Китай 2015-2016

Автор: Администратор

ROOT Категория: Китай

2015-2016 Гипотезы, оформленные как исследования. В отсутствие исчерпывающих и достоверных данных по Поднебесной следует проявлять осторожность в желании согласиться c "убедительными" выводами самых добросовестных авторов.

14.12.2016 Российско-китайские отношения и новая стратегия Соединённых Штатов. Тавровский Ю.

В Москве и Пекине сейчас правят реалисты. Они видят неизменность американских интересов, которые состояли в прошлом, состоят сейчас и будут состоять вечно в устранении любых мощных держав, способных конкурировать с США. Следовательно, ни России, ни Китаю не стоит питать иллюзий и надеяться, что кого-то из них "минует чаша сия". Не минует.

13.12.2016 Грядущая война с Китаем. Джон Пилджер

Два года я проработал над документальным фильмом «Грядущая война с Китаем»,* в котором свидетели и очевидцы предупреждают, что ядерная война — более не тень, а просто случайность. Крупнейшее со времен Второй Мировой наращивание возглавляемых американцами вооружённых сил уже идёт. Они и в северном полушарии, и на западных границах России, а в Азии и на Тихом океане противостоят Китаю.

12.12.2016 «Некоронованные короли красного Китая»

За всеми субэтносами и их "диалектами" стоит история самостоятельных государств на территории Китая. Гуандун - провинция на юге Китайской Народной Республики. Проживает субэтнос 110 млн. чел. Экономика провинции (в Китае 33 провинции) превысила показатели экономики РФ в 2016 г. И др. подробности из жизни Поднебесной. Николай Вавилов представляет свою книгу. Ведущий - Д. Перетолчин.

09.12.2016 Китай, опасаясь перемен в американской политике, демонстрирует сближение с Россией. Грановский Г.

В понедельник в Совете Безопасности ООН Россия и Китай наложили вето на проект резолюции, который предлагал на семь дней прекратить огонь в Алеппо. Постоянный представитель Китая Лю Цзеи потребовал от Райкрофта (постоянный представитель Великобритании в СБ ООН) «не отравлять атмосферу» в Совбезе и не «пренебрегать» его правилами. Инициаторы документа (Египет, Испания и Новая Зеландия) выступили за полное прекращение атак на позиции запрещённых в России террористических групп «Джабхат ан-Нусра» и «Исламское государство». Китай давно уже не баловал Россию такой открытой поддержкой её действий в Сирии. По крайней мере, когда в октябре французы потребовали ввести над Алеппо бесполётную зону, против предложенной резолюции проголосовали только Россия и Венесуэла. О проблемах, накопившихся в торгово-экономических отношениях Китай-США

28.11.2016 Тихоокеанская «безальтернатива» Америки. Тавровский Ю.

Перспектива правления Дональда Трампа смешала карты пекинских стратегов

07.11.2016 Кризис недопроизводства. giovanni1313

28.10.2016 Великий Китайский Поворот?

На днях вышел большой объем статистической информации по Китаю. Ресурс глобального рынка для китайской промышленности на сегодня, очевидно, исчерпан. И только внутренний потребитель в ближайшие годы будет оставаться устойчивой опорой для бизнеса. Но если производство на экспорт падает, не является ли стагнация частных инвестиций логичным ответом?

27.10.2016 В Пекине 27 октября заканчивается четырехдневный VI пленум ЦК Компартии КНР 18-го созыва. Александр Ситников

Си Цзиньпин объявил войну партийной номенклатуре, которая мечтает о своем Горбачеве

14.06.2016 «Эра китайской науки» Д. Перетолчин

Лекция на семинаре в Институте прикладной математики им. М.В. Келдыша РАН. Видео. Качество звука 4- (3+)

25.05.2016 Малаккский пролив, нефть и большая война

17.05.2016 Может ли юань занять место доллара США? Катасонов В.Ю.

Многим кажется, что между долларом США и китайским юанем в ближайшее время может начаться борьба не на жизнь, а на смерть за первое место в мире международных финансов. Вместе с тем 10 мая председатель Федерального резервного банка (ФРБ) Сан-Франциско Джон Уильямс заявил, что юань не сможет потеснить доллар США в качестве основной резервной валюты мира. Я склонен думать, что этот банкир прав...

12.05.2016 Китай и ВТО: навстречу роковой дате 11 декабря 2016 года. Катасонов В.Ю.

13 января сего года уполномоченные представители стран ЕС обсудили вопрос о придании Китаю статуса рыночной экономики и склонились в пользу положительного решения. Вроде бы всё идёт по плану. Дело в том, что еще 11 декабря 2001 года, когда был подписан Протокол о вступлении Китая в ВТО, Китаю был предоставлен срок до 15 лет, в течение которого он должен перестроить свою экономику, сделав ее «рыночной». Соответственно, Пекин рассчитывает, что не позднее 11 декабря 2016 года он добьётся от своего ведущего торгового парнтера – Евросоюза - признания рыночного характера китайской экономики. И тогда практика использования антидемпинговых пошлин в отношении китайских товаров отомрёт. Видно невооруженным глазом, что Вашингтон пытается сколотить единый западный фронт борьбы с «нерыночной» торговой экспансией Китая.

19.04.2016 Финансовые «пузыри» в Китае продолжают «лопаться», и это угрожает мировой экономике. Катасонов В.Ю.

Почему сегодня все макроэкономисты смотрят на показатель прироста ВВП, да потому, что все экономики долговые, и прирост ВВП показывает, сможет страна покрыть свои внешние обязательства или не сможет. Даже сами китайцы иногда говорят не особенно громко, что им нужен минимальный прирост 6%, потому что в Китае очень большой совокупный долг — 280% ВВП. А чтобы даже обслуживать этот долг, нужен прирост экономики, и он должен быть не меньше 5,5%

11.04.2016 Уроки «опиумных войн» для Китая и для России

06.04.2016 Золото китайского дракона. Катасонов В.Ю.

Юань против доллара. Почему возникло «китайское экономическое чудо», что происходит с золотым запасом Китая, станет ли юань мировой валютой, насколько крепка китайская экономика, будет ли Китай воевать с Америкой и какими должны быть российско-китайские отношения. Познавательное ТВ

24.03.2016 Про перспективы китайской экономики. monetary_policy

Почему Китай столкнулся с проблемой оттока капитала? Потому что инвестировать в Китае больше не во что. Фондовый рынок переоценен, рынок недвижимости переоценен, держать деньги на депозитах смысла нет, потому что курс юаня будет падать. Население старается вывезти деньги из страны любым способом. Правительство разрешает вывозить только 100000 юаней в течение 2016 года на человека (15 тысяч долларов), но это не помогает потому что есть миллион способов обойти это ограничение. Что дальше? Дальше будет обвал на рынке недвижимости... А знаете почему кончилось китайское экономическое чудо? Планета оказалась маловата для них. В сельском хозяйстве еще работает 300 млн человек, а весь мир уже завален ширпортебом и больше не нужно.

19.03.2016 Американо-китайская торговля как фактор дестабилизации мирового порядка. В. Катасонов

18.03.2016 IV сессия Всекитайского собрания народных представителей: итоги и перспективы. А. Гаврилюк

Китай: рывок в прекрасное будущее или прыжок в пропасть?

16.03.2016 Китай: мир ожидает серьезная встряска. А. Запольскис

Для России в тринадцатом китайском пятилетнем плане есть три важных момента. Во-первых, это возможность перенять опыт глобального реформирования всей национальной экономической модели с ее выводом из западного либерального тупика. Если российское правительство само не в силах сообразить, как это делается, то ему предоставляется возможность поучиться. Во-вторых, рост среднего класса в Китае означает рост внутреннего спроса, в том числе для российских товаров. Кроме того, китайский глобальный проект Экономического пояса Шелкового пути, охватывающий 70 стран мира, создает множество точек приложения сил и для российской экономики.

17.02.2016 Последние новости про Китай. monetary_policy

В 2008 году китайцы столкнулись с замедлением темпов роста своей экономики. И они придумали решение, поразившее всех своей новизной. Они придумали печатать деньги. Но, не просто печатать деньги, а печатать деньги в таких объемах чтобы весь мир заплакал от зависти. Чем китайцы думали когда накачивали экономику деньгами в таких объемах никто не знает. Процесс идет ровно по тому же сценарию, что в Японии и США.

05.02.2016 Китайские тайны эмигрировали в США. М. Коростиков

Перебежчик предположительно сдал спецслужбам сверхсекретную информацию

19.01.2016 Почему упали темпы китайского развития. Ю. Тавровский

В Китае первые пять лет генсек правит единолично, а на второе пятилетие у него появляется заместитель. Так, если раньше правил Ху Цзиньтау, а Си Цзиньпин был его наследником, то теперь правит Си Цзиньпин – ещё два года он будет править без наследника, а на следующем съезде партии ему выберут преемника. Си Цзиньпин разработал вместе со своими советниками, экспертами новую систему. Он новый предложил курс развития Китая, который называется «Новая норма», и с мая 2014 года Китай развивается по пути «Новой нормы». В частности, она предусматривает замедление темпов роста ВВП. То есть происходящее – запланировано.

16.01.2016 В Пекине открылась китайская альтернатива Всемирному банку

Financial Times: AIIB считается потенциальным соперником находящегося в Вашингтоне Всемирного Банка. С инициативой о его создании в 2013 году выступил глава КНР Си Цзиньпин. Соглашение о создании нового международного финансового института подписали в октябре 2014 года представители 21 страны, в том числе Индии, Сингапура, Вьетнама, Филиппин, Монголии, Бангладеш, Брунея, Камбоджи, Казахстана, Кувейта, Лаоса, Малайзии, Мьянмы, Непала, Омана, Пакистана, Катара, Шри-Ланки, Таиланда и Узбекистана. В июле 2015 года в AIIB вошла Россия.

14.01.2016 Китай обречён на катастрофу. Катасонов В.Ю.

Коммунистическая партия, коммунистическая идеология является лишь фиговым листочком, прикрывающим развитие Китая по пути зависимого полуколониального капитализма. За счет высокого уровеня потребления, экономического роста создается некая иллюзия того, что это некая альтернатива тому классическому капитализму, который существовал в Европе 300 лет. Но эта иллюзия скоро исчезнет.

15.12.2015 Концепции опережающего развития Востока. А. Маслов

Одним из ключевых вопросов обсуждения взаимоотношений Запада и Востока сегодня является вопрос о том, почему сегодня и, как кажется многим, внезапно Китай начал столь опережающее развитие, почему сегодня Европа как бы откатывается назад в своем экономическом развитии, а Азия приоритетным образом развивается. О традиционной модели развития экономики Китая, влиянии структуры питания на средний возраст людей и культурном климате города.

12.12.2015 По следу «красного дракона». Сможет ли Москва угнаться за Пекином? Нагорный А.

Каким будет место России в этом мире, решается не просто буквально "здесь и сейчас", это зависит не только от обитателей Кремля и от наших солдат в Сирии, не только от повстанцев Донбасса и от крымчан, переживающих украинский "блэкаут", — это зависит от каждого из нас. Россия мобилизуется — медленно, мучительно, преодолевая тяжкое сопротивление своего недавнего прошлого. Попытаемся разобраться в том, как это происходит.

28.09.2015 Китайский вызов Америке?

Визит председателя КНР Си Цзиньпина в США стал одним из заметных международных событий. Комментирует эксперт Игорь Панкратенко

26.09.2015 Крылья Дракона.

На фоне текущих усилий России, направленных на то, чтобы удержать своё геополитическое влияние имеющимися у страны средствами и попыток более активно формировать международную повестку — интересно посмотреть, какими действиями и в каких направлениях действует основной конкурент нынешнего мирового гегемона, поднимающийся и вовсю догоняющий США Китай. Анпилогов А.

06.09.2015 Китайский дракон: геополитические амбиции Поднебесной

Мир делится на две ниши бытия – Поднебесное государство и земли варваров. Китай жестко отделялся от некитайского варварства. И это видение воспроизводилось исторически тысячелетиями. Представление о том, что Китай цивилизационно интровертен, а потому никогда не нес и не будет нести в будущем идей внешней экспансии, исторически и методологически не верно. Ни одна цивилизация не может состояться без наличия планетарного проекта. Если нет этого планетарного проекта, нет и цивилизации. Вардан Багдасарян

03.06.2015 Три «НЕТ» Китая - не заключать союз с Россией, не противостоять США, не мстить Японии

КНР выпустила девятую по счету «Белую книгу», посвященную вопросам обороны (оригинал), пишет "Дуфан жибао"

02.06.2015 О стратегических задачах России в связи с новой военной доктриной Китая

Константин Душенов

22.05.2015 "Великая чистка" председателя Си

За два года в КНР под следствием оказались 182 тысячи чиновников и партаппаратчиков

21.05.2015 США и Китай остановились в шаге от вооруженного конфликта

06.05.2015 Помнить историю, открывать будущее. Си Цзиньпин

9 мая, в День Победы в мировой антифашистской войне, по приглашению президента Российской Федерации В.В. Путина я посещу Россию и приму участие в торжествах в Москве, посвященных 70-летию Победы в Великой Отечественной войне. Этот священный праздник буду отмечать вместе с российским народом и народами всего мира

04.05.2015 США — Китай: карта будущей войны

«Многие люди — возможно, большинство людей во всем мире — больше не уверены, следует ли думать о Китае как об обычной стране или как о мировой державе»; как о социалистическом или капиталистическом государстве, как о части Юга или уже части Севера...»

27.04.2015 АБИИ – китайский вызов гегемонии доллара

30.03.2015 Латинская Америка, Китай и США

Приход Китая в Латинскую Америку воспринимают в Вашингтоне как серьёзный геополитический вызов, как угрозу национальной безопасности

19.03.2015 Китайский майдан-89 и его могильщик Дэн

24.11.2014 Китайский код

Андрей Фефелов и Бронислав Виногродский о духовных истоках китайской цивилизации, пятикнижии Конфуция и целостности китайской нации.

14.12.2016 Российско-китайские отношения и новая стратегия Соединённых Штатов

На фото: Пекин. Почётный караул у мавзолея Мао

Буквально за несколько часов до оглашения итогов выборов в Америке делегация Изборского клуба встречалась с пекинскими финансистами и политологами. Китайский деятель весьма крупного масштаба заявил тогда: в обозримой перспективе нас беспокоят три вопроса. Во-первых, какую политику в отношении Китая будет проводить Клинтон. Во-вторых, что будет с российской экономикой. В-третьих, каковы будут последствия "Брекзита". Среди наших собеседников никто не сомневался в поражении Дональда Трампа.

Уже на следующее утро было любопытно наблюдать удивление видных представителей китайского экспертного сообщества вестями из-за океана. Ведь в справках и прогнозах "на самый верх" предсказывалась уверенная победа Хиллари Клинтон. Перефразировав русскую пословицу, можно сказать "Старый враг лучше новых двух". В самом деле, манеру поведения бывшей первой леди и недавнего госсекретаря изучили досконально, интересы стоящих за ней "групп влияния" просчитывали отлично. А тут вдруг появляется деятель малоизвестный и непредсказуемый, способный на резкие слова и неожиданные поступки. Солидной и неспешной китайской дипломатии, пожалуй, впервые предстоит непрерывно решать уравнения с большим количеством неизвестных.

Разбившись на небольшие кружки по интересам, мы стали обсуждать победу Трампа и пытаться предсказать его первые действия. Мне удалось сильно удивить собеседников предположением, что Трамп унаследует важнейшую составляющую внешней политики своего предшественника — тихоокеанскую. Вот каковы были мои аргументы.

Не справившись с противниками, усмирять союзников

Придя к власти, Барак Обама провозгласил себя "тихоокеанским президентом". Могли сказаться воспоминания юности, проведённой в доме бабушки на Гавайских островах. Там он — бывают же совпадения! — посещал миссионерскую школу, в которой за много десятилетий до этого учился первый президент Китайской Республики Сунь Ятсен. Но дело, конечно же, вовсе не в этом. Обама и стоявшие за ним силы уже тогда опасались начавшегося "мирного возвышения Китая".

После унизительных поражений во время тихоокеанских битв Второй мировой войны: бомбежки Пёрл-Харбора, разгрома и пленения американских войск на Филиппинах, страшных жертв при штурме Окинавы и других островов Японии, — Вашингтон стал очень нервным и имел все основания оставаться таковым и в послевоенные десятилетия. Этому сильно поспособствовала "потеря Китая" после победы китайских коммунистов и бегство клиентов США на Тайвань. Вырванная с трудом "ничья" в Корейской войне и фиаско в войне Вьетнамской только усилили привычку американских правящих кругов ожидать неприятностей с просторов Тихого океана и омываемых им стран Азии.

Неприятные сюрпризы не заставили себя ждать и начались где-то в конце 70-х годов в форме "японского экономического чуда". Что делать с соперниками на поле боя, американцы знали: удары авианосных групп, высадки морской пехоты. Но разбомбить заводы "Тойоты" или "Сони", высадить десант в токийском финансовом центре Маруноути как-то не представлялось возможным.

Работая в Токио в 80-е годы, я был свидетелем торговой войны с военно-политическим союзником, разделявшим идеалы либерализма и рыночной экономики, скопировавшим многие институты американского общества. Американцы непрерывно ужесточали требования "притормозить" экспорт и скупку "чувствительных" активов, от студий Голливуда до небоскрёбов в Нью-Йорке, открыть японские рынки для импорта риса, снять ограничения для других "священных" для японцев отечественных товаров. Но постепенно главным требованием стало повысить курс японской иены по отношению к доллару. Японцы кланялись всё ниже, виновато улыбались всё шире, но ревальвацию не начинали. Только к 1985 году открытый и скрытый нажимы сделали своё дело, и Япония подписала "соглашение отеля Plaza". Иена и цены на экспортные товары подорожали, промышленность резко сбавила темпы развития, экспорт упал, рынок недвижимости "схлопнулся". О "японском экономическом чуде" больше никто не вспоминал.

По совету многомудрых Киссинджера и Бжезинского похожую ловушку приготовили и для Китая. В 2009 году президент Обама приехал с визитом в Пекин и предложил председателю Ху Цзиньтао ни больше, ни меньше как совместное господство в мире. Крупным шрифтом было набрано "G-2", гегемония двух держав. Шрифтом помельче были записаны разъяснения: Штаты будут старшим, а Китай — младшим партнером. Однако то ли Пекин вообще не собирался ни с кем заключать "Священный Союз", то ли уже тогда хотел чего-то большего. Предложение было отвергнуто.

За двумя тиграми погонишься…

Ответом Вашингтона стала разработка комплексной стратегии сдерживания Поднебесной всеми имеющимися средствами. Первая линия окружения была традиционной, военной. Собрать у берегов Китая две трети судов U.S.Navy. Активизировать соглашения с давними союзниками — Японией, Южной Кореей, Филиппинами и Таиландом. Создать угрозу главному маршруту транспортировки экспорта и импорта через Малаккский пролив, разместив в Сингапуре боевые суда и самолёты. Всё это предусматривала концепция "Pivot to Asia" ("Поворот к Азии"), оглашённая госсекретарём Хиллари Клинтон в 2011 году. Ради концентрации сил на этот антикитайский "поворот" Белый дом был готов даже сократить масштабы вмешательства в других районах мира, уйти из Афганистана и других "горячих точек".

Вторая линия называлась Транстихоокеанское торговое партнёрство (ТТП), которое должно было объединить в зону свободной торговли 12 стран тихоокеанского бассейна, кроме самой крупной торговой державы — Китая. Во имя сдерживания Пекина Вашингтон пошёл на целый ряд уступок другим странам-членам ТТП, подчас — даже вопреки собственным экономическим интересам. Именно эти уступки стали причиной затягивания ратификации уже подписанного документа в Конгрессе и резкой критики данного соглашения со стороны как республиканского, так и демократического кандидатов в президенты США.

Неудача договора о ТТП, на мой взгляд, была закономерным следствием попытки одновременно создать ещё одну новую зону свободной торговли — Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство (ТТИП). Это объединение должно было ещё сильнее привязать Евросоюз к США и, в частности, увековечить санкции против России, создать вокруг нашей страны кольцо экономической блокады вдобавок к НАТО. Американской дипломатии и самому Бараку Обаме пришлось и в этом случае преодолевать сопротивление потенциальных участников, включая Францию и других членов ЕС. Новые уступки, новое недовольство в Вашингтоне…

Распыление сил на геоэкономических фронтах сопровождалось такими же действиями на фронтах геостратегических. Так и не выбравшись из афганской ловушки, Вашингтон попал в новые: в Сирии, Ливии, Ираке, на рубежах России. Были и достижения: удалось резко ухудшить связи между Японией и Китаем из-за островов в Восточно-Китайском море, между странами Юго-Восточной Азии и Китаем из-за островов и морских пространств Южно-Китайского моря. Провоцируя Пхеньян на гонку вооружений, США в качестве "защитных мер" стали размещать ракетные комплексы THAAD в Южной Корее.

Однако баланс удач и провалов сложился явно отрицательный. Китай не удалось сдержать ни в военном, ни в экономическом отношении. В ответ на активизацию военных приготовлений у своих берегов Пекин укрепил цепь островов Южно-Китайского моря, создав, по существу, выдвинутый в сторону США новый рубеж обороны. Ускоренно строится океанский флот, включающий авианосцы и новейшие подводные лодки. Создана самостоятельная космическая группировка и система киберзащиты.

Взяв курс на выход из "вашингтонского консенсуса", Китай приступил к созданию альтернативного "пекинского консенсуса". При доминирующей роли китайских капиталов возникло сразу несколько финансовых институтов глобального масштаба: Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, Фонд "Шёлковый путь", Новый банк БРИКС. С недавним включением в "корзину" резервных валют МВФ китайский юань окончательно превратился в мировую валюту. Ответом на переговоры о создании ТТП стало всё более популярное предложение образовать в этом же районе мира Всеобъемлющее региональное экономическое партнёрство (ВРЭП). Успешно продвигается реализация выдвинутой в 2013 году инициативы "Один пояс и один путь", призванной, в первую очередь, направить торговые потоки между Китаем, Ближним Востоком и Европой по безопасным континентальным маршрутам подальше от американских военных баз в Тихом и Индийском океанах.

"Разворот к Америке" не означает "Отворот от Азии"

Провал попыток военного и экономического сдерживания КНР к концу правления Обамы стал очевиден. Он стал важнейшей темой предвыборных выступлений не только республиканца Трампа, но даже поддержанной демократами бывшего госсекретаря Клинтон, лично огласившей "Поворот к Азии" в 2011 году. Однако ни один из двух претендентов не говорил об отказе от конфронтации с Китаем и поиске новых форм взаимодействия двух финансово-экономических систем. Речь шла только о выборе новых, более эффективных средств борьбы. Заявив о намерении понизить уровень конфронтации с Россией, покончить с войнами в мусульманском мире, в которых американские генералы не могут добиться победы, сократить военное присутствие в странах Европы и Азии, не желающих оплачивать американский "зонтик", Дональд Трамп ничего не говорил о "разрядке" с Китаем. Напротив, он грозил резко нарастить число авианосцев и других боевых судов, объявить торговую войну Китаю, обложив пошлиной в 45% товары из Поднебесной. Огласив смертный приговор ТТП, Трамп одновременно заявил о намерении заключить "жёсткие" двусторонние соглашения со странами тихоокеанского бассейна, при помощи которых можно будет контролировать уровень их связей с "красным драконом".

Но главное — "символ веры" Трампа, выраженный словами "Америка на первом месте" (America first!), исключает возможность сосуществования на равных с любой другой державой мира. Единственная страна, способная сегодня претендовать на такие отношения, — это Китай. Именно модель равенства заложена в концепции "нового типа отношений мировых держав", выдвинутой Председателем КНР Си Цзиньпином ещё в 2013 году. Эту концепцию он несколько раз безуспешно предлагал Бараку Обаме, отказываясь поступиться национальными интересами своей страны и согласиться на первенство США. Никаких уступок не стоит ожидать Трампу и в ходе весьма вероятных контактов на высшем уровне вскоре после начала деятельности новой администрации. Несмотря на существование в китайской элите, включая партийное руководство, сильных проамериканских настроений, товарищи по партии могут "не понять" любую слабину в отношениях с Трампом. Ведь первый год правления нового президента станет предвыборным для председателя Си Цзиньпина, которому в декабре 2017-го придется побороться за переизбрание на ещё один пятилетний срок.

Российский угол Тихоокеанского треугольника

Выслушав мои доводы в пользу продолжения новыми властями США старой политики сдерживания КНР, мои пекинские собеседники задали вполне логичный вопрос: какова будет позиция России? Не захотят ли в Москве встать над американо-китайской конфронтацией и получать выгоду в обмен на поддержку то одной, то другой стороны?

Свой ответ я начал с того, что у каждой из великих держав треугольника есть свои национальные интересы. Они могут меняться, создавая различные конфигурации в "треугольнике". Китай при Мао Цзэдуне и, особенно, при Дэн Сяопине мастерски сыграл на американо-советском противостоянии и за переход на сторону Америки получил огромные финансовые и технологические ресурсы, без которых не состоялось бы "китайское экономическое чудо". Национальные интересы СССР и КНР, совпадавшие до конца 50-х годов, окончательно разошлись.

На протяжении примерно последних 10 лет США осуществляют политику одновременного сдерживания как России, так и Китая, что подталкивало две наши страны если не к военному союзу, то к той или иной форме стратегического взаимодействия. В Вашингтоне вряд ли хотели получить такой побочный эффект, но не могли действовать иначе. Исходя из собственного понимания национальных интересов, правящие круги Соединённых Штатов стремятся не допустить утраты статуса мирового гегемона, а также эмитента глобальной валюты — доллара. Понадеявшись на слабость России после распада Советского Союза и присоединения её экономики к "вашингтонскому консенсусу", они были поражены и возмущены всё более независимым поведением Москвы на мировой арене. Доведя конфронтацию до грани мировой войны, Вашингтон не решился её перейти и будет впредь только "жать на тормоза". В то же время о прекращении гибридной войны и подрывной деятельности в области экономики вряд ли стоит даже мечтать. Таким образом, центр тяжести американской стратегии сдерживания, как обещал Трамп, скорее всего, переместится на Китай. Уже в ближайшие месяцы можно ожидать обострения торговой войны, а также крупных провокаций по периметру границ Поднебесной — в первую очередь на Тайване.

Национальные интересы подвергающихся давлению России и Китая, как минимум, в обозримом будущем будут совпадать на стратегическом уровне. Накопившееся за последние месяцы разочарование состоянием торгово-экономических отношений отступает на второй план перед новыми вызовами. В Москве не могут не понимать, что возможное временное снижение накала антироссийских действий будет объясняться именно стремлением покончить с характерным для режима Обамы распылением сил и средств ради концентрации на главном фронте, против Китая. При этом на создание раскола между Москвой и Пекином будут брошены мощные средства: жонглирование санкциями, дипломатия, пропаганда, действия агентов влияния в национальных элитах. На нескольких "круглых столах" и телевизионных ристалищах последних дней мне уже довелось слышать предложения "продать Китай подороже". К чести участников этих мероприятий отмечу, что пробные шары катали считаные единицы, а остальные эксперты в резкой форме осаживали их. Тем не менее в китайской печати уже появились встревоженные статьи на тему возможного изменения позиции России в условиях надвигающихся неприятностей с Америкой.

Конечно, наши национальные интересы, в значительной степени совпадающие сейчас с китайскими, могут с течением времени поменяться. Да и китайские интересы когда-то могут измениться. Но в Москве и Пекине сейчас правят реалисты. Они видят неизменность американских интересов, которые состояли в прошлом, состоят сейчас и будут состоять вечно в устранении любых мощных держав, способных конкурировать с США. Следовательно, ни России, ни Китаю не стоит питать иллюзий и надеяться, что кого-то из них "минует чаша сия". Не минует. При этом лучше всего, словами китайской пословицы, "быть вместе, как зубы и губы".

Не знаю, согласились ли с этими аргументами китайские коллеги. Но надеюсь, что российские читатели примут мою сторону.

Тавровский Ю.

http://izborskiy-club.livejournal.com/597819.html

13.12.2016 Грядущая война с Китаем.

Когда я впервые приехал в Хиросиму, тени на ступенях ещё были. Там были почти идеальные отпечатки расслабленной позы человека: ноги врозь, спина выгнута, рука сбоку, она сидит и ждет открытия банка. В четверть девятого утром 6 августа 1945 года она вспыхнула и её силуэт и отпечатался на граните. Я таращился на тень час или больше, это было незабываемо. Когда много лет спустя я вернулся, ничего уже не было: всё было стёрто, «исчезло», стало политически затруднительным.

Автор фильма «Грядущая война с Китаем»: Мир висит на волоске. RT

Самая большая опасность тут не в новостях, скрыты они или искажены, а в барабанном бое фальшивых новостей ведущих СМИ, которые вторят психопатическому страху, укоренившемуся в общественном сознании за 20-е столетие.

Как и восстановление пост-советской России, возвышение Китая как экономической державы объявлено «угрозой существованию» дарованного Богом права США править и доминировать в делах человеческих.

Чтобы этому противодействовать, в 2011-м президент Обама объявил о «развороте к Азии», означающему, что к 2020 году почти две трети американских ВС будут переброшены в Азию и Тихоокеанский регион. Сегодня более 400 американских военных баз с ракетами, бомбами, военными кораблями и, помимо прочего, ядерным оружием окружают Китай. От Австралии к северу через Тихий океан до Японии, Кореи и по всей Евразии до Афганистана и Индии, базы формируют, как сказал один американский стратег, «идеальные узы».

идеальные узы

Исследование корпорации РЭНД — которая со времён Вьетнама планировала войны Америки — озаглавлено «Война с Китаем: размышления о немыслимом». В книге Кана «О термоядерной войне» проработан план «победоносной» ядерной войны против Советского Союза.

Сегодня его апокалипсический взгляд разделяют те, кто обладает реальной властью в США: милитаристы и неоконсерваторы в исполнительной власти, Пентагон, разведка и верхушка «национальной безопасности» и Конгресса.

Нынешний министр обороны и многословный провокатор Эшли Картер твердит, что политика США — противодействовать тем, «кто видит доминирование Америки и хочет нас этого лишить».

При всех попытках определить отход во внешней политике, это определённо взгляд Дональда Трампа, чьё оскорбление Китая во время избирательной кампании содержало и «насилование» американской экономики. 2 декабря, прямо провоцируя Китай, избранный президент Трамп говорил с президентом Тайваня, который Китай считает отколовшейся от центра провинцией. Вооружённый американскими ракетами Тайвань — давний очаг напряжённости между Вашингтоном и Пекином.

«США, — пишет Амитай Этзиони, профессор международных отношений в университете Джорджа Вашингтона, — готовятся к войне с Китаем, это весомое решение, которое до сих пор не могло получить тщательный обзор избранных официальных лиц, а именно — Белого Дома и Конгресса». Эта война начнется с «ослепительных атак на недоступные китайские объекты, в том числе наземные и морские ракетные установки … спутники и анти-спутниковое вооружение».

Непрогнозируемый риск — в том, что «удары по территориям в глубине страны могут быть ошибочно восприняты китайцами, как упреждающие попытки вынудить использовать его ядерное оружие, что загонит их в угол дилеммы «что страшнее, использовать или сдаться», ведущей к ядерному конфликту.

В 2015 году Пентагон обнародовал «Руководство о правилах ведения войны» (Law of War Manual), в котором говорится, что «США приняли по договору право, запрещающее использование ядерного оружия непосредственно (per se), и, таким образом ядерное оружие стало законным для США средством».

В Китае, как мне сказали стратеги, «мы не ваши враги, но если вы решите, что таковы, мы должны быть готовы, и без промедления». Войска Китая и арсенал малы в сравнении с американскими. Однако, «Впервые», писал Грегори Кулачи из «Союза встревоженных учёных», «Китай осуждает приведение своих ядерных сил в состояние повышенной боеготовности, чтобы они могли немедленно быть применены в случае нападения... Это существенное и опасное изменение китайской политики... В самом деле, политика в области ядерного оружия США — наиболее важный внешний фактор, влияющий на китайских сторонников повышения уровня готовности ядерных сил Китая».

Профессор Тед Постол был научным советником главы морских операций США. Будучи авторитетом в области ядерного оружия, он мне сказал: «Тут каждый хочет выглядеть крутым. Понимаешь, я стал крутым... Я не боюсь применять оружие, а не боюсь угроз, я — этакая волосатая горилла. И мы попали в ситуацию, США попали в ситуацию, где много бряцают оружием, и это организовано на самом верху».

Я заметил:

«Это выглядит крайне опасным».

«Это ещё мягко сказано».

В 2015 году в обстановке полной секретности США провели крупнейшие со времён холодной войны военные учения. Назывались они «Заколдованный клинок» (Talisman Sabre), и по их сценарию армады кораблей и бомбардировщиков дальнего радиуса действия отрабатывали «Воздушно-морскую концепцию битвы с Китаем» — ASB — блокируя морские пути в Малаккском проливе и отрезая Китая от поставок нефти, газа и другого сырья с Ближнего Востока и Африки.

Именно эта провокация и опасения блокады флотом США заставили Китай в ускоренном темпе выстраивать стратегические посадочные полосы на спорных рифах и отмелях островов Спратли в Южно-Китайском море. В июле прошлого года Постоянная палата третейского суда ООН вынесла решение, ограничивающее претензии Китая на суверенитет над этими островами. Хотя сами действия были предприняты Филиппинами, но их представляли ведущие американские и британские юристы, и следы вели к Госсекретарю Хиллари Клинтон.

Атолл Бикини

В 2010 году Клинтон отправилась в Манилу. Она потребовала, чтобы бывшая американская колония вновь открыла военные базы США, закрытые в 1990-х после народной кампании против насилия, которое они создавали, особенно в отношении филиппинских женщин. Она объявила претензии Китая на острова Спратли — которые находятся в 7500 миль от США — угрозой «национальной безопасности» и «свободе навигации».

Получив вооружений и военного снаряжения на миллионы долларов, тогдашнее правительство президента Бенино Аквино прервало двусторонние переговоры с Китаем и подписало засекреченное соглашение об усилении сотрудничества в области обороны с США. В соответствии с ним были организованы пять временных американских военных баз, и восстанавливалось положение колониальных времён о том, что американские военные и подрядчики обладают иммунитетом перед филиппинскими законами.

Избрание Родриго Дутерте в апреле заставило Вашингтон потерять самообладание. Называя себя социалистом, Дутерте заявил: «В наших отношениях с миром Филиппины будут придерживаться независимой внешней политики», и отметил, что США ещё не принесли извинений за свои колониальные зверства. «Я порву с Америкой», сказал он и пообещал выдворить американские войска. Но США остаются на Филипинах, и совместные военные учения продолжаются.

В 2014 году под прикрытием «информационного доминирования» — означающего манипуляции СМИ или фальшивые новости, на которые Пентагон тратит более $4 миллиардов — администрация Обамы начали пропагандистскую кампанию, которая выставляет Китай, самую крупную торговую страну в мире, угрозой «свободе навигации».

Дорожку торило «Си-эн-эн», их «репортёры национальной безопасности» возбужденно вещали с борта самолёта наблюдения Флота США над Спратли. «Би-би-си» убедило перепуганных филиппинских пилотов пролететь на одномоторной «Сессне» над спорными островами «чтобы увидеть, как будут реагировать китайцы». Никто из этих репортёров не задался вопросом, почему китайцы строят посадочные полосы вдали от собственного побережья или почему американские военные силы накапливаются на самом пороге Китая.

Главой пропагандистов был назначен адмирал Гарри Гаррис, командующий войсками США в Азии и Тихом океане. «Моя зона ответственности» заявил он в интервью «Нью-Йорк Таймс», «простирается от Болливуда до Голливуда, от полярных медведей до пингвинов». Никогда ещё имперское доминирование не описывали столь точно.

Гаррис — один из своры адмиралов и генералов Пентагона, выступающих на брифингах перед отобранными, уступчивыми журналистами и ведущими с целью оправдать угрозы столь же ложные, как и те, которыми Джордж Буш и Тони Блэр оправдывали опустошение Ирака и большей части Ближнего Востока.

В сентябре в Лос-Анжелесе Гаррис заявил, что он «готов противостоять реваншистской России и агрессивному Китаю... Если нам придётся сегодня вечером идти в бой, я бы не хотел честной битвы. Если будет поножовщина, я бы взял ружье. Если перестрелка, я бы прихватил артиллерию... и всех наших партнёров с их артиллерией».

В число этих «партнёров» входит Южная Корея, стартовая площадка пентагоновского комплекса высотной зональной противоракетной обороны на театре военных действий, известного как THAAD, якобы нацеленного на Северную Корею. Как указывает профессор Постол, она нацелена на Китай.

В австралийском Сиднее Гаррис призвал Китай «разрушить свою Великую Стену в Южно-Китайском море». Образное сравнение попало на первые страницы газет. Австралия — самый раболепный «партнёр» Америки, её политическая элита, военные, разведывательные агентства и СМИ интегрированы в нечто, известное как «альянс». Не так уж необычно перекрытие Сиднейского моста ради проезда прибывшего «сановника» американского правительства. Такой чести удостоился и военный преступник Дик Чейни.

Хотя Китай — крупнейший торговый партнёр Австралии, от которого во многом зависит национальная экономика, «конфронтация с Китаем» диктуется Вашингтоном. Немногие политические инакомыслящие в Канберре рискуют порочить «маккартистов» в мердоковской прессе. «Вы, австралийцы, с нами и будь что будет», сказал один из архитекторов Вьетнамской войны МакДжорддж Банди. Одна из самых важных баз — Пайн Гэп, вблизи Элис Спрингс. Основанная ЦРУ, она шпионит за Китаем и всей Азией, и вносит крайне значительный вклад в убийственную войну Вашингтона на Ближнем Востоке.

В октябре Ричард Марлс, пресс-секретарь по обороне ведущей австралийской оппозиционной партии, Лейбористов, потребовал, чтобы «оперативные решения» в провокационных действиях против Китая в Южно-Китайском море были предоставлены военному командованию. Иными словами, решение, которое могло означать войну с ядерной державой, должно было приниматься не избранным руководителем или парламентом, а адмиралом или генералом.

Такова линия поведения Пентагона, отправная историческая точка для любого государства, называющегося демократией. Влияние Пентагона в Вашингтоне — что Дэниэл Эллсберг назвал молчаливым переворотом — нашло своё отражение в рекордных $5 триллионах, потраченных Америкой на агрессивные войны после 9/11, судя по исследованию Университета Брауна. Миллион погибших в Ираке и 12 миллионов бежавших как минимум из четырёх стран — вот последствия.

На японском острове Окинава — 32 военных объекта, с которых США нападали на Корею, Вьетнам, Камбоджу, Афганистан и Ирак. Сегодня главной мишенью стал Китай, к которым у жителей Окинавы тесные культурные и торговые связи.

Окинава

В небе над Оканавой постоянно присутствуют военные самолёты, иногда они падают на дома и школы. Люди не могут уснуть, учителя не могут преподавать. Куда бы они не пошли в собственной стране, они натыкаются на заборы и предупреждения о запрете прохода.

Народное движение жителей Окинавы резко усилилось после того, как в 1995 году банда американских военных изнасиловала 12-летнюю девочку. Это было одним из сотен подобных преступлений, многие остались безнаказанными. Едва ли признаваемое в мире, сопротивление обеспечило избрание первого губернатора-противника баз Такеши Онады и стало необычным препятствием для правительства в Токио и планов ультра-националиста премьер-министра Шинзо Абе пересмотреть «мирную конституцию» Японии.

В сопротивление входит Фумико Шимабуруко, ей 87 лет, она пережила Вторую Мировую войну, когда четверть жителей Окинавы погибли при американском вторжении. Фумико и сотни других нашли убежище в прекрасном Заливе Хеноко, за сохранение которого теперь борются. США намереваются уничтожить залив, чтобы удлиннить взлётные полосы для своих бомбардировщиков. «У нас есть выбор», говорит она, «молчание или жизнь». Когда мы мирно собирались около американской базы Кэмп Шваб, гигантские вертолёты Sea Stallion кружили над нашими головами без каких-либо причин, просто чтобы запугать.

Около американской базы Кэмп Шваб

За Восточно-Китайским морем лежит корейский остров Джеджу, субтропический заповедник, и ЮНЕСКО объявила его объектом, имеющим статус «Всемирного наследия», «островом мира в мире». На этом острове мира в мире менее чем в 400 милях от Шанхая выстроена одна из самых провокационных военных баз в мире. В рыболовецкой деревне Гангджеонг доминирует морская база Южной Кореи, целенаправленно построенная для американских авианосцев, ядерных подлодок и эсминцев с корабельными интегрированными многофункциональными боевыми системами «Иджис», нацеленными на Китай.

Народному сопротивлению этим приготовлениям к войне на Джеджу уже скоро десять лет. Ежедневно часто дважды в день жители деревни, католические священники и их сторонники со всего мира собираются и блокируют ворота базы. В стране, где политические демонстрации зачастую запрещены, в отличие от влиятельных религий, подобная тактика обеспечивает вдохновляющее зрелище.

Один из руководителей, отец Мун Дженг-йен сказал мне:

«Я пою четыре песни на базе ежедневно, вне зависимости от погоды, я пою во время тайфуна — исключений нет. Чтобы построить эту базу, они разрушили окружающую природу и жизнь жителей деревни, и мы должны засвидетельствовать это. Они хотят править Тихим Океаном. Они хотят изолировать Китай. Они хотят быть императорами мира».

Я летел с Джеджу в Шанхай впервые почти поколение назад. Когда прошлый раз я был в Китае, самый громкий звук — я это помню — был звук велосипедных звонков, недавно умер Мао Цзе Дун и города казались тёмными, там соперничали ощущение беды и ожидание. Через несколько лет Ден Сяопин, «человек, изменивший Китай», стал «высшим руководителем». Но ничто не подготовило меня к сегодняшним потрясающим переменам.

Китай представляет собой изысканную иронию, равно как и домик в Шанхае, где в 1921-м Мао с товарищами втайне организовали Коммунистическую партию Китая. Сегодня он стоит в самом сердце капиталистического района судоходства; вы выходите из этой коммунистической святыни с маленькой красной книжкой-цитатником и пластиковым бюстом Мао и попадаете в объятия «Старбакс», «Эппл», «Картье», «Прада».

Бы бы Мао шокирован? Сомневаюсь. За пять лет до его Великой Революции 1949 года он направил тайное письмо в Вашингтон. «Китай должен быть индустриализован», писал он. «Это можно сделать лишь с помощью свободного предпринимательства. Китайские и американские интересы совпадают, экономически и политически. Америке не стоит опасаться, что мы не будем сотрудничать. Мы не можем рисковать пойти на конфликт».

Мао предлагал встретиться с Франклином Рузвельтом в Белом Доме, потом — с Гарри Труменом, потом — с Дуайтом Эйзенхауэром. Ему отказывали или просто игнорировали. Возможность, которая могла изменить современную историю, воспрепятствовать войне в Азии и спасти бесчисленные жизни была утеряна, поскольку истина об этих попытках в 1950 году отрицалась Вашингтоном, «когда застывшая в трансе холодная война — как писал критик Джеймс Нейрмор — держала нашу страну жесткой хваткой».

Фальшивые новости ведущих СМИ, снова представляющие Китай угрозой — той же самой ментальности.

Мир неотвратимо сдвигается к востоку: но удивительный образ Евразии из Китая едва ли понимают на Западе. «Новые Шелковые Пути» — лента высокоскоростных железных дорог, трубопроводов, портов и торговли до самой Европы. Мировой лидер в области железнодорожных технологий, Китай ведёт переговоры с 28 странами относительно маршрутов, на которых поезда будут ходить со скоростью до 400 км/час. Подобная открытость миру получила одобрение большей части человечества и инициирована она Китаем и Россией.

«Я считаю, что американская исключительность — вот основа моего существования», сказал Барак Обама, воскресив фетишизм 1930-х. Современный культ превосходства и есть американизм, главный хищник мира. При либеральном Обаме, лауреате Нобелевской премии Мира, расходы на ядерные боеголовки выросли больше, чем при любом другом президенте со времён окончания холодной войны. Конструируется ядерное оружие сверхмалой мощности. Оно известно, как В61 модель 12, и будет означать — по словам генерала Джеймса Картрайта, бывшего заместителя председателя Объединённого комитета начальников штабов — что «уменьшение [делает его использование] более осуществимым».

В сентябре Атлантический Совет, ведущий геополитический экспертный совет США, , опубликовал доклад, в котором предсказан гоббсовский мир, «отмеченный разрушением порядка, крайним экстремизмом и эрой постоянной войны». Новыми врагами стали «возрождающаяся» Россия и «всё более агрессивный» Китай. И только героическая Америка можем нас спасти.

В подобном милитаризме присутствует определённое слабоумие. Ну, словно «Американский Век» — о котором объявил в 1941 году американский империалист Генри Льюс, владелец журнала «Тайм» — окончился так, что никто и не заметил, и ни у кого не хватило отваги посоветовать императору забрать оружие и отправляться домой.

Примечание:

* — в Британии 111-минутный фильм представлен компанией Dartmouth Films 5 декабря 2016 года.

Джон Пилджер

http://polismi.ru/kultura/krizis-zhanra/1548-gryadushchaya-vojna-s-kitaem.html

______________________________

Джон Пилджер (John Richard Pilger) - родился 9 октября 1939 г, в Австралии, место постоянного проживания Англия (Лондон). Джон Пилджер известный журналист, публицист, режиссер более 60 документальных фильмов, представитель британских левых. Джон Пилджер является одним из всего двух людей кто получил звание лучший британский журналист года дважды, в 2009 г. был удостоен Сиднейской премии мира.

Джон Пилджер автор одиннадцати книг, обладатель более двадцати премий и наград, имеет ученые степени доктор права, доктор философии, доктор искусств, доктор филологии в нескольких университетах.

Биография

Джон Пилджер родился в Бонди, пригород Сиднея. Увлекаться журналистикой начал в юности, обучаясь в Сиднейской школе (Sydney Boys High School) работал в редакции студенческой газеты Messenger. Джон Пилджер начал свою трудовую деятельность в 1958 году, как курьер в газете Sydney Sun, позже он перешел в Daily Telegraph и в начале 60-х был приглашен в британскую Daily Mirror.

В Daily Mirror Джон Пилджер полностью реализовал себя как журналист, он стал звездой репортажа по острым социальным вопросам. Пилджер был военным корреспондентом во Вьетнаме, Камбодже, Египте, Индии, Бангладеш, Республике Баифа и других горячих точках планеты.

5 июня 1968 года Джон Пилджер стал свидетелем убийства Роберта Ф. Кеннеди. По этому поводу в свое время Пилджер высказался "нет никаких сомнений, что существует еще один боевик" (стрелок).

С самого начала своей профессиональной деятельности, будучи военным корреспондентом во Вьетнаме, Джон Пилджер выступал с резкой критикой в адрес внешней политики Запада, в частности США. Будучи убежденным что она обусловлена исключительно империалистическим целями. Джон Пилджер критик австралийской государственной политики по вопросам расизма и обращения с коренными народами Австралии. Так же не одобряет политику бывшего президента Соединенных Штатов Джорджа Буша и экс премьер-министра Великобритании Тони Блэра, в отношении Ирака, поддержки внешней политики Израиля, считая их военными преступниками. Пилджер осуждает Тони Блэра за поддержку действий Израиля в ходе конфликта 2006 года между Израилем и Ливаном, он также утверждал, что Блэр дал разрешение премьер-министру Израиля Ариэлю Шарону в 2001 году начать операцию "Оборонительный щит". Пилджер также критикует президента США Барака Обаму, назвая его "глянцевый дядя Том, который будет бомбить Пакистан."

В 1970 году Джон Пилджер снял свой первый документальный фильм с символическим названием "Тихий бунт" (The Quiet Mutiny). Снятый в военном лагере Снаффи, фильм является своеобразным исследованием психологического состояния военнослужащих США во время вьетнамской войны. "Тихий бунт" показывает реакцию солдат на войну, их моральное состояние. "Когда я прилетел в Нью-Йорк и показал его Майку Уоллесу, корреспонденту CBS, он согласился со мной "это настоящий позор, мы не можем показать его в Америке"", Джон Пилджер, интервью New Statesman.

В 1979 году после свержения режима Пол Пота, Пилджер и двое его коллег, Дэвид Мунро (David Munro) и фотограф Эрик Пайпер (Eric Piper), отправляются в Камбоджу. Они проводят серию эксклюзивных репортажей, первый из которых занял почти весь Daily Mirror. Итогом поездки стал документальный фильм "Нулевой год: Тихая смерть в Камбодже" (Year Zero: the Silent Death of Cambodia), фильм описывает гуманитарную катастрофу и последствия правления Пол Пота. Благодаря ленте удалось собрать около 50 млн. долларов благотворительных взносов, это была первая существенная помощь камбоджийскому народу. Директор Oxfam Брайан Уокер (Brian Walker) сказал "Благодаря "Нулевому году" англичане проявили солидарность и сострадание". Во время съемок в Камбодже Пилджер был предупрежден, что он находится "в списке смерти красных кхмеров", но благодаря бдительности съемочной группы удалось избежать засад. Британский институт кино (British Film Institute) описал "Нулевой год" как один из десяти самых влиятельных документальных фильмов 20-го столетия.

В 1993 году Пилджер снимает "Смерть нации: Тиморский заговор" (Death of a Nation: The Timor Conspiracy). Откровения этого фильма, ужасы индонезийской оккупации Восточного Тимора вызвали бурю общественного негодования. По всему миру прошли акции протестов, что поспособствовало уходу индонезийской армии. Когда "Смерть нации" был показан в Австралии, министр иностранных дел Гарет Эванс (Gareth Evans) заявил, что Пилджер "дает искаженную информацию смешанную с ханжеством". Что не удивительно, ведь австралийское правительство поддерживало индонезийскую агрессию и препятствовала деятельности тиморского освободительного движения в мире.

Фильм "Украденная нация" (Stealing a Nation) снятый в 2004 году, проливает свет на антигуманные действия английского правительства. В 1960—1970-х гг, британские власти, в сговоре с американскими чиновниками, выселили всех коренных жителей архипелага Чагос, выплатив мизерную компенсацию поселили в трущобах Маврикия. Целью депортации служило создание на острове Диего-Гарсия крупной американской военной базы, откуда авиация США бомбила Афганистан и Ирак. В 2000-м году Высокий Суд Англии подтвердил, что выселение было незаконным и что жители острова имеют право вернуться. Практически сразу Великобритания известила, что возвращение невозможно по причинам наличия договора аренды с США. В 2004 году правительство Великобритании выдало два указа, запрещающих жителям архипелага когда-либо вернуться домой.

В фильме "Война с демократией" (The War on Democracy), One World Media Awards назвала его лучшим документальным фильмом. Джон Пилджер исследует исторические и нынешние отношения Вашингтона со странами Латинской Америки и роль вмешательства США во внутреннюю политику Венесуэлы, Боливии, Чили. В ленте показывается как тайно, а порой и нагло открыто, ЦРУ проводило операции по смене народных правителей стран региона, неугодных США. В частности описывается свержение демократически избранного чилийского правительства Сальвадора Альенде и правительства Народного единства в 1973 году и замена его на военную диктатуру генерала Пиночета. Джон Пилджер берет интервью у нескольких бывших агентов ЦРУ, которые якобы принимали участие в тайной кампании против демократических стран. Так же Пилджер говорит о секретных "школах" в США где подготавливаются будущие лидеры, которые займут место свергнутых правительств и ударные группы революционеров. "Война с демократией" рассказывает также о попытке свергнуть президента Венесуэлы Уго Чавеса в 2002 году и как народ Каракаса встал на защиту народного президента и изгнал заговорщиков.

Другие его фильмы выявляют нарушения прав человека в Бирме, Австралии, оккупированных Израилем Палестинских территориях и в Афганистане. Любопытный факт. После трансляции по английскому телевидению фильма "Палестина все еще проблема" (Palestine Is Still the Issue), Джон Пилджер был подвержен резкой критике в прессе, обвинен в предвзятости и неточности подаваемой информации. В результате спора, регулятор английского телевидения, приказал провести расследование и Пилджер был полностью оправдан, в окончательном докладе говорится, "весь документальный фильм основан на проверенных фактах".

Документальные фильмы Джона Пилджера переведенные на русский язык

Немодная трагедия (1975)
Никарагуа - право народа на выживание (1983)
Палестина все еще проблема (2002)
Разрушая молчание: Правда и ложь в войне с террором (2003)
Война с демократией (2007)
Война, которую вы не видите (Невидимая война) (2010)

Призы и награды

1966: Descriptive Writer of the Year

1967: Reporter of the Year

1967: Journalist of the Year

1970: International Reporter of the Year

1974: News Reporter of the Year

1977: Campaigning Journalist of the Year

1979: Journalist of the Year

1979-80: UN Media Peace Prize, Australia

1980-81: UN Media Peace Prize, Gold Medal, Australia

1979: TV Times Readers' Award

1990: The George Foster Peabody Award, USA

1991: American Television Academy Award ('Emmy')

1991: British Academy of Film and Television Arts - The Richard Dimbleby Award

1990: Reporters San Frontiers Award, France

1995: International de Television Geneve Award

2001: The Monismanien Prize (Sweden)

2003: The Sophie Prize for Human Rights (Norway)

2003: EMMA Media Personality of the Year

2004: Royal Television Society Best Documentary, 'Stealing a Nation'

2008: Best Documentary, One World Awards, 'The War On Democracy'

2009: Sydney Peace Prize

2011: Grierson Trustees' Award

Джон Пилджер на IMDB

Официальный сайт

Подготовил Владимир Маслов

Война, которую вы не видите (2010, реж. Джон Пилджер)

В фильме рассказывается о том, как пропаганда со стороны мировых СМИ служит верным средством развязывания и ведения войн. Как военные журналисты и штатные пропагандисты, получив заказ на восславление очередного захвата природных ресурсов той или иной страны, участвуют в кампании по нагнетанию страха и ненависти. Как вся эта система строится на деньгах, страхе перед увольнением. Стоит посмотреть, для того, чтобы понимать «как работает этот мир».

12.12.2016 «Некоронованные короли красного Китая»

09.12.2016 Китай, опасаясь перемен в американской политике, демонстрирует сближение с Россией.

В понедельник в Совете Безопасности ООН Россия и Китай наложили вето на проект резолюции, который предлагал на семь дней прекратить огонь в Алеппо. Инициаторы документа (Египет, Испания и Новая Зеландия) выступили за полное прекращение атак на позиции запрещённых в России террористических групп «Джабхат ан-Нусра» и «Исламское государство». Китай давно уже не баловал Россию такой открытой поддержкой её действий в Сирии. По крайней мере, когда в октябре французы потребовали ввести над Алеппо бесполётную зону, против предложенной резолюции проголосовали только Россия и Венесуэла.

Дональд Трамп пошёл против правил

Демонстративная поддержка Китаем России стала неожиданной для дипломатов западной коалиции. Постоянный представитель Великобритании в Совете Безопасности ООН Мэттью Райкрофт, например, откровенно удивился перемене в политике Пекина. Но понял её по-своему. Райкрофт объяснил вето Китая «давней, неуместной верой в тирана, который убил почти полмиллиона собственного народа».

Критика британского посла вызвала ссору среди участников заседания. Как передаёт Reuters, постоянный представитель Китая Лю Цзеи потребовал от Райкрофта «не отравлять атмосферу» в Совбезе и не «пренебрегать» его правилами. Обычно Лю Цзеи не так остро реагировал на критику своей позиции. Но тут проявил характер, огрызнулся.

Демонстративному противостоянию Китая Западу предшествовало несколько примечательных событий. Буквально накануне заседания Совбеза ООН в Twitter появилась запись избранного американского президента Дональда Трампа: «Разве Китай спросил нас, хорошо ли девальвировать их валюту (чтобы нашим компаниям было труднее конкурировать), облагать высокими налогами наши товары, поступающие к ним в страну (США же с них налоги не берут), или строить масштабный военный комплекс посреди Южно-Китайского моря? Я так не думаю».

Публикация вызвала широкий резонанс в экспертной среде. Многие объяснили воскресный твит неопытностью Дональда Трампа в международной политике и дипломатии. Так уже было, когда за пару дней до нашумевшей публикации, Трамп неожиданно для всех провёл телефонные переговоры с премьер-министром Тайваня (Китайской республики) Цай Инвэнь.

Существование «второго Китая» всегда было для Пекина крайне раздражительным фактором. Он появился после гражданской войны 1946—1950 годов в Китайской республике. Проиграв её, официальные власти перебрались на Тайвань и прилегающие острова. Однако им удалось сохранить за своим правительством мировое признание и официально представлять Китай в международных организациях.

Китайская Республика была в числе основателей ООН и даже входила в Совет Безопасности. Только в 1971 году это место было передано Китайской Народной Республике, когда Генеральная Ассамблея ООН большинством голосов приняла Резолюцию «Восстановление законных прав Китайской Народной Республики в Организации Объединенных Наций».

Для Тайваня за один день всё драматически переменилось. Китайская Республика оказалась за бортом международного признания и даже вне Организации Объединённых Наций. Несколько раз она потом будет пытаться вступить в ООН, но безуспешно. Тайваню, правда, удастся наладить дипломатические отношения с парой десятков стран, не самых значимых в этом мире.

Уместно напомнить, что Соединённые Штаты проголосовали тогда против Резолюции о восстановление прав КНР. Из союзников их поддержали только Япония, Австралия и Новая Зеландия. Страны Западной Европы согласились с мнением мирового сообщества. С тех пор Тайвань связь с другими государствами поддерживает, главным образом, через торговые представительства. Экономическое и даже военное сотрудничество островитянам удалось сохранить. А вот на политических контактах было негласное табу, которое и нарушил Дональд Трамп.

Пекин осудил переговоры с премьером Тайваня и сделал госдепартаменту США «жесткое представление». Впрочем, китайцы сохранили открытой дверь для контактов с новой американской администрацией. В местных официальных газетах происшедшее объяснили «нехваткой политического опыта свежеизбранного президента».

Китайцев поддержал Джон Керри. «С нами не связывались перед этими переговорами. И я думаю, было бы полезно, по крайней мере, получить наши рекомендации», — откомментировал событие действующий глава американского госдепа. Всем показалось, что неприятный инцидент исчерпан.

Перед китайцами чертят «красные линии»

Новый твит развеял этот оптимистичный вывод. Экспертам стало понятно: Трамп намеренно задирает Китай. Он готовит себе площадку для жёсткого решения проблем, накопившихся в торгово-экономических отношениях двух стран. В чём-то это напоминает заявку на очевидное противостояние. Выбраны самые болевые точки в отношениях США и Китая.

Вашингтон давно упрекает Пекин в манипулировании валютным курсом. Например, прошлой осенью, когда девальвациия юаня внесла нервозность на международные финансовые рынки, администрация Обамы и в особенности американские СМИ обвинили Китай в том, что он извлекает коммерческую выгоду нечестным путём. Слабый юань торил дорогу китайским товарам на рынки развитых стран.

Кстати, в той антикитайской кампании отметился и Дональд Трамп, тогда ещё просто «потенциальный кандидат-фаворит в президенты от Республиканской партии». Трамп публично осудил принятые Центробанком Китая меры по ослаблению национальной валюты и заявил, что китайцы намереваются «уничтожить» промышленность США. Тот, кто посчитал нынешний воскресный твит непродуманным экспромтом, наверное, забыл об этом прошлогоднем заявлении Дональда Трампа.

Избранный президент США также не первый, кто критикует Пекин за высокие налоги на ввозимые товары. Китай отчаянно защищает свой рынок от лавины импорта. Скажем, весной 2014 года китайский минфин пришёл к выводу, что импорт ряда товаров из других стран (в частности, оптического волокна из США и Японии) несёт материальный ущерб отечественной промышленности. В Пекине тогда решили применить антидемпинговые пошлины. Вначале они колебались в районе 8-10 процентов, спустя год поднялись до 42 процентов. Пошлины стали по сути заградительными и распространились на более широкий круг ввозимых в Китай товаров.

Наконец, третий посыл из воскресной публикации Трампа — «военный комплекс посреди Южно-Китайского моря». Пекин претендует на острова в районе архипелага Спратли как на свою исключительную экономическую зону. Спор идёт между ним и странами Юго-Восточной Азии. На кону — владение месторождениями углеводородов, а ещё — контроль над морскими торговыми путями.

Последнее обстоятельство сильно привлекает американцев. Китай пытается защищаться от них. Строит на спорных островах военные аэродромы и места базирования кораблей ВМФ. Пекин стараются поставить на место через юридические и дипломатические процедуры. Нынешним летом Постоянная палата Третейского суда в Гааге вынесла вердикт по иску Филиппин к Китаю. Суд определил, что Пекин «не может претендовать на исключительную экономическую зону в районе архипелага Спратли».

Инициаторы иска и их покровители решению суда обрадовались. Однако Китай высказал уверенность в своих «исторических правах» на острова архипелага и ни на шаг не отошёл от прежней политики. Он продолжает укреплять военный комплекс на Спратли, о чём напомнил миру Трамп в своём твите и прочертил перед китайцами «красные линии», за которыми начинаются американские интересы.

От поддержки моральной — к поддержке политической

В ходе предвыборных дебатов Трамп много говорил о промышленном возрождении Америки. С начала века Соединённые Штаты потеряли на производстве порядка пяти миллионов рабочих мест. Нашлись они в Китае, куда американские компании перенесли свои мощности. Теперь от них требуют вернуть производство в Америку, а китайцам устроить проблемы. Прежде всего, это пошлины на китайские товары — до 45%. Мера крайне серьёзная. Оправдывают её валютными манипуляциями Пекина.

Надо ли говорить, что это ощутимо ударит по китайской промышленности и повлияет на темпы роста ВВП — основу экономического успеха Китая. Такие риски в Пекине просчитывали, к ним готовились. Не случайно во время сентябрьской встречи председателя КНР Си Цзиньпина с президентом России Владимиром Путиным китайский лидер высказался за взаимную поддержку в защите суверенитета.

«Наши страны должны еще плотнее усилить всестороннее сотрудничество, усилить взаимную политическую поддержку, поддержку другой страны по защите суверенитета, — убеждал Путина товарищ Си и сыпал комплиментами. — Рассматриваем процветание и развитие России как свой собственный шанс в развитии».

По большому счёту, за прошедшее время Китай не сильно продвинулся в обещанном Си Цзиньпином направлении. Поддержка России если и проявлялась, то в основном моральная. Так было до прошедшего заседания Совета Безопасности. Кстати, Москве на нём вовсе не требовалось вето Пекина. Хватало и полномочий нашего представительства.

Голосование в понедельник Лю Цзеи показало, что Китай рассчитывает теперь на «взаимную политическую поддержку». Она потребуется Пекину очень скоро. Окончательно убедил в этом китайцев Дональд Трамп своим предупреждением в Twitter. В мире поняли: политика Вашингтона в отношении Пекина будет кардинально меняться. А китайцам теперь совсем не помешает помощь и защита России. Не понял этого только представитель Великобритании в ООН Мэттью Райкрофт…

Геннадий Грановский

https://topwar.ru

http://www.russiapost.su/archives/98775

28.11.2016 Тихоокеанская «безальтернатива» Америки.

Перспектива правления Дональда Трампа смешала карты пекинских стратегов

Победа Дональда Трампа на президентских выборах в США стала неприятным сюрпризом для китайских политологов. Неприятным потому, что они практически единодушно ориентировали властные круги Пекина на победу «Силали», как сокращенно именуют Хиллари Клинтон. Моя ставка на Трампа в ходе бесед с китайскими коллегами во время недавнего пребывания в Пекине вызывала напряженное молчание или вежливые улыбки, что в переводе на русский звучит в лучшем случае как «Ну, ты, брат, даешь!».

Только один старый друг примирительно заметил: «Не важно, кто будет ловить мышей в Белом доме – кот или кошка. Все равно это будет американский зверь». Перефразированная цитата Дэн Сяопина «Не важно, какого цвета кошка, белого или черного. Лишь бы она ловила мышей» уже однажды звучала вскоре после президентских выборов в США в 2008-м, когда победил Барак Обама. Прошедшие с того времени годы правления 44-го президента показали, что личные взгляды и предвыборные обещания хозяина Белого дома действительно деформируются политической системой и государственной машиной Соединенных Штатов.

Придя к власти, Обама провозгласил себя «тихоокеанским президентом». Могли сказаться воспоминания юности, проведенной в доме бабушки на Гавайских островах. Там он, бывают же совпадения, посещал миссионерскую школу, в которой за много десятилетий до этого учился первый президент Китайской Республики Сунь Ят Сен. Но дело, конечно же, вовсе не в этом. Обама и стоявшие за ним силы уже тогда начали опасаться «мирного возвышения Китая».

Признавая несомненные успехи Китая и понимая его дальнейшую роль в ХХI веке, новоиспеченный нобелевский лауреат премии мира в 2009 году прибыл в Пекин с «оливковой ветвью». Он предложил китайским руководителям ни больше ни меньше как совместную гегемонию в мире по формуле «G2». Естественно, в этом дуэте США играли бы роль лидера, а КНР – «младшего брата». Вот тогда-то в Пекине впервые пошутили: «Не важно, какого цвета кошка, белого или черного. Все равно это американская кошка». Обама уехал с пустыми руками.

Месть не заставила себя долго ждать. В 2011 году госсекретарь Клинтон обнародовала новую стратегию Белого дома под названием Pivot to Asia, «Поворот к Азии». Она предусматривала концентрацию военных ресурсов США в Тихоокеанском бассейне, в том числе за счет выхода из конфликтов в Афганистане, Ираке и других горячих точках. Ни у кого не было сомнений, что новая стратегия нацелена на сдерживание Китая.

За годы правления Обамы Америка так и не ушла из Афганистана, устроила серию цветных революций и интервенций в арабских странах, в Украине, Сирии. Огромные ресурсы пошли на сдерживание России. Произошла также определенная активизация военных приготовлений вдоль восточных границ Китая – обновлены военные связи с Японией, Южной Кореей, Сингапуром, Филиппинами и Австралией. Созданы очаги напряженности вокруг островов Восточно-Китайского и Южно-Китайского морей. Ракетные комплексы THAAD размещаются в Южной Корее, совсем рядом с китайскими землями. Удалось оформить явно антикитайское Транстихоокеанское партнерство (ТТП). Однако распыление сил привело к тому, что поставленные «тихоокеанским президентом» первоначальные цели так и не были достигнуты.

Мало того, за годы правления Обамы Китай стал еще сильнее. В 2015 году стало известно, что в пересчете на покупательную способность китайская экономика заняла первое место в мире. Китай форсировал ответные военные приготовления, создавая мощный океанский флот, противокорабельные ракеты – «убийцы авианосцев», систему киберзащиты и т.д. Ответом на создание ТТП стало предложение образовать Всеобъемлющее региональное экономическое партнерство (ВЭРП), сразу заинтересовавшее страны региона. Была выдвинута инициатива «Один пояс и один путь», призванная в первую очередь направить торговые потоки между Китаем, Ближним Востоком и Европой по безопасным континентальным маршрутам подальше от американских военных баз в Тихом и Индийском океанах. Как начало формирования альтернативной глобальной финансовой системы было расценено образование Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, Нового банка БРИКС и фонда «Шелковый путь».

Делая все эти шаги, Пекин старался уклоняться от открытой конфронтации. Вскоре после прихода к власти председатель КНР Си Цзиньпин съездил к Обаме в Калифорнию со своей «оливковой ветвью». Он выдвинул концепцию «новых отношений мировых держав», сутью которой было установление с Америкой эксклюзивных отношений, но на основе равенства. Эта концепция с небольшими корректировками предлагалась и в ходе последовавших встреч на высшем уровне. Но Обама и окружавшие его советники-неоконы не хотели всерьез говорить на тему равенства с Китаем.

Предвыборные заявления Трампа создали впечатление, что в основе его внешней политики будет лежать обновленный вариант концепции «Поворот к Азии». В самом деле, Трамп обещал понизить уровень конфронтации с Россией, покончить с войнами в мусульманском мире, в которых американские генералы не могут добиться победы, сократить военное присутствие в странах Европы и Азии, не желающих оплачивать американский «зонтик». В то же время он грозил резко нарастить число авианосцев и других кораблей, объявить торговую войну Китаю, обложив пошлиной в 45% товары из Поднебесной.

Националист и антиглобалист Трамп таким образом обозначил свое видение национальных интересов США. В его глазах экономическое, финансовое и военное усиление Китая, соседа по Тихому океану, представляет реальную угрозу будущему «замка на холме» в отличие от далеких конфликтов в Сирии, Украине или Афганистане. Региональные конфликты по всему миру нужны были неоконам как средство создания хаоса, в котором можно было сохранять геополитическое и геоэкономическое превосходство США.

Похоже, что именно антикитайские обещания Трампа станут сердцевиной его внешней политики. Они в наименьшей степени изменятся под воздействием вашингтонских «коридоров власти» и реалий мирового развития. Такая повестка дня к тому же будет приемлемой для обеих палат конгресса, даже для демократической оппозиции, лидер которой Клинтон не только набила руку на сдерживании Китая в бытность госсекретарем, но и не жалела угроз в ходе предвыборной кампании. В Пекине справедливо считали ее противником Китая, но примерно знали, чего можно ожидать от новой хозяйки Белого дома. С учетом ее психологического портрета и интересов групп влияния были заготовлены сценарии развития событий, конструктивные предложения и угрозы ответных действий. Теперь же глубоко эшелонированная стратегия уступает место тактическому реагированию на действия своенравного деятеля, не прошедшего дипломатической обкатки и равнодушного к «китайским церемониям».

Конечно, базовые правила приличия будут соблюдаться. Трамп и Си уже обменялись приветственными посланиями. В обозримом будущем можно ожидать и личную встречу двух «тихоокеанских президентов». Однако китайский лидер вряд ли сможет выложить на стол что-то, сильно отличающееся от концепции «новых отношений мировых держав». Первый год правления Трампа будет последним годом первого периода правления Си, которому в 2018 году предстоит получить от XIX съезда Компартии мандат на еще один пятилетний срок. Наличие в китайской элите влиятельных кругов, заинтересованных в сохранении финансовых и личных связей с Америкой, конечно, является важным фактором продолжающихся в Пекине дискуссий о внешнеполитической стратегии. В этих элитах опасаются, что Трамп с первых дней своего правления начнет выполнять антикитайские предвыборные обещания. Такое развитие событий еще сильнее покажет несовпадение национальных интересов Китая и США. «Проамериканские» деятели в Пекине и провинциях ослабят свои позиции в споре с «прокитайскими» оппонентами, поставившими задачу уменьшить зависимость от внешних рынков и превратить Китай в мощнейшее государство мира к середине нынешнего века.

В свою очередь, Трамп не сможет принять китайскую позицию и таким образом по существу отказаться от претензий на гегемонию в мире и в первую очередь в Тихоокеанском бассейне. Речь может пойти только о смягчении наиболее жестких предвыборных обвинений и требований. Альтернативы «Поворота к Азии» у Трампа нет. Этот конфронтационный курс безальтернативен.

Наступающий 28 января год Красного огненного петуха станет временем новых испытаний для китайско-американских отношений. Не надо быть глубоким специалистом по восточному календарю, чтобы предсказать необычайно яркий период, когда две великие тихоокеанские нации попытаются найти новую модель двусторонних отношений.

Тавровский Ю.

http://www.ng.ru/

07.11.2016 Кризис недопроизводства.

В Китае разворачивается очередной рукотворный кризис, наглядно отражающий предел возможностей тамошних методов руководства. На этот раз проблемы возникли в энергетике. И связаны они с угольной отраслью страны.
Уголь с конца 1990-ых годов являлся основой для роста – масштабнейшего роста - китайской энергетики. Но у такого роста были и издержки. Во-первых, к началу 2010-ых ресурсная база была в немалой степени истощена. Уголь становился всё более и более дорогим. Во-вторых, с ростом угольной генерации нарастал и экологический вред для граждан страны.
Так, в 2007 году Всемирный Банк выпустил исследование, в котором утверждалось, что в Китае загрязнение воздуха ведет к преждевременной смерти 750 тыс. людей в год. И значительная часть загрязнения – это именно выбросы угольных ТЭС. За последующие семь лет Китай нарастил угольную генерацию еще на 55%. Что вряд ли улучшило показатели загрязнения, равно как и качество жизни миллионов китайцев.
Разворот в сторону от угля стал обретать черты с приходом на пост генсека ЦК КПК Си Цзиньпина. В сентябре 2013 был принят План действий по предотвращению загрязнения воздуха и контролю над ним. В нем, в частности, была обозначена цель по снижению доли угля в структуре источников энергии до 65% в 2017 (2012 – 68,5%). И добыча угля начала падать – сначала медленно, а затем всё быстрее:

Надо понимать, что динамика добычи угля находилась и находится полностью во власти государственных чиновников. Китайское государство способно управлять добычей путем выдачи лицензий на новые выработки, продлением лицензий на действующие шахты, одобрением кредитных средств, да и просто неформальным согласованием производственных планов с политическим руководством.
Сами же угледобывающие компании… Фактически отрасль является банкротом. С финансовой точки зрения угледобыча – это огромный «зомби». Который, упав, может придавить своей тяжестью всю банковскую систему Китая. По данным Голдман Сакс, совокупный долг предприятий отрасли составляет 444 млрд. долл. (3 трлн. юаней) и без внешней помощи компании не могут его обслуживать. Не говоря уже о привлечении инвестиций в новые проекты.
Перед китайским правительством, таким образом, стоит не только задача поддерживать «зомби» на ногах, но и заставлять его всё-таки копать уголек. Естественно, о какой-либо «самостоятельности» здесь говорить сложно.
Однако наличие «зомби»-предприятий не делает экономику более здоровой. Те ресурсы, которые сейчас вкладываются в неэффективную отрасль, должны найти лучшее применение в других сферах экономики.
Эта проблема со всей остротой встала перед китайским правительством во второй половине 2015 – когда экономика совсем уж забуксовала в трясине «государственного капитализма». Борьбу с убыточными угледобытчиками было решено интенсифицировать. Решимости Центральному Комитету должны были прибавить блестящие успехи в альтернативной энергетике. За 2015 год установленная мощность ветрогенераторов выросла на треть, фотовольтаики – на 73,7%. Достойный рост ожидался и в атомной энергетике.
Однако закрыть угольную шахту выходит быстрее, чем построить АЭС. Сейчас уже понятно, что в своих желаниях «совершать структурные преобразования» (цитата) китайские власти немного не рассчитали последствия. Вспоминается народное прочтение советского лозунга: «Догнуть и перегнуть!» Таки перегнули.
Причем спохватилось китайское правительство слишком поздно. Еще в августе 2016 руководство провинций вызывали «на ковёр» и отчитывали за то, что те недостаточно усердно претворяют в жизнь решения Пленума. Хотя и «на местах» хватало головной боли. Каждая закрытая шахта – это поиск новой работы и часто нового жилья для сотен семей. Тем не менее, после «внушений» центра закрытие «лишних» добывающих мощностей ускорилось.
А уже через месяц выяснилось, что далеко не все мощности были лишние. И такой сценарий, в общем-то, можно было предугадать заранее. Началось всё с зимы 2015/2016, которая оказалась непривычно холодной. Лето 2016, напротив, было жарче обычного – но для энергетики это тоже означало повышенный спрос. Наступившие осенние холода на пару градусов ниже климатической нормы – и это опять требует повышенной генерации. Наконец, сложившаяся неблагоприятная гидрологическая обстановка на крупнейших ГЭС не позволяет в полной степени задействовать этот источник эл/энергии.
В итоге с начала 2016 закономерно складывался «пасьянс» дефицита угля. Падение добычи внутри страны за 9 месяцев составило 300 млн. тонн. В третьем квартале на фоне разрастания дефицита стал расти импорт – но его объемы никогда не «делали погоды» в энергобалансе КНР. За те же 9 месяцев импорт увеличился только на 23 млн. тонн. Конкретно по энергетическому углю Ройтерс даёт цифру 138 млн. тонн дефицита за 9 месяцев 2016.
Дефицит покрывался за счет расходования запасов. Но запасы не бесконечны. В итоге к началу сентября 2016 запасы угляопустились на самый низкий уровень с 2008 года. Сейчас запасы немного выросли – но их всё равно хватает менее чем на 20 дней использования. Это критически низкий уровень, особенно в преддверии зимнего сезона.
Тогда же, в сентябре, Госкомиссия по развитию и реформам начинает предпринимать какие-то меры. Кампания по «ликвидации избыточных мощностей» временно приостанавливается и начинается кампания по наращиванию «недостающих». В течение сентября Госкомиссия последовательно несколько раз ослабляет ограничения на добычу угля.
Но одних бумажных директив недостаточно, чтобы поднять добычу. Чтобы вновь начать добычу на тех шахтах, где она была «заморожена», требуется время. Казалось бы, какой-то резерв у китайских угледобытчиков должен иметься: в начале 2016 власти приказали сократить число рабочих смен на действующих шахтах. По идее, увеличив число смен, можно быстро поднять выпуск. Однако по факту надежды на этот резерв пока не оправдываются. В сентябре 2016 добыча угля продолжила падение. То ли указание о сокращении смен выполнялось «спустя рукава», то ли оно затронуло лишь малую часть шахт – дефицит угля никуда не исчез.
По мнению аналитика Лео Ву, рост добычи угля можно ожидать только в декабре этого года. А стабилизируется ситуация не раньше окончания зимнего сезона, в 2017.
Пока же дефицит угля ведет к мощному росту цен. С начала года цены взлетели уже в два с лишним раза. Последний раз так дорого уголь стоил в «докризисных» 2012-2013 годах, еще до инициатив генсека Си. «Зомби»-компании немного расправили плечи, даже появился блеск в глазах…

Январский фьючерс на энергетический уголь

Тем не менее, сногсшибательного роста добычи от «зомби» ждать не стоит. Всё упирается в неопределенность – как будущих цен, так и капризов государственной политики. Необходимые капитальные затраты требуют совсем другой, гораздо более долгий горизонт планирования.

Если для Китая рост импорта на 23 млн. тонн – это капля в море, то для глобального рынка угля – напротив, очень серьёзное увеличение спроса. Здесь цены стали расти еще быстрее, чем в Поднебесной. Поскольку понятно, что Китаю придется полагаться на импортные поставки, чтобы пройти эту зиму без происшествий. Прогнозируется, что в 4 квартале 2016 будет импортировано рекордное количество угля.
Многие понимают, что нынешние уровни цен надолго не задержатся. Но это понимание не останавливает рост цен. Не останавливает его и традиционный китайский метод – директивы гос. чиновников:
«Недавний скачок цен на уголь в Китае был иррациональным и неустойчивым… Нет никакого основания для дальнейшего роста цен на уголь», - заявил представитель Госкомиссии по развитию и реформам агентству Синьхуа 31 октября. Чиновник указал на рост запасов крупных ТЭС страны на 35,4% за неделю. И посетовал на то, что цены разгоняют спекулянты.
«Это был еще не разгон», - ответили китайские спекулянты и 4 ноября устроили Госкомиссии настоящую «ракету». В процессе ближний фьючерс на коксующийся уголь свозили на верхнюю планку, а по итогам торгов и энергетический, и коксующийся сорта выросли более чем на 6%. Сегодня «быки» продолжили наступление.
Безусловно, у правительства есть более эффективные инструменты контроля над ценами. С конца ноября заключаются долгосрочные контракты на поставку угля на будущий год. И угледобытчикам был недвусмысленно указан предел отпускных цен. Правда, какой именно – сейчас не очень понятно. В одних источниках называется цифра 535-540 юаней за тонну угля теплотворностью 5500 ккал/кг. Такая цена заставит погрустнеть многих «зомби». В других источниках правительство задает предел на уровне спотовых цен начала ноября (640 юаней/т).
Почему государство так заботит цена на уголь? Потому что этот уголь покупают электростанции. А повышать цену киловатта*ч им никто не разрешал. В итоге генерация, кроя спекулянтов неласковыми китайскими выражениями, подсчитывает убытки. За сентябрь (когда цены на уголь были еще пониже) 5 крупнейших энергетических компаний КНР получили совокупный убыток 300 млн. юаней. Это первый месячный убыток с 2012 года. В октябре этот убыток будет в разы больше.
Вот и приходится китайскому правительству в «ручном режиме» разбираться с неожиданным оживлением угольной промышленности-«зомби» и прибылями, которые она стала «отъедать» у генерации. Какая цена будет балансировать интересы этих двух отраслей? Ведь в сентябре уголь стоил около 515 юаней/т – и ТЭС уже ушли «в минус».
Но и привести рынок к некой «идеальной» цене тоже непросто. Как маневрировать мощностью по добыче? Есть ли вообще возможность делать это достаточно быстро? Увы, у «ручного режима» есть свои пределы управляемости.
Рыночные механизмы регулирования никоим образом не страхуют от проблем, характерных для китайской угольной отрасли. Напротив, административные методы здесь гораздо эффективнее, чем рынок. Именно поэтому история с китайским углем вызывает удивление. Ситуация развивалась 6 месяцев. И 6 месяцев государство ничего не делало для исправления положения. Увы, это не лучшим образом характеризует качество государственного управления.
А государственное управление в Китае – слишком важная часть для многих и многих экономических процессов. И ошибки здесь могут привести к гораздо более серьёзным проблемам - с глобальными последствиями.

giovanni1313

28.10.2016 Великий Китайский Поворот?

На днях вышел большой объем статистической информации по Китаю. Для меня вот уже некоторое время большой интерес вызывает динамика частных инвестиций в основной капитал. Собственно, вот почему:

Стабильный рост инвестиций «дал осечку» в сентябре 2015. С тех пор частные инвестиции не растут. Более того, с 2016 начал формироваться понижательный тренд, которые в августе и сентябре удалось всё-таки сломать. Но пока приходится говорить только о стагнации.
Какой-то символический рост Госбюро статистики всё-таки рисует, в том числе за счет якобы отрицательного дефлятора цен. Но стоит понимать, что рост инвестиций на 9,5% за 3 квартала 2016 главным образом создавался за счет государственного сектора. И, да, темп роста инвестиций в основной капитал по-прежнему опережает рост ВВП.
Инвестиции госсектора и вовсе опережают ВВП в 3 раза – за 9 месяцев 2016 они увеличились на 21,1% (в тек. ценах) к прошлому году. Последний раз такие высокие темпы роста гос. инвестиций мы видели в 2010 году. Но в структуре инвестиций государственный сектор занимает чуть более 1/3. «Погоду» может он и делает, но общее впечатление оставляет желать лучшего.

И здесь пора поговорить о «великом китайском повороте». Под этим термином понимают кардинальную структурную перестройку китайской экономики. Прежняя модель роста основана на запредельно высокой норме инвестиций – около 50% ВВП. Такие высокие значения характерны скорее для экономики военного времени. Кроме того, важнейшей чертой прежней китайской модели является засилье государства во всех сферах экономики. Именно государственная политика ответственна за столь высокую норму инвестиций.
Избыточные инвестиции опасны тем, что средства вкладываются в ненужные, бесперспективные проекты, что в конце концов приводит к болезненным кризисам перепроизводства. Опасность такого сценария возрастает, когда инвестиционная «накачка» инициируется государством, поскольку государство, как правило, меньше обращает внимание на обратные связи и страдает от более низкого качества управления.
Всё это, увы, в Китае уже реализовалось. Много пишется о кризисах в сталелитейной и угледобывающей отраслях. Я делал подробный обзор по рынку китайской недвижимости. Одним словом, «великий поворот» был насущной необходимостью уже в 2010, а сейчас – необходимо семимильными шагами наверстывать потерянные годы. И разворачиваться Китаю необходимо в сторону внутреннего потребительского рынка и в сторону рыночных механизмов инвестиционных решений.
Из-за значительных накопленных противоречий и дисбалансов в экономике такой поворот представляет собой сложнейший процесс, грозящий обострить явные кризисы и скрытые проблемы. И с каждой проблемой необходимо оперативно и грамотно разбираться, в противном случае они будут нарастать как снежный ком и подрывать устойчивость всей системы. Если Китай «не справится с управлением» на «повороте», экономисты предрекают ему «жёсткую посадку». Впрочем, мнения о том, какую «посадку» считать «жесткой», сильно различаются, и я стараюсь этого словосочетания избегать.
Как должен отражаться в статистике «великий поворот»? В частности, в замедлении темпов роста инвестиций в основной капитал. Так, может быть, стагнация частных инвестиций в последние 4 квартала свидетельствует о том, что «поворот» начался? И впереди оздоровление китайской экономики?
К сожалению, этот вывод может быть преждевременным, если не сказать неверным. И в первую очередь об этом красноречиво говорит очень большой разрыв в динамике инвестиций частных и государственных предприятий. По сути, перед нами «поворот» в противоположную сторону: вновь государственные предприятия в административном порядке создают львиную долю роста.
Если бы правильный «великий поворот» имел место, ситуация должна была бы выглядеть по-другому. Вытеснение государства из экономики означало бы не рост, а падение инвестиций гос. предприятий. Инвестиционный спрос «частников» необязательно должен был вырасти – всё-таки «инвестиционная лихорадка» не обошла и частный сектор. Однако умеренный рост инвестиций в потребительских секторах был бы хорошим знаком для китайской экономики.
Стоит затронуть еще и тему экспорта. Говоря об инвестиционном буме в Китае, надо понимать, что в 2000-ые эти инвестиции обслуживали еще и стремительный рост глобального потребления китайских товаров. До кризиса-2008 экспорт товаров рос в среднем на 26% в год (в доллар. выражении). Китай стал глобальным промышленным центром, особенно для «золотого» и «серебряного» миллиардов. И, естественно, рано или поздно головокружительные темпы роста должны были сойти на нет.
В 2012-2013 гг. темпы роста экспорта с двузначных величин опустились до +8% г/г. 2014 - +6%. Дальше экспорт и вовсе падал. 2015 –минус 2,5%. 1 полугодие 2016 – минус 8%. Мировая торговля продолжает свое пугающее замедление (истинные причины которого остаются неясными), а в среде аналитиков самым модным термином постепенно становится «деглобализация».
Как бы там ни было, ресурс глобального рынка для китайской промышленности на сегодня, очевидно, исчерпан. И только внутренний потребитель в ближайшие годы будет оставаться устойчивой опорой для бизнеса. Но если производство на экспорт падает, не является ли стагнация частных инвестиций логичным ответом? Такую ситуацию, конечно, не назовешь благоприятной. Однако и сгущать краски по этому поводу не стоит.
Динамика частных инвестиций очень неравномерна в различных частях Китая. Более развитые Восточный и Центральный регионы показывают неплохие результаты (+7,1% и +5,8% соответственно). Хуже дела идут в Западном регионе - +2,5%. Китайский «Ржавый пояс» - Северо-Восток – наглядно демонстрирует всю сложность «великого поворота». Здесь частные инвестиции за 9 мес. 2016 упали аж на 30,1%.

Этот график не прибавляет очков к теории «великого поворота». Ведь «поворот» означал бы растущий вес сферы услуг. Здесь же мы видим, что инвестиции в сферу услуг не показывают тенденции к опережению промышленного сектора. Где же переориентация на потребительский рынок?
С другой стороны, при внимательном рассмотрении отраслей промышленности видны здоровые тенденции:

Добывающая промышленность по понятным причинам сократила инвестиции. Смущает черная металлургия – инвестиции не снижаются, несмотря на громкие заявления Партии. Но спрос со стороны автопрома растет вполне стабильно. Электроника тоже чувствует себя нормально.
Пока это лишь тенденции, и не очень значительные. Китайская экономика и государственное управление обладают огромной инерцией. И пока общий вектор движения далек от желаемого. Говорить о "повороте" приходится только в будущем времени.

23.10.2016

giovanni1313

27.10.2016 27.10.2016 В Пекине 27 октября заканчивается четырехдневный VI пленум ЦК Компартии КНР 18-го созыва

Си Цзиньпин объявил войну партийной номенклатуре, которая мечтает о своем Горбачеве

Председатель КНР Си Цзиньпин (в центре) и другие лидеры Коммунистической партии Китая (Фото: Zuma/ТАСС)

В Пекине 27 октября заканчивается четырехдневный VI пленум ЦК Компартии КНР 18-го созыва. Как сообщило агентство «Синьхуа», китайские коммунисты рассмотрели вопросы ужесточения внутрипартийного контроля в новых условиях. По мнению Керри Брауна, профессора китаеведения и директора китайского Института при королевском колледже (Лондон), Си Цзиньпин созвал 300 высших должностных лиц партии для того, чтобы в первую очередь, подтвердить преемственность своей идеологии, которую китайские коммунисты будут защищать всеми силами.

А это означает, что руководство страны подтверждает развитие экономики на принципах маркетизации, о чем было принципиально заявлено на пленуме 2013 года, который впервые прошел под руководством Си Цзиньпин. Но с другой стороны, КПК усиливает систему государственного устройства, в которой ведущая роль принадлежит компартии.

«В этой, казалось бы, противоречивой философии сквозит интерес к тактике, а не отсутствие приверженности к идее», — подчеркивает Керри Браун, автор книги «Новые императоры», рассказывающей о современных руководителях КНР. Таким образом, китайские коммунисты не изменили своим принципам, на что рассчитывал Запад в 70-х и 80-х годах прошлого века. Более того, в руководстве партии до сих пор сильна фракция, которая приводит веские аргументы против маркетизации — в пользу жесткого планового социализма, сторонником которого был член Секретариата ЦК КПК и руководитель отдела пропаганды Дэн Ликун.

То есть всё, что лежит правее маркетизации, даже не обсуждается, в то же время Центральный Комитет готов рассматривать любые инициативы, которые находятся левее. И связано это с личностью Си Цзиньпина.

Напомним, что глава страны приходится сыном помощника и ближайшего соратника Мао Цзэдуна — Си Чжунсюнь, что во многом объясняет позицию «людей Си». Для лидера Поднебесной коммунистическое развитие страны является продолжением дела отца, одного из создателей Китайской Народной Республики. Во внутренней политике это проявляется в его умении «предчувствовать кризис, будучи как никогда бдительным», и «когда проблемы решены, называть это наградой исторической судьбы». Эти фигуры речи часто использовались Мао и его сподвижниками, которые объявили цель — создание богатого и сильного государства.

Безусловно, Си Цзиньпин — прагматик до мозга костей. Он понимает, что некоторые рекомендации западных экспертов и впрямь дадут новый мощный толчок развития экономики КНР, но для него это — все равно, что продать душу дьяволу. Речь идет, как раз, о легализации серого бизнеса и миллиардных кубышек коррупционной номенклатуры. В этом случае, по логике МВФ, на Поднебесную должен пролиться золотой дождь в виде многомиллиардных инвестиций. Кстати, нечто подобное пытаются осуществить и в России, в том числе, по программе деофшоризации.

Тем не менее, в КПК есть тайные силы, которые мечтают об «американской демократии» в Китае, подчеркивает Керри Браун. Именно эти люди могли бы обеспечить увеличение ежегодного роста ВВП на 2−3% по сравнению с нынешними показателями, если была бы объявлена амнистия капитала. Но теперь они, наверняка, станут жертвами решений нынешнего собрания высших функционеров компартии. А ведь до Пленума у них была надежда, что проблемы «перегрева экономики» пересилят коммунистическую идеологию.

21 октября, в канун Пленума, западные китаеведы прислушивались к программной речи Си Цзиньпин в надежде услышать заветные слова о «плюрализме и новой экономической политике», после чего можно было бы открыть самое дорогое шампанское.

При всех видимых различиях между постандроповским (Черненко — не в счет) Советским Союзом и нынешней Китайской Народной Республикой, для КПСС 80-х и современной КПК характерны общие проблемы — это богатые и влиятельные партийные коррупционеры, стремящиеся конвертировать свою власть в реальный капитал, или на худой конец — легализовать взятки. Эти люди, безусловно, являются пятой колонной США и обладают огромным влиянием и связями, в том числе и с криминальным миром.

В России — это удалось, а в Китае, судя по Пленуму, — не получится организовать свою «перестройку», во всяком случае, при Си Цзиньпине.

Конечно, можно привычно бросить камень в Горбачева, но не факт, что без горького опыта развала СССР, КНР не повторила бы наши ошибки. Слишком велики были соблазны обрести новые свободы, которые сулил «западный рай».

Кстати, еще три года назад об этом писала «Жэньминь жибао», напоминая о том, что нужно неустанно говорить об опасности пройденного «российского пути». Мол, русским еще повезло, что, во-первых, не случилась гражданской войны, и, во-вторых, что у них появился Владимир Путин, который собрал страну по кусочкам. А вот китайцы, если вдруг окажутся на месте советских людей образца 1992 года, наверняка, будут вовлечены кровавую междоусобицу.

Итак, на нынешнем Пленуме ЦК КПК объявлена тотальная чистка рядов компартии. Более того, глава государства процитировал Мао Цзэдуна о проблеме так называемых «shantou zhuyi» — горных крепостей. Великий Кормчий так называл «продажных» партийных чиновников, которые в 50-х годах прошлого века создавали свои клановые вотчины вопреки государственным интересам. Хуан Цзин, эксперт по китайской политике в Национальном университете Сингапура, в этой связи предсказывает беспрецедентную по масштабам борьбу с коррупцией, поскольку Си не бросает слов Мао на ветер.

Дешуй Чжуан, заместитель директора антикоррупционного правительственного центра в Пекинском университете, напомнил, что, согласно докладу правительства, опубликованному на прошлой неделе, в этом году уже арестовано 100 высших чиновников.

Кстати, Запад сразу же назвал чистку правящих рядов КПК расправой «людей Си» с прогрессивными реформаторами. При этом Джозеф Файсмит, профессор Бостонского университета, который специализируется на китайской элите, пишет, что Си Цзиньпин наконец-то достиг вершины могущества и стал самым влиятельным лидером Китая в 21 веке. То есть только теперь он может позволить себе «восстановить высоко дисциплинированную партию с идеалами и убеждениям».

На прошлой неделе, в канун Пленума, на государственном телевидении показали 8-серийный документальный фильм, в котором рассказывались истории падения партийных чиновников. В частности, высокопоставленный, но со скромной зарплатой функционер из провинции Юньнань подарил своей жене целый мешок драгоценностей, купленных на взятки. В своем тюремном интервью он признался, что деньги в долларах ему носили чемоданами, а за это он продвигал заведомо неэффективные проекты. Короче, быть вороватым чиновником в Китае отныне становится смертельно опасно. Даже больше, чем раньше, когда коррупционеров публично расстреливали.

Помимо приверженности идеологии, есть еще прагматическое объяснение позиции Си Цзиньпина. Снижение темпов развития китайской экономике «люди Си» связывают непосредственно с коррупцией, которая правит бал в западных странах с низким или нулевым ростом ВВП, подчеркивает Хуан Цзин, эксперт по китайской политике в Национальном университете Сингапура. Современные технологии позволяют быстро и дешево строить, а также производить товары с высокой добавленной стоимостью. Если государство стагнирует или пребывает в вечном кризисе, значит, в нем господствует корыстный сговор между беспринципным бизнесом и продажной властью. Именно поэтому объявленный вектор ЦК КПК на ужесточение партийной дисциплины направлен и на преодоление потенциально возможного экономического кризиса в Поднебесной.

В противном случае, Китай ожидает «российский путь» 90-х годов, и не факт, что КНР осилит эту дорогу.

Александр Ситников

http://svpressa.ru/world/article/159392/

14.06.2016 «Эра китайской науки»

Д. Перетолчин

Лекция на семинаре в Институте прикладной математики им. М.В. Келдыша РАН. Видео. Качество звука 4- (3+)

25.05.2016 Малаккский пролив, нефть и большая война

Иван Шилов © ИА REGNUM

Будущее трансконтинентальной зоны свободной торговли зависит от России

Мировой порядок формируется под влиянием множества переменных. Однако основная схватка традиционно проистекает между крупнейшими центрами экономической силы — США, Китаем и Евросоюзом. Впрочем, эта упрощенная формула не отличается новаторством. Хотя бы потому, что история часто развивается по спирали, повторяясь на разных этапах. А главное совпадение прошлых эпох с настоящим заключается в следующем: даже в XVIII—XIX веках западные колониальные державы достигали подлинного величия путем захвата торговых артерий Европы с Китаем и Индией, удерживая Османскую империю от неминуемого распада.

Достаточно вспомнить Опиумные войны (1839−1842 и 1856−1860 гг.) Англии и Франции с Поднебесной, которые не случайно совпадают с Восстанием тайпинов (Крестьянская война в Китае 1850—1864 гг.) и Восстанием сипаев (1857−1859 гг.), не говоря уже о Крымской войне (1853—1856 гг.) европейской коалиции (Англии, Франции, Османской империи и Сардинского королевства) против Российской империи. Кто знает, как сложилась бы судьба Китая в XX веке, если бы после 1855 года Кавказская армия генерала Николая Муравьева удержала за собой Карс и остальные районы Западной Армении? Сложный вопрос.

Проблема состоит в том, что классическая историография издавна диктует проблемный принцип анализа, который страдает фрагментарностью восприятия. И только глобализация вынуждает нас рассматривать происходящие события сквозь призму взаимозависимости. Обо всем по порядку. Начнем с основного события и его прямого следствия: планетарный финансово-экономический кризис 2008 года, запущенный с подачи американского ипотечного рынка, заложил «бомбу» под арабо-мусульманский мир, расположенный между Востоком и Западной. «Взрыв» прогремел в конце 2010 года. Как и следовало ожидать, Китай первым почувствовал неладное, договорившись (в ноябре 2008 г.) с правительством Мьянмы о строительстве экономического коридора к Индийскому океану, чтобы избежать давления со стороны Тихоокеанского флота США. Ведь Пекин никогда не забывал борьбу британских империалистов за Гуанчжоу.

Китайцы сопротивляются как могут. Чтобы не стать заложницей Малаккского пролива, «узкого горлышка» (500 миль), разделяющего Тихий океан от Индийского, КНР в июне 2013 года запускает через Мьянму газопровод (с ежегодной пропускной способностью 12 млрд кубометров), а к августу 2014 года — достраивает нефтепровод с годовой мощностью 12 млн тонн сырой нефти. 2013 год станет знаковым во всех смыслах: 14 марта Си Цзиньпин вступает в должность председателя КНР, а уже 7 сентября, выступая в Казахстане, китайский лидер провозглашает доктрину «экономического пояса Великого шелкового пути». Эксперты мгновенно подхватывают мысль. «Идея экономического пояса Шелкового пути — это попытка соединить Центральную, Восточную, Южную и Западную Азию различными способами экономического сотрудничества», — заявил тогда представитель Академии общественных наук Китая Цзян И, которого цитирует британская Би-би-си.

Тем не менее реальная политика оказывается на поверку противоречивой. Пример тому — вековая эпопея вокруг строительства Тайского канала (через перешеек Кра на юге Таиланда), который позволил бы судам КНР входить в Индийский океан из Южно-Китайского моря в обход Малаккского пролива и расположенного на его берегах Сингапура. Но власти Таиланда не готовы делегировать национальный суверенитет китайцам, мотивируя свой отказ причудами местного законодательства, которое запрещает иностранцам оформлять землю в собственность. И дело здесь не только в региональной конкуренции, но в самой истории: с 1897 года между Таиландом и Британией действует соглашение, по которому тайская сторона отказывается от строительства канала, чтобы сохранить значимость Сингапура.

Мало что изменилось с тех времен. Правда, роль горделивых британцев взяли на себя американцы, которые ныне концентрируют военные усилия в Азии, чтобы удерживать контроль над китайской экономикой. Справедливости ради напомним, что Тайский канал мог стать ровесником Суэцкого, но история распорядилась по-своему: в 1882 году архитектор Суэцкого канала Фердинанд де Лессепс так и не получил разрешение Парижа на постройку аналогичного проекта в Юго-Восточной Азии. Французская империя была измотана финансово и морально, чего нельзя сказать про современный Китай. Пекин намерен переиграть Вашингтон на военном поприще: 22 мая с.г. Китай и Таиланд запускают военно-морские учения Blue Strike 2016, которые продлятся до 9 июня. И это только вершина айсберга.

Китайцы играют по-крупному. Несмотря на временный спад, КНР уже завязала на себя около 30% мирового экономического роста. Более того, министр иностранных дел Ван И призывает Россию ускорить процесс интеграции Евразийского экономического союза (ЕАЭС) с «Шелковым путем». «Китай и Россия должны ускорить интеграцию экономического пояса Шелкового пути и ЕАЭС, чтобы успеть собрать ранний урожай», — образно заявил глава дипломатического ведомства в кулуарах саммита ШОС в Ташкенте. Ван И настроен решительно, особенно после того, как президент России Владимир Путин заявил по итогам саммита РФ — АСЕАН, что позиции Москвы и Пекина по сопряжению усилий «Шелкового пути» и Евразийского союза «абсолютно стыкуются». Данный факт тревожит США. Поэтому президент Барак Обама идет на отмену оружейного эмбарго Вьетнаму: американцы намерены всячески препятствовать экспансии Пекина в Южно-Китайском море и «попортить кровь» Москве, на долю которой приходится более 90% вьетнамского импорта вооружений. Чем же обусловлена нервозность американцев?

Все просто.1 мая президент Путин одобрил Федеральный закон N 120-ФЗ «О ратификации Соглашения о свободной торговле между Евразийским экономическим союзом и его государствами-членами с Социалистической Республикой Вьетнам». Теперь на очереди Таиланд. Вашингтон сделает все, чтобы саботировать создание трансконтинентальной зоны свободной торговли, судьба которой решится в Москве. У Америки остался единственный козырь — хаос, который из Восточной Европы и Закавказья постепенно переносится в Среднюю Азию.

Саркис Цатурян

http://regnum.ru

17.05.2016 Может ли юань занять место доллара США?

Превращение юаня в официальную резервную валюту

Осенью прошлого года Международный валютный фонд принял долгожданное для Пекина решение о включении юаня в так называемую корзину СДР (СДР – специальные права заимствования, наднациональная денежная единица, эмитируемая в ограниченных количествах МВФ). Это означает, что юань получил статус официальной резервной валюты наряду с долларом, евро, британским фунтом стерлингов и японской иеной.

По масштабам операций на валютном рынке, в международной торговле и других международных платежах юань после финансового кризиса 2007-2009 гг. стал конкурировать с британским фунтом и японской иеной. Вместе с тем юань весьма отличается от других четырех резервных валют, входящих в корзину МВФ. Прежде всего потому, что до сих пор китайская валюта имеет ограниченную конвертируемость. Кроме того, как раз накануне принятия решения МВФ в августе 2015 года произошло достаточно сильное «проседание» валютного курса юаня, что стало свидетельством его неустойчивости.

На партийных съездах КПК, заседаниях правительства КНР часто повторяется фраза о том, что «юань должен стать международной валютой». Де-юре он наполовину уже ею стал (наполовину, потому что еще надо дождаться октября, когда решение МВФ вступит в силу). А вот насчет де-факто возникают большие вопросы.

Средства интернационализации юаня

Чуть ли не каждый месяц приходят сообщения о том, что Китай подписал соглашение о валютных свопах (обмены национальными валютами между центральными банками) еще с какой-то страной. В начале сентября 2015 года у Китая уже имелось 33 соглашения о валютных свопах. Суммарная величина лимитов указанных соглашений по китайской валюте составила 3,16 трлн. юаней.

Другая тема, связанная с интернационализацией юаня, - создание Китаем за рубежом офшорных клиринговых центров («юаневых хабов»). «Юаневый хаб» представляет собой своеобразный «терминал», через который нерезиденты получают доступ к китайской валюте, а также различным финансовым инструментам, номинированным в юанях; через них осуществляются платежи и расчеты в юанях с китайскими компаниями и банками, в том числе на клиринговой основе. В качестве института, обслуживающего «юаневый хаб», назначаются ведущие китайские банки, которые действуют через свои филиалы и отделения в других странах (табл. 1).

Табл.1.

Китайские банки, осуществляющие клиринг операций в юанях за пределами Китая

Дата начала работы	Страна	Клиринговый банк
24 декабря 2003	Гонконг	BoC, местное отделение
2004	Макао	BoC, местное отделение
11 декабря 2012	Тайвань	BoC, местное отделение
8 февраля 2013	Сингапур	ICBC, местное отделение
18 июня 2014	Великобритания	ССB, лондонское отделение
19 июля 2014	Германия	BoC, отделение во Франкфурте
4 июля 2014	Южная Корея	BoCom, отделение в Сеуле
15 сентября 2014	Франция	BoC, отделение в Париже
16 сентября 2014	Люксембург	ICBC, отделение в Люксембурге
3 ноября 2014	Катар	ICBC, отделение в Дохе
8 ноября 2014	Канада	ICBC, отделение в Торонто
17 ноября 2014	Австралия	BoC, отделение в Сиднее
6 января 2015	Таиланд	ICBC, отделение в Бангкоке
6 января 2015	Малайзия	BoC, отделение в Малайзии
25 мая 2015	Чили	CCB

Примечание:

BoC– Банк Китая

ICBC - Промышленный и коммерческий банк Китая.

CCB – Строительный банк Китая

BoCom - Bank of Communication

К началу 2016 года за рубежом уже начали действовать или планировались к открытию 20 «юаневых хабов». Крупнейшие из них на сегодняшний день действуют в Гонконге, Сингапуре, Тайване, Сеуле, Лондоне, Франкфурте, Париже, Люксембурге.

То в одной, то в другой стране стартуют амбициозные проекты, направленные на повышение международного авторитета юаня. Так, в середине 2014 года в Малайзии местные компании выпустили облигации в китайской валюте на сумму 4,4 млрд. юаней. Еще более сенсационным стало событие, происшедшее в октябре 2015 года в Лондоне. Народный банк Китая (НБК) осуществил размещение своих долговых бумаг (со сроком 1 год), номинированных в китайской валюте, на фондовом рынке этого международного финансового центра. Сумма размещения - 5 млрд. юаней (787 млн. долл.). Заявок было получено в 6 раз больше – на сумму 30 млрд. юаней (примерно 4,4 млрд. долл.). Главными организаторами размещения бумаг НБК выступили китайский банк Industrial and Commercial Bank of China и английский банк HSBC. В сделке также участвовали китайские банки ABC, Bank of China, Bank of Communications, CCB и английский банк Standard Charted.

Юань не обслуживает сделки третьих стран

А вот данные, которые уже измеряются не миллиардами, а триллионами юаней. В начале прошлого года газета Financial News, принадлежащая Народному банку Китая, сообщила, что объем трансграничных платежей в юанях в 2014 г. составил 9,95 трлн. юаней (1,6 трлн. долл.). Действительно, масштабы впечатляющие. Отметим, что в том же 2014 году совокупный объем международной торговли Китая (экспорт и импорт) составил 26,34 трлн. юаней. Согласно официальным китайским данным, в указанном году 25% всего международного товарооборота КНР обслуживалось с помощью юаня. Юань обслуживал также другие виды трансграничных операций Китая – инвестиционный обмен, денежные переводы, перечисление дивидендов и других инвестиционных доходов и т.п. То есть юань исполняет роль международной валюты лишь для Китая в его двухсторонних отношениях с другими странами. В первую очередь - с соседними азиатскими странами. Во вторую очередь - со странами Центральной и Южной Америки. В третью очередь - со странами Европы (особенно теми, которые не входят в ЕС). С некоторыми крупными торговыми партнерами КНР юань до сих пор почти не используется. Например, в торговле с США.

Использование юаня в двух- и многосторонних торговых и экономических отношениях третьих стран до сих пор является экзотикой. Точной статистики общих объемов такого рода транзакций нет, имеются лишь данные по отдельным сделкам. По нашим оценкам, такие внешние операции с юанем составляют один процент (максимум 2-3) по отношению к объемам трансграничных операций Китая с юанем, что разительно контрастирует с ролью доллара: примерно 2/3 всей долларовой массы обращается вне страны ее происхождения (США) и используется в сделках между юридическими и физическими лицами третьих стран.

Не следует преувеличивать и масштабы операций в офшорных «юаневых хабах». Львиная доля находящихся там юаней (так называемых офшорных юаней) размещаются на депозитах банков. В конце 2013 года объем депозитов в офшорных юанях, по данным НБК, составил около 1,5 трлн. юаней. К концу 2015 года, по оценкам экспертов, их величина могла вырасти до 2,8 - 3,0 трлн. юаней. Львиная доля всех офшорных юаней приходится на три центра – Гонконг, Тайвань и Сингапур. Некоторые специалисты называют эти центры «финансовыми провинциями» Китая. По разным оценкам, от 80 до 90% всех офшорных юаневых депозитов сосредоточено именно там. Из других центров скопления офшорных юаней можно выделить Лондон, Франкфурт, Люксембург. А теперь сравним офшорные юаневые депозиты с оншорными, то есть с депозитами в банках КНР. По данным НБК, их объем составляет около 100 трлн. юаней. Отношение офшорных юаневых депозитов к оншорным - примерно 1,5-3%. А если не принимать во внимание офшорные депозиты «финансовых провинций» (Гонконг, Тайвань, Сингапур), то пропорция будет выражаться долями одного процента. Чтобы было понятно, сколь низок уровень интернационализации депозитного юаня, сравним его с долларом США. Депозиты в «зеленой валюте» за пределами Соединенных Штатов составляют примерно 30% по отношению к долларовым депозитам внутри США.

Есть ли у Пекина долгосрочная валютная политика?

Как ни странно, препятствием для интернационализации юаня является его активный торговый баланс. Китай уверенно сохраняет и наращивает активное сальдо торгового баланса. В 2014 году оно было равно 384 млрд. долл., а в 2015 году выросло до рекордного уровня в 594,5 млрд. долл. При таком сальдо юань не сможет стать резервной валютой де-факто. Лишь при дефицитном балансе за пределами Китая может появиться большое количество юаней, которыми Китай будет расплачиваться для того, чтобы закрывать дефицит торгового баланса. Именно так уже на протяжении многих лет поступают США. Многие экономисты признают, что ценой превращения доллара в международную валюту стала деиндустриализация Америки.

Чтобы другие страны стали поставлять товары в Китай в обмен на «долговые расписки» с названием «юань», указанные «расписки» должны быть чем-то обеспечены. Чем? Либо золотом, либо военной силой. Оба способа апробированы Соединенными Штатами, которые вывели доллар на орбиту мировой валюты. Золотое обеспечение доллара было Вашингтоном обещано миру на конференции в Бреттон-Вудсе в 1944 году, но этого обещания хватило максимум лет на 20. Уже с середины 60-х годов Вашингтон фактически прекратил размен долларов на золото, а 15 августа 1971 года Ричард Никсон официально объявил о том, что «золотое окошко» Казначейства США закрывается. Далее поддержание статуса доллара США как мировой валюты обеспечивалось с помощью военной силы. Однако для этого необходимо выделять в бюджете на военные цели такие ассигнования, которые составляют половину расходов всего мира на оборону. С этим способом обеспечения доллара у дяди Сэма с каждым годом всё больше проблем.

Судя по выступлениям некоторых китайских политиков и экономистов, для достижения цели превращения юаня в международную валюту можно использовать комбинацию двух следующих методов: а) торговый баланс из активного сделать дефицитным; б) активизировать приток иностранного капитала в Китай. В этом случае курс юаня будет хорошим, получаемые юани Китай будет расходовать на импорт, китайская валюта будет активно накапливаться за пределами Китая.

Однако и при таком варианте по-настоящему международной валютой юань не станет, всеобщим платежным средством ему не быть. Это будет международная валюта ограниченного действия. Юань будет циркулировать между иностранным государством и Китаем: из Китая в иностранное государство для оплаты импорта, из иностранного государства в Китай - для инвестиций. Однако такое положение юаня как «усеченной» международной валюты долго не продлится. Когда будут скуплены все лакомые куски активов китайской экономики, интерес нерезидентов к юаню угаснет. Китайская валюта, пробыв некоторое время на мировой орбите, внезапно начнет падать камнем на землю.

И что в сухом остатке? Китайская экономика в этом случае утратит суверенитет, так как ее активы будут захвачены иностранным капиталом. А восстановить утраченные позиции мирового экспортёра Китаю уже не удастся. Второго «китайского экономического чуда» не будет по той причине, что оно с самого начала было организовано с помощью Запада. Сегодня у Запада иные планы, Китай как сильная держава в них не вписывается. Пекину еще не поздно задуматься над тем, какие ловушки его ожидают, если он будет стремиться повторить путь США по превращению национальной валюты в мировую.

Катасонов В.Ю.

Фонд стратегической культуры

12.05.2016 Китай и ВТО: навстречу роковой дате 11 декабря 2016 года.

10 мая член Еврокомиссии (ЕК) Витенис Андриукайтис, выступая на пленарной сессии Европарламента в Страсбурге, заявил: «Китай, бесспорно, не является рыночной экономикой ни по каким стандартам». День спустя брюссельское электронное издание EUobserver сообщило, что в ЕС нет единой позиции по вопросу предоставления Китаю рыночного статуса. «За» выступают Великобритания, Нидерланды, Финляндия, Швеция и Дания, Германия (последняя - с оговорками). Наиболее решительно возражает против предоставления Китаю статуса страны с рыночной экономикой Италия.

В Пекине тем временем напряженно следят за процессом создания двух трансокеанских партнерств – тихоокеанского и атлантического. Инициируют образование двух гигантских интеграционных группировок американцы, и делают они это для того, чтобы, с одной стороны, укрепить свои позиции в мировой торговле, с другой - чтобы не допустить аналогичного укрепления позиций Китая, России и других крупных незападных стран.

Особенно американцев беспокоит усиление Китая. Создав Транстихоокеанское партнерство (ТТП), Вашингтон рассчитывает закрыть для Китая рынки соседних стран, на которые приходится существенная часть торговли КНР (Япония, Южная Корея, Тайвань, Австралия, Новая Зеландия, Вьетнам, Сингапур, Филиппины).

В чём Европа как торговый партнёр важнее для Китая, чем Америка?

С помощью Трансатлантического партнерства (ТАП) Вашингтон надеется оторвать от Китая Европейский союз, объединяющий 28 государств. Между тем ЕС для Китая – такой же приоритетный торговый партнер, как и США. Причем если по общему объему товарооборота с Китаем Евросоюз и США делят первое-второе места, то по импорту Европа оказывается намного более важным партнером Китая, чем Америка (табл. 1)

Табл. 1.

Ведущие торговые партнеры КНР (2014 год)

Экспорт КНР			Импорт КНР
Место	Страна	Доля в общем экспорте КНР, %	Место	Страна	Доля в общем импорте КНР, %
1	США	17,0	1	ЕС	12,4
2	ЕС	15,9	2	Южная Корея	9,7
3	Гонконг	15,5	3	Япония	8,3
4	Япония	6,4	4	США	8,2
5	Южная Корея	4,3	5	Тайвань	7,8

Источник: wto.org

Во внешней торговле Евросоюза Китай также находится на первых местах (в экспорте на втором, в импорте на первом). В совокупном товарообороте ЕС Китай и США занимают примерно одинаковые позиции (табл. 2).

Табл. 2.

Экспорт ЕС			Импорт ЕС
Место	Страна	Доля в общем экспорте ЕС, %	Место	Страна	Доля в общем импорте ЕС, %
1	США	18,3	1	КНР	18,0
2	КНР	9,7	2	США	12,2
3	Швейцария	8,2	3	Россия	10,8
4	Россия	6,0	4	Швейцария	5,7
5	Турция	4,4	5	Норвегия	5,0

Источник: ec.europa.eu

Европейцы умеют считать и понимают, что эффекты от создания ТАП для Европы эфемерны. Увеличение экспорта в сторону США, создание дополнительных рабочих мест, улучшение торгового баланса объединенной Европы – всё это пустые надежды, на которых Вашингтон строит свою пропаганду. А вот утрата Китая как торгового партнера и неизбежные в связи с этим прямые экономические потери - вещь реальная. В частности, Китай идёт на первом месте среди партнеров ЕС по закупкам машин и оборудования.

Китай поддерживает лидерство Европы в производстве многих передовых видов технической продукции и обеспечивает занятость на ее машиностроительных предприятиях. Хотя чиновники из Брюсселя землю роют, чтобы подготовить в 2016 году проект соглашения о создании ТАП и обеспечить его подписание, в ряде европейских государств существует серьезная оппозиция этому партнерству. Деловая Европа крепко держится за Китай.

Что кроется за схоластическим спором о «рыночном» или «нерыночном» характере экономики Китая?

В то же время Брюссель постоянно применяет против китайских товаров антидемпинговые пошлины. Сейчас в ЕС действует 68 антидемпинговых пошлин, из них 51 пошлина направлена против китайских товаров. Уровень таких пошлин - 65 процентов и выше, и наложены они на широкий спектр товаров, начиная от стали и кончая солнечными батареями.

Основанием антидемпинговых пошлин является то, что Пекин нарушает «справедливую конкуренцию», оказывая государственную поддержку своим экспортерам. Такую экономику чиновники называют «нерыночной», что даёт им основание вводить против китайских товаров повышенные импортные пошлины.

Этот год для китайской экономики будет очень непростым. Не исключено, что китайскому государству придётся пойти против течения и, наоборот, усилить поддержку ряда отраслей национальной экономики. Пекин попытается соединить это с одновременным усилением активности на дипломатическом фронте. В СМИ также высказывается предположение, что Китай может увеличить масштабы своих инвестиций в европейскую экономику, что станет платой за нужное Китаю решение.

Результат заседания в Брюсселе 13 января явно насторожил Вашингтон. Он рассматривает ожидаемое признание Европой рыночного характера китайской экономики как существенный риск в деле построения ТАП. Уж не говоря о том, что такое решение может ударить по американскому экспорту в Европу. Еще накануне нового года в британской Financial Times появилось сообщение о том, что Вашингтон предпринял упреждающую акцию - настоятельно «посоветовал» Брюсселю не предоставлять Китаю статус рыночной экономики.

Позиция самих США по вопросу статуса китайской экономики достаточно невнятная. На словах американцы еще в конце прошлого десятилетия признали рыночный характер китайской экономики. Однако юридически это не было зафиксировано, и время от времени США вводили компенсационные пошлины против ряда китайских товаров. Перечень продукции, на экспорт которой в Штаты были наложены дополнительные таможенные сборы, обширен и включал в себя более 20 позиций. Дополнительными пошлинами стали облагаться поставляющиеся из Китая солнечные батареи, ветровые генераторы, мелованная бумага, стальные раковины, лимонная кислота, различные виды труб, включая изделия для нефтедобычи, провода и прессованная продукция из алюминия и др. С 2007 по 2012 год Министерство торговли США 17 раз вводило компенсационные таможенные пошлины для китайских товаров. Среднегодовой объем экспорта попавшей под дополнительные сборы продукции оценивается более чем в 7 млрд. долл. Китай был вынужден обратиться в 2012 году в суд ВТО для того, чтобы добиться отмены Вашингтоном необоснованных торговых барьеров. В 2014 году суд ВТО удовлетворил претензии Пекина. В решении экспертов ВТО говорится, что Вашингтон не смог юридически доказать, что китайские экспортеры являются государственными органами. По этой причине к данным компаниям нельзя применять так называемые компенсационные пошлины. То есть суд ВТО фактически признал, что китайская экономика является рыночной.

Вся эта история очень напоминает события, которые разворачивались вокруг придания юаню статуса резервной валюты. Как известно, в начале 2015 года Вашингтон грозно предупреждал, что юань такого статуса не получит. А кончилось тем, что 30 ноября 2015 года Международный валютный фонд принял решение о включении юаня в корзину резервных валют.

До конца года проблема статуса китайской экономики («рыночная» или «нерыночная»?) выйдет на одно из первых мест в отношениях Китай - ЕС и США - ЕС. Если за это время Китаю удастся получить новый статус, он легко потеснит Соединенные Штаты на европейском рынке, став для Евросоюза торговым партнером №1. Однако это произойдёт лишь в том случае, если Вашингтон не успеет навязать Европе соглашение по Трансатлантическому партнерству. Если же до декабря 2016 года Китаю не будет предоставлен официальный статус «рыночной экономики», встанет деликатный вопрос о юридических основаниях пребывания Китая в ВТО. Решающим здесь является фактор времени.

События последних дней показывают, что торговые противоречия между Пекином и Западом обострились. 18 апреля прошла встреча министров и торговых чиновников более чем 30 стран, организованная Бельгией и ОЭСР. На встрече обсуждались проблемы избыточных мощностей в мировой сталелитейной промышленности, что вызывает падение цен на черные металлы и больно бьет по сталелитейным предприятиям Западной Европы и США. Во встрече участвовал Китай, на него представители Запада обрушили огонь своей критики, требуя от Пекина сокращения мощностей и прекращения субсидирования черной металлургии. Главным обвинителем на этой встрече была делегация США. Видно невооруженным глазом, что Вашингтон пытается сколотить единый западный фронт борьбы с «нерыночной» торговой экспансией Китая. Пока что ничего не удаётся. Однако по мере приближения роковой даты 11 декабря 2016 года накал торговых противоречий между Китаем и Западом будет нарастать, а США будут подливать масла в огонь в попытках подорвать торговые связи Европы и Китая.

Катасонов В.Ю.

Фонд стратегической культуры

19.04.2016 Финансовые «пузыри» в Китае продолжают «лопаться», и это угрожает мировой экономике.

Народный банк Китая (центробанк) во вторник влил в финансовую систему страны 90 млрд юаней ($13,89 млрд) при помощи операций обратного РЕПО (с обязательством продать по фиксированной цене). Много это или мало? Зачем Китай это делает и какова ситуация в финансовой системе КНР, рассказал в интервью Накануне.RU экономист, профессор МГИМО, доктор экономических наук Валентин Катасонов.

Вопрос: О чём говорит вливание Китая в свою финансовую систему $14 млрд?

Валентин Катасонов: В принципе 14 млрд долларов — это не такая уж запредельная сумма. РЕПО — это прежде всего те кредитные ресурсы, которые ЦБ (Китая — прим.) даёт не для финансирования реальной экономики, а для того, чтобы поддерживать устойчивость банковской системы. Так что моё предположение, что наверно это связано с тем, что там неустойчивость банковской системы. Но это ни для кого не секрет.

В Китае очень высокий процент невозвратных кредитов или проблемных кредитов. Ещё проблема в том, что значительная часть кредитной системы Китая находится вне контроля народного банка Китая — это так называемый теневой банкинг. А там ситуация вообще непонятная, но судя по всему, ещё более тяжёлая, чем в официальном банковском секторе.

Вопрос: То есть те «пузыри», о которых уже много сказано, продолжают «лопаться»?

Валентин Катасонов: Безусловно. Неустойчивость и теневого банкинга, и официального банковского сектора связана с тем, что в Китае навыдавали очень много кредитов, рассчитывая на то, что «пузыри» будут и дальше «надуваться». А они дальше «надуваться» не желают. А стало быть, есть проблема с возвратами кредитов. А, значит, риск банкротства. И народный банк Китая пытается компенсировать все эти негативные процессы, и операции РЕПО вызваны именно этим.

Вопрос: Насколько эти операции помогают решить проблемы с «пузырями»?

Валентин Катасонов: Это примочки, они никак не решают главной проблемы. Если пытаться бороться с рисками «пузырей», то тут есть два варианта – продолжать дальше надувать, потому что тут принцип ниппеля — можно только надувать, а когда пузыри начинают спадать, то это серьёзные бумеранги для банковской системы. Поэтому либо надувать, но тогда уже не $14 млрд надо, а хотя бы на порядок больше, либо каким-то образом спускать эти пузыри, и при этом всегда будут издержки. И вопрос – как распределить эти издержки, кто понесёт убытки, кто будет банкротом – предприятие реального сектора или банк. Тут ситуация – рубль за вход, десять рублей за выход. Войти – дело нехитрое, а выйти безболезненно ещё никому не удавалось.

Вопрос: Как оценить влияние китайской экономики на мировую?

Валентин Катасонов: Китайская экономика тоже превращается в казино. Власти КНР говорят, что ВВП у них прирос в прошлом году на 6,5%, но это фикция, реальный прирост 4-4,5%, говорят специалисты. Но опять-таки, что такое понятие ВВП — это уже понятие философское, а не экономическое. Потому что в американском ВВП на реальный сектор приходится 20-25%, в Китае половина. Пририсовать прирост можно за счёт учёта каких-то финансовых услуг.

Реального прироста экономики Китая на самом деле нет. Реальный прирост экономики Китая обеспечивался за счёт прироста внешней торговли. Это положительное сальдо торгового баланса. Пока оно у них действительно большое, но при этом падает экспорт-импорт. То есть абсолютные масштабы внешней торговли в 2015 году упали. Там приписывать очень сложно, но Китай вывернулся, потому что у них падение импорта было больше, чем экспорта. В этом году, я думаю, что им этот финт повторить не удастся. Будет дальнейшее снижение экспорта-импорта, и думаю, что сальдо будет гораздо более скромным, соответственно и прирост будет скромным.

А почему сегодня все макроэкономисты смотрят на показатель прироста ВВП, да потому, что все экономики долговые, и прирост ВВП показывает, сможет страна покрыть свои внешние обязательства или не сможет. Даже сами китайцы иногда говорят не особенно громко, что им нужен минимальный прирост 6%, потому что в Китае очень большой совокупный долг — 280% ВВП. А чтобы даже обслуживать этот долг, нужен прирост экономики, и он должен быть не меньше 5,5%. Если он будет меньше, то они войдут в ситуацию штопора. Так что обслуживание ростовщических процентов и понятие «экономический рост» очень созвучны. Экономический рост в современном мире нужен не для того, чтобы удовлетворять потребности людей, а для того, чтобы обслуживать долги.

Так что у Китая ситуация достаточно «тухлая», я прямо говорю. И я не утрирую, потому что во многом Китай повторяет траекторию Японии – в 70-е годы там было так называемое японское чудо, а потом, в середине 80-х годов, оно закончилось, и японская экономика стагнирует. С Китаем будет то же, но в более худшем варианте.

Катасонов В.Ю.

11.04.2016 Уроки «опиумных войн» для Китая и для России

На протяжении трёх столетий существования мировой наркоторговли золото всегда играло заметную роль в качестве средства расчётов на рынке наркотиков. Более того, в те времена, когда мировая торговля наркотиками только складывалась, главной целью торговцев зельем являлось получение «жёлтого металла». Активное навязывание наркотиков Китаю Британской Ост-Индской компанией и другими английскими купцами диктовалось их желанием заполучить несметные запасы золота, которые Китай накапливал веками.

Накопление происходило за счёт того, что китайские купцы везли в Европу шёлк, фарфор, пряности, иную восточную экзотику, получая за это серебряные и золотые деньги. Импорт Китаем товаров при этом оставался в разы меньше. Активный торговый баланс способствовал наращиванию запасов драгоценных металлов в Китае. Две «опиумные войны», развязанные Англией (при участии Франции во второй войне), были призваны вернуть некогда утраченное золото. Подсадив многие миллионы китайцев «на иглу», Великобритания обеспечила такой запас драгоценного металла, который позволил ввести золотой стандарт — сначала в самой Великобритании, а затем навязать его и всей Европе. За всеми этими наркозолотыми проектами в XIX веке стояли Ротшильды (прежде всего лондонский банк «Н.М. Ротшильд»). Примечательно, что и сегодня серьёзные исследователи склоняются к утверждению, что нынешний клан Ротшильдов в первую очередь специализируется на таких товарах, как золото и наркотики.

Натан Майер Ротшильд

Одним из рынков, где расчёты за поставки наркотика принято проводить золотом, является Гонконг. Долларовым бумажкам там не доверяют. Это сейчас один из крупнейших в мире рынков опиума и золота. Об этом пишет в своей книге Джон Коулман. Более того, он полагает, что цена на золото на данном рынке производна от цен на опиум.

«Я провел обширные исследования, — уточняет Дж. Коулман, — для того чтобы установить связь между ценами на золото и ценами на опиум. Я обычно говорил тем, кто желал меня слушать: «Если вы хотите узнать цену на золото, узнайте, какова цена одного фунта или килограмма опиума в Гонконге»».

В своей книге Дж. Коулман сообщает о том, что большие доходы от торговли опиумом имеет социалистический Китай, который осуществляет эти операции через Гонконг. Получаемое от этой торговли золото накапливается в запасах, которые не отражаются официальной статистикой. По мнению Дж. Коулмана и некоторых других исследователей, Китай благодаря операциям с наркотиками ныне вышел на одно из первых мест по запасам «жёлтого металла». Дж. Коулман приводит в качестве примера следующий случай:

«Посмотрите, что произошло в 1977 году — критическом году для цен на золото. Банк Китая поверг в шок прогнозистов, внезапно и без предупреждения выбросив на рынок 80 тонн золота по демпинговым ценам. В результате цена на золото резко упала. Эксперты удивлялись тому, откуда в Китае взялось столько золота. Это было золото, заплаченное Китаю на гонконгском рынке золота за крупные партии опиума».

Сейчас на некоторых рынках наркотиков золото используется не просто в качестве средства обмена (расчётов), но также как мера стоимости — для снижения рисков колебаний покупательной способности официальных денег. В частности, в Афганистане. Андрей Девятов пишет:

«Расчеты за поставки опия ведутся не в «нулях» бумажных денег, а в учетных единицах драгоценных металлов (для США — в унциях, для Китая — в лянах), а оплата принимается не только продуктами и товарами потребления, но и оружием» [ А.П. Девятов. О масштабах всемирной войны за наркотики // Журнал «Самиздат» (Интернет)].

В отдельные моменты истории в отдельных странах происходило то, что не описано ни в одном учебнике по деньгам: на место золота как всеобщего эквивалента заступали наркотики. В таком качестве наркотики получали название «белого золота», «наркозолота» или «кокаинового золота». Некоторые исследователи обратили внимание, что «белое золото» особенно уверенно занимало место «жёлтого» в те моменты, когда официальный золотой стандарт обваливался, а бумажные деньги обесценивались. Впервые это произошло после Первой мировой войны и краха временно восстановленного золотого стандарта в 1930-е годы, второй раз — после краха золотодолларового стандарта в 1971 году (отказ Вашингтона обменивать доллары на драгоценный металл).

В Поднебесной в настоящее время идёт активная консолидация предприятий по добыче так называемых редкоземельных металлов (РЗМ), усиливается государственный контроль над отраслью, крупные инвестиции направляются на создание «производственных цепочек» по глубокой переработке металлов. Наконец, из государственных валютных резервов щедро выделяются средства на покупку зарубежных месторождений РКЗ. Кстати, по мнению некоторых зарубежных аналитиков, Китай уже в 2015 году способен стать чистым импортёром РЗМ. Китай явно не желает играть роль сырьевого придатка западной «цивилизации». Всё это грозит перерастанием обычного «торгового спора» в торговую войну. Жёсткую позицию Китая понять можно: история с металлами вышла за рамки банальных разборок по поводу уровня пошлин или государственных субсидий и представляет собой плохо закамуфлированную попытку Запада поставить под свой контроль месторождения полезных ископаемых в Поднебесной. Бесцеремонность, напоминающая требования Лондона к Пекину накануне «опиумных войн».

Напомню, что «опиумные войны» проводились, для того чтобы добиться «открытия» внутреннего рынка Китая для поставок опиума из Бенгалии английскими коммерсантами и выкачивания из страны серебра, золота, чая, хлопка, фарфора и шёлка (конечно, основным и конечным выгодополучателем этой торговли оставалась британская корона). Первая война (1840–1842) закончилась Нанкинским договором. Договор предусматривал выплату империей Цин контрибуции в размере 15 млн серебряных лян (примерно 21 млн долларов по тогдашнему курсу — громадные деньги), передачу Великобритании острова Гонконг и открытие китайских портов для английской торговли. Английская корона получила гигантский источник дохода путём продажи опиума. Первая «опиумная война» стала началом длительного периода ослабления государства и гражданской смуты в империи Цин, что привело к закабалению страны со стороны европейских держав и принудительной наркоманизации населения. Так, в 1842 году население империи составляло 416 млн человек, из них 2 млн наркоманов, в 1881 году — 369 млн человек, из них 120 млн — наркоманов.

Вторая война (1858–1860) с участием Англии и Франции завершилась подписанием Пекинского договора, по которому цинское правительство согласилось выплатить Великобритании и Франции 8 млн лянов контрибуции, открыть для иностранной торговли Тяньцзинь, разрешить использовать китайцев в качестве кули (работников на правах рабов) в колониях Великобритании и Франции.

война Шарль Кузен-Монтабан ведёт в бой французские войска

Многие китайцы прекрасно помнят о событиях и последствиях «опиумных войн»; их поведение в XXI веке в определённой степени связано с этой памятью. С одной стороны, эта память порождает у них страх и желание не раздражать «варваров» (так китайцы называли в XIX веке англичан-завоевателей). С другой стороны, эта же память заставляет их напрягать все силы, для того чтобы стать сильной страной, способной отразить военные посягательства со стороны «варваров». Китайцы хорошо понимают: торговые споры могут перерастать в торговые войны, а торговые войны — в настоящие «горячие» войны.

Но вернёмся к современному Китаю и назревающей торговой войне. Она способна войти в анналы мировой истории как «металлическая война» (по аналогии с «опиумными войнами»). Эта информация, безусловно, важна для понимания того, зачем нас так долго и настойчиво тянули в ВТО. И для понимания того, как ВТО, выполняя требования своих главных «акционеров» (западных стран), будет действовать в отношении России, в том числе используя инструменты, присущие этой организации.

Уже теперь Россия — крупнейший в мире поставщик на мировой рынок природного газа и нефти. Занимает первое место по запасам природного газа, многих цветных металлов, платины, апатитов и другого сырья. Россия и так запредельно много экспортирует природных ресурсов. Например, на внешний рынок идёт 50% добычи «чёрного золота», 25% природного газа, до 100% (в отдельные годы) золота и некоторых металлов из платиновой группы и т.д. Внутренние потребности удовлетворяются по «остаточному принципу». Наблюдается ярко выраженный приоритет потребностей ТНК над потребностями национальной экономики.

Если власти страны вдруг пожелают развивать переработку нефти в виде нефтепродуктов, им придётся уменьшить поставки сырой нефти на мировой рынок. Вот этого как раз и опасается Запад. Он станет делать всё возможное, для того чтобы Россия продолжала оставаться сырьевым придатком «золотого миллиарда». Для этого и потребовалась ВТО с её «правилами». Любого члена ВТО в любой момент могут обвинить в следующих «преступлениях»:

а) ограничение экспорта ресурсов;

б) попытки повышения цен на ресурсы на мировом рынке через сокращение их поставок;

в) нанесение тем самым ущерба транснациональным корпорациям через «ограничение доступа» к ресурсам.

С России (как и с другой державы) могут взыскать компенсацию ущерба, нанесённого транснациональным корпорациям, и потребовать восстановления «свободного доступа» к ресурсам.

Как тут не вспомнить карательные акции Англии в отношении Китая во время «опиумных войн». В начале XXI века может произойти похожая история. Правда, вместо Китая окажется Россия, вместо Англии — США. А война будет называться «нефтяной», «газовой» или «золотой». Её симптомы уже можно рассмотреть в международной политике.

http://историк.рф/special_posts/уроки-опиумных-войн-для-китая-и-дл/

06.04.2016 Золото китайского дракона.

Содержание:

0:01:36 — игры Китая с золотом

0:03:53 — китайский юань в борьбе валют

0:04:58 — китайское экономическое чудо

0:05:28 — российско-китайские отношения

0:06:12 — золотой юань

0:09:50 — шизофреническая политика Китая

0:11:50 — хозяева золота

0:14:18 — кто владеет долларом США?

0:15:48 — взлёты и поражения золотого стандарта

0:17:47 — золотое будущее Китая

0:19:03 — почему Китай стал развиваться?

0:19:43 — как делают экономические чудеса

0:21:25 — Гонконг — буфер Китая

0:22:04 — Китай накапливает золото

0:23:28 — золото для мировой войны

0:23:50 — чужое золото Центробанка РФ

0:26:09 — золотая сделка Чан Кайши и Моргентау

0:32:34 — борьба за валютный олимп

0:34:23 — юань стал международной резервной валютой

0:37:25 — восход и закат японской йены

0:39:26 — глобальная экономика поглотила национальные государства

0:40:27 — шаткость мировой экономики

0:42:32 — проигрыш индустриальной Америки

0:44:21 — за что убили Джона Кеннеди?

0:46:00 — бегство капитала из Китая

0:51:33 — где рухнет мировая экономика

0:52:07 — юань против доллара

0:52:45 — как доллар США продвигался к мировому господству

0:54:21 — спад китайской экономики

0:58:09 — советско-китайские отношения

___________________________________

Ответы на вопросы

Содержание:

0:00:00 — на кого работает ВнешЭкономБанк

0:02:37 — кто съел китайские деньги?

0:04:00 — Мао Цзедун против наркотиков

0:05:16 — Китай и территории опережающего развития

0:06:50 — агенты международного капитала

0:08:00 — Россия между Западом и Востоком

0:09:24 — курс валюты как ограбление

0:12:51 — возможна ли дружба Китая и Индии?

0:13:57 — сколько народу живёт в Китае?

0:15:11 — отличия китайской, сталинской и российской индустриализации

0:18:15 — духовное глобальное управление США

0:23:52 — электронно-банковский концлагерь будущего

0:28:24 — золотые идолопоклонники

0:33:15 — проверка чистоты денег

0:38:23 — трансокеанские торговые партнёрства

0:40:36 — позорное вступление России в ВТО

0:43:19 — война — решение проблем империи США

0:46:45 — президент Путин работает в колониальной администрации

Катасонов В.Ю.

24.03.2016 Про перспективы китайской экономики.

Мы уже рассказывали неоднократно что секрет китайского экономического чуда относительно прост. Источником роста китайской экономики после 2008 года является исключительно рост денежной массы. В период с 2008 по 2015 год соотношение М2/ВВП выросло со 150% до 200%. Как это просиходит? Китайский ЦБ понижает ставки и понижает требования к резервированию для банков, а принадлежащая государству банковская система раздает деньги в виде дешевых кредитов неограниченному кругу заемщиков. Мы об этом подробно писали в - Последние новости про Китай от 17.02.2016. При этом банки не особо заботятся о возврате кредитов, потому что в случае если кредиты не будут возвращены, банки можно всегда рекапитализировать за счет той же самой денежной эмиссии. Эффективность банковского сектора китайское руководство особо не волнует потому что задача банковского сектора не в том чтобы быть эффективным, а в том чтобы обеспечить нужные темпы экономического роста. Кредиты выдаются под низкий процент (5-6%).

В результате совокупный долг китайской экономики состаляет около 30 трлн долларов. А за последние 8 лет соотношение долг/ВВП выросло вдвое (см. диаграмму).

С учетом неограниченных людских ресурсов эта система отлично работала пока не случилось страшное. Мир насытился китайскими товарами и увеличивать объемы произвоства стало некуда. Случилось это в 2012 году и китайский ЦБ прощелкал момент, когда нужно было остановиться и перестать наращивать денежную массу. Сначала у китайцев началась дефляция, потом дефляция перекинулась на весь мир, потом надулись 2 пузыря: на фондовом рынке и на рынке недвижимости. Китайский ЦБ всех этих проблем не видел в упор. В 2014 году ФРС начал поднимать ставки, что спровоцировало обвал китайского фондового рынка в 2015 году. Вот только тогда китайцы поняли, что дело пахнет керосином.

Сейчас китайцы не знают что делать. Китайский регулятор шарахается из стороны в сторону. В январе они увеличили объем кредитов частному сектору на 0,5 трлн долларов и весь мир подумал что китайцы окончательно спятили. Но в феврале объем нового кредитования резко упал относительно января (см. диаграмму). Объем выданнных кредитов вырос в феврале всего лишь на 120 млрд долларов, что тоже вообще-то тоже немало, но на фоне ретроспективы ерунда.

- диаграмма в сотнях миллионов юаней

Видимо регулятору пришла в голову неожиданная мысль, что печатать деньги такими объемами дальше смысла нет, потому что всё напечатанное тут же вытекает из страны. На диаграмме внизу видно что отток капитала в феврале резко упал относительно января до 30 млрд долларов (в январе было 105 млрд. долларов). Это как раз связано с сокращением темпов роста кредитования экономики. Всего за последние 12 месяцев из страны вытекло 600 млрд. долларов (см. диаграмму).

- зеленая кривая - это ЗВР Китая (левая ось), а серые столбики - это месячный отток капитала (правая ось)

Что дальше? Дальше будет обвал на рынке недвижимости. Потому что на китайском рынке недвижимости пузырь эпических масштабов. Это самый большой пузырь в истории человечества. Говорят, 65 млн квартир пустуют. Китайское правительство понастроило десятки пустых городов, потратив 2 трлн долларов, чтобы просто людей обеспечить работой. А купить жилье там никто не может - дорого. Сейчас самое время ценам резко обвалиться, что повлечет банкротство девелоперских компаний.

Когда обвалится рынок недвижимости, то начнется банковский кризис. Кроме того, сама отрасль жилищного строительства в 2016 году резко схлопнется, потому что строить дальше смысла нет. А эта отрасль составляет 20% ВВП. Короче говоря, 2016 год будет очень тяжелым для китайцев.

А знаете почему кончилось китайское экономическое чудо? Планета оказалась маловата для них. В сельском хозяйстве еще работает 300 млн человек, а весь мир уже завален ширпортебом и больше не нужно.

P.S. Вы наверное спросите как китайский кризис коснется нас? Отвечаю: никак. Наша экономика так устроена что от китайской вообще никак не зависит. Будет минутка, расскажу подронее.

monetary_policy

http://monetary-policy.livejournal.com/30026.html

19.03.2016 Американо-китайская торговля как фактор дестабилизации мирового порядка

Любой экономический кризис – результат накопившихся диспропорций и проявление неравновесия в экономических отношениях. Одна из фундаментальных диспропорций мировой экономики – неравновесная торговля между странами (большое превышение экспорта над импортом и наоборот). Тенденция к росту межгосударственных торговых диспропорций наблюдается совершенно отчётливо, это влечет целый ряд неприятных последствий: разнонаправленные изменения валютных курсов, гигантский рост официальных валютных резервов и одновременно внешних долгов государств, нарастание валютного хаоса, разрушение реальной экономики как в странах-экспортерах, так и в странах-импортерах (закрытие предприятий и сворачивание производств, упрощение структуры экономики и т.п.). Политические последствия этих процессов — усиление протекционизма, торговые и валютные войны, рост медународной напряженности.

Всемирная торговая организация (ВТО), озабоченная лишь либерализацией международной торговли, даже формально не ставит перед собой задачу обеспечения сбалансированной торговли. Тем более не ставят перед собой такой задачи международные финансовые организации — МВФ и Всемирный банк. Эти организации, наоборот, только усугубляют торговые диспропорции.

В 1944 году на Бреттон-Вудской конференции английский экономист Джон Кейнс предлагал свой вариант послевоенной мировой финансовой системы. Ее фундаментальным принципом должно было стать равновесие торговых балансов, что в свою очередь гарантировало бы стабильность валютных курсов и устойчивость мировой экономики. Однако Кейнса не услышали. Был поддержан американский вариант, который в неявном виде закладывал мину под мировую экономику. В явном виде эта мина была заложена на Ямайской валютно-финансовой конференции (1976 год), легализовавшей свободное плавание валют. Отсюда вытекало, что диспропорции в торговле – норма жизни. А рынок, мол, сам всё отрегулирует.

В 2014 году ведущая десятка мировых экспортеров выглядела следующим образом (экспорт товаров, включая реэкспорт, млрд. долл. США): КНР – 2.343,0; США – 1.623,0; Германия – 1.511,0; Япония – 684,0; Франция – 584,0; Южная Корея – 573,0; Нидерланды – 571,8; Гонконг — 519,2; Италия — 513,7; РФ – 497,4; Великобритания – 480,0. В 2014 году общий объем экспорта в мире составил 17.779 млрд. долл. Таким образом, на первые три страны пришлось 30,8% мирового экспорта, а на первые две (КНР и США) – 22,3%.

Ведущая десятка импортеров в 2013 году включала в себя следующие страны (импорт товаров, млрд. долл. США): США – 2.273,0; КНР — 1.950,0; Германия – 1.233,0; Великобритания – 782,5; Япония – 766,6; Франция – 659,8; Гонконг – 520,6; Южная Корея – 514,2; Нидерланды – 477,8; Канада – 471,0. В 2013 году общий объем импорта в мире был оценен в 18.000 млрд. долл. Таким образом, на первую тройку стран пришлось 30,3%, а первые две (США и КНР) – 23,5%.

В мире четко определилась группа лидеров мировой торговли – КНР, США и Германия. После Второй мировой войны первое место по оборотам внешней торговли стабильно занимали США. В 2014 году их обошел Китай. Вот как, по данным ЮНКТАД, в 2014 году выглядела группа лидеров мировой торговли по внешнеторговым оборотам (млрд. долл.): КНР – 4.052,5; США – 4.006,0; Германия — 2.677,6. А вот как выглядело в 2014 году сальдо торгового баланса этих стран (млрд. долл.): КНР – плюс 435,1; США – минус 735,8;Германия – плюс 304,2.

Особое внимание обращают на себя США и Китай. На них в 2014 году пришлось более 22% мирового торгового оборота, но дело не столько в абсолютных цифрах, сколько в том, что эти два государства создают гигантские дисбалансы во взаимной торговле.

На днях Министерство торговли США опубликовало свежие статистические данные о внешней торговле США за 2015 год. Дефицит торгового баланса США составил 736,2 млрд. долл. А вот список стран, торговля с которыми была наиболее дефицитной для США в 2015 году (дефицит баланса взаимной товарной торговли, млрд. долл.): КНР – 365,7; Германия – 74,2; Япония – 68,6; Мексика – 58,4; Вьетнам – 30,9. Как видим, половина всего торгового дефицита США в прошлом году возникла в результате торговли с Китаем. Причём американо-китайская торговля складывается для США с дефицитом начиная с 1985 года (табл. 1).

Табл. 1.

	1985	1995	2005	2014	2015
Экспорт	3,86	11,75	41,19	123,7	116,2
Импорт	3,86	45,54	243,47	466,8	481,9
Сальдо	0,00	- 33,79	- 202,28	- 343,1	- 365,7

Последние 30 лет дефицит в торговле США с Китаем неуклонно возрастал. Сегодня не найдёшь среди крупных и средних государств такую несбалансированную двухстороннюю торговлю, какая сложилась у США и КНР. В 2015 году импорт товаров Соединенными Штатами из Китая превысил экспорт из США в Китай в 4,2 раза! Еще в 2014 году этот показатель составлял 3,8 раза.

Дефицит торговли США с Китаем обеспечивается с помощью печатного станка ФРС, штампующего ничем не обеспеченные доллары, которыми Америка оплачивает свой громадный, всё время растущий импорт. Диспропорции международной торговли США – яркое проявление паразитического характера американской экономики. Это уже даже не экономика, то есть не система производства, обмена, распределения и потребления продукта, а некая машина, наращивающая потребление.

Если двухсторонняя торговля США – Китай создает половину общего дефицита торгового баланса США, то для торгового баланса Китая эта торговля еще более значима. По предварительным данным, общее положительное сальдо торгового баланса Китая в прошлом году составило 560 млрд. долл. То есть торговля с Америкой обеспечила почти 2/3 положительного торгового сальдо Китая!

Хорошо известно, что высокая динамика экономического развития Китая уже давно создается за счет внешних рынков. Уточним: прежде всего, за счет рынка США.

Однако любые диспропорции не могут расти до бесконечности. Американский рынок перенасыщен товарами. За 2014-15 гг. прирост китайского экспорта в США составил 15,1 млрд. долл. В относительном выражении это всего 3 процента. Этого явно недостаточно для того, чтобы обеспечивать рост ВВП Китая на 6-7% в год, как предусмотрено пятилетним планом Китая на 2016-2020 годы. Форсировать дальнейший рост экспорта за счет субсидирования своих товаропроизводителей Китаю вряд ли удастся. До конца 2016 года Китай должен на деле показать, что его экономика является «рыночной». Таковы были условия вступления Китая в ВТО в 2001 году. Пока Запад не признаёт такого статуса китайской экономики, что позволяет ему защищаться от китайских товаров с помощью антидемпинговых пошлин. Так, в начале марта сего года власти США заявили о введении пошлин в размере 266% на китайскую холоднокатаную сталь.

Впрочем, главную ставку Китай собирается сделать на такое средство форсирования экспорта, как плавное понижение курса юаня по отношению к доллару США. Народный банк Китая (НБК), правда, сделал в феврале заявление, что он имеет достаточное количество валютных резервов для того, чтобы поддерживать курс юаня. Действительно, КНР — рекордсмен по величине золотовалютных резервов (3,5 трлн. долл.), но есть большие сомнения насчёт того, что НБК будет на деле проводить обещанную политику поддержания курса юаня, а также его статуса резервной валюты.

Статус юаня, конечно важен, но выполнение пятилетнего плана социально-экономического развития Китая на 2016-20 годы, наверное, еще важнее. Да и «спалить» за несколько лет триллионы долларов, которые Китай накапливал несколько десятилетий, тоже жалко. И даже нелепо. Пекину в текущем году предстоит принятие непростых решений, и каждое решение будет представлять выбор между плохим и очень плохим.

У Соединённых Штатов есть достаточно большой арсенал средств экономического давления на Китай, но применение каждого такого средства может создавать серьезные негативные последствия для самих США. Можно, например, продолжить повышение базовых процентных ставок ФРС (первое повышение за долгие годы был сделано в декабре 2015 года), что ускорит бегство капитала из Китая, будет давить на курс юаня, потребует от НБК постоянных валютных интервенций и будет опустошать валютные резервы Китая. Однако повышение процентных ставок ФРС бьёт одновременно и по американской экономике. Пекин же вместо валютных интервенций может ввести ограничения или запреты на международное движение капитала. А такой ход китайцев просто перечеркнёт стратегию Вашингтона по глобализации мировой экономики.

Две фазы торгово-экономических отношений Вашингтон и Пекин уже прошли. Первая фаза – сотрудничество «ко взаимному удовольствию» – продолжалась с конца 1970-х годов до финансового кризиса 2007-2009 гг. Данный кризис – рубеж, обозначивший завершение процесса экономической глобализации, который был организован Вашингтоном с конца 70-х гг. ХХ века. Тогда экспортно ориентированный Китай был частью американского проекта глобализации.

Вторая фаза – со времени окончания финансового кризиса по настоящее время – характеризуется обострением внутренних проблем США и Китая на фоне усиления диспропорций в их торгово-экономических отношениях. Сегодня наблюдается резкое обострение противоречий между Вашингтоном и Пекином в сфере торговли и валютно-финансовых отношений. Возможности снижения этих противоречий с помощью традиционных экономических средств (стимулирование экспорта, усиление протекционизма, введение валютных ограничений на движение капитала, управление валютным курсом и т.д.) уже не дают необходимого эффекта и еще больше усугубляют положение каждой из сторон. Любая экономическая мера — как со стороны Вашингтона, так и Пекина — вызывает мощный эффект бумеранга.

Третья фаза еще не наступила, но может наступить в любой момент. Хороших ходов на шахматной доске экономического сотрудничества/противоборства США и КНР не осталось ни у одной из сторон. В этой ситуации существенно повышается вероятность того, что для победы в «шахматной партии» стороны могут использовать средства, далекие от торговли и финансов. То есть средства военные. Громадное неравновесие в американо-китайской торговле может спровоцировать нарушения хрупких балансов не только в мировой экономике, но и во всём мировом порядке.

http://www.fondsk.ru

18.03.2016 IV сессия Всекитайского собрания народных представителей: итоги и перспективы.

Китай: рывок в прекрасное будущее или прыжок в пропасть?

Главным политическим событием уходящей недели в Китае стало закрытие IV сессии Всекитайского собрания народных представителей 12-го созыва — высшего органа законодательной власти КНР. Итогом двухнедельной работы 2,8 тыс. народных депутатов стало принятие 13-го пятилетнего плана развития страны.

Впервые со времён 6-й пятилетки (1981−1985 гг.) мировое сообщество так внимательно следит за новостями из Пекина. Причиной интереса является огромный пласт экономических и социальных проблем, от решения которых зависит дальнейшее развитие мировой экономики.

Следующие пять лет могут стать одним из самых сложных периодов в истории современного Китая. В 2015 г. рост национальной экономики составил всего 6,9% — последний раз такой низкий показатель был зафиксирован 25 лет назад. Многие аналитики до последнего отказываются верить, что эпоха китайского «экономического чуда» может подойти к своему логическому завершению. Политики уверяют, что серьезных причин для беспокойства нет.

Как сообщает «Синьхуа», премьер-министр Ли Кэцян, отвечая на вопросы журналистов в ходе пресс-конференции 17 марта, заявил, что «жесткой посадки» у китайской экономики не будет. В это хотелось бы верить, однако примечателен тот факт, что одновременно с пресс-конференцией с участием главы правительства в восточной провинции Хэйлунцзян тысячи шахтеров вышли протестовать на улицы, требуя выплат зарплат. Все они стали жертвами начавшегося сокращения производственных мощностей промышленности.

Несмотря на сложную экономическую и социальную ситуацию, народные депутаты оптимистично смотрят в будущее. По планам правительства, принятый пакет антикризисных реформ к 2020 г. позволит в 2 раза увеличить доход на душу населения по сравнению с показателем 2010 г. К концу 13-й пятилетки доход семьи из 3 человек будет составлять 90 тыс. юаней ($13,8 тыс.), пишет «Чжунго жибао».

Власти понимают, что для устойчивого социального развития страны необходима срочная модернизация системы национального здравоохранения. Уже с этого года в Китае начнется создание сети больниц провинциального и уездного уровней. Кроме того, общее врачебное дело станет приоритетным направлением подготовки медицинских специалистов. Как ранее сообщало издание «Наньцзао жибао», к 2020 г. на каждые 10 тыс. граждан КНР будет приходится не менее 2 докторов. Цифры не очень впечатляющие, однако, учитываю нынешнюю ситуацию, можно говорить о том, что это уже очень большой прогресс для китайской системы здравоохранения. В результате осуществления принятых мер по улучшению медицинского обслуживания средняя продолжительность жизни должна увеличиться на 1 год.

В целях создания новых рабочих мест и развития транспортной инфраструктуры правительство сделало ставку на развитие железнодорожного транспорта. Согласно данным, опубликованным «Цайсинь синьвэнь», через 5 лет в эксплуатацию введут более 30 тыс. км высокоскоростных железных дорог. К 2020 г. около 80% всех крупных городов будут соединены высокоскоростными железнодорожными ветками. Кроме того, чиновники заявили о начале массового строительства аэропортов и развитии внутреннего рынка авиаперевозок. Более 50 гражданских аэродромов будут построены в течение следующих 5 лет, пишет «Синьхуа».

В очередной раз столкнувшись с серьезными экологическими проблемами в конце 2015 г., Пекин начал оперативно решать проблему загрязнения окружающей среды. В случае выполнения всех мер, направленных на улучшение экологической обстановки, спустя 5 лет мир увидит новый «зеленый» Китай. Как сообщило ИА «Сина синьвэнь», до 80% всех рек будут полностью очищены от загрязняющих веществ, а уровень вредных частиц PM2,5 в воздухе сократится на 25%.

Ради улучшения экологической обстановки Китай постепенно отказывается от использования угля. Выбирая между экологией и безработицей, власти отдали предпочтение первому варианту. Ожидается, что более 1,8 млн шахтеров потеряют свою работу. В свою защиту правительство заявило, что в ближайшие несколько лет в городских районах будет создано не менее 10 млн новых рабочих мест — таким образом чиновники стремятся решить проблему нищеты в деревнях и простимулировать развитие городов.

Понятно, что официальная пропаганда Китая не может негативно преподносить новости об окончании IV сессии Всекитайского собрания народных представителей. Насколько данная программа реалистична, не знает никто, пожалуй, даже те, кто писал её. Китай слишком сильно интегрирован в мировую экономику и не может игнорировать мировые тенденции.

В случае, если КНР все же удастся справиться со своими внутренними проблемами и обеспечить стабильный рост национальной экономики на прежнем уровне, то это может позитивно сказаться на мировой экономической системе, переживающей сейчас не самые лучшие времена. Произойдет ли это? Время покажет.

А. Гаврилюк

ИА REGNUM.

16.03.2016 Китай: мир ожидает серьезная встряска

Тринадцатая пятилетка, или Большой разворот КНР

Мир ожидает серьезная встряска. Если судить по информации из открытых источников, план предстоящей тринадцатой китайской пятилетки (2016−2020 годы) фактически означает серьезные, местами вообще кардинальные, перемены в условиях жизни и бизнеса всего остального мира. Это актуально, прежде всего, для Европы и США как главных потребителей китайских товаров. Актуально потому, что в предстоящее пятилетие Китай намерен переориентироваться на внутренний рынок.

Мотивы руководства КНР очевидны. Превращение внутреннего рынка в масштабную основу национальной экономики существенно снижает ее зависимость от большинства внешних колебаний. В том числе — от изменения курсов денег. Впрочем, это лишь самая верхушка айсберга. Суть того плана, который сейчас принимает четвертая сессия Всекитайского собрания народных представителей 12-го созыва, намного глубже, масштабнее и фундаментальнее. Фактически речь идет о намерении китайцев полностью переделать всю свою экономическую модель. И начнут они с сокращения финансирования промышленности.

Это, безусловно, выглядит странным на фоне антикризисных мер в других странах, отчаянно пытающихся производство стимулировать. Однако китайцы полагают лишенным смысла продолжать выпуск ненужных рынку товаров ради самого процесса их выпуска. Причиной кризиса является принципиальное рассогласование глобальных процессов производства и потребления. Потому Пекин в ближайшие пять лет будет производство сокращать и переориентировать, а количество потребителей увеличивать. Но не количественными методами, как это пытается делать Запад через ПОПС и QE, а качественными, предусматривающими реформирование самого общества.

Поэтому программу они назвали «общество среднего достатка». Причем решать задачу они предполагают одновременно с двух сторон: через активное сокращение количества бедных и через повышение размера прибавочной стоимости китайских товаров в целом. Первое означает кардинальное, по размеру среднегодового дохода в 3−4 раза, увеличение уровня жизни около 70 млн человек в год. Таким образом, благодаря этим и другим мерам, например, переселению деревенского населения в города, через пять лет Китай намерен сформировать у себя средний класс по численности в три раза больший, чем он есть в США и в два раза больше, чем в Европе. Это значит, что в случае успеха КНР через пять лет полностью перестанет нуждаться в европейском и американском рынках сбыта. Конечно, прекращать внешнюю торговлю Пекин не планирует, но ее значимость для обеспечения национальной экономики смещается с первого на четвертое место.

Реализуемость всей программы китайской тринадцатой пятилетки напрямую зависит от степени успешности другого запланированного шага — внедрения в промышленность научно-технических достижений, позволяющих стране перейти от производства дешевых копий к выпуску продукции с ключевой долей китайских инновационных разработок. Через пять лет Китай намерен получить собственное производство процессоров и SoC-сборок, а также добиться мирового лидерства в таких областях, как химическая промышленность, технологии связи, космос, интернет, программное обеспечение, электроника, промышленная и строительная 3D-печать, бытовая электроника, авиастроение.

Эра дешевой рабочей силы закончилась. Чтобы иметь средний класс, ему надо платить хорошие зарплаты, а чтобы при этом китайские товары сохраняли высокую конкурентоспособность, доля ФЗП в структуре их себестоимости должна составлять незначительную величину. Такое возможно только при массовом выпуске высокотехнологичной продукции с высокой добавочной стоимостью.

Однако, кроме позитивных, существует и негативные моменты. Запланированная в Китае промышленная революция одной из своих стратегических целей имеет выход на производство современного обрабатывающего промышленного оборудования. Конечно, сразу лидеров вроде Германии, Бельгии и США в дорогих и сложных сегментах обскакать они не сумеют. Таким образом, в первую очередь резкий рост конкуренции произойдет в тех сегментах, где свои станки предлагает и Россия. Как на внутреннем китайском, так и на рынках Африки и Южной Америки, куда Китай намерен направить свою экспансию в ближайшее время. И это тоже тема размышлений для российского правительства, если оно, конечно, компетентно в данной проблеме.

В общем, план тринадцатой пятилетки в КНР означает фундаментальный разворот всей китайской экономики и формирование экономической модели, альтернативной западной. Учитывая связь между политикой и экономикой, в предстоящие пять лет следует ожидать серьезного обострения китайско-американских и китайско-европейских отношений. А после 2020 года есть все шансы увидеть начало превращения «Великого Запада» в чисто региональное захолустье где-то на границе мира, собственно, как это и было до периода Опиумных войн. А на подходе еще и Индия…

А. Запольскис

Источник

http://izborskiy-club.livejournal.com/470338.html

17.02.2016 Последние новости про Китай.

В 2008 году китайцы столкнулись с замедлением темпов роста своей экономики. И они придумали решение, поразившее всех своей новизной. Они придумали печатать деньги. Но, не просто печатать деньги, а печатать деньги в таких объемах чтобы весь мир заплакал от зависти. С 2008 года ФРС напечатал 3 трлн долларов, а китайский ЦБ напечатал юаней на 0,6 трлн долларов, но за счет роста кредитного мультипликатора и за счет снижения уровня обязательных резервов денежная масса (М2) Китая выросла на 15 трлн долларов, а объем активов банковского сектора на 22 трлн. долларов (см. диаграмму)

Видите, до 2008 года темпы роста активов банковского сектора в США и Китае были одинаковыми, а потом китайцы резко улетели в космос.

Чем китайцы думали когда накачивали экономику деньгами в таких объемах никто не знает. Скорее всего они вообще голову не включали. Партия сказала что рост экономики должен быть 8%, ЦБ взял под козырек и напечатал ровно столько денег сколько нужно было чтобы рост составлял ровно 8%.

Такие темпы кредитования экономики не могли не привести к росту плохих долгов на балансе банков более высокими темпами, нежели рост активов банковского сектора. Сколько таких плохих долгов на балансе китайских банков не известно (поскольку китайскому ЦБ никто не верит), но если их процентов 20% от всех кредитов то совокупные потери китайского банковского сектора могут составить 3,5 трлн долларов (см. диаграмму).

Синяя кривая - это признаваемый ЦБ уровень плохих долгов. Салатовая кривая - объем плохих долгов, исходя их предположения что плохие долги составляют 10% всех кредитов. Зеленая кривая - объем плохих долгов исходя из предположения, что плохие долги составляют 20% всех кредитов.

Пока китайский ЦБ признает плохие долги в размере 1,59% от всех долгов на балансе банковского сектора. Но скорость роста очень велика - 50% год к году (см. диаграмму).

Как можно решить проблему? Можно почистить плохие долги, т.е. обанкротить заемщиков, не способным обслуживать кредиты. Но это приведет к падению темпов роста экономики, а возможно что и к спаду экономики. Альтернативное решение это напечатать еще больше денег, чтобы рекапитализировать банковский сектор. Похоже на то, что китайский ЦБ выбрал второй путь, потому что в январе объем кредитов китайского банковского сектора вырос на 520 млрд. долларов (!).

Это исторический рекорд. Возникает вопрос что дальше?

Дальше всё будет как у японцев. Банки сейчас станут рефинансировать плохие долги своих клиентов вместо того чтобы банкротить их. Поскольку в китайской экономике явные признаки перегрева, доходы компаний-заемщиков падают и будут падать дальше. В какой-то момент доходов компаний-заемщиков перестанет хватать даже на обслуживание процентов по кредитам. Чтобы спасти реальный сектор китайский ЦБ начнет снижать процентные ставки и печатать всё больше денег. Потом ставки станут отрицательными. А еще позднее всё накроется медным тазом. Процесс идет ровно по тому же сценарию, что в Японии и США.

У китайцев в запасе есть одно простое решение - девальвировать юань. Но они не хотят это делать потому что надеются вытеснить доллар в качестве резервной валюты в Юго-Восточной Азии. А для этого нужно чтобы юань был стабилен. Короче, амбиции их погубят.

monetary_policy

05.02.2016 Китайские тайны эмигрировали в США.

Перебежчик предположительно сдал спецслужбам сверхсекретную информацию

Брат находящегося под следствием высокопоставленного китайского чиновника Лин Ваньчэн предположительно передал спецслужбам США секретную информацию о процедуре принятия решения о применении ядерного оружия, мерах по обеспечению безопасности первых лиц страны и внутреннем устройстве правительственной резиденции Чжуннаньхай. Об этом сообщил ряд западных СМИ со ссылкой на источники в разведывательном сообществе США. Если новость подтвердится, это станет крупнейшей утечкой китайской информации через перебежчика как минимум с 1985 года. Эксперты расходятся во мнениях о достоверности опубликованной информации и последствиях этого известия для американо-китайских отношений.

Информатором американских спецслужб, по сообщению газеты The Financial Times (FT) и портала Washington Free Beacon (WFB), стал бизнесмен и профессиональный гольфист Лин Ваньчэн. Его высокопоставленный брат Лин Цзихуа, занимавший пост второго зампреда Всекитайского комитета Народного политического консультативного совета Китая, был арестован в июле 2015 года по обвинению в коррупции и нарушении партийной дисциплины. Сразу после ареста брата Лин Ваньчэн уехал в США, где, по информации СМИ, как минимум с сентября выдавал ФБР информацию конфиденциального характера, полученную в свое время от брата.

Лин Цзихуа попал в немилость еще при предыдущем генсеке КНР Ху Цзиньтао — после того как его сын Лин Гу 18 марта 2012 года попал в аварию на своем Ferrari 458 Spider. Погибший в аварии Лин Гу был найден полицией абсолютно голым, как и две сопровождавшие его девушки, которым удалось выжить. Эта история надолго стала главной темой дискуссий в китайских соцсетях о повальной коррупции и излишествах среди чиновников.

После этого инцидента Лин Цзихуа, занимавший с 2007 года пост главы канцелярии центрального комитета Компартии Китая (аналог администрации президента в РФ), был понижен до заведующего отделом Единого фронта ЦК КПК. В 2013-м его еще раз понизили до второго зампреда Всекитайского комитета Народного политического консультативного совета Китая — во многом декоративного органа, отвечающего за работу Компартии с профсоюзами и малыми политическими партиями. После первого понижения Лин Цзихуа, по информации WFB, стал передавать секретные материалы (около 2,7 тыс. файлов) Лин Ваньчэну. Целью операции было получить инструмент давления на лидера КНР Си Цзиньпина, начавшего антикоррупционную кампанию. В июле 2015 года Лин Цзихуа был арестован, а его брат начал активно сотрудничать с американскими спецслужбами — вероятно, чтобы китайцы не добились его экстрадиции.

К настоящему моменту, по словам источников FT, Лин Ваньчэн успел передать данные о процедуре принятия решения о применении ядерного оружия, мерах по обеспечению безопасности первых лиц страны и их личной жизни, а также о внутреннем устройстве правительственной резиденции Чжуннаньхай. WFB допускает, что перебежчик мог передать американцам "коды запуска ядерных ракет".

По мнению старшего научного сотрудника Института Дальнего Востока РАН Василия Кашина, Лин Ваньчэн вполне мог получить от брата сверхсекретную информацию. "Сомневаюсь, что у него были коды запуска ракет, но в канцелярию ЦК КПК стекается информация по всем кадровым и управленческим вопросам,— пояснил эксперт "Ъ".— Могли быть сведения и о процедуре принятия решения о применении ядерного оружия". По мнению собеседника "Ъ", эта история может дать Си Цзиньпину повод усилить кампанию по "национализации элит", в рамках которой идет борьба с чиновниками, имеющими недвижимость и капитал за границей.

"Проблему Лин Ваньчэна" китайские власти пытались решить давно. "Еще весной 2015 года, до предъявления обвинений Лин Цзихуа, США планировал посетить Ван Цишань, глава китайского антикоррупционного ведомства,— сообщил "Ъ" заместитель директора Института стран Азии и Африки при МГУ Андрей Карнеев.— Скорее всего, обсуждать хотели как раз выдачу Лин Ваньчэна, потому что информация о том, что брат передает ему документы, была давно. Встреча не состоялась, видимо, стороны не договорились". FT и WFB также утверждают, что китайские спецслужбы пытались выкрасть или убить Лин Ваньчэна, но безуспешно. Сейчас он находится под особой охраной.

Лин Цзихуа обвиняют не только в коррупции, нарушении партийной дисциплины и преступлениях сексуального характера. Он также был одним из соратников бывшего генсека КНР Ху Цзиньтао и одним из членов "клики провинции Шаньси", противившейся выдвижению Си Цзиньпина на пост генсека. "Он был непосредственно связан с другими крупнейшими жертвами антикоррупционной кампании — Чжоу Юнканом и Бо Силаем",— напомнил Андрей Карнеев. Вместе с Сюй Цайхоу они были объединены государственной прессой КНР в "новую банду четырех" — по аналогии с группой коммунистических руководителей, противившихся в конце 1970-х годов реформам Дэн Сяопина. Таким образом, "новую банду четырех" объявили не только коррупционерами, но и врагами курса нового генсека.

М. Коростиков

http://kommersant.ru/doc/2908105

19.01.2016 Почему упали темпы китайского развития

КОРАБЛЬ – вообще, большое парусное морское судно.

Толковый словарь живаго великорускаго языка В.И.Даля

Темпы роста ВВП Китая в 2015 году в годовом выражении замедлились до 6,9% против 7,3% 2014 года, что является худшим показателем за последние 25 лет. Об этом свидетельствуют данные Национального статистического бюро Китая (НСБ).

«Согласно предварительным данным, внутренний валовой продукт Китая в 2015 году составил 67,67 триллиона юаней (около 10,3 триллиона долларов), что на 6,9% больше, чем в прошлом году. В частности, годовой рост ВВП в первом квартале составил 7%, во втором — 7%, в третьем — 6,9%, в четвертом — 6,8%», — говорится в опубликованном во вторник докладе.

Официальный правительственный прогноз роста ВВП на 2015 год составлял 7%. Доля Китая в росте мировой экономики превысила 25%

Вместе с замедлением темпов экономического роста, изменением модели роста, переориентированием Китая на внутреннее потребление сокращается и товарооборот страны. По данным Государственного статистического управления КНР, общий объём внешней торговли Китая в 2015 году сократился на 7% в годовом выражении до 24,59 трлн юаней (около 3,8 трлн долларов), отмечает ТАСС.

Как сообщило ведомство, сильнее всего снизился импорт – его объём сократился на 13,2% в годовом выражении и составил 10,45 триллиона юаней (около 1,59 триллиона долларов). Экспорт снизился на 1,8% в годовом выражении и составил 14,14 триллиона юаней (около 2,16 триллиона долларов).

__________________________________________

Официальные китайские данные свидетельствуют о замедлении прироста темпов ВВП, но я думаю, что это мало кого огорчает в самом Китае. Скорее огорчаются другие страны, экономически связанные с Китаем. Прежде всего те, которые поставляют ему сырьё – Россия, Саудовская Аравия, Австралия, страны Юго-Восточной Азии. Китай последние два десятилетия выполнял роль «мастерской мира», был локомотивом, который за счёт своих высоких темпов роста (а они все 90-е превышали 10%) фактически вёз за собой всю мировую экономику. Но цена, которую Китай платил за это, была очень высока – это те самые знаменитые туманы, смоги, которые висят над Пекином, Шанхаем, Гуанчжоу, над всем промышленно развитым китайским поясом.

Ещё одна цена – это перекосы в экономическом развитии приморских территорий и глубинных районов Китая. Усилилось социальное неравенство, потому что главная причина китайского экономического чуда в те годы – низкая стоимость зарплаты. Практически проценты прироста выжимали из рабочих переселенцев, число которых измерялось сотнями миллионов. Это были довольно бесправные люди. В Китае до недавнего времени действовала система паспортов хукоу, не имеющие их переселенцы не имели возможности пользоваться медицинским обслуживанием, их дети не могли посещать школы и тем более вузы. В КНР практически нет мигрантов из других стран. Там эту роль выполняют бедные крестьяне и жители небольших городов центральных районов Китая. И действовал жёсткий институт прикрепления к конкретной местности, прописка в родных деревнях. И до последнего времени не было пенсионного обеспечения сельских жителей-мигрантов.

Вот как создавалась прибавочная стоимость, проценты роста, сверхприбыль. А сверхприбыль в значительной степени вкладывали в американские долговые расписки, ценные бумаги. На сегодняшний день ФРС США должна Китаю 1,2 триллиона долларов. И это не считая тех денег, которые вывезли по серым схемам и нелегальным схемам китайские предприниматели в офшоры – это ещё около 1–1,5 триллиона долларов.

Естественно, что система, когда Китай, развиваясь, приносил себя в жертву всему миру, вызывала определённое недовольство в народе. Но и элита стала испытывать сомнения в эффективности этой модели после того, как темпы роста ВВП стали снижаться. Началось это с середины нулевых годов. Ещё в 2007 году были заявления китайского премьера о том, что ситуация нестабильная, темпы развития падают. Но тогда у руководства страны не было политической воли, ресурса как-то изменить ситуацию.

Эти возможности появились три года назад в декабре 2012 года, когда на XVIII Съезде КПК к власти пришёл Си Цзиньпин. Пришёл он, судя по всему, с готовым планом, который разрабатывал в течение пяти лет, когда был «наследником престола». В Китае первые пять лет генсек правит единолично, а на второе пятилетие у него появляется заместитель. Так, если раньше правил Ху Цзиньтау, а Си Цзиньпин был его наследником, то теперь правит Си Цзиньпин – ещё два года он будет править без наследника, а на следующем съезде партии ему выберут преемника. Си Цзиньпин разработал вместе со своими советниками, экспертами новую систему. Он новый предложил курс развития Китая, который называется «Новая норма», и с мая 2014 года Китай развивается по пути «Новой нормы». В частности, она предусматривает замедление темпов роста ВВП. То есть происходящее – запланировано.

Ситуацию можно было бы сравнить с большим кораблём, который набрал высокий ход, но очень сильно дымит, очень сильно эксплуатирует свою команду. И вдруг прямо по курсу появляется айсберг. Капитан резко разворачивает корабль. То, что мы сейчас видим, – это уход Китая с катастрофического пути, которым он шёл последние годы. Новый курс предусматривает в первую очередь переориентацию экономики с работы внешних рынков на обслуживание внутренних потребностей. А если народ Китая становится главным потребителем, то ему нужно дать деньги, его нужно урбанизировать. Нужно сделать людей полноценными гражданами и состоятельными потребителями, что означает дать им политические права и деньги. Поэтому институт прописки отменяется, развёртывается пенсионная система. 1,4 миллиарда китайцев уже к 2020 году будут более-менее политически и экономически однородной массой, и Китай начнёт обслуживать свои собственные нужды. Будет борьба против смога и других последствий чрезмерного развития. Китайцы перестанут вкладывать деньги в западные финансовые институты, и будут больше денег тратить на развитие собственной экономики, на контакты с сопредельными странами. Отсюда Шёлковый путь, который пройдёт по Казахстану, России, Беларуси и другим странам Евразии. Короче говоря, практически полностью меняется экономическая модель, которая была выстроена Дэн Сяопином начиная с 1978 года. Она была очень эффективна. Она вывела Китай в передовые страны, но затем просто перестала отвечать объективным потребностям страны. И на смену экономической системе Дэн Сяопина приходит система Си Цзиньпина. Ничего катастрофического не произошло.

Буквально вчера было совещание, на котором выступал Си Цзиньпин. Он сказал, что необходимые темпы роста будут поддержаны, они будут сохраняться. То есть те, которые позволят к 2020 году избавиться от нищеты. Сейчас в Китае насчитывается порядка 70 миллионов, живущих ниже нормы. Через несколько лет с этим будет окончательно покончено, и Китай превратится в общество средней зажиточности. Следующий этап – 2049 год, когда Китай должен превратиться в государство мирового уровня с соответствующим уровнем жизни населения, науки, промышленности, социального обеспечения.

Нам сильно повезло, что у нас такой сосед. Даже с пониженными темпами роста ВВП он даст нам очень большие возможности, это локомотив, за счёт которого мы сможем из наших рецессивных минусовых показателей перейти в плюс. Потому что у нас масса возможностей для взаимодействия с Китаем.

Низкая цена на нефть, конечно, для китайцев подарок. Думаю, это даст им несколько десятых процентов роста ВВП. Весь вопрос: как долго продлится период низких нефтяных цен? Пока это неожиданный бонус для китайцев. Но главное, что они живут не за счёт высоких или низких цен на нефть, а за счёт развития, за счёт развитой промышленности. Китай остаётся мастерской мира, но теперь эта мастерская перестаёт, как говорится, вязать веники, даже фирменные, а будет производить всё более и более высокотехнологичную продукцию. Низкотехнологичная уходит во Вьетнам, Бангладеш и другие страны.

Идёт процесс смены экономической модели. Конечно, возможны вибрации, турбулентности и прочие побочные явления, но в целом китайская экономика в обозримом будущем очень устойчива. Моё мнение разделяют и китаисты из Института Дальнего Востока, и учёные, работающие в корпорациях типа «Газпрома», Сбербанка. Общее мнение: жёсткой посадки китайской экономики не будет, будет замедление темпов для того, чтобы продолжать развиваться устойчивыми темпами впредь и тащить за собой дружественные страны, которые не должны закладывать мины на пути китайского корабля, а стараться честно с ним взаимодействовать.

Юрий Тавровский

Завтра

16.01.2016 В Пекине открылась китайская альтернатива Всемирному банку

Си Цзиньпинь на открытии Азиатского банка инфраструктурных инвестиций 16 января 2016 года в Пекине. Фото: Reuters

В Пекине открылся Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, который называют потенциальным соперником Всемирного банка. В церемонии открытия Банка принял участие инициатор его создания председатель КНР Си Цзиньпин.

Утром в субботу, 16 января, в центре Пекина состоялась церемония открытия Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (AIIB), сообщает агентство Xinhua. В ней принял участие председатель КНР Си Цзиньпин. Как отмечает агентство, мероприятия по случаю открытия Банка будут продолжаться до понедельника. Днем в субботу также состоится заседание совета управляющих Банка, в ходе которого будет избран президент и совет директоров финансовой организации. На заседании выступит китайский премьер Ли Кэцян.

По информации ТАСС, в состав российской делегации, посетившей в субботу Пекин, вошли министр экономического развития России Алексей Улюкаев и замминистра финансов Сергей Сторчак.

В своем выступлении во время церемонии открытия Си Цзиньпин отметил, что создание Азиатского банка инфраструктурных инвестиций позволит «улучшить возможности для инфраструктурного строительства в Азии и будет способствовать региональной экономической интеграции».

«Рассчитываем, что страны-участницы будут увеличивать свои вложения. AIIB будет придерживаться открытой позиции и будет открыт для контактов с другими экономическими структурами региона», — заявил председатель КНР.

Как ранее писала Financial Times, AIIB считается потенциальным соперником находящегося в Вашингтоне Всемирного Банка. С инициативой о его создании в 2013 году выступил глава КНР Си Цзиньпин. Соглашение о создании нового международного финансового института подписали в октябре 2014 года представители 21 страны, в том числе Индии, Сингапура, Вьетнама, Филиппин, Монголии, Бангладеш, Брунея, Камбоджи, Казахстана, Кувейта, Лаоса, Малайзии, Мьянмы, Непала, Омана, Пакистана, Катара, Шри-Ланки, Таиланда и Узбекистана.

В июле 2015 года в AIIB вошла Россия. Всего на данный момент в списке организаторов банка — 57 стран. В том числе — Великобритания, Германия, Франция и Италия, вступление которых в AIIB вызвало негативную реакцию Вашингтона.

Изначально Китай заявлял, что готов внести большую часть или даже всю сумму объемом $ 50 млрд в начальный капитал банка. Однако позже Пекин предложил увеличить уставной капитал организации до $ 100 млрд. Учредительными документами AIIB предусмотрено, что его региональные акционеры (37 стран, включая Россию) будут владеть 75% капитала банка, а нерегиональные государства (в настоящее время 20 стран, включая Бразилию, Германию, Францию, Великобританию и другие) будут обладать долей в капитале AIIB в размере 25%. Штаб-квартира банка будет располагаться в Пекине.

Ранее, в июле прошлого года в Шанхае открылся Новый банк развития БРИКС — другая финансовая организация, которую наряду с AIIB рассматривают в качестве альтернативы Международному валютному фонду (МВФ) и Всемирному банку. Банк заявлял в качестве своих целей финансирование инфраструктурных и девелоперских проектов в странах БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика). Тогда The Financial Times назвала решение о создании банка БРИКС слабой попыткой противостоять долларовой гегемонии. «Собственный капитал Всемирного банка состоит из долларов лишь на 10%, тогда как у банка БРИКС он будет полностью состоять из американской валюты, что создаст дополнительный спрос на доллары», — отмечало издание.

https://news.mail.ru/economics/24544603/

14.01.2016 Китай обречён на катастрофу.

Катасонов В.Ю.

Валентин Катасонов: Китайский путь - это путь в никуда. Китай, собственно говоря, пытался несколько десятилетий сидеть на двух стульях. Вот этот разрыв между идеологией и экономическими реалиями, он сегодня достиг такой степени, что Китай практически обречен на катастрофу. Собственно, коммунистическая партия, коммунистическая идеология является лишь фиговым листочком, прикрывающим развитие Китая по пути зависимого капитализма. Это именно зависимый полуколониальный капитализм. И просто за счет того, что сегодня достаточно высокий уровень потребления, а главное, что он растет, создается некая иллюзия того, что это вот некая альтернатива тому классическому капитализму, который существовал в Европе уже как минимум 200, а то и 300 лет. Но эта иллюзия скоро исчезнет. Потому что Китай был затянут в мировое капиталистическое хозяйство в качестве, будем так говорить, мастерской. Ну когда-то Англия была мировой мастерской. На сегодняшний день Китай является такой мировой мастерской, которая обслуживает большую часть человечества, и прежде всего Соединенные Штаты. Но на сегодняшний день глобализация заканчивается. Она практически закончилась. И соответственно, заканчивается, будем так говорить, развитие той модели, которая складывалась на протяжении нескольких столетий. А именно капиталистическая модель. Потому что капиталистическая модель, об этом многие говорили и в 19-м веке, и в 20-м веке, она упирается в рынки. То есть проблема реализации. Отстающий спрос, отстающий платежеспособный спрос. Собственно, вот эта диспропорция между предложением товаров и услуг и ограниченным платежеспособным спросом, это следствие вот этой ростовщической модели. Потому что в этой ростовщической модели денежные обязательства всегда превышают денежную массу на величину начисленных процентов. И отсюда, собственно говоря, и возникает этот принцип велосипеда. То есть экономика должна постоянно расти. Отсюда соответственно вот эти ложные идеологемы. Откройте любой учебник, так ключевое слово «экономический рост», понимаете. Ростовщичество, экономический рост имеют не только единую этимологию, но и имеют единую логику. Потому что и там и там происходит рост раковых клеток. И вот эти раковые клетки образуют метастазы и разрушают общество, разрушают все человечество. Я так совсем пунктиром говорю. Китай тоже стал подвергаться воздействию вот этих раковых клеток. Там все это происходит очень быстро. На сегодняшний день Китай уже не в состоянии обеспечить дальнейший рост экспорта. Глобализация закончилась. Соответственно, у Китая была единственная альтернатива - это развивать свой внутренний рынок. Но внутренний рынок Китай не может развивать даже в силу того, что для это нужны действительно колоссальные человеческие усилия. Потому что внутренний рынок — это значит создание целостного единого народно-хозяйственного комплекса. Единственный, я бы сказал, такой пример создания единого народно-хозяйственного комплекса, это Советский Союз. В результате индустриализация, в результате тяжелейших пятилеток. Сегодняшний китаец на такие жертвы, на такую мобилизацию уже не готов. И даже вот последние события, связанные с тем, что юань попал в корзину резервных валют, поставили перед Китаем дилемму. Значит, а что дальше-то делать с этой игрушкой под названием «резервная валюта юань». Либо идти по американской модели, по американскому пути. Либо идти по японскому пути. Американский путь — это значит вывод юаня на орбиту действительно не резервной, а уже мировой валюты. Вывод национальной денежной единицы на орбиту мировой валюты предполагает очень серьезную мобилизацию. Причем мобилизацию не столько даже какую-то там физическую или даже какую-то интеллектуальную мобилизацию. Предполагает, будем так говорить, жертвование некими нравственными принципами, базовыми принципами. То есть на примере Соединенных Штатов мы видим, что это означает. Соединенные Штаты в конце 19-го века стали первой промышленной державой в мире. Их доллар был провинциальной валютой, настолько провинциальной, что, собственно говоря, никто даже и не пользовался этой денежной единицей в Европе. Ну причин было несколько, в том числе и одна из причин, что у Соединенных Штатов не было своего центрального банка. Поэтому этот доллар эмитировался многими американскими банками. Поэтому для того, чтобы вывести американский доллар на мировую валютную орбиту, требовался центральный банк. А он был создан немного более 100 лет назад, в конце декабря 13-го года. Ровно 102 года назад. Вот, ну у Китая есть свой центральный банк, называется Народный Банк Китая. Но это было необходимое, но не достаточное условие. Вот сразу же как только был создан центральный банк под названием ФРС, началась Первая Мировая Война. Некоторые думают, что это случайно, или даже вообще не обращают внимание на вот эти хронологические совпадения. А это ведь внутренняя логика, некий внутренних закулисный план хозяев денег. И вот Первая Мировая Война, безусловно, подняла американский доллар на очень большую высоту. Но тем не менее, даже после Первой Мировой Войны не сумел американский доллар стать единственной мировой валютной. Был некий паритет между британским фунтом и американским долларом. И хозяевам денег потребовалась еще и Вторая Мировая Война. И вот уже в 44-м году на Бреттон-Вудской конференции наконец де-юре был легализован вот этот статус американского доллара как мировой валюты. Вот, собственно говоря, китайцы должны понимать, что им надо проделать для того, чтобы юань стал мировой валютной.

Второй вариант — это японский вариант. Я учился в то время, когда все обсуждали так называемое «японское экономическое чудо». Сегодня мы прекрасно понимаем, что за этим так называемым экономическим чудом скрывались определенные геополитические планы хозяев денег. Япония нужна была как некий, будем так говорить, противовес Советскому Союзу на Дальнем Востоке. И некоторые стали говорить: вот реальный конкурент американского доллара. Но все закончилось достаточно банально. Соглашение «Плаза» - это 85-й год. Это встреча центральный банков нескольких ведущий стран. И Дядя Сэм потребовал от Японии в приказном порядке повысить курс йены. После этого «японское экономическое чудо» окончательно накрылось медным тазом. После этого йена уже стала терять свои позиции. И собственно говоря, йена остается на сегодняшний день лишь формально в корзине резервных валют. Но вот новоиспеченный резервный юань даже имеет больший вес в этой корзине, чем британский фунт и японская йена. Вот, собственно, у китайцев два таких варианта. Есть, конечно, третий вариант. Но третий вариант там обсуждают в очень узком кругу. Это возвращение к, будем так говорить, советской модели. Это модель, которая предполагает государственную валютную монополию. Юань должен вернуться в лоно национальной экономики. Быть национальной денежной единицей и не использоваться в качестве денег для международных расчетов. А уж тем более в качестве мировой валюты. Потому что использование национальной денежной единицы в качестве мировой валюты неизбежно приводит к тому, что страна, которая печатает эти национальные денежные единицы, она должна пожертвовать своей экономикой, своей реальной экономикой. Потому что эти денежные единицы могут попасть в международное обращение только в том случае, если платежный баланс этой страны отрицательный. Собственно, это проходила Англия в середине 19-го века. Это проходила Америка. Кстати, была очень серьезная оппозиция ратификации соглашений русской конференции в американском Конгрессе. Многие люди прекрасно понимали, что на этом кончается индустриальная Америка. И она действительно окончательно кончилась при Джоне Кеннеди. Джон Кеннеди последний, кто пытался хоть как-то купировать последствия вот решения Бреттон-Вудской конференции.

Хотел бы уточнить. Критика в адрес японского варианта пути для Китая на примере краха «японского экономического чуда». Но тем не менее, результатом этого самого периода развития Японии стал очень высокий уровень жизни, который был достигнут, и индустриализация, которую они провели. При том, что после этого темпы развития фактически были нулевыми, и соответственно, все, что было с этим связано, японцы от этого социально, похоже, не сильно страдали, нет.

Я напомню, что все-таки высшей целью экономики является человек. Именно человек, который являет собой образ и подобие Божье. Первое свойство Бога — творец. На сегодняшний день японцы перестали быть творцами. Это просто некое существо, ну будем так говорить, человек, но с некими усеченными свойствами, качествами, функциями. И, конечно, я бы не хотел, чтобы Россия шла по японскому пути.

Вы вспомните, как умирал Рим. Собственно, Рим умирал от пресыщения. Аристократия, она уже где-то к 25-30 годам настолько пресыщалась всех роскошью жизни, что просто уже дальнейшая жизнь становилась бессмысленной. Вот у того же Теодора Моммзена «История Древнего Рима» описана сцена, когда эти аристократы в 25 лет погружались в ванну с вином и вскрывали себе вены. Вот так они уходили из жизни. А что касается плепса, то плепс привык жить зрелищем и хлебом. Но поскольку, значит экстенсивное развитие Римской Империи закончилось, то через некоторое время кончились средства для зрелищ. А еще некоторое время прошло, и для хлеба. И они просто вымерли, тихо вымерли. Понимаете, вот в этом смысле мне Японцы напоминают именно этих самых римлян, которые тихо уходили из жизни. Одни в ванных с вином, а другие просто от голода.

http://tsargrad.tv

15.12.2015 Концепции опережающего развития Востока

На мой взгляд, на этот вопрос нельзя ответить, анализируя лишь какую-то сегодняшнюю экономическую ситуацию. Здесь, чтобы понять, что происходит вообще с так называемой Азией (а это относительное определение), надо сделать некий долгосрочный прогноз, но не вперед, а назад, то есть надо посмотреть на глубину исторического анализа. Это то, чем занимается современная политэкономия стран Востока. И только в этом случае можно понять, почему развитие Китая, столь мощное, опережающее, и многих стран Востока, которые вытягивает собой Китай, не является случайностью, выпадением из общей канвы, а является скорее возвращением на те позиции, на которых Восток всегда находился.

Главы: Китай и Европа. Анализ и сопоставленияГлавы: Китай и Европа. Анализ и сопоставленияОтрывок из книги «Рычаг богатства» историка и экономиста Джоэля Мокира о ключевых изобретениях и инновациях, повлиявших на развитие общества с древних временВо многом наши, европейские, исследования находятся под воздействием тех теорий, которые говорят о том, что Восток есть некоторое отсталое пространство. Это, например, теория Макса Вебера, который говорил о «догоняющем развитии» Востока, что Восток всегда будет догонять Запад по каким-то параметрам. Бродель говорил о тех же самых вещах, только немного с другой стороны. Он считал, что Запад опережает Восток, потому что на Западе значительно раньше и значительно эффективнее сложились товарно-денежные отношения, банковско-финансовая система, сложилась бо́льшая устойчивость капитала, бо́льшая устойчивость хозяйствования, и поэтому Запад в конце концов репродуцировал идею поступательного экономического развития и в XIX веке буквально раздавил собой Восток. Эти и подобные теории базируются на допущении того, что Восток все же отставал, что Восток не обладал какими-то такими вещами, которые были на Западе. Отсюда же и концепция Востока как глубоко погруженного в себя, интуитивистского, погруженного в философию, медленно развивающегося, а Запада — приоритетно развивающегося и очень прагматичного.

Однако за последние десятилетия мы заметно пересматриваем наши взгляды на Восток, и целый ряд работ, опубликованных прежде всего на Западе, а частично и в России, показывают, что это глубочайшее заблуждение — считать, что Восток отставал. На мой взгляд, и я здесь присоединяюсь ко многим коллегам, которые опубликовали соответствующие работы (это и Ян Моррис, и Кеннет Померанц, и ряд других авторов), Восток как раз опережал Запад, и выпадение в XIX веке по культурно-историческому и экономическому развитию — это как раз сбой механизма, а не норматив развития. Или, например, если мы посмотрим на развитие Китая до середины XIX века, то есть до прихода туда европейцев, то увидим, что Китай производил по разным подсчетам от 25 до 35% мирового ВВП. И это было всегда. И лишь когда европейцы приходят и превращают Китай в полуколониальную державу, объем ВВП падает, и то не стремительно. Китай все равно производит 25%, потом 15–18% ВВП. То есть Китай всегда был огромной мировой фабрикой. И те товары, которыми в Средневековье торговали по Великому шелковому пути, свидетельствуют о том, что Китай всегда производил и, более того, кормил товарами и работой половину мира и как минимум весь азиатский мир.

А вот выпадение начинается как раз тогда, когда Китай и многие другие страны, в том числе Япония, Корея, переходят на непривычную для них европейскую модель экономического развития. То есть вводятся экономические институты, которые для этих стран были нехарактерны. И, как следствие, Восток, в данном случае Восточная Азия, не знает, как с ними обращаться. Например, ВВП Китая в 50-е годы, после войны, падает до 5% от мирового ВВП, что тоже было немало. И когда сегодня Китай начинает производить в районе 15% от мирового ВВП, а вместе с Индией Китай, скорее всего, скоро будет производить как минимум четверть мирового ВВП, мы понимаем: это восстановление традиционной модели. И здесь важно понять, в чем была эта традиционная модель.

Азиатские экономики: особенности и развитиеАзиатские экономики: особенности и развитиеО причинах азиатского «экономического чуда», темпах роста и трудовой этикеПрежде всего мы должны понимать, что Китай по уровню создания экономических институтов опережал Запад. Например, в Китае уже в XII–XIII веках существовали крупнейшие организации, которые мы могли бы назвать корпорациями, скажем, по производству и добыче соли, где работали 400–500 человек. Это крупнейшие организации, которые в доиндустриальной Европе в таких размерах не наблюдались. Товарно-денежные отношения в Китае — не только печатание денег, но и, например, кредитование, выпуск векселей — были очень активно развиты уже до XII века. Таким образом, Китай создал банковскую (или «квазибанковскую») систему задолго до Европы. Это было связано с тем, что Китай занимает огромное пространство, и перевозка грузов, например, с юга на север Китая по Великому каналу не просто занимает много времени — она опасна, так же как и торговля по Великому шелковому пути. Поэтому выпускаются те бумаги, которые мы сегодня бы назвали векселями и которые обслуживаются соответствующими структурами. Таким образом, Китай в плане товарно-денежных отношений был значительно более развит, чем доиндустриальная Европа, что повергает во многом теорию Броделя.

Другой важный момент — сохранение индустриального и производственного опыта. Дело в том, что Европу постоянно накрывали эпидемии, которые выбивали иногда половину, иногда треть населения, в том числе и великая чума. Мы знаем, что население Лондона было практически уничтожено чумой. И Кеннет Померанц, известный американский автор, очень четко показывает, в чем было различие в сохранении опыта. В Европе все эпидемии уносили именно людей, то есть носителей производственного опыта. В Китае основные несчастья — это разливы рек, налеты саранчи, уничтожающие то, что называется капиталом: дома, посевы, которые потом восстанавливаются. Люди как раз умирают достаточно мало. Более того, при большом населении даже такие колоссальные удары по демографическому фактору в Китае, как это, например, было в эпоху Тан, в V–VII веках, не разрушают эту систему передачи индустриальных знаний. И поэтому китайцы находились в процессе производства значительно дольше, чем европейцы. И хотя великая чума действительно пошла с территории Китая и, возможно, была перенесена империей Юань, монголами, на территорию Европы, в любом случае она мало захватила саму Азию, таким образом сохранив опыт.

Другой очень важной частью была структура питания. Если мы посмотрим на структуру питания и безусловно связанные с этим проживание и средний возраст людей, то в Китае и Японии эти показатели были выше, чем в доиндустриальной Европе. Если в ряде стран — Англии, Германии, Франции — средняя продолжительность жизни колебалась в районе 30–34 лет, то в Китае она превосходила 40–45 лет. Таким образом, опять-таки в производственном цикле китаец или японец находились значительно дольше, тем самым сохраняя больше производственных навыков. Наконец, уровень урбанизации, которым всегда так гордилась Европа, — есть масса исследований европейских городов, климата, того, как они продуцировали не только производство продуктов, но, самое главное, производство культуры и знаний. Так вот, например, количество городов в Азии было меньше, чем в Европе, но уровень урбанизации, уровень населения, которое проживало в городах, в Азии был выше. Например, в Японии он составлял 25% от населения, а в Европе того времени — 18%.

Что такое БРИКС?Что такое БРИКС?Историк Александра Архангельская о разбалансированности мировой экономики начала столетия, экономическом потенциале Южной Кореи и будущем группы БРИКСГорода создают определенный культурный климат: это и передача знаний, это и школы, это и прослойка людей, которые занимаются искусством, стихосложением, репродуцированием культурной среды. И в этом плане во многом сохранение и консервация культурных достижений на территории Восточной Азии связаны с очень высоким уровнем урбанизации. Китай, широко занимаясь земледелием (Европа занималась животноводством), научился лучше сохранять посевы и консервировать этот прибавочный продукт, нежели Европа — мясное хозяйство. В Китае, который долгое время обвиняли в историческом плане, что у населения была небелковая пища, поскольку животноводство было вторичным, а сельское хозяйство первичным, довольно активно это заменялось белками неживотного происхождения, например знаменитым дофу, или тофу, как чаще говорят, соевым творогом, и потом Китай уже в XVI–XVII веках начинает заметно развивать молочное и мясное хозяйство, выходя в конце концов на один уровень с Европой. И оказывается, что, действительно, Азия всегда была впереди, что мы сейчас и видим.

Она отставала только по нескольким параметрам, которые стали критичными для нее. Первый параметр: Азия не развивала свою военную силу. Даже к XIX веку и Китай, и Япония находились в глубочайшем средневековье. Это можно сравнить по многим параметрам: прежде всего по наличию огнестрельного оружия, по тактике сражения, по наличию флота. И в общем, конечно, военный фактор сыграл главную роль в том, что Азия была раздавлена Западом. Второе, как очень точно говорит об этом Моррис в книге «Почему Запад господствует — пока» («Why the West Rules — For Now»), его идея, что главную роль сыграло зерно, умение сохранять зерно в Европе и ружья, которые были в Европе. И вот это второй фактор, который действительно раздавил Азию. Наконец, третий фактор: Азия не была агрессивна относительно внешнего мира. Что китайская, что японская политика заключалась в том же самом азиатском пространстве. Китай, по сути, свернул свой интерес к внешнему миру после XIV века, и китайские корабли плавали в основном в акватории Южно-Китайского моря. Таким образом, Китай не пошел вовне, схлопнувшись в рамках азиатского пространства, в то время как Европа в поисках новых рынков пошла вовне, захватив сначала Юго-Восточную Азию, потом, собственно, Восточную Азию, она и пришла в Китай, который почти ничего не знал о внешнем мире.

И сегодня то, что происходит, — это, на мой взгляд, возвращение Азии в тот статус, которого она когда-то лишилась. И здесь есть целый ряд интересных работ, например работа Кеннета Померанца, которая переводится как «Большие различия относительно Запада и Востока», прекрасная работа Франка, которая называется «ReORIENT», то есть «Переориентируйся», или, наоборот, «Возвращение на Восток». Они показывают, что понять логику развития Азии можно только с точки зрения долгих исторических циклов, а не с точки зрения современной политэкономии. И тогда, как говорит тот же самый Моррис, мы увидим, что Азия выходит вперед Европы по всем параметрам приблизительно к 2100 году, то есть буквально к концу этого столетия. И таким образом завершится еще один долгий цикл — абсолютным взлетом Азии и социально-экономическим падением Европы.

Алексей Маслов

Доктор исторических наук, заведующий кафедрой цивилизационного развития Востока при школе Востоковедения НИУ ВШЭ, руководитель Школы востоковедения НИУ ВШЭ

http://postnauka.ru/video/55302

12.12.2015 По следу «красного дракона». Сможет ли Москва угнаться за Пекином?

Последние дни, недели и даже месяцы оказались богатыми на важнейшие политические, экономические и, увы, даже военные события, которые всё более отчётливо формируют образ новой реальности, отличной как от послевоенного противостояния двух сверхдержав, так и от "однополярного мира" Pax Americana, возникшего после уничтожения Советского Союза. Каким будет место России в этом мире, решается не просто буквально "здесь и сейчас", это зависит не только от обитателей Кремля и от наших солдат в Сирии, не только от повстанцев Донбасса и от крымчан, переживающих украинский "блэкаут", — это зависит от каждого из нас. Россия мобилизуется — медленно, мучительно, преодолевая тяжкое сопротивление своего недавнего прошлого. Попытаемся разобраться в том, как это происходит.

В воздухе мировой политики пахнет грозой. Пока на Ближнем Востоке все следом за Россией ринулись воевать против "Исламского государства", чтобы не опоздать к новому разделу "нефтегазового пирога", Соединенные Штаты взялись "наводить порядок" в Латинской Америке, которую вот уже полтора с лишним столетия считают своим "задним двором". В Аргентине на смену стороннице БРИКС Кристине Киршнер придёт проамериканский мэр Буэнос-Айреса Маурисио Макри, который уж заявил о пересмотре всего спектра отношений с Россией. В Бразилии против президента Дилмы Русефф возбужден процесс импичмента. В Венесуэле на парламентских выборах победу одержала "правая" оппозиция. В Никарагуа Китай без официального объяснения причин объявил о "заморозке" строительства Никарагуанского канала — возможно, это было одним из "пакетных" условий для включения юаня в "корзину" резервных валют МВФ.

При этом Си Цзиньпин совершил, вне всякого сомнения, триумфальный визит в Африку. Формально председатель КНР посетил только Зимбабве и ЮАР, но в Йоханнесбург на саммит в рамках Форума сотрудничества Китай—Африка, где он сопредседательствовал с южноафриканским президентом Джейкобом Зумой, прибыли главы 17 стран "чёрного континента". 60 миллиардов долларов дополнительных инвестиций в экономику африканских государств — весомая заявка на укрепление и расширение зоны влияния "красного дракона" южнее Сахары.

Что бы там ни говорилось западными и отечественными экспертами либеральной ориентации о кризисных явлениях в КНР, 2015 год она завершает с уверенным показателем роста ВВП на уровне 7% и в статусе первой экономики мира. А внешнеторговые данные по ноябрю показали, что в этом месяце коммунистический Китай закончил с профицитом в 54 млрд. долл. Таким образом, КНР впервые в истории стал крупнейшим внешнеэкономическим партнером практически всех ведущих стран мира. В том числе и в товарообороте США, обогнав Канаду, не говоря уже о Японии, РФ и европейских странах мира. КНР добилась рекордного, по итогам января-сентября, уровня торгового профицита — 273,5 млрд. долл.

Как уже отмечалось выше, такие показатели не могли не повлиять на решение проамериканской организации МВФ о включении юаня в список резервных валют SDR. Причем сразу на уровне 10,9%, что позволило китайской валюте обогнать и британский фунт стерлингов, и японскую иену. А если бы МВФ не изменил "правила игры" по её ходу, китайская валюта могла бы претендовать и на долю в 14%., ломая традиционное американское лидерство в этой организации. Но, впрочем, это еще не вечер. И подобная ситуация будет неуклонно приближаться, вызывая ужас в Вашингтоне. И, опять же, обратимся к нашим кремлевским "либералам-монетаристам", которые упрямо проводят гайдаровский финансово-экономический курс, ведущий нас к экономическому коллапсу. Господа, не пора ли вам понять простую истину, что китайская модель социалистической экономики была бы оптимальна и для России?! И вам пора либо признать этот факт и начать работу по смене экономической модели, либо освободить место для тех специалистов, которые способны это сделать.

Чем же пытается ответить Вашингтон на наступление китайского социалистического гиганта? За последние месяцы мы видели активное, но не слишком эффективное вмешательство США в территориальные споры вокруг островов Спратли в Южно-Китайском море, а также подписание 5 октября в Атланте соглашения о Тихоокеанском партнерстве (ТТР), которое американцы строят на административном диктате над присоединившимися государствами, включая технические регламенты и распространения американского юридического диктата. Одновременно Вашингтон резко активизировал пробивание подобного же трансатлантического соглашения на европейском направлении, использую здесь годами наработанную агентуру в политическом руководстве ЕС и таких стран, как Германия. Китайское политбюро во главе с товарищем Си понимает это и ответило принятием новой военной доктрины Китая, которая перестала быть сугубо оборонительной и получила ярко выраженные наступательные черты — видимо, в связи с новым балансом сил не только в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но и в глобальном масштабе.

Несмотря на значимые геополитические успехи (как в Латинской Америке, так и в АТР), Вашингтон утрачивает привычное для него с конца 80-х годов прошлого века стратегическое лидерство. Так, в рамках ТТР ему пришлось предоставить значительно большую степень свободы для Токио — причем не только в военно-политической, но и, прежде всего, в финансово-экономической сфере. Как воспользуется этим "окном возможностей" Страна Восходящего Солнца (а буквально сразу после Атланты в Сеуле состоялась встреча официальных представителей Японии, Республики Корея и КНР, причем "красного дракона" представляло не первое, а второе лицо — премьер Госсовета Ли Кэцян) — очень большой вопрос.

Кризисные явления в американском обществе и в американской экономике носят уже неразрешимый "мирным путём" характер, что лишний раз подтвердило "долговое соглашение" между Белым домом и конгрессом США — сразу после принятия соответствующего решения официальный долг Соединенных Штатов взлетел еще на 600 млрд. долл., тем самым подтвердив, что правительство активно манипулирует с финансовыми данными. Предстоящее заседание ФРС, на котором ожидается первое за несколько лет повышение учетной ставки, способно "добить" многие перекредитованные отрасли американской экономики, в первую очередь — энергетическую, с её широко разрекламированной "сланцевой революцией". Что касается домашних хозяйств, то для них увеличение стоимости обслуживания долгов будет настоящей катастрофой с далеко идущими социальными последствиями. То же самое касается банковской системы в целом, накопившей весьма "токсичные" долги. Так что и здесь "помидорами" (читай — одним новым Lehman Broth.) отделаться не выйдет. Поэтому, как предполагает большинство экспертов, следом за повышением своей учетной ставки ФРС снова понизит её, однако нынешний "прыжок" является абсолютно необходимым для откачки финансовых средств с внешних рынков на американский.

"Свободных" денег для "проекции силы" на глобальное геополитическое пространство у Америки сегодня практически нет, следовательно, они могут и должны появиться только в случае объявления войны или режима чрезвычайного положения — а это до начала 2017 года выглядит весьма маловероятным, что лишний раз подчеркнула невнятная речь Барака Обамы после недавнего теракта в Сан-Бернардино (штат Калифорния). А попытки воевать без денег, как правило, оказываются недолгими и не слишком удачными. Понятно, что Европа, даже в рамках НАТО, вовсе не горит желанием финансировать масштабный, а в перспективе — и с применением ядерного оружия, конфликт у своих границ. Поэтому для Вашингтона остается возможность создания под негласной эгидой США украино-турецкой и любой иной, более широкой, коалиции, направленной против России. И вот что мы, вероятно, увидим в начале следующего года. Обиженный и ущемленный Эрдоган, даже если он не будет сбивать еще один российский самолет, вероятнее всего, создаст "МОСТ" для переброски игиловских боевиков в объеме 15-20 тысяч человек через турецкую территорию на Северный Кавказ, где и так (прежде всего в многонациональном Дагестане) сложилась под влиянием "монетаристской" политики Кремля весьма взрывоопасная обстановка. Именно там возможен взрыв партизанской войны. К ней наверняка будут присоединяться и аналогичные действия исламских радикалов в Средней Азии, которые Кремль также не сможет оставить без ответа — пусть даже частичного и в координации с Пекином. А в довершение ко всему Вашингтон наверняка даст команду Киеву тоже "начинать наступление". Четыре региональных конфликта для Кремля, который продолжает делать вид "сотрудничества" и "партнерства" с Вашингтоном, — это будет посильнее, чем "Фауст" Гете. В подрывной и террористической работе американцы не знают себе равных, используя террористические методы и структуры по лекалам, отработанным в ходе "цветных революций" и гражданских войн на Украине и в Сирии. И конечно, военные действия и материальные затраты будут сопровождаться понижением цен на углеводороды и провоцированием процессов дестабилизации внутри РФ.

В этих условиях ключевым для России становится вопрос силы. С военной силой как таковой сегодня проблемы практически отсутствуют — это было продемонстрировано в Сирии даже не на сто, а на двести процентов. Проблемы, повторю, существуют с социально-экономическим обеспечением этого военного могущества. И проблемы тем более серьёзные, что они, вследствие длящейся доминации либерально-монетаристских догм в правительственном курсе не решаются, а продолжают нарастать.

И последнее. Несколько месяцев военных действий показали, что Кремль вписался в сирийскую кампанию без твердого соглашения с руководством Ирана относительно поддержки действий наших ВКС крупной наземной операцией со стороны его вооруженных сил. А это создает для США даже не "окно", а множество "окон" возможностей для воздействия на Тегеран и Кумы через режим снятия антииранских санкций, что делает успех нашей военной кампании проблематичным. И тогда возникает еще один вопрос. А почему Пентагон и АНБ, не говоря уже о ЦРУ, промолчали, когда РФ осуществляла переброску самолетов и оборудования в Сирию в конце лета — начале осени? Ведь они все это фиксировали и через свои электронные средства наблюдения и через арабско-сирийскую агентуру? Мягкие "формулировки" Обамы по поводу переброски нашего контингента в Сирию как в ходе совместной пресс-конференции с Франсуа Олландом, так и позже — в последнем обращении из Белого дома наводят на мысль, что внутри Кремля имеется некая "координация" с Вашингтоном по данному вопросу. А раз так, то мы в некотором смысле оказываемся заложниками в руках американских стратегов типа Генри Киссинджера. В то время как самодостаточные китайские коммунисты давно уже построили свою экономику на полном "импортозамещении" и будут двигаться только вперед, поскольку они имеют "стратегию" и плановую экономику, помноженную на рыночные механизмы, Кремлю, похоже, во многом приходится уповать на "авось да небось — хоть брось".

Александр Нагорный

http://izborskiy-club.livejournal.com/412465.html

28.09.2015 Китайский вызов Америке?

Визит председателя КНР Си Цзиньпина в США стал одним из заметных международных событий.

Комментирует эксперт Игорь Панкратенко:

– Визит, последствия которого миру еще предстоит осмыслить, начался с посещения Сиэтла. Места, которое многие экономисты с полным на то основанием называют «сердцем» китайских инвестиций в американскую экономику и, в частности, в наиболее высокотехнологичные ее сферы.

Мощная «группа поддержки», сопровождающая товарища Си, команда представителей крупнейших корпораций и банков Китая, отработала безукоризненно. Вскоре после того, как председатель КНР ступил на американскую землю, было объявлено о масштабном контракте с «Боингом» – покупке 300 самолетов и строительстве на китайской территории предприятия, где будут производиться заключительные работы по подготовке самой популярной, 737-й серии воздушных лайнеров для продажи местным заказчикам. Аналитический отдел лидера американского авиапрома тут же обнародовал прогноз, согласно которому в следующие 20 лет КНР станет крупнейшим авиационным рынком в мире емкостью в 950 миллиардов долларов.

Любой экономический шаг Пекина, так или иначе, сопрягается с внешней политикой Китая. Контракт с «Боингом» – не исключение, а настойчивый посыл американским деловым и политическим кругам, расшифровка провозглашенной Си Цзиньпином и его командой стратегии «нового типа отношений между большими державами», под которыми подразумеваются отношения именно между КНР и США.

Суть ее достаточно проста: наличие противоречий не должно мешать реализации совместных интересов. Пекин подчеркнуто избегает конфликтов, готов к расширению экономического сотрудничества и поиску новых точек соприкосновения с Вашингтоном. Но – только до определенных границ, поскольку, когда речь заходит о той же Юго-Восточной Азии или «проблеме Малаккского пролива», руководство КНР четко дает понять американской стороне, что на уступки идти не намерено. И пресловутое «тихоокеанское рукопожатие» двух стран тут же трансформируется в силовой захват с последующим выкручиванием конечности партнера.

Встречаясь в Сиэтле с политиками и топ-менеджерами американских корпораций, «товарищ Си» неизменно давал понять: Китай вовсе не собирается «хоронить доллар и экономику США». Более того, намерен и дальше развивать деловое партнерство, не станет манипулировать валютой для увеличения экспорта. Вдобавок – не будет дискриминировать иностранные предприятия, ускорит открытие рынка и даже приложит усилия для улучшения ситуации с правами человека, коль скоро этот вопрос так болезненно воспринимается в Вашингтоне. Это одна сторона, широко рекламируемый фасад, на котором американские политики и бизнесмены должны прочесть исполненный метровыми буквами лозунг «Добро пожаловать к взаимовыгодному сотрудничеству!».

Но есть и другая сторона. Это – китайская программа строительства искусственных островов в районе Малаккского пролива, противоречия в сфере кибербезопасности, промышленный шпионаж, экспансия Пекина в Юго-Восточной Азии, все большее расширение своего присутствия в Пакистане и прозвучавший не так давно призыв Си Цзиньпина к тому, чтобы «безопасность в Азии обеспечивали сами азиаты». По сути – крамольный с точки зрения Вашингтона лозунг об ограничении американского военно-политического влияния в регионах, которые США и КНР считают сферой своих жизненных интересов.

Выглядит парадоксально, но в своей политике по отношению к США – которая для Пекина была и остается главным приоритетом – Китай абсолютно искренен. Причина здесь, видимо, в разнице сроков стратегического планирования. Если в Вашингтоне он равен пребыванию в Белом доме той или иной администрации, то поколения руководителей в Пекине мыслят, как минимум, на одно-полтора десятилетия вперед. На этот срок тесные экономические отношения с США для Китая предельно важны, и ни один конфликт интересов или спорный вопрос не имеет столь большого значения, чтобы их разрушать. Это – во-первых.

Во-вторых, руководство КНР прекрасно осознает, что страна еще –каких бы цифр ни достигали экономические показатели – остается клубком вызовов и противоречий, экономических, социальных и политических проблем, без решения которых претендовать на место нового «полюса» международных отношений, а, значит, оппонента США, не только глупо, но и опасно.

Но, с другой стороны – выражение, без которого не обойтись в любой статье о Китае – в Пекине понимают и другое: созданный Вашингтоном и его союзниками мировой порядок, особенно слепленный США и Японией экономический порядок на тихоокеанском пространстве и в Юго-Восточной Азии объективно препятствует развитию Китая. Следовательно, противоречия неизбежны, и готовиться к ним нужно уже сейчас. Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, к которому присоединились 57 стран, создание опознавательной зоны ПВО над Южно-Китайским морем, программа строительства искусственных островов, которая в перспективе даст Китаю возможность противостоять военной блокаде Малаккского пролива – это укрепление Пекином своих позиций перед неизбежным противостоянием, жесткое обозначение «красных линий». При пересечении которых китайское руководство действует «без оглядки на авторитеты», не останавливаясь перед демонстрацией возможностей собственных ВМФ и ВВС.

В остальном же следует сколь привычной, столь и эффективной политике «открытого обсуждения самых острых проблем», не ведущей, впрочем, к сколь-нибудь заметным результатам в практической сфере.

Как, собственно, произошло и в ходе нынешнего визита Си Цзиньпина в США по отношению к таким острым вопросам, как «кибершпионаж» и «охота на лис». Оба эти эпизода прекрасно иллюстрируют сложность американо-китайских отношений.

Пекин и Вашингтон на сегодняшний день обладают самыми мощными службами электронного шпионажа, способными решать в информационной среде задачи, без преувеличения, стратегического уровня. Никто не может назвать истинные размеры бюджетов Агентства национальной безопасности США или Третьего управления генштаба Народно-освободительной армии КНР. Никто не обладает схожим с возможностями этих «спецслужб XXI века» потенциалом. А поэтому, когда американцы пытаются завести речь о том, что Пекину следовало бы этот потенциал подсократить, как говорится, во избежание недовольства Вашингтона, китайские официальные лица тут же уходят в непроницаемую оборону. От позиции «Ничего такого у нас нет, как можно было на нас подумать!», до тривиального «На себя посмотрите». Что и продемонстрировал Си Цзиньпин. В ответ на обвинения, что Китай стоял за кибератаками, целью которых был бизнес в США и правительственные базы данных, он заявил: «Мы также часто были жертвой подобных инцидентов». Словом – и по этой проблеме не договоримся, да и в дальнейшем обсуждать ее не намерены.

В рамках программы по привлечению к ответственности чиновников, бежавших со своими капиталами за границу, представители китайских спецслужб активно работают на территории США, выслеживая и «обеспечивая репатриацию» граждан КНР, подозреваемых в коррупции. По данным Китайской академии общественных наук, с середины девяностых годов и до сегодняшнего дня из Китая сбежало за границу или же пропало без вести от 16 до 18 тысяч партийных функционеров, а также чиновников органов безопасности, юстиции, государственных предприятий и китайских ведомств, расположенных за границей. В общей сложности они вывезли из страны около 800 миллиардов юаней – 127 миллиардов долларов. Кроме того, в 2010 году, во время очередной весенней парламентской сессии, член Всекитайского собрания народных представителей, профессор центральной партийной школы Линь Чжэ сообщил, что в период с 1995 по 2005 годы за границей на постоянной основе поселились 1,18 миллиона детей и супругов китайских чиновников, тоже не бедствующих.

Именно этот массив сейчас и обрабатывают сотрудники китайских спецслужб, на все протесты американской стороны невозмутимо заявляя: «Наши действия абсолютно законны». Опять же, категорическое «нет» Вашингтону: это отвечает интересам Китая, а потому – делали, и будем делать.

Что уж говорить, когда речь заходит о еще более стратегически значимых моментах, вроде уже упоминавшейся здесь «проблемы Малаккского пролива». И сам пролив, и Южно-Китайское море являются, без преувеличения, важнейшей артерией мировой торговли. Через них идет примерно 25% всего мирового внешнеторгового оборота, и почти столько же – от всего объема перевозимой по морю нефти, в том числе – 90% японского импорта этого вида энергоресурсов.

Но и пролив, и море – важнейший фактор внешней политики КНР. Контроль над этим пространством – это вопрос доминирования для одного игрока, то есть США, и вопрос выживания для Пекина. Создаваемые Китаем искусственные острова позволяют ему обеспечить наличие баз для авиации и флота, в случае необходимости, естественно, на перспективу, не дать заблокировать это «узкое место» и, тем самым, затянуть петлю на шее экономики страны. Поэтому руководство КНР категорически отказывается обсуждать данный вопрос с США, а в ответ на давление жестко «демонстрирует оскал».

Так в чем же он, китайский вызов Америке, для обсуждения отдельных аспектов которого Си Цзиньпин прибыл в США? Не в экономической угрозе и не в открытом политическом противостоянии с Вашингтоном. Пекин наращивает свое экономическое присутствие в той же Африке или Латинской Америке, на Ближнем Востоке и в постсоветской Средней Азии невиданными темпами. Но до сих пор демонстративно уклоняется от использования неизбежно вытекающих из экономической экспансии возможностей открытого политического влияния.

Выступления Си Цзиньпина в США демонстрируют: на ближайшую перспективу Пекин будет избегать резких действий, которые могли бы вызвать в Вашингтоне желание дать жесткий и эффективный отпор. В том числе, это будет накладывать ограничения и на российско-китайские отношения. Их стратегическую глубину Пекин будет неизбежно сопрягать и с собственными интересами – а их вектор сегодня направлен южнее России, и со стремлением сохранить демонстративный нейтралитет в конфликте Москвы с Западом.

Но для США эта крадущаяся поступь «красного дракона» ситуацию не облегчает. При каждом удобном случае Пекин будет «откусывать» все новые и новые куски от сферы американского влияния в Южной и Юго-Восточной Азии и на Тихом океане. Созданный там американцами и японцами экономический порядок руководство КНР считает для себя неприемлемым. С учетом методичности и последовательности внешней политики Китая он его, рано или поздно, но обязательно добьет. Открывая новое поле возможностей и для себя, и для других государств.

Игорь Панкратенко

Специально для Столетия

26.09.2015 Крылья Дракона.

Скажу сразу: китайские рецепты в готовом виде совершенно не годятся для российской ситуации. Однако, тем важнее и тем приоритетнее встаёт вопрос о том, что России стоит внимательно присмотреться к системности китайских геополитических усилий, с тем, чтобы извлечь необходимые уроки из того, как в ситуации глобального отставания использовать свои сильные стороны и компенсировать свои неизбежные слабости.

В тексте книги «Мира на пике» я достаточно детально разобрал геополитическую концепцию «серединной земли» (heartland) Хэлфорда Маккиндера, который считал тогдашнюю Российскую Империю центральной державой Евразии, средоточием той самой «серединной земли», с которой вечно пытался бороться англосаксонский мир, более завязанный на моря и на окраинные территории Евразии.

Наиболее вероятный характер будущего геополитического конфликта определяется именно географией.

В центре одного полюса конфликта расположен тот самый «хартленд» Маккиндера, представляющий собой по сути дела единый массив суши, включающий в себя не только Евразию, но и тесно связанную с ней Африку.

Это не только колыбель человечества в прошлом, не только средоточие практически всей истории современоой цивилизации, но и место жизни 6/7 всего населения Земли.

За пределами Серединной Земли, на глобальном Архипелаге, включающем в себя обе Америки, Австралию, Океанию, Японию и, традиционно, Великобританию, живёт чуть более 1 миллиарда человек, которым противостоит около 6 миллиардов населения Евразии-Африки.

Архипелаг отделён от Серединной Земли тысячекилометровыми водными массами, которые чётко разделяют две общности. Интересно, что континентальная Европа не входит в население Архипелага, а так или иначе находится в «серой зоне» пограничных территорий.

И нынешний кризис нелегальной иммиграции в Европу опять отчётливо высветил эту проблему: если Германия, Италия и Франция всерьёз обеспокоены проблемой беженцев, то Великобритания за своим «противотанковым рвом» Ла-Манша чувствует себя в гораздо большей безопасности.

Англичанам достаточно лишь усилить контроль паромов и Евротоннеля — и физическая часть проблемы с мигрантами уже решена.

Реакция лорда Пальмерстона на первый проект Евротоннеля в 1868 году была следующей: «Что? Вы еще смеете просить денег на дело, цель которого — сократить расстояние, как мы считаем, и без того слишком короткое?»

Однако, вернёмся к Китаю.

Китай, как и Россия, по сути дела является частью евразийской «серединной земли». Даже его средневековое название — Серединная Империя, подчёркивает то, что положение и роль Китая в чём-то сравнимы с ролью России.

Да, в 1904 году, во время первой публикации концепции Маккиндера, казалось, что Китай и Индия — поверженные колоссы, которые уже никогда не поднимутся и разделят участь покорённой и полностью подчинённой Африки, которую за XIX век практически полностью колонизировали европейцы.

Но Индия и Китай оказались отнюдь не столь легкими геополитическими начинаниями, как Африка. Громадное население этих стран и достаточно протяжённая территория (особенно — в случае Китая), собственная самобытная и сложная культура, состоявшийся специфический национализм (опять-таки — более сильный именно в китайском варианте) — всё это в совокупности остановило экспансию Запада в Китай и в Индию.

Краткий исторический экскурс в XIX век. Как видите, даже нынешняя Монголия — это наследие Российской Империи.

В результате активного сопротивления китайцев колониальной экспансии западных стран (в число которых тогда входила и Российская Империя) Китай смог сохранить свою независимость, хотя и потерял практически все крупные порты на побережье и утратил часть окраинных, островных и прибрежных территорий.

Ну а потом уже маятник качнулся в обратную сторону — Китай, по сути дела, на протяжении всего ХХ века и начала XXI века занимался возвратом отторгнутых от него территорий, получив в итоге назад практически всё, за исключением Тайваня и Внешней Монголии, которые так и остались в статусе независимых государств с внешним протекторатом.

При этом важно понимать историческую специфику Серединной Земли — если в случае Архипелага мы видим два полюса цивилизационной общности: «северный», англосаксонский и «южный», латинский, то в случае Серединной Земли у нас есть, как минимум, с десяток полюсов цивилизационной общности.

Что, в общем-то, и порождает примаковскую концепцию многополярного мира — надежда на то, что Евразия-Африка, будучи «историческим шкафом с массой скелетов», выработает единую цивилизационную рамку и, победив все противоречия всех исторических эпох, сформирует единую «евразийскую», а то и более широкую, «материковую» нацию, исчезающе мала. Нет у нас такой надежды — в отличии от англосаксонского монолита любые союзы между Россией, Китаем, Индией и Европой могут быть только временны и ситуативны.

Исходя из этого Китай и проводит свою политику. Опираясь на себя, на своё население и на свою территорию. И рассматривая ближайшие страны, как неизбежных союзников и зону своего непосредственного влияния. Однако, не забывая о своих интересах, которые всё равно диктуют максиму «Китай превыше всего».

В чём это выражается? Китай меняет мир вокруг себя, привязывая его к своей Серединной Империи.

Для начала Китай привязал к себе даже самые отдалённые свои районы, показав, чо у Серединной Империи всегда найдётся возможность связать вместе все части собственного угла евразийского «хартленда».

Железные дороги, грузовые и пассажирские, связали все провинции Китая, включая даже высокогорный Тибет.

Дорога до Лхасы была построена в сложнейших природных условиях: в самой высокой точке эта железная дорога забирается на высоту в 5072 метра, часть дороги проложена по вечной мерзлоте, половина станций роботизированы и обслуживаются из управляющего центра в Синане, а пассажирские вагоны снабжены системой подкачки кислорода, как на самолётах, чтобы исключить горную болезнь у пассажиров.

При этом, понятное дело, суть этой железной дороги не только в привлечени туристов в столицу Тибета, Лхасу, но и в том, что сам Тибет теперь оказывается намертво привязан к континентальному Китаю: с юга, от Индии и Непала, его по-прежнему отделяют труднопроходимые горные перевалы.

Кроме консолидации своей собственной территории с помощью инфраструктурных проектов, Китай продолжает создавать альтернативу собственную альтернативу существующей мировой транспортной системе, находящейся под контролем Архипелага: вслед за началом строительства Никарагуанского канала, Китай приступил к активному обсуждению с Таиландом строительства альтернативного канала из Южно–Китайского моря в Индийский океан.

То, что никарагуанский канал — это политика, видно даже по его маршруту. В итоге для его трассы была выбрана горная местность которая, однако, расположена не на границе с Коста-Рикой, а в глубине территории Никарагуа.

Новым проектом может стать искусственный водный путь через Малаккский (Малайский) полуостров.

Проект имеет давние исторические предпосылки. Сотни лет назад тайские короли планировали построить судоходный канал через перешеек Кра — в самом узком месте Малайского полуострова для возможности быстрой переброски военного флота с западного побережья на восточное и обратно.

В наше время канал через перешеек Кра позволил бы сократить морской путь из Юго–Восточной Азии в Европу и Африку вместо прохода через Малаккский пролив на 1000–1200 километров, экономить для перевозчиков порядка 48–64 часов по времени для транспортировки грузов в зависимости от маршрута, существенно уменьшить расход горючего судами, выбросов в атмосферу углекислого газа, снизить ставки фрахта, уменьшить себестоимость покупного барреля нефти для Японии, Китая и других стран. Ну вы поняли, всё уже расписали, ни один эколог не сможет сказать и кривого слова...

Ну а мы — смотрим на карту и понимает, зачем всё это делается.

Если канал Кра построят, и он начнет эксплуатироваться, то сразу же снизится доминирующее значение порта Сингапур, который обслуживает более 80% транзитных грузов из всего количества, обрабатываемого на множестве терминалов в Юго-Восточной Азии.

Сингапур, несмотря на то, что 70% его населения составляет китайский субэтнос хакка, до сих пор находился под плотным американским и английским влиянием, что тоже, в общем-то, было наследием прошлой истории Серединной Земли — вплоть до конца Второй Мировой войны Сингапур был колонией Великобритании и её крупнейшей военной базой в Юго-Восточной Азии. Проект же строительства канала Кра, подрывающую монополию Сингапура и общин хакка, появился на фоне произошедшего в прошлом году смещения премьера Таиланда, этнической хакка, Йинглак Чиннават.

Двигатель «сингапурского экономического чуда» всегда был зарыт на дне Малаккского пролива.

Как заявил тайскому ежедневному изданию «Нация» исполнительный директор экономической секции Тайско–Китайской Ассоциации по культуре и экономике и сотрудник Национального Комитета по изучению проектов канала через перешеек Кра доктор Пакди Танапура, «ожидается, что к 2025 году через Малаккский пролив должны будут проходить порядка 140 тысяч судов. А максимальная пропускная способность пролива — всего около 122 тысячи. И в ближайшие 10 лет это "бутылочное горлышко" будет сужаться, тормозя рост экономики стран Азии и скорость перевозок в регионе и между континентами».

Действительно, значение Малаккского пролива трудно переоценить, если вспомнить, что через пролив проходит почти одна треть морских перевозок нефти и одна четвертая всех грузовых перевозок в мире, от которых Китай, как «мировой сборочный цех» зависит в критической степени.

Самым узким местом малаккского «горлышка» является район недалеко от Сингапура, шириной всего около двух с половиной километров.

Глубина в этом самом мелком и узком месте пролива составляет всего около 25 метров. Если затопить в этом месте крупное судно, на долгое время прекратится судоходство. Для мировой торговли это будет колоссальный разрушительный эффект.

И дело тут не только в угрозе терроризма: одной из постоянных опасностей для морских судов в Малаккском проливе является задымление в результате ежегодных лесных пожаров на острове Суматра. Видимость в данный период снижается до 200 метров, что заставляет суда снижать скорость, иногда даже случаются катастрофы.

Однако,не стоит сбрасывать со счетов и человеческий фактор. За последние два десятилетия количество пиратских нападений в Малаккском проливе и вблизи Сингапура увеличилось почти в 10 раз, перевалив за сотню инцидентов в год. Сказывается тот факт, что соседняя с процветающим Сингапуром Индонезия отнюдь не пышет экономическим здоровьем и социальным миром — для многих взрослых кормильцев суматранских семей морское пиратство становится вариантом хоть какого-то заработка.

Это вызывает опасения судовладельцев, экипажей судов, немалые расходы на содержание групп чрезвычайного реагирования на судах в период прохода опасных участков судоходства, увеличение страховых выплат, траты на постоянное патрулирование акватории флотилиями береговой охраны, постоянную поддержку в боевой готовности спецтехники и сил особого назначения Малайзии, Индонезии и Сингапура.

По предварительной оценке Пекинского университета международной экономики и бизнеса, а также Тайского национального комитета по изучению проектов канала через перешеек Кра, проект канала глубиной 26 метров и менее, чем 100 километров длиной оценивается от 20 до 25 млрд. долларов США.

Кроме того, интересно, что Китай в этом случае не забывает и о привязке к себе и самого Сингапура: не так давно было подписано соглашение о финансировании строительства Пан–Азиатской железной дороги через страны Юго–Восточной Азии, которая соединит Южный Китай с Сингапуром.

С другой стороны, китайская мирная, инфраструктурная экспансия всегда сопровождается последовательным остаиванием своей ведущей роли, когда соседи получают чёткий сигнал от Китая о присутствии стратегических китайских интересов в выбраном регионе.

Так, например, Китай однозначно заявляет свой приоритет над островами Спратли в Южно-Китайском море, которые до сих пор считаются спорной территорией между Вьетнамом, Китаем, Тайванем, Филлипинами, Малайзией и Брунеем.

Эти небольшие острова, лишь немного выступающие над уровнем Мирового океана, не имеют постоянного населения, но уже снабжены 4-мя взлётно-посадочными полосами.

Около 45 островов, на которые вышеперечисленные страны заявили свои претензии, заняты относительно небольшими военными контингентами из Вьетнама, Китая, Малайзии, Филиппин и Тайваня. В настоящее время архипелаг используется как рыбопромысловый район. Зона рыболовного промысла Брунея включает южный риф, но официальных территориальных претензий Бруней не выдвинул.

Однако, несмотря на свой крошечный размер, острова архипелага имеют важное значение с точки зрения присутствия в регионе — обладание ими позволяет легко контролировать морской авиацией важные районы к юго-востоку от китайского побережья и обеспечивать эффективную морскую блокаду Тайваня с южного направления. Кроме того, исследования говорят о наличии значительного количества нефти и газа. По данным министерства энергетики США, в районе Рид-бэнк архипелага сосредоточено до 5,4 млрд. баррелей нефти и до 55,1 трлн. кубометров природного газа.

Текущее состояние дел на архипелаге Спратли. Флагами помечены острова, занятые военными контингентами сопредельныз стран.

И опять-таки, здесь мы видим последовательные усилия Китая по упрочнению своих позиций.

Каждый из занятых Китаем островом в архипелаге Спратли превращается в маленькую военную базу, которая зримо показывает основательность присутствия Китая в данном регионе.

На этом фоне, в общем-то, Россия и её проекты «Силы Сибири» или Белкомура оказываются не более, чем одним из элементом в глобальном паззле, который складывает для себя Китай.

Сторого, кстати, в концепции Маккиндера. Только уже без России, чисто для процветания национальности хань.

Ну а мы можем пока поиграться в конспирологию об «очищении рядов», памятуя о том, что Белкомур проходит-таки по территории Республики Коми, а 50 млрд. рублей — очень немалая сумма.

Ну, или можно всё-таки постараться написать концепцию для России. И для российской редакции Серединной Земли.

Пусть и с Китаем — но только в роли партнёра, а не в роли Серединной Империи.

Анпилогов А.

http://izborskiy-club.livejournal.com/365554.html

06.09.2015 Китайский дракон: геополитические амбиции Поднебесной

Военный парад в Пекине по случаю окончания Второй мировой войны явился демонстрацией военной мощи КНР. Китай предъявляет себя как претендент на мировое геополитическое лидерство. Теперь уже не только в экономическом отношении (это свершившийся факт), но и военном. Китай находится на втором месте в мире расходам на оборону. Идущая третьей Российская Федерация имеет почти двукратное отставание. Тезис, что российско-китайский альянс может базироваться на экономической мощи Китая и военной — России от года к году теряет актуальность. Китайская Народная Республика уже и сама обладает достаточными оборонными потенциалами. Подчиненный государственному плану тип китайской экономики позволяет работать на обороноспособность формально гражданские отрасли народного хозяйства. Так в свое время осуществлялось обеспечение ВПК в Советском Союзе. По численности регулярных войск Китай — с большим отрывом на первом месте в мире.

В сравнении с США, экономика КНР базируется на реальном производстве. Китай занимает первое место по объемам промышленности и сельского хозяйства, уступая Соединенным Штатам, а также Японии, в сфере сервиса. Доля занятых в сервисных отраслях в США – 81,2 %, в Российской Федерации – 62,3 %, в КНР – 32,7 %. Ставка на реальные сектора экономики означает физическую, а не виртуально-спекулятивную, как в США, основу геоэкономической мощи Китая. Могут возразить, что в расчетах на душу населения КНР принципиально отстает от стран «золотого миллиарда» и даже России. Это действительно так. Среднедушевые доходы китайцев меньше среднедушевых доходов россиян. Но ведь никто не будет считать мощнейшей геоэкономически державой Люксембург, первенствующего по доходам на душу населения. Экономическая мощь государства состоит в том, сколько ресурсов оно может сконцентрировать на стратегических направлениях. И в этом отношении КНР оказывается в статусе сверхдержавы.

Празднование юбилея окончания Второй мировой войны продемонстрировало и наличие у Китая идеологических лидерских амбиций. В фокусе общественного внимания оказались в этом году дискуссии о роли стран антигитлеровской коалиции в Победе. Возмущение вызвали попытки ревизии истории Второй мировой Войны со стороны стран Запада. Именно западные страны — США и Великобритания были представлены в ревизионистской версии в качестве главных акторов в достижении Победы. Россия приняла вызов и вступила в дискуссию.

Но ведь точно такая же ревизия предпринимается с позиций Китая. И вот уже принято на уровне российских СМИ, сто именно Китай понес наибольшие человеческие потери во Второй Мировой войне — 35 миллионов против советских 27 миллионов. Значит, именно Китай по этой логике был главной жертвой войны, а вовсе не Советский Союз. Почему китайские цифры были взяты на веру? Почему отказываются от прежних подсчетов числа жертв среди китайского населения, по которым их было на 17 миллионов меньше? А ведь были еще и немалые жертвы гражданской войны в Китае, включаемые в число жертв Второй мировой. А ведь дату начала Второй мировой войны китайцы устанавливают 1937-м годом, а то и 1931 -м. В результате такого расширения рамок число жертв не может не быть увеличено.

Перенос даты начала Второй мировой войны смещает ее геополитическую ось на восток. И вот уже получается, что главным театром военных действий был японо-китайский. Смысл Победы над историческими вызовами фашизма и нацизма ретушируется. Почему давая вердикт на отражение западного ревизионизма истории Второй мировой войны, современное российское руководство принимает как должное не менее опасный в принижении роли СССР китайский ревизионизм.

Китай стремится в целом сдвинуть ось истории на Восток.

При таком сдвиге Вторая мировая война теряет свое значение в качестве величайшей трагедии в истории человечества. На первый план выходят трагедия, связанные с историей китайской цивилизации — восстание Ай Лушаня (сократившее население тогдашнего мира на 15 %), маньчжурское завоевание (уменьшившее численность человечества на 5 %), восстание тайпинов (по оценкам китайской историографии, 100 миллионов жертв — больше, чем во Вторую мировую).

Когда мы говорим о Китае, стоит обратить внимание на самоназвание страны. Реконструируем подлинное название Китая, и с содержанием китайского проекта все становится ясно. Российское наименование – Китай, как известно, не совпадает с китайскими самоназваниями. Наиболее устойчивыми из этих самоназваний оказались два. Одно из них — Тянься (Поднебесная) — Тянь – небо, Ся – низ, подножье неба. Китай, таким образом, определяется как Поднебесная страна. А что же тогда остальные страны? Близости к небесам они оказываются лишены.

Другое самоназвание Китая — Чжунго — «срединное государство». Официальное название государства, именуемого у нас как Китайская Народная республика звучит как «срединная, цветущая народная республика».

Исторически воспроизводилась в Китае следующая семиотическая модель отношения с миром. Мир делится на две ниши бытия – Поднебесное государство и земли варваров. Китай жестко отделялся от некитайского варварства. И это видение воспроизводилось исторически тысячелетиями.

Земля обозначалась схематически ромбом. Небо, трактуемое не просто как небесный свод, а высший закон, обозначалось кругом. Но только Китай – Поднебесная существует под небом. Другие народы пребывают вне неба, то есть вне высшего закона. Это и есть имманентная характеристика варваров.

Китайская система мироустройства жестко иерархична. В центре нее находится император. Его окружает внутренний круг — чиновничество центра. Есть внешний круг – китайская периферия. Далее от центра находятся окультуренные варвары. Часть некитайского мира, важно зафиксировать, поддается, таким образом, аккультурации. И есть, наконец, варвары, которые не могут быть окультурены: северные, западные, восточные, южные. Северные варвары называются Ди, и русские оказываются в их числе. Другого отношения в Китае к внешнему миру, чем к миру варваров, не было. И архетип этого отношения сохранен. (Рис. 1).

Рис. 1. Символическое средневековое изображение Китая

Доходило до курьезов. Восемнадцатый век – эпоха экономического прорыва Великобритании. Посланники английского короля Георга III прибывают к китайскому императору. Этот приезд был интерпретирован так: прибыли данники от английского короля. Их похвалили за то, что они хотят приобщиться к благам подлинной великой цивилизации. Иначе система отношений с другими народами и не мыслилась.

Существует представление, будто бы Китай принципиально разграничивает исторически дружественную Россию и западные империалистические державы. Блажен, кто верует. Важнейшим компонентом в историческом сознании современного Китая является память о национальном унижении девятнадцатого века. Считается, что тогда, воспользовавшись слабостью Поднебесной, ведущие мировые державы навязали ей ряд неравноправных договоров. Пересмотр этих договоров и восстановление справедливости воспринимается как национальная историческая задача. Российская империя находилась, согласно китайской версии, в общем перечне империалистов, наряду с США, Англией, Францией, Германией и Японией. К неравноправным относятся договора, заключенные между Россией и империей Цин – Айгунский (1858 г.), Тяньцзиньский (1858 г.), Пекинский (1860 г.). Из признания неравноправия данных договоров следует, что нахождение Приамурья и Приморья в составе Российской Федерации нелегитимно.

С понятием «неравноправные договора» тесно сопряжено другое понятие — «утраченные территории». Императив – вернуть утраченные земли по сей день входит в идеологический арсенал Китая. Правда, эта идеологема предназначена, главным образом, для внутреннего пользования. Но при достижении определенного уровня могущества, все может измениться.

Перечень утраченных Китаем территорий впервые был объявлен фактически сразу же после свержения режима императора и провозглашения республики. В утраченные территории вошли: Дальний Восток от Камчатки до Сингапура, Бутан, часть Афганистана, Индия и так далее. Шли годы. В 1965 году Мао Цзэдун сделал следующее заявление: «Мы обязательно должны заполучить Юго-Восточную Азию, включая Южный Вьетнам, Таиланд, Бирму, Малайзию, Сингапур. Такой район, как Юго-Восточная Азия, очень богат, там много полезных ископаемых, он вполне заслуживает затрат, чтобы заполучить его. В будущем он будет очень полезен для развития китайской промышленности. Таким образом, можно будет полностью возместить убытки. После того как мы заполучим Юго-Восточную Азию, в этом районе можно будет увеличить наши силы; тогда мы будем иметь противостояние советско-восточному европейскому блоку».

Но претензии не ограничивались азиатским регионом. Речь шла не о региональном доминировании, а именно о мировой гегемонии. Тогда же в 1960-е годы Мао пояснял: «Мы должны покорить земной шар… По-моему, важнее всего для нас – это земной шар, где мы создадим мощную державу».

Могут возразить, что маоистский Китай – это идеологически принципиально иное государство, чем Китай современный. Но обратимся к Конституции КНР. Она была принята в 1982 году, то есть в постмаоистский период. Тем не менее, в ней определенно говорится о верности Китая в будущем идеям Мао Цзедуна и Дэн Сяопина.

Говорится не о просто об утраченных исторически территориях, а о «временно утраченных». Это значит, что период их отторжения должен со временем быть завершен. Внутренняя рефлексия возвращения территорий никогда на протяжении уже ста лет не пресекалась. «Утраченные территории» Китая обозначены как китайские земли даже на уровне школьного обучения. В «утраченные территории» зачисляются: Бирма, Лаос, Вьетнам, Непал, Бутан, север Индии, Таиланд, Малайзия, Сингапур, Корея, острова Рюкю, 300 островов Южно-Китайского, Восточно-Китайского и Желтого морей, Киргизия, Южный Казахстан, афганская провинция Бадахшан, Монголия, Забайкалье и юг Дальнего Востока вплоть до Охотска. Совокупно это 10 миллионов квадратных километров. Территория КНР сегодня – 9,6 миллиона километров. Таким образом, Китайская Народная Республика — это сегодня страна, имеющая на уровне национального сознания наибольшие территориальные претензии в мире.

Существует особый китайский культурный код, игнорирование которого означало бы попадание в отношении Китая в стратегическую ловушку. Китайская культура выстраивалась без идеи Бога, вокруг которой осуществлялось культурное строительство других народов. Идея Неба – это нечто иное. Итак, имеет место культурный код, исключающий понятие Бог. Не с этим ли связан и известный практицизм, и жестокость в отношении противников и непокорных? О том, каким образом осуществлялось принуждение к покорности уйгуров, или джунгар хорошо известно. Василий Верещагин, написал свою картину «Апофеоз войны», как известно после посещения Западного Китая, мест императорских репрессий против уйгуров и дунган.

А будут ли китайцы, если дело, не дай Бог, дойдет до конфликта, иначе относиться к русским, чем относились они к уйгурам?

Исторически памятен конфликт на Даманском. Совсем недавно были опубликованы фотографии оскверненных тел советских военнослужащих, которые погибли оказавшись в руках противника. В Музее Народно-освободительной армии Китая выставлен советский трофейный танк «Т-62» доставшийся китайцам во время конфликта на Даманском. Рядом японские танки, захваченные у противника во время Второй мировой войны. После конфликта на Даманском активизировалось строительство БАМа. Это было связано не только с перспективой освоения ресурсов Дальнего Востока, но реальной военной угрозой Китая. Тогда, в период существования СССР, она была реальна. А сегодня? Китай мыслит в категориях большого времени. И в этом смысле, считать, что угроза ушла ввиду нынешнего потепления отношений Москвы и Пекина было бы заблуждением.

Китай усиливает свои позиции не только как экономический, но и глобальный идеологический игрок. Прежде, со времен Дэна Сяопина, искусственно формировалось впечатление, что КНР интересует во внешней конвертации только экономика. Сегодня Китай предъявляет миру не только дешевые товары массового потребления, но и определенный идеологический месседж. Наличие этого месседжа наглядно проиллюстрировала вначале Пекинская Олимпиады, а теперь и парад по случаю семидесятилетия окончания Второй мировой войны.

Представление о том, что Китай цивилизационно интровертен, а потому никогда не нес и не будет нести в будущем идей внешней экспансии, исторически и методологически не верно. Ни одна цивилизация не может состояться без наличия планетарного проекта. Если нет этого планетарного проекта, нет и цивилизации.

От планетарного видения Китай никогда в своей истории и не отказывался. Оно заложено традицией. Оно реализуется через школьные программы. Оно отражено и в нынешней Конституции КНР. Процитирую фрагмент, относящийся к позиционированию Китая на международной арене: «Достижения Китая в революции и строительстве неотделимы от поддержки народов мира. Будущее Китая тесно связано с будущим всего мира. Китай … решительно выступает против империализма, гегемонизма и колониализма; укрепляет сплоченность с народами различных стран мира; поддерживает справедливую борьбу угнетенных наций и развивающихся стран за завоевание и сохранение национальной независимости, за развитие национальной экономики, прилагает усилия в деле сохранения мира во всем мире и содействия прогрессу человечества».

Сменялись методы экспансии. Они могли быть на определенном этапе преимущественно экономическими. Сейчас к власти в КНР вместо группировки, которая условно именуется «шанхайский клан», пришел «пекинский клан». Для него характерна политика усиления наряду с экономической составляющей, также идеологической и военной компонент. И это, по-видимому, становится трендом.

И понятно, какие стратагемы в свете обозначенных вызовов должен принять Китай в отношении России. Китай сегодня обходит США по объемам ВВП. Каждый раз когда предпринимались попытки обойти мирового экономического лидера, случались большие войны или революции. Соответственно, и сегодня США должны сделать все, чтобы не допустить утраты экономического первенства. В Китае это тоже не могут не понимать.

Что лучше всего в этой ситуации для Китая? Найти взамен себя поединщика и подтолкнуть его к борьбе с геополитическим противником. Собственно, Китай это и делает. Поединщик был найден – Россия. Кто выиграл прежде всего от конфликта России и Запада? Конечно, Китай. Бенефициар очевиден.

Есть у Китая, безусловно, и точки уязвимости. Их достаточно много.

Во-первых, высокая степень зависимости от внешней торговли. В КНР этот показатель (экспорт плюс импорт к ВВП) выше даже чем в России. По данным за 2013 год в Российской Федерации он составлял 42 %, в КНР 47 %, тогда как в США – только 25 %.

Во-вторых, Китай имеет самую большую в мире бумажную массу золотовалютного резерва. Но золота в ЗВР КНР только 1%. Все остальное – бумага – главным образом, доллары. Есть такая точка зрения, что Китай – это вообще американский проект, созданный для сбыта избыточной долларовой массы. Об американском проекте «большого Китая» прямо писал, в частности, Збигнев Бжезинский. Зависимость от доллара в любом случае создает для КНР точка уязвимости.

В-третьих, сепаратизм китайских регионов. Обратимся к принятому в США в 1959 году, но не отмененному по сей день Закону о порабощенных нациях. Закон закладывал прежде всего деструкцию советского пространства. Но в нем был заложен и сценарий деструкции Китая. Тибет по этому закону отделяется от Китая. Закон, подчеркну еще раз, не отменен до сих пор.

В-четвертых, фактор этнических противоречий. То, что 92% населения КНР объявляются ханьцами не значит, что все они действительно таковые. Запись большинства населения в ханьчжен была проведена Мао Цзэдуном. Но по сей день сохраняется де-факто иная этническая идентичность многих номинальных хань. Как разыгрывается при желании межэтнических конфликтов хорошо известно.

В-пятых, значительные социальные диспаритеты. Сегодня, несмотря на то, что во главе Китая стоит Коммунистическая партия, он занимает второе место в списках долларовых миллиардеров в мире. Первыми идут США, вторым Китай, третьей – Россия. В Японии, говорят: да, конечно, большинство китайцев живет хуже японцев, но 200 миллионов лучше, чем японское население. Двести миллионов – это больше совокупного населения Японии. Все более возрастает ненависть одних социальных групп к другим. Особенно остро это проявилось в конфликте в Гонконге. Фактор социальных диспаритетов, как известно, везде и всегда использовался как детонатор революций.

Не исключен вариант, что США и Китай попытаются договориться и поделить мир. Пакт Молотова – Риббентропа в современной модификации может выглядеть как пакт Обамы – Си Цзиньпина. Менее всего хотелось бы в этой ситуации, чтобы Россия оказалась расходным материалом в данной конфронтации. Пока складывается впечатление, что ей эта роль расходного материала и уготавливается большими геополитическими проектировщиками.

Вардан Багдасарян

http://vbagdasaryan.ru/kitayskiy-drakon-geopoliticheskie-ambitsii-podnebesnoy/

03.06.2015 Три «НЕТ» Китая - не заключать союз с Россией, не противостоять США, не мстить Японии

Недавно КНР выпустила девятую по счету «Белую книгу», посвященную вопросам обороны (оригинал - 不盟俄不拒美不仇日), пишет "Дуфан жибао". В некоторых странах считают, что воображаемые противники Пекина — это Вашингтон и Токио, и он вместе с Москвой борется против них. В связи с этим Китай решил разъяснить, что он не заключает союз с Россией, не выступает против США и не пытается отомстить Японии. Именно на этих трех «не» и базируется текущая стратегия страны.

Не вступать в альянс с Россией. Важно отметить, что, хотя Москва и Пекин расширяют сотрудничество, имеют одинаковую точку зрения по поводу необходимости многополярного мира и обеспечения стабильности в регионах, а также постоянно проводят военные маневры, страны твердо придерживаются принципа построения партнерских отношений всестороннего стратегического сотрудничества, которым никак не присущ характер военного блока.

Не противостоять Америке. Помимо того, что председатель КНР Си Цзиньпин неоднократно подчеркивал, что Тихий океан вполне способен «вместить» как Пекин, так и Вашингтон, он также надеется выстраивать двусторонние отношения на основе взаимоуважения и взаимовыгодного сотрудничества, в которых не будет конфликтов и конфронтации. Важно то, что Китай не игнорирует военное присутствие США в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). Напротив, он придерживается того устройства в регионе, которое было сформировано после Второй мировой войны: онн не мешает Америке размещать базы в Южной Корее и Японии и не выступает против того, что она преследует свои интересы в АТР.

Не мстить Японии. Пекин, конечно, очень возмущен тем, как Токио искажает исторические факты, и настороженно относится к попыткам правого политического крыла страны поставить милитаризм превыше всего. Однако Китай понимает, что ему необходимо экономически развиваться, поэтому нужно сотрудничать с Японией. Попытки отомстить и нажить врага по соседству ни к чему хорошему не приведут.

Конечно, в Китае полно тех, кто хотел бы, чтобы три вышеописанных принципа звучали наоборот. Однако очевидно, что такая политика была бы неправильной, или даже примитивной. Поэтому очень важно выстраивать отношения с этими державами, основываясь на данных трех «не». Во всем нужно соблюдать меру: дружить с Россией, но не вступать в союз, ведь это неизбежно приведет к конфликту с США и Японией. Выступать против японского милитаризма, но не поступать настолько глупо, чтобы навредить экономическому сотрудничеству с Токио. Что касается отношений с Америкой, здесь Пекину нужно просто стараться не превратиться окончательно в главного ее врага.

На самом деле Китаю довольно легко не вступать в союз с Россией, а вот не противостоять США и не мстить Японии — сложно. Однако если подходить к проблеме с холодной головой, то решение международных вопросов может стать гораздо более легким делом. И давайте не будем забывать о трех «не» и донесем эти принципы до всего мира.

naspravdi.info

02.06.2015 О стратегических задачах России в связи с новой военной доктриной Китая

22.05.2015 "Великая чистка" председателя Си

За два года в КНР под следствием оказались 182 тысячи чиновников и партаппаратчиков

Под руководством председателя КНР Си Цзиньпина в стране идет «Великая чистка», по масштабам вполне сравнимая со временами Мао Цзэдуна. Партийные и государственные чиновники надеялись, что война с коррупцией, которую новое поколение руководства Китая проводит под лозунгом «борьбы с перерождением КПК» - лишь очередная кампания. И что все это было затеяно лишь для устранения наиболее влиятельных кланов, оппозиционных руководству страны. Надежды эти не оправдались.

Арест по обвинению в коррупции и вынесенный в 2013 приговор к пожизненному заключению могущественному секретарю чуньцинского горкома партии Бо Силаю оказался не концом чисток, а их началом. Вслед за этим чистки затронули политбюро – был арестован куратор всех силовых ведомств страны Чжоу Юнкан. Перекинулись на святая святых китайской политики – армию и госбезопасность. А сегодня, постепенно расширяясь, охватили практически все госкорпорации, правительственные учреждения и идеологические структуры – министерство культуры и центральное телевидение.

Политическая составляющая в делах о коррупции – устранение соперников и лиц, лояльных еще недавно могущественным кланам, замена их на «своих людей», преданных Си Цзиньпину и «пятому поколению руководителей» - разумеется, присутствует. Но она все больше сходит на нет. Поскольку главной задачей «великой чистки», затеянной председателем Си, является - хоть кому-то и трудно в это поверить - отнюдь не укрепление собственной власти, а избавление страны от разложившихся чиновников, которые в угоду собственной корысти тормозят развитие Китая и, тем самым, препятствуют его превращению в великую державу.

Причины нынешних беспощадности и масштабности в борьбе с коррупцией, которую ведут Си Цзиньпин и люди из его команды, достаточно просты.

До определенного времени руководство китайской компартии лишь «осаживало» наиболее ретивых казнокрадов и коррупционеров, вполне справедливо полагая, что это неизбежное зло, непременный спутник реформ.

Главным для чиновников и партийных функционеров здесь были два правила – не зарываться и оставаться лояльными режиму, точнее, политбюро и председателю КНР.

Сегодня находятся эксперты, которые утверждают: размах взяточничества не имеет аналогов ни в истории Китая, ни в мировой практике. При явном преувеличении определенная доля истины в этом есть, но главный мотив нынешней беспощадной борьбы заключается в том, что, во-первых, казнокрадство и взяточничество стали реальной угрозой социально-экономическому развитию, препятствием для реформ и успешности китайской экономики, причем – во всем мире. А, во-вторых, возникла реальная угроза перерождения КПК, появилась прослойка партийцев и чиновников, которые свое будущее связывают с Западом. И это – уже реальная опасность не только для компартии, но и для всей страны.

Но сначала – немного о скучной экономике, точнее, о том, как коррупция эту экономику гробит в совершенно неожиданной сфере – доверии местного потребителя и всего остального мира к качеству китайских товаров.

Как минимум 30 процентов китайской экономики, прямо или косвенно, находится в руках подконтрольных государству организаций. По некоторым оценкам, этот показатель составляет даже более 50 процентов. Значительная часть числящихся в списке Китайской фондовой биржи фирм находится в собственности государства, большое их число является монополиями. С одной стороны, это ведет к тому, что контролируемые государством банки по распоряжению местных властей дают кредиты на развитие бизнеса только «своим» - подконтрольным государству компаниям, чьи руководители зачастую родственники тем же самым правительственным чиновникам на местах. А для «чужих», не состоящих в кровосмесительной связи власти и бизнеса, мало того, что никаких льгот, но еще, вдобавок, взятки и поборы.

В итоге коррупция со стороны властей не только душит малый и средний бизнес, но и приводит к тому, что предприниматели, стремясь увеличить прибыль, ведут себя недобросовестно.

«Если тебя обворовывает государство, почему ты сам не можешь обмануть клиента?», - рассуждает китайский бизнесмен.

Вот как описывает такого рода настроения писатель Мужун Сюэцунь: «Не существует четкой границы между законным и незаконным. Практически каждая фирма идет на обман при уплате налогов, и почти все хотя бы в чем-то нарушают законы… Возьмем, к примеру, владельца небольшого магазинчика. В стремлении нагреть руки на его бизнесе чуть ли не каждая государственная организация, будь то отдел торговли, налоговая инспекция, полицейское управление, пожарная инспекция или отдел здравоохранения может пригрозить ему закрытием магазина. Если он рискнет не выполнить требования этих организаций, ему и его семье будет угрожать полное разорение. Вследствие вызванной таким положением незащищенности большинство граждан не предпринимает долговременных проектов, а сосредоточивается на бизнесе, приносящем быструю прибыль. Слишком много людей в правительстве, бизнесе и в частной жизни ничуть не озабочено этической стороной своих действий и печется только о деньгах».

Цитата длинная, зато исчерпывающе объясняет ситуацию. Ведь китайский предприниматель не просто так думает, он и действовать начинает соответствующим образом, поэтому скандалы с пресловутым «китайским качеством» потрясают и страну, и мир. Вот лишь несколько наиболее ярких примеров, причем – только в одной сфере, пищевой промышленности. Руководители предприятий этой отрасли теперь всемирно известны тем, что в погоне за удешевлением себестоимости добавляют в свою продукцию опасные для здоровья химикаты. В 2007 году корм для животных китайского производства стал причиной гибели сотен собак в Америке. Смерть большого количества людей, случившуюся в Панаме в том же году, связали с найденной в произведенной в Китае микстуре от кашля химической добавкой. В марте 2013 года на поверхности реки, вода из которой снабжает водопроводную систему Шанхая, были обнаружены сотни тысяч зараженных свиных туш. Их происхождение так и осталось невыясненным, однако есть основания предполагать, что перед нами - сбой в системе незаконного, но широко распространенного в стране сбыта больных животных производителям мясной продукции, который заставил фермеров выбросить свиней в реку.

Самый же крупный скандал произошел в 2008 году, когда выяснилось, что производитель детской молочной смеси популярной китайской торговой марки с целью удешевления продукта добавлял в него химикат под названием меламин.

В результате употребления этого продукта в стране заболело около 300 тысяч младенцев, 860 из них были госпитализированы и шестеро погибли. Теперь матери-китаянки стараются по мере возможности покупать импортное детское питание.

И в основе всех этих преступлений – коррупция и взятки чиновникам. Еще раз подчеркну: это примеры только по одной отрасли и за сравнительно небольшой промежуток времени. О каком доверии к китайским товарам после таких историй может идти речь? О каком выполнении решений коммунистической партии и правительства КНР о расширении экспорта и экспансии местных товаров на мировые рынки? Тут свое бы население убедить в необходимости «поддержать отечественного производителя».

Но, помимо «экономического измерения», коррупция, как угроза государственной безопасности Китая, имеет также измерение «политическое». Ли Ши, руководитель Исследовательского центра распределения доходов при Пекинском педагогическом университете, подсчитал, что разница между доходами 10 процентов самых богатых жителей страны и 10 процентов самых бедных граждан возросла с 7,3 в 1988 году до 23 в 2007 году. Однако Сунь Липин, профессор кафедры социологии Университета Цинхуа, обнародовал еще более шокирующие данные: сегодня этот показатель вырос до 65. Причем, по словам профессора, наибольшая часть капитала сосредоточена в руках людей из монопольного государственного сектора. Налицо – формирование класса «красных олигархов», чьи интересы прямо противоположны интересам страны.

Именно поэтому председатель Си в своих выступлениях объявил «коррупцию и перерождение руководителей-коммунистов» наиболее серьезной угрозой для КНР в целом и КПК в частности.

Как это выглядит на практике, в «сухих цифрах»? По данным Китайской академии общественных наук - ведущем научном учреждении компартии - с середины девяностых годов и до сегодняшнего дня из Китая сбежало за границу или же пропало без вести от 16 до 18 тысяч партийных функционеров, а также чиновников органов безопасности, юстиции, государственных предприятий и китайских ведомств, расположенных за границей. В общей сложности они вывезли из страны около 800 миллиардов юаней - 127 миллиардов долларов.

В 2010 году, во время очередной весенней парламентской сессии, член Всекитайского собрания народных представителей, профессор центральной партийной школы Линь Чжэ сообщил, что в период с 1995 по 2005 годы за границей на постоянной основе поселились 1,18 миллиона детей и супругов китайских чиновников. «Эта цифра говорит о том, что в каждой китайской провинции в среднем работает около 40 тысяч «голых чиновников», - объяснил он. Термин насчет «голых чиновников» в КНР употребляют в отношении госслужащих, семьи и личное состояние которых находятся за границей.

Согласно данным внутреннего документа, подготовленного для руководства компартии, положение дел на март 2012 года, то есть к моменту прихода к власти «пятого поколения руководителей» во главе с Си Цзиньпином, выглядело так:

- у 187 из 204 членов Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК 17-го созыва есть ближайшие родственники, которые имеют вид на жительство или же гражданство США и стран Европы, что составляет 91 процент;

- у 142 из 167 членов, вошедших в Политбюро после 17-го съезда (85 процентов), и у 113 из 127 членов центральной комиссии по проверке дисциплины (89 процентов) есть прямые родственники, проживающие за границей.

Примечательно, что когда в 2012 году партийное руководство предложило ввести в стране систему обнародования информации о личном состоянии чиновников и контроля объективности этих данных, то против такого решения проголосовало 98,7 процента - почти все… - делегатов Всекитайского собрания народных представителей. Вот такими были «исходные данные» к моменту, когда председатель Си встал во главе Китая. Масштабность угрозы требовала масштабного же ответа, и он не заставил себя ждать.

Сначала прогремело дело уже упоминавшегося Бо Силая. Чуть позже зачистили город Нанкин, которому суждено было стать первой провинциальной столицей, в которой и мэр, и глава горкома попали под антикоррупционное расследование. Градоначальник, Цзи Цзянь-е – представитель поколения «наследных принцев», и своей карьерой, и постом главы одного из крупнейших городов обязан своему тестю, Гао Дэчжэну, влиятельному партийному функционеру.

Его «напарник» по управлению городом, секретарь горкома Ян Вэйцзэ, после ареста мэра попытался от него откреститься, публично сравнив смещение Цзи с операцией по удалению раковой опухоли: «Это больно, но тело выздоровеет». Не помогло, спустя год «пришли» и за ним. Следствие еще продолжается, впереди у Яна длительный срок, и эта новость, пожалуй, несколько скрасит для Цзи Цзянь-е 15-летнее пребывание в заключении, к которому он приговорен.

Но главное было впереди.

В декабре 2014 года произошло куда как более важное событие. После длительного пребывания под домашним арестом был официально предан органам правосудия Чжоу Юнкан (на фото), китайский политический тяжеловес, фигура масштабнейшая, если не сказать – эпическая.

Решение об аресте было принято после бурного обсуждения на специальном заседании Политбюро ЦК КПК, поскольку эта процедура означала отмену негласного запрета на судебное преследование обитателей «вершины власти». Для осознания масштаба данного шага – немного о том, кто такой Чжоу Юнкан. В девяностые годы руководил парткомом провинции Сычуань, Китайской национальной нефтегазовой корпорацией. После этого последовательно занимал посты министра общественной безопасности, секретаря Политико-юридической комиссии ЦК КПК, курировавшей органы безопасности, суды и прокуратуру, входил в состав высшего и самого закрытого органа власти в стране - Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК.

«Его поведение серьезно подорвало репутацию партии, принесло заметный вред делу партии и народа и сопровождалось серьезными последствиями», - говорилось в специальном сообщении агентства Синьхуа, приоткрывшем завесу секретности над делом бывшего «хозяина спецслужб» страны. Сообщалось, что Чжоу Юнкан обвиняется в нарушении «политической, организационной и конфиденциальной дисциплины», разглашении государственной тайны, использовании занимаемых постов в интересах других лиц, получении взяток. В докладе, представленном членам политбюро, выносившем решение о его аресте, говорилось, что чиновник «пользовался своим положением, чтобы помогать родственникам, любовницам и друзьям в бизнесе, в результате чего государственной казне был нанесен серьезный ущерб». Однако существуют косвенные доказательства того, что в докладе упоминались и более тяжкие преступления Чжоу Юнкана - в частности, убийство своей бывшей жены и подготовка государственного переворота.

После ареста фигуры такого масштаба стало ясно: без внимания следователей не останется и «святая святых», Народно-освободительная армия Китая (НОАК) и госбезопасность.

Последние крупные отставки в спецслужбах страны были в 1999 году: выяснилось, что генерал Цзи Щэндэ, отвечавший за агентурную разведку в китайской армии, во время, свободное от служебной деятельности, оказывал различные услуги «контрабандисту века» Лай Чансину, действовавшему в южно-китайском городе Сямэнь. С тех пор спецслужбы считались «очищенными от предателей и перерожденцев». Вплоть до прихода к власти Си Цзиньпина.

В рамках дела Чжоу Юнкана был арестован заместитель министра госбезопасности Ма Цзянь. Осенью 2014 года под следствие попала еще одна важная фигура – начальник Управления безопасности (контрразведка в армии) генерал-майор Юй Шаньцзюнь. Начато расследование в отношении бывшего начальника уникальной китайской разведслужбы - Управления внешних связей Главного политического управления НОАК, специализирующегося на «операциях влияния» и скрытой пропаганде в иностранных государствах - генерал-майора Синь Юньмина.

Поставив армейские судебные органы - которые ранее курировало Главное политическое управление НОАК - под прямой контроль Центрального военного совета, ЦВС, починенного непосредственно Си Цзиньпину, нынешнее руководство КНР занялось чисткой вооруженных сил. Началом кампании послужило дело в отношении генерал-полковника Сюй Цайхоу, второго человека в военно-политической элите страны, заместителя главы ЦВС - китайского аналога Совета безопасности. «Партийные следователи», сотрудники Центральной комиссии КПК по проверке дисциплины, «взяли» генерала прямо из госпиталя, где тот лечился от рака.

Во время обыска в его пекинской резиденции наличные деньги и нефрит, к которому генерал имел страсть, не пересчитывали, а взвешивали, для вывоза ценностей понадобилось десять грузовиков.

«Когда генералу предъявили опись изъятого и потребовали назвать источник богатства, он склонил голову и признал свое поражение», - поэтично описало ситуацию британское агентство «Рейтер».

Но он не просто «признал поражение», но и до своей скорой смерти от рака активно сотрудничал со следствием.

Помимо стандартного «джентльменского набора» - признания во взятках, в том числе и за продвижение по службе - генерал успел рассказать немало интересного о коррупционерах в армии. В результате на сегодняшний день под стражу взяты бывший заместитель начальника главного управления логистики НОАК, бывший заместитель командующего Чэндуского военного округа, бывший заместитель начальника Главного управления тыла, а всего – 16 генералов и более 40 старших офицеров.

«Как могло случиться, что столько жадных парней оказалось на таком верху? - задает вопрос отставной генерал майор Ло Юань в беспрецедентной по откровенности статье, пропущенной китайской цензурой. - Способны ли они командовать армиями в сражениях?». И добавляет: «Боеспособность армии понизится из-за того, что солдаты не захотят драться за своих продажных командиров, они не признают командиров, получивших свои посты за взятки». В этом, в угрозе боеспособности – главная причина нынешних чисток в армии, а не в «политике», как пытаются порой представить дело.

Выездные группы Центральной комиссии партии по проверке дисциплины, по-китайски называющейся «Цзивэй», работают сегодня в головных офисах 26 ведущих государственных корпораций. Такой интенсивности и масштаба не ожидал никто, поскольку за прошедшие с прихода к власти председателя Си два с половиной года бригады «партийных следователей» обследовали лишь 14 подобных структур. Впрочем, с весьма существенным результатом: 70 уволенных с должности и тут же преданных суду высших руководителей госкомпаний. С учетом охвата в нынешнем году урожай «посадок» будет куда богаче.

Массовой проверке подверглись учреждения, появление в которых инспекторов раньше и представить было трудно.

В китайской прессе было неожиданно опубликовано решение Центрального комитета КПК о создании 7 групп для проверки аппарата ЦК и правительства, в частности – парламента, консультативного совета, администрации правительства Китая, оргбюро и секретариата партии.

Власти организуют чиновникам экскурсии в тюрьмы - «в воспитательных целях», как это произошло, например, в Госкомитете КНР по развитию и реформам. Девятнадцать сотрудников этой организации в течение года были арестованы и осуждены, а оставшихся в ходе экскурсии ознакомили с условиями содержания. С намеком, так сказать.

Городской комитет партии Шанхая, после проведенного совещания с участием председателя Си, принял постановление, согласно которому, во-первых, супругам и детям руководителей Шанхая запрещено заниматься бизнесом в пределах города. А, во-вторых, детям руководителей органов общественной безопасности, юстиции и судов запрещено заниматься бизнесом в районах, где работают их родители. Такой вот, получающий все большее распространение инструмент, которым центральные власти Китая пытаются остановить сращивание госаппарата и бизнеса.

Но это – инструмент не единственный, и далеко не главный. Основной упор Си Цзиньпин и его команда делают на сочетании государственного и общественного контроля, привлечении к борьбе с коррупцией всего населения страны.

С одной стороны - расширение и укрепление отделов правоохранительных и контролирующих партийных органов, занятых в борьбе с коррупцией и экономическими преступлениями, введение системы обнародования информации о личном состоянии чиновников и контроля объективности этой информации.

С другой - поощрение сигналов от населения в отношении коррумпированных чиновников. Так, 15 октября прошлого года агентство Синьхуа сообщило, что с октября 2007 года по июнь 2012 года органы надзора и проверки дисциплины по всей стране приняли более 6 миллионов 606 тысяч жалоб на коррупцию чиновников. По которым было возбуждено более 643 тысячи дел, из них было завершено 639 тысяч и наказано более 668 тысяч партийных чиновников.

Нет никаких сомнений, что в ходе нынешнего этапа борьбы с коррупцией, которую председатель Си начал два с половиной года назад, эти цифры будут с лихвой перекрыты. Ничего личного, как говорится, борьба с «красными олигархами» за безопасность и процветание Китая, «великая чистка» ради будущего страны.

Игорь Панкратенко

06.05.2015 | 12:58

Специально для «Столетия»

_______________________________________

Для справки:

В Китае каждую неделю становится на одного миллиардера больше

27.05.2015

Юаньбао-золотой слиток, который по китайскому учению фэншуй привлекает богатство. Фото: Norman Chan, Fotolia

Исследование, проведенное UBS и PricewaterhouseCoopers (PwC), показало, что в первом квартале 2015 года в Китае каждую неделю появлялся новый долларовый миллиардер, сообщает Global Times. В докладе заявляется, что 36% из 917 миллиардеров, появившихся за период с 1995 по 2014 год, приходится на Азию. Впервые за всю историю число азиатских миллиардеров превысило число европейцев, уступив лишь США. «Большинство азиатских миллиардеров вышли из потребительского и сектора недвижимости Китая», — сказал управляющий партнер PwC в Китае. Он также добавил, что рост количества долларовых миллиардеров в Китае связано с экономическим ростом страны, стремительным развитием рынка капитала и возможностями начать свое дело. Согласно исследованию, большая часть китайских миллиардеров создали свое состояние с нуля, четверть из них выросла в бедности и нищете. Также стало известно, что среднестатистических китайский миллиардер на 10 лет моложе европейского и американского, его средний возраст составляет 59 лет. Территориально они сконцентрированы по берегам рек Янцзы и Чжуцзян, в крупных городах Китая, таких, как Шанхай, Шэньчжэнь, в провинциях Гуандун и Чжэцзян. Большинство инвестиций китайских миллиардеров приходится на внутренний рынок, что, по мнению президента китайского UBS Чэнь Цина, таит в себе опасность. Он видит необходимость в диверсификации инвестиций и разработке долгосрочной инвестиционной стратегии. Кроме опасности концентрации инвестиций на одном рынке, экономисты также предупреждают о возможном возникновении ценового пузыря на рынке ценных бумаг. Замедление экономического роста и другие непредвиденные обстоятельства становятся угрозой для китайских бизнесменов. Неделю назад богатейший человек Китая потерял $15 млрд за полчаса по неизвестной причине.

Источник: http://ekd.me/2015/05/billionare-every-week/

21.05.2015 США и Китай остановились в шаге от вооруженного конфликта

Самолет ВМС США восемь раз проигнорировал предупреждения китайских военных кораблей, предостерегавших от полета над одним из искусственных островов, который КНР сооружает в спорных водах Южно-Китайского моря. Провокация сопровождается воинственной риторикой Госдепа. Державы остановились в шаге от вооруженного конфликта, но «нефтяное» море, на которое претендуют и ближайшие союзники США, остается «детонатором».

В четверг в Южно-Китайском море имел место весьма серьезный инцидент – американский самолет-разведчик, проигнорировав предупреждение Военно-морского флота Китая, пролетел над китайским искусственным островом Fiery Cross Reef, расположенным в спорных территориальных водах. «Это китайский военно-морской флот. Пожалуйста, разворачивайтесь <…>, чтобы избежать недоразумений», – передала китайская сторона американскому самолету на английском языке, передает CNN.

Однако самолет ВМС США P-8 Poseidon пролетел над островом, где китайские стройотряды возводят аэропорт и другие объекты. Американский офицер на борту самолета дал понять, что подобный полет совершен американской стороной не в первый раз. На сей раз пролет фиксировался на видеокамеру съемочной группой CNN, находившейся на борту воздушного судна, что можно считать прецедентом.

Судя по сообщению американского телеканала, китайские ВМС восемь раз обратились к экипажу американского самолета с требованием покинуть зону.

Отметим, что ранее официальные лица США уверяли: наблюдение воздушными и морскими патрулями будет в 12 морских милях от рифов и островов, на которых ведет строительство Китай.

«Новый, более ясный сигнал Пентагона»

Однако теперь, как сообщает ТАСС со ссылкой на CNN, «США рассматривают возможность осуществления подобных разведывательных полетов еще ближе к островам, а также прохода американских боевых кораблей на расстоянии лишь нескольких километров от них». Как отмечает телекомпания, «это станет новым, более ясным сигналом Пентагона, демонстрирующим, что США не признают территориальных претензий Китая».

High stakes surveillance over the South China Sea

Демонстрация силы сопровождалась жесткими заявлениями Госдепартамента США. Заместитель госсекретаря Энтони Блинкен, выступая в четверг в Джакарте, заявил: работы, которые ведет Китай на спорных рифах в Южно-Китайском море, не только «подрывают свободу и стабильность и провоцируют напряженность» в регионе, но и могут привести к конфликту.

«Создавая новые морские границы, строя «песочные замки», Пекин подрывает доверие стран региона и иностранных инвесторов. Его (Китая) поведение создает опасный прецедент того, как крупные державы могут свободно угрожать малым странам», – цитирует Reuters заместителя главы Госдепа. Пресс-секретарь МИД КНР Хун Фэй, комментируя эти заявления, назвал их безосновательными.

Неспокойное море

Напомним, на спорную акваторию Южно-Китайского моря, где расположены Парасельские острова и архипелаг Спратли,претендуют Китай, Филиппины, Бруней, Вьетнам, Малайзия и Тайвань. Все государства (за исключением Брунея) содержат гарнизоны своих военнослужащих в тех или иных спорных районах. За несколькими малыми странами стоит «большой брат» – и Тайвань, и Филиппины традиционно включаются США в сферу своего влияния.

Как отмечает Reuters, Китай претендует на 90% акватории. Госсекретарь США Джон Керри на пресс-конференции по итогам встречи 16 мая с главой МИД Китая Ваном И уклонился от вопроса о спорных территориях в Южно-Китайском море. В свою очередь китайский министр подтвердил решимость своей страны защищать собственный суверенитет и территориальную целостность.

Причина того, отчего несколько стран, включая две мировые державы, «сражаются» за спорное море, очевидна. Эти территории, как предполагается, обладают большими запасами нефти и газа.

КНР разместила на одном из участков шельфа буровую установку для разведки наличия газа и нефти. В июне прошлого года Китай приступил к созданию искусственных островов в зоне своих претензий. Помимо экономической выгоды, регион играет ключевую военно-стратегическую роль. Сообщалось, что острова могут использоваться Китаем в качестве авиационного плацдарма.

США открыто сколачивают коалицию против Китая

«Инцидент сам по себе очень неприятный. В любом случае Китай будет защищать свои интересы и права, в этом нет никаких сомнений. Потенциально это может привести к серьезному конфликту, несмотря на то, что стороны попытаются минимизировать напряженность в двусторонних отношениях», – сказал в комментарии газете ВЗГЛЯД главный редактор журнала «Национальная оборона» Игорь Коротченко.

«С другой стороны, ни одна страна региона, помимо Японии, не будет таскать каштаны из огня для США. Это никому не нужно. У каждой страны свои интересы в Юго-Восточной Азии. Все решает практическая политика, Китай, в свою очередь, мощная военная держава. Ситуация будет обостряться, однако Вашингтон не пойдет на открытый конфликт против Пекина», – добавил собеседник.

«США открыто сколачивают коалицию, которая должна противостоять Китаю в военном плане. Пекин вполне однозначно и осознанно понимает это. При этом Вашингтон опирается на своих союзников в регионе, прежде всего на Японию. США явно провоцируют Китай, пытаясь указать ему «свое место», – сказал газете ВЗГЛЯД главный редактор журнала «Арсенал Отечества», военный эксперт Виктор Мураховский.

«Ситуация в Южно-Китайском море очень напряженная. Несколько лет назад китайцы принудили американский разведывательный самолет к экстренной посадке. Известно, что основные усилия военного строительства Китай сосредоточил на военно-морских силах. США, в свою очередь, также делают упор на укрепление военной мощи в Юго-Восточной Азии. Если говорить о соотношении сил на море в этом регионе, то пока она на стороне США», – добавил собеседник.

Военный эксперт отметил несколько возможных вариантов развития событий в регионе. В любом случае, отмечает Мураховский, вооруженный конфликт будет иметь катастрофические последствия для обеих сторон. «Теоретически, американцы могут сосредоточить в регионе Южно-Китайского моря несколько авианосных ударных групп. Более того, они имеют мощный подводный флот и палубную авиацию. В Китае первый авианосец только-только вышел на уровень оперативной готовности. Вдобавок у США есть много союзников в регионе», – резюмировал Мураховский.

http://vz.ru

http://www.russiapost.su/archives/48759

06.05.2015 Помнить историю, открывать будущее. Си Цзиньпин


Председатель КНР Си Цзиньпин. Фото: Предоставлено посольством КНР в России

Все помнят, что развернутые фашистами и милитаристами агрессивные войны причинили беспрецедентные в истории бедствия и страдания народам Китая, России, стран Европы, Азии и других регионов мира. На непримиримую борьбу между справедливостью и злом, светом и тьмой, свободой и порабощением народы Китая, России и более 50 стран, да и все миролюбивые народы мира, встали как один и сформировали широкие международные единые антифашистский и антимилитаристский фронты. Все народы вместе сражались в кровопролитных битвах против врага, в результате чего разгромили самых злостных и самых грубых агрессоров, завоевали мир на Земле.

Россия была главным театром военных действий Второй мировой войны в Европе. Ради победы в Великой Отечественной войне российский народ и другие братские народы понесли огромные потери - погибли 27 миллионов человек. Почти в каждой советской семье был погибший и раненый. Целая плеяда героических сынов и дочерей, такие как 28 героев-панфиловцев, Матросов, Зоя (Космодемьянская. - Ред.) и многие-многие другие отдали жизнь в защиту независимости и достоинства Родины, ради мира и справедливости в мире, и тем самым создали величественные и героические боевые эпопеи, которые глубоко запечатлелись в сердцах людей.

Священный праздник буду отмечать вместе с российским народом и народами всего мира

Помню, в марте 2013 года, когда я впервые посещал Россию с государственным визитом, я возложил венок на Могилу Неизвестного Солдата у Кремлевской стены. Там, на могиле, изображены солдатская каска, красное знамя и горит вечный огонь, которые символизируют непокоренную жизнь и непоколебимый дух бесстрашия павших героев перед агрессорами. "Имя твое неизвестно, подвиг твой бессмертен". Да, их никогда не забудут российский народ, китайский народ и народы мира.

Китай был главным театром военных действий в Азии во Второй мировой войне. Китайский народ раньше всех поднялся на борьбу против японских милитаристов, вел самую продолжительную войну, воевал в самых тяжелых условиях и, как Россия, понес самые колоссальные жертвы и потери. Китайская армия и народ стойко и упорно боролись, уничтожали врага и приковали к себе огромные контингенты японских агрессоров. Ценой крупной национальной жертвы - жизнями более 35 миллионов человек - наконец была завоевана великая победа и тем самым внесен большой вклад в победу в Мировой антифашистской войне. Подвиги китайского народа в антимилитаристской войне, как и подвиги у российского народа, будут навеки запечатлены в истории и никогда не померкнут.

Китайский народ и российский народ взаимно поддерживали, помогали друг другу, они соратники в войне против фашизма и милитаризма, они скрепили между собой боевую дружбу кровью и жизнью. В самое трудное время Великой Отечественной войны многие лучшие сыны и дочери китайского народа решительно вступили в борьбу против немецкого фашизма. Мао Аньин - старший сын председателя Мао Цзэдуна, как политрук танковой роты 1-го Белорусского фронта, воевал на полях боя во многих местах, вплоть до взятия Берлина. Китайский летчик Тан До, заместитель командира воздушного стрелкового полка Советской армии, неоднократно совершал подвиги в воздушных боях против фашистских войск. Дети руководителей Коммунистической партии Китая и потомки павших героев китайской революции, тогда учащиеся Ивановской международной школы-интерната, несмотря на то, что они были еще совсем детьми, шли рыть траншеи, изготовляли зажигательные бутылки "Молотов", изготовляли одежду и продовольствие для бойцов, рубили деревья, копали картошку, ухаживали за ранеными в госпиталях. Кроме того, многие из них регулярно раз в месяц отдавали свою кровь - каждый по 430 миллилитров солдатам на фронте. Китайская женщина-корреспондент Ху Цзибан, худенькая и слабенькая, прошла всю войну с первого дня до последнего, сквозь пули и огонь, писала о стойкости и мужестве советского народа, жестокости варварского фашистского полчища и передавала об огромной радости российских войск и народа в минуты побед. Это придавало бодрости армиям и народам двух стран, поднимало их решимость воевать до конца, до полной победы. Наряду с этими вышеперечисленными героями еще очень много представителей китайского народа, внесших вклад в Великую Отечественную войну, остались неизвестными солдатами.

Когда председатель КНР Си Цзиньпин впервые посещал Россию с государственным визитом, он возложил венок на Могилу Неизвестного Солдата у Кремлевской стены. / REUTERS

Российский народ оказал китайскому народу ценную политическую и моральную поддержку в войне сопротивления японским захватчикам. В порядке помощи поставил в Китай большие партии материалов и вооружений. Более 2000 советских летчиков записались в военно-воздушные отряды на помощь китайскому народу и участвовали в воздушных боях в Китае. Среди них более 200 погибли в боях на китайской земле. В завершающую фазу войны войска Красной армии Советского Союза были переброшены на северо-восток Китая. Они вместе с китайской армией и народом сражались против японских милитаристов, что явилось мощной помощью китайскому народу в завоевании окончательной победы. Китайский народ будет всегда хранить память о россиянах, и военных, и гражданских, отдавших свои жизни за независимость и освобождение китайской нации.

Знаменитый русский историк В. О. Ключевский сказал, что, утратив память об истории, наша душа может заблудиться во мраке. Забыть историю означает совершить предательство. Китайский и российский народы готовы со всей решимостью и всеми усилиями, вместе со всеми миролюбивыми странами и народами, выступать против любых действий и попыток отрицать, искажать и переписывать историю Второй мировой войны.

В этом году Китай и Россия проведут ряд мероприятий по празднованию 70-летия победы во Второй мировой войне. В рамках ООН и других международных и региональных организаций также был проведен и будет проводиться еще ряд мероприятий, посвященных данному юбилею. Цель этих торжеств и мероприятий заключается в том, чтобы продемонстрировать нашу решимость вместе отстаивать итоги Второй мировой войны, защищать международное равенство и справедливость, а также напомнить современникам: надо беречь и охранять мир, который был завоеван для человечества слишком дорогой ценой.

Тяжелые уроки Второй мировой войны говорят людям, что сосуществование человечества не подчиняется закону джунглей; политика мира диаметрально противоположна воинственной и гегемонистской политике силы; а путь развития человечества лежит не в принципе "победитель забирает все" и не в игре с нулевыми результатами. Миру - да, войне - нет, сотрудничеству - да, конфронтации - нет, общий выигрыш в почете, а нулевые результаты - нет, вот в чем состоит неизменная суть и сердцевина мира, прогресса и развития человеческого общества.

Ныне человечество имеет как никогда благоприятные возможности для реализации нашей цели - мир и развитие и тем более должно всемерно формировать международные отношения нового типа в духе сотрудничества и общего выигрыша. "Сплочение - это сила, а самоизоляция - обессиление". Сотрудничество и общий выигрыш следовало бы принять за основную ориентацию политики у всех стран в международных делах. Нам надо соединить свои собственные интересы с общими интересами всех стран, найти и расширить точки соприкосновения интересов различных сторон, выработать и установить новую концепцию "обоюдный выигрыш, многосторонний выигрыш и общий выигрыш", всегда быть готовыми протянуть руку помощи друг другу в трудные минуты, вместе пользоваться правами и интересами и вместе нести ответственность, коллективными силами решать нарастающие глобальные проблемы, такие, как изменение климата, энергетическая безопасность, кибербезопасность, тяжелые стихийные бедствия и т.д. - словом, мы вместе оберегаем нашу Землю - родной дом всего человечества.

Китайский народ и российский народ - великие народы. В годы горя и невзгод наша нерушимая боевая дружба скреплена кровью. Сегодня народы Китая и России будут рука об руку и плечом к плечу защищать мир, способствовать развитию и вносить свой вклад в обеспечение прочного мира на планете и прогресса всего человечества.

rg.ru

04.05.2015 США — Китай: карта будущей войны

Приход Барака Обамы в Белый дом сделал идею американо-китайского партнерства главным трендом мировой политики. В широкий оборот были запущены концепции симбиоза двух держав — Chimerica и «Большая двойка». В ноябре Обама приехал в Пекин и предложил Китаю разделить неформальное бремя ответственности за судьбы мира. Однако тот дал понять, что предпочитает двигаться вперед в своем собственном ритме. Это вызвало смятение в США. Политической элите Запада кажется, что Китай уже чуть ли не победил ее в глобальном противостоянии.

Экономический потенциал

Профессор Гарвардского университета, автор термина Chimerica Найал Фергюсон опубликовал в Los Angeles Times статью под заголовком «Америка — хрупкая империя», в которой задается вопросом, не будет ли закат США столь же стремительным и неожиданным, как развал СССР: «А что, если коллапс наступает не на протяжении нескольких столетий, а приходит неожиданно, как тать в нощи?»

Фергюсон размышляет не о том, грядет или нет закат Америки, а о том, будет ли он медленным или внезапным. «К 2027 году внутренний продукт Народной республики станет больше, чем у Соединенных Штатов, не из-за американской стагнации, а из-за неумолимого роста китайской экономики», — пишет Фергюсон. Но страшно не столько то, что Китай обгонит США по экономической мощи, и даже не то, что это произойдет уже совсем скоро, сколько то, что это никак не зависит от Америки. А зависит от одного Китая, который к тому же совсем не интересуется предлагаемой США повесткой, а действует и разговаривает исходя исключительно из своей собственной.

Но Фергюсон выглядит еще оптимистом по сравнению с нобелевским лауреатом по экономике Робертом Фогелем. Он заглядывает в будущее еще чуть дальше — не в 2027-й, а в 2040-й — и делает со страниц журнала Foreign Policy такой прогноз: к этому времени экономика Китая не просто превысит американскую, но превзойдет ее почти в три раза. Вклад экономики США в валовой мировой продукт сократится на треть, тогда как доля Китая вырастет втрое.

И дело даже не в том, что Китай уже превратился в «мировой сборочный конвейер». По мнению американского экономиста, феноменальный рост китайской экономики в ближайшие три десятилетия определят совсем другие факторы: инвестиции в образование, аграрный сектор, «скромность» китайской статистики, занижающей реальные темпы развития, гибкость и эффективность политической системы и, наконец, потенциал потребительского рынка. В результате, как предсказывает Фогель, канет в Лету нынешний разрыв между богатством Китая как государства и достатком его граждан. Это сегодня валовой продукт на душу населения там в пять раз меньше, чем в Евросоюзе. Но большинство ныне живущих европейцев еще застанут то время, когда среднестатистический китаец станет вдвое богаче среднего европейца.

Понятно, такой радикальный прогноз далеко не всем кажется убедительным, да и вообще известно, что загадывать так далеко — дело заведомо неблагодарное. Однако когда такие сценарии начинают звучать из уст нобелевских лауреатов по экономике и популяризироваться влиятельнейшими американскими изданиями, они исподволь начинают материализовываться. По словам того же Фергюсона, подобные вещи «сами по себе не могут подорвать американскую мощь, но они способны ослабить долгосрочную веру в способность Соединенных Штатов преодолеть любой кризис».

Мрачные мысли авторитетных экономистов относительно исхода экономического соперничества США с Китаем вполне могут превратиться в сбывающиеся пророчества. Тем более что, в отличие от китайской индустриальной экономики, чья сила покоится на материальных активах и производственных мощностях, постиндустриальная экономика Штатов с ее непомерно раздутым финансовым сектором напрямую зависит от абстрактной веры в американскую мощь. А между тем Китай — главный мировой кредитор, а США — главный заемщик.

Глобальное присутствие

Не меньшее беспокойство вызывают в США и темпы наращивания китайского экономического присутствия в мире. Благодатное двадцатилетие, когда после распада Советского Союза Штаты наслаждались практически недосягаемым статусом единственной державы, имеющей интересы и рычаги для их реализации в любом уголке мира, прошло. Китай не только главный кредитор, но еще и главный мировой производитель и экспортер.

Его экономические интересы теперь повсюду, а его стратегия проникновения и завоевания ведущих позиций на чужих рынках оказывается намного эффективнее американской. Американцы в развивающихся странах занимаются бизнесом, немного благотворительностью и много политикой. Китайцы же занимаются только бизнесом и благотворительностью. В результате развивающиеся страны, уставшие с начала 90-х годов от безальтернативности американского влияния, с радостью поворачиваются к Китаю.

Еще два года назад ожидалось, что в нынешнем году Китай станет крупнейшим торговым партнером Бразилии. Но этим прогнозам не суждено было сбыться: Китай обошел США по торговому обороту с главной экономикой Латинской Америки еще в прошлом году. В конце того же 2009 года Китай договорился с Венесуэлой о разработке нефти в бассейне реки Ориноко, на что Пекин пообещал выделить $16 млрд. Неделю назад вступило в силу соглашение о свободной торговле между Китаем и Перу. А месяц назад были завершены переговоры и начата подготовка к ратификации аналогичного соглашения Китая с Коста-Рикой.

Экономическая экспансия Пекина в Западном полушарии достигла беспрецедентного размаха. В феврале этого года Китай впервые обогнал Штаты по экспорту нефти из Саудовской Аравии. Америка перестала быть главным клиентом и источником нефтедолларов для саудовских шейхов, что на протяжении десятилетий было одним из главных факторов доминирования США в этом стратегически важном регионе. Учитывая курс Обамы на снижение зависимости от ближневосточной и вообще зарубежной нефти и рост потребности в нефти Китая, Пекин теперь будет только наращивать отрыв в качестве главного торгового партнера Эр-Рияда, а заодно все больше укреплять свои позиции на Ближнем Востоке за счет занятия нынешних позиций Вашингтона.

В январе этого года стало известно, что Нигерия — крупнейшая нефтедобывающея страна Африки — намерена передать Китаю две трети лицензий на добычу нефти, истекающих в этом году. Многомиллиардные инвестиции Китая в эту страну и инфраструктурные проекты, которые он там развивает, начали приносить плоды. Скоро от гегемонии западных, в частности американских, нефтяных компаний в Нигерии мало что останется. Китай уверенно прокладывает дорогу к статусу главного добытчика и импортера нигерийской нефти.

Похожую динамику переживает и баланс интересов Китая и США в других африканских странах. Китай стремительно переориентирует торговлю континента на себя, и в этом потоке китайских нефтедолларов тает американское доминирование в Африке. Нобелевский лауреат по экономике Джозеф Стиглиц еще год назад указывал на то, что «вклад Китая в поддержку инфраструктуры в Африке превосходит вклад Всемирного банка и Африканского банка развития вместе взятых».

Последний британский губернатор Гонконга Крис Паттен пишет в The Times: «Когда первый человек из Китая, Шень Фуцзун, приехал в 1687 году в Оксфорд каталогизировать китайские фонды Бодлейской библиотеки, его страна была крупнейшей экономикой мира. Собственно, так оно было на протяжении 18 из 20 последних веков».

Однако Китай сегодня берет свое не только в плане глобального веса экономики, но и в плане ее глобального присутствия. Министерство торговли Китая сейчас финансирует в Кении проект по совместному поиску на побережье страны останков китайских средневековых кораблей легендарного мореплавателя времен династии Мин Чжэн Хэ. Он водил китайские торговые флотилии в Африку еще до создания в Европе кораблей, способных регулярно пересекать Атлантику, и открытия Америки. Теперь китайское Министерство торговли подчеркивает, что оно не только не новичок в Африке — оно возвращается туда путями, проложенными задолго до того, как европейцы купили у индейцев остров Манхэттен.

Военная мощь

«США должны понять, что дни их военного превосходства сочтены. На этот раз они должны почувствовать себя наказанными» — это слова китайского контр-адмирала Янга Йи, которые приводит французский еженедельник Courier Internationale. Так Йи отреагировал на решение Вашингтона продать оружие Тайваню на $6,4 млрд. Французы с удивлением пишут, что Китай перестал бояться повышать голос на США.

Военные контакты двух стран, на развитие которых Обама рассчитывал во время ноябрьского визита в Китай, прерваны. Американские компании, в том числе Boeing, ждут санкций с китайской стороны. Притом что едва ли не главное, ради чего Тайвань затевал сделку — боевые самолеты, — США ему поставлять так и не рискнули. «Продажа оружия Тайваню — это не военная, а политическая сфера. Даже если американцы продадут тайваньской армии хотя бы армейский нож, Китай будет противодействовать», — расставил точки над «i» китайский контр-адмирал.

Courier Internationale убеждает своих читателей, что в ближайшие 10 лет китайцами будет достигнута необходимая мера военного паритета с США. Не полное равенство, но баланс, который позволит разговаривать на равных. Пока в это верится с трудом. У Китая самая большая в мире сухопутная армия и много танков. Но для стран, разделенных Тихим океаном, это неважно. Военный баланс между ними определяет могущество флота и ядерных сил.

У США 11 авианосцев, а у Китая ни одного. Один авианосец стоит несколько миллиардов долларов и строится несколько лет, а их Китаю нужно построить не один и не два, а на порядок больше. И это не считая огромного флота кораблей сопровождения.

По числу ядерных боеголовок и баллистических ракет дальнего радиуса действия отставание Китая от США тоже колоссально. Попытка ликвидировать его в столь короткие сроки стоила бы непомерных средств и потребовала бы радикальной перестройки экономики Китая с упором на ВПК.

Однако пока в Китае не видно даже намеков на движение в этом направлении. Военный бюджет там в десять раз меньше, чем в США, и в прошедшем году, ставшем для Поднебесной сверхудачным по сравнению с остальными странами, он вырос на рекордно низкую сумму за все последние годы. Наконец, Китай еще не вышел на тот технологический уровень, который позволил бы ему самостоятельно соревноваться с США в военном строительстве.

Однако сила Китая в том, что он сам все это прекрасно понимает и потому не прилагает никаких сверхусилий для ускоренной ликвидации военного превосходства США. Если проводить параллели с холодной войной, то скорее уж Америка выглядит теперь похожей на Советский Союз с его непомерными военными расходами, чем Китай, отказывающийся скармливать оборонщикам лишние сотни миллиардов долларов.

По мнению известного американского социолога Иммануила Валлерстайна, Западу сейчас очень трудно ответить на вопрос: «Что думать о Китае?» «Многие люди — возможно, большинство людей во всем мире — больше не уверены, следует ли думать о Китае как об обычной стране или как о мировой державе»; как о социалистическом или капиталистическом государстве, как о части Юга или уже части Севера. И продолжать ли считать его ведущей антиимпериалистической державой или перевести уже в разряд империалистических.

«Сейчас ответы на эти вопросы туманны и неопределенны. Но едва ли это продлится долго. Может, лет через десять, и уж точно через двадцать, все наверняка узнают, что же следует думать о Китае», — предсказывает основатель миросистемного анализа. И как-то непохоже, чтобы он предполагал, что американцам удастся вернуться к мысли, будто Китай — обычная социалистическая и антиимпериалистическая страна мирового Юга.

Скорее уж Америка выглядит теперь похожей на Советский Союз с его непомерными военными расходами, чем Китай, отказывающийся скармливать оборонщикам лишние сотни миллиардов долларов.

Павел Бурмистров
http://expert.ru

http://www.russiapost.su/archives/47728

27.04.2015 АБИИ – китайский вызов гегемонии доллара

Германия выступает страной-основателем, как и Франция. Сюда же входят Люксембург и даже Великобритания. Также в числе основателей Россия и Индия. К всеобщему удивлению среди учредителей даже Международный Валютный Фонд (МВФ), организация, которая до недавнего момента была столпом долларовой системы. Речь идёт об Азиатском банке инфраструктурных инвестиций (АБИИ). Вопрос только в том станет ли АБИИ центром нового валютного порядка, способного заменить разрушительное влияние доллара? Или будет наводнён предателями типа Великобритании или МВФ? Ответ на этот вопрос смог бы помочь понять будущее устройство мира, где доллар с его многочисленными долговыми структурами не будет более диктовать всему миру, какова должна быть экономическая политика.

В октябре 2014 года Китай объявил о создании нового международного банка для финансирования основных инфраструктурных проектов в Азии. Толчком для Китая стала необходимость финансирования строительства высокоскоростной железной дороги Новый шёлковый путь через Евразию, морской инфраструктуры, а также отказ США принять участие в реформе голосования МВФ, которая предоставила бы Китаю и остальным странам с развивающейся экономикой больше прав. Пекин объявил о намерении выделить 50 миллиардов долларов США для открытия нового банка. В то время Вашингтон и остальной мир не проявили интереса к создаваемому банку. Администрация Обамы критиковала АБИИ за непрозрачность или недостаточного осознания экологических рисков, но по факту причиной критики было то, что АБИИ представляет собою стратегическую угрозу для продолжения господства гегемонии доллара.

Вашингтон вредит сам себе

В тот момент, когда Великобритания, Австралия, Япония и другие ключевые союзники США высказали желание присоединиться к АБИИ, администрация Обамы яростно высказалась против этого, навредив в первую очередь себе. К концу марта более 40 стран присоединились к китайскому банку в качестве членов-основателей. Банк может явиться конкурентом МВФ, Всемирному банку и Азиатскому Банку Развития в качестве долгосрочного кредитора способного привлекать капитал для основных инфраструктурных проектов в Евразии, а возможно и за её пределами. Эти три банка выделились из поствоенного Бреттон-Вудского соглашения США и жёстко контролируются Вашингтоном, что благоприятно влияет на доллар и интересы США.

Теперь похоже на то, что Китай ведёт игру за спиной своих “друзей” в Вашингтоне. В 2010 году Китай, Бразилия и другие быстро развивающиеся страны добились принятия реформы МВФ, которая удвоила бы средства, доступные МВФ, в обмен на предоставление большей значимости голосу таких стран, как Китай, Россия, Индия и Бразилия, а также странам, экономики которых были незначительны по размеру и появились на карте не ранее 1944 года. За это предложение проголосовало 77% от общей доли голосов всех стран-членов МВФ.

Реформа голосования в МВФ в 2010 году обусловила то, что Китай должен стать 3-ей по величине страной-участницей МВФ, а в десятку крупнейших акционеров МВФ должны войти Бразилия, Индия и Россия. По существующим правилам Вашингтон имеет 16.75% голосов, то есть вето меньшинства. Близкие сторонники США по вопросам геополитики — Япония (6.23% голосов), Великобритания и Франция (по 4.29% у каждой страны) и Германия (5.81% голосов) гарантировали бы, что политика МВФ будет “совпадать” с национальными американскими интересами.

Китай, Россия, Индия и Бразилия, а также другие государства с быстро развивающейся экономикой считают абсурдным тот факт, что на сегодняшний день правила голосования в МВФ дают право Франции с объёмом ВВП в $3 трлн голосов больше, чем Китаю, имеющему на 2014 год объём ВВП в 10 триллионов, то есть в 3 раза больший или даёт Бельгии (1.86%) с объёмом ВВП в $500 млрд большую долю в голосовании, чем Бразилии (1.72%) с объёмом ВВП в $2.2 трлн, то есть в четыре раза больше. Согласно постановлениям МВФ доля от общего количества голосов страны-участника должна быть приблизительно пропорциональна размеру объёма её ВВП, в сравнении с 147 остальными странами-членами МВФ. Когда в 1944 году Вашингтоном были составлены постановления МВФ, они подразумевали, что ни одно решение МВФ не вступало в силу, в случае, если оно не получило 85% голосов всех участников.

Вашингтон не имеет ни малейшего намерения менять установленный порядок, который даёт возможность США сохранять право наложения вето. Конгресс США отказывается принять реформу и разрешить тупиковую ситуацию. Это было главным толчком для Китая и остальных развивающихся стран БРИКС в поиске альтернативных путей за пределами МВФ и Всемирного Банка. На сегодняшний день АБИИ чрезвычайно быстро развивается и становится центром нового глобального устройства.

Вместо того, чтобы попытаться оказать влияние на АБИИ извне, Вашингтон избрал тактику, которая привела к огромному и чрезвычайно унизительному проигрышу и скорее всего исключению американских корпораций из весьма выгодных строительных тендеров.

Внешняя политика Америки за время президентства Обамы, как это было и при президенте Джордже Буше (George W. Bush), осуществляется группой идеологов-неоконсерваторов, которые, кажется, неспособны на конструктивную оценку ситуации. Всё, что ни сделал бы Китай, получает негативную оценку, и США должны выступить против.

Для этих людей в Вашингтоне Китай служит растущим глобальным вызовом для американской военной мощи. Поэтому Обама навязывает военную стратегию “азиатской оси”, чтобы “окружить” и разозлить Пекин. Экономическое и финансовое влияние Китая угрожает долларовой системе и этому тоже нужно противостоять. Страны БРИКС могут стать независимы от контроля Вашингтона, поэтому им нужно “преподать урок”, как это и было сделано по привычному сценарию Цветных революций, организованных оппозиционных протестов против сторонницы БРИКС президента Бразилии Дилмы Русеф (Dilma Rousseff) в надежде создания альтернативного рынка на условиях США.

Проблема Вашингтона заключается в том, что ни один план не работает, как это было ранее. Вашингтон наблюдает “бегство союзников” для присоединения к АБИИ. Это напоминает изречение британского премьер-министра лорда Пальмерстона: “У Англии нет друзей, есть только её интересы”.

Продолжение следует…

Статья на сайте издательства "Селадо"

Оригинал на английском языке

АБИИ – китайский вызов гегемонии доллара (продолжение)

Возникновение нового устройства мира

Не только Россия, Бразилия, Индия, четыре из пяти стран-членов БРИКС, входят в список основателей АБИИ, среди основателей также Австралия, Новая Зеландия, Индонезия, Пакистан, Филиппины, Вьетнам, то есть те страны, от которых администрация Обамы ожидает присоединения к военному плану “азиатской оси” против Китая, решили присоединиться к китайскому АБИИ. Даже Тайвань подал заявку о присоединении, используя название Китайский Тайбэй.

Ещё одним фактом, подрывающим имидж Вашингтона и, возможно, дальнейшее доминирование МВФ и Всемирного Банка стало то, что группа из семи крупнейших промышленных стран Запада — Италия, Франция, Германия, Великобритания и даже Япония рассматривает возможность присоединения. Всего около 40 стран подали заявку, чтобы стать членом-учредителем.

“Когда говорят деньги, все молчат”, так звучит строчка из популярной в 1960-ые песни, звучавшей на одной из Нью-Йоркской радиостанции. У Китая есть деньги и никто, кроме США, кажется, не решается говорить.

Нетерпеливое желание всех этих стран вложить средства в АБИИ, поддерживаемый Китаем, включая крупнейшие страны-члены ЕС, является осознанием того факта, что Азия и Евразия — именно то место, где будет решаться судьба экономического будущего мира. Экономика США и Канады “задыхается” от неоплаченных долгов, гниющей инфраструктуры и целых городов-призраков с ржавеющей промышленностью, таких как Детройт и Питсбург. США более не являются наиболее привлекательной страной для торговли. Страна обанкротилась, цифры экономической статистики не более, чем ложь, уровень безработицы в действительности достиг уровня Великой депрессии и составляет 23,2% согласно данным Shadow_Government_Statistics.

Китай занимает центральное место в процессе создания банка такого рода для финансирования крупных проектов строительства инфраструктуры, таких как трансевразийская высокоскоростная железная дорога - Новый шёлковый путь, к которому сейчас хочет присоединиться Россия. Далее возникнет потребность строительства инфраструктуры, связанной с энергетическими объектами, магистралей через Евразию и Азию. В процессе разработки находится инфраструктурный проект, соединяющий через Северную Корею Китай и Южную Корею.

Необходимость создания инфраструктуры, соединяющую части Евразии, достаточна для того, чтобы дать толчок промышленному развитию на многие десятилетия. Азиатский банк развития оценивает энергетические, транспортные, телекоммуникационные потребности Азии, а также потребности в водоочистительных сооружениях в 8 триллионов долларов на ближайшее десятилетие. На данный момент частные инвестиции в инфраструктурные проекты составляют $13 млрд в год, в основном финансируются проекты с низкой степенью риска. Официальная помощь в целях развития составляет ещё $11 млрд в год. Это означает, что дефицит превышает $700 млрд в год.

Своим отказом присоединиться к АБИИ США препятствует инвестированию в азиатский регион, которое расширило бы торговлю, поддержало развитие рынка и макроэкономическую стабильность, улучшило состояние окружающей среды, здравоохранение и социальные условия. Вместо всего этого Вашингтон способен предложить лишь ничем не подкреплённое Транс-Тихоокеанское партнёрство для сделок в сфере свободной торговли, что позволит “Монсанто” (Monsanto) и другим американским корпорациям “обойти” азиатские законы в погоне за прибылью.

Сам факт того, что АБИИ удалось получить поддержку по всему миру демонстрирует несостоятельность Бреттон-Вудских институтов Всемирного Банка, МВФ и Азиатского банка развития.

...И новый банк стран БРИКС

АБИИ является единственной инициативой стран с развивающейся экономикой. На саммите БРИКС в 2014 году, проходившем в городе Форталеза, Бразилия (Fortaleza, Brazil), пятеро глав государств прямо заявили: “Мы разочарованы и серьёзно обеспокоены тем, что на сегодняшний день реформы МВФ 2010 года не вступили в силу, что негативно сказывается на легитимности, степени доверия и эффективности МВФ”. В совокупности БРИКС имеет ВВП в размере 16-ти триллионов долларов США и 40% всего населения земного шара, и вряд ли может не восприниматься серьёзно, хотя некоторые в Вашингтоне и рассматривают БРИКС как союз банановых республик. Похоже на то, что они вообще не видят с 1944 года никаких перемен.

Новый банк развития, как он официально называется, или Банк развития БРИКС, как он называется неофициально, будет иметь штаб квартиру в Шанхае (Shanghai), самом стремительно развивающимся финансовом центре Китая. Он будет открыт для бизнес проектов, имея запасы ликвидности в размере 100 миллиардов долларов США для защиты от валютных войн со стороны Вашингтона и Уолл-Стрит, начатых в 1997 году для уничтожения растущих экономик “азиатских тигров” — Южной Кореей, Малайзией и Индонезией. Новый банк развития будет иметь первоначальный капитал в размере 50-ти миллиардов долларов США, каждая из стран-участников БРИКС внесла по 10 миллиардов, имея договорённость о доведении общей суммы до 100 миллиардов долларов для осуществления финансирования проектов по строительству инфраструктуры БРИКС.

Хартия НБР БРИКС развития гласит, что банк открыт для всех стран-членов ООН. В то же время, этот момент является самым важным, доля пяти стран-основателей БРИКС не должна составлять менее 55% и страна, не являющаяся основателем, не может иметь долю более 7%. Таким образом банк БРИКС будет управляться правительствами стран, которые разделяют глубокое неудовлетворение фактом контроля Бреттон-Вудских финансовых институтов Вашингтоном.

Сочетание двух новых банков представляет серьёзную угрозу для долларовой системы и её контроля над мировыми денежными потоками с 1944 года. Как раз этой угрозой и определяется хаотичная внешняя политика Вашингтона. Мир и сотрудничество являются намного более эффективными средствами для решения проблем между цивилизованными странами.

Статья на сайте издательства

Оригинал статьи на английском языке

celado.livejournal.com

30.03.2015 Латинская Америка, Китай и США

Антикитайская пропаганда США в странах Латинской Америки приобретает невиданную прежде интенсивность. Используются все имеющиеся возможности — сотни телеканалов, тысячи радиостанций, Интернет, печатные СМИ, кино- и телефильмы, воплощающие в той или иной форме сюжеты о «китайской угрозе». Стандартной практикой стал вброс в оборот через подконтрольных спецслужбам США журналистов профессионально сработанных фальшивок. Даже беглый анализ этих материалов, циркулирующих в Западном полушарии от Мексики до Чили, указывает на общий источник происхождения «беспокойства экологов» по поводу строительства Китаем Никарагуанского канала и, например, совместной разработки китайскими и венесуэльскими специалистами одного из крупнейших в мире месторождений золота в Национальном парке Венесуэлы.

Никарагуанский канал — яркое проявление успешности избранной Пекином стратегии. Новый водный путь существенно облегчит транспортировку венесуэльской нефти и минеральных ресурсов из Центральной и Южной Америки. США развязали целую кампанию против строительства канала. Владельца компании — концессионера Ван Цзина заклеймили как «некомпетентного выскочку», распространяются слухи о том, что канал экономически бесполезен. И всё-таки в декабре прошлого года строительные работы начались. Реакцией США на это стал запуск комплексной операции по саботажу проекта. По оценке политологов, пик подрывной активности придётся на 2016 год, когда в Никарагуа будут проходить выборы. Победа Даниэля Ортеги и сандинистов никак не устраивает Вашингтон, поэтому попытка очередной «цветной революции» в регионе практически гарантирована.

Приход Китая в Латинскую Америку воспринимают в Вашингтоне как серьёзный геополитический вызов, как угрозу национальной безопасности. Президент Обама постоянно твердит о глобальном лидерстве США, но всюду, где американцы пытались перекраивать карту мира, проливалась кровь, пылали города, разрушались государства с многовековой культурой. В странах Латинской Америки империя США воспринимается как враждебная, аморальная, эгоистичная сила, противостоять которой можно только через консолидацию, ускорение интеграционных процессов на континенте, укрепление оборонительного потенциала. Именно поэтому латиноамериканцы развивают связи с другими центрами силы.

В Пекине сделали правильные выводы из растущего отторжения Латинской Америки от США. Современные китайские политики прагматичны, хорошо ориентируются в латиноамериканской специфике, и Вашингтону трудно что-либо противопоставить многообещающим проектам КНР. Так, за 2000-2013 годы товарооборот Латинской Америки и Китая вырос в 22 раза, что делает Китай ведущей державой во внешней торговле Латиноамериканского региона. По показателям двухсторонней торговли в 2014 году КНР опередила США в таких странах, как Бразилия, Аргентина, Венесуэла и Перу. Китайские банки увеличили свои инвестиции в регионе более чем на 70% — на фоне растущего оттока североамериканских капиталов. Не напрасно многие латиноамериканские политики называют Китай привилегированным партнёром. Приверженность Пекина принципам равенства и взаимной выгоды способствует экономическому развитию Латинской Америки.

В Пекине в январе сего года состоялся форум Китай – CELAC (Содружество латиноамериканских и карибских государств), на который в Китай приехали лидеры большинства стран Латиноамериканского континента. Форум прошёл под девизом «Новая площадка, новый рубеж, новые возможности». Открывая его, президент Си Цзиньпин заявил: «Китай готов работать с латиноамериканскими странами и странами Карибского бассейна на долгосрочной основе и со стратегической перспективой, для того чтобы создать новую платформу для коллективного сотрудничества между обеими сторонами». В течение ближайшего десятилетия КНР инвестирует в Латинскую Америку 250 миллиардов долларов. Часть средств будет направлена, как и раньше, на добычу полезных ископаемых, часть на инфраструктурные проекты — железнодорожные сети, порты, автострады, аэродромы. Китайское правительство объявило о планах по удвоению объёма двусторонней торговли с Латиноамериканским регионом до 500 миллиардов долларов к 2025 году.

На форуме были подписаны десятки соглашений по микроэлектронике, компьютерной технике, телекоммуникациям, ядерной и солнечной энергетике, биотехнологии и космической отрасли. Китай намерен помогать латиноамериканским партнёрам в сфере технологий, научных исследований и разработок. Пекинскую декларацию, которая предусматривает 5-летний план сотрудничества, подписали 33 министра иностранных дел CELAC. Следующий форум Китай – CELAC состоится в 2018 году в Чили, где будут подведены первые итоги новой фазы сотрудничества крупнейшей державы Азии со странами Латинской Америки и Карибского бассейна.

Многие годы Китай сотрудничает с латиноамериканскими странами в космической отрасли. Китайцы строят уже третий спутник для Венесуэлы, который будет использоваться в разведывательных целях. К концу текущего года в Пуэрто-Кабельо начнёт работать центр по производству низкоорбитальных спутников весом до одной тонны. Важное место занимает космос в сотрудничестве Китая и Аргентины; КНР построит и укомплектует персоналом станцию слежения за космическими объектами в провинции Неукен.

Участвует Китай и в комплексной программе обороны стран Латинской Америки. Так, для контроля над венесуэльской Амасонией китайские специалисты помогают в создании беспилотников. Конкурентоспособны в Латинской Америке китайские суда для прибрежного патрулирования, учебно-боевые самолёты. В ходе недавнего визита президента Аргентины Кристины Фернандес де Киршнер в Пекин были подтверждены планы строительства в Китае ледокола, буксиров и патрульных кораблей для ВМС Аргентины. Намечено совместное производство в Аргентине для сухопутных войск колесных бронетранспортеров компании «Норинко» (Norinco). Изучается перспектива принятия на вооружение ВВС Аргентины китайских истребителей FC-1/JF-17 или J-10. Сотрудничество Пекина с латиноамериканцами в сфере космоса и передача технологий производства современного вооружения Аргентине, Венесуэле и ряду других стран способствуют дальнейшему росту влияния Китая в регионе.

Нил Никандров
www.fondsk.ru

http://www.russiapost.su/archives/45564

19.03.2015 Китайский майдан-89 и его могильщик Дэн

В 1989 году США попытались осуществить в Китае то, что в 2014 году у них получилось на Украине. Но в руководстве КПК нашлись те, кто не дрогнул и отдал приказ на применение силы против боевиков и потерявших разум толп распропагандированных студентов. Результат налицо — Китай по прошествии 25 лет признанный мировой лидер. Санкции, введенные против него давно стали историей. А не будь в руководстве Китая Дэн Сяопина не было бы и сегодняшнего Китая. То есть территория то была бы, был бы и народ, но не было бы той мощи и тех перспектив, которые сегодня открываются перед китайцами. Китай не променял будущее своих детей на «американскую свободу».

Оригинал взят у periskop в Китайский майдан-89 и его могильщик Дэн

Сегодня исполняется 25 лет концу неудачливого китайского Майдана — событиям на площади Тяньаньмэнь.

Так же, как и сегодняшние украинские события для Украины, Тяньаньмэнь-1989 стал важнейшей точкой бифуркации для Китая, имеющей стратегическое значение в перспективе десятилетий. Если бы обобщённые «китайские студенты» тогда победили, Китай бы ждало примерно то же самое, что и Советский Союз вчера, а Украину сейчас — крах экономики, распад страны по различным линиям разлома, бурление страстей, да и возможно, гражданская война. И конечно, сотни тысяч трупов, как следствие событий, помноженное на масштабы Поднебесной.

Однако ничего этого не состоялось. «Студентов-няшечек» после месяца увещеваний в роковой день 4 июня (но, как оказалось, счастливый для государственности Китая!) закатали танками в асфальт, площадь была залита кровью, Китай подвергся разнообразным западным санкциям, но великая страна пошла своим путём, не оглядываясь более на лукавых «советчиков, желавших добра».Теперь китайцы говорят спасибо неприметному карлику с ростом 157 см, который ранее сумел удалить китайского Горбачёва-1 с высшего поста (Ху Яобана), а затем справился и с Горбачёвым-2 в ходе событий (с Чжао Цзыяном). Звали карлика Дэн Сяопин. Итак, роль личности в истории — проявленная самым ярким образом. Увы, у Советского Союза своего Дэна не нашлось, и его судьба на весах истории оказалась печальной. Тем более такого лидера не нашлось у вороватого осколка СССР, постсоветской Украины. Её судьба тоже незавидна.

Впрочем, ладно. Давайте посмотрим на китайский майдан, который завершился победой его врагов — и этим дал китайской государственности великий шанс на стабильное развитие единой страны.

2. Для китайцев началось всё ещё в середине апреля 1989 г., сразу после смерти китайского Горбачёва — Ху Яобана. Тогда десятки тысяч вышли на демонстрацию, а затем был основан постоянный палаточный городок на главной площади столицы (технология ничего вам не напоминает?).

3. К моменту визита в Китай советского, аутентичного Горбачёва (15 мая), на площади и около неё находилось уже около полумиллиона человек. Идеал советской Перестройки весьма вдохновлял демонстрантов, и они ждали этого визита. Никто пока ещё не знал, что идеал этот порченый, с изьянами, и благими на первый взгляд намерениями приводит страну прямиком в Ад.

4. …

5. …

6. …

7. …

8. Жгут правительственные листовки с увещеваниями.

9. Строится Богиня Демократии.

10. …

11. Последние штрихи на лице Демократии.

12. …

13. Увещевали демонстрантов даже с вертолётов, сбрасывая листовки.

Однако бесполезно. События только разрастались.
И лишь немногие понимали, что договориться с демонстрантами в данном случае нельзя.
Ставка — единое государство и его судьба. Ни больше и не меньше.

14. …

15. …

События на площади сопровождала и ожесточённая борьба в высших эшелонах власти.
Китай мог пойти по пути перестроечного СССР, если бы победила линия Чжао Цзыяна, который сочувствовал студентам и допускал возможность политических реформ. Он даже успел в ходе горбачёвского визита пообщаться с генсеком КПСС, и они нашли в этом вопросе общий язык.

Но сразу же после окончания визита Горбачёва (19 мая) Чжао был отстранён от власти, 20 мая в Пекине было введено военное положение, а 3 июня к преддвериям площади подошли воинские части НОАК. Сперва они пробивались к ней в невооружённом варианте, и «студенты» успели сжечь несколько десятков единиц техники:

Танки НОАК под обстрелом пробивались через баррикады из автобусов, грузовиков и тракторов, другие демонстранты использовали стальные балки из колесоотбойников, чтобы разрушить гусеницы бронетехники. Когда машины оказывались обездвиженными таким образом, протестующие взбирались на броню и закрывали воздухозаборники двигателей одеялами, пропитанными бензином, которые поджигали. Брошенная техника препятствовала дальнейшему продвижению НОАК.

Премьер–министр Сингапура Ли Куан Ю в своей книге «Сингапурская история» цитирует слова Ху Пина, министра торговли Китая: «На следующий день после инцидента он лично проехал по улице Чанъань Роуд, и на всем протяжении от Военного музея до комплекса для приема гостей Дяоюйтай и видел дымившиеся остатки 15 танков и бронетранспортеров.

16. Военные окружили периметр.

17. «Онижедети» курочат военную технику.

18. …

19. Опъяняющая радость от победы на военно-партийным монстром.

20. Распропагандирование военных.

21. Бросают на уязвимые точки одеяла с бензином и коктейли Молотова. Военные не вооружены и противопоставить ничего, кроме рукопашной, пока не могут.

22. …

23. Техника партократов горит.

24. …

Наконец, в ночь на 4 июня было принято принципиальное решение очищать Тяньаньмэнь силой оружия и всеми доступными средствами.
Приказ армии отдал Председатель Центральной Военной Комиссии ЦК КПК Дэн Сяопин.

25. …

26. Танки утюжат оставшееся пространство.

27. Останки людей и велосипедов.

28. …

К началу дня 5 июня 1989 года всё было кончено.
Китай прошёл критическую точку бифуркации и получил Шанс на стабильное развитие.
Как мы сегодня, спустя четверть века, знаем — свой шанс он не упустил.

Цена за сохранение государства и его перспектив оказалась умеренной — 200-250 жертв и ок. 7000 раненых. Американские и диссидентские круги насчитывают «небесную тысячу» (1000—1500 жертв), но и это сейчас представляется приемлемым, учитывая страшную альтернативу для всей страны, в случае победы китайских майдановцев.

29. Коротышку Дэна некоторое время (около 2,5 — 3 года) круги пекинской интеллигенции, креативного класса китайской столицы и университетские круги ненавидели — «…он убил наших детей!».

Однако ситуация стала постепенно меняться в 1992—1993 году. Когда они на примере Советского Союза увидели, к чему могла привести другая линия поведения в период политического кризиса. Так, как мы сегодня на примере Украины читаем учебник майдана и его следствий в реальном времени, тогда китайцы с изумлением читали другой учебник — распад соседнего СССР, первого социалистического государства мира. После этого действия Дэна у бывших китайских майдановцев стали получать другие оценки, а влияние его выросло до огромного.

30. Вот тут они все вместе (1984 г.) — представители двух линий развития. Одна вела к величию и процветанию Поднебесной, вторая вела к распаду страны и дезинтеграции. Слева — Чжао («Горбачёв-2»), посередине Дэн («Молотов»), справа Ху Яобан («Горбачёв-1», смерть которого и дала толчок событиям).

Вопреки распространённым заблуждениям, победа Дэна в партийном споре вовсе не была предопределена изначально.
Его оппоненты занимали высшие посты — скажем, Ху после отстранения наследника Мао, Хуа Гофэна, был не только Генсеком ЦК КПК, но и в начале пути — Председателем ЦК КПК, наследуя должность Мао. Чжао Цзыян тоже занимал пост Генсека, до своего отстранения. И лишь огромное влияние Дэна, опиравшегося на ветеранов Великого Похода, смогло постепенно переломить ростки «перестройки» в Китае, и убрать в политическое небытиё местных политических перестройщиков.

Что было дальше, мы знаем. «Четыре модернизации» под жесточайшим политическим контролем аппарата КПК, контроль партии над всеми политическими процессами — и смелые экономические эксперименты. Но, партия не упускала рычагов контроля ни над армией, ни над государством. Страховкой от политической турбулёнтности страны был корпус ветеранов КПК, выполнявший функцию контроля и балансировки внутри страны.

31. Дэн и Маргарет. Последний визит «железной леди» в Китай перед отжатием Гонконга в Поднебесную.

32. Сегодня смело можно сказать, что «китайский путь» (реформы в экономике, полный контроль над политикой) оказался стратегически грамотным решением, а перестроечный путь Горбачёва (реформы в политике, хаос в экономике) обернулся для страны сошествием в никуда. Что поделать — задним умом, спустя много лет, мы все крепки. А вот понять ситуацию в момент кризиса и принять трудное решение — не каждому дано.

Так что помните уроки Тяньаньмэнь-89.
Если ещё не поняли — не поздно осмыслить.
Они сверх-актуальны и спустя 25 лет.

http://www.russiapost.su/archives/44798