 0,5%.

24 октября было последнее заседание ЕЦБ по вопросам процентных ставок с участием президента Марио Драги (с 1 ноября на его место приходит Кристина Лагард из Международного валютного фонда). Многие ожидали, что ставка по депозитам будет опущена до 0,6%, но на удивление всё осталось на прежнем уровне.

А в США Дональд Трамп настойчиво продолжает требовать от ФРС более смелого и радикального снижения ключевой ставки. Пожалуй, главная причина такой заинтересованности президента заключается в том, что это, как ему кажется, сможет ослабить американский доллар и таким образом укрепить конкурентоспособность компаний США на мировом рынке.

Побочных действий наркотика Трамп не желает замечать, и это многих банкиров пугает. Генеральный директор JPMorgan Chase Джейми Даймон 22 октября в интервью CNB предупредил о негативных последствиях сохранения отрицательных процентных ставок в течение длительного времени: «Я думаю, что, когда они делали это раньше, было мнение, что мы спасаем Европейский союз, валютный союз, и это одно. Я думаю, что, как постоянная часть политики, это действительно плохая идея. Это подразумевает негативные последствия, которые мы не до конца понимаем… Если вы хотите добиться роста, вам лучше действительно продумать политику не только по отрицательным ставкам, но и по распределению капитала и так далее».

24 октября топ-менеджеры Deutsche Bank AG, Morgan Stanley и ряда других банков на конференции, организованной Financial Times в Нью-Йорке, заявили, что отрицательные ставки не стимулируют экономический рост. Видимо, это была попытка ослабить нажим американского президента на Федеральный резерв. «Эксперимент с отрицательными ставками во всем мире фактически не работает», – сказал финансовый директор Morgan Stanley Джон Прузан. На этой же конференции главный исполнительный директор Citizens Financial Group Inc Брюс Ван Сон сказал, что, хотя его банк готовится к устойчиво низким ставкам в США, он не думает, что Федеральный резерв опустит их до уровня ниже нуля. Банкам, как отметил докладчик, придётся зарабатывать не на процентах, а на комиссиях за счёт оказания разного рода услуг (консалтинг, управление активами клиентов и др.). Руководитель операций Deutsche Bank в США Кристиана Райли поддержала американских коллег: «Находясь в эпицентре шторма в Европе, я могу только согласиться с ними. Пожалуйста, не надо этого делать, это противоречит всякой логике».

Буквально в то же время, когда в Нью-Йорке проходила упомянутая конференция, Трамп на своей страничке в «Твиттере» оставил запись: «Федеральный резерв уклонится от исполнения своих обязанностей, если не снизит ставку и в идеале не введет стимулирующие меры. Посмотрите на наших конкурентов во всем мире. Германия и другие получают деньги за свои заимствования. ФРС слишком быстро подняла ставку и слишком медленно ее снижает».

Напрямую Трамп не сказал, что требует от Федерального резерва отрицательной ставки, но он на это намекнул, приведя в качестве примера Германию. Там немецкое казначейство выпускает долговые бумаги с отрицательным процентом; это означает, что оно не только получает деньги на рынке, но ему еще покупатели бумаг приплачивают проценты за это. Трамп также выражал желание наращивать государственный долг США и ещё зарабатывать деньги в казну. А для этого нужны как минимум нулевые, а лучше отрицательные ключевые ставки ФРС.

Желание Трампа на следующей неделе будет, скорее всего, удовлетворено Федеральным резервом лишь частично. Примерно 95 процентов экспертов и игроков на финансовых рынках уверены, что ключевая ставка будет понижена до уровня 1,50-1,75%. Председателю ФРС Джерому Пауэллу приходится лавировать и пытаться удовлетворять ожидания как противников, так и сторонников дальнейшего понижения ключевой ставки. Можно не сомневаться, что Трамп будет недоволен «оппортунизмом» Пауэлла.

Ветры, дующие в сторону понижения ключевой ставки, дошли и до России. Российский Центробанк в текущем году начал, наконец, достаточно последовательно опускать эту ставку. Ещё в начале лета ключевая ставка была равна 7,75 %. Затем последовало три снижения по 25 базисных пунктов (17 июня, 26 июля и 6 сентября). И вот 25 октября 2019 года Банк России решился опуститься сразу на две ступеньки: ключевая ставка стала равна 6,50 %. Конечно, это несравнимо более высокое значение, чем ставка Федерального резерва, но по сравнению с высокими значениями недавнего прошлого (ещё в начале 2017 года ставка равнялась 10,00%, а в декабре 2014 года поднималась даже до 17,00 %) это весьма радикальное снижение. Следующий раз вопрос о ключевой ставке Банка России будет обсуждаться 13 декабря. Вероятность того, что будет принято решение о дальнейшем снижении ставки перед новым годом, высокая.

Казалось бы, что тема отрицательных процентных ставок – не для России. И тем не менее. Время принятия решений по отрицательным ставкам, кажется, пришло и для нашей страны. Речь идёт о процентных ставках коммерческих банков по депозитам в евро. В связи с политикой российского государства по вытеснению из нашей экономики доллара США (дедолларизация) происходит постепенное замещение американской валюты европейской. Однако работать российским банкам с евро сложно. Ведь активы российских кредитных организаций, номинированные в евро (валюта евро на депозитах иностранных банков, долговые бумаги в евро), малодоходны, а чаще всего имеют отрицательную доходность (те же немецкие долговые бумаги имеют отрицательный процент). Работа с активами в евро российским банкам не даёт почти никакого навара. А граждане размещают валюту евро на депозитах российских банков и рассчитывают на какие-то проценты. Банки не могут позволить роскошь платить проценты по евро. Назрел вопрос об установлении нулевых или даже отрицательных процентных ставок по депозитам в евро. Между тем российское законодательство не позволяет банкам устанавливать отрицательные процентные ставки по вкладам. Пункт 1 статьи 838 «Проценты на вклад» ГК РФ гласит: «Банк выплачивает вкладчику проценты на сумму вклада в размере, определяемом договором банковского вклада». Таким образом, выплата вкладчиком процентов банку, присущая отрицательным ставкам, исключается.

Сейчас российские банки лоббируют вопрос о том, чтобы в законы РФ были внесены поправки, легализующие работу с отрицательными процентными ставками. Целый ряд российских банков в последнее время перестал принимать на депозиты евро, рассматривая эту услугу как убыточную. Другие банки пытаются плату за пользование депозитами в евро оформить не как проценты, а как комиссию, взимаемую с клиентов за оказываемые услуги. Это, кстати, тормозит дедолларизацию. Клиенты от депозитных операций в евро возвращаются к операциям в долларах США. По долларовым депозитам клиенты могут рассчитывать на 1, а в некоторых случаях и 2 процента годовых. Однако, думаю, вирус отрицательного процента дойдет и до долларовых депозитов (особенно если Трамп будет и далее добиваться от Федерального резерва нулевых и даже отрицательных ключевых ставок).

В связи с этим нужны какие-то радикальные решения, в том числе внесение законодательных поправок, легализующих в России отрицательные процентные ставки. В любом случае интерес российских граждан к открытию валютных депозитных счетов, мягко выражаясь, будет невысоким. Можно предполагать, что спрос на рублёвые депозиты существенно возрастёт.

https://www.fondsk.ru/news/2019/10/26/tramp-hochet-zastavit-federalnyj-rezerv-ujti-v-minus-49315.html

29.10.2019 Мировой рынок нефти: кто же на нем «царь»?

Фото: Егор Алеев/ТАСС

Дальнейшее участие России в ОПЕК+ на руку США и опасно для нас

Настоящей сенсацией стало выступление руководителя «Роснефти» Игоря Сечина на XII-м Евразийском экономическом форуме в Вероне (Италия). Естественно, что свое выступление он посвятил ситуации на мировом рынке «черного золота». Вот ключевая фраза, которая вызвала большой резонанс не только в Вероне, но и во всем мире: «Если на предыдущих форумах в Вероне мы говорили о том, что на мировом рынке нефти действуют три регулятора — Россия, Саудовская Аравия и США, то сегодня на рынке остался только один регулятор — США. И это нужно воспринимать как данность».

Под «регулятором» Игорь Иванович понимает страну, которая на мировом рынке занимает стратегические позиции и способна эффективно управлять ценами на «черное золото». Действительно, на прошлогоднем форуме в Вероне руководитель «Роснефти» говорил о том, что на рынке нефти на ближайшие 10−15 лет будет существовать триумвират равноправных регуляторов — России, Саудовской Аравии и США. И вот через год Сечин радикально меняет свою оценку. И не просто предсказывает, а констатирует, что на мировом рынке «черного золота» уже установилась «монархия». А «монархом» («царем») стали Соединенные Штаты.

Мне кажется, что Игорь Иванович, мягко говоря, несколько сгустил краски. И сделал это чтобы привлечь внимание к угрозе, что Америка действительно может стать «царем» на мировом рынке «черного золота».

Да, США активно наращивают свой нефтяной потенциал. Но пока по объемам экспорта «черного золота» Америка далеко не на первом месте в мире. Вот рейтинг первой десятки стран по величие экспорта нефти по итогам прошлого года (в скобках указана доля страны в мировом экспорте «черного золота» в 2018 году, %):

Саудовская Аравия (16,1)
Российская Федерация (11,4)
Ирак (8,7)
Канада (5,9)
Объединенные Арабские Эмираты (5,2)
Кувейт (4,5)
Иран (4,5)
США (4,3)
Нигерия (3,8)
Казахстан (3,3)

Как видим, по итогам прошлого года США были лишь на восьмом месте в десятке ведущих экспортеров нефти (https://www.investopedia.com/articles/company-insights/082316/worlds-top-10-oil-exporters.asp). До титула «царя» Америка явно не дотягивает.

Да, конечно, в этом году диспозиция стран в топ-10 существенно поменялась. Иран, в частности, вообще, скорее всего, вылетел из топ-10. А Америка, наверное, дополнительно нарастила экспорт. Когда будут подведены итоги 2019 года, то, не исключаю, она поднимется с восьмого места на шестое или даже пятое.

Кстати, по прогнозным оценкам Международного энергетического агентства (МЭА), в 2024 году США станут экспортером № 2 после Саудовской Аравии. Где будет Россия через пять лет? МЭА не уточняет, но понятно, что на более низкой сточке рейтинга, чем США.

Итак, в 2024 году титул «царя» Саудовская Аравия сохранит. Но она будет формальным «царем». А править будет Америка (мы прекрасно понимаем, что у Вашингтона существуют достаточно эффективные рычаги влияния на Эр-Рияд, которые заставят его проводить ту нефтяную политику, которая нужна будет Америке).

Понятно, что это прогнозные оценки. И, видимо, Игорю Ивановичу очень не хочется, чтобы такие прогнозы состоялись. Поэтому он и сгустил краски в своем выступлении на форуме.

Но динамика нефтедобычи в Америке действительно потрясающая. Говорят, что нефтяной рывок страны произошел с приходом в Белый дом Дональда Трампа. Нет, он начался раньше — после финансового кризиса 2007−2009 гг., когда стали восстанавливаться цены на углеводороды. В Америке началась так называемая «сланцевая революция» (добыча нефти из сланцев, запасы которых там гигантские).

В 2012 году произошел особенно заметный скачок — добыча нефти в стране выросла на 15% год и составила 6,5 млн баррелей/сутки. Через три года США нарастили добычу еще в полтора раза, доведя ее почти до 10 млн. баррелей/сутки. Америка прочно вошла в тройку лидеров по добыче.

По данным «Бритиш Петролеум», в 2016 году раскладка в тройке лидеров была следующей (доля в мировой добыче нефти, %): Саудовская Аравия — 13,4; Российская Федерация — 12,6; США — 12,4. Сечин в своем докладе привел следующие цифры по прошлому году: Россия увеличила добычу на 3%, Саудовская Аравия — на 14%, а США — на 26%. Причем, такой рывок США сделали, добавил Сечин, благодаря «экологическому нигилизму администрации США». Имея в виду вред, которым сопровождается добыча сланцевой нефти.

В этом году США уже заняли первое место в тройке главных добытчиков. Вот данные за июль 2019 года (объем добычи в млн. баррелей/сутки): США — 11,98; Российская Федерация — 11,12; Саудовская Аравия — 9,69. Теперь приведу самую свежую картину — на начало октября 2019 года: США — 11,81; Российская Федерация — 10,77; Саудовская Аравия — 9,13. За июль — октябрь добыча «черного золота» в Саудовской Аравии сократилось на 0,56 млн. баррелей/сутки, в России — на 0,35 млн., а в США — лишь на 0,17 млн. баррелей/сутки. Очевидно, что при таких тенденциях доля США в мировой добыче будет нарастать.

Динамично нарастает и экспорт «черного золота» из США. Приведу некоторые данные из доклада Сечина в Вероне. За последние три года экспорт американской нефти вырос в шесть раз. Причем, если раньше основным покупателем была Канада, то сегодня нефть из США поступает более чем в 40 стран. В 2018 году объемы поставок в страны Евросоюза выросли в 9,2 раза, до 22,7 млн тонн. В этом году (январь — июль 2019-го) более четверти всех внешних поставок США пришлось на страны Евросоюза, отметил Сечин.

Тут еще можно добавить такой любопытный факт, который был подан американскими СМИ как сенсация: в конце прошлого года на недельной основе впервые за 70 лет было зафиксировано превышение экспорта нефти над ее импортом. Американские СМИ раструбили эту новость следующим образом: США в ближайшее время могут стать устойчивыми нетто-экспортерами «черного золота». Пока декабрьское достижение 2018 года Америке повторить не удалось. Но некоторые эксперты предполагают, что в 2020 или 2021 году США действительно могут стать полноценным нетто-экспортером нефти (превышение экспорта над импортом на годовой основе).

Сечин еще до форума в Вероне не раз озвучивал мысль, что главным средством экспансии США на мировом рынке нефти стали экономические санкции против значимых производителей и экспортеров «черного золота» (Ирана, Венесуэлы, России). Только в 2018 году поставки Ирана на нефтяной рынок Европы снизились с 27,3 млн до 18,5 млн тонн. В 2019 году поставки в Европу иранской нефти продолжали сокращаться, а американские экспортеры занимают освободившуюся нишу рынка. «Сейчас под американскими санкциями в Иране, Венесуэле и России находится около трети мировых запасов и пятой части мировой добычи нефти», — отметил Сечин.

Но самый главный урон нефтяной промышленности России и продвижению «нефтяных» интересов Вашингтона в мире наносит Москва. «В лоб» такого тезиса Игорь Иванович не озвучивает. Но об этом свидетельствуют те документы, которые из «Роснефти» направлялись в адрес президента РФ. А также публичные выступления пресс-секретаря «Роснефти» Михаила Леонтьева.

Суть озабоченности руководства «Роснефти» заключается в том, что, пролонгируя свои обязательства в рамках ОПЕК+ о сокращении экспорта нефти и поддержания излишне высоких цен на «черное золото», мы даем возможность Америке укреплять свои позиции в добыче и экспорте «черного золота». Я об этом уже писал. Еще раз дам короткое объяснение.

Сокращение нашего экспорта означает, что за счет этих сокращений Америка будет наращивать свои поставки и «выдавливать» нас с мирового рынка. Поддержание высоких цен дает возможность Америке продолжить наращивание добычи сланцевой нефти. Саудовская Аравия заявляет, что ей нужна цена на уровне хотя бы 85 долларов за баррель. Мол, без этого Эр-Рияд не сможет сбалансировать свой бюджет. Все это спектакль. Эр-Рияд называет ту цену на «черное золото», которая нужна Вашингтону.

Путин (видимо по подсказке Сечина) несколько раз говорил, что Россия готова довольствоваться ценой в 60 долларов. Но господин Новак, министр энергетики России, представляя страну в ОПЕК+, как мне кажется, больше прислушивается к Эр-Рияду, чем к Москве. С моей точки зрения, дальнейшее участие России в ОПЕК+ нецелесообразно и даже опасно для интересов страны.

Нынешнее соглашение России с ОПЕК было подписано летом этого года и будет действовать до марта 2020 года. «Роснефть», да и другие нефтяные компании России, мягко говоря, не в восторге от этого соглашения. Видимо, излишне «алармистское» заявление Сечина в Вероне адресовано российским властям. И является публичным призывом к выходу России из ОПЕК+.

https://svpressa.ru/economy/article/247333/

28.10.2019 Кредиты под недвижимость – ограбление граждан

Фото: Jakub Krechowicz / Shutterstock.com

Между коммерческими банками и коллекторскими организациями давно уже установилось «творческое сотрудничество». Если на первом этапе этого «сотрудничества» коллекторы лишь занимались выбиванием долгов из клиентов банков (договор на оказание коллекторских услуг), то позднее (на втором этапе) банки в дополнение к первому виду договоров стали заключать с коллекторами договоры цессии.

Проще говоря, банки стали переуступать коллекторам свои права требований по кредитам, предоставленным гражданам. Требования к клиентам-должникам списывались с балансов коммерческих банков и переходили на балансы коллекторских организаций. Если для банков кредитные требования были «просроченными», «проблемными» и даже «безнадёжными», то для коллекторов, владеющих «специальными» методами давления на должников, те же самые требования не казались уже столь безнадёжными.

Нельзя сбрасывать со счетов, что банки стараются следить за своим «реноме», поэтому от откровенно варварских методов выколачивания долгов воздерживаются. А вот коллекторы в этом плане менее щепетильны. С самого начала их в обществе стали воспринимать как бандитов и рэкетиров, терять им, как говорится, особенно нечего.

Примечательно, что коммерческие банки в порядке цессии передают коллекторам кредиты преимущественно необеспеченные или частично обеспеченные (необеспеченные иногда продаются по цене, равной 2-3% от номинала). Кредиты с полным или почти полным обеспечением банкам отдавать на откуп коллекторам нет никакого смысла. К категории кредитов с вполне хорошим обеспечением относятся ипотечные кредиты.

В мировой банковской практике ипотечные кредиты, как надёжно обеспеченные, не переуступаются кредитными организациями. Так было и в России до недавнего времени. Если банки и продавали что-то коллекторам, то только «объедки». То есть банк сам реализовывал залоговую недвижимость. В случае если вырученных средств не хватало на покрытие всех обязательств должника, то остаток требований по договору цессии от банка мог переходить к коллектору. По итогам 2018 года на такие ипотечные «объедки» приходилось не более 1% (2,9 млрд рублей) от объёма всех проданных банками долгов.

И вот неожиданно мы узнаём, что коллекторские организации в России начали активно добиваться от ряда коммерческих банков передачи им в цессию «проблемных» ипотечных кредитов вместе с закладными.

На прошлой неделе «Коммерсантъ» сообщил, что коллекторское агентство EOS приобрело в порядке договора цессии вместе с закладными энное количество ипотечных кредитов. Точное число договоров, название банков и цены покупки остались тайной. Известно лишь, что агентство приобрело права на кредиты, неплатежи по которым составляли до года.

Эта новость вызвала большое напряжение у нынешних заёмщиков и заставила задуматься лишний раз тех, кто до сих пор мучается над вопросом «брать или не брать?» (ипотечный кредит). Справедливости ради следует отметить, что если ипотечный кредит становится «проблемным» (возникают перебои со стороны заёмщика в выполнении своих обязательств), то банки сплеча не рубят. И более чем в половине случаев с таких кредитов удаётся снять гриф «проблемный».

Дополнительную защиту заёмщикам дает закон об ипотечных каникулах, который вступил в силу 1 августа. Он позволяет в любой момент обратиться в банк с требованием приостановить или снизить выплаты на срок до полугода.

А если кредитный договор оказывается в руках коллекторов? Они уж точно не будут предлагать заёмщикам какие-либо реабилитационные или поддерживающие процедуры. Не будучи отягощены никакими «предрассудками» (кои ещё присущи некоторым банкам), коллекторы постараются максимально быстро реализовать заложенную недвижимость.

Ипотечные квартиры в подавляющем числе случаев являются единственным жильём для заемщика и его семьи. Таким образом, «цессия ипотечного кредита с закладной от банка к коллектору» в переводе на русский язык не означает ничего иного, как молниеносное выселение должника с семьёй на улицу.

До конца не понятно, почему банки согласились передать агентству EOS ипотечные кредиты вместе с закладными. Выглядит со стороны как игра банков с коллекторами в поддавки в пользу вторых. Некоторые эксперты усматривают в этой сделке какой-то тайный умысел и предполагают неформальный характер отношений между EOS и неназванными банками.

Новость о «пилотном проекте» EOS вызвала большой переполох на рынке ипотечного кредитования. Её эффект был усилен другой новостью – в ближайшее время, по оценкам экспертов, начнётся рост доли «проблемных» кредитов в общем портфеле ипотечных кредитов российских банков. Ряд крупных ипотечных банков попытался нейтрализовать неприятную новость, заявив, что они не собираются продавать коллекторам ипотечных должников. По крайней мере, до реализации залогов.

Но тут высвечивается ещё одна удивительная особенность российского ипотечного кредитования. На Западе реализация залога (недвижимости) освобождает клиента от каких-либо обязательств перед банком. Более того, нередко клиенту даже достаются какие-то «остатки» после реализации. После чего отношения между банком и клиентом полностью «закрываются».

В России после реализации имущества клиенту также могут доставаться «остатки», но не денег, а обязательств. И коллекторы могут выселенного из жилья клиента ещё преследовать, требуя от него денег. Мучения человека, ввязавшегося в ипотечную авантюру, могут продолжаться еще годы… В 2014 году в российское законодательство (Федеральный закон от 16.07.1998 №102 «Об ипотеке (залоге недвижимости)») были внесены поправки, которые предусматривают, что после реализации залоговой недвижимости человек перестаёт быть должником и обретает свободу (пункт 5 статьи 61 закона № 102-ФЗ).

Но так на бумаге, а не на практике. Многие кредиторы и после этих поправок продолжали держать своих клиентов в железных объятиях. Через некоторое время передавая их в цепкие лапы коллекторов. Правозащитники отмечают, что подобные действия незаконны.

Банк России в июне этого года опубликовал информационное письмо, в котором предложил кредиторам рассмотреть возможность прекратить взыскание оставшейся задолженности с граждан, уже лишившихся заложенного жилья из-за неисполнения обязательств по ипотечному кредиту или займу. Что-то у меня нет уверенности, что на кредиторов подействуют увещевания ЦБ в виде информационного письма (уж коли даже федеральный закон ими игнорируется).

Расскажу ещё об одной новации, связанной с кредитами под недвижимость. Новация сугубо российская, она касается не коммерческих банков, а ломбардов. Их в настоящее время в России около пяти тысяч. А появилось нововведение, по моим наблюдениям, лет десять назад.

Любой мало-мальски грамотный человек знает, что ломбарды – организации, которые выдают ссуды (займы) гражданам (физическим лицам) под залог движимого имущества. Прежде всего – под залог ювелирных изделий, а также произведений искусства, мебели, посуды, букинистических книг, антиквариата, меховых шуб и т. п. Иногда в круг залоговых объектов попадают транспортные средства (автомобили и мотоциклы) и т. п. Но ломбарды не работают с недвижимостью – домами, квартирами, землёй и т. п.

Так было до тех пор, пока ломбарды не появились в России и не вошли во вкус дела. И в интернете можно найти множество объявлений, в которых российские ломбарды стали предлагать «быстрые деньги» под залог недвижимости. Вот образец рекламы: «Займы под залог недвижимости ООО «МКК ДОВСАЙТ» – финансовое учреждение, выдающее займы под залог недвижимого имущества». И далее подробности: «Займы под залог квартиры – это Ваша возможность достаточно быстро получить крупную сумму денег на любые цели, причём обращение в компанию «ДОВСАЙТ» имеет немало преимуществ перед банковским кредитованием:

это минимальные сроки рассмотрения Вашей заявки: предварительное одобрение от 10 минут, выдача денежных средств от 1 дня;

это минимальная вероятность получить отказ в выдаче займа: в банке, как известно, рассматривается не только Ваш залог, но и Ваша кредитная история, оценивается Ваша платежеспособность и т. п.;

это возможность оформить заём, имея на руках минимальный пакет документов (вам не придётся получать справки о доходах, искать поручителей и т. п.)».

А вот реклама ломбарда «ФинЛайн Москва»: «Заключим договор за 30 минут. До 90% стоимости на руки. Минимальный процент. Ломбард под залог квартиры – отличный способ быстро получить желаемую сумму денег. Эта операция проста для вас, не требует присутствия множества правовых специалистов. Мы в короткие сроки выполним всю черновую работу для того, чтобы быстро обеспечить вас финансами и решить ваши финансовые проблемы». Люди не очень понимают, что если в течение месяца они не погасят свой долг вместе с процентами, то ломбард имеет право (которым он, конечно же, поспешит воспользоваться) реализовать заложенную квартиру, а своего клиента выселить на улицу.

Как выясняется, ссуды под залог жилья выдают и микрофинансовые организации. В конце позапрошлого года специалисты насчитали как минимум пятьдесят крупных игроков (отнюдь не коммерческих банков), которые промышляли в Петербурге таким бизнесом, как выдача ссуд под залог недвижимости.

Ставки по таким ссудам равнялись 50-60% (в ряде случаев – более 100%) в год, а суммы кредитов исчислялись сотнями тысяч рублей (то есть составляли очень скромную долю по отношению к стоимости недвижимости, которая измерялась миллионами рублей). В период с января по октябрь 2017 года суды Петербурга рассмотрели 38 дел, связанных с заложенным жильём.

В 36 случаях были вынесены решения в пользу кредиторов. Иначе говоря, люди фактически за 300-500 тыс. рублей продавали свои квартиры (иногда комнаты) ростовщикам (микрофинансовым организациям и ломбардам) и оказывались на улице.

В 2018-2019 гг. микрофинансовые организации охватил самый настоящий ажиотаж «жилищного рейдерства». В Думе наконец проснулись и стали готовить закон, запрещающий одиозные практики ограбления граждан под видом выдачи обеспеченных единственным жильём ссуд.

С 1 октября закон вступил в силу. Кстати, запрет на предоставление ссуд под залог недвижимости распространяется также на ломбарды. Тем не менее в интернете рекламных предложений от ломбардов на выдачу ссуд под залог недвижимости предостаточно. Или ломбардам закон не писан? Или рекламу дают «подпольные» ломбарды? Одним словом, победу над «жилищным рейдерством» в России праздновать ещё рано.

https://tsargrad.tv/articles/kredity-pod-nedvizhimost-ograblenie-grazhdan_222820

27.10.2019 Принцип нынешней государственной политики: «Нет человека – нет проблемы»

Фото: hobbit/ Shutterstock.com

О погашении государством долговых обязательств по вкладам советского Сбербанка

Иногда мне кажется, что главный принцип нынешней власти в России выражается простой формулой «Нет человека – нет проблемы». Данное высказывание приписывают И. В. Сталину. Однако серьёзные историки этого не подтверждают, называя фразу апокрифом. Власть Российской Федерации такой фразы не произносит, но логика принимаемых мер заставляет подозревать, что при решении социально-экономических проблем она действительно руководствуется указанным принципом.

Начавшаяся в стране депопуляция (эвфемизм, заменяющий грубое словосочетание «вымирание населения») некоторыми экспертами рассматривается не как стихийное следствие ошибок и глупостей, допускаемых властью в управлении страной, а как результат целенаправленной, но всячески маскируемой политики. Согласно данной версии, сокращение численности населения позволит власти решить проблему пенсионного обеспечения: пенсионеров станет меньше, а это сэкономит миллиарды рублей. Депопуляция – эффективный способ оптимизации (читай – сокращения) бюджетных расходов государства на все социальные программы, а такая «оптимизация» прописана в Вашингтонском консенсусе, коим продолжает руководствоваться российское правительство. До недавнего времени у меня были сомнения в такой конспирологической версии. Но сейчас я, кажется, начинаю верить, что правительство следует принципу «Нет человека – нет проблем».

И основанием для уверенности в этой версии стала история с обязательствами государства перед гражданами России по долгам, которые возникли в результате того, что в 1991 году вклады миллионов советских людей в Сберегательном банке СССР «сгорели» (в результате фантастического обесценения советского рубля). Молодое поколение наших граждан об этой истории 28-летней давности имеет весьма смутное представление. А вот старшее поколение (60 лет и более), которое держало миллиарды советских «деревянных» рублей в единственном доступном для физических лиц советском банке (Сбербанк), этого, естественно, забыть не может.

Согласно правительственным данным, общая сумма вкладов в Сбербанк на 20 июня 1991 года составляла 315,3 млрд рублей в ценах на указанную дату. Общее число вкладчиков Сбербанка оценивалось на этот момент в 40 миллионов человек. Ещё в начале года, согласно некоторым данным, вкладчиков было около 100 миллионов (практически всё взрослое население страны), а банковских счетов – 140 млн. Но многие советские граждане в первой половине 1991 года забирали свои деньги из Сбербанка, спасая их от пожара инфляции и покупая что-то «твёрдое» и «осязаемое».

Кстати, были и другие потери. Так, на 1 января 1992 года сумма вкладов в организации государственного страхования (Госстрах) оценивалась в 24 млрд рублей, денежных средств населения в государственных ценных бумагах (облигации Минфина СССР и РСФСР) – 342,2 млн рублей.

Американский экономист Джуд Ванниски по поводу социальных последствий «шоковой терапии» начала 1990-х гг. писал: «По своим масштабам эта экспроприация сравнима с насильственной коллективизацией в деревне в 30-е годы. Её экономические последствия не менее опустошающие, хотя она и была проведена без насилия и депортаций».

Надо отдать должное настойчивости депутатов Государственной думы первого-второго созывов. Они добивались законодательного решения о возмещении гражданам финансовых потерь, вызванных инфляционным пожаром 1991 года. 10 мая 1995 года был принят Федеральный закон «О восстановлении и защите сбережений граждан РФ», гарантирующий возмещение потерянных вкладов в Сбербанке, которые имелись там по состоянию на 20 июня 1991 года. Все обязательства по долгам Сбербанка были возложены на Минфин России. Хотя Сберегательный банк СССР в конце 1980-х годов уже был реорганизован в специализированный коммерческий банк, однако сохранность вкладов в нём гарантировалась Госбанком СССР, то есть фактически государством. Поэтому компенсационные обязательства были возложены не на Сбербанк РФ (новая организация, ставшая правопреемницей Сбербанка СССР), а на государство Российская Федерация как правопреемника СССР.

Чёткого механизма компенсаций, однако, прописано не было. Один из вариантов – выдача гражданам не «живых» денег, а долговых бумаг государства с растянутыми графиками погашения. «Мутным» оставался также вопрос об оценке компенсационных обязательств Минфина. Оценочные коэффициенты для расчёта обязательств пересматривались, причём они были дифференцированными для разных категорий граждан. Полноценных возмещений народ так и не дождался. Были лишь отдельные показательные компенсации некоторым категориям граждан. А с 2003 года даже символические выплаты были приостановлены, и этот мораторий ежегодно продлевается. Официальная причина – «правительством не разработан порядок перевода советских вкладов в целевые долговые обязательства России».

Обязательства государства перед вкладчиками Сберегательного банка составляли, по оценкам российского экономиста Бориса Хейфеца, опубликованным в 2007 году, 380-460 млрд долларов. Через два года эта цифра, по оценкам других экспертов, возросла уже до 900 млрд долларов. В декабре 2009-го председатель комитета Государственной думы по финансовым рынкам Владислав Резник заявил, что государственный долг по вкладам составил 22 трлн рублей, что эквивалентно нескольким годовым бюджетам России прошлого десятилетия. Приведённые цифры сегодня ещё более возросли с учётом обесценения доллара и рубля.

Самое удивительное, что Министерство финансов не оспаривало и не оспаривает подобного рода оценки. Прежний министр финансов Алексей Кудрин разводил руками и говорил: «справедливые» суммы компенсации эквивалентны нескольким годовым бюджетам Российской Федерации, таких денег в казне нет. Вроде бы аргумент убедительный. Переиначивая слова премьера Дмитрия Медведева, можно так сформулировать позицию тогдашнего министра Кудрина: «Денег нет, но вы ждите». Нынешний министр финансов Антон Силуанов вообще предпочитает обходить стороной тему компенсаций вкладчикам Сбербанка.

Но, видимо, «народные избранники» (депутаты Думы) всё-таки несколько ближе к народу, чем чиновники Минфина. И они пытаются напоминать Силуанову и его заместителям, что платить-то по долгам советского Сбербанка всё же надо. Ранее Госдума уже многократно голосовала за мораторий, ссылаясь на дефициты бюджета.

Но сейчас-то у федерального бюджета очень неслабый профицит. По итогам прошлого финансового года были зафиксированы гигантские суммы бюджетных средств, которые не были «освоены» министерствами и ведомствами. «Валютная кубышка» Минфина (Фонд национального благосостояния) раздулась от денег, их объём превысил уже 7% ВВП (избыточные, превышающие эту норму деньги, согласно положению о ФНБ, надо не сберегать, а тратить).

И вот мы с удивлением узнаем, что Дума, которая напряжённо обсуждала законопроект о федеральном бюджете на ближайшую трёхлетку (2020-2022 гг.), после первого чтения предложила ввести мораторий на компенсационные выплаты по вкладам аж до 2023 года. С 2003 года не было ни одной «разморозки». Таким образом, общая продолжительность непрерывного моратория составит два десятилетия. Глава думской фракции ЛДПР Владимир Жириновский полагает, что в 2023 году власти могут всё-таки ненадолго снять мораторий. Но лишь на один год, а компенсации будут очень скромными: «Перед выборами под нужного президента дадут немножко денег». А затем, как полагает Владимир Вольфович, наступит «вечная мерзлота» (то есть вечный мораторий).

Впрочем, не все согласны с Жириновским. Ведь накануне президентских выборов 2018 года мораторий не был даже временно снят. Не будет он снят и в 2023 году. Выплаты, даже частичные, символические, лишь напомнили бы людям о гигантских долгах государства. Зачем народ лишний раз дразнить? Политика государства направлена на то, чтобы «забыть» проблему навсегда. То есть «вечная мерзлота», по мнению скептиков, уже давно наступила – с 2003 года.

А ведь ещё в 2017 году Дума приняла решение о разработке и принятии специального закона, который прописал бы более внятно и гарантированно порядок выплаты компенсаций на регулярной основе. При этом предполагалось определить приоритетность погашений: в первую очередь выплаты и иные компенсации нужно делать людям пожилым и старым. До сих пор такой закон не принят, не начиналась даже работа над его проектом.

Первый замглавы комитета Госдумы по финансовому рынку Игорь Дивинский отмечает:

Мы в 2017 году приняли постановление Госдумы, чтобы правительство вышло до внесения бюджета с проектом закона о регулировании вопроса по исполнению обязательств. Не поступило этого законопроекта. В 2018 году мы ещё вынесли постановление Госдумы с рекомендацией правительству всё-таки внести, конкретно указали число – 5 июля, законопроект не поступил.

Между прочим Игорь Дивинский представляет в Думе фракцию «Единая Россия». Получается, что даже правящая партия (по крайней мере часть членов партийной фракции в Думе) считает ситуацию с замораживанием обязательств государства по вкладам 1991 года ненормальной. По словам упомянутого депутата, с учётом инфляции сумма обязательств – 135 трлн рублей. При этом федеральный бюджет, рассмотрение которого началось в Госдуме, не превышает 20 трлн рублей в год. Получается, что для погашения обязательств перед вкладчиками советского Сбербанка потребуется без малого семь полных годовых бюджетов страны.

Так что, всё так безнадежно? Нет, источники компенсаций есть, и они должны быть задействованы.

Во-первых, уже упомянутый профицит бюджета, который составляет несколько триллионов рублей и продолжает увеличиваться. Плюс к этому избыточные деньги в Фонде национального благосостояния.

Во-вторых, компенсации можно было бы осуществлять в натуральной форме, например предоставлением земельных участков.

В-третьих, следует вспомнить о гигантских прибылях нынешнего Сбербанка. В прошлом году чистая прибыль этой организации составила около 830 млрд рублей, а в этом году, согласно прогнозным оценкам, она может составить почти 900 млрд рублей. Формально нынешний Сбербанк не является правопреемником того советского банка. Но в проект закона о компенсациях, решение о разработке которого было принято Думой два года назад, можно заложить обязательства нынешнего Сбербанка участвовать в таких компенсациях. Это будет более справедливо, чем то, что делает в настоящее время глава Сбербанка господин Греф: значительная часть чистой прибыли выплачивается в виде дивидендов иностранным акционерам.

В случае смерти вкладчиков советского Сбербанка их законные требования должны не пропадать, а наследоваться детьми и другими родственниками более молодого возраста. А молодым наследникам можно предусмотреть компенсации в виде долговых бумаг Минфина с разумными сроками погашения.

Между прочим, проблема компенсаций после развала СССР возникла и в новых государствах постсоветского пространства. Насколько мне известно, даже на Украине и в Молдавии бывшие советские граждане получали и продолжают получать компенсации. По крайней мере, там не пытаются эту проблему «забыть», «замести её под ковер».

В политике российского Минфина наблюдается ярко выраженная асимметрия: он постоянно с гордостью заявляет о точном и полном исполнении своих обязательств перед нерезидентами (прежде всего иностранными держателями российских казначейских бумаг) и одновременно беспардонно игнорирует свои обязательства перед резидентами, особенно когда речь идёт о физических лицах, то есть простых гражданах. Необходимо законодательно определить принцип приоритета внутренних обязательств правительства и Минфина перел внешними. Кстати, в ряде государств такой принцип действует и законодательно оформлен.

Но, увы, правительство по-прежнему в упор не замечает своих обязательств перед гражданами. И пытается решать социально-экономические проблемы по принципу «Нет человека – нет проблемы». Проблема компенсаций ограбленным вкладчикам Сбербанка – яркий тому пример. Я не фантазирую насчёт указанного принципа. Вот, например, бывший депутат Госдумы от фракции КПРФ (в период 2007-2016 гг.) Сергей Обухов комментирует нынешнее решение нижней палаты парламента о моратории на выплаты компенсаций следующим образом:

Расчёт на то, что уйдёт из жизни это поколение. А молодые люди, наследники, о долгах государства уже не вспомнят. Вымрет советское поколение, и тема перестанет быть горячей.

Вот и упомянутый выше депутат от «Единой России» Игорь Дивинский считает, что решение вопроса искусственно затягивается, видимо, «пока все, кому должны до 1991 года, не вымрут».

А вот мнение депутата Госдумы от «Справедливой России» Валерия Гартунга: «Мы не можем понять правительство, когда накопленный профицит за два года превышает 5 трлн рублей, на конец года будет уже 6 трлн рублей, и при этом мы отказываемся выплачивать внутренний государственный долг гражданам, которых становится всё меньше и меньше. И фактически правительство ждёт, когда самих кредиторов не останется».

https://tsargrad.tv/articles/princip-nyneshnej-gosudarstvennoj-politiki-net-cheloveka-net-problemy_223272

26.10.2019 На побегушках мирового правящего класса. Итоги вступления в ВТО.

Поддержать передачи В. Ю. Катасонова и канал ДеньТВ http://bit.ly/2I9FL1B

Книжный магазин ДеньТВ http://bit.ly/dentv-shop

Сайт ДеньТВ http://dentv.ru/

Краудфандинговая площадка День https://tv-den.ru/

23.10.2019 Членство России в ВТО: 7 потерянных лет

Фото: Сергей Фадеичев/ТАСС

Что мы потеряли, вступив во Всемирную торговую организацию

Россия стала членом Всемирной торговой организации семь лет назад. Соглашение о вступлении России в ВТО вступило в силу 22 августа 2012 года. Нынешний 2019 год знаменателен для России еще тем, что в этом году завершается выполнение нашей страной всех тех обязательств, которые были зафиксированы в соглашении о вступлении в ВТО. В первую очередь, это обязательства по снижению импортных пошлин. По большинству товарных групп переход на целевые уровни тарифов был произведен еще в первые два-три года. Но по ряду товаров нам на переговорах о вступлении удалось добиться семилетнего переходного периода.

В прошлом месяце (с 10 сентября) были снижены до целевого значения ввозные пошлины на легковые автомобили с 17% до 15% и на самолеты — с 14% до 12,5%. Пожалуй, единственный шаг, который еще предстоит сделать, — перевести с 1 января 2020 импортные пошлины на свинину на плоский тариф в 25% (сейчас в рамках импортной квоты действует нулевой тариф, а сверх квоты он равен 65%). «В части либерализации импортного тарифа это будет самый последний шаг, больше мы ВТО ничего не должны по нашим тарифным обязательствам», — заявила директор департамента торговых переговоров Минэкономразвития Екатерина Майорова.

По оценкам российского рейтингового агентства АКРА, на момент вступления России в ВТО средневзвешенная ставка импортного тарифа в нашем государстве составляла 9%. Сегодня — 4,8%. Т.е. было произведено почти двукратное снижение тарифного барьера. Для сравнения: по данным АКРА, средневзвешенный импортный тариф США на начало 2018 года была равен 3,2%; у Китая он составил 8,5% (видимо, такое различие в импортных тарифах и приводит американского президента Трампа в бешенство, провоцируя его на торговую войну с Китаем).

Многие в нашей стране за последние семь лет успели подзабыть те острые баталии, которые велись по поводу вступления России в ВТО в начале десятилетия. Власти были за вступление. Их позицию отстаивало и озвучивало Министерство экономического развития, конкретно данным вопросом занимался руководитель специально созданного в министерстве департамента торговых переговоров Максим Медведков.

Против были многие представители реального сектора экономики, особенно сельского хозяйства и отраслей обрабатывающей промышленности. Что касается представителей сырьевого и энергетического секторов экономики, то они не проявляли особого интереса к той борьбе, которая развернулась вокруг вопроса о возможном членстве России в ВТО. И это понятно. Ведь Россия была и остается в международной торговле крупным экспортером нефти, природного газа, руды, леса, угля, калийной соли, фосфатов, иных сырьевых товаров, которые, как правило, не облагаются импортными пошлинами.

Вопрос о членстве страны в ВТО чувствителен для тех предприятий и организаций, которые являются производителями и потребителями товаров, относящихся к группе обработанных изделий. И чем более глубокая степень обработки, тем, как правило, более высокими являются импортные пошлины. Любая страна стремится в системе международных экономических отношений выступать в качестве производителя и поставщика товаров с высокой степенью обработки. Специализация страны на сырье — признак ее отсталости, колониального характера экономики, политической зависимости.

Аргументы власти, добивавшейся вступления России в ВТО, были крайне «мутными». Скорее это были даже не аргументы, а лозунги и заклинания. Типа: «Россия должна интегрироваться в мировую экономику», «Россия не может находиться в стороне от процессов экономической глобализации», «Если Россия не вступит в ВТО, то окажется на обочине мирового прогресса» и т. п. Молодой чиновник Максим Медведков как образцовый комсомолец произносил зажигательные речи в пользу ВТО с разных трибун. В наиболее серьезных аудиториях (там, где собирались предприниматели) Максим Медведков и другие чиновники уверяли, что членство России в ВТО даст толчок развитию отечественной обрабатывающей промышленности. Мол, это развитие тормозится из-за того, что продукция обрабатывающей промышленности не может реализовываться на внешнем рынке из-за высоких импортных пошлин. А они для отечественной промышленности оказываются высокими потому, что Россия не является членом ВТО и не может пользоваться режимом наибольшего благоприятствования, который распространяется на все страны-члены.

Оппоненты ярых сторонников членства России в ВТО резонно утверждали, что вступление в организацию может иметь хоть какой-то смысл, если бы правительство действительно предпринимало усилия по развитию обрабатывающей промышленности, особенно машиностроения. Вместе с тем, на протяжении предыдущих двух десятилетий все отрасли обрабатывающей промышленности медленно, но верно «загибались».

В качестве примера правильной стратегии и тактики приводился Китай, который стал членом ВТО в декабре 2001 года. Там, на протяжении, по крайней мере, двух предыдущих десятилетий развивалась обрабатывающая промышленность. И к концу прошлого века импортные пошлины действительно стали серьезным барьером для дальнейшего ее развития. Вступление Китая в ВТО действительно дало мощный толчок развитию промышленности страны.

Всякий грамотный экономист прекрасно понимает, что провести индустриализацию в стране можно лишь при условии проведения протекционистской политики. Известная всем из учебников истории индустриализация (промышленная революция) Англии в конце 18 — начале 19 вв. проходила в условиях жесткого протекционизма. И лишь когда Англия прочно утвердилась в качестве «мастерской мира», она перешла к политике фритредерства (либерализации импортных тарифов). Англия сама начала снижение тарифов и добивалась в «порядке взаимности» снижения тарифов от других стран. Таким образом английские товары завоевывали мир. Примерно по такой же схеме проходила индустриализация в США, Германии и других странах Запада.

Вступление России в ВТО означало, что она лишала себя возможности проведения индустриализации. По крайней мере, резко осложняла такую возможность. Все прекрасно знают, что в ВТО все страны-члены делятся на две группы: 1) богатые страны с экономиками, характеризующимися высоким развитием экспорта готовых товаров и услуг (почти исключительно страны «золотого миллиарда»); 2) бедные страны с монокультурными экономиками, специализирующимися на экспорте сырья и некоторых видов продовольствия (страны периферии мирового капитализма; по терминологии международных организаций — развивающиеся страны и страны с переходными экономиками). Первая категория стран — бенефициары членства в ВТО. Вторая категория — объекты эксплуатации бенефициарами в рамках «единого торгового пространства».

Россию самым наглым образом загоняли в эту торговую резервацию под названием «ВТО» для того, чтобы Запад мог ее более эффективно «доить». Я прекрасно помню уверения чиновников из правительства (А. Кудрин, А. Дворкович, И. Шувалов и др.), которые говорили, что все эффекты от вступления России в ВТО просчитать заранее невозможно. И что, мол, после вступления правительство будет внимательно мониторить влияние членства на российскую экономику.

Некоторых из этих чиновников уже нет в поле зрения (например, А. Дворковича), другие занялись совершенно иными делами. Пытался найти хоть какие-то исследования результатов членства России в ВТО на сайте Министерства экономического развития (вроде бы оно курирует данный вопрос). Ничего обобщающего найти не удалось.

В 2014 году по инициативе Минэкономразвития Высшей школой экономики (ВШЭ) и Сбербанком был учрежден «Центр экспертизы по вопросам Всемирной торговой организации». Центр стал издавать ежемесячные бюллетени. Последний номер (восьмой), который удалось отыскать на сайте Минэкономразвития, датирован августом 2015 года. Ничего содержательного и конкретного по членству России в ВТО найти на сайте не удалось. Одни лишь трескучие мантры господина Максима Орешкина.

Вот, например его слова комментарий по поводу 11-й министерской конференции ВТО, проходившей в конце 2017 года в Аргентине: «Итоги конференции больших результатов не принесли, но для России то, что мы повышаем свою роль и статус в ВТО — это главный результат».

Судя по всему, господин Орешкин оценивает роль России в ВТО по количеству документов, в разработке которых участвует наша страна уже многие годы. Похоже, нашему министру важен не результат, а процесс. В упомянутом документе нет ни одной конкретной цифры, которая бы позволила оценить значимость организации для Российской Федерации. Там сплошь фразы типа следующих: «Сорок три члена ВТО, включая Россию, приняли решение о создании платформы для обсуждения вопроса об упрощении инвестиций»; «Заинтересованные члены ВТО договорились начать переговоры по электронной коммерции»; «Россия входит в состав основных переговорщиков по тексту проекта будущего соглашения, в том числе и по разделу транспарентности» и т. п.

Для людей, далеких от тематики ВТО, скажу, что переговоры в ВТО идут годами и даже десятилетиями. И иногда кончаются ничем. Нас же, граждан России, интересует не процесс и не затраты времени и денег на сомнительные командировки чиновников Минэкономразвития в Женеву (там расположена штаб-квартира ВТО), а конкретные результаты, выраженные в количественных показателях.

Приведу некоторые цифры, относящиеся ко времени, когда Россия уже пребывала в рядах ВТО. Еще в 2013 году ее доля в мировом экспорте составляла 2,8%. В 2017 году она уже упала до 2,0%. Апологеты членства России в ВТО говорят, что, мол, ослабление позиций России в мировой торговле обусловлено не ее вступлением в организацию, а тем, что с весны 2014 года Вашингтон стал вводить экономические санкции против нашей страны. Но ведь накануне вступления в ВТО те же самые апологеты утверждали, что членство в организации нам нужно для того, чтобы влиять на торговую политику других стран. Что-то не слышал я, чтобы Российская Федерация поднимала в ВТО вопрос о грубом нарушении Вашингтоном и его ближайшими союзниками правил мировой торговли. Так что снижение доли России в мировой торговле нельзя списывать исключительно на такой форс-мажор, как экономические санкции. Это (хотя бы отчасти) результат нашего бездействия в ВТО.

А вот еще цифры — из статистики Федеральной таможенной службы РФ. В 2012 году доля товарной группы «Машины, оборудование и транспортные средства» в экспорте России составляла 5,0%. За последний год (с августа 2018 по август 2019 гг.) доля машин, оборудования и транспортных средств составила 4,8%. Где же здесь прорыв, где обещанное изменения структуры экспорта в пользу высокотехнологичной продукции? По-прежнему Россия остается «экономикой трубы». По данным ФТС, в прошлом году на товарную группу «минеральные продукты» (а это нефть, природный газ, уголь, руда и др.) пришлось 54,5% всего экспорта.

Что касается импорта, то в 2012 году примерно 50% приходилось на машины, оборудование и транспортные средства. Сегодня — около 47%. Россия совершенно разучилась производить машиностроительную продукцию. А некоторое снижение ее доля можно объяснить тем, что иностранный капитал обосновался внутри России и поставляет эту продукцию как отечественную, а не импортную. Например, автомобили.

Что же касается мышиной возни в Женеве, называемой «переговорами в рамках ВТО», то она может в один прекрасный момент «накрыться медным тазом». Я имею в виду угрозы американского президента Трампа выйти из этой организации. Не буду сейчас погружаться в размышления по вопросу о том, зачем Трамп делает такие заявления и действительно ли США могут покинуть ВТО. Это не так важно. Дело в том, что де-факто ВТО уже «приказала долго жить». От ВТО осталась лишь вывеска и офис в Женеве. А устав организации уже никто не соблюдает.

Трамп заявил, что, мол, Пекин игнорирует правила ВТО (мол, пошлины у Китая очень высокие, имеет место государственное субсидирование экспорта, практикуются нетарифные ограничения импорта и т. п.). Трамп без каких-либо обиняков требует исключить главную торговую страну мира (сегодня КНР занимает первое место как по экспорту, так и импорту товаров) из членов ВТО. Трамп замечает соломинку в глазу Китая, но почему-то не видит бревна в глазу Америки. Более нагло и беспардонно, чем Вашингтон, правил ВТО не нарушает ни одна страна мира. Вашингтон объявил в этом десятилетии экономические санкции против России. Ранее уже действовали санкции против КНДР, Ирана, Кубы, Судана и других стран. Сегодня с большой степенью вероятности санкции могут быть объявлены против Турции и ряда других стран. Апогей либерализации мировой торговли был достигнут на стыке 20−21 веков. Сегодня начинается новая волна протекционизма, и идет она из Вашингтона.

Когда Россия была на пороге вступления в ВТО, российские сторонники членства напирали на то, что Вашингтон отменит пресловутую поправку Джексона-Вэника, которая была введена еще против Советского Союза в разгар «холодной войны». Она не позволяла нам получить режим наибольшего благоприятствования в торговле с США и их ближайшими союзниками. Да, действительно, Вашингтон отменил указанную поправку, но заменил ее на не менее дискриминационный закон, получивший название «Акт Магницкого» (принят через четыре месяца после вступления России в ВТО). А через полтора года, в мае 2014 года Вашингтоном был принят первый пакет антироссийских санкций, что грубо попирало правила ВТО.

Напомню, что в начале прошлого года «народные избранники» (члены верхней и нижней палат Федерального Собрания РФ) вдруг эмоционально продемонстрировали свое неприятие ВТО. Евросоюз подал в суд ВТО иск против России на сумму 1,4 млрд евро из-за ограничений нашей страной импорта свинины. Первый заместитель главы экономического комитета Совета Федерации Сергей Калашников тогда, между прочим, напомнил, что Евросоюз ввел против России санкции, что «противоречит принципам международной организаци». Впервые наши политики задумались о том, надо ли нам оставаться в ВТО. Увы, до конкретных резолюций дело не дошло. История со свининой постепенно забылась.

Но мы не имеем права реагировать на действия конкурентов рефлексивно. Нам по вопросу членства в ВТО нужны стратегические решения. Уверен, что нам надо покинуть эту организацию. И не столько по причинам политического характера, сколько исходя из того, что стратегической целью экономической политики России должна стать индустриализация страны. Без нее Россия не сможет обрести реального суверенитета. А индустриализация, еще раз повторю, возможна лишь в условиях защиты внутреннего рынка, т.е. нужен жесткий протекционизм.

Опыт советской индустриализации показывает, что высокие импортные пошлины — необходимое, но недостаточное условие успешной индустриализации. Надежная защита национальной экономики возможна лишь в условиях государственной монополии внешней торговли. Она призвана защищать национальную экономику не просто от конкурентов, а от геополитических противников, ведущих откровенную экономическую войну против ненавистной им России.

https://svpressa.ru/economy/article/246993/