В ночной темноте Бунцев и Кретова с трудом вышли на сборный пункт, но никого там не нашли. Отсидевшись днем в молодых соснах, с наступлением темного времени они стали опять искать своих, но безуспешно. На условные сигналы никто не отвечал, и не было никаких признаков присутствия людей. Бунцев не мог смириться с мыслью, что Темкин и Добряков не придут и принял решение остаться в лесу еще на сутки. На этот раз расположились на дневку на опушке, имея возможность наблюдать за подходами к лесу.
Второй день казался утомительно длинным. Давала себя чувствовать забота о пропавших друзьях. После полудня Кретова уснула. Вскоре пасшееся на поле небольшое стадо коров и овец подошло почти вплотную к лесу, и два пастуха - старик и мальчик - расположились на опушке и начали закусывать. С ними была собака. Бунцев издали наблюдал за трапезой, стараясь не шевельнуться. Он очень опасался, что собака обнаружит их, и не без основания. Собака, почувствовав посторонних, навострила уши и стала лаять в сторону расположения пилота и радистки. Как крепко ни спала Кретова, она услыхала лай собаки и проснулась.
- Придется отойти подальше в лес, - предложила радистка.
- Пастухов еще можно было бы попытаться обезвредить, но проклятую собаку бесшумно обезвредить трудновато.
- Но и ждать, пока она успокоится, тоже нельзя.
И они стали тихо отходить в глубь леса.
Бунцев и Кретова вышли на небольшую поляну, окруженную кустарником. Здесь они и остановились.
- Сегодня мы уйдем отсюда, не предупредив своих, что мы здесь были и куда пойдем. На дереве не напишешь и под деревом оставить мы не договаривались, да и деревьев тут не очень много, - добавил Бунцев.
- Договаривались, не договаривались, но я Ване Добрякову рассказывала, как мы устанавливали связь через почтовые ящики.
- Но здесь их нет.
- Надо будет сделать, только и всего. Мы можем оставить записку под этим большим дубом в пункте сбора.
- А каким образом сообщить, что там лежит записка?
- Положим гнилушек, которые светят ночью, и под ними записку. О таких способах я тоже говорила.
Дождавшись вечера, Бунцев и Кретова отправились на восток. Они шли, напряженно всматриваясь и прислушиваясь.
Через час впереди показался небольшой хуторок или поместье. Они подошли поближе и остановились. Прислушались. Вскоре из хутора выехала машина. Быстро отошли в сторону от проселочной дороги и залегли. Машина прошла мимо с замаскированным светом.
- Вот партизаны бы ее наверняка захватили, а мы пропустили такую добычу, - шепнула Кретова.
Всматриваясь в хутор, они сделали вывод, что это собственно не хутор, а поместье, за которым начинается не то лес, не то парк.
- Не пройти ли нам через поместье. Смотри, как они беспечно живут, - сказала Кретова.
И как бы в ответ услыхали в поместье лай собак.
- Вот тебе, Ольга, и отметились, - шепнул Бунцев.
- Все в порядке, товарищ капитан. Обойдем кругом и как только дойдем до нужной дороги, пойдем по направлению к своим.
И они пошли. Собаки временами успокаивались, потом снова лаяли.
Было уже далеко за полночь, и они, выждав, когда прекратится движение машин, перешли через дорогу и пошли искать место для дневки. Ходили до самого рассвета и, не найдя ничего лучшего, остановились на дневку опять в убранной, но не скошенной кукурузе.
Моросил мелкий осенний дождик, но они сносно устроились на сырой земле, используя для подстилки парашют.