Об Украине, нацизме и войне Запада с Россией

Автор: Делягин М.Г.

Господство. Субъекты и методы. Властелины колец Категория: Делягин Михаил Геннадьевич

Точка зрения на события. 2014-2017

Позиция

03.12.2016 Россия: конкуренция стратегических проектов

Макроэкономические зоны, роль либерального клана РФ в глобальном проекте, презентация книги, ответы на вопросы (Февраль 2016)

24.12.2016 Будущее рубля, Путина и России в 2017 году

Борьба с инфляцией до полного развала государства

29.07.2016 Внятный урок. Что страшнее халифата?

Меня и многих моих знакомых сначала шокировало, а потом перестало шокировать, что мы слышим от наших бывших сограждан по СССР из среднеазиатских республик, которые работают здесь таксистами, дворниками, строителями, продавцами и так далее. Когда их спрашиваешь, как же они и их семьи живут там, дома — в замечательном Таджикистане, в чудесном Узбекистане, в потрясающей Киргизии, — приходится слышать не просто рассказы о чудовищном бардаке, не о чудовищной социальной катастрофе, о возрождении там феодализма, по сути дела, в его худших качествах. Нет, всё чаще приходится слышать такую фразу: ну, ничего, скоро придут ОНИ (ИГИЛ, естественно, не называют, поскольку это запрещено в России) и наведут порядок.

05.06.2016 Конец последней империи

О новом мировом порядке и шансах России стать глобальным лидером

05.03.2016 Сколковский синдром

Если какие-то вполне известные люди "кидали" вас нагло и цинично четверть века — неужели вы будете и дальше всерьёз воспринимать их слова, ожидать, что они начнут наконец-то исполнять свои обещания и обязательства перед вами? Это немного странно, немного наивно и, на мой взгляд, удивительно.

25.02.2016 «Экономика» с М. Делягиным

Радио "Говорит Москва"

04.02.2016 Почему Европе пришел КОНЕЦ окончательно?

Отформатированное сознание европейцев способно подавить инстинкт самосохранени

19.11.2015 Когда планируется АТАКА на Россию?

Об элементе американской системы ПРО морского базирования. США в одностороннем порядке вышли из договора (1972 г.) об ограничении систем противоракетной обороны. На днях прошли успешные испытания по отражению комбинированной атаки баллистической ракеты и крылатых ракет. При развертывании этой системы у США появится соблазн нанести по России ядерный удар безнаказанно.

Когда Надеждин, Гозман and сompany по центральным каналам ТВ говорят о непосильности военных расходов для России, нужно понимать: господа отлично знают ситуацию и предлагают просто сдаться на милость хозяев печатного станка. Отдать территории, недра, шельфы и перебраться жить в деревню. (См. сдачу элитой Украины бывшей своей вотчины США с потрохами. Погружение в натуральное хозяйство с бандитскими разборками за право на урожай) У США нет 5 лет ждать, когда Патроны Надеждина и Гозмана придут в Кремль (со своими 15% поддержки в РФ) и все сдадут настоящим хозяевам планеты Земля. Кризис. Или США валятся в яму безвылазной депрессии, или отбирают ресурсы России и протягивают еще сколько-то лет в надежде найти решение проблемы пирамиды триллионных долгов и проблему неэффективности капитала (прибыли уже не хватает для выплат процентов по обслуживанию долгов при почти нулевой ставке по кредиту). Капитал уперся в границы своего расширения. Больше расширяться некуда. Вне экспансии, вне расширенного воспроизводства капитал издыхает (банкрот). Тотальный капитал - тотальный банкрот. Мировая война - бойня, разрушения, восстановление разрушенного - отсрочка смерти капитализма. Великое Герцогство Люксембург и королевство Швеция не катят. В глобальном процессе обнищания 99% населения и обогащения ничтожного меньшинства могут какое-то время жить анклавы благополучия. Смоет и их. У нас на глазах. Админ.

04.11.2015 Почему ПУТИН БОИТСЯ что-то менять, чтоб улучшить жизнь в России?

Достигла ли экономика России дна или дальше будет хуже? Когда ожидать следующей девальвации рубля? Что будет в 2016 и 2017 годах с экономикой и Россией? Почему Путин до сих пор поддерживает нынешнее либеральное правительство не отправил его в отставку? Как России перестать зависеть от запада? Почему Путин боится провести радикальные реформы в стране, которые полностью изменят жизнь людей? Что грозит миру?

03.11.2015 Раздавить Китай, захватить Европу

Суть современной истории: экспансия США. Основные действующие силы современного мира, сочетающие исключительную мощь с четким стратегическим планированием, — глобальные монополии и американское государство (так как США — зона их преимущественного базирования). Современный кризис вызван загниванием глобальных монополий и принципиальной безответственностью выражающего их интересы глобального управляющего класса: он слишком силен, чтобы зависеть от кого-то вовне себя.

29.10.2015 27 лет национального предательства

01.10.2015 Авиаудары России по Исламскому государству

06.06.2015 BRICS vs TISA&G7: новая война миров?

Почему соглашение о торговле услугами (TISA), являющееся основой трансатлантической и транстихоокеанской зон свободной торговли, навязываемых США их 49 странам-сателлитам, будет секретным еще 5 лет после (!!) своего подписания и вступления в силу? Что случится с демократией, передавшей водопровод и контроль за общественными организациями во власть глобального бизнеса?

16.03.2015 Пора политического оформления созревших в обществе запросов. Ценности, идеология, организация

27.10.2014 Нацизм вновь объявил России войну

06.09.2014 Интервенция Запада

28.08.2014 про украинский нацизм и гуманитарную катастрофу в ДНР

19.07.2014 О будущем Новороссии и всей Украины

03.12.2016 Россия: конкуренция стратегических проектов

24.12.2016 Будущее рубля, Путина и России в 2017 году

Борьба с инфляцией до полного развала государства

29.07.2016 Внятный урок. Что страшнее халифата?

А надо сказать, что исламисты действительно идут под знамёнами социальной справедливости, и потому они не страшны для иранцев, где социальную справедливость, в общем-то, обеспечивают — причина иммунитета Ирана не только в сильном государстве, не только в разнице между суннитами и шиитами, но и в том, что иранское государство худо-бедно, но потребности людей в справедливости удовлетворяет. А вот для государств "олигархического" типа идеология запрещённого в России "Исламского государства" смертельна, потому что исламисты обращаются к Корану, выделяют все места, которые говорят там о социальной справедливости — между прочим, очень внятно и чётко говорят, — и обращаются к властям с такой формулировкой: "Почему же вы грабите людей — вопреки Корану? Почему же вы эксплуатируете таких же мусульман, как и вы, — ведь это прямо запрещено религиозными догмами? Вы извращаете религию, вы — неверные, вы — не мусульмане", — со всеми вытекающими отсюда экстремистскими последствиями. И вот, люди уже не где-нибудь в Северном Ираке или в Северной Сирии, а совсем рядом, в недавно ещё советской Средней Азии — обычные люди, светские люди, абсолютно социализированные, честные, трудолюбивые, старательные — начинают воспринимать исламских террористов как путь к избавлению от того социального ада, в который погрузилась их родина.

И если кто-то думает, что у нас от этого есть иммунитет, что у нас всё в порядке в социальной сфере, что нам это не грозит, тот сильно в этом заблуждается. Когда с людьми разговариваешь и спрашиваешь их: "Хорошо, но ведь ОНИ же будут убивать, они же будут резать головы?" — в ответ слышишь примерно следующее: "Будут резать головы только тем, кто это давно заслужил". На самом деле, конечно, всё не так — в деле отрезания голов остановиться трудно, и головы резать будут всем подряд, но ведь людей уже довели до того, что даже головорезы воспринимаются ими как меньшее зло по сравнению с тамошними "демократами". Вы думаете, в Средней Азии нет своих чубайсов и ельциных? Ещё сколько! И если государство не наказывает преступников, то преступников должен наказывать кто-то другой. Есть, кстати говоря, прекрасная история оправдания присяжными так называемых "приморских партизан". И когда говоришь: "Придётся же с ними воевать!" — это воспринимается так: если хотите — воюйте, умирать-то будете вы и ваши дети, а наши дети в эту систему встроятся и будут в ней жить и процветать.

Но самое главное в этой истории заключается в том, что потребность в социальной справедливости — универсальна. И очень большая ошибка — думать, что она свойственна только русской культуре или русскому языку, что русский язык — такой страшный вирус, что как только вы на нём начинаете говорить, то сразу понимаете: деньги, конечно, необходимы, но их смысл — подтверждение справедливости того, что вы делаете, а как только вы начнёте говорить на каком-то другом языке, то этот мор с вас сразу спадёт, и вы сразу превратитесь в машинку по извлечению прибыли из окружающего мира. Так вот, ничего подобного. Потребность в справедливости есть базовая, фундаментальная потребность любого человека. Человек, чья потребность в справедливости попирается, не живёт или, как минимум, не размножается, что мы видим на примере Европы и, в меньшей степени, — на примере некоторых регионов США. Белые люди, которые забыли о справедливости, их социальные группы — вымирают. И если человек не имеет возможности реализовать свою справедливость, реализовать чувство справедливости, он согласится на что угодно: на большевиков, на рыночных демократов, на исламских террористов, на инопланетян. Казалось бы, хлеб есть, лепёшка есть, вода есть, переводы из России капают: жить можно. Плохонько, но можно. Но если при этом не удовлетворена потребность в справедливости, то оказывается, что материальные блага смысла не имеют — они просто продлевают агонию. И, чтобы эту агонию остановить, чтобы начать жить нормальной человеческой жизнью, человек оказывается согласен на всё.

Это очень внятный урок для нас тоже. Если мы будем продолжать уничтожать представление о справедливости, если мы будем растаптывать души людей и свои души тоже, запрещённое в России террористическое "Исламское государство" может показаться таким же освобождением, каким для наших предков казались большевики, для нас, совсем недавно, — "младореформаторы", а для украинцев сегодня — "правосеки с евромайдана".

Реальная ситуация такова, что если мы будем продолжать ставить себя в нечеловеческие условия в смысле отсутствия справедливости или попрания справедливости, то не нужно думать, что мы избежим нечеловеческих последствий. И, как минимум, нужно понимать, что одной только военной операцией исламистов в Средней Азии остановить не удастся. Остановить исламистов можно только переформатированием общественного организма, общественного строя на такой, который обеспечивает справедливость и который позволяет людям самим участвовать в установлении справедливости по своим представлениям. Как называть этот строй — социализмом или как-то по-другому — это уже личное дело каждого.

http://izborskiy-club.livejournal.com/543257.html

05.06.2016 Конец последней империи

Президент России Владимир Путин, президент США Барак Обама и председатель КНР Си Цзиньпин (Фото: AP/TASS)

О новом мировом порядке и шансах России стать глобальным лидером

Агрессивное и эгоистичное доминирование США, вызывающее справедливое негодование всего прогрессивного человечества, заканчивается: экономический кризис лишает недавнего «мирового хозяина» сил, а новые технологии делают прямой контроль за миром ненужным и нерентабельным.

Не случайно оба кандидата в президенты по-разному, но отказываются от традиционного американского мессианства и насаждения в мире американских порядков: Клинтон демонстрирует преемственность стратегии его разрушения (чтобы напуганные капиталы всего мира бежали в США, финансируя их расходы), Трамп намерен заняться, прежде всего, Америкой и будет обращать на мир внимание лишь для решения ее внутренних задач.

В результате влияние США будет продолжать сокращаться, — но на смену ему не придет никакой устойчивый порядок. Их противостояние с Китаем не породит, несмотря на естественные исторические аналогии, новой биполярной системы в силу принципиально различных образов мышления и, соответственно, действий. Экспансия США носит финансовый и технический, а Китая — этнический характер; с другой стороны, если для США она длительное время составляла смысл их существования, то для Китая является сугубо вынужденным способом решения его проблем.

Долгое время в глобальной аналитике доминировало представление о глобальной конкуренции между США и Китаем при сдерживающем ее влиянии «держав второго уровня» — Евросоюза, Японии и, возможно, России и Индии. Однако США и Китай, в отличие от США и СССР, строят свою политику в различных плоскостях, что снижает потенциал их противостояния. Кроме того, они не готовы выстраивать собственные противостоящие друг другу глобальные системы, требующие значительных ресурсов.

Поэтому наступающая эпоха напоминает не послевоенное противостояние США и Советского Союза, но межвоенный период борьбы всех со всеми — время полного хаоса и высочайшей неопределенности, отсутствия четких союзов и даже систем координат, не говоря о каких-либо общепринятых правилах.

Дипломатия в то время формально существовала, — но о реальном соблюдении международного права (как и сейчас), равно как и ни о каких устойчивых союзах не было и речи. Менялись даже интересы, и недостаточные внимательность и гибкость, недостаточная энергичность в организации разного рода сговоров, пусть даже и парадоксально неправдоподобных, означали гибель. О неопределенной многозначности тогдашней ситуации свидетельствуют и реальная угроза нападения Англии и Франции на Советский Союз во время финской войны, и предательство западными союзниками Чехословакии, и беспрепятственная эвакуация англичан из Дюнкерка, и полет Гесса, и многие другие эпизоды, часть которых остается загадками до сих пор.

И это только в Европе, центре тогдашней политики, — при том, что крайне напряженные, мало предсказуемые и мало известные нам сейчас процессы шли и в Африке, и на Ближнем и Среднем Востоке, и в Юго-Восточной Азии, и в Индии, и в Латинской Америке.

Сегодня мы возвращаемся именно в то время — хаотичной и беспощадной борьбы всех против всех, в которой побеждает воля и понимание объективных долгосрочных процессов. Советский Союз вышел из той борьбы победителем именно благодаря этим двум ключевым факторам. Современная Россия лишь в самом начале их обретения, — и то, что воля пока слишком наглядно опережает понимание, представляется скорее источником тревоги, чем радости.

Спецификой современного «многополярного мира» является наличие развитого глобального бизнеса: благодаря упрощению коммуникаций роль надгосударственных структур сейчас несравнимо выше, чем в межвоенный период. Кроме того, тогдашним финансовым надгосударственным структурам противостоял Коминтерн, обеспечивая если не паритет, то хотя бы приближение к нему; сейчас многократно усилившийся с того времени глобальный бизнес не имеет никакой сдерживающей силы, — и потому его разрушительность усиливается гарантированной безответственностью и порождает значительно большие опасности.

Между тем он остается практически ненаблюдаемым явлением: в отличие от крупнейших корпораций их реальные владельцы — глобальные инвестиционные фонды — скрыты в глубочайшей тени и частично проявляются лишь изредка, как в начале украинской катастрофы.

Ситуация усложняется ослаблением роли государств, которые превращаются в равнодействующие разноуровневых сил, — и не только глобальных и региональных, но и слабо наблюдаемых, связанных с разнообразными и разрозненными частными интересами. (Ярким примером такого объединения различных локальных интересов представляется избрание мэром Лондона в первом же туре социалиста-мусульманина, поддерживающего членство Великобритании в Евросоюзе и обладающего традиционной сексуальной ориентацией.)

В новом мире мощь его участников значительно превышает их способности осознавать ситуацию, а безответственность перед управляемыми напоминает Средневековье. Это вызывает естественную тревогу — и уже в обозримом будущем потребует не только от государств, но и от народов колоссальной организованности, энергии и решимости.

Поразительно, но в хаосе, в который возвращается человечество, значение и потенциальное влияние России стремительно возрастают. При всех наших недостатках (а мы, вопреки поговорке, живем по принципу «каждый кулик свое болото хает») Россия не просто вернулась в историю, но и укрепляется в ней, — пока еще нервно, непоследовательно и неуверенно, но обживая полузабытое историческое пространство.

Не случайно Запад, не ослабляя «холодной войны», развязанной им для нашего уничтожения, но убедившись в ее бесперспективности, начал вновь пытаться налаживать механизмы еще не сотрудничества, но уже взаимодействия. При всей ничтожности писка об отмене санкций, незначимости изменения риторики, нелепости приглашения в «большую восьмерку» и заведомой бесплодности возобновления диалога с НАТО эти события укладываются в логику вынужденного признания значимости России.

Как обычно, всех перещеголял харьковский поляк Бжезинский, в бытность помощником Картера по национальной безопасности всерьез интересовавшийся, по ряду воспоминаний, возможностью создания атомного оружия, истреблявшего бы исключительно русских. Однако, помимо клинической русофобии, неугомонный старец славен тонким пониманием того, на какую сторону бутерброда еще только собираются намазывать масло, — и в его устах фиксация того, что ключевыми силами будущего будут не только США и Китай, но и Россия, дорогого стоит.

Лесть врагов означает рост наших шансов, — но, чтобы воспользоваться ими, мы должны быть как минимум умнее и ответственнее наших врагов. И движение к этому положению, без которого не может быть нашего глобального лидерства, — а значит, и нормальной жизни, — еще только начинается.

Главное — не опоздать.

Автор — директор Института проблем глобализации, д.э.н., издатель журнала «Свободная мысль» (до 1991 — «Коммунист»)

http://svpressa.ru/politic/article/150032/?spreselena05061616

05.03.2016 Сколковский синдром

Не устаю удивляться тому, что многие граждане нашей страны до сих пор верят либералам.

Если вы верите Медведеву, Чубайсу или Набиуллиной — сходите на кладбище: большинство людей, которые верили российским либералам, уже там. Вы на кладбище будете в своей компании.

Но, тем не менее, многие люди, вроде бы вменяемые, вроде бы адекватные, при посещении магазина способные вынуть кошелёк, заплатить деньги, взять товар, не забыв его, и даже забрать сдачу, способные открыть дверь своей квартиры ключом, приготовить себе еду, — то есть вполне социализрованные — продолжают верить либералам?! Это, вероятно, какая-то болезнь!..

Не так давно один такой, вполне нормальный с виду, человек подошёл ко мне, и спросил: "Слушай, а помнишь, был такой проект "Сколково"?" Я ответил: "Да, это шикарный девелоперский проект, там обогатилась куча наших замечательных людей, начиная с жены Шувалова и кончая Абрамовичем". У моего собеседника выразилось на лице потрясение, и он выдохнул: "Да ты что?!"

Выяснилось, что этот человек не просто помнит о существовании проекта "Сколково", — человек помнит, что этот проект затевался господином Медведевым и Ко с целью, если вдруг цена на нефть снизится, при помощи наработок этого самого Сколкова поддержать и укрепить российскую экономику…

Как оказалось, подобные иллюзии до сих пор широко распространены, поэтому я позволю себе напомнить, что создание Сколкова преследовало три базовые задачи.

Во-первых, это был роскошный, действительно великолепный девелоперский проект. Мы берём картофельное поле — и повышаем его стоимость раз в двадцать. За счёт строительства на нём кампусов, прокладки туда дорог и прочей инфраструктуры — разумеется, за государственный счёт. При этом рассказываем всем, что тут будет космодром в светлое будущее, и несём прочую замечательную околесицу. Помните, у Медведева была такая мантра: "пять "И"? То есть сначала этих "И" было четыре, но потом выяснилось, что он какую-то "И" забыл — по-моему, "Интеллект" — и их стало пять. Кажется, это были "Инвестиции", "Инновации", "Инфраструктура" и что-то ещё, чего уже никто не вспомнит. Может быть, "Интерес", а может быть, что-то ещё. Всё это уже давно стало ругательством, поскольку было только прикрытием разного рода, в лучшем случае, девелоперских проектов.

Вторая идея, которая вкладывалась в проект Сколково, насколько я могу судить, это классический "распил". Господин Чубайс его не так давно озвучил, сказав на новогодней вечеринке "Роснано", что "у нас очень много денег". И ничего ему за это не было — потому что он Чубайс. Кто ж его посадит — он же памятник! Но самые яркие достижения примерно таковы: они долго строили какой-то завод по производству кристаллического, что ли, кремния — и этот завод наконец торжественно обанкротился. В Нью-Йорке я был на презентации вместе с представителями Сколкова — молодыми людьми, которые на очень приличном английском языке рассказывали, что они сделали принципиально новый замечательный аккумулятор для электростанций. Он намного дешевле, чем обычный, но продаётся по той же самой цене, потому что проекту Сколково для развития нужны деньги. А ещё для его установки требуется полная переделка всех трансформаторных будок. То есть для электроэнергетиков не просто нет выигрыша — одни убытки. Но эти простейшие мысли представителям Сколкова в голову не приходили. Зачем они про всё это рассказывали в Америке — непонятно. Скорее всего, они так "осваивали бюджет".

Прибыль проект "Сколково" показал только в результате переоценки своих валютных инвестиций вследствие падения курса рубля. А все его постоянные убытки в реальности являются доходами совершенно конкретных лиц. Неслучайно господин Чубайс сохранил статус "Роснано" как государственной корпорации, не стал её приватизировать и распродавать "эффективным инвесторам". Но зато все дела "Роснано" вершит управляющая компания, которая является частной. Это апофеоз приватизации: когда есть формально государственный актив, финансируемый из бюджета, а управление осуществляется частной компанией в интересах частных "инвесторов", которые только делят деньги, не вкладывая ни копейки собственных средств.

И, наконец, третья идея Сколкова не пропагандировалась через СМИ, но действительно была оригинальной. Это была обкатка идеи "частного государства". Территория Сколкова была выведена из-под действия законов Российской Федерации. Хороших или плохих — неважно. Важно то, что российские законы там не действовали и не действуют. Я думаю, что люди, у которых их картофельное поле изначально изымали, столкнулись с этим феноменом первыми, но это лишь моя гипотеза. Все вопросы, включая судебные, внутри Сколкова решает Совет инвесторов. Такая вот "Советская власть". Российская Федерация имеет существенный голос в этом Совете инвесторов, но не в качестве государства, осуществляющего суверенные права на данной территории, а всего лишь как инвестор, один из многих, который предоставил землю, инфраструктуру и так далее. То есть это попытка под видом "модернизации" вернуться в средневековье и создать государственную власть, которая даже теоретически принадлежала бы тем, кто вложил деньги. И вот этот механизм, судя по всему, работает очень успешно, очень красиво — другое дело, что отчётности мы не видим и не увидим: это "для своих", это для хозяев.

Вот три задачи, которые, на мой взгляд, практически решил проект "Сколково". Простите, какие тут "инновации"? Вы о чём? Вам что, было мало двух чубайсовских "волг" на ваучер? Вам мало было "залоговой приватизации"? Вам мало было дефолта 1998 года? Вам мало было "реформы" электроэнергетики? Вам мало было "либеральной империи" и прочих новаций Чубайса, чтобы, наконец, раз и навсегда убедиться: либералам верить нельзя? Зачем тогда их слова воспринимать всерьёз?!

Сколково создавалось не для того, чтобы помочь стране. Сколково создавалось для того, чтобы помочь "коллективному Чубайсу". Эту задачу оно выполнило. А если бы кто-то всерьёз хотел заниматься новыми технологиями, всё было бы по-другому и намного проще. У нас есть 32 наукограда, на их базе или даже на базе одного из них можно было сделать всё что угодно.

http://www.izborsk-club.ru/content/articles/8554/

25.02.2016 «Экономика» с М. Делягиным

Радио "Говорит Москва"

04.02.2016 Почему Европе пришел КОНЕЦ окончательно?

19.11.2015 Когда планируется АТАКА на Россию?

04.11.2015 Почему ПУТИН БОИТСЯ что-то менять, чтоб улучшить жизнь в России?

03.11.2015 Раздавить Китай, захватить Европу

Современный кризис вызван загниванием глобальных монополий и принципиальной безответственностью выражающего их интересы глобального управляющего класса: он слишком силен, чтобы зависеть от кого-то вовне себя.

Непосредственно кризис проявляется в виде нарастающей нехватки спроса. Для борьбы с ним глобальные монополии и являющиеся их оболочкой США стремятся:

расширить свои рынки при изгнании с них не принадлежащих им корпораций (прибыль должна стать исключительной привилегией глобального бизнеса);

уничтожить либо подчинить конкурентов, превратив их активы в свои ресурсы;

перейти от экономики денег к экономике технологий, в которой власть определяется непосредственно технологиями;

сократить издержки до предельно возможного без дестабилизации системы минимума.

Деятельность для достижения данных целей — основа современной истории.

В экономическом плане эти цели выражаются прежде всего стремлением США к заключению соглашений о торговли услугами (TISA), тихоокеанском партнерстве и трансатлантической зоне свободной торговли.

Насколько можно судить, несмотря на засекреченность уже принятого за основу проекта, TISA регламентирует не только коммерческие услуги, но и услуги жизнеобеспечения (например, водоснабжения), и социальные услуги (включая образование и здравоохранение). При этом уровень внешнего воздействия на экономику значительно выше предусмотренного правилами ВТО, которые фиксируют лишь международное урегулирование торговых споров, преимущественно между компаниями разной юрисдикции. TISA же передает вовне не только споры в сфере услуг, но и процедуру выработки и корректировки правил их оказания, уничтожая тем самым национальный суверенитет как таковой.

Аналогичная процедура вводится в отношении всей хозяйственной деятельности стран тихоокеанского партнерства: решение споров передается внешним арбитрам, которые, скорее всего, будут представлять интересы глобальных монополий, а, возможно, и непосредственно США. Свобода установления и толкования правил позволит им установить контроль над экономиками стран партнерства, постепенно (в течение ориентировочно 5 лет) изгнав из них крупный китайский бизнес. За это данные страны получат свободный доступ на рынок США, заменив на нем Китай в качестве поставщиков дешевых товаров.

США сохранят дешевый ширпотреб, обеспечивающий социальную стабильность, забыв о зависимости от Китая (которая воспринимается как экзистенциальная угроза: все их внутриэлитные группы сходятся на том, что освобождение от этой зависимости — категорическое условие обеспечения суверенитета США). Более того: лишив Китай доступа на свой рынок, они уничтожат его сегодняшнюю экономику и, обрушив его в хаос, избавятся от стратегического конкурента.

Новый импульс развития они рассчитывают получить за счет удешевления товаров в рамках тихоокеанского партнерства даже по сравнению с китайскими, а главное — захватом европейского рынка при помощи создания зоны свободной торговли с Евросоюзом. Предполагается, что соглашение о ней будет окончательно достигнуто уже в 2016 году, после чего европейский бизнес, отягощенный бюрократизацией и социальными издержками, не выдержит конкуренции с американским. США сделают с Европой то же, что та сделала с Восточной Европой: осуществят масштабную деиндустриализацию с переводом под внешнее управление (в принципе уже достигнутом в отношении Евросоюза) и лишением не то что перспектив, но даже простого самосознания.

Этот процесс, как предполагается, займет от 5 до 10 лет, в течение которых США будут бурно развиваться за счет расширения спроса на их высокотехнологичные товары в Евросоюзе. Опираясь на дешевый ширпотреб и индустриальные товары из стран тихоокеанского партнерства, бесплатный или, как минимум, крайне дешевый собственный кредит, а также дешевую энергию (благодаря сланцевой революции или попыткам Саудовской Аравии противостоять ей дешевизной нефти), США планируют активизировать реиндустриализацию и форсировать технологический прогресс, выйдя на качественно новый уровень, в принципе недостижимый и даже непредставимый для всего остального человечества.

Расширение рынков сбыта высокотехнологичной продукции (в том числе технологий управления — метатехнологий, позволяющих управлять пользователями) на Евросоюз позволит США поддержать свою экономику и, направив на финансирование своего долга новые спекулятивные капиталы, выделяющиеся в процессе разрушения Китая и Европы (вслед за Северной Африкой и Ближним Востоком), существенно отсрочить срыв в глобальную депрессию. В то же время технологический рывок не просто закрепит лидерство США в глобальной конкуренции, но и переведет их в состояние посткапитализма и постдемократии, при которых общество управляется на основе технологического и инфраструктурного, а не финансового и политического контроля. Средний класс с его спросом и политической активностью станет не нужен и, разорясь, сойдет с исторической сцены.

Эта стратегия и, в частности, технологический рывок не даст преодолеть глобальный кризис (для этого надо погрузить глобальные монополии в конкурентную среду, что неприемлемо для них), переформатирует современные общества так, чтобы кризис перестал угрожать власти монополий. Конечно, новое Средневековье будет оставаться компьютерным недолго (так как лишение людей свободы будет вести не только к социальной, но и к технологической деградации), но эта проблема видится глобальному бизнесу слишком отдаленной, чтобы вплотную заниматься ей прямо сейчас.

Судьба России: оптимизация путем уничтожения

Легко заметить, что России в описанной стратегии не существует. Организацией украинской катастрофы США исключили угрозу создания нового субъекта глобальной конкуренции за счет объединения европейских технологий с российскими ресурсами и самосознанием, и, оттолкнув Россию к тесному союзу с Китаем, намерены ликвидировать нас заодно с ним.

«Ничего личного — просто бизнес»: глобальный кризис требует сокращать издержки, в том числе на взаимодействии с государствами. Если та или иная страна нужна глобальному бизнесу лишь как поставщик сырья, — он исходит из того, что получение этого сырья у самого сильного полевого командира или местного лидера значительно дешевле, чем у самого слабого национального государства. Поэтому логика снижения издержек требует уничтожения государственности как таковой, — и объективная задача Запада в отношении России заключается в нашем раздроблении на большое число мелких квазигосударств, грызущихся за право поставлять природные ресурсы Западу.

Угроза перехода под контроль Китая всей территории к востоку от Урала, похоже, рассматривается при этом как допустимый риск, — хотя для Китая их освоение может стать подлинным спасением в случае отрезания от американского, а затем и от европейского рынка и вынужденной переориентации на собственный внутренний рынок. При всей драматичности этого процесса для Китая (рентабельность работы на внутренний рынок существенно ниже работы на внешние рынки) он видится ряду аналитиков единственным способом избежания срыва в период хаоса и распада (который в соответствии с циклами китайской истории должен начаться уже в 2017—2020 годах) в случае утраты внешних рынков.

Неизбежность провала

Описанная стратегия США имеет целый ряд слабых мест, делающих ее неосуществимой.

Прежде всего, создание тихоокеанского партнерства пока лишь продекларировано; подписанное соглашение — предвыборное заявление о намерениях, которое пока не носит обязывающего характера. Трудно представить, чтобы Япония, Южная Корея и Вьетнам (первые двое — в силу экономической развитости, третий — по политико-историческим причинам) отказались от национального суверенитета в коммерческих спорах, передав их урегулирование, по сути, под американский контроль. Китай же вряд ли будет терпеть изгнание своего бизнеса из стран Юго-Восточной Азии, в которых он составляет основу экономики, и из Австралии, являющейся жизненно важным поставщиком сырья.

Несмотря на все ничтожество современной европейской политической элиты, она может в последний момент отказаться от экономического уничтожения Евросоюза при помощи создания зоны свободной торговли с США (а точнее, с НАФТА).

Наконец, захват европейского рынка сам по себе не простимулирует технологический прогресс в США. Популярная теория, по которой расширение сбыта автоматически стимулирует технологии, основана на исторической безграмотности.

США вышли из стагфляции за счет кардинального смягчения финансовой политики в 1981 году (когда требования к обеспечению кредита были снижены с возможности его возврата до возможности его обслуживания с перспективой почти гарантированного рефинансирования) и обеспечившей снижение издержек волны дешевого ширпотреба из Китая. Технологический прогресс был обеспечен не расширением спроса, но «военным кейнсианством» Рейгана, сокращавшего социальные расходы при решительном увеличении финансирования ВПК.

В конце 80-х и в 90-е годы спрос был качественно расширен благодаря распаду Советского Союза — за счет освоения постсоциалистического мира. При этом технологический рывок был достигнут за счет не захвата новых рынков, а технологического разграбления СССР, напоминавшего новую Конкисту: тогда Запад захватил золото для развития капитализма, в 90-е — технологии для его преодоления.

Не признавая принципиального значения советских технологий для своего процветания из-за естественного высокомерия, США обрекают себя на частичность восприятия реальности и недостаточность мер. Даже реализовав стратегию «Раздавить Китай, захватить Европу», они отнюдь не обязательно смогут осуществить технологический рывок, избежав все более реальной из-за загнивания глобальных монополий и ликвидации массового качественного образования угрозы технологического провала. Ведь новые технологические принципы перестали открывать с завершением «холодной войны», так как это требует чрезмерной концентрации ресурсов и принятия огромных рисков; нынешняя технологическая революция — лишь коммерционализация ранее открытых принципов, результат переноса центра приложения усилий из сферы открытия в сферу реализации.

Но, несмотря на все эти слабые и сомнительные места, данная стратегия объединяет все группировки глобального бизнеса и американской элиты, для которых США является ценностью — как наиболее комфортная территория базирования, или естественный источник их власти, или объект патриотических чувств (от национальной бюрократии до условной «группы Рокфеллеров»). Они будут реализовывать эту стратегию энергично, разнообразно и инициативно, формируя тем самым мировую историю ближайших пяти, а то и десяти лет.

Противостоят им старые европейские элиты, сохранившиеся, несмотря на вынужденное отступление на второй план в ХХ веке, а также группировки глобального бизнеса, ориентирующиеся на распад глобальных рынков и последующую организацию взаимодействия между макрорегионами (условная «группа Ротшильдов»).

Объективные закономерности глобального развития делают позицию последних предпочтительной даже с учетом того, что они не обладают таким мощным исполнительным аппаратом, как современное американское государство. (А власть в США в рамках данной стратегии должны захватить ее носители, то есть представители условной «группы Рокфеллеров»; сегодня это демократический лидер Хиллари Клинтон и республиканский аутсайдер Джеб Буш).

Для России это означает временный реванш, а затем полный крах либерального клана, который оформился в начале в 90-х годов и в силу этого слепо и преданно обслуживает интересы первой группы, бывшей глобальным гегемоном в момент его создания.

Реванш будет вызван вероятной победой представителей первой группы на президентских выборах в США, крах — их стратегической бесперспективностью.

Помимо полной несовместимости с интересами России, данное историческое обстоятельство делает отечественных либералов «навсегда вчерашними» и полными аутсайдерами, обреченными на поражение.

Открытым остается лишь вопрос, сумеют ли они в силу своей безусловной энергичности и эффективности утянуть с собой в историческое небытие всю нашу цивилизацию, — а вместе с ней и каждого из нас, а точнее, — сумеем ли мы не позволить им реализовать этот сценарий.

Михаил Делягин

http://vremya4e.com/articles/20682-razdavit-kitay-zahvatit-evropu.html

29.10.2015 27 лет национального предательства

01.10.2015 Авиаудары России по Исламскому государству

06.06.2015 BRICS vs TISA&G7: новая война миров?

Почему БРИКС, начавшийся как забавный анекдот фондового аналитика, стал реальностью, - и в чем эта реальность заключается?

Чем Пекинский консенсус отличается от Вашингтонского и почему он не Московский.

16.03.2015 Пора политического оформления созревших в обществе запросов. Ценности, идеология, организация

27.10.2014 Нацизм вновь объявил России войну

Сегодня в повестке дня уже существование российской государственности

Предощущение нынешней катастрофы копилось все долгие последние годы.
Тогда Запад еще не развязал холодную войну на уничтожение России, - но уже полным ходом вел войну за переписывание истории, за превращение нас в манкуртов, в Адольфов, не помнящих родства.
Запад вел против нас и войну за уничтожение нашей экономики, которая продолжается на протяжении вот уже более четверти века национального предательства и все это время, в самом лучшем случае, не сознается нашим руководством.
Сегодня, когда мы говорим о последовательном и систематическом уничтожении здравоохранения, даже в Москве, о ликвидации образования, о смертях детей с официальным диагнозом «из-за нехватки бюджетных средств» и нехватке 1 трлн.руб. на «майские указы» Путина при замороженных в бюджете 8,7 трлн.руб., - мы должны помнить, что это война против нашей экономики, и ведет эту войну «штурмовая пехота» глобальных монополий – российский либеральный клан, полностью контролирующий выработку и реализацию социально-экономической политики.
Они и сейчас кичатся десятилетием экономического роста, тактично умалчивая о его реальной причине – удорожании нефти, продолжают навязывать государству убийственные рецепты 90-х годов и обещать наступление волшебного процветания в самые сжатые сроки, чуть ли не завтра.
Наивно думать, что линия фронта проходит лишь между Донецком и Песками: прежде всего она проходит между различными подъездами Старой площади, и, думаю, вы ощутите это, сравнивая выступления различных руководителей России.
Сегодня многие, говоря о политике Запада в отношении России, задают один вопрос: «За что?»
Почему Запад вдруг воспылал кровожадностью и захотел нас уничтожить? Почему он организовал нацистский переворот, рукоплещет массовым убийствам, воюет своими наемниками, осуществляет геноцид в Донбассе?
И почему Запад не просто хочет уничтожить Россию, но и, более того, ставит эту задачу с беспрецедентной со времен Гитлера откровенностью и ясностью?
Ответ прост: Россия – это 2% населения мира, которые контролируют 20% его ресурсов.
Ужесточение глобального кризиса сделало это привычное положение нетерпимым: те наши руководители, которые привыкли быть младшими партнерами Запада, столкнулись с тем, что их начали делать младшими менеджерами, и просто не понимают, что и зачем происходит.
Нацисты на Украине были ситуативным выбором Запада. Если бы русофобской силой были, например, филателисты, Запад, вероятно, предпочел бы поддерживать и привести к власти именно их, - но единственной русофобской силой оказались нацисты.
Однако, с другой стороны, в системном отношении нацисты – это глубинный, фундаментальный выбор. Не будем забывать, что современный либерализм как идеология служения государства глобальному бизнесу, а не какому-то там народу, – это сегодняшняя реинкарнация нацизма.
В виде фашизма 20-40-х годов нацизм служил крупнейшему в то время государственно-монополистическому капиталу, который в ходе конкуренции ликвидировал малый и средний бизнес и нуждался в том, чтобы разоряемые буржуа не возмущались своей судьбой и не протестовали против нее. Нацизм сумел не просто объяснить разоряемым, что они лучшие в силу своей расовой принадлежности, но и организовать колоссальный и систематический грабеж ими всех остальных оккупированных ими народов, за счет чего их уровень жизни удавалось не только поддерживать, но даже и повышать.
Сегодня крупнейший бизнес уже не связан с государствами, а превосходит их по своему масштабу: это глобальные монополии.
В ходе конкуренции они уничтожают «средний класс», разрушают экономики целых стран, лишая средств к существованию целые народы. А их верный слуга либерализм вновь, как когда-то гитлеровский фашизм, объясняет разоряемому «среднему классу», что он лучше всех и потому имеет право на любые бесчинства и злодеяния. Правда, уже не по расовой причине, а потому, что обладает свободой, демократией и правами человека. И грабеж неразвитого мира, организованный либералами, пока помогает им поддерживать уровень жизни в развитых странах.
А те, кому это не нравится, являются ватниками и колорадами, которых надо сжигать заживо.
То, что либерализм является сегодняшней реинкарнацией нацизма, видно еще и по трогательной любви российских либералов к наиболее откровенным сегодня - украинским нацистам.
Российские либералы не просто не возражают против нацистских практик, но и последовательно поддерживают их, не возражая даже против полного игнорирования собственных обязательств, массовых убийств и организации геноцида при помощи уничтожения инфраструктуры.
Назойливые разговоры о том, что в украинском руководстве много хороших людей, а какой-нибудь Яценюк является не большим нацистом, чем Шпеер, вызывает в памяти бред советских политработников, которые и в июле 1941 года ждали восстания немецкого пролетариата, осознавшего, наконец, свою классовую суть и освободившегося от нацистской пропаганды.
Нацистская нетерпимость ко всякому инакомыслию широко распространена и в среде российских либералов: достаточно вспомнить тошнотворные вполне нацистские комментарии к списку «двенадцати врагов Навального», подготовленные его окружением в дни его славы.
Но самое страшное в сегодняшней Украине – быстрая нацификация населения. Тех, кто закатывает истерики, до сих пор скачет, чтобы доказать, что не является москалем, и благодарит за это Создателя, еще можно убедить и успокоить.
Однако по Украине стремительно распространяется совершенно иное настроение, не связанное с аффектацией, - спокойное, глубокое, очень устойчивое внутреннее ощущение, что русские это не люди.
Что мы – это недочеловеки, которые должны быть истреблены.
Все, поголовно: просто потому, что тогда мир станет чище, а человечество лучше.
Единственная альтернатива, которая нам оставляется этим ходом событий, - это ассимиляция: в силу культурной близости еще можно перекреститься в обезумевшего украинца, чтобы скакать вместе. Еще можно стать либеральным нацистом самому и устроить Майдан в Москве – при самодовольном продолжении пагубной социально-экономической политики эта перспектива может стать реальностью уже через год.
Еще в начале этого года политическая борьба шла вокруг того, будет ли российское государство лучше или хуже.
Сегодня повестка дня драматически изменилась: речь идет уже о том, будет ли уничтожена российская государственность фронтальным наступлением нацизма и обслуживающего его либерализма.
Принципиально важно, что выжить и нанести нацизму поражение нельзя, не отказавшись в пользу самоочевидного разума от расчищающей ему дорогу либеральной социально-экономической политики, проводимой правительством Медведева и Банком России.

Автор - директор Института проблем глобализации, д.э.н., издатель журнала «Свободная мысль» (до 1991 – «Коммунист»).
Статья написана на основе презентации автором его книги «Время побеждать. Беседы о главном» на Валдайском форуме в октябре 2014 года.

svpressa.ru