Утрата памяти, стирание значимых ее пластов оборачивается рознью и разделением — и между людьми, и между народами
Анастасия Гачева , 20 ноября 2014 г.
опубликовано в №104 от 19 ноября 2014 г

Л. Пастернак. Федоров, Соловьев и Толстой. 1903 г
Мы продолжаем разговор о библиотеке, ее роли в культуре, ее значении для современности. Наш сегодняшний автор — Анастасия Гачева — филолог и библиотекарь, ведущий научный сотрудник Института мировой литературы им. А. М. Горького РАН. Она является создателем Музея-библиотеки Н. Ф. Федорова при Библиотеке № 124 г. Москвы. Этот музей посвящен памяти мыслителя, который призывал к борьбе против сил хаоса и смерти, утверждал веру в творческое назначение человека. Значение идей Николая Федорова для российской философской мысли огромно, его духовными учениками считали себя и видные православные богословы.
В свое время о. Павел Флоренский, излагая для энциклопедического словаря Русского библиографического института «Гранат» свое мировоззренческое и духовное кредо, писал: «Основным законом мира Флоренский считает второй принцип термодинамики — закон энтропии, взятый расширительно, как закон Хаоса во всех областях мироздания. Миру противостоит Логос — начало эктропии. Культура есть сознательная борьба с мировым уравниванием: культура состоит в изоляции, как задержке уравнительного процесса Вселенной, и в повышении разности потенциалов во всех областях, как условии жизни, в противоположность равенству — смерти».
В этих словах — оправдание культуры как творческой, мироустроительной деятельности человека, как высшего, бытийного его задания. И не только Флоренский философ, священник, ученый, понимал так культуру. Ключевое значение культурного делания, идущего рука об руку с научным творчеством, вносящего в мир начало «стройности», преображающего внешнюю и внутреннюю среду, утверждали философы-космисты Н. А. Умов и В. И. Вернадский. О космизующей роли культуры как орудии духа писали христианские мыслители В. С. Соловьев, Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков.
Связанные материалы:
Библиотека и мы
Реформа библиотек: модернизация или ликвидация?