С работами А.Т.Фоменко я познакомился совсем недавно. Они произвели на меня очень сильное впечатление. Чем именно? Прежде всего уровнем интеллекта, способом мышления, в котором гармонично сочетается строгая логичность и диалектическая гибкость, что редко встречается в сфере социальных исследований. Я испытывал настоящее интеллектуальное наслаждение, читая и неоднократно перечитывая сочинения А.Т.Фоменко и его соавтора Н.В.Носовского. А главное — эти сочинения поразили меня их исследовательской направленностью и результатами исследования. Суть этих результатов состоит в том, что А.Т.Фоменко и его помощники совершили величайшее, на мой взгляд, открытие в исторической науке нашего времени — они установили факт глобальной фальсификации истории человечества до 17 века («старой истории», по их терминологии), причем — фальсификации преднамеренной и тотальной. Буду называть эту фальсификацию первой. Занимаясь социологическими исследованиями великого эволюционного перелома, я установил, что уже началась новая глобальная, тотальная и преднамеренная фальсификация истории. До знакомства с сочинениями Фоменко я знал, что фальсификация прошлого есть обычное дело в жизни человечества. Но я не знал, что имел место феномен такого масштаба и такого социального типа, какой описан у них. Я предполагал, что выявленная мною глобальная и преднамеренная фальсификация истории является первой с точки зрения ее масштаба, преднамеренности и исторической роли. Буду называть ее второй фальсификацией такого рода. Она отличается от первой по времени, к которому она относится. Ее основным объектом является «новая история» (по терминологии Фоменко), а точнее говоря — современная история и та часть истории, которая с ней связана с точки зрения потребности фальсификации современной. Вторая фальсификация отличается от первой также основными средствами фальсификации. Скажу об этом ниже.
Надо различать два типа фальсификации истории. Первый — непроизвольная, рутинная и подетальная фальсификация, обусловленная самими средствами познания и описания исторических событий, т.е. средствами исторической памяти человечества. Второй — преднамеренная, экстраординарная и комплексная фальсификация, обусловленная причинами сугубо социального порядка.
Рассмотрим сначала первую. Оставим в стороне дописьменный (дозна-ковый) период. Тогда средства памяти были мизерными, потому были мизерными и средства фальсификации того, что помнилось. Обратимся к письменному периоду. Вы все прекрасно знаете, что мы фиксируем события истории в языке. А слово изреченное есть ложь, как гласит старинная мудрость. Нельзя объять необъятное. Мы вынуждены извлекать из необъятной истории мизерные крохи и привносить что-то от себя, чтобы организовать их в целое, — сочинять связные тексты.
Современная информационно-интеллектуальная техника принципиально не меняет положение. Введем некий исторические «атомы» — минимальные исторические события, нерасчленяемые на более мелкие события. Можно подсчитать, что на описание в языке одного года реальной истории такой, какой она была на самом деле, т.е. со множеством событий, вплоть до минимальных, потребовалось бы использовать все компьютеры планеты, превратив всех людей в компьютерных операторов. Фактически современная интеллектуально-информационная техника служит могучим средством фальсификации истории. Она позволяет утопить в океане фактов научный подход к историческим явлениям.
Кроме того, описанием истории занимаются люди, а не боги. Люди воспитаны и образованы определенным образом, занимают определенное положение в обществе, имеют определенные эгоистические цели. Все это влияет на характер обработки информации. Проходит время. Подавляющее большинство событий бесследно исчезает в прошлое, будучи незафиксированным и даже вообще неосознанным. Меняется отношение людей к событиям прошлого. Они начинают рассматриваться и интерпретироваться в ином историческом контексте.
В эволюционном процессе имеют место два рода событий — допоро-говые и сверхпороговые. Первые не оказывают никакого влияния на характер эволюции, вторые оказывают. Но люди, включая специалистов, не различают их. Более того, они обычно преувеличивают роль допороговых событий и преуменьшают или совсем игнорируют сверхпороговые. Вы сами знаете, как много внимания уделялось и уделяется незначительным личностям (королям, президентам и т.п.) и событиям, а самым важным — почти никакого. И в описании истории это выражается очень сильно, настолько сильно, что нарушается всякая мера. Если даже допустить, что все описывающие исторические события люди стремятся к истине, результатом их общих усилий является не описание истории такой, какой она была на самом деле, а такой, какой она им представлялась и представляется по прошествии времени. Причем, в течение веков по бесчисленным каналам стекается воедино грандиозный поток непроизвольной фальсификации истории. В него вливается к тому же мутный поток умышленного искажения и вранья бесчисленного множества лжецов и мошенников.
Сфальсифицированная картина истории до поры до времени выполняет свою функцию. Но наступает период жизни человечества, когда эта картина оказывается неадекватной этой функции. И тогда люди должны стремиться к некоей «истине». Но есть истина абстрактно-научная. И есть истина конкретно-историческая. Вернее, то, что люди считают или будут считать истиной. Тут слово «истина» путает. Лучше говорить об адекватности представлений о прошлом тем новым потребностям человечества, которые сложились в результате исторического процесса. Эти представления оказываются неадекватными новым потребностям. Возникает потребность привести представления о прошлом в соответствие с настоящим. И эту потребность должно удовлетворить сознательное «исправление» истории. Причем, оно должно произойти как грандиозный перелом, более того — как организованная грандиозная операция, как эпохальная фальсификация всей истории человечества. Тут речь идет уже не о фальсификации наблюдаемых исторических событий по отдельности, а о переработке совокупности зафиксированных сведений об исторических событиях, которые уже исчезли в небытие и в принципе не могут наблюдаться. Тут речь идет не об изменении понимания все тех же явлений бытия, а о приспособлении совокупности знаков, которые когда-то сопоставлялись с явлениями бытия, к потребностям людей жить уже в другой среде. Тут нужны специально обученные люди. Они должны быть организованы так, чтобы совместно создавать согласованную картину прошлого. Они должны фактически придумать прошлое, какое требуется для настоящего, используя наличный материал.
Основой для открытой и блестяще описанной Фоменко первой глобальной фальсификации истории стала ошибочная система пространственно-временных координат исторических событий (хронологическая система и неразрывно связанная с ней локализация событий). Основой для начавшейся второй глобальной фальсификации истории является система псевдонаучных (ошибочных, идеологических) социологических концепций и современные средства оперирования информацией. Поэтому я называю вторую фальсификацию концептуально-информационной или, короче, концептуальной. В работах Фоменко описана технология создания ложной картины человеческой истории на основе манипулирования пространственно-временными координатами событий. В начавшейся второй фальсификации уже участвуют многие тысячи специалистов, владеющих средствами создания также ложной картины человеческой истории, но при условии точности в отношении пространственно-временных координат событий и точности описания отдельных конкретных фактов. Фальсификация достигается за счет отбора фактов, их истолкования и комбинирования, погружения их в контекст идеологических концепций и пропагандистских текстов и т.д. Чтобы описать технологию второй фальсификации истории достаточно четко, полно и убедительно, требуется определенным образом разработанная логика и методология науки и социологическая теория, которую я называю логической социологией. Но все это — дело будущего. Так что вторая фальсификация истории происходит и по всей вероятности будет происходить впредь так же беспрепятственно и успешно, как и первая. Пройдут десятилетия и века, и исследователям-одиночкам будущего придется производить исторические «раскопки» в отношении «новой истории» подобные тем, какие осуществил Фоменко (и его предшественники, включая Н.А.Морозова) в отношении «старой истории».
Хочу в заключение отметить исключительную научную добросовестность трудов А.Фоменко и Г.Носовского. Я неоднократно рассматривал их именно с этой точки зрения. Я не нашел в них ни одного примера голословных и категоричных утверждений. Общая схема изложения в них такова. Излагаются общепринятые («школьные») исторические концепции. Приводятся исторические факты, не соответствующие или явно противоречащие им. Приводятся суждения других авторов, замечавших такие несоответствия. Выдвигаются гипотезы, которые по мнению Фоменко и Носовского позволяют найти логически корректные решения соответствующих проблем. Причем, они педантично повторяют и подчеркивают, что речь идет именно о гипотезах, а не о категоричных утверждениях, выдаваемых за бесспорные истины. Читатели приглашаются принять участие в разрешении проблем, возникающих вследствие принятой хронологической концепции истории. Меня поражает чудовищная несправедливость критиков трудов Фоменко и Носовского, явно искажающих, непонимающих и даже просто незнающих их идей. Поразительно также то, что когда появляются в печати идеи, сходные с идеями Фоменко и Носовского, но неизмеримо маленькие по масштабам и слабо обоснованные, к ним относятся гораздо благосклоннее. Я понимаю психологические основы такой ситуации: Фоменко и Носовский совершили научный подвиг эпохального значения, затрагивающий слишком сильно и глубоко чувства и интересы огромного числа людей. Признание верности результатов этого подвига и по крайней мере его творческой значимости обязывает к тому, к чему эти люди неготовы и неспособны. Беда Фоменко и Носовского в том, что они осуществили слишком большой прорыв и перелом во взглядах на человеческую историю.
10 октября 1999 года.
19 апреля 2001 года. Александр Зиновьев
(Александр Александрович Зиновьев — профессор МГУ, логик, социолог, писатель, член Академий Финляндии, Баварии, Италии, Российской словесности и других. Лауреат премии Алексиса Токвиля по социологии 1982 года, премии за лучшее социологическое эссе 1979 года, и целого ряда европейских и международных литературных премий. Почетный гражданин ряда городов Франции и Италии. Сочинения А.А.Зиновьева издавались более чем на 20 языках мира и считаются мировыми бестселлерами. Читал лекции по логике и социологии во многих университетах Европы и Америки).