Мы только теперь начинаем ясно сознавать, что современный капитализм в значительной части обязан своим расцветом приобретению колоний. Последующее изложение имеет своей целью доказать, что и в этом колониальном движении выдающуюся, чтобы не сказать решающую, роль сыграли евреи.
Нет ничего проще и натуральнее того факта, что евреи деятельно участвовали в основании колоний. Новый Свет хотя являлся только преобразованным Старым Светом, во всяком случае, давал больше надежды на более светлое будущее, чем угрюмая, старая Европа, особенно с тех пор, как последнее существовавшее в ней эльдорадо оказалось очень негостеприимной страной. Это относится как к востоку, так и к западу и югу земного шара. В Ост-Индии много евреев жило, по-видимому, уже со средних веков. (Когда D. Isaak Abravanel писал свой комментарий к книге Иеремии (1604), он нашел письмо, привезенное из Индии португальскими торговцами пряностями. Из этого письма явствовало, что в то время в Индии жило много евреев. Abr. Comm. cap. 3, цит.по; Kayserling М. [133, с. 105). Ср.: Bloch [16, S. 15].)
Когда европейские нации начали (с 1498 г.) стремиться к захвату старых культурных стран, эти евреи, прекрасно годившиеся в пионеры торговли, оказались подходящей и желанной опорой европейского господства. По всей вероятности, на португальских и голландских кораблях прибыло в индийские владения очень много евреев (точных данных об этом еще нет). Во всяком случае, мы встречаем евреев во всех голландских колониях также и на Востоке, где они принимают деятельное участие в основании этих колоний. У нас имеются данные, указывающие на то, что крупная часть акционерного капитала голландско-индской компании находилась в руках евреев. (На что Manasseh ben lsrail указывает в своей записке к Кромвелю. Эта записка была неоднократно напечатана. См., напр.: «Jewish Chronicle*, 1859, ноябрь, дек.; переведена на немецкий язык Кайзерлингом в «Jahrbuch der Liter. Ver, 1861» [Ср.: 11, S. 4].)
Мы знаем также, что генерал-губернатора голландско-ост-индской компании, который «если и не является основателем нидерландского могущества на Яве, то, во всяком случае, больше всех способствовал ее упрочнению», звали Кон (Коен) [139, XIX; о геройских деяниях Кона, там же XIV и сл.]. Просматривая портреты губернаторов голландско-ост-индской компании, мы можем легко убедиться в том, что Кон не был единственным еврейским губернатором в этих владениях. Мы встречаем евреев также в должности директоров ост-индской компании [Напр., см. статью Salvador в «Jew. Ene.» и 117, с. 264], словом, во всех касающихся колоний делах и предприятиях. (В 1596 г. богатые амстердамские евреи снаряжают экспедицию Баренца на Карское море [94. с. 215).)
До сих пор еще не выяснено, в каком размере евреи принимали участие в развитии колониального хозяйства Индии в позднейшее время, когда англичане завладели ею. Но мы сравнительно хорошо осведомлены об участии евреев в основании английских колоний в Южной Африке и Австралии, особенно в Капской колонии: здесь все экономическое развитие должно быть почти исключительно приписано им. В 1820-1830 гг. прибыли в Южную Африку Вениамин Норден и Симеон Маркус; им обязано «промышленное пробуждение почти всей внутренней части Капской колонии». Юлий, Адольф и Джемс Мозентали кладут начало торговле шерстью, кожами и основывают камлотовую промышленность. Аарон и Даниэль де Пасс монополизируют китоловный промысел; Иоэль Майерс кладет начало разведению страусов; Лилиенфельд фон Гопетаун скупает первые алмазы и т. д. [см. статью «South Africa» в «Jew. Ene.» и подробно приведенную там богатую литературу]. В Австралии одним из первых крупных оптовых торговцев был Монтефиоре. Так что следующее утверждение совсем не звучит преувеличением : «Значительная часть английской колониальной торговли морем в течение долгого времени находилась в руках евреев» [статья «Соттегсе» в «Jew. Епс», т. 4, с. 191].
Но главным поприщем еврейской деятельности в колониальных странах, особенно в эпоху раннего капитализма, служит совершенно преобразовавшийся под влиянием европейской культуры и цивилизации западный материк. Америка во всех своих частях является страной евреев — таков неизбежный результат, к которому приводит подробное и серьезное изучение источников. И так как Америка со дня своего открытия приобретает исключительное влияние на экономическую жизнь и всю совокупность культурных явлений Европы, то интенсивное участие евреев в создании и развитии американского мира, естественно, приобретает особенное значение для хода нашей истории. Я поэтому несколько дольше остановлюсь на этом вопросе, рискуя даже утомить читателя обилием деталей. Важность проблемы, как мне кажется, оправдает некоторую педантичность изложения. (Литература о сношении евреев с Америкой очень богата. Я не имею в виду давать подробный обзор и отсылаю читателя к нижепоименованным трудам. Здесь же назову лишь некоторые самые важные сочинения, по преимуществу энциклопедического характера. Прежде всего: «Jewish Encyclopedia*. Так как она издается в Америке, то содержит в себе очень много хороших статей именно об американских условиях. Богатый арсенал фактов об еврейско-американской хозяйственной истории, особенно относительно севере- и южноамериканских колоний в XVII-XV1H вв. представляют собою: «Transactions of the Jewish Historical Society of America». Издается с 1895 г. Разные интересные данные содержит сборник речей и статей: «The 250 anniversary of the Settlement of the Jews in the USA», 1905. Труды по общей еврейско-американской истории: Markeus. The Hebrews in America; Daly C. P. History of the Settlement of the Jews in North-America, 1893. Peters M. C. The Jews in America, 1906. (С первыми двумя книгами я не мог познакомиться: я не нашел их ни в продаже, ни в одной из публичных библиотек; их не оказалось также и в специальных еврейских библиотеках. Судя по тому, что известно о их содержании, новейшие исследования, особенно «Transactions», во многих отношениях превосходят их.) )
Евреи связаны с открытием Америки самым тесным и странным образом. Получается такое впечатление, как будто Новый Свет был открыт для них одних и только с их помощью; как будто Колумбы являются только поверенными по торговым делам Израиля. Гордые евреи сами рассматривают историческое положение вещей с этой точки зрения, ссылаясь на новейшие архивные исследования. (Вопросу об участии евреев в самом открытии Америки посвяшена специальная литература (по поводу 400-летнего юбилея Колумба). Самым лучшим исследованием, всецело основанным на вполне достоверных первоисточниках, является: Kayserling M. Christoph Columbus, 1894. Кроме того, следует еще назвать следующие труды: Puiqcerver F. Rivas. Los Judios y cl nuevo mundo, 1891; статья America (The Discovery of) в «Jew. Ene»; Modano L Gli Ebrei e la scoperta dell'America, 1893. Cp. Adrcss by Oscar S. Strauss в «The 250 anniversary of the Setti, of the J. in USA», 69 и сл.)
Согласно последним, — я хочу коснуться этого лишь мимоходом, — только еврейская наука подняла технику мореплавания на такую высоту, что заокеанские путешествия сделались вообще возможными; в 1743 г. Авраам Цакута, профессор математики и астрономии при Саламанкском университете, составил свои астрономические таблицы (Almanach perpetuum)^j3 1484 г. Хозе Вецинго, астроном и лейб-медик португальского короля Иоганна 11, и математик Мозес изобретают на основании таблиц Цакуто, совместно с двумя христианскими коллегами, астролябию. Хозе переводит альманах своего учителя Цакута на латинский и испанский языки.
Далее утверждают, что материальный фонд экспедиции Колумба был будто бы создан опять-таки евреями; еврейский капитал сделал возможным оба первых путешествия Колумба. Свое первое путешествие он предпринимает с помощью займа, сделанного им у королевского советника Луи де Сантанджеля. Последнему, который, собственно, был главным покровителем колумбовых экспедиций, адресованы первые два письма Колумба: Сантанджелю и марану Санчецу, казначею Аррагонии. Вторая экспедиция Колумба опять снаряжается на еврейские деньги, на этот раз, правда, данными не добровольно, а именно на деньги, оставленные изгнанными евреями и конфискованные в 1493 г. Фердинандом Аррагонским в пользу государственной казны.
На корабле Колумба было несколько евреев, и первый европеец, вступивший на американскую почву, был еврей Луис де Торрес. Так утверждают основанные на актах исследования М. Кайзерлинга [133, S. 112. См. его же: 134, т. 2, с. 73], где рисуются притеснения евреев в Испании и Португалии и тесная связь между их изгнанием оттуда и колонизацией Америки.
Лишь только ворота Нового Света открылись для европейцев, как туда толпами устремились евреи. Мы уже видели, что открытие Америки хронологически совпадает с годом изгнания евреев из Испании; мы видели, что в последние годы XV в. и в первые десятилетия XVI в. массы евреев были принуждены эмигрировать. Это была эпоха, когда еврейство Европы зашевелилось, как муравейник, в который воткнули палку. Нет ничего удивительного в том, что большая часть этого муравейника направилась в подававшие большие надежды области Нового Света. Первыми купцами в Америке были евреи. Первые промышленные учреждения в американских колониях обязаны своим происхождением евреям. Уже в 1492 г. португальские евреи поселяются на острове Св. Фомы и начинают здесь вести в крупных размерах плантаторское хозяйство; они основывают многочисленные сахароварни, и у них работают 3000 негров-рабов [140, с. 129 и сл.]. Приток евреев в Южную Америку непосредственно после ее открытия был так велик, что королева Иоганна в 1511 г. сочла необходимым прибегнуть к ограничительным мероприятиям [237, с. 71]. Но соответствующее распоряжение, по-видимому, не имело последствий, потому что число евреев в Америке все росло. Законом 21 мая 1577 г. воспрещение эмигрировать в испанские колонии было формально отменено.
Чтобы иметь возможность правильно оценить ту энергию, которую евреи проявили в роли основателей колониальной торговли и колониальной промышленности в пределах Южной Америки, следует проследить судьбу некоторых колоний в отдельности.
История евреев в американских колониях, а следовательно, и история самих колоний, распадается на два крупных периода, отделенных друг от друга фактом изгнания евреев из Бразилии (1654).
Выше было уже упомянуто, что евреи в 1492 г. основали на острове Св. Фомы, вскоре после его открытия, сахарную промышленность. В 1550 г. мы застаем на этом острове сахарную промышленность уже в полном расцвете: 60 плантаций, снабженных сахарными мельницами и котлами, производят ежегодно, судя по вносимой в пользу короля «десятине»,—- 150 000 арробов сахару (по 25 фунтов в каждом) [213, с. 397; 165, с. 249]. Отсюда же или из Мадеры (по: 144, с. 94], где они также издавна занимались сахарным производством, евреи переносят эту отрасль промышленности в самую крупную из американских колоний — Бразилию, вступающую тем самым в первый период своего расцвета, основанного на господстве сахарной промышленности.
Человеческий материал для новой колонии рекрутировался на первых порах почти исключительно из евреев и преступников, привозившихся два раза в год на кораблях из Португалии. («Jew Ene», ст. "America". Ср.: 148, с. 293 и сл.]. Евреи становятся вскоре господствующей кастой: значительная часть самых богатых бразильских купцов состояла из «новых христиан» [101, с. 412]. Евреем был также генерал-губернатор, приведший в порядок администрацию колонии. Фактически эти новые владения особенно расцвели с тех пор, как туда был послан (в 1549 г.) Томе де Суза, человек выдающихся качеств [192, с. 1]. О богатой еврейской семье Souza см.: 135, с. 307; 95, с, 123]. Но своего полного расцвета колония достигает лишь с переходом в руки голландцев (в 1624 г.), когда туда начинают стекаться богатые голландские евреи. В 1624 г. многочисленные американские евреи объединяются и основывают в Бразилии колонию, в которую переселяется 600 именитых евреев из Голландии [144, с. 2, с. 94]. В этой первой половине XVII в. все крупные сахарные плантации находятся в руках евреев [«Jew. Ene», ст. «America»], о всесторонней деятельности и богатстве которых сообщают нам путешественники той эпохи. Так, Нингофф, объезжавший в 1640— 1649 гг. Бразилию, рассказывает следующее: «Из свободных обитателей Бразилии, не находившихся на службе (голландско-вест-индийской) компании, самыми многочисленными были евреи, переселившиеся сюда из Голландии. Торговля их превосходила своими размерами торговлю остального населения; они имели сахарные мельницы и строили богатые дома в Ресифе. Все они были купцами; это могло бы иметь большое значение для голландской Бразилии, если бы они держались в должных границах торговли» [Transactions, 2, 95. Ср. также 192, ст. 103].
В отчете о путешествии Ф. Пайрарда мы читаем: «Барыши, которые они получили за 9—Шлет пребывания в этих странах, должны быть огромны, ибо все они возвращаются назад богачами».
Это господство еврейских элементов в плантаторских предприятиях пережило эпизод политического господства Голландии над Бразилией; оно тянулось — несмотря на «изгнание» евреев в 1654 г. — вплоть до XVIII в. (Изгнания в буквальном смысле снова фактически не было. В мирном договоре от 1654 г. евреям была даже дарована амнистия; но тут же сделано примечание: «Евреи и другие некатолики подлежат тем же условиям, что и в Португалии». Этого было вполне достаточно. Мирный договор этот напечатан в тексте: Aitzema. Historia etc., p. 1626 и сл.; цит. по: Netscher [192, р. 163].)
Во всяком случае, в материалах, относящихся к первой половин XVIII в. [101, с. 412-413], мы встречаем следующее: «Когда однажды многие из именитейших купцов Рио-де-Жанейро попали в руки святого ведомства (инквизиции), то производство прекратилось на таком множестве плантаций, что промышленность и торговля провинции (Багии) оправились от этого удара лишь спустя долгое время». Декретом от 2 марта 1768 г. все списки о «новых христианах» предаются уничтожению; законом 25 марта 1773 г. «новые христиане» были совершенно уравнены в правах со старыми христианами.
По-видимому, уже и после того, как португальцы в 1654 г. овладели страной, большое число псевдоевреев удержалось на местах и способствовало расцвету сахарной промышленности; к этому они присоединили торговлю драгоценными камнями, вскоре также очутившуюся в их руках.
Но 1654 г. все же остается в еврейско-американской истории очень важной эпохой. Ибо очень значительная часть бразильских (и эмигрировавших впоследствии) евреев с того времени направляется в другие области Америки и, таким образом, переносит туда экономический центр тяжести.
Особенно начинают процветать, благодаря накоплению еврейского элемента, некоторые важные пункты вест-индского архипелага и прилегающего к нему материка. Таков, например, Барбадос, заселенный почти исключительно евреями. (О евреях на Барбадосе см.: 102, с. 449. Ligon. History of Barbados (1657).Цит.: Lippman. Geschichte des Zuckers (1890), с. 301 и сл. Reed. The history of sugar and sugaryielding plants (1866), 7. Cp. Morelly Abh. uber den Zucker, переведено на немецкий Noldecher (1800). Также М-с Culloch. Diet, of Commerce 2, 1087. Ср. также труды по обшей истории колонии, главным образом, С. P. Lucas. The historical Geography of the British Colonies, напр. 22 (1905), c. 121 и сл., с. 274, с. 277.)
В 1627 г. им овладели англичане; в 1641 г. там началась культура сахарного тростника, а в 1648 г. начался экспорта сахара. Но сахарная промышленность не могла там упрочиться, так как, благодаря своему плохому качеству, сахар не покрывал издержек транспорта в Англию. Лишь изгнанные из Бразилии «голландцы» ввели там правильный способ производства и научили жителей приготовлять сухой и непортящийся сахар, экспорт которого в скорости возрос в значительной мере. В 1661 г. Карл II мог уже произвести в бароны тринадцать владельцев плантаций, получавших из Барбадоса доход в 10 ООО ф. ст., а около 1676 г. остров был в состоянии ежегодно нагружать 400 кораблей, вмещавших каждый по 150 т неочищенного сахара. Из Барбадоса Томас Модифорд в 1664 г. перенес сахарную промышленность на Ямайку, которая, благодаря этому, вскоре достигла большого благосостояния. (Евреи на Ямайке: Kayserliiig. The Jews in Jamaica etc. в «The Jewish Quarterly Review», 12 (1900), 708 и сл. Hyamson Alb. M. A History of the Jews in England, (1908), гл. XXVI. Много материала из современных источников; [143; 144].)
В 1656 г. англичане окончательно отбили этот остров у испанцев. В то время как на Ямайке насчитывалось тогда пять небольших сахароваренных заводов, в 1670 г. в этой промышленности работало уже 75 мельниц, из которых некоторые вырабатывали 2000 ц сахара, а в 1700 г. сахар является уже главным предметом промышленности и торговли Ямайки и источником ее благосостояния. Насколько значительно было здесь участие евреев, можно заключить из того факта, что в 1761 г. христианские купцы обратились к правительству с ходатайством об удалении евреев; это ходатайство имело лишь тот результат, что правительство начало еще более способствовать иммиграции евреев. Губернатор отклонил петицию в следующих замечательных словах: «Он того мнения, что его величество не может иметь более полезных подданных, чем евреи и голландцы; они обладают крупными капиталами и имеют большие связи». (Письмо губернатора от 17дскабря 1671 г. к государственному секретарю лорду Армингтону [см.: 136).)
Таким образом, евреи не были изгнаны из Ямайки, а напротив; «они стали главными купцами и торговцами английской колонии» [184, с.4; 144, с. 98]. В XVIII в. они платят все подати и держат в своих руках значительную часть промышленности и торговли.
Из других английских колоний они особенно предпочитают Суринам. (Евреи в Суринаме, Лучшим источников является: «Essai sur la Colonie de Surinam avec l'histoire de la Nation juive Portugaise y etablie» etc., 2 vol. Paramaribo, 1788. Koenen, сообщающий некоторые данные об этом в своем труде: |142, с. 333 и сл.]: «de hoofdb... von... voor de geschiedenes der Joden in die gewesten». К сожалению, мне не удалось видеть сам оригинал. Новая литература дала много нового материала [см.: 90], содержит выдержки из кадастровых списков. См. также: 107; 216. Об отношениях между Суринамом и Гвианой см.: Oppenheimer Sam. [193]. Ср. также: [117, гл. XXVI] и [1681.)
Здесь евреи водворились с 1644 г., и в скорости были наделены привилегиями «ибо мы нашли, что еврейская нация оказалась полезной и благотворной для колонии». Это привилегированное положение не прекратилось и тогда, когда Суринам (в 1667 г.) перешел от Англии к Голландии. В конце XVII в. отношение евреев к остальному населению равняется 1:3. Из 344 суринамских плантаций, на которых, главным образом, производилась культура сахарного тростника, евреям в 1730 г. принадлежало 115.
Ту же картину, как в английских и голландских владениях, мы застаем и в важнейших французских колониях на Мартинике, Гваделупе, Сан-Доминго. (Евреи на Мартинике, Гваделупе и Сан-Доминго: [165, с. 301 и сл.]. Там находятся источники и указания на более раннюю литературу [25, vol. II; 100].)
И здесь сахарная промышленность служит источником благосостояния, и здесь евреи являются доминирующим элементом в производстве и торговле сахаром.
На Мартинике первая большая плантация и сахароварня были основаны в 1655 г. Беньямином Дакостой, бежавшим туда из Бразилии с 900 единоверцами и 1100 рабами (в 1655 г.).
На Сан-Доминго сахарная промышленность началась уже в 1587 г., но лишь благодаря «голландским» беглецам из Бразилии она достигла расцвета.
Не следует упускать из виду, что в те критические, переходные столетия, когда основывалось американское колониальное хозяйство (а с ним и современный капитализм), производство сахара (не считая, конечно, добычи серебра, золота и драгоценных камней в Бразилии) составляло основу всего колониального, а следовательно, косвенно и всего европейского хозяйства. Теперь нельзя себе представить, какое огромное значение в ту пору имела сахарная промышленность и торговля сахаром. Едва ли было преувеличением то, что говорится в одном заключении парижского торгового совета от 1701 г.: «Судоходство Франции обязано своим расцветом торговле ее промышляющих сахаром островов и может держаться и развиваться только в зависимости от этой торговли». И эту столь важную отрасль почти монополизировали евреи (так, например, французская торговля была почти вся в руках торгового дома Градис из Бордо) [Wolf Luc. в «Jewish Chronicle», 30.11,1894; Коhieг в «Transactions», 10, с. 60].
Но могущество евреев в Центральной и Южной Америке стало особенно велико с конца XVII в., когда установилась тесная связь между английскими колониями Северной Америки и Вест-Индии; связь, которой, как мы увидим ниже, европейская Северная Америка обязана своим существованием и которая, главным образом, создана была еврейскими купцами. Мы переходим, таким образом, к рассмотрению той роли, которую сыграли евреи в развитии североамериканского хозяйства или, что то же самое, — к генезису Соединенных Штатов Америки. Соединенные Штаты Америки получили свою экономическую формацию, главным образом, под влиянием еврейских элементов. Это утверждение нуждается в подробном разъяснении, так как оно, по-видимому, противоречит обычному, по крайней мере в Европе, представлению об этом предмете.
На первый взгляд кажется, будто именно североамериканская экономическая жизнь в существенных своих чертах развилась без воздействия евреев. Когда мне приходилось в частной беседе утверждать, что современный капитализм есть в сущности не что иное, как эманация еврейского духа, мне возражали ссылкой именно на развитие Соединенных Штатов. Сами янки часто гордо указывают на то, что они обошлись без евреев. Какой-то американский писатель, если не ошибаюсь, Марк Твен, однажды старался подробно пояснить, почему евреи у них не сыграли никакой роли: потому будто что они, янки, такие же «продувные» («smart»), как евреи, если не больше. (Между прочим, и шотландцы говорят о себе то же самое.) И действительно, среди крупных промышленников и спекулянтов Соединенных Штатов, среди «магнатов трестов» мы встречаем мало еврейских имен. Со всем этим можно согласиться. И все-таки я остаюсь при своем утверждении, что Соединенные Штаты, даже, может быть, больше других стран, исполнены специфического еврейского духа. Это, впрочем, очень хорошо известно в некоторых американских кругах и как раз в кругу людей, способных судить об этом. Когда несколько лет тому назад с большой помпой была отпразднована 250-летняя годовщина поселения евреев в Соединенных Штатах, президент Рузвельт обратился к распорядительному комитету празднества с письмом, в котором излагал свои поздравления в особенно лестной для евреев форме. Он писал, что в первый раз за свое президентство он шлет приветственное послание по поводу празднества; но он должен был сделать это исключение, ибо повод слишком важен. Преследования, которым евреи как раз в ту пору подвергались, делают для него особенно настоятельной обязанность подчеркнуть, какие выдающиеся гражданские доблести обнаружили сыны еврейского народа с того времени, как они поселились в стране. Описывая далее заслуги евреев по отношению к Соединенным Штатам, он прибегает к выражению, очень удачно характеризующему сущность дела: евреи помогли создать эту страну («The Jews participated in the upbuilding of this country*) [237, c. 18). А экс-президент Гровер Кливлэнд выразился по тому же поводу: «Немногие — или даже вообще ни одна — из составляющих американский народ национальностей не оказали большего, прямого или косвенного, влияния на развитие современного американизма, чем еврейская нация» [237, с. 12].
Но в чем же заключается крупное значение евреев специально для Соединенных Штатов? Прежде всего в том, что их количественное участие в коммерческой жизни Америки никогда не было таким ничтожным, как это может показаться на первый взгляд. Если среди полудесятка известных миллиардеров, имена которых, благодаря поднимаемому ими — и в особенности их женами — шуму, прогремели на весь свет, нет ни одного еврея, то это еще нисколько не доказывает, что еврейский элемент слабо представлен в американском капитализме. Во-первых, среди самых крупных трестов есть такие, управление которыми находится в руках евреев. Так, плавильный трест, который со всеми находившимися под его контролем в 1904 г. заводами представлял номинальный капитал в 201 млн долларов, основан евреями (Гуггенгеймами). Точно так же и в табачном тресте (500 млн долларов), в асфальтовом, телеграфном и т. п. трестах евреи играют руководящую роль [185, с. 45 и сл., 96 и др.].
Наконец, в руках евреев находится также целый ряд крупнейших банкирских фирм, «контролю» которых подлежит значительная часть американского хозяйства. Так, например, «система Гаримана», имевшая своей целью объединение всех американских железнодорожных статей, поощрялась и поддерживалась, главным образом, Нью-Йоркским банкирским домом Леб, Кун и К0. Особенно много евреев занимает господствующее положение на Западе: Калифорния в значительной мере есть творение их рук. При основании этого штата евреи выдвинулись в качестве судей, депутатов, губернаторов, бургомистров и т. д., а также в области промышленности. Братья Зелигманы, Вил. Генри, Джессе, Джемс — Сан-Франциско; Луи Слосс, Льюис Берстль — Сакраменто (где они основали Alasca Commercial С); Гельман и Ньюмарк — в Лос-Анджелесе, — таковы некоторые из известнейших фирм, развивших там свою деятельность. Во время золотого периода евреи первые завязали сношения с Востоком и Европой. Крупные финансовые сделки того времени совершались такими людьми, как Бен. Давидсон, агент Ротшильда, Альберт Прист из Род-Эйленда, Альберт Дайер из Балтиморы, три брата Лазар (основавшие международный банкирский дом «Lazard Freres» в Париже, Лондоне и Сан-Франциско), Зелигманы, Глэзье, Вормсеры: Мориц Фридлендер был одним из крупнейших пшеничных королей; Адольф Сутро занимался эксплуатацией Комстокских каналов (Comstock Lodes). И в настоящее время преобладающая часть банкирских домов и промышленных предприятий в Калифорни находится в руках евреев. Напомню о «The London, Paris and American Bank» (Зигм. Гринебаум, Рич. Альтшуль), «Angl. California Bank» (Фил. H. Лилиенталь, Игнатий Штейнгарт), «Nevada Bank», «Union Trust Company», «Farmers and Merchants Bank of Los Angelos» и т. д. Напомню о разработке угольных копей Джоном Розенфельдом, о преемнице компании Гудзонова залива — «The Alasca Commercial С0», о «North Americ С0» и т. д. (См. статью «California» в «Jew. Ene», написанную очень основательно и с большим знанием дела.)
Едва ли можно сомневаться, что, благодаря иммиграции большого числа евреев за последние десятилетия, значение евреев, как количественного фактора в хозяйственной жизни Америки, возрастает повсюду с гигантской быстротой. Следует принять в соображение, что уже теперь в одном Нью-Йорке живет больше миллиона евреев и что большая часть иммигрировавших евреев вообще не начинала еще капиталистической карьеры. Если общие условия в Америке будут развиваться дальше в том же направлении, как за последние десятилетия, если размеры иммиграции и процент прироста различных национальностей останутся такими же, как до сих пор, то через 50 или 100 лет Соединенные Штаты представляются моему умственному взору страной, населенной только славянами, неграми и евреями, и последним, конечно, будет принадлежать в ней экономическая гегемония.
Но все это лишь фантазии будущего, и им не место в этом исследовании, стремящемся познать прошлое и настоящее. Относительно же прошлого и настоящего приходится признать, что хотя количественное участие евреев в хозяйственной жизни Америки довольно значительно и ни в каком случае не так ничтожно, как это может показаться при поверхностном наблюдении, но что все-таки на основании этого чисто-количественного участия нельзя еще сделать вывода о том выдающемся значении, которое я (заодно со многими сведущими людьми) приписываю еврейскому племени. Это значение, главным образом, качественного характера, что вытекает из целого ряда сложных соображений.
Поэтому я даже не особенно подчеркиваю того, во всяком случае, существенного факта, что евреи в Америке почти монополизировали целый ряд весьма важных отраслей торговли (или, по меньшей мере, монополизировали их в течение долгого времени). Я имею здесь в виду преимущественно торговлю зерновым хлебом, особенно на Западе, торговлю табаком и хлопком. С первого же взгляда ясно, что перечисленные предметы торговли составляют три главных жизненных нерва американской экономики и что те лица, во власти которых находились эти три могущественных отрасли хозяйства, уже тем самым должны были принимать выдающееся участие в совокупности экономических процессов. Но, как я уже сказал, я не настаиваю особенно на этом обстоятельстве. Ибо я хотел бы пояснить значение евреев для экономики Соединенных Штатов более глубокими факторами.
Евреи проходят какой-то особенной, можно сказать, золотой нитью через всю ткань хозяйства Америки от его начала до конца, так что хозяйственная жизнь Америки с первого же момента принимает особый отпечаток.
С момента первого пробуждения капиталистического духа на берегах Атлантического океана, в лесах и степях Нового Света они уже находятся здесь. 1655 г. считается годом их прибытия: в этом году к устью Гудзона пристал корабль с евреями, бежавшими из Бразилии, которая опять подпала под власть португальцев. (По другой версии, богатые еврейские купцы из Амстердама поселились в колониях у Гудзона еще раньше бразильских беглецов [2].)
Пришельцы стали ходатайствовать о разрешении поселиться в колонии, основанной там голландско-вест-индской компанией. Но ходатайствовали они об этом уже не как просители, а как члены племени, принимавшего деятельное участие в основании новой колонии, племени, влиянию которого должны были подчиняться сами губернаторы колонии. Когда корабль с этими поселенцами прибыл в Новый Амстердам, управление этой колонией находилось в руках Стюйвзента. А Стюйвзент был далеко не юдофилом и охотно закрыл бы доступ домогавшимся впуска евреям. Но из Амстердама от директоров компании пришло предписание {от 26 апреля 1655 г.): евреи допускаются к водворению и торговле в областях Вест-Индской компании, «потому что они вложили большие капиталы в акции этой компании. (Точный текст письма из Doc. rei. to the Col. Hist, to New-York, 14, 315 передан в: [146].)
Из Нового Амстердама они вскоре устремились на Лонг-Айленд, в Албанию, Род-Эйленд, Филадельфию. И с тех пор начинается их кипучая деятельность, направленная прежде всего на то, чтобы вообще обеспечить новым колониям возможность экономического существования. Если в настоящее время существуют Соединенные Штаты, то только потому, что английские колонии Северной Америки, благодаря ряду благоприятных условий, добились могущества, давшего им под конец возможность самостоятельного существования. И как раз в созидании колониального могущества евреи были первыми и самыми неутомимыми сотрудниками. Я опять-таки имею в виду не тот элементарный факт, что только благодаря материальной поддержке некоторых влиятельных еврейских домов колониям удалось добиться самостоятельного государственного устройства, так как эта поддержка гарантировала им экономический базис, на который они могли опереться. Без еврейских поставок во время войны и особенно без доставки евреями необходимых денежных средств не могла бы быть достигнута независимость Соединенных Штатов. Но эти услуги евреев не есть нечто присущее только одним американским условиям: это явление общее, равномерно повторяющееся в истории современного государства, покоящегося на основах капитализма. Мы поэтому уделим ему особое место в связи с другими факторами.
Но зато в другой сфере деятельности еврейских колонистов я нахожу факт, благодаря которому конституировались Соединенные Штаты и который к тому же представляет явление, свойственное только американскому миру.
Я имею в виду тот простой факт, что в течение XVII—XVIII вв. еврейская торговля служила тем источником, из которого хозяйство американской колонии черпало свою жизненную силу. Ибо только торговые сношения, поддерживаемые евреями, давали колониям возможность оставаться в постоянной экономической связи с метрополией и в то же время достигнуть самостоятельного экономического процветания. Проще говоря: благодаря тому обстоятельству, что Англия принуждала принадлежащие ей колонии покупать все продукты обрабатывающей промышленности в метрополии, торговый (а тем самым, конечно, и расчетный) баланс колонии был постоянно пассивным. Их хозяйственный организм должен был бы истечь кровью, если б извне не притекал к нему постоянный поток крови в виде драгоценных металлов. А этот свежий поток направлялся «еврейским гешефтмахерством» из южно- и центральноамериканских стран в английские колонии Северной Америки. Благодаря тесным сношениям, которые поддерживали переселившиеся в Северную Америку с вест-индскими островами и Бразилией, они развили оживленную торговлю с этими областями, оказавшуюся в общем активной для североамериканских колоний. Таким образом, благородные металлы, добывавшиеся в этих же областях или притекавшие туда из соседних областей (с начала XVIII в., главным образом, также и бразильское золото), переходили в жилы североамериканской экономики. [См., напр.: Transactions, 1, с. 41 и сл.; 2, с. 78 и сл.; 7, с. 10, 63]. Макс Колер [147, т. 6, с. 69 и сл.] часто цитирует Judge Daly [41].
Если на основании только что упомянутых фактов можно с некоторым правом утверждать, что Соединенные Штаты вообще обязаны евреям своим существованием, то с тем же правом можно сказать, что только благодаря наличности еврейского элемента они таковы, какими мы их знаем, т. е. именно американские. Ибо то, что мы называем американизмом, есть в главных своих чертах нечто иное, как кристаллизовавшийся еврейский дух.
Но откуда же взялась эта резкая окраска американской культуры специфически еврейским духом? Насколько я могу судить, явление это должно быть объяснено тем фактом, что уже в ранние времена и повсюду население колоний было перемешано еврейскими элементами.
Колонизация Северной Америки в большинстве случаев совершалась, как мне кажется, следующим образом. Группа выносливых мужчин и женщин — скажем, семейств 20 — отправлялась в незаселенную пустошь, чтобы начать здесь новую жизнь. Среди этих двадцати семейств девятнадцать были снабжены плугом и серпом; они шли с намерением распахать леса, выжечь степи и трудами рук своих зарабатывать себе пропитание. Двадцатая же семья открывала лавку и посредством торговли, может быть даже кочевой торговли, снабжала своих сотоварищей необходимыми предметами потребления, которых земля не производила. Эта двадцатая семья вскоре берет на себя и сбыт земледельческих продуктов, добываемых девятнадцатью другими семьями. Она раньше других располагает наличными деньгами и поэтому, в случае нужды, может оказать услугу ссудой. Очень часто к лавке, которую она держала открытой, примыкало нечто вроде земельного кредитного банка, а часто, вероятно, и агентство по продаже земли и тому подобные предприятия. Таким образом, благодаря деятельности этой двадцатой семьи, крестьянин Северной Америки с самого начала приходит в соприкосновение с денежным и кредитным хозяйством Старого Света. Все производственные отношения с самого начала складывались на современных основах. Дух города сейчас же победоносно проникал в самые отдаленнейшие деревни. Можно сказать, что с первого дня колонизации экономика Америки начинает проникаться капиталистическим духом и элементами капиталистической организации. Ибо эти первые клеточки вскоре разрастаются во всеобъемлющие организации. Но кто придал этому Новому Свету капиталистический отпечаток, кто именно, если считать здесь решающим фактором чисто личный элемент, а не историческую конъюнктуру? Двадцатая семья в каждой деревне!
Нечего прибавлять, что этой двадцатой семьей каждый раз была еврейская семья, которая присоединялась к группе переселенцев или приходила к ним, как только они основывали колонию.
Эту связь в ее общей форме я вижу пока только в своем воображении, связывая в единое целое те случаи, в которых она проявляется. Исследователям, которые придут после меня, предстоит задача написать экономическую историю Соединенных Штатов с указанной мною точки зрения. Те аргументы, которыми я располагаю, должны рассматриваться пока только как первые элементы позднейшего, более подробного исследования. Все же однородность и естественность развития позволяют с некоторой уверенностью предполагать, что дело в данном случае идет не об единичных фактах, а о типичных явлениях.
То, что я утверждаю относительно воздействия евреев на ход хозяйственной жизни Америки, другой автор выразил в следующих словах: «Он (т. е. еврей) был главным финансистом главного ряда цветущих общин. Он был предприимчив и настойчив» [237, с. 173]. Для иллюстрации этого воздействия могут служить образчиком следующие факты:
В Алабаме: поселяется в 1785 г. Абрам Мордехай. «Он основал торговую станцию в двух милях к западу от бухты, завязав обширную торговлю с индейцами и обменивая свои товары на гвоздичный корень, ореховое масло и меха всякого рода» |Статья «Alabama» в «Jew. Ene», т. I].
В Альпами: «Приблизительно в 1661 г., когда Альбани был только небольшим торговым пунктом, еврейский торговец по имени Ассер Леви (или Ливи) приобрел там земельный участок в собственность» [Статья «Albany» в «Jcw. Ene», т. I].
Особенно сильно евреи начали стремиться в Чикаго с тех пор, как он становится железнодорожным и торговым центром. Еврей Бен. Шуберт строит там первый каменный дом и открывает в Чикаго первое портняжное заведение; Ф. Нейбург первый вводит в Чикаго торговлю табаком [57, 11, с 117 и сл.; 65, 2, с. 21 и сл.].
В Кентукки мы уже в первых годах XVIII в. встречаем еврейских жителей. Некий мистер Соломон, поселившийся там в 1808 г., делается затем кассиром отделения банка Соединенных Штатов (Bank of the U. S.) в Лаксингтоне, которое учреждается в 1816 г. [47].
Среди первых поселенцев Мэриленда [111], Мичигана [105], Огю [196], Пенсильвании [1911 мы находим еврейских торговцев, о деятельности которых нам до сих пор было известно очень мало. Мы можем также с полной наглядностью проследить деятельность евреев, как пионеров капитализма в Техасе. Здесь действуют с большим успехом такие евреи, как Я. Де Кордова, Мор. Копперль, Генри Кастро и др. Кордова «был почти самым крупным земельным арендатором в Штате до 1856 г.». «Земельная агентура де Кордовы вскоре сделалась очень известной не только в Техасе, но и в Нью-Йорке, Филадельфии и Балтиморе, где жили владельцы больших земельных поместий Техаса».
Генри Кастро занимается делами переселенческих предприятий. «В течение 1843-1846 гг. Кастро перевез в Техас свыше 5000 эмигрантов... переправив их на 27 кораблях, преимущественно из рейнских провинций». Затем, после их транспорта, он снабжает колонистов необходимыми орудиями, семенами для посевов и т.д. «Он снабжал всем своих колонистов на год, доставляя им коров, земледельческие орудия, семена, лекарства и все, в чем они только нуждались» [34, с. 35]. (Данные о других сельских торговцах евреях имеются у [74].)
В целом ряде других штатов поселяются другие еврейские семьи, которые, благодаря своим широким связям, могут развить еще более обширную деятельность. Особенно характерным примером размаха еврейской деятельности является семья Зелигман, восемь братьев которой (сыновья Давида Зелигмана из Батрсдорфа) основывают предприятие и впоследствие распространяют его на все главнейшие пункты Соединенных Штатов. История этой семьи вкратце следующая. В 1837 г. Иосиф Зелигман переселяется в Соединенные Штаты. В 1839 г. за ним следуют еще два брата, в 1841 г. переселяется туда и третий брат. Они основывают небольшую торговлю платьем в Ланкастере. Оттуда они отправляются в Сельма Ала и открывают филиальные отделения в трех местностях Америки. В 1848 г. они с двумя братьями переселяются на север. В 1850 г. Иессе открывает лавку в Сан-Франциско в единственном имеющемся там каменном здании. В 1857 г. к торговле платьями присоединяется банкирское дело. В 1862 г. они основывают фирму Зелигман в Нью-Йорке, Сан-Франциско, Лондоне, Париже, Франкфурте-на-Майне. Они особенно выдвигаются крупными финансовыми операциями в эпоху междоусобной войны [56, с. 141 и сл.].
И в Южных Штатах союза евреи играют отчасти ту же самую роль, как и в других штатах, — роль торговцев среди колонистов-земледельцев [ 114; с. 115; с. 32J. Но рядом с этим они уже в довольно раннюю эпоху (как и в Средней и Южной Америке) являются богатыми владельцами плантаций. В Южной Каролине, например, «еврейская земля» («Jews Land») служит синонимом крупных плантаций [58, цит. в статье «South Carolina» в «Jew. Ene.»]. Здесь, между прочим, сосредоточилась широкая деятельность Мозеса Линдо, который, как мы уже упоминали раньше, особенно содействовал добыванию индиго.
Генетический метод исследования находит очень ценное подтверждение в том факте, что в течение всего периода возникновения Соединенных Штатов приток евреев туда был очень силен и непрерывен. Правда, мы не можем подкрепить это положение относительно более раннего времени, так как не располагаем цифровыми данными, которые с точностью указывали бы на количественное участие евреев в общем населении страны или в массе эмигрантов. Но по целому ряду признаков мы можем с некоторой уверенностью заключить, что в Америку переселялось постоянно очень много евреев.
Чтобы оценить все их качественное значение, надо принять также во внимание крайне редкую населенность страны в прежние столетия. Если нам, например, известно, что в середине XVII в. в Новом Амстердаме насчитывалось меньше 1000 жителей [113. Ср. его же 115а; 145], то нельзя будет не признать большого экономического значения за тем фактом, что в то время из Бразилии переселились туда евреи, прибывшие на нескольких кораблях. (О нью-йоркских евреях XVIII в. (употребляющих и в своих торговых сношениях еврейский язык) см.: 49, с. 31.)
Такое же значение сильного смешения туземного населения с еврейскими элементами имеет, несомненно, и тот факт, что в самые первые годы колонизации Георгии туда пристал корабль с 40 евреями и что в Саванне, небольшой торговой колонии, в 1733 г. жило 12 еврейских семейств [32].
Соединенные Штаты уже в очень раннюю пору были целью переселенческих стремлений немецких (и польских) евреев. Это — общеизвестный факт, подтверждающийся также сведениями из тех местностей, откуда отправлялись переселенцы. «Среди более бедных евреев Познани во второй четверти XIX в. редко можно было встретить семью, в которой один из ее сыновей, и обыкновенно самый дельный и энергичный, не бежал бы за океан от гнета и бедноты своей родины» [120, с. 151].
Таким образом, нас не должно поражать значительное число еврейских солдат (7243), сражавшихся в междоусобной войне [251]. Мы думаем также, что подсчет евреев, живших в середине XIX в. в Соединенных Штатах (200 000, из них 30 000 в Нью-Йорке) [по: 67], значительно занижен против их действительного числа.