- Глобальное управление и человек. Как выйти из матрицы Ч2
- Глава 11 О Коране по существу
- Глава 12 От мировоззрения эпохи Рыб к миропониманию эпохи Водолея
- Глава 13 Русь – цивилизация глобальной значимости
- Глава 14 Проблемы богословия в представлениях Русской цивилизации
- Глава 15 Пребывание Иисуса Христа и Андрея Первозванного в Древней Руси
- Глава 16 Эгрегоры и вторжение в процессы формирования психики человека
- Глава 17 Мировоззренческие проблемы образования
- Глава 18 Диалектика познания эпохи Водолея
- Глава 19 Россия: наш дом или общеевропейский «Газпром»?
- Глава 20 Основы политики сбережения народа
- Все страницы
Продолжение. Главы 11 - 20
Глава 11 О Коране по существу
Он милосерд: Он Магомету
Открыл сияющий Коран.
Да притечем и мы ко свету,
И да падет с очей туман.
А. С. Пушкин
Ключи к Корану зависят от состояния слушателя. Когда он достигнет более высокого уровня, новое понимание откроется ему, и он глубже проникнет в его смысл.
Ибн Араби
Кровавые распри на территории России, инициаторы которых прикрываются своей якобы приверженностью исламу (как, впрочем, и в иных регионах планеты), не только не имеют ничего общего с Кораном, но и прямо отрицают смысл Коранического откровения. С другой стороны, и попытки увязать идеологию террористов с кораническим учением, свойственные многим идеологам вне мусульманского мира, – это грубая неприкрытая провокация, рассчитанная на тех, кто никогда не читал Коран и не представляет существа содержащейся в нем информации. Напротив, по нашему мнению, именно изучение Корана, праведное истолкование жизни на его основе и внедрение его идей в жизненную практику народов России способны остановить нынешние конфликты и исключить возможность такого рода конфликтов в будущем.
Одна из коранических истин утверждает, что «Бог не меняет того, что происходит с людьми, пока они сами не переменят того, что есть в них». Эта мудрейшая узловая мысль изложена в суре 13:12. Невозможно что‑то изменить в жизни, получить нужный результат, ничего не меняя в себе. А потому если мы действительно хотим прекратить кровопролития, то мы не можем быть маргиналами, людьми, которые ограничили свои мировоззренческие представления некими, пусть и общепризнанными догмами и традициями. В соответствии со смыслом Корана ни одно вероучение не может быть насаждаемо принудительно: «Нет принуждения в религии. Уже ясно отличился прямой путь от заблуждения» (Коран, 2:257). Настала пора разобраться в существе Корана на уровне разума. Сегодня в неисламских зонах господствует бездумно‑негативное отношение к Корану, зачастую умышленно формируемое, глубоко ошибочное.
Коран означает «чтение вслух». Согласно мусульманскому преданию, такое чтение вслух было начато безграмотным Мухаммедом в возрасте 40 лет, когда ему во сне явился архангел Гавриил с книгой, завернутой в парчовое покрывало, и потребовал: «Читай!» В ответ на реплику Мухаммеда о том, что он не умеет читать, в его голове зазвучали слова, которые он просто передавал людям. Такие ниспосылаемые Свыше божественные откровения он оглашал с 610 по 632 год, а их прижизненная запись велась многими из его современников. Обобщения этих записей и являются Кораном, переписанным после смерти Мухаммеда писцом Зейдом в четырех экземплярах, сохранившихся по сию пору.
Мекка, родной город Мухаммеда, была в ту пору важным торговым и религиозным центром. Жили там приверженцы христианства, иудаизма и так называемые ханифы – люди, отвергавшие многобожие, внеконфессиально верующие Единому Богу. Что касается богословского существа, проповедей Мухаммеда, то он утверждал, что Бог един и для иудеев, и для христиан, и для всего человечества. Проиллюстрируем это цитатой из суры 29 аят 46: «Мы уверовали в то, что ниспослано нам (т. е. через Мухаммеда) и что ниспослано вам (т. е. через Моисея и Иисуса). Наш Бог и ваш Бог – один и тот же, и мы предаемся Ему».
Через весь Коран проходит нить глубочайшего уважения и симпатии к ранее приходившим пророкам – Моисею, Аврааму, Иисусу и многим другим, которые несли своим современникам и соотечественникам Единый Завет от Бога о том, как организовать жизнь достойную человека. Коран осуждает гонения не только на пророков, но также и на людей, призывавших к справедливости по своему разумению, и порицает извращения их Откровений, положившие начало исторически реальным вероучениям. Мухаммед неоднократно настаивал на том, что новое вероучение, несомое им, казалось бы, разрушавшее и отвергавшее веру отцов, является истиной, неизвращенной верой праотцов. Начиная оглашение Корана, Мухаммед полагал, что иудеи и христиане с благодарностью и радостью примут эту информацию, так как она просто устраняла ошибки и искажения, привнесенные земными церковными иерархиями в истинные откровения Моисея и Иисуса. Однако отказ от этих извращений не входил в планы тех, кто привнес их умышленно во имя порабощения стран и народов в обход сознания. К примеру, принятый в 325 году Никейский символ веры, был отсебятиной церковных иерархов, не содержащей ни слова из пророчества Христа, а сам Христос, вопреки здравому смыслу, в результате голосования большинством голосов был признан Богом. Потом это стало предубеждением множества людей в череде поколений, которые не задумываются о том, чему именно учил Христос, как происходило становление исторически реального христианства и чем оно отличается от «христианства» самого Христа.
Если внимательно вчитаться в Коран, относясь к нему как к посланию, адресованному Вам лично, то трудно не заметить, что он содержит настолько глубокие мысли, что поверить в их земное происхождение в VII веке просто невозможно, тем более что оглашались они безграмотным человеком, за которым не стояло какой бы то ни было традиции научной школы. Чего стоит, к примеру, сура «Разъясненные», аят 12: «Он завершил это, сотворив семь небес за два дня, и каждому небу внушил в откровении его обязанности». Но ведь только в XX веке было научно установлено, что земная атмосфера состоит из семи разнокачественных слоев от тропосферы до эзосферы. При этом у каждого слоя свои, строго индивидуальные «обязанности» в сохранении жизни на Земле. Любое неисполнение этих обязанностей способно вызвать катастрофические последствия, подобные прогнозируемым при нарушении озоносферы.
Ныне разрабатываемые научные версии возникновения железа на Земле отражены в суре «Железо», роль ветра и природа дождей нашли отражение в суре «Ал Хиджр». Роль гор, как своеобразных гвоздей, в стабилизации земной коры отражена в сурах «Весть» и «Пророки». Сура 2:275 дает предостережение о ростовщичестве, как о корне зла в экономике, что до сих пор не осмыслено бесчисленной армией финансистов со степенями и дипломами. Сура 5 дает глубокие представления о единобожии, о пророках, о злонамеренных искажениях откровений Свыше земными иерархиями.
А теперь обратимся к Корану непосредственно. «Ведь Мессия, Иса, сын Марйам, – посланник Бога и Его слово… – дух, сотворенный им. Веруйте же в Бога и Его посланников. И не говорите: „Бог – это Троица“. Удержитесь [от этих слов] – так будет лучше для вас. Воистину, Бог – Единственный Бог, пречист Он, и не может быть у него ребенка» (сура 4:171). «Мы ниспослали тебе [Мухаммед,] это писание (т. е. Коран) как истину для подтверждения того, что было [сказано] прежде в писаниях, чтобы предохранить их от [искажения]» (сура 5:48). «И каждый раз когда к ним являлись посланники [призывая] к тому, что не нравилось их сердцам, они одних объявляли лжецами, а других убивали» (сура 5:70). «Не веруют те, которые утверждают: „Воистину Бог – третий из Троицы“41, – нет божества кроме Единого Бога» (сура 5:73). «Мессия, сын Марйам, – всего лишь посланник. Много посланников задолго до него [приходили и] уходили» (сура 5:75). «Если ты сомневаешься в том, что Мы ниспослали тебе, то спроси тех, которые читают прежние писания. Ведь к тебе явилась истина от твоего Господа, так не будь же сомневающимся» (сура 10:94).
По прочтении Корана понимаешь, что вымыслы о некоем «исламском фундаментализме» могли придумать только те, кто никогда не брал в руки Коран с его уважительным отношением к каждому из Учений, ниспосланных Свыше. Либо те, кто злонамеренно и небескорыстно формирует ложные представления о сути Корана. А разного рода несуразности исторического ислама, которые связаны с отходом от Коранических откровений, допускаются мусульманской церковной иерархией в угоду правящим «элитам» мусульманских обществ. «Элитам» же в Коране дается характеристика: «И так Мы в каждом селении сделали вельмож грешниками его, чтобы они ухищрялись там, но ухищряются они только сами с собой и не знают этого» (сура 6:123).
Таким образом, если очистить христианство от его искажений заправилами библейского проекта порабощения человечества от имени Бога и внимательно вчитаться в Коран, вашему взору предстанет их абсолютная идентичность и вы поймете, что имеете дело с Единым Заветом, ниспосланным Свыше. Он учит нас тому, как в мире, согласии и справедливости организовать человеческое общество и построить прижизненный земной рай. Однако справедливость и счастье для всех на Земле не вписывается в мировоззренческие представления нынешних хозяев библейского проекта порабощения человечества от имени Бога. И потому знание и понимание Корана вне регионов традиционно мусульманской культуры – один из значимых факторов в деле предотвращения очередной мировой войны за интересы хозяев и заправил глобализации на основе Доктрины «Второзакония – Исайи».
Человечество, как было показано в главе 1, вступило в период становления новой логики социального поведения. Древнеегипетское знахарство понимало эту перспективу и назвало этот период Апокалипсисом. Да, это крах, но крах не человечества, а библейской концепции управления, систем толпо‑элитарного построения общества. Это крах мировоззренческой и нравственно‑этической несостоятельности нынешней «элиты». Дни ее пребывания в качестве таковой сочтены в соответствии с Законом Времени. Точнее и образнее о сути происходящего сегодня лучше Ф. И. Тютчева пожалуй не скажешь:
Был день, когда Господней правды молот
Громил, дробил Ветхозаветный Храм,
И собственным мечом своим заколот
В нем издыхал первосвященник сам.
Идеология Корана – это идеология высочайшей нравственности, осуждающая паразитизм на чужом труде, растление людей средствами алкоголя и генным оружием иного вида, а также азартными играми, развратом. Коран осуждает любые виды насилия, кроме священной защиты своего рода, своего народа, Правды‑Истины от враждебных посягательств. Нынешние представления о джихаде не имеют ничего общего с той священной войной за справедливость, о которой говорится в Коране. При этом Коран обязывает к просвещению тех, кто не знает Истины, а не к их уничтожению: «А если кто‑нибудь из многобожников просил у тебя убежища, то приюти его, пока он не услышит слова Бога. Потом доставь его в безопасное для него место. Это потому, что они – люди, которые не знают» (сура 9:6).
Для того чтобы возбудить отрицательное отношение к Корану и мусульманам, придуманы многочисленные схемы блокирования истинного понимания Корана для русскоязычного читателя, при этом все начинается уже на стадии перевода. Не случайно Пушкин называл переводчиков «подставными лошадьми просвещения». В первых переводах Корана на различные языки арабское слово «Аллах» переводилось как Бог. Однако позже его умышленно стали оставлять в арабском звучании без перевода, создавая тем самым впечатление, что у мусульман речь идет не о едином для всех, а о каком‑то их специфическом «боге» по имени «Аллах». Ведь если народами будет осмыслено, что Бог един, то возникнут сложности у тех финансовых кланов, которые во имя собственных интересов занимаются целенаправленным стравливанием народов по принципу «разделяй и властвуй».
Ведь именно они, подсунув каждому народу свою «куклу бога», организуют военные конфликты по всей планете (Чечня, Карабах, Афганистан, Ирак, Югославия, Ливия, Сирия и т. д.). Чтобы целостность Корана не была осмыслена, очередность сур изменена до неузнаваемости по отношению к той, в которой они были ниспосланы Мухаммеду. В общепринятом тексте они расположены в порядке убывания их объема. Сура 2 – самая длинная, третья – короче и так далее. В результате сура, ниспосланная первой, оказалась 96‑й, вторая – 74‑й, третья – 111‑й. Попробуйте понять смысл даже художественного произведения из 114 глав, разбросанных в случайной последовательности, и уж тем более целостного мировоззренческого произведения. Коран, в отличие от Библии, ниспослан в форме, защищающей содержание от искажения. Весь текст имеет ритмику белого стиха, несет неподражаемую стилистику и поэтику: незаметно даже слова не выбросишь. Библию же многократно переписывают целыми главами, а все ее письменные источники, датированные до Никейского собора, отсутствуют.
По прочтении Корана становится понятно, что все несуразности исторического ислама связаны с его отходом от коранических истин. А все, что происходило в Чечне, от начала до конца в корне противоречит кораническому учению. Все корни экстремизма уходят не в религию и уж тем более не в Коран, а в грубую политику, попирающую Коран и замешанную на кровавых прибылях и разбое. О том, что такое имеет место в мусульманском мире, мусульман и остальных людей предупреждал еще аятолла Хомейни – лидер антишахской революции в Иране: «Себялюбцы и деспотические правители использовали священную книгу (Коран) для антикоранических властей. Под разными предлогами и путем заранее спланированных заговоров они убрали истинных толкователей Корана, тех, кто познакомился с истиной, почерпнутой в Коране от Пророка… Они заложили основы для искажения Книги, Божественной Сунны и религии. И дело дошло до того, что становится стыдно от одного упоминания всего этого. И чем больше ширились эти основы, тем больше становилось всяких извращений и искажений, пока Священный Коран, который был ниспослан Господом Богом Мухаммеду в его полном прозрении для улучшения человечества и объединения не только мусульман, но и всей людской семьи, с тем, чтобы привести человечество в состояние, которого оно должно достичь, спасти этого носителя божественных качеств от сатаны и деспотичных правителей, установить справедливость в мире и передать власть в руки безгрешных духовных правителей, чтобы те передали ее достойным людям, был вытеснен из жизни, как будто он и не имел предназначения Наставления».
Дело дошло до того, что в руках продажных властей и порочных ахундов, которые были хуже деспотичных правителей, Священный Коран использовался как инструмент для насаждения насилия, жестокости и коррупции и оправдания угнетателей и врагов Господа.
К сожалению, в руках врагов, готовящих заговоры, и в руках неискушенных друзей Коран, книга, призванная определять судьбы, не использовалась и не используется нигде, кроме как на кладбищах и поминках. То, что призвано быть средством объединения мусульман и всего человечества и должно стать Книгой нашей жизни, превратилось в орудие раскола или вообще ушло из повседневной жизни» (Завещание. Предисловие, стр. 4, 5. По тексту издания Независимого Информационного Центра «Тавхид», Москва, без года издания, ISBN 5‑87298‑127‑9).
Мы должны, прежде всего, признать, что суть религии в реальном наличии обоюдосторонней связи человека с Богом, а не в наличии Священного писания, лежащего в почетном месте. Вероучение Мухаммеда – это действительно Откровение, но оно свободно от наваждений ровно настолько, насколько было свободно от них сознание самого Мухаммеда, да и дано это Откровение применительно к конкретно‑историческим условиям той эпохи.
Если бы все решалось непогрешимостью самого Писания, то, по‑видимому, Мухаммед мог бы задаться целью и оставить после себя «эталонный экземпляр» Корана, на чем были сосредоточены все усилия последователей Мухаммеда. Деятельность любого Пророка, прежде всего, ценна тем, что является наглядным примером взаимодействия человека с Богом. Любой человек способен в определенной степени осуществить роль Посланника по отношению к другим людям. Бог вел и ведет по жизни каждого, но реализуется это в соответствии с уровнем его нравственности, которая обеспечивает его миропонимание. Слова и обрядовые действия без наличия веры Богу по жизни превращаются в видимую форму, за которой нет жизненной силы.
Любое писание можно при желании и понять, и истолковать, приспосабливая под нужды толкователя, под его мировоззрение и нравственность. Именно это и происходит с исторически сложившимся исламом, отошедшим от жизненной практики Мухаммеда, в пользу бездумного цитирования Священного писания и поклонения молитвенному коврику.
Анализ глобальной истории человечества со времен древнеегипетского фараона Эхнатона‑Аменхотепа IV (1375–1325 гг. до н. э.) приводит к выводам о двойственной миссии пророков, начиная с Моисея. Жречество иерархии Амона, переродившись в знахарство, не смогло сокрыть идею единобожия от человечества, которое ставилось им под контроль, и сработало по принципу: «Не можешь противостоять – должен возглавить и увести на ложный путь». Вследствие этого культ единобожия Эхнатона, единобожие древней языческой Руси отличаются от единобожия, основанного на Библии и Коране. Библия и Коран злонамеренно едины в запугивании адом всех, кто не признает их Божественное происхождение и проявляет свою волю и собственное миропонимание вместо безоговорочно‑бездумного следования догматам веры. Наличие ада и рая представляется крайне немилостивым и недостойным Божественной воли, поскольку изначально предопределены некие «отходы производства», обреченные на нескончаемые мучения.
В противовес этим учениям верования русской цивилизации до ее крещения не включали в себя учений о вечном аде и рае. Такое мировоззрение делало людей свободными от морального террора и прямого подкупа, когда они вершат свои дела от души, а не из‑за чувства боязни или ради ожидаемого воздаяния раем. Двойственную роль в истории тех, кого официально провозглашают пророками, ярко раскрыл А. С. Пушкин в «Гавриилиаде».
Выполненный анализ соотношения священных писаний и жизненной практики позволяет нам сделать вывод, что исчерпание конфликта на Кавказе лежит в плоскости перемен ныне господствующей общественной нравственности.
Мы должны согласиться с общепризнанным мнением простых людей, что организованная преступность и терроризм имеют в России специфическую национальную окраску. В этой криминальной статистике выражается сохраняющийся родоплеменной уклад жизни отдельных регионов России и сопутствующие этому укладу клановые принципы коллективного соучастия в одном преступлении на основе кровного или духовного родства. Без перемен в жизненном укладе борьба с такой преступностью эффективна, если за преступления младших автоматически отвечали бы не только они сами, но и старшие в иерархии клановых отношений.
С момента вхождения Чечни в состав Российской империи наши народы стояли на разных ступенях общественного развития. Горские народы жили родоплеменным строем, допускавшим прямое рабовладение. Общественная нравственность в Чечне такова, что и по сию пору позволяет, обращая в рабов как своих бедняков, так и захваченных пленников, содержать их на цепях в специальных камерах для рабов (зинданах) и выводить их на этих же цепях для каторжного труда. Россия до 1917 года жила сословно‑кастовым строем, в котором рабовладение реализовывалось в завуалированной форме – сначала в форме крепостного права, а потом в форме частной собственности на средства производства коллективного пользования. При этом Россия тернистым путем, путем грубых трагических ошибок, попадаясь на провокации типа марксизма, всегда искала путь к ликвидации рабовладения, к справедливости, к ликвидации паразитизма одних слоев на труде и жизни других.
События 1990‑х годов были в этом плане шагом назад, они привели в Кремль «демократизаторов», реализующих наиболее изощренные схемы глобального угнетения. Если в Чечне сохранившееся рабовладение носило персонифицированный характер и затрагивало конкретных людей, то в России была применена схема, в которой в неосознанное рабство, с петлей из ростовщического галстука на шее вместо цепей, попадает каждый из участников общественно‑полезного созидательного труда. Это угнетение реализуется глобальными ростовщическими банковскими кланами и их управленческой периферией – новоявленной ростовщической и финансово‑посреднической шпаной России. Доходность от ссудного процента по кредиту в безумных грабительских значениях от 13 до 210 % в год многократно превышала теоретически возможные доходности в производстве, разоряя всех без исключения его участников. Благополучие в России возможно только в тех сферах деятельности, которые общественно вредны (перекачка ресурсов на Запад, алкоголь, табак и иные виды генного оружия) или общественно бесполезны (обмены валют, фондовые и финансовые операции и т. п.). Те, кто осуществляют антиобщественную деятельность, жируют на узаконенном грабеже принадлежащих всему народу природных ресурсов, на грабеже участников производительного труда и сферы обслуживания, обреченных на нищенское существование.
Поэтому, если, по совету Козьмы Пруткова, зрить в корень, то мы должны признать, что Чечня была права, оказывая сопротивление Кремлю в установлении режима ростовщического угнетения, гневно осуждаемого Кораном (сура 2, аят 275). Кровавая бойня началась в отместку после того, как государственная власть Чечни выступила против антинародной линии, поддержала ГКЧП, а фактически единство Союза. Беда этой власти была в том, что она попалась на провокацию, не рассмотрела механизм ГКЧП как спектакль, заранее спланированный и срежиссированный хозяевами «демократизаторов».
Вместе с тем, подавляя архаичное рабовладение внутри Чечни, Кремль также, бесспорно, прав. Прикрывающиеся свободолюбием чеченские старейшины не противодействовали, когда грабеж транзитных поездов в Чечне стал «народным промыслом», они не противодействовали расцвету финансовых аферистов на чеченских банковских– АВИЗо. Не слышали мы и того, чтобы депутаты Чечни в Думе вели борьбу с ростовщическим угнетением в России.
Так что российско‑чеченский конфликт – это борьба «элит» этих двух сторон за право на реализацию собственного способа осуществления рабовладения. При сохранении мировоззренческих стандартов рабовладения этот конфликт в принципе неразрешим, и в нем нет абсолютно правых и абсолютно виноватых. При этом каждая сторона осознавала свою правоту, не видя правоты другой, и таким образом конфликт был выгоден глобальным финансово‑ростовщическим кланам и будет подогреваться и управляться ими ровно столько, сколько потребуется мировому закулисью, либо до тех пор, пока оно не будет отсечено от управления устанавливающимся в России самовластием народа.
Эффективное исчерпание конфликта возможно лишь на пути преодоления любого разноликого рабовладения во всех его формах и проявлениях. Невозможно, опираясь на одно зло, победить другое зло. Древняя буддистская мудрость в 17‑й главе («О Гневе») гласит: «Да победит он гнев отсутствием гнева, недоброе – добрым, да победит он скупость щедростью, правдой – лжеца». Настала пора отказаться от многих традиций отцов, чтобы вспомнить традиции праотцов. В Древней Руси пленных кочевников – степняков – уводили вглубь территории, давали землю, и через одно‑два поколения они становились русскими, обогащая культуру Руси своим миропониманием. Именно в этих мудрейших традициях с целью разрушения родоплеменного уклада, склонного к рабовладению, в 1944 году стремящимся к самовластию нашего государства И. В. Сталиным было осуществлено переселение части горских народов с их исторической Родины[6]. Троцкист Хрущев прервал этот процесс прежде, чем он вошел в стадию необратимости.
Со времен, предшествовавшим крещению, Русь живет в губительном для нее дефиците управленческих кадров государственного аппарата, чьи, прежде всего, нравственные, мировоззренческие, профессиональные качества отвечали бы потребностям и чаяниям простого народа, потребностям обеспечения стратегии бескризисного общественного развития: именно об этом говорят легендарные слова: «Земля у нас обильна, наряда (т. е. управления) только нет». Во имя разрешения этой проблемы в стране идет активная подготовка принципиально новой, внеэлитарной, кадровой базы.
Коран, как основа Ислама, – это серьезное мировоззренческое произведение, и, как известно, он содержит особые суры, которые оказывают мистическое воздействие на тех, кто регулярно читает их, глубоко вникая в суть. К нам поступали неоднократные обращения с просьбой назвать эти суры. Именно поэтому мы и приводим их в порядке заключения, переводя при этом арабское слово Аллах на русский язык:
2:255 Бог Всевышний, нет божества кроме Него, вечно живого, вечно сущего. Не властны над ним ни дремота, ни сон. Ему принадлежит то, что на небесах, и то, что на земле. Кто же станет без его соизволения заступничать перед ним?
2:256 Нет принуждения к вере. Уже [давно] истинный путь различили от ложного. Тот, кто не верует в идолов, а верует в Бога, уже ухватился за прочную вервь, которая не рвется. Бог – слышащий и знающий.
113:1–5 Во имя Бога милостивого милосердного
Ищу убежища у Господа рассвета
от зла того, что Он сотворил,
от зла ночного мрака, когда он застилает [мир],
от зла дующих на узлы [колдуний],
от зла зависти завистника.
114:1–6 Во имя Бога милостивого милосердного
Ищу убежища у Господа людей,
царя людей,
Бога людей
от зла искусителя, исчезающего [при упоминании имени Бога], подвергающего искушению сердца людей, джиннов и людей [представляющего]. 1: 1–7 Во имя Бога, милостивого, милосердного Хвала Богу – Господу [обитателей] миров, милостивому, милосердному, властителю дня Суда!
Тебе мы поклоняемся и к тебе взываем о помощи:
веди нас прямым путем,
путем тех, которых ты облагодетельствовал,
не тех, что [подпали под твой] гнев, и
не [путем] заблудших (иудеи и христиане
соответственно. – Наше пояснение).
Глава 12 От мировоззрения эпохи Рыб к миропониманию эпохи Водолея
Он звезды сводит с небосклона,
Он свистнет – задрожит луна;
Но против времени закона
Его наука не сильна.
А. С. Пушкин
«Глобализация» – термин политологии, только в последние годы XX столетия ставший достоянием сознания тех, кто интересуется политикой и экономикой. Именно в это время «глобализацией» стали называть совокупность экономических и общекультурных явлений, которые воздействуют на исторически сложившиеся культуры народов, проживающих в разных частях планеты. При этом глобализация отчасти разрушает их, а отчасти собирает в некую – ныне пока еще только формирующуюся – глобальную культуру, которой предстоит в исторической перспективе объединить все человечество. Хороша ли будет эта культура либо плоха? – вопрос пока во многом открытый.
«Антиглобалисты» – люди, по разным причинам выступающие против «глобализации». Однако, к сожалению, в своем большинстве они не утруждают себя тем, чтобы понять, за что и против чего они борются, и потому у них не получается ничего, кроме массового уличного хулиганства. Такое неопределенное по существу и явно разрушительное по форме отношение представляет собой не меньшее насилие над людьми, как и исторически реальная «глобализация», осуществляемая на основе Доктрины «Второзакония – Исайи». При внимательном рассмотрении выступления антиглобалистов оказываются организованными и профинансированными теми силами, против которых они якобы борются. Цели финансирования вполне очевидны: «Нет, уж лучше глобалисты, чем их противники», – вполне обоснованно заявляют простые люди. В то же время люди, наделенные совестью, здравым смыслом и глубоким пониманием, способны найти разумное общечеловеческое разрешение этой проблемы.
Дело в том, что глобализация исторически реально проистекает из разносторонней деятельности множества людей, преследующих свои личные и групповые интересы. И эти интересы в большинстве своем не содержат глобальных целей. То, что ныне называется «глобализацией», имело место и в прошлом, но не имело имени. На протяжении всей видимой истории нынешнего человечества «глобализация» проявлена как процесс взаимного проникновения национальных культур друг в друга.
В прошлом глобализацию стимулировала международная торговля и политика завоеваний, а ныне она стимулируется большей частью непосредственно технологическим объединением народных хозяйств разных стран в единое мировое хозяйство человечества.
Экономическая составляющая глобализации на протяжении всей истории доминирует над ее другими аспектами и представляет собой процесс интеграции производительных сил (населения разных частей планеты и их ресурсов) в единую хозяйственную систему человечества, в результате чего в мире становится все меньше хозяйственных единиц, изолированных как от этой системы в целом, так и от прочих ее фрагментов. При этом имеет место унификация организации управления производительными силами в разных частях планеты, стандартизация в глобальных масштабах техники, технологий, продукции. При этом надо ясно понимать, что современное человечество и любое национальное сообщество (включая реликтовые первобытные культуры, застрявшие до настоящего времени в каменном веке) не могут существовать без управляемых систем производства и распределения продукции.
Все это в совокупности означает, что глобализация – процесс исторически объективный. Он порожден не волей тех или иных «глобализаторов» и протекает вне зависимости от желания и воли каждого из противников некой «глобализации вообще», неопределенной по содержанию. И хотя такого рода мифы в обществе существуют, реально глобализация проистекает из деятельности множества людей, действующих по своей инициативе в обеспечение своих частных – и вовсе не глобального масштаба – интересов.
Именно по этой причине бороться с глобализацией методами национального обособления и изоляционизма невозможно. В истории тому есть наглядные подтверждения. Так, попытка противостоять глобализации со стороны Японии, начатая в Средние века при соприкосновении с библейской культурой европейцев, завершилась тем, что во второй половине XIX века Япония была «вскрыта» США и Британией как ракушка – в ультимативном порядке под угрозой применения военной силы. Еще более печальной была судьба цивилизаций доколумбовой Америки. Они пали жертвой глобализации, проистекающей из Доктрины «Второзакония – Исайи» главным образом потому, что не смогли дать захватчикам достойного отпора.
Возможно, та же история произошла с древнерусской православной культурой, народ которой жил в любви, правде, доверии и… деревянных городах и деревнях.
Во второй половине XX века в интервью, показанном по Первому каналу российского телевидения 07.07.1993 г., бывший глава правительства Японии Ясухиро Накасоне сказал, что главным из того, что он сделал на посту премьер‑министра, является создание в Японии Института изучения глобальных проблем.
Создание института такой направленности, финансируемого государством, имеет смысл, если Япония признает за собой глобальный уровень значимости своей политики. Можно предположить, что, вне зависимости от официальных заявлений правительства, Япония намерена следовать глобальной концепции в решении изучаемых этим институтом проблем. Причем эта концепция будет отлична от Доктрины «Второзакония – Исайи».
Не исключено, что один из вариантов антиглобализма в отношении глобализации по‑западному, осуществляемой на основе Доктрины «Второзакония – Исайи», это глобализация по‑японски, хотя в мире существуют объективные предпосылки и к другим вариантам глобализации, в том числе и глобализации по‑русски.
Если теоретически задаться целью – остановить глобализацию, то необходимо повсеместно прекратить экспортно‑импортные операции, ликвидировать туризм, трудовую миграцию населения, творчество и гастроли деятелей различных видов искусств, художественные и прочие выставки, переводы с языка на язык деловой корреспонденции, художественных произведений и научных трактатов, свести к минимуму дипломатическую деятельность и искоренить мафии.
Очевидно, что такие «искренние» попытки борьбы против «глобализации вообще» – как жизненного принципа развития нынешней цивилизации на планете – лишены содержательного смысла. Однако и смириться с глобализацией в том виде, в каком она реально протекает, сопровождаясь глобальным биосферно‑экологическим кризисом и множеством социальных кризисов там, куда проникает современный капитализм западного образца, – означает подвергнуть будущее человечества тяжким бедствиям.
Глобализация проистекает из частной деятельности множества людей, преследующих свои личные цели и не думающих в масштабе планеты как целого. Однако внимательное отношение к истории и обобщение фактов указывает на то, что глобализация носит управляемый характер. В основе этого управления лежит Доктрина «Второзакония – Исайи» и обслуживающая ее библейская культура, включая науку западной региональной цивилизации. Почему это стало возможным?
В силу объективной разницы в уровне материальной свободы и горизонта планирования своей жизни разными людьми.
Обычный человек или обыватель использует свои знания и свою жизненную силу преимущественно для решения задачи выживания, рождения и становления детей. Ему не хватает ни сил ни времени на то, чтобы посмотреть на происходящее в масштабе всей своей жизни или тем более нескольких поколений.
В то же время, в человечестве всегда существовали и будут существовать социальные группы, участники которых в преемственности поколений преследуют определенные цели в отношении человечества в целом. Для этого они разрабатывают и применяют долгосрочные средства достижения целей, которые в силу их масштаба невидимы для большей части человечества.
Одной из таких групп около 3000 лет тому назад стала иерархия посвященных Древнего Египта, которая, после того как во времена Рамзеса Великого Египет потерпел поражение от хеттов, первая в истории нынешней цивилизации начала «холодную войну» за осуществление безраздельного мирового господства от имени Бога. Это необходимо отметить для дальнейшего освещения экономических аспектов глобализации, хотя тема появления в политике Доктрины «Второзакония – Исайи» относится к предметной области исторической, а не экономической науки.
Выбор целей и средств их осуществления обусловлен нравственностью тех или иных «глобализаторов». Это означает, что разными политиками, народами и их культурами глобализация, как таковая, может быть ориентирована на достижение взаимоисключающих целей. При этом она может осуществляться взаимоисключающими средствами по взаимно исключающим друг друга концепциям организации жизни общества и по вытекающим из них разнонаправленным политическим сценариям.
В своем финансово‑экономическом аспекте концепция нынешней глобализации представляет собой доктрину скупки мира со всем его содержимым, включая население регионов, на основе корпоративной транснациональной монополии на ростовщичество, то есть корпоративной монополии на институт кредита со ссудным процентом.
Рассмотрение функционирования института кредита со ссудным процентом не в аспекте самоокупаемости изолированно рассматриваемого кредитора, а в аспекте функционирования кредитно‑финансовой системы в целом позволяет выявить два свойства, ему присущих.
ПЕРВОЕ. Институт кредита со ссудным процентом в терминах раздела математики, именуемого «теория игр», представляет собой «игру с ненулевой суммой», то есть такую «игру», принципы построения которой во всех случаях гарантируют выигрыш только одной из сторон при любых стратегиях всех прочих участников «игры». В данном случае выигрыш гарантирован – корпоративному кредитору, хотя в пределах корпорации ростовщиков некоторые из «кредиторов» могут «проиграть», то есть разориться.
ВТОРОЕ. Институт кредита со ссудным процентом представляет собой корпоративное средство макроэкономического управления социально‑экономическими системами.
И то и другое можно показать математически строго на основе анализа финансового обращения. По сути дела в обществе, признающем правомочность кредитования под процент, институт кредита со ссудным процентом является неиссякаемым источником нетрудовых доходов мафиозной корпорации ростовщиков.
Все множество сделок купли‑продажи в обществе, где есть институт кредита, можно разделить на два класса:
● сделки, осуществление которых возможно без того, чтобы покупатель прибегал к услугам кредиторов;
● сделки, осуществление которых возможно только с привлечением кредитных средств.
Решение же о том, предоставить кредит либо отказать в кредитовании, в конечном итоге, находится в компетенции кредитора: при макроэкономическом масштабе рассмотрения – кредитора корпоративного, интересы которого могут быть выражены как в неписаных культурных традициях общества, так и в его юридической практике.
Кроме того, институт кредита со ссудным процентом порождает в кредитно‑финансовой системе нехватку платежеспособности производств и населения по отношению к заявленной стоимости продукции, выставленной на продажу, а также и некоторый объем заведомо неоплатной задолженности. Ведь процентные доходы имеют экспоненциальную зависимость (процент на процент), вследствие чего обгоняют рост финансовых доходов производства и потому не имеют должного товарного обеспечения. Объем заведомо неоплатной задолженности некоторым образом временно распределяется среди финансовых участников, большинство из которых узнает о ее наличии только тогда, когда корпоративный кредитор предъявляет счета к оплате. Такое предъявление «счетов к оплате» и является началом системно запрограммированных финансовых кризисов. Эта заведомо неоплатная задолженность, практически выражающаяся как заведомо программируемая нехватка средств платежа в торговом обороте по отношению к ценам, заявляемым продавцами, может быть покрыта за счет двух источников.
Первый – дополнительная денежная эмиссия, которая ведет к снижению покупательной способности платежной единицы, а при больших объемах задолженности – к разрушению устойчивых межотраслевых пропорций, дефициту оборотных средств и, как следствие, к разрушению структуры макроэкономической системы. Это просто по определению не может не происходить в постсоветской России, где ставки кредитования доходили до 210 % годовых и никогда не выходили из зоны двузначных значений.
Второй – прощение нереальной к возврату задолженности кредиторами.
Если первый источник, позволяя решить одну проблему, создает другую, то второй свободен от негативных сопутствующих эффектов. Исторически так сложилось, что первый (эмиссия) в большинстве случаев находится в руках государства, а второй – в руках частных лиц – участников корпорации кредиторов.
Таким образом, объемы кредитования, спектр распределения кредитов по отраслям производства и иным сферам общественной деятельности, по регионам государств и планеты, формирование статистики сроков погашения кредитов – представляют собой средства макроэкономического управления в любом случае. Кроме того, при наличии в системе ссудного процента к этим средствам управления добавляются ставка ссудного процента (как одно из условий предоставления кредита) и адресное прощение неизбежно возникающей заведомо неоплатной задолженности.
При сосредоточении этих инструментов в руках частных лиц, которых общество рассматривает как разновидность частных предпринимателей, неизбежно образуется корпорация, от которой в финансовой зависимости оказывается все общество, вся его производственно‑потребительская система и государственность. Обладая этими средствами, такого рода корпорация может быть не хозяйкой сама себе, а инструментом макроэкономического управления в масштабах того или иного государства, региона, включающего несколько государств или мира в целом.
В исторически длительном процессе глобализации, осуществляемой на основе и в понятийных ограничениях западной культуры, психологическая потребность побыстрее рассчитаться с заимодавцем была одним из важнейших факторов мотивации к труду и научно‑техническому творчеству для множества людей во многих поколениях. При этом кредитная удавка и мотивация к скорейшему расчету с ростовщиком:
● с одной стороны, стимулировала научно‑технический прогресс;
● а с другой стороны, стимулировала изрядную часть населения к ведению экономической деятельности по принципу «цель оправдывает средства».
Вследствие этих особенностей исторически реального характера глобализации научно‑технический прогресс в региональной цивилизации Запада опередил нравственно‑этическое развитие населения.
И именно обусловленная этими особенностями библейской культуры совокупность нарушений норм человеческой нравственности и этики в ведении бизнеса на протяжении многих веков привела к нынешнему глобальному биосферно‑экологическому кризису, сопровождающемуся разнородными социальными кризисами во всех регионах планеты.
Но возможно и другое направление развития цивилизации. Например, в книге «Третий глаз» тибетский лама Лобсанг Рампа пишет: «Может показаться, что Тибет, в котором нет стекол, подзорных труб и зеркал, – какая‑то чудная страна. Но наш народ нисколько не чувствует себя несчастным из‑за этого. Он точно так же отказывается и от колеса. Колесо служит скорости, то есть цивилизации. Мы давно поняли, что деловая жизнь столь стремительна, что не оставляет никакого времени на познание духа. Наш физический мир развивался медленно, так что вместе с ним развивались наши эзотерические познания – познания о тайном и скрытом. Тысячелетиями мы проникали в тайны ясновидения, телепатии и других областей метафизики. Действительно, некоторые ламы могут, например, раздевшись донага, сесть в жуткий мороз на снег и силой мысли растопить его под собой, но они никогда не будут делать это на потеху любителям острых ощущений. Ламы, добившиеся высших познаний в оккультных науках, могут оторваться от земли и парить в воздухе, но и это они не станут демонстрировать, чтобы просто позабавить более или менее наивную публику».
К этим утверждениям Лобсанга Рампы можно относиться по‑разному, но именно они характеризуют качественное отличие между двумя подходами к направленности развития человечества. Подобное осознание начинает проявляться и в головах мировых лидеров. Не случайно в апреле 2011 года руководитель МВФ Стросс Кан заявил: «Кризис разрушил интеллектуальные основы мировой экономики, которыми мы руководствовались на протяжении четверти века. Теперь нам нужна глобализация нового рода, более справедливая глобализация, глобализация с человеческим лицом».
Отказ тибетцев от колеса в древности остановил у них технологический прогресс, вследствие чего общественное устройство на протяжении веков в Тибете оставалось неизменным. При этом надо признать, что тибетская «элита» не только декларировала принцип «положение обязывает…», но и следовала ему. Это и отличало ее от «элиты» библейской региональной цивилизации и, в особенности, от «элиты» в России, где всякая «элита» норовит обязать всех вокруг, но самой не быть обязанной кому бы то ни было, в том числе и Богу. Тибетская же «элита» держала себя в определенной самодисциплине и давала жить другим в соответствии с понятиями о жизни, свойственными культуре Тибета, сдерживая при этом государственными средствами проявления страстей и гонку потребления «материальных благ», которой жила и живет ныне региональная цивилизация Запада на основе библейской культуры. Нечто подобное Тибету имело место и в средневековой Японии, где колесо и лошади были разрешены для правящей «элиты» и запрещены для простонародья.
Эти общества были неизменными на протяжении многих веков вследствие отсутствия технологического прогресса, под давлением которого в обществе изменяется структура занятости и характер сфер деятельности, что влечет за собой изменение мировоззрения, господствующей нравственности и, в конечном итоге, общественного устройства, что может носить и характер социальной катастрофы.
Запад же с появлением библейской Доктрины «Второзакония – Исайи» и управления глобализацией на основе скупки мира корпорацией кредиторов стал уникальным на Земле общественно‑политическим явлением и отличался с самого начала и от древней Америки, и от Востока Евразии, в культурах которых ростовщичество не играло роли системного фактора глобальной значимости.
Наряду с ростовщичеством, колесо на Западе было известно и использовалось повсеместно если не с каменного, то с конца бронзового века без каких‑либо ограничений. Весь технологический и организационный прогресс Запада, до начала XX века протекавший большей частью в русле механики, был бы невозможен без колеса. С середины XIX века научно‑технический прогресс в библейской культуре вышел из русла механики и стал опираться на другие отрасли науки, вследствие чего к концу XX века именно культура региональной цивилизации Запада сформировала облик техносферы всего человечества. Научно‑техническими достижениями Запада в разной степени пользуются и другие региональные цивилизации, а также отчасти и представители кое‑где сохранившихся реликтовых первобытных культур.
При этом интеллектуалы Запада декларируют его лидерство в деле глобального цивилизационного строительства человечества, не замечая при этом паразитарного потребительского характера своей исторически сложившейся культуры и не зная, что делать с ее разрушительным воздействием на человека и биосферу Земли.
О каком лидерстве можно говорить, если население «передовых», наиболее продвинутых в технологическом и юридически‑организационном отношении стран – самая болезненная часть человечества, а вид «Человек разумный» – наиболее обремененный болезнями вид в биосфере Земли? Но, вопреки этому, многие интеллектуалы Запада искренне убеждены в его культурном лидерстве.
Экономическая деятельность, включая и паразитическую составляющую, – это субкультура самоуправления общества в части его хозяйственной деятельности и потреблении произведенного. И она является только одной из множества граней культуры в целом. Очевидно, что хозяйственная деятельность и организация потребления произведенного обусловлены уже сложившимися идеалами и этикой, проистекающими из реальной, а не лозунгово‑декларативной нравственности активных поколений. И, в свою очередь, реальная экономика каждой эпохи оказывает свое воздействие на формирование нравственности, идеалов и этических норм входящих в жизнь новых поколений.
Различие в нравственности и идеологии (обществ без идеологий не бывает: даже декларации о «деидеологизации общественной жизни» – своеобразная идеология) выражается в ориентации хозяйственной деятельности общества на удовлетворение разных, но вполне определенных потребностей множеств людей – социальных.
И есть концепции общественного самоуправления, с позиций которых главная проблема современной глобальной экономики не в создании «финансовых рынков» там, где их нет, а в избавлении множества производителей от тирании организованного ростовщического и спекулятивного, прежде всего надгосударственного, финансово‑кланового паразитизма на труде людей.
В частности, Коран в принципе запрещает кредитование под процент, но рекомендует безвозмездное вспомоществование и дар, не подлежащий возврату. В экономике Японии никогда не было свободного ссудного процента, а ставка кредитования в середине 1960‑х годов была на уровне 0,5 %. В таких условиях «финансовый рынок» невозможен, поскольку спрос на кредиты всегда превышает возможности их предложения. Потенциальные проблемы так называемых переходных стран – защита инвестиций. Но из анализа финансовых оборотов на территории СНГ следовало бы сказать прямо: защита инвестиций от свободного ссудного процента, от западных финансово‑экономических навыков.
Разные культуры, вследствие того, что им объективно свойственны разные идеалы и выражающие их концепции, могут сотрудничать только в осуществлении совпадающих или взаимно дополняющих целей. Но сотрудничество в отношении осуществления антагонистичных целей возможно лишь как эпизод, но не как устойчивый процесс.
Паразитический характер глобализации такой, какова она есть, признают и отечественные аналитики. Из всего опубликованного по теме глобальных финансовых кризисов на наиболее важное для жизни каждого человека в обществе обстоятельство указал главный редактор журнала «Эксперт» Валерий Фадеев еще по отношению к кризису 1998 года: «Двести миллиардов долларов – гигантскую сумму – мог выставить Китай в борьбе за сохранение стабильности гонконгских финансовых рынков. Девятьсот миллиардов долларов могли выставить против Гонконга спекулятивные фонды! „Пузырь“ оказывается столь мощной силы, что в состоянии решающим образом влиять на базовые экономические процессы, на основе которых он, собственно, и раздулся. Значит тот, кто владеет „пузырем“, владеет и реальной экономикой».
По нашему мнению, биржевой «пузырь» – своего рода «грыжа экономики», наряду с институтом кредита со ссудным процентом тоже представляет собой средство макроэкономического управления, достигшее в своем развитии глобальных масштабов. При этом те, кто управляет «пузырем», управляют и реальной экономикой; а кроме того, они владеют, как живой собственностью, и всеми теми, кто не управляет «пузырем».
Но заявить так прямо и недвусмысленно В. Фадеев постеснялся, хотя далее пишет о «пузыре» именно как об инструменте осуществления власти, то есть как о средстве управления: «Таким образом, финансовый рынок – это не просто поле для зарабатывания денег. Несмотря на свой неустойчивый, почти виртуальный характер, он становится инструментом в борьбе за мировые ресурсы, рынки, за политическое влияние».
При этом В. Фадеев признает паразитическую культуру Запада безальтернативной, вследствие чего выражает готовность сдаться на милость ее заправилам и по существу призывает к этому других. В завершающих абзацах своей статьи он пишет следующее: «Ну, а правила игры на финансовых рынках – это нечто незыблемое, это фундамент мира, поэтому даже если вас обобрали до нитки, то утешьтесь тем, что вы нашли в себе мужество соблюсти правила игры. Будем теперь соблюдать эти правила и мы».
Следует отметить, что в России существует Институт проблем глобализации, директором которого является достаточно широко известный приверженец западных школ «экономической науки» Михаил Делягин. В своих выступлениях он никогда не говорит о происхождении концепции исторически реальной глобализации, ее характере и перспективах, а также о возможных альтернативах. Это дает основания утверждать, что Институт проблем глобализации в России работает на осуществление глобализации, характер которой исторически сложился в соответствии с библейскими рекомендациями Доктрины «Второзакония – Исайи».
И хотя в настоящее время декларации о достижении экономического благополучия звучат примерно одинаково во всех странах, но в различных региональных цивилизациях планеты нет одинакового осознания целей социально‑экономического и общекультурного развития национальных обществ и человечества в целом и методов их достижения.
Не сложилась и одинаковая логика социального поведения, общая для всех регионов планеты. Но ни одна из сформировавшихся в них «логик социального поведения», в исторически сложившемся к настоящему виде каждой из них, не может стать общей всему человечеству без того, чтобы не вызвать разнородных конфликтов, чреватых глобальными региональными катастрофами культуры. Это и является главным тормозом, делающим невозможным беспроблемное завершение глобализации.
Выработка же и распространение общей для всего человечества логики бесконфликтного социального поведения – главная проблема всякого политического проекта как глобализации, так и благоустройства жизни в любом регионе планеты, а также того или иного государства.
Дальнейшее существование человечества при изменившемся характере взаимодействия со средой обитания требует изменения качества культуры, прежде всего, в аспектах воспитания, формирования психики личности и образования. Это изменение качества культуры требует от людей персонального освоения ими генетически предопределенного потенциала личностного развития.
И это приводит к вопросу о том, есть ли на Руси так называемая «национальная идея» и способна ли она стать концепцией глобализации эпохи Водолея?
Глава 13 Русь – цивилизация глобальной значимости
У ней особенная стать –
В Россию можно только верить.
Ф. И. Тютчев
Слово «русский» в нашем его осмыслении означает особое миропонимание, идеалы нравственности и этики, принадлежность к цивилизационной общности, а не строчку в паспорте, не национальность. Это действительно так, ведь даже открыв энциклопедию, вы прочтете: великий русский поэт А. С. Пушкин, великий русский художник Исаак Левитан, великий русский языковед В. И. Даль. Они, как и многие другие, не были «русскими по национальности», но ни у кого не возникает сомнений в их принадлежности к особой русской культуре, отличной от культуры иных региональных цивилизаций. И они – не единственные творцы русской многонациональной культуры, в чьих жилах текла иноплеменная кровь. Размышляя на тему дружбы народов, В.В.Путин сказал: «Для планеты мы, независимо от нашей этнической принадлежности и государственных границ, были и остаемся единым народом. Вспоминаю одну из своих встреч с ветеранами. Там были люди разных национальностей: и татары, и украинцы, и грузины, и русские, разумеется. Один из ветеранов, не русский человек по национальности, сказал: „Для всего мира мы один народ, мы русские“».
И именно такое восприятие слова «русский» характерно для нашего народа на бессознательных уровнях психики, а проявляется оно через устоявшиеся обороты речи. Вслушайтесь: «немецкий человек», «американский человек», «грузинский человек» – не звучит, так говорить не принято. А вот «русский человек» звучит вполне определенно, впрочем, так же, как «западный человек» или «восточный человек». Русский – это понятие наднациональное, объемлющее по отношению к национальности. Ведь русский немец, русский еврей не станут ни немецким, ни еврейским русским даже после переезда в Германию либо Израиль. Но если они самоотверженно служат России – они русские.
Отличие русской региональной цивилизации от прочих региональных цивилизаций планеты состоит в том, что она породила общую для всех ее народов культуру и государство, границы которого в истории последних нескольких веков совпадают с границами цивилизации. Именно вследствие этого за пределами наших границ все мы для иностранцев – «русские», без различия наших национальностей: великоросс («русский»), татарин, башкир и т. п. В других региональных цивилизациях все наоборот: в пределах цивилизационных границ существует множество национальных государств, вследствие чего одно и то же слово «нация» («nation») обозначает и государство, и народ – нацию, создавшую моноэтническое государство, в котором так или иначе существуют проблемы этнически чуждых «нацменьшинств».
Особенно искренне и глубоко в этой связи звучат слова начальника Дербентского управления образования Надыра Казимова, который сказал: «Посмотрим историю: дагестанцы с гордостью говорили, что они – русские офицеры. Мы – русские духом дагестанцы. Наш успех – в рамках многонационального равноправного государства. Дагестанцы, дербентцы – неотъемлемая часть русского духа, мы его и формировали. Русский дух в Дагестане был и будет генетически. Мы рады, что такая идея развивается – сильного государства с равными правами всех народов…»
Именно по этой причине на основе иноземного менталитета слово «Русь» при поверхностном взгляде на жизнь воспринимается как название государства древности, не уместное в наши дни. Хотя в действительности это имя одной из региональных цивилизаций планеты, на протяжении нескольких веков развивающейся в границах общего для всех ее народов государства и по‑прежнему обладающей глобальной значимостью и потенциалом самобытного развития.
Суть своеобразия Руси в том, что Запад – региональная цивилизация, цивилизация материи. Восток – региональная цивилизация, цивилизация духа (в значении дух = информация). Русь – тоже региональная цивилизация, цивилизация меры. Она объединяет материю и информацию в их триединстве, в истинной троице, которую Бог любит, как гласит народная поговорка.
Если не относиться к былинам как к беспочвенным россказням, то можно узнать, что высшая внутрисоциальная власть – власть жизнеречения (в смысле «как изрек – так и будет») – в древнерусском обществе принадлежала той малоизвестной ныне социальной группе, которую былины именуют «каликами перехожими», «волхвами».
Эти высшие управленцы жили на основе чувства меры и никогда не выделялись богатством из остального общества. Их деятельность признавалась общественно полезной, и на их содержание выделялось 5 % валового национального продукта. Продвижение в систему высшей власти шло не на основе выборных процедур и не на основе ее узурпации, а через наилучшее освоение знаний о системе социального управления и выработку соответствующих навыков, подтверждаемых практикой их употребления и общественным признанием полезности. За сотни лет до формирования евро‑американского конгломерата без помпы и шума ими были решены такие цивилизационные задачи на огромной территории расселения множества племен, как единый язык, единые деньги, единая система мер и другие макропроекты общецивилизационной значимости.
Один из таких макропроектов – Змиевы валы. Это памятник той эпохи, система стратегических фортификационных сооружений, прикрывавшая Русь с юга от набегов степняков, компоненты которой простираются на десятки и сотни километров по территории современной Украины[7]. Такое невозможно построить и эксплуатировать в условиях племенной или удельно‑княжеской раздробленности.
То есть те вопросы, к решению которых лишь подступает западная региональная цивилизация, претендующая на то, чтобы всех прочих учить жить, – на Руси успешно решались еще в древности.
Так что Россия – и это очевидно, по крайней мере, со времени взятия Казани под державу Ивана Грозного, – действительно региональная цивилизация в границах одного многонационального государства, в котором внутренние войны – эпизоды, а не нормы существования. «100‑летняя война», «30‑летняя война» – это из истории Запада, а не России. Наша цивилизация развивалась внутренне мирно, никого не истребляя, как западная цивилизация (помянем хотя бы индейцев), издавна имела иерархически эшелонированную систему управления по полной функции, устойчивую ко всем вторжениям, как силовым, так и информационно‑алгоритмическим. Это обстоятельство и стоит за словами Ф. И. Тютчева: «у ней особенная стать», но в то время, когда он написал эти строки, факт этот был вне понимания как иностранцев, так и самих жителей Руси, и особенно ее культурных сословий, получивших образование на основе западной науки. Отсюда и проистекают общеизвестные строки, предшествующие тем, что мы вынесли в эпиграф: «Умом Россию не понять, аршином общим не измерить…», – которые мы в эпиграфе этой главы опустили.
Государственная власть на Руси – только один из властных эшелонов, причем не наивысший в иерархии управления по полной функции. Государственность менялась на Руси неоднократно, но ее цивилизационная суть оставалась неизменной и находила все более полное и яркое выражение в многонациональной русской культуре. Проследите историю – после каждого «ужимания» России под давлением военной или информационной внешней агрессии «цивилизационная гармошка» России расправлялась, включая в себя прежде сопредельные ей народы, когда те испытывали свои кризисы развития. Мысль экономиста из Армении Вазгена Авагяна дает представление о цивилизованных скрепах России: «Любой нормальный армянин с молоком матери получает простую мысль: сперва думай о России, а уже потом о себе. И это не какие‑то тонкие материи, а простой расчет: не станет России – пыли не останется и от Армении, и от армянства. Слова „Россия“ и „Жизнь“ на протяжении многих веков нашей истории были для нас синонимами. Можно сказать – „живем“, а можно сказать – „есть Великая Россия“ безо всякого ущерба для смысла…».
«Оцивилизовывать» Русь на свой манер в прошлом приходили и с Запада, и с Востока, и с Юга, но все они, кто не погиб в битвах, с течением времени становились русскими. Так будет и на этот раз, когда Запад, злоупотребив кризисом развития по псевдосоциалистическому пути, предпринял очередную попытку «оцивилизовать» Русь на свой манер.
Если Запад вовремя не одумается, то Русь может стать цивилизацией от Тихого до Атлантического океана. Это обусловлено полной ресурсно‑энергетической зависимостью Европы от России. Кроме того, на протяжении длительного времени Европа устойчиво демонстрирует неспособность решать задачи интеграции представителей разных этнически своеобразных культур, от Наполеона и Гитлера до Югославии и Греции. Политкорректность, скрывающая взаимную неприязнь и ненависть, и действительное единение людей – разные по своей сути явления.
Сущность наших особенностей в том, что Россия‑Русь в целеполагании, в общецивилизационном развитии более совершенна, чем Запад. Это непонятно только тому, кто несет в себе потребительски‑паразитическое отношение к планете Земля по принципу «после нас хоть потоп», а потому считает Русь отставшей от Запада. Хотя среди них многие убеждены в том, что именно они – истинно русские и именно они имеют право на все, а все прочие обязаны перед ними благоговеть и им подчиняться. Вопреки мнению этих псевдорусских, людей на Руси оценивали всегда по их личным качествам, а не по крови, и воспринимали человечество как часть биосферы планеты, а территориальную и социальную общность стремились, как отмечал Ф. И. Тютчев, спаять любовью, а не железом и кровью[8].
Французский геополитик Эмерик Шопрад сказал, что «Россия – источник надежды для народов мира… но что меня также интересует в России, это не только ее потенциал для создания мультиполярного мира и геополитического равновесия, это еще и отличная модель от западной цивилизационной модели, где во главу угла ставится человек, и которая полностью противоположна культу денег. Вот эта модель интересует меня чрезвычайно. И тут, по моему мнению, Россия может стать источником надежды для многих народов мира, потому что она несет в себе эту альтернативную цивилизационную модель».
К сожалению, в последние столетия человечество, подпав под «лидерство» Запада, делает глубоко ошибочный цивилизационный зигзаг.
Не осмыслив цели человеческой цивилизации, свою роль и место в биосфере Земли и Космоса оно отождествило прогресс не с освоением потенциала развития самого человека, а с чисто технократическим развитием. Это касается и нашей страны, но, к счастью, мы не лидеры в реализации этих тенденций. После устранения И. В. Сталина мы, в отличие от Запада и Востока, думаем, хотя бы иногда, о смысле жизни и не всегда безрезультатно. И потому у нас многим понятно, что долгосрочная перспектива этих в кавычках «успехов» будет такова, как изложено в Библии: «Многие же первые будут последними, и последние – первыми» (Евангелие от Марка, 10:31), – это к вопросу о «лидерстве» на технократическом пути развития.
Как Иона, если бы он упорствовал в отступничестве от Бога далее, мог бы погибнуть «во чреве китове», а кит мог бы выплюнуть его останки безо всякого вреда для себя, так и упорствующее в злонравии и безверии Богу человечество имеет возможность погибнуть в глобальном биосферно‑экологическом кризисе, после чего биосфера Земли просто отторгнет его останки, как это уже не раз бывало в прошлом. Мы – не первая человеческая цивилизация на Земле, о чем свидетельствуют многие находимые по всему свету артефакты, ставящие в тупик их истолкователей, которые привержены традиционно‑культовому историческому мифу о том, что на Земле не было цивилизации до того, как труд сделал из некой «обезьяны» человека.
В Коране об этом же глобальном биосферно‑экологическом кризисе людям говорится в предостережение прямо: «Бог есть Истина» (сура 31:29); «А если бы Истина последовала за их (по контексту: неверующих) страстями, тогда пришли бы в расстройство небо и земля и те, кто в них» (сура 23:73). И Бог, следуя вседержительно за страстями и отсебятиной людей, дает убедиться в том, что «земля и небо и все, кто в них», приходят в расстройство вследствие ошибочных целей развития человечества.
Известный грузинский аналитик Александр Чачия в интервью газете «Комсомольская правда» сказал: «Россия способна предложить миру альтернативу американской глобализации».
Это действительно так. Мы можем с удовлетворением отметить, что Россия сохранила 40 % девственной территории, доставшейся ей от Бога, Китай – 20 %, США – 10 %, Европа – практически ничего. Конечно, современные и перспективные техника и технологии позволяют «закатать Землю в асфальт» и настроить бетонных коробок, но они не позволяют воспроизвести повторно главное богатство человечества – дарованную Богом биосферу, частью которой является и сам «Человек Разумный». Неслучайно Богатство и Бог – в русском языке слова этимологически родственные, а на Западе появился новый показатель развития – «коэффициент дебетонизации территории».
Многие сегодня сумели оценить некогда привлекательные западные ценности: от заморских колбас и «ножек Буша», фруктов и овощей, до, с позволения сказать, искусства, музыки, кино. Все западные сорта фруктов и овощей выведены не для того, чтобы они были вкусны и полезны, а для того, чтобы они могли подольше сохранять «товарный вид» при длительных перевозках и хранении. Общество получает хоть и болезненную, но целебную прививку от всего того безбожия и зла, которые являются сутью культуры западной цивилизации.
Те, кто понимает историю и вариации перспектив течения глобального исторического процесса, просто считают ниже своего достоинства вступать в полемику с нынешними оракулами «цивилизованности на западный манер». Все они в любом из цивилизационно значимых вопросов просто не вышли из возраста, когда памперс является неизбежным атрибутом бытия. «Держись прощения, побуждай к добру и отстранись от невежд!» – сказано в Коране (7:199).
С усердием, достойным лучшего применения, Запад культивирует сексуальную распущенность, упрекая Русь в отсталости в этих вопросах. А вы не задумывались, почему в истории русской цивилизации всегда почиталось целомудрие обоих полов? Дело в том, что целомудрие в веках развивало и укрепляло генетику потомства, хотя достигалось это не всегда на основе осознаваемых людьми процессов. Родовые линии, не хранившие целомудрие, исчезали на основе естественного отбора из‑за разрушительного эффекта телегонии, о которых речь шла в главе 3. Эти факты замечали, и продолжавшие жить родовые линии считали целомудрие нормой жизни и учили детей следовать этой норме.
Именно из‑за этого у русского народа осуждалось совращение будущих матерей, и даже понятие было соответствующее – «испортить девку», а «порченной» выйти замуж было весьма проблематично, поскольку только Любовь способна нейтрализовать эффекты телегонии, но к этому не способна пылкая страсть, а проще говоря – похоть. Так же и мусульманской традиции свойствен категорический запрет на брак с женщиной, имевшей до замужества половые связи. Наука, да и то не все ее представители, признала наличие явления телегонии спустя много веков. Тем не менее, вопреки мнению скептиков, сильное влияние полевых характеристик каждого из половых партнеров на новорожденного – давно установленный факт. Так что хранящийся в душе русского народа идеал целомудрия – не признак темноты и отсталости от псевдоцивилизованного мира, в котором распущенность отождествлена по злому умыслу со свободой, а признак настоящей духовной культуры, идущей из глубины веков. Именно поэтому на одном из мировых форумов физиков выяснилось, что 80 % этих «иностранцев» родились, выросли и обучались в России. То есть наряду с бросающимся в глаза повальным пьянством и обилием пороков народ Руси имеет непревзойденный интеллект и генетику, хранимую его генетически устойчивым ядром. Не случайно В. В. Путин отметил что «…культура – это главная объединяющая субстанция нашей нации. И не так важно, что написано в графе „национальность“, важно, как человек сам себя идентифицирует, важно, кем он себя считает, важно, какие основополагающие культурные принципы в него заложены с детства, в какой среде он воспитывался и на что ориентируется в морально‑нравственном плане».
Так же значима и русская традиции совместного пения. У нас нет возможности развивать эту тему, отметим лишь, что у понимающих это действо называется вокалотерапией, способной исцелять человеческий организм. Каждый из наших органов резонирует на тот или иной гласный звук русского языка. Навязываемая же ритмика «поп‑музыки» во всех ее разновидностях чужда нашей генетике и разрушительно влияет на организм. Не будем забывать, что, в отличие от иных видов искусств, музыка помимо вашей воли всегда не только напрямую сгружается в бессознательные уровни психики, но и непосредственно воздействует на организм как на физический объект виброакустически.
Зачастую в процессе обсуждения особой значимости русской цивилизации возникает контраргумент об отсутствии в ее истории собственных пророков, то есть тех людей, к числу которых принадлежат основоположники так называемых «мировых религий».
Прежде всего, необходимо отметить, что Бог посылает пророков в мир для устранения ошибок в общественном развитии. То есть если общество в своем развитии зашло в тупик, из которого само выйти не способно, то пророк – внешний стимул для того, чтобы общество взглянуло на себя со стороны через его слова. Как пояснил Христос, больные нуждаются во враче, а не здоровые (Матфей, 9:12). И соответственно, если процесс саморазвития не остановился, то потребности в пророке общество не имеет; а тем, в чьей истории пророки были, ныне нечем особо гордиться, поскольку Единый Завет, который они несли людям, до сих пор не стал нормой жизни.
Кроме того, следует заметить, что публичное признание и объявление Пророками и их реальное наличие в жизни – это разные вещи. Если под Пророками понимать тех людей, кто получал системные знания, Откровения от Высшего Разума, от Бога, то они на Руси были. Но толстыми книгами и большими тиражами издают произведения и творят культ только тех Пророков, идейное наследие которых земным иерархиям удалось извратить и встроить в нужные разработанные ими политические сценарии. Собственно об этом уже приводившиеся строки А. С. Пушкина из его юношеской поэмы «Гавриилиада».
А. С. Пушкин, несомненно, по своей родовой генетике унаследовал ключи доступа к жреческим эгрегорам древности. Кроме того, и его няня Арина Родионовна была далеко не невежественная женщина из простонародья. О глубине проникновения А. С. Пушкина в тайны бытия можно судить даже по отдельным редким сюжетам, где он дает информацию в прямой незакодированной форме, но это особая тема, требующая для своего изложения не одной книги.
Приведем еще один пример пророческой миссии Русской цивилизации. Если присмотреться к основным персонажам в творениях Н. В. Гоголя, то можно обнаружить, что основные действующие лица нашей современности никак не изменили своего облика со времен персонажей, описанных им в «Мертвых душах». При этом полезно вспомнить, что некоторые сюжеты были рекомендованы Н. В. Гоголю другим пророком Русской цивилизации – А. С. Пушкиным.
После августа 1991 года хорошо стало видно, что при всем многообразии претендентов на пост президента страны только два из них имели реальный шанс быть избранными: Ельцин и Зюганов. В 1996 году появилась третья «пешка», у которой также был некоторый шанс «пройти в ферзи» – Лебедь. Однако при всем различии оглашаемых ими лозунгов наша и зарубежная пресса почему‑то обходила вниманием их внешнее сходство: все трое были «весьма похожи на средней величины медведя», хотя и «рычали» по‑разному.
А теперь процитируем Гоголя: «Чичиков взглянул искоса на Собакевича, он ему на этот раз показался весьма похожим на средней величины медведя. Известно, что есть много на свете таких лиц, над отделкою которых натура не долго мудрила, не употребляла никаких мелких инструментов, как то: напильников, буравчиков и прочего, – но просто рубила со всего плеча: хватила топором раз – вышел нос, хватила в другой – вышли губы, большим сверлом ковырнула глаза и, не обскобливши, пустила на свет, сказавши: „Живет!“».
Этот литературный портрет Собакевича можно с равным успехом отнести и к Ельцину, и к Зюганову, и к Лебедю.
Но и это не все: во внешнем и внутреннем описании Ноздрева легко можно узнать собирательный портрет Немцова и Жириновского вне зависимости от их личностных разногласий, которые они, привлекая внимание, с удовольствием демонстрировали публике: «Ноздрев был в некотором отношении исторический человек. Ни на одном собрании, где он был, не обходилось без истории. Какая‑нибудь история непременно происходила: или выведут его под руки из зала жандармы, или принуждены бывают вытолкать свои же приятели. Если же этого не случится, то все‑таки что‑нибудь да будет такое, что с другим никак не будет: или нарежется в буфете таким образом, что только смеется, или проврется самым жестоким образом так, что, наконец, самому сделается совестно. И наврет совершенно без всякой нужды».
А вот вам краткий и яркий портрет «яблочного» Явлинского: «Один Бог разве мог сказать, какой был характер Манилова. Есть род людей, известных под именем: люди так себе, ни то ни се, ни в городе Богдан, ни в селе Селифан, по словам пословицы. Может быть, к ним следует примкнуть и Манилова. На взгляд он был человек видный; черты его лица были не лишены приятности, но в эту приятность, казалось, чересчур было передано сахару! В следующую за тем минуту ничего не скажешь, а в третью скажешь: „Черт знает, что такое!“ – и отойдешь подальше; если же не отойдешь, почувствуешь скуку смертельную».
В. В. Путин представлен в образе князя‑ревизора, при этом не менее ярко отображена и общая атмосфера нашего общества, ситуация с чинопочитанием и коррупцией. Современность звучания текстов такова, что создается впечатление, что чернила еще не успели высохнуть. Процитируем выдержки из шестой неоконченной главы «Мертвых душ».
«В большом зале генерал‑губернаторского дома собралось все чиновное сословие города, начиная от губернатора до титулярного советника: правители канцелярий и дел, советники, асессоры, Кислоедов, Красноносов, Самосвистов, не бравшие, бравшие, кривившие душой, полукривившие и вовсе не кривившие, – все ожидало с некоторым не совсем спокойным ожиданием генеральского выхода. Князь вышел ни мрачный, ни ясный: взор его был тверд, так же, как и шаг. Все чиновное собрание поклонилось, многие – в пояс. Ответив легким поклоном, князь начал:
– Уезжая в Петербург, я почел приличным повидаться с вами всеми и даже объяснить вам отчасти причину. У нас завязалось дело очень соблазнительное. Я полагаю, что многие из предстоящих знают, о каком деле я говорю. Дело это повело за собою открытие и других, не менее бесчестных дел, в которых замешались даже, наконец, и такие люди, которых я доселе почитал честными. Известна мне и сокровенная цель спутать таким образом все, чтобы оказалась полная невозможность решить формальным порядком. Знаю даже, и кто главная пружина, хотя он и очень искусно скрыл свое участие. Я должен обратиться теперь только в одно бесчувственное орудие правосудия, в топор, который должен упасть на головы».
Но, как видно из дальнейшего выступления князя, сценарию, который можно назвать «Инквизитор», не суждено будет реализоваться.
«Содроганье невольно пробежало по всем лицам. Князь был спокоен. Ни гнева, ни возмущенья душевного не выражало его лицо.
– Все будет позабыто, изглажено, прощено; я буду сам ходатаем за всех, если исполните мою просьбу. Оставим теперь в сторону, кто кого больше виноват. Дело в том, что пришло нам спасать нашу землю; что гибнет уже земля наша не от нашествия двадцати иноплеменных языков, а от нас самих; что уже, мимо законного управленья, образовалось другое правленье, гораздо сильнейшее всякого законного. Установились свои условия; все оценено, и цены даже приведены во всеобщую известность. И никакой правитель, хотя бы он был мудрее всех законодателей и правителей, не в силах поправить зла, как ни ограничивай он в действиях дурных чиновников приставленьем в надзиратели других чиновников. Все будет безуспешно, покуда не почувствовал из нас всяк, что он так же, как в эпоху восстанья народ вооружался против врагов, так должен восстать против неправды. Как русский, как связанный единокровным родством, одной и тою же кровью, я теперь обращаюсь к вам. Я обращаюсь к тем из вас, кто имеет понятье какое‑нибудь о том, что такое благородство мыслей. Я приглашаю вспомнить долг, который на всяком месте предстоит человеку. Я приглашаю рассмотреть ближе свой долг и обязанность земной своей должности».
О какой земной должности человека говорит Н. В. Гоголь? Конечно, о должности быть Человеком, Человеком с большой буквы – должности наместника Божьего на Земле. В одном из первых выступлений В. В. Путина, после того как он стал президентом, прозвучало такое заявление, которого русский народ не слышал более полувека ни от одного высшего лица в государстве: «Все наши проблемы сегодня упираются в нравственность». Но нравственность – достояние и дело каждого, и никто не может ввести в праведность других какими‑либо административными или террористическими мерами.
И тот рубеж, до которого поднялся гений Гоголя в его нравственном подвиге, воплотившемся в поэме «Мертвые души», нам, ею потомкам, предстоит двигать дальше. Делать это будут не менеджеры, а все люди – вне зависимости от их профессий и навязанного им толпо‑«элитаризмом» социального статуса, понимающие, что слова «правда», «праведность», «справедливость» и «управление» являются однокоренными словами и что предназначение человека – быть наместником Божьим на Земле, а не рабом или рабовладельцем, сколь бы ни была цивилизационно утонченной система рабовладения. Не случайно Председатель Центрального духовного управления мусульман России Талгат Таджуддин как‑то сказал: «Мы – части одного целого, единой Отчизны, Богом хранимой России, Святой Руси. Мне кажется, что русский человек, или, сказать пошире, человек русского мира, он прежде всего думает о том, что есть какое‑то высшее моральное предназначение самого человека, какое‑то высшее моральное начало. И поэтому русский человек, человек русского мира, он обращен больше не в себя, любимого…».
Глава 14 Проблемы богословия в представлениях Русской цивилизации
Ты, вдохновенный Рафаэль,
Забудь еврейку молодую,
Младенца бога колыбель.
Постигни прелесть неземную,
Постигни радость в небесах.
Пиши Марию нам другую,
С другим младенцем на руках.
А. С. Пушкин
Любое явление в разных концепциях приобретает разные нравственно обусловленные оценки «хорошо – плохо». Продолжать дискуссии и делать вид, что в России нет собственной концепции, изложенной в открытой лексической форме, уже просто невозможно. От многоликого атеизма, который зачастую прикрывается религиозной фразеологией, человечество пойдет курсом истинного Богодержавия к единству разума и веры. В 2002 году газета «Известия» провела продолжительную дискуссию, которая началась многообещающей статьей С. Новопрудского «Конец религий», но, в конце концов, была сведена на нет представителями церковных и научных иерархий во имя своих корпоративных интересов.
Нас не должна смущать статистика нынешнего безверия общества, тем более что представления большинства о статистике вероисповедания не адекватны самой статистике. На рис. 12 приведена секторная диаграмма, представляющая мировую статистику вероисповедания, взятая из статьи С. Кузиной «Сенсация: человек верит в Бога с рождения», опубликованной в «Комсомольской правде» от 08.09.2009 г. В ней сообщается:
«Сенсационное заявление сделали британские ученые: человек появляется на свет уже верующим в Бога. По их теории, у человека вера в сверхъестественное включена в ход мышления с самого рождения.
– Мышление ребенка включает интуитивную веру в сверхъестественное, – уверяет профессор Брюс Худ. Не зря Библия начинает свое повествование с мысли:
„И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему… И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его“ (Библия, Бытие, 1:26–27).
И значит, что без веры в Бога ни Homo Sapience, ни современное общество не могли бы появиться на свет».
Однако приведенное утверждение может быть сенсацией только в обществе невежественных людей, чье сознание в значительной мере оторвано от их чувств, включая и религиозное чувство. Названная статья завершается комментарием:
«Диакон, доцент Санкт‑Петербургской Духовной академии, кандидат филологических наук Владимир Василик так прокомментировал в интервью „Русской линии“ новое заявление ученых:
– Доказательной базы утверждению британских ученых я не увидел, но если им удалось это обнаружить, то, слава Богу, потому что это утверждение находится в русле библейского богословия. В 21‑м псалме сказано: „От чрева Матери Моея Богъ мой еси Ты“ (Пс. XXI: 11), и в Книге пророка Иеремии: „Прежде, нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя“ (Иерем. 1:5)… Другое дело, что тут есть известная опасность материализовать духовный мир, превратить душу в какой‑то сгусток энергии и сугубо духовное общение превратить в очередной вид информационных связей».
Но, вопреки мнению доцента Санкт‑Петербургской Духовной академии, в действительности личностная религия и есть информационная связь человека и Бога, реализуемая непосредственно на основе веры человека Богу помимо всех социальных институтов. Такова природа этого Мира и человека в нем. Об этом же говорится в Ветхом и Новом Завете: «Дух Святой – наставник на всякую истину» (Премудрость Соломона, гл. 1; Иоанн, 16:13).
Утверждения, подобные приведенным ветхозаветным, есть и в небиблейских традициях вероисповедания. Так в Сунне – собрании свидетельств о высказываниях основателя ислама, пророка Мухаммеда, сообщается, что пророк поведал: «Каждый человек рождается мусульманином (по‑русски – верующим, носителем незамутненной личностной религиозности), и только родители делают его иудеем, христианином или многобожником». Названные вероучения согласно Корану квалифицируются либо как искажающие истинные Откровения (исторически реальные иудаизм и христианство), либо как безбожные выдумки людей (многобожие).
По сути, нынешнее положение таково, что в вопросах социологии и богословия человечество стоит на пороге Прозрения, сравнимого по масштабам с Прозрением в системе представлений о материальном мире времен Коперника, Джордано Бруно, Галилео Галилея. Анкетные опросы проживавших с ними соотечественников дали бы еще более удручающие результаты, и, тем не менее, крамольные, не разделяемые большинством их представления о мироустройстве помогли выйти на Правду‑Истину. Ныне наступающий момент Прозрения предвосхищал Ф. И. Тютчев:
Теперь тебе не до стихов,
О, слово русское, родное!
Созрела жатва, жнец готов,
Настало время неземное…
Ложь воплотилася в булат;
Каким‑то Божьим попущеньем
Не целый мир, но целый ад
Тебе грозит ниспроверженьем…
Все богохульные умы,
Все богомерзкие народы
Со дна воздвиглись царства тьмы
Во имя света и свободы!
Тебе они готовят плен,
Тебе пророчат посрамленье,
Ты – лучших, будущих времен
Глагол, и жизнь, и просвещенье!
О, в этом испытаньи строгом,
В последней роковой борьбе
Не измени же ты себе
И оправдайся перед Богом…
Бесполезно искать истину среди тех авторов, кто в отличие от бескомпромиссной позиции Джона Леннона, предрекшего скорую кончину исторически реального христианства, обременен необходимостью сохранения статуса в той или иной социальной иерархии. Им платят исключительно за воспроизводство традиции, от которой эта иерархия кормится на коммерческой основе, и за поддержание господствующих в ней стереотипов, будь то стереотипы академической науки, церковной иерархии или знахарских кланов.
Связано это с тем, что иерархии разного рода посвящений по мере развития человечества были приспособлены для реализации алгоритмов блокирования миропонимания и сокрытия закрытой от общества истины в угоду посвященным. При этом наиболее тонким и древним является алгоритм сокрытия представлений о едином для всех живущих на Земле Боге, о религии, как о жизненном диалоге человека с Богом без «брокеров» и любых посредников иного толка. Он безотказно отработал уже более трех тысяч лет со времен, когда знахари Древнего Египта прервали религиозную реформу фараона Эхнатона (1375–1325 гг. до н. э.), утверждавшего для всех живущих единобожие. Суть этого алгоритма состоит в том, что истина о наличии Бога, единого для всех живущих на Земле, скрывается за ширмой двух, в равной мере ложных мнений о Его отсутствии. При этом как «Ложь № 1», так и «Ложь № 2» (см. рис. 9 в главе 5) могут содержать свой набор разнообразных, но в главном единых по существу мнений. Главное, в чем они едины, это в том, что нет Единого Бога – Творца и Вседержителя для всех живущих на Земле, для всего тварного Мироздания. В каждом вероучении – свой «бог».
Все известные и представленные обществу точки зрения в вопросах религии можно разделить на два больших класса. Первый из них – материалистический атеизм (Ложь № 1). Суть его – в полном и открытом отрицании Бога, равно как и посланников Божьих. Материалистический атеизм возник из отрицания бытия невидимого и неощутимого, духовных и полевых явлений. Базируется он на неверии другим людям, имеющим нравственно‑этический религиозный опыт прямого общения с Богом. Отсутствие открытого для всеобщего обозрения явления Бога в их мировоззренческой системе ошибочно воспринимается как доказательство Божьего небытия.
Второй класс точек зрения, представленный как религиозность и вера в Бога, является по своей сути атеизмом иного толка – идеалистическим атеизмом (Ложь № 2). Это атеизм всех без исключения церковных иерархий. Суть его состоит в том, что он провозглашает наличие сконструированного земными силами Бога и требует от подконтрольной паствы строгого соблюдения характерных для каждой конфессии обрядов, заповедей, догматов и символа веры при обязательном игнорировании всех иных вероучений.
Так, в 325 году на Никейском Вселенском соборе один из посланников Божьих, Иисус Христос, при голосовании большинством голосов был признан Богом, тогда же был принят и Никейский символ веры, в который не была включена ни одна из фраз самого Христа, но на нем были основаны вероучение и церкви имени Христа.
Каждая из конфессий считает свое учение единственно и абсолютно правильным, а всех остальных, придерживающихся другой символики и иных мнений о Боге, объявляет врагами своего бога и готова биться с ними до тех пор, пока они либо уверуют, либо будут уничтожены. Именно под знаменами идеалистического атеизма через столкновение противоборствующих конфессий организуется большинство кровопролитий на земном шаре, в том числе и в настоящее время. Любая церковная иерархия организована так, что чем ближе человек к церкви, тем дальше он от Бога, как подчеркивал в свое время Л. Н. Толстой.
Об эффективности указанного способа сокрытия представлений о Боге, Творце и Вседержителе, осуществляющем иерархически наивысшее управление в жизни общества, свидетельствует и статья академика В. Гинзбурга «Наука и религия в современном мире» («Известия», 01.02.2002 г.). В ней все анализируемые разновидности «религиозности» являются по факту разновидностями атеизма и безбожия. Пора бы уважаемым академикам понять, что вера в то или иное писание, поклонение тому или иному молитвенному коврику, идолу или «предмету силы» не имеет никакого отношения к истинной религиозности, как не имеет отношения к религиозности и вера в сконструированного под определенные цели Бога, в того, которого нет фактически, при неверии Богу по жизни. В человеческой цивилизации вот уже более 3 тысяч лет действуют как видимые, так и «непроявленные» силы, которые стремились и стремятся встать между человеком и Богом. В лучшем случае, они делают это ради «комиссионных», получаемых от человечества за свое посредничество, фактически уводящее человека от Бога, который есть; а в худшем – с целью порабощения.
К 1917 году Россия преодолела идеалистический атеизм. В течение 70 лет нашему народу навязывались идеи атеизма материалистического. К настоящему времени Россия перемолола, преодолела и материалистический атеизм, и потому необратимо пойдет курсом к Богодержавию. Активно навязываемые злонамеренные усилия по возвращению нашего народа в лоно идеалистического атеизма потерпят крах, будут пресекаться не только земным здравомыслием, но и Божьим промыслом.
В соответствии с нашими представлениями, атеистический взгляд на Мироздание страдает неполнотой, ибо разум человека ограничен, как ограничены и возможности знания. Вследствие этого в Мироздании всегда есть то, что остается принимать на веру. В предельно обобщающих понятиях мы признаем, что Жизнь – это Бог и Тварное Мироздание в виде триединства материи‑информации‑меры (см. главу 1). Мировоззрение триединства можно назвать Богоначальным, формирующим взаимообусловленную мозаичную картину мира.
Противоположностью ему является «Я‑центричное» мировоззрение, в котором не «Бог», а «Я» ставится в начало координат. Поскольку обстоятельства, с которыми «Я‑центр» взаимодействует, непрестанно меняются, то мысленное древо рассыпается и происходящее предстает в виде случайно происходящих, не связанных между собой событий. Реальный целостный мир превращается для «Я‑центричного» мировоззрения в бессмысленный калейдоскоп.
Беда ученых состоит в том, что вопрос о месте Бога в познании истины они адресуют той или иной официальной церковной иерархии и всем тем, кто вместе с нею профессионально кормится на ниве идеалистического атеизма. Тот «бог», через которого церковь обирает свою паству, действительно, не помощник в познании истины, а скорее наоборот – с его помощью сокрытие истины и происходит.
Что же касается Бога как такового, которого нет в церквях, то на основе подавленного культурой или искаженного религиозного чувства невозможно построить полноценную систему миропонимания, выработать личностную культуру познания истины, которая обладала бы полнотой возможностей и не имела бы ограничений. Это связано с тем, что разум человека ограничен, не адекватен Мирозданию в целом, а следовательно, ограничены и наши знания. Вследствие этого в истории человечества всегда было, есть и будет то, что остается принимать исключительно на веру.
Только диалектическое единство разума и веры позволяет расширить систему миропонимания и познания истины до границ объективной реальности, до потенциальной возможности объять в ней все с той степенью детальности, которая необходима для успешной практической деятельности в русле Промысла Божьего. Однако принятие чего‑либо на веру обладает своей спецификой. Согласие принять какую‑то информацию на веру, а равно отказ от этого обусловлены в психике индивида его настоящей нравственностью. Это означает, что объективно порочная нравственность позволяет ошибочно принять на веру в качестве истинной заведомо ложную информацию. А вот праведная нравственность исключает принятие на веру лжи и ошибок в качестве истины.
Бог дает доказательства своего бытия каждому человеку в строго индивидуальной неповторимой форме и ровно настолько, насколько сам человек праведен и отзывчив, насколько он сам верит Богу. Доказательства своего бытия Бог дает человеку именно на веру его, но не на разум. Всевышний всегда отвечает на обращение (молитву) верующего тем, что изменяются обстоятельства его жизни, статистика случайно происходящих с ним событий соответственно смыслу обращения к Богу. Бог говорит с людьми исключительно на языке жизненных обстоятельств. Любая случайность, произошедшая с человеком, – это прямая подсказка Свыше на необходимость каких‑то перемен в направлении объективной праведности. Многие не замечают этих подсказок и не реагируют на них.
Человек, употребляющий алкоголь, вообще не способен фиксировать причинно‑следственные связи между своими поступками и вызванными ими «случайными» происшествиями. Жизнь такого человека протекает в рамках попущения Божеского и зачастую полна приключений и катастрофичности. Такое ощущение у пьющих людей есть на бессознательных уровнях психики: «Вся наша склонность к оптимизму – от неспособности представить, какого рода завтра клизму судьба решила нам поставить». Да, действительно, Бог не меняет того, что «случайно» происходит с людьми, пока люди сами не переменят то, что есть в них.
Человек может не осознавать возможностей диалога с Богом, но искренней, осмысленной, праведной молитве Бог отвечает всегда. Если же не происходит изменений в жизни человека в соответствии со смыслом его молитвы, то ему даются те или иные пояснения, почему это не свершилось. Бог помогает человеку лишь в тех вопросах, к разрешению которых он сам прилагает все возможные усилия. На Бога надейся, но сам не плошай.
Наиболее глубокие представления о вере Богу как элементу познания истины дает в своих произведениях А. С. Пушкин. С вышеуказанных позиций становится понятен глубочайший смысл известного пушкинского афоризма «Гений и злодейство – две вещи несовместные» («Моцарт и Сальери», 1830). Это прямое указание на нравственно‑божественную обусловленность возможностей человека в познании. Гений получает массу информации на веру, а на веру она дается исключительно по нравственности.
Творчество А. С. Пушкина едино и целостно. С целью искажения представлений общества о миропонимании А. С. Пушкина иерархия материалистического атеизма, представленная официозной наукой, всегда выбрасывала из оригинального текста последнюю строчку из следующих его стихов:
О, сколько нам открытий чудных
Готовит просвещенья дух
И Опыт, сын ошибок трудных,
И Гений, парадоксов друг,
И Случай, Бог изобретатель.
Так вот последняя фраза, увязывающая Бога и случайности, всегда опускалась известным ведущим телепрограммы «Очевидное – невероятное» С. П. Капицей, представлявшим ученую иерархию материалистических атеистов. Еще более образно этот алгоритм представлен уже упоминавшимся А. Франсом: «Случай – это псевдоним Бога, когда он не хочет подписываться своим собственным именем».
В свою очередь, иерархия идеалистического атеизма в дореволюционных изданиях всегда «урезала» последние слова из другого текста А. С. Пушкина. А этот текст, по нашему мнению, наиболее полно отражает алгоритм общественно‑полезного диалога разума и веры, рационального и случайно‑божественного:
«Провидение не алгебра. Ум человеческий, по простонародному выражению, не пророк, а угадчик, он видит общий ход вещей и может выводить из оного глубокие предположения, часто оправданные временем, но невозможно ему предвидеть случая – мощного мгновенного орудия Провидения» (Пушкин А. С. «О втором томе „Истории русского народа“ Полевого», 1830).
Следует признать, что человечество вступает в эпоху Водолея в состоянии глубокого системного кризиса, охватившего все сферы жизнедеятельности, от экологии и экономики до духовно‑нравственных аспектов. Истинные истоки этого эпохального кризиса кроются в ошибочном самоубийственном формировании целей и путей общественного развития, в отказе от их согласования с Божьим Промыслом. Привлечь внимание к этой узловой проблеме и является целью настоящего издания. К сожалению, на тех, кто сеет зерна размышлений о существе Пути Промысла, зерна понимания того, что все мы под Богом ходим, смотрят чаще всего как на глупцов‑неудачников, занимающихся бессмысленными проблемами, вместо того чтобы «делать дело», т. е. деньги, в ныне господствующих жизненных ориентирах. И, тем не менее, эти зерна дадут свои всходы уже в не столь отдаленном будущем. Пока же ситуация, как две капли воды, напоминает ту, что описана еще в басне Крылова «Крестьянин и лошадь»:
Крестьянин засевал овес;
То видя, Лошадь молодая
Так про себя ворчала, рассуждая:
«За делом столько он овса сюда принес!
Вот, говорят, что люди нас умнее:
Что может быть безумней и смешнее,
Как поле целое изрыть,
Чтоб после рассорить…
Читатель! Верно, нет сомненья,
Что не одобришь ты конева рассужденья;
Но с самой древности, в наш даже век,
Не так ли дерзко человек
О воле судит Провиденья,
В безумной слепоте своей,
Не ведая его ни цели, ни путей?
Глава 15 Пребывание Иисуса Христа и Андрея Первозванного в Древней Руси
Иисусе Христе, сын Хелийский приидоша
учитися мудрости у сынов Даждьбожьих.
Предание носителей традиции «Всеясветная грамота»
Есть легенда, признаваемая РПЦ достоверной, о том, что апостол Андрей Первозванный посетил Русскую землю. Было это в I веке н. э. Андрей – брат апостола Петра, получивший прозвище «Первозванный» вследствие того, что именно его Христос призвал первым стать своим учеником. Андрей совершил много путешествий, проповедовал христианство в разных землях и был распят на косом кресте в г. Патры. Андреевский крест Петром I был положен в основу военно‑морского флага России: белое прямоугольное полотнище с голубым диагональным крестом.
Церковь приводит предание о путешествии Андрея в наши земли, сопровождая упоминанием пророчества Андрея о великом христианском будущем Руси.
«Вверх по Днепру апостол Андрей поднялся до местоположения будущего Киева, где, как повествует преподобный Нестор Летописец, водрузил крест на киевских горах… Продвигаясь далее на север, апостол Андрей дошел до поселений славян на месте будущего Новгорода и у нынешнего села Грузино водрузил свой жезл. Отсюда апостол Андрей через земли варягов прошел в Рим и вновь вернулся во Фракию. Здесь в небольшом селении Византии (будущем Константинополе) он основал христианскую Церковь, посвятив во епископа одного из семидесяти апостолов Христовых – Стахия».
Ссылки на приведенное в цитированном тексте пророчество принадлежат системе обоснования правомочности деятельности РПЦ на Руси. Но если отвлечься от событий истории, имевших место после крещения Руси Владимиром в 989 году, и обратиться мыслями ко временам I века, когда Андрей Первозванный посетил Русскую землю, то возникает множество вопросов. Главный из них: почему Русь не приняла христианство от Андрея еще в I веке н. э.?
В культивируемой версии исторического мифа на этот вопрос нет ответа. Если с нею согласиться, то можно назвать две причины, которые некоторым образом переплелись.
С одной стороны – на Руси царила такая дикость и интеллектуальная тупость, что Андрея просто не поняли.
С другой стороны – Андрей как вероучитель оказался недееспособным.
Этими объяснениями при поверхностном взгляде можно было бы и удовлетвориться, особенно – первым, вполне отвечающим церковному историческому мифу о том, что во времена прихода на Русь Андрея Первозванного славяне пребывали в «историческом младенчестве» и еще были не готовы к тому, чтобы постичь истины христианства; что настоящая история Руси и развитие ее культуры начались только с крещения, когда Церковь принесла на Русь письменность, якобы созданную специально для славян святыми Кириллом и Мефодием и т. п. При этом предан забвению даже тот очевидный факт, что само летоисчисление русской цивилизации насчитывает более 7,5 тыс. лет, а изменено оно, с вычетом 5508 лет, совсем недавно, во времена Петра I. Поэтому нелепости о нашей якобы тысячелетней истории приводят к вопросу: а кто же тогда решал очень непростую задачу по летоисчислению на Руси?
Рассказывая такого рода «байки», РПЦ обычно не упоминает о том, что сам Кирилл свидетельствовал о наличии письменности у славян. Сокрытие РПЦ в ее массовой пропаганде факта наличия письменности у славян во времена до того, когда Кирилл с Мефодием создали для них письменность, – одна из многих причин к тому, чтобы усомниться и в приведенном выше объяснении, почему Русь не приняла христианство от Андрея Первозванного.
Могут быть возражения в том смысле, что претензии такого рода к Андрею неуместны, поскольку святитель Стефан Пермский (XIV в.) всю жизнь свою посвятил, чтобы ввести зырян и пермь в лоно православия, а Андрей Первозванный на Руси был только весьма непродолжительное время в период своего путешествия. Но есть возражение и на это: Андрей также непродолжительное время в ходе своего другого путешествия посетил территорию современной Грузии, и осетины приняли христианство от него – времени вполне хватило.
Иными словами, встает вопрос: почему в Осетии и в Грузии сохранились воспоминания о том, что они первоначально принимали христианство от Андрея, а на Руси сохранились только воспоминания о пророчестве на месте Киева, о посещении региона современного Великого Новгорода и острова, ныне именуемого Валаам? Высказанное выше утверждение о бесплодности проповедей Андрея Первозванного на Руси, судя по всему, не ново, поскольку Церковь издавна вынуждена по‑своему его опровергать.
Даже если согласиться с тем, что Андрей Первозванный на Руси «многих крестил, ибо апостолы никогда напрасно не ходили»[9], тем не менее, христианская церковь на Руси в I в. не возникла. Вследствие этого она и не вобрала в себя сколь‑нибудь значимую долю населения, а культура Руси не стала библейски‑христианской. В этом смысле миссия Андрея оказалась действительно бесплодной. Однако предание о ней в церковной пропаганде используется для обоснования права на независимость православия от папского престола и прав иерархии на кормление Руси, а не на ее окормление.
Поэтому подойдем к вопросу о целях путешествия Андрея на Русь не от текстов и преданий, а от жизни как таковой. Как сообщают легенды о пребывании Андрея на Руси, он прошел от Черного моря до Ладоги (озера и города близ устья Волхова, город ныне – Старая Ладога) и побывал на Валааме. По прямой от устья Днепра до Валаама – около 1700 км, от Киева до Валаама – 1200.
Теперь вообразите, что большая часть его пути (к северу от нынешнего Киева) проходила по территории, покрытой лесами, в которых были только звериные тропы, множество болот, множество мелких речушек и рек покрупнее. Эта территория согласно представлениям, сложившимся на основе культового исторического мифа, заселена отдельными племенами, каждое из которых контролирует свою территорию, охраняет ее от вторжения соседей и при случае не прочь вторгнуться на территорию соседей, чтобы там чем‑то поживиться.
Как пройти по этой территории порядка тысячи километров? Какое вооруженное сопровождение должно обеспечивать такой поход, или можно обойтись без него? Сколько надо амуниции и провианта (даже с учетом возможностей охоты и рыболовства)? Сколько надо «стеклянных бус» для того, чтобы платить местным вождям за транзит и охрану?
Даже если предположить, что в основе маршрута лежит большей частью водный путь, в последующие времена получивший название «Из варяг в греки», то все равно путешествие непростое даже в том случае, если примкнуть к гипотетическому купеческому каравану, идущему через земли, населенные дикарями, с охраной и достаточным запасом «стеклянных бус». При этом можно не отвечать на неизбежный вопрос: если торговый путь исторически устойчив, то почему при систематическом общении с цивилизованными торговцами живущие на этом пути сохраняют свою дикость?
Как сообщает легенда, Андрей посетил и остров Валаам, расположенный в направлении, лежащем в стороне от магистрали «Из варяг в греки», а туда попасть можно было только целенаправленно, индивидуальным порядком. С какой целью стремиться на практически необитаемый уединенный остров, совершая далеко небезопасное плавание по Ладоге с ее непростой погодой и навигационной обстановкой? Кому там проповедовать и почему именно туда надо было попасть Андрею?
Как известно, один из Рокфеллеров предпринял уже в XX веке во многом аналогичное по характеру географической обстановки путешествие по Новой Зеландии с этнографической целью и пропал без вести. Возможно, он был съеден, поскольку каннибализм в Новой Зеландии до ее колонизации британцами процветал. Перечитайте также литературу (хотя бы учебник географии) о путешествиях Ливингстона по Африке, где он и умер в ходе одного из путешествий.
Конечно, на Руси малярийных комаров не было, крокодилы и пираньи в реках не водились, племен людоедов не было, но в остальном, если предположить, что в I веке на Руси была первобытная дикость, Андрею предстояло бы похожее испытание. Как Христов апостол Андрей был храним Богом, вследствие чего и он сам обходил многие опасности стороной, и опасности обходили стороной его, либо опасности «спали» во время его прохождения, и путь пред ним был открыт, но все же и при этих обстоятельствах его путешествие не было бы простым, протекай оно в описанных выше географических условиях и в социальных условиях первобытной племенной обособленности. И есть нечто странное в том, почему Русь не стала христианской в I веке в результате его просветительской миссии.
Но есть и иные ответы на вопрос о том, почему крещение Руси в период пребывания на ее землях Андрея не состоялось. Хотя эти ответы не укладываются в культовый исторический миф о всеобщей дикости и племенной обособленности на Руси в период до ее крещения.
В начале сентября 1991 года объединение «Всеясветная грамота» проводило в Москве 7500‑летие обретения Всеясветной грамоты. Всеясветная грамота – рабочая азбука жречества Руси времен языческой древности. В ее состав для описания земного плана восприятия входят 64 строчных буквы, 83 над– и подстрочных символа и 1234 – для Вселенского плана. Грамота построена так, что, не научившись чувствовать жизнь, соображать и мыслить, не сформировав целостного мировоззрения, освоить ее было невозможно.
Как сообщают представители этого объединения, Кирилл начал освоение этой грамоты, но она ему не далась, в полном объеме он ее освоить не смог. Тем не менее, на ее основе он построил крайне упрощенный алфавит, известный ныне как «кириллица». Главное «достоинство» кириллицы в сопоставлении ее со Всеясветной грамотой состоит в том, что на основе кириллицы можно научиться читать и писать, не научившись при этом чувствовать жизнь, мыслить и соображать.
Один из представителей объединения «Всеясветная гра‑мота» в период празднования 7500‑летия ее обретения поведал мимоходом, что в одной из древних книг, хранимых носителями этой традиции, сообщается следующее: «Иисусе Христе, сын Хелийский приидоша учитися мудрости у сынов Даждьбожьих». Поскольку это сообщение не соответствует культивируемому историческому мифу о дикости и идолопоклонстве при отсутствии письменности во времена ранее крещения, то от него проще всего отмахнуться как от вздорного вымысла, не придавая ему какого‑либо значения. Но при том обилии вздора, с которым приходится сталкиваться в произведениях историков, поддерживающих и творящих культовый исторический миф, лучше этого не делать, а подумать над этим свидетельством представителя объединения «Всеясветная грамота».
Если его принять, то оно не противоречит молчанию Нового Завета о том, что делал и где был Иисус до того, как, уже став зрелым мужем, начал свою проповедь в Палестине. Иисус вполне мог путешествовать. Он мог провести некоторое время и на Руси. Есть два обстоятельства, которые могут говорить об этом. Но, чтобы их понять, всякому думающему человеку необходимо задаться некоторыми вопросами.
Известно, что Иисус начал свои проповеди в 33 года, и его проповеди были достаточно агрессивны по отношению к порядкам, которые доминировали на территории Палестины. Почему? Много пишут о том, что Иисус до того, как начал свою проповедь, много путешествовал. Каждому, кто путешествовал, известно, что перед тем, как отправиться в иные края, человек определяется с целями своего путешествия. И вряд ли Иисус, осознававший с детства свою миссию на Земле, путешествовал бесцельно. Каковы могли быть цели такого путешествия у человека, который с детства осознавал свою миссию наместника Бога на Земле?
Учитывая то, что Иисус получил Откровение о необходимости и возможности строительства на Земле Божьего царства и что он постоянно находился в диалоге с Богом, вполне закономерен и задаваемый им в молитвах Вседержителю вопрос о существовании такого царства в те времена, когда жил Иисус. И можно с достаточной уверенностью предположить, что ответ им был получен с указанием места на Земле, где такое царствие существует. Этим местом могла быть только Русь тех времен. Почему именно Русь?
Израиль во времена Иисуса был провинцией Рима, в котором рабство было не чем‑то исключительным, а нормой повседневной жизни. О путешествиях Иисуса в разные страны написано много, но все они, по нашему мнению, не выходят за рамки обычной мифологии исторически сложившегося христианства. Почему? Да потому, что во всех этих странах, куда отправляли Иисуса мифотворцы, рабство было такой же нормой, как и в рабовладельческом Риме. И только на Руси не было рабства. Чтобы начать проповедь строительства Царствия Божьего на Земле с такой уверенностью, чтобы последователи поверили, надо было его увидеть воочию. И Иисус его увидел, а только после этого последовавшие за ним уверовали в него и ему поверили.
И потому нам представляется, что в откровениях, полученных Иисусом, было указание и на то место, где он мог познать при жизни о существовании царства Божия на Земле. И вполне возможно, что кто‑то из апостолов эту часть откровения записал, но потом такую запись церковь признать не могла и, естественно, скрыла, чтобы не смущать свою паству. Ведь церковная иерархия, сформировавшаяся сотни лет спустя после того, как Иисус свою миссию исполнил, и сегодня с настойчивостью отвергает возможность строительства царствия Божьего на Земле, утверждая, что это возможно только на небе.
Причем, в данном случае речь идет о человеке, который с детства, а то и с первых дней младенчества осознавал свою миссию – миссию просветителя – на основе дарованного ему Откровения Всевышнего Бога. Это означает, что если бы он посетил Русь и увидел здесь дикость, многобожие и идолопоклонство, то формулировка из древнерусской эзотерической хроники (приидоша учитися мудрости) была бы невозможна. Иисус сам бы учил их Правде‑Истине, и им пришлось бы с ним либо согласиться и зафиксировать это в своей хронике, либо отвергнуть его вероучение, придав забвению сам факт его пребывания на Руси.
Эта формулировка жизненно состоятельна только в том случае, если у Иисуса и жречества Древней Руси не было значимых расхождений во мнениях по богословским вопросам. Соответственно, не могли на Руси учить Христа и богословской мудрости, но могли показать ему, как живут люди в русской цивилизации. И если Иисус пришел на Русь, то сделал это для того, чтобы видеть этот образ жизни воочию, въяве, а не духом, не умозрительно. Бог привел его на Русь, чтобы показать реальные зачатки жизни цивилизации на основе принципов, отличных от тех, которые были знакомы Христу с детства, по жизни в регионе восточного Средиземноморья. А если сказать более определенно, чтобы показать зачатки Царствия Божьего на Земле.
Тогда вполне логичной выглядит версия о том, что последующие проповеди Христа базировались на увиденном и усвоенном из жизни русской цивилизации. А научиться, по‑видимому, действительно было чему. До этого он наблюдал голые пески, изнуряющую жару, изуверства, связанные с отношениями рабов и рабовладельцев. На Руси же никогда не было рабовладения, именно поэтому не было и громоздких архитектурных сооружений, возводимых в иных цивилизациях рабским трудом. Отсутствие памятников архитектуры зачастую ошибочно отождествляется с цивилизационной несостоятельностью.
Цивилизация Руси развивалась не техногенным путем, что радикальным образом отличало ее и от Запада, и от Востока. Поэтому контраст впечатлений для Христа был потрясающим: леса, луга, журчащие реки и озера, но главное – люди, равные в отношениях между собой, живущие при прямом водительстве Божьем, не нуждающиеся в посредниках для взаимодействия с Богом. Язычество Руси в тот период в его доминирующей ветви не было ни идолопоклонством, ни многобожием, хотя какие‑то его течения могли нести в себе такие тенденции. Именно вследствие этого существенных разногласий между жречеством Руси и Иисусом в богословских вопросах не было.
Однако вопреки тому, что Иисус в первое пришествие учил людей становлению Царствия Божьего на Земле их собственными усилиями под Божьим водительством, ныне господствующими христианскими церквями это рассматривается как ересь, то есть ложное, ошибочное учение. Его греческое название хилиазм, латинское – миллинаризм, происходит от слова «тысяча», поскольку приверженцы верили, что Судному дню будет предшествовать тысячелетнее Царствие Божие на Земле. Ныне хилиастические течения в христианских церквях искоренены, а иерархи церквей не только терпимо относятся к власти сильных мира сего, но, прежде всего, решают проблемы личного достатка во всякой власти, толкуя Писание исключительно в том смысле, что общество должно поддерживать всякую власть, поскольку нет власти, кроме как от Бога. При этом они забывают уточнить, что власть от Бога должна быть выражением милости Божьей, но не может быть самочинной, действующей в пределах попущения Божьего.
Так что язычество Руси в период первого пришествия Христа и путешествия Андрея Первозванного на Русь было куда ближе к Богу, нежели пришедшее из Византии в X веке вероучение во славу власти больших и малых кесарей.
Время пребывания Иисуса на Руси и время посещения ее Андреем Первозванным разделяло едва ли более чем 30 лет. То есть эти два события пришлись на жизнь одного поколения. Поэтому когда Андрей появился на Руси и представился, кто он и чей ученик, то к нему отнеслись как к своему родному, встретили его с радостью и оказали помощь и поддержку в его путешествии.
А остров, ныне именуемый Валаам, был издревле одним из сакральных мест Руси. Сакральных в том смысле, что в этих местах некое мистическое, отличное от повседневности, общение человека с Природой, с Землей‑Матушкой и Небом‑Батюшкой протекает наиболее полно и потенциально плодотворно. Андрею для каких‑то известных ему целей это посещение было необходимо, либо жречество Руси посчитало полезным для него, чтобы он побывал на Валааме. Но на Руси Андрей не был миссионером‑вероучителем, а был, прежде всего, желанным гостем и учеником. Кроме того, объективно ко времени посещения Руси Андреем Первозванным, глобальная политическая ситуация сложилась и развивалась так, что одной из целей его миссии на Руси было стремление поведать здесь о событиях в Палестине, о деятельности Христа и об отношении к ней тамошнего общества.
При этом подчеркнем, что миссия «поведать» по сути своей отличается от миссии «распространить новую веру», и это необходимо пояснить. Конечно, на Руси существовала какая‑то своя религиозная обрядность, в которой общество сплачивалось. Когда Андрей посетил Русь, то христианская обрядность пребывала только в процессе ее становления. Но даже если бы она была доведена до утонченной законченности, ставшей традицией, то, в отличие от патриарха Никона, апостол Андрей не был обрядовером. Не обрядность должна ставиться во главу угла. Главным он считал единство миропонимания, общность религиозных воззрений Христа, его самого и Руси. Соответственно, в таких условиях Андрей не мог быть вероучителем Руси и ее «крестителем».
Итак, Андрей пророчествовал о великом будущем Руси, но запомнить его как носителя некой новой и непонятной им веры на Руси не могли. Русь уже жила в содержательно истинной вере, нашедшей некое своеобразие в формах ее исторически сложившейся к тому времени культуры.
Для многих неизбежен вопрос: «А если Русь и так жила в истинной вере, то откуда взялся кризис и деградация этого русского язычества в многобожие и идолопоклонство?» Вопрос правомерный. Но надо понимать, что вера, как система представлений о Боге и характере взаимоотношений с Ним любого человека непосредственно, сама по себе ничего не гарантирует. Вера в таком ее понимании является одной из составляющих психики личности в целом, которая включает в себя мировоззрение, миропонимание, нравственность.
Что именно человек принимает на веру, а что именно отвергает, в глубинно психологическом аспекте определяется его реальной нравственностью как совокупностью его представлений о Добре и Зле, выработанных им самим и унаследованных в готовом виде из культуры общества. Поэтому вера в таковом ее понимании не является синонимом религии.
Религия представляет собой осмысленный диалог человека и Бога, в котором Бог подтверждает истинность свойственных человеку мировоззрения, миропонимания, нравственности и веры, включая и верования о сути Бога и о его Промысле. В противном случае Бог теми или иными путями и средствами опровергает то, в чем человек ошибается. Если человек не упорствует в заблуждениях, то это для него безопасно, а если упорствует, то такое упорство приводит к негативным случайностям, вплоть до гибели.
Кроме веры в определенном выше понимании, словом «вера» в русском языке именуется еще и как этическое явление. Один человек верит другому человеку, принимая без сомнения все, что тот ему адресует. Соответственно, есть люди, которые верят в Бога, но не верят Богу в жизни как в общем, так и в отдельных ее проявлениях. Такое отношение лишает человека непосредственной связи с Высшим в повседневном существовании.
Настоящая вера человека в существование Всевышнего является существенным условием для развития общества в русле Промысла. Но если ее и нет в силу каких‑то причин исторического характера, то и это не лишает общество (и людей в частности) перспектив развития. Важно, чтобы люди были внимательны к течению событий в жизни и относились бы к нему как к выражению воли Божьей на языке, доступном для понимания всеми. Кроме того, Бог говорит с людьми и через их внутренний мир непосредственно, вследствие чего обращается и к остальным людям через избранных Им. Тех, кто не противится Ему, упорствуя в заблуждениях, Бог способен привести к глубочайшему переживанию Истины и праведной жизни. Тем, кто упорствует в заблуждениях, не допуская Высшего водительства, остается удел «бега по кругу» в череде неизменных жизненных трудностей.
Сама по себе истинная вера не обеспечивает человеку «безошибочную» жизнь, в которой он может жить по привычке, как автомат, в русле Промысла Божьего.
Хотя в жизни людей бывают эпизоды прямого водительства Божьего, когда они в непонятных для них либо безвыходных обстоятельствах, не умея выработать своего решения и осуществить его, целиком и полностью вверяют себя Богу, и Бог «разруливает» ситуацию к их удовлетворению. Но если такое и происходит, то это потом тоже надо суметь понять и быть благодарным Богу за его прямое соучастие в разрешении такого рода ситуаций.
Все это касается Древней Руси, язычество единобожия которой было истинной верой в присущем ей внешнем выражении. При этом Русь шла в своем цивилизационном развитии путем, отличным от пути западной региональной цивилизации. Упор делался не на технологический, а преимущественно на биологический прогресс, при котором человек должен жить в ладу с биосферой и космосом, будучи независимым от искусственной среды обитания и техносферы.
Технологический путь проще и эффективнее в аспекте удовлетворения потребительского эгоизма как личности, так и общества. Индивиду проще и быстрее научиться «давить» на кнопки мобильника, нежели освоить телепатию. Цивилизации в целом проще и быстрее создать авиацию, нежели создать такую культуру, в которой произвольная «телепортация‑нультранспортировка» индивида из пункта «А» в пункт «Б» вместе с неким багажом и, может быть, с любимым котом – норма жизни. Создать Интернет и набить его всяким вздором, после чего прилипнуть к компьютеру и стать компьютер‑зависимым намного проще, нежели научиться считывать информацию из биополя Земли и обрабатывать ее самостоятельно по мере возникновения такой потребности в практических делах.
Но при своей относительной простоте и эффективности в смысле освоения и наследования готовых результатов научно‑технического прогресса технологический путь развития ведет к деградации, вырождению и примитивизации Человека как биологического вида, то есть он убийственен для человечества. Наиболее передовые в аспекте научно‑технического прогресса государства лидируют также по статистическим показателям заболеваемости населения, как телесной, так и психической (включая и новые болезни, которых прежде не было).
Таким образом, для того чтобы история нынешней цивилизации не завершилась ее самоубийством в одном из потенциально существующих вариантов, необходимо в исторически непродолжительные сроки осмысленно‑волевым порядком изменить качество ее культуры и направленность развития. Описанная ранее доктрина скупки мира и порабощения человечества на основе ссудного процента работоспособна только в русле технологического пути развития цивилизации.
Миссия Христа была направлена на то, чтобы дать людям необходимые знания, с помощью которых человечество могло бы свернуть с самоубийственного пути технологического развития. Одно из указаний на это сохранилось в каноне Нового Завета, Евангелие от Матфея, гл. 6:
«26. Взгляните на птиц небесных: они не сеют, не жнут, не собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их?
Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя бы на один локоть?
И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут;
Но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них;
Если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры!»
Поэтому в аспекте глобальной политики той эпохи значимо, как жречество Древней Руси отреагировало на повествование Андрея Первозванного о судьбе Христа? И если возникает желание дать конкретный ответ на этот общий вопрос, то он распадается на последовательность частных вопросов. В этой последовательности положительный ответ на очередной вопрос ставит следующий вопрос, а отрицательный снимает все последующие.
Учуяло ли жречество Руси и поняло ли оно, что рассказы самих же апостолов о жизни и деятельности Христа, о том, как им представился его уход из этого мира, уже ложатся в основу вероучения, назначение которого – подменить собой то учение, которое проповедовал Христос?
Если жречество Руси это учуяло, то приняло ли оно на себя и на Русь глобальную ответственность за будущее планеты и человечества?
Если приняло, то смогло ли оно на основе своей веры Богу (будь она действительно истинной или в чем‑то ошибочной) и осмысленного отношения к течению событий жизни выработать более мощную концепцию глобальной политики, проведение которой в жизнь позволило бы заблокировать глобальную политику на основе приведенной выше библейской доктрины скупки мира и порабощения человечества посредством корпоративной монополии на ростовщичество?
Ответ на эти вопросы дала история. В ответ на глобальный вызов у жречества не хватило либо меры понимания, либо волевых качеств в сочетании с высокой мерой нравственности. На все эти вопросы жречество Руси гласно или в молчании ответило: «НЕТ, нас это не касается». Причины этого «НЕТ» в том, что ответ «ДА» на каждый из этих вопросов мог потребовать от жречества и остального общества пересмотреть свои прежние, ставшие традиционными и неоспоримыми нормы нравственности и миропонимания, которые не включали в картину Мироустройства наличие библейской доктрины и угрозу порабощения ею.
В результате того, что жречество Руси так или иначе дало отрицательные ответы на эти вопросы, его поведение вошло в противоречие Промыслу. И далее все произошло в полном соответствии с тем, что наверняка было известно и жречеству Руси, и что Иисус огласил в ходе своих проповедей.
Говоря языком жизненных обстоятельств: если вы, – Русь, притязающая называться святой и всеясветной, не берете на себя по своей доброй воле глобальную ответственность, не видите того, что ваше предназначение – принять на себя роль основного участника глобальной политики, соответствующей Божьему Промыслу, то вы сами станете заложником, объектом глобальной политики, противоборствующей Промыслу. Вы будете объектом этой политики до тех пор, пока эта политика вас не проймет настолько, что вы не одумаетесь, не возмутитесь ею. Под давлением жизненных обстоятельств вам будет дано прозрение. Вы примите на себя определенное Божьим Промыслом предназначение. И произойдет это только потому, что вы не пожелали принять эту миссию заблаговременно и по доброй воле.
Иными словами, если жречество Руси эпохи I–IV веков н. э. оказалось исторически не состоятельным по отношению к «вызовам времени», к призыву Свыше и позволило на долгие столетия произвести подмену учения Христа в глобальной политике, то русской цивилизации XXI века предстоит исправить эту ошибку, предъявить Миру и реализовать в практических делах новую Концепцию Общественной Безопасности, задающую курс развития человечества в эпоху Водолея. Только на таком мировоззренческом уровне может быть сформирована и воплощена в жизнь наша национальная идея.
Глава 16 Эгрегоры и вторжение в процессы формирования психики человека
Он шумом внутренней тревоги был оглушен.
И так он свой несчастный век
Влачил – ни зверь, ни человек,
Ни то ни се, ни житель света,
Ни призрак мертвый…
А. С. Пушкин
В одном из разделов мы упоминали классификацию возможных типов строя психики человека – животный, зомби‑биоробот, демон, «Человек Разумный». Но ведь именно строй психики определяет сущность человека, а вовсе не объем его знаний, навыков и умений. От типа психики зависит образ жизни человека, живет ли он как бездумный толпарь или выработал алгоритмы жизни своим умом. От типа психики зависит, подвержен ли он так называемому эгрегориальному водительству или способен выйти на алгоритмы водительства Божьего. Коснемся мы и механизмов этих воздействий с позиции современной физики, так как все эти вопросы теснейшим образом взаимосвязаны.
Эгрегор – это относительно новое слово, в латыни оно однокоренное со словами, означающими «агрегат», «сборка». В наш язык этот термин ввел Даниил Андреев, при этом он дает следующее определение: «Эгрегор – иноматериальное образование, возникающее из психических выделений человечества над большими коллективами: племенами, государствами, некоторыми партиями и религиозными обществами». В. Н. Богданович в работе «Теория эгрегоров» говорит об этом явлении как о «подсознании общества, об основной структурной единице тонкого мира». Мы понимаем под эгрегором полевое образование, порождаемое биополями живых организмов. Соответственно представлениям о триединстве, эгрегоры, будучи полевыми – материальными структурами, наряду с этим являются носителями информационной и мерно‑алгоритмической составляющих бытия. Эгрегоры – это общеприродное явление. Эгрегоры человечества характеризуются тем, что в их информационно‑алгоритмической составляющей значимую роль играет обусловленность мыслительными процессами разумных существ, объединенных на базе единства их идей, желаний, стремлений.
Функционирует же эгрегор как информационно‑энергетическая система. Он подпитывается энергией приверженных ему фанатов и со своей стороны оказывает воздействие на каждого из тех, кто к нему подключен, вовлекая их в те или иные процессы, управляемые на основе эгрегориальной алгоритмики и характерной для эгрегора информации.
Сформированные эгрегоры способны перерождаться и начинать жить по своим законам и заботиться о своем благополучии, хотя говорить о них как о субъектах не правомерно: они автоматы. Это относится, например, к эгрегору медицины, государства, религии. Изначально медицинский эгрегор формировался для защиты здоровья человека, но потом переродился в эгрегор бизнеса, который возможен только на больных людях. Чем больше больных, тем больше раскупается лекарств, а на здоровых людях медицинский бизнес не сделаешь. Вот и идут в ход, к примеру, рекомендации врачей по поводу полезности 50 г водочки или коньяка, красного вина и т. п. Важно начать с 50 г, а через годик пациент уже перейдет от 50 к 250 г, а следовательно, станет гарантированным посетителем ныне процветающих аптек.
Поскольку идеи, желания, стремления могут быть порочными, то и соответствующие им эгрегоры несут опасность для родовой генетики. Многие случайные несчастья, происходящие в семье пьющего или курящего человека с ним самим, с его близкими, обусловлены эгрегориально. А потому опасности винопития и табакокурения далеко не исчерпываются физиологическими проблемами этого человека. Это лишь маленькая вершинка айсберга.
Основная проблема курения или пьянства состоит в неизбежном подключении семейных эгрегоров к катастрофичным по своей природе эгрегорам пьющих и курящих. Этим наносится непоправимый вред родовой генетике и, прежде всего, детям, как будущим, так и ныне живущим. Если мы будем внимательны в анализе причинно‑следственных связей, то несложно установить синхронизацию процессов пьянства любого члена семьи и проблем со здоровьем ребенка, бедственных случайностей в семье.
Что касается мистики, то в нашем представлении за ней во многих случаях, если нет прямого подлога, стоит объективная непознанная нами действительность. Так вот эгрегориальные связи многими воспринимались как нечто нереальное, в 1990‑х годах, на нашей с вами памяти именно физиками было установлено существование в Мироздании так называемых торсионных полей, распространяющихся мгновенно. Именно на основе этого полевого излучения и осуществляется эгрегориальное воздействие на мозг и психику человека на огромных расстояниях. В свою очередь, наш мозг является не только приемником, но и генератором торсионного излучения. Когда вы включаете лампочку, она начинает светиться в электромагнитном излучении, а вот когда человек начинает говорить, думать, то его голова «светится» в торсионном излучении. А до открытия торсионных полей мы полагали, что в природе существуют лишь электрические, магнитные, гравитационные поля и ядерные взаимодействия.
В 1990‑е годы стало понятно, что наши представления не соответствуют тому, что происходит в мире. Возможности мозга, мыслительной энергии людей нами не познаны и не используются.
Общеизвестны опыты с участием академика В. М. Бехтерева, когда мысленные воздействия на разогретый до пластичности парафин оставляли на нем видимые отпечатки. Также детально описана медицинская практика филиппинских хилеров (целителей: не все из них шарлатаны, хотя хилерству действительно сопутствует массовое шарлатанство), способных мобилизовать свой мозг на генерацию мощнейшей энергии. С ее помощью хилеры без скальпеля раздвигают ткани тела человека, проникают внутрь, мгновенно и бескровно проводят сложнейшие хирургические операции. Наша мысль, оказывается, столь же материальна, как и любые иные поля, многие из которых мы, кстати, также не фиксируем на уровне физиологического восприятия.
Российский ученый Г. И. Шипов, говоря о структуре Мироздания помимо общеизвестных четырех уровней реальности: твердые тела, жидкости, газы, поля и элементарные частицы – выделяет также уровень физического вакуума, уровень первичных торсионных полей и уровень Абсолюта, порождающего планы – замыслы в торсионных полях. При этом Г. И. Шипов утверждает: «Наше тело – генератор и приемник торсионных полей, отражающих информацию о реальностях всех уровней». Представление прошлого о некоем пустом пространстве, вместилище ложны, а физический вакуум – это одна из разновидностей материи, способной порождать иные формы материи и поглощать их. В каждой точке вакуума идет бесконечный процесс рождения и уничтожения частиц и античастиц с короткими сроками жизни. Еще в 1930 году английский физик Поль Дирак теоретически обосновал одномоментное рождение в вакууме электрона и позитрона. Вакуум живет и флуктуирует, хотя среднестатически он нейтрален, не имеет ни массы, ни заряда. По оценкам российских ученых, в физическом вакууме «упрятаны» скрытая материя и энергия, равные чуть ли не половине того, что воспринимается нами в качестве материальной Вселенной.
Первичные торсионные поля – это объективное свойство Мироздания, своего рода поле сознания Вселенной.
Это поле сознания мгновенно охватывает все Мироздание, является средством информационного управления всем происходящим на материальном плане. Материальный мир – своего рода тень, проекция процессов, происходящих в поле сознания на уровне торсионных полей. К примеру, автомобиль мог появиться лишь после того, как в поле сознания Вселенной возникла его идея, замысел, чертежи. Война в Ираке может произойти лишь после того, как в торсионном поле, в определенном количестве голов возникнет конкретный набор идей, замыслов и планов. Мысли и тем более слова любого из нас являются частью поля сознания, оказывают прямое воздействие на происходящее.
Связь мозга человека, его Души с полем Сознания, с эгрегорами и Богом действительно осуществляется дистанционно с помощью торсионного излучения. Особенно наглядно это проявляется при реализации ясновидения по методике Бронникова. В течение двух недель удается подготовить детей в возрасте 10–15 лет к ясновидению с плотно завязанными глазами. При этом дети открывают для себя в области «третьего глаза» воображаемый цветной объемный дисплей, с которого они с непроницаемой повязкой на глазах считывают любую информацию в цвете о предметах, размещаемых перед ними, бегло читают тексты книг. Если они мысленно пишут на экране текст вопроса или текст арифметической задачи, то через 3–5 секунд на этом воображаемом дисплее они считывают ответ на заданный вопрос, ответ арифметической задачи.
В этих опытах мозг человека работает как жидкокристаллический компьютер, способный считывать информацию из базы данных глобальной Вселенской информационной матрицы, из поля сознания Вселенной. Эти каналы связи как раз и работают в торсионных полях. В повестке дня стоит вопрос о возможностях разработки телевидения на торсионных полях, для которого уже не нужна материальная часть, зрителю достаточно будет закрыть глаза плотной повязкой. Так что многие из наших технических разработок являются лишь жалким подобием того, чем мы наделены от Бога, но утратили навыки использования этих – вполне естественных – «сверхвозможностей», поскольку культура, под властью которой мы живем, ориентирована на другие противоестественные задачи.
Вместе с тем, хотелось бы предостеречь от стремления к бесцельному развитию «сверхвозможностей». Эти практики, шаманизм, ясновидение связаны с прямым замыканием фильтра, который осуществляет выборочную передачу информации с бессознательных уровней психики на уровень сознания. Другая крайность – превращение этого фильтра в блокирующую пробку. То и другое – отклонение от нормального функционирования мозга. Ясновидение очень далеко от яснопонимания. И индивид, чье сознание воспринимает информации больше, чем он способен осмыслить и интегрировать в целостную (мозаичную) картину мира, является потенциальным шизофреником и представляет опасность для себя самого и окружающих.
Абсолют или Бог имеет при себе первичное торсионное поле, информационную матрицу – Божье предопределение. Человек имеет от Бога данную возможность напрямую взаимодействовать с Божьим промыслом, имеет он и своеобразную ориентацию в этом поле с позиций «хорошо‑плохо», «добро‑зло». Душа человека снабжена своеобразным компасом в поле сознания. Однако целенаправленная мыслительная деятельность демонических личностей способна вызывать «магнитные» аномалии, формируя эгрегоры, своеобразные колпаки – экраны. При этом торсионный компас попавших в эту зону людей начинает давать ложные показания, они теряют различение в координатах «добро‑зло».
Над человечеством размещена сложнейшая система экранирующих взаимовложенных колпаков – эгрегоров. Человек, вырвавшийся из‑под небольшого колпака, ощущает себя свободным, не понимая, что он оказался под другим, гораздо более обширным колпаком. Лишь немногим удается приподняться над каждым эгрегором в отдельности и над всеми ими вместе, и только в этом случае для вырвавшегося из эгрегориального плена появляется возможность ощутить и понять способ взаимодействия с Божьим промыслом.
Человек является частью биосферы Земли, и он строит свое поведение под воздействием разноуровневых факторов, взаимодействующих с его психикой, как с информационно алгоритмической системой. Строй психики человека определяется тем, какой из нижеперечисленных факторов оказывается для него самым значимым. К их числу мы относим:
● врожденные инстинкты и безусловные рефлексы;
● обычаи, традиции, привычки, стоящие над инстинктами;
● собственное разумение человека и расчет, дополненные тем, что всплывает из бессознательных уровней психики, из коллективной психики, а так же тем, что является порождением наваждений извне и одержимости;
● водительство Божьим промыслом в опоре на все предыдущее, за исключением наваждений и одержимости, как насильственных вторжений в чужую психику.
Если преобладают инстинкты и рефлексы, то мы имеем дело с человеком, наделенным животным типом строя психики. Преобладание обычаев, традиций, привычек характерно для зомби‑биороботов. (Почему куришь? – Потому что все курят.) Расчеты, интуиция вообще, наваждения и одержимость характерны для демонов. (Это мировое закулисье, разработчики и хозяева библейских и иных религиозных культов, лидеры евразийства, высшие иерархи сайентологов и т. п.) Нормой же для психики «Человека Разумного» является преобладание в восприятии и действии водительства Божьим промыслом, осознание которого доступно человеку через голос СОВЕСТИ.
Особое значение в продвижении людей к Богодержавию играет явление соборности. Его суть состоит в порождении коллективной психики, в которой воля каждого дополняет волю всех других в русле Божьего промысла, не подавляя свободу выбора и волю каждого отдельного человека. Соборность, о которой на протяжении веков пишут богословы всех церквей, и православных в особенности, достижима только на основе веры Богу и человечного типа строя психики ее участников.
Доказательство своего бытия Бог дает каждому тем, что отвечает на сокровенные молитвы в соответствии с их смыслом. В соответствии со смыслом обращенных к Богу молитв изменяются жизненные обстоятельства человека, а также частотность возникновения всех, случайно происходящих событий, связанных как с ним самим, так и с его близкими. Но Бог не меняет того, что происходит с людьми, пока люди сами не переменят то, что есть в них. Так и выстраивается порядок общения с Богом, если человек начинает различать призывы и обращения Бога, ему адресованные. Бог говорит с людьми большей частью языком жизненных обстоятельств. Это язык потока случайностей, которые понимавший данные вопросы Пушкин характеризовал как «мощное мгновенное орудие Провидения». Столкнувшись с любой случайностью, «Человек Разумный» должен задуматься, и тогда он научится безошибочно различать, что и в связи с чем ему говорит Бог, поддерживает ли Он его устремления или предостерегает от возможных ошибок, грехов и заблуждений.
Общение с Богом невозможно выстроить через посредников, на роль которых претендуют церкви всех без исключения вероисповеданий. Взаимодействие с Богом, Божье водительство наполнено реальным физическим смыслом. Это обоюдостороннее взаимодействие торсионных полей, излучаемых конкретным человеком с первичным торсионным полем Божьего промысла, с полем сознания Вселенной. Такого Божьего водительства лишены демонические личности, они опираются не на Божий промысел, а на личные расчеты, на наваждения извне и одержимость. Они являются организаторами, создателями и хранителями системы эгрегоров, экранируют для людей возможности прямой связи с Богом. Их миссия – пасти толпу биороботов под кроной того либо иного эгрегора, который больше приглянулся той либо иной части толпы.
Удел зомби‑биороботов – покорно пребывать под эгрегориальным колпаком, беспрекословно поклоняться хозяевам этого эгрегора. При этом взаимодействие с эгрегором, как с энергоинформационным образованием, идет тоже при помощи торсионных полей, что создает иллюзию связи с Богом. Такое особое состояние многие ощущают в церквях. При этом идущие с церковных эгрегоров наваждения создают особое душевное состояние, ошибочно воспринимаемое за связь с Богом. Люди с животным типом строя психики, менее подходящие для формирования бездумной толпы, являются эгрегориальными кочевниками, свободно и беспрепятственно переползая из‑под одного эгрегориального колпака под другой. Во время таких переходов они оказываются на некоторое время в «свободном пространстве», и у них гораздо больше шансов выйти на связь с Богом и начать развитие в сторону строя психики «Человек Разумный».
Формирование типа строя психики индивида происходит за счет его работы над собой в процессе переработки поступающей в его сознание информации. Бог, как утверждается в Библии, решил создать человека по образу и подобию своему. Но создал его по образу своему, образу Божию (Бытие, 26–27). В этом нет противоречий, поскольку человек от Бога наделен потенциалом формирования такого подобия всем ходом своей жизни, в процессе общения с себе подобными. Умышленно изменяя среду общения человека, можно целенаправленно формировать особенности его типа строя психики.
Представим себе крайний случай мысленного эксперимента. На необитаемом острове, где живут только обезьяны, оказалась размещенной группа мальчиков и девочек, которые ужились с обезьянами. В кого превратятся они и их потомки в отсутствие контактов с людьми? Безусловно, в человекообразных обезьян. Причем в третьем поколении новая порода таких человекообразных животных сформируется уже как абсолютно необратимая. Если же этих детей разместить в «стае» курящих, то к периоду взросления многие из них будут воспринимать курение в качестве поведенческой нормы.
Предшествующая нынешней цивилизации Атлантида располагала, по нашему мнению, технологиями формирования групп людей с запрограммированным типом строя психики. Рабовладение на этой основе, чуждое Божьему промыслу, явилось причиной ее гибели. Часть навыков Атлантиды, в том числе не самых лучших, унаследованы современной цивилизацией.
Рассмотрим с этих позиций возможную оборотную сторону операции «Исход», описанной в Библии. Исход племен кочевников из Египта после «плена» под руководством Моисея – событие глубокой древности, о котором большинство имеет весьма смутное представление на основе вторичных пересказов, восходящих к ветхозаветным книгам Библии «Исход», «Числа», «Второзаконие».
Мы уже объясняли существо выстроенной знахарями Древнего Египта системы надгосударственного управления, обеспечивавшей им концептуальную власть.
Но когда им захотелось безраздельного мирового господства, то для решения этой задачи потребовалась специальная, распределенная по всей планете кадровая база с целенаправленно сформированным типом строя психики, способная выполнять функцию проводников глобальной политики в качестве управленческой периферии. От периферии требовалось, чтобы она, не понимая сценария глобальной и региональной политики своих хозяев, неукоснительно в режиме биоробота отрабатывала все команды знахарей и, исполняя функцию «дрожжей общества», вовлекала бы в выполнение этих негласных команд всех окружающих на основе стадного чувства. Такое стадное чувство, как видно всякому наблюдательному человеку, характерно для любых множеств однородных биологических существ, включая человеческое общество.
В чем же могли состоять завуалированные цели и суть проекта, которому можно дать кодовое название «Исход», описанного в Библии, но представленного, исключительно как благое дело по выводу его участников из рабства и освобождению их потомков от власти над ними «духа рабства»? Результаты Исхода могли оказаться, по нашему мнению, иными. Организаторами этого проекта решалась задача сделать рабство утонченно‑незаметным, облечь его в иллюзию свободы и вовлечь все человечество в «плен египетский», от которого участники похода якобы освободились под руководством Моисея.
Наблюдая за разными особями животного мира, включая светлячков, пчел, лошадей, рыбок в стайках, жреческо‑знахарские структуры Египта пришли к выводу, что для всех биологических, однородных по способу поведения множеств особей характерен так называемый режим автосинхронизации. Он выражается в том, что если 1‑10 % особей некого множества начинают синхронно выполнять определенные действия, то в те же действия автоматически втягиваются и все остальные особи множества. Так, случайное синхронное мигание 1–10 % светлячков приводило к тому, что весь фрагмент долины Нила начинал мигать в этом режиме до 30–40 секунд. По такому же принципу отходит рой пчел. Подобные опыты были проведены и с людьми, размещенными на стадионе. Картина была аналогичной: весь стадион жил по программе задаваемой 10 % рассаженных «подсадных уток» (вставал, кричал, аплодировал), а не тем, что в это время происходило на игровом поле. Еще о нескольких, подобных по сути экспериментах сообщает публикация «Ученые выяснили, что людям свойственно быть „баранами“ и слепо идти за тем, кто стал лидером»).
Исходя из этого, было принято решение, что для эффективного надгосударственного управления нет необходимости ни в магических практиках, основанных на строительстве пирамид, ни в том, чтобы каждого водить за руку. Достаточно в каждой из стран иметь 1‑10 % безусловно подконтрольных особей, которым можно давать команды через знаковые для них фигуры. Дальнейшие события в стране будут развиваться в нужном направлении в силу действия режима автосинхронизации – было бы заранее создано и внедрено соответствующее информационно‑алгоритмическое обеспечение деятельности (мировоззрение и миропонимание), об упреждающем формировании которого под задачи перспективной политики мы говорили в главе 7. На повестку дня встал вопрос о выведении соответствующей породы людей – носителей специфического генофонда и культуры, отвечающих требованиям этой глобальной политической задачи, и об их последующем внедрении в национальные общества всего мира в качестве своей исполнительной управленческой периферии.
Если с этих позиций прочитать книги Ветхого Завета, то многое предстанет не только в непривычном для библейской культуры свете, но и вся всемирная история предстанет как процесс, управляемый по субъективному произволу на протяжении последних нескольких тысяч лет.
Согласно Корану первоначальная миссия Моисея состояла в том, чтобы вразумить фараона, чье правление уклонилось от праведности, чтобы тот покаялся и начал править Египтом в русле Божьего Промысла. Но как только Моисей при дворе фараона приступил к этой миссии, знахари настроили фараона (тоже член высшей жреческой коллегии, хотя и не верховный жрец) на противление Моисею. Собственно после этого от Моисея и последовало предложение фараону, хорошо известное в формулировке американского певца Поля Робсона: «Let my people go…», то есть «Отпусти мой народ со мной…».
Первоначальная миссия Моисея выглядела исключительно позитивно, носила мировоззренчески просветительский характер и по поставленным задачам не должна была быть затяжной. Однако спустя год Моисея как будто бы подменили. Произошло нечто подобное известному пушкинскому: «И в суму его пустую суют грамоту другую». Какой смысл был в блуждании в течение 42 лет по территории, из любой точки которой можно выйти за 2 недели? По‑видимому, мы имеем дело с глобальным социологическим экспериментом, призванным повлиять на судьбы всего человечества. Если в пустыню вошли 20‑летние юноши и девушки, то именно 42 года необходимо для того, чтобы у них, в полной изоляции от человеческого общества, появилось третье устойчивое по приобретенной генетической трансформации поколение.
Любопытен и факт выбора участников этого похода, из которого, как известно, живым не вышел ни один из входивших в пустыню, включая Моисея. Коренные народы этой местности были в то время разделены на две крупные группы. Одна из них занималась земледелием и вела оседлый образ жизни. Род занятий этой группы способствовал развитию правополушарного мышления. Вторая группа вела кочевой образ жизни и постоянно перемещалась со стадами коз и овец в поисках новых пастбищ. Условия жизни, борьба за выживание сформировали у скотоводов специфическую психологию и по преимуществу левополушарное мышление. Когда пастбища истощались и высыхали, кочевники совершали набеги на владения собственных собратьев, которые жили оседло, и сопровождалось это жестокими кровавыми последствиями. Поэтому конфликт в этом регионе имеет глубочайшие исторические корни. Племя скотоводов далеко не случайно и было выбрано в качестве этнографического сырья для их последующей генетической трансформации.
Важную роль в событиях 42‑летнего синайского «турпохода» играет «манна небесная», точнее – ее некий фальсификат. Представьте себе, что изрядной численности социальную группу лишают возможности общения с иными культурами; создают условия, в которых она не имеет возможности заниматься производством материальных благ, включая и продукты питания, для обеспечения своего существования. На этом фоне изоляции и обеспечения всем готовым целеустремленные наставники, контролирующие жизнь этой группы, осуществляют пропаганду вполне определенных идей, формируя требуемое мировоззрение. Эти условия поддерживаются неизменно в течение времени, за которое вымирает первое поколение, вошедшее в пустыню в возрасте 20 лет, помнящее по своему личному опыту начало этого эксперимента и предшествующую ему жизнь в труде. У второго поколения, которое трудового опыта уже не имеет, но еще отчасти помнит рассказы первого поколения о прошлой трудовой жизни, успевают вырасти взрослые дети. А через 42 года взращивается уже третье поколение, которое выросло в полной изоляции от общества, в искусственно программируемой культуре и наученное только одному – беспрекословному исполнению указаний ведущего. Его представители не владеют различением Добра и Зла, не приучены к производительному труду, не знают ничего, кроме того, чему научили их наставники, чью пропаганду они только и слышали с самого рождения. Они обладают не ограниченным свойством толерантности, если под этим термином, впервые введенным медициной, понимать его исходный первоначальный смысл. Под толерантностью понималась утрата организмом человека иммунитета и защитных реакций против проникновения и внедрения вредоносных вирусов. В равной мере этот термин применим и в отношении идеологических духовных вирусов.
Явной иллюстрацией ослабления духовного иммунитета являются недавние события во Франции, о которых рассказала своим читателям газета «Комсомольская правда»: «Толерантность, как оказалось, самое страшное оружие массового поражения, по сравнению с которым даже термоядерное оружие – детские игрушки и не более того. Особенно, в тех трактовках, которое придает этому термину нынешний „цивилизованный Запад“. В угоду этой толерантности приносят в жертву не только традиционные ценности, но и даже самый обычный здравый смысл. Так, во Франции в провинции Нант территориальный департамент образования округа разослал по 27 местным лицеям рекомендации, по сути, обязательные к исполнению. Согласно им, 16 мая 2014 года, не только мальчикам‑учащимся, но и мужчинам‑преподавателям лицеев надлежало прийти на занятия в этот день в юбках. Акция, которая носит название „Подними юбку“, по мысли ее авторов, направлена на борьбу с дискриминацией женщин и за равноправие полов… Инициатива департамента образования Нанта была одобрена и санкционирована министерством образования Франции, которое, кстати, планирует в ближайшие годы ввести в учебных заведениях уроки сексуального просвещения».
Кроме того, следует иметь в виду, что полушария головного мозга человека различаются по функциям. Правое полушарие реализует предметно‑образное мышление, а левое – абстрактно‑логическое. Правое полушарие мыслит в образах и мелодиях, левое мыслит в словах и логических переходах от чего‑то одного к чему‑то другому. При этом правое полушарие не умеет лгать само, и, когда оно активно, человек менее восприимчив ко лжи, нежели в случае, когда правое полушарие пассивно либо подавлено. Лжет человек левым полушарием, и, соответственно, всякая ложь угнетает деятельность правого. Нормально правое и левое полушария в процессе психической деятельности индивида должны взаимно дополнять друг друга, выполняя каждое свои функции.
Считается, что у современного человека более развито левое полушарие. Однако возможна и иная оценка доминанты левого полушария. Правое полушарие было некогда искусственно подавлено, и этот результат зафиксирован генетически и поддерживается в преемственности поколений воздействием специфической культуры, которая для человека – один из факторов среды, под который подстраивается генетический механизм биологического вида «Человек Разумный» в преемственности поколений.
И чем более подавлена деятельность правого полушария, тем ближе человек к компьютеру по характеру организации процессов обработки информации. Он не выявит сам явления в жизни, если кто‑то другой через лексический канал обмена информацией не сгрузит в его психику соответствующую программу «распознавания и формирования образов». Если говорить о предметно‑образном мышлении, то оно развивается в свободном творческом труде. Но это как раз то, чего были лишены участники похода. У них было подавлено правое полушарие, и этот результат был закреплен на генетическом уровне, вследствие чего была если не утрачена, то во многом подорвана способность к самостоятельному восприятию и осмыслению жизни. На эту биологическую основу была привита нравственность, весьма отличающаяся от общечеловеческой. Как следствие, из пустыни вышло сообщество легко управляемых людей, не способных к жизни в отсутствие пастуха. В качестве смысла жизни они видели только одну задачу – ждать и получать команду от обозначенного для них авторитета, а потом беспрекословно исполнять ее.
Эти люди и их рассеянное по земному шару потомство персонально не виноваты в тех бесчеловечных сценариях, которые реализуются при их посредничестве. Они – не более чем заложники системы, лишенные воли и биологической основы для осуществления адекватного потребностям общественного развития выбора линии поведения. По большому счету они еще более несчастны, чем те, которыми через них управляют. По своей миссии они являются программируемой управленческой периферией социальных знахарских структур. Это о них с болью писал А. С. Пушкин в поэме «Медный всадник»:
И так он свой несчастный век
Влачил – ни зверь, ни человек,
Ни то, ни се, ни житель света,
Ни призрак мертвый…
Еще раз хотелось бы подчеркнуть, что единственным критерием единства этих «дрожжей общества» является тип психики, запрограмированный в синайском «турпоходе», и ничего более.
Для защиты созданной управленческой периферии знахарями умело проведена подмена понятий. Скрывая отличия по типу строя психики, они маскируют свою управленческую периферию под национальность, фактически создавая при этом живой щит из тех добропорядочных людей, у которых в паспорте указана национальность «еврей». Настала пора разоблачить схемы, умышленно провоцирующие негативное отношение к еврейской диаспоре.
Надо сказать, что терминологическая неопределенность – основа глобального управления. Наиболее ярко это проявилось в ситуациях недалекого прошлого, когда на телевидении стали разоблачаться плакаты «Смерть жидам». Но давайте попробуем разобраться, о чем идет речь, и почему этот профинансированный спектакль ставился под вывеской «борьбы с антисемитизмом». Откроем аутентичный текст «Толкового словаря живого великорусского языка» В. И. Даля, изданный во времена до убийства Сталина и прочитаем: «жид – скупой, скряга, корыстный скупец». То есть в этом определении нет никаких указаний на национальность, принадлежность к тому или иному роду племени; понятие «жид» характеризует психику и нравственность индивида любой национальности, стремящегося жить за счет других и не более того.
А теперь мы укажем на тот терминологический маневр концептуальной власти, который переводит эту тему в разряд антисемитизма. Все дело в том, что если вы откроете, как пишут издатели, репринтное переиздание словаря Даля после сталинских времен (например, 1978 г.), то вы обнаружите, что в нем произведена подмена матрицы и словарная статья «Жид», истолковывающая это понятие в том виде, в котором мы цитировали его выше, из словаря просто исчезла. Чтобы изъятие статьи не бросалось в глаза, пустое место надо было чем‑то заместить. Пустое место действительно отсутствует, но размер шрифта и межстрочные интервалы на этой странице существенно увеличены по отношению ко всем остальным страницам и даже по отношению к напротив расположенной 540‑й странице.
По нашему мнению, это следует рассматривать как злонамеренную манипуляцию общественным сознанием. То есть жидовство в жизни есть, а слова такого, точно определенного по смыслу, в современной лексике нет. В результате через представителей самых разных национальностей, кто ведет жидовской образ жизни, подпитывают социальную базу зоологического антисемитизма, подставляя под удар еврейскую диаспору.
Так что выведение человечества из трехтысячелетнего плена египетского, выведение Руси из тысячелетнего пребывания под гнетом глобализаторов эпохи Рыб должно начаться с разоблачения сценариев психологического насилия над искусственно созданной управленческой периферией. И вот уже в очередной раз, в связи с глобальным финансовым кризисом, организованным в 2008 году, по Европе спровоцированы и прокатились волны роста «антисемитизма». Происходящая сегодня повсеместная разгерметизация этой методологии управления, насилие над людьми, делает ее бесперспективной и неработоспособной в будущей эпохе Водолея, антисемитизм – не пройдет.
Глава 17 Мировоззренческие проблемы образования
Ум, хорошо устроенный, лучше,
чем хорошо наполненный.
М. Монтень «Опыты»
В 1957 году СССР запустил и вывел на околоземную орбиту первый в мире искусственный спутник Земли. Для нас это была радость, а для правительства США – шок. В попытках найти объяснение техническому прорыву СССР в космической отрасли Конгресс США немедленно создал правительственную комиссию по изучению советской системы образования. Возглавлял комиссию адмирал Хайман Джордж Риковер, бывший уроженец Российской империи и будущий «отец» атомного подводного флота США. Работа комиссии сразу же вызвала интерес в американской прессе, а некоторые из изданий даже провели свои самостоятельные исследования. Так, в марте 1958 года американский журнал Life опубликовал статью, в которой сравнивались образовательные системы СССР и США. Героями статьи стали двое школьников – Алексей Куцков из Москвы и Стивен Лапекас из Чикаго, за жизнью которых наблюдали корреспонденты журнала в течение целого месяца. Журналисты буквально ходили за школьниками по пятам, наблюдали как они учатся, чем интересуются, что читают и как проводят свое свободное время. Статья потрясла Америку, так как несмотря на то, что Алексей и Стивен были ровесниками, обоим было по 16, но Алексей значительно опережал своего американского сверстника по образованности. На снимках, опубликованных в статье журнала, читатели могли видеть, как Алексей делает опыты на уроках физики и химии, играет в волейбол и в шахматы, читает Шекспира, ходит на экскурсии и занимается музыкой. Алексей почти все свое время посвящал учебе. Он был серьезно настроен поступить в институт, так как считал, что от этого зависит его дальнейшая судьба. Стивен же относится к учебе довольно легкомысленно, хоть и собирается поступать в колледж. Список изучаемых предметов у него был значительно меньше, а успеваемость по ним хромала. Но Стивена это не сильно волновало, и практически все свое свободное время он отдавал прогулкам со своей девушкой и танцам под рок‑н‑ролл на бесконечных вечеринках. В заключение автор статьи сделал вывод о плачевном состоянии американской системы образования и ее существенном отставании от советской.
К аналогичному выводу пришла и правительственная комиссия США. Выступая со своим докладом перед конгрессом США, адмирал Риковер сказал: «Серьезность вызова, брошенного нам Советским Союзом, состоит не в том, что он сильнее нас в военном отношении, а в том, что он угрожает нам своей системой образования». Здесь особое внимание хочется обратить на слово «угроза», поскольку перед лицом любых угроз правительство США всегда поступало и продолжает поступать лишь одним способом – оно эти угрозы, так или иначе, устраняет.
Адмирал Риковер честно признался, что Америка не сможет достичь таких же впечатляющих результатов как и СССР. Главным препятствием являлась сама система образования в США, которая основана на либеральных принципах и подходах. Конгрессом США было принято решение направить свои усилия на снижение качества образования в СССР.
Случайно или нет, но после осуждения «культа личности» Сталина на XX съезде КПСС, в советском обществе стало складываться негативное отношение к сталинского периоду и отходу от тех принципов и устоев, которые в нем сформировались, включая сталинскую систему образования. Эта система опиралась на традиции русской гимназии и впитала в себя все лучшее, накопленное в мировом образовании на тот период времени. Кроме того, единая система образования позволяла ежегодно совершенствовать методику преподавания предметов и осуществлять контроль за качеством образования на всей территории СССР, так как все ученики учились по единой программе и существовал единый методический центр при Минвузе СССР. Под шум борьбы с культом личности Сталина и его достижений в 1959 году в журнале «Математика в школе» выступили «реформаторы» и предложили изменить программы школьников по математике. После обсуждения этих предложений многим учителям стало понятно, что происходит диверсия, ломка программы. Например, предлагалось изучать десятичные дроби перед тем, как изучить обыкновенные. Также было предложено изучать элементы высшей математики в средней школе, что нарушало фундаментальные принципы познания «От простого к сложному», лишало учеников понимания сути процессов и, как следствие, вызывало потерю интереса к предмету. Это было началом полномасштабной «образовательной реформы», которая привела к тому, что сегодня из мирового лидера в массовом образовании Россия скатилась на 36‑е место и стоит позади таких стран, как Греция, Венгрия и Украина.
Какие же принципы лежали в основе нашего образования, когда мы были лидерами? Как утверждает педагог с 57‑летним стажем педагогической деятельности в высшей школе Игорь Петрович Костенко, методические ценности русской школы были следующие:
1. Принцип сознательности усвоения знаний. Формальные, механически заученные знания – это не знания. Обучение таким «знаниям» недопустимо. В частности, этот принцип не допускает перегрузки программ.
2. Принцип системности: «знания и навыки, сообщаемые учащимся, должны располагаться в определенной системе и строгой последовательности». Система и последовательность не придумываются методистами, а вырабатываются длительной практикой обучения.
3. Принцип предметного обучения рекомендует строить обучение последовательными цельными блоками. Предметная цельность обеспечивает внутреннюю взаимосвязь всех элементов учебного предмета, которая определяет такую же связь знаний о предмете и является необходимой предпосылкой не формального, сознательного и прочного усвоения.
4. Принцип постепенности: «переход от одной ступени к другой может совершаться лишь тогда, когда хорошо усвоена предыдущая ступень». Нужно «медленно, тщательно выяснить каждую произведенную операцию, пока выполнение не станет прочно усвоенным навыком».
5. Принцип достаточного учебного времени предполагает взаимообусловленность содержания обучения и учебного времени, отводимого учебным планом на полноценное усвоение этого содержания. Принцип определяет необходимое условие для сознательного обучения, для преодоления формализма в математических знаниях учащихся. Он предостерегает от перегрузки программ и указывает путь преодоления этой перегрузки: с одной стороны, сокращением содержания до минимально необходимых основ наук, с другой стороны, добавлением числа учебных часов, достаточных для сознательного и прочного усвоения этих основ. Гармония содержания обучения и выделенного для усвоения этого содержания учебного времени выверяется, опять‑таки, длительной массовой практикой обучения.
6. Принцип учета возрастных особенностей детей предполагает, в частности, недопустимость непосильных абстракций в обучении и соответствующий детскому опыту язык преподавания и учебников («язык задачи обязательно надо приспособить к детям»).
7. Принцип систематического устного счета: воспитание внутреннего внимания и сосредоточенного, последовательного мышления с помощью устного счета и устного решения задач и примеров на протяжении всех лет обучения.
8. Принцип систематического повторения и закрепления пройденного. В частности, обязательно повторение в начале учебного года материала, пройденного в предыдущем учебном году, и повторение курса каждого класса в конце каждого года.
9. Принцип систематической самостоятельной (в частности, домашней) работы учащегося с учебником и задачником под руководством учителя.
10. Принцип стабильной организации учебного процесса (основная форма занятий – урок, стабильные учебный план, программа, расписание, систематический учет знаний, ежегодные проверочные испытания, стабильная классная комната, индивидуальное учебное место и др.).
Все эти принципы были взаимообусловлены и взаимосвязаны. Все они нацелены на сознательное восприятие знаний учащимися, глубокое их понимание и прочное усвоение. Все они определяют разнообразные условия и методы, позволяющие достичь этой цели. Все они, как говорил наш великий педагог и математик академик Н.Н. Лузин, ориентированы на понимание. Поэтому объединим их в один обобщенный всеохватывающий принцип, на котором строилась русская школа, – принцип понимания.
Как же про‑западным реформаторам 60‑х годов удалось разрушить монолитное здание русской традиционной системы образования? И какие методы разрушения они использовали в своей работе? Среди самых пагубных выделим следующие:
1. Создание социальных органов и механизмов для разрушения. В 1920‑х гг. – Коммунистическая академия, ВАРНИТСО, Общество математиков‑марксистов, в 1940‑х – Академия педагогических наук (ныне – РАО) и ее дочерний институт НИИСИМО, в 1960‑х – Министерство просвещения СССР (при действующем Минпросе РСФСР), в 1990‑х – Высшая школа экономики и пр. Одна из задач – отбор и воспитание кадров, их поощрение.
2. Идеологическая подготовка «реформ» и разработка в этих организациях плана «реформ» и идеологии, правдоподобное обоснование вредоносных идей; выдвижение ложных целей и их внедрение в государственную политику (подмена цели достижения глубоких и прочных знаний недостижимой целью высокого теоретического уровня обучения – ВТУ); конкретизация разрушительных методических и педагогических идей, их пропаганда и внедрение в учебный процесс, в частности, через учебники.
3. Разрыв с традицией. Уничтожение проверенных временем методов обучения и учебников; внедрение новых «передовых» методов и учебников, быстро сменяющих друг друга; ориентация учителей и методистов на поиск инноваций и пр.
4. Хаотизация. Разрушение четкой структуры и связей. В образовании – множественность программ и учебников; хаос учебных часов, их ежегодное изменение даже в пределах одного вуза; перемешивание разнородных тем и предметов в пределах одного учебного курса; непрерывная смена установок, требований, форм отчетности и пр.
5. Бюрократизация управления. Выдавливание из управления профессионалов и замена их некомпетентными послушными нонконформистами. Обессмысливание всей управленческой деятельности, подмена ее целей и форм «бумаготворчеством». Уничтожение эффективного контроля, подмена реальных результатов фиктивными непроверяемыми «отчетами» и выдуманными для сокрытия истины «показателями».
6. Игнорирование критики и опыта. В процессе подготовки и реализации «реформ» ложность их идей закономерно вскрывается практикой и вызывает острую, глубоко обоснованную критику профессионалов (учителей). Принцип «реформаторов» – абсолютное, циничное игнорирование любой критики и непреложное внедрение всех своих идей. Для этого необходимо иметь «крышу» в самой высшей власти.
Качество образования современной России в точных науках, по оценкам Игоря Петровича Костенко снизилось в сравнении с 1956 годом в 70 раз и достигло времен послереволюционной разрухи. Разнобой и разруха, которые царят в головах молодых людей, вкусивших плоды «либерального» образования, приводят к катастрофическим последствиям в обороне, промышленности и инновационной сферах. Катастрофически недостаточно молодых грамотных специалистов – это то, что нам предстоит исправить.
На Всероссийской конференции преподавателей гуманитарных и общественных наук, проходившей 21.06.2007 г. в Москве, Президент России В. В. Путин четко обозначил современные проблемы гуманитарного образования: «Современному российскому обществу нужны глубокие мировоззренческие исследования. К сожалению, это очень часто подчинено текущей потребности, текущей конъюнктуре. И это жаль. Потому что нам не нужно конъюнктурить – нам нужны основные приоритеты, основные знания в этой области, глубокие, фундаментальные».
В переводе на управленческий язык это означает, что не «исследователи» должны «онаучивать» кем‑то и как‑то сформированную политику, а политика должна строиться на жизненно состоятельных результатах научных исследований (в том числе и в области гуманитарных наук). А для того чтобы результаты научных исследований были жизненно состоятельны, в основе научно‑исследовательской деятельности должны лежать, во‑первых, совесть и, во‑вторых, эффективная методология познания и творчества. Но и то, и другое – достояние личности человека. А личность – продукт действующей в обществе системы воспитания и образования подрастающих поколений.
Если же наука (прежде всего, социология во всех ее отраслях) будет «конъюнктурить» под неведомо откуда порождаемую политику, как это было в СССР, то для этого дела совесть является помехой, а потребность в методологии познания и творчества отпадает. Актуальна эта проблема и в наши дни. Без ее разрешения у России есть шансы повторить судьбу СССР, но только катастрофа будет неизмеримо более тяжелой.
В конечном итоге, речь идет о задаче нравственно‑мировоззренческого характера, и потому на вопросах формирования мировоззрения и представлений об основных приоритетах в жизни общества мы сосредоточимся в настоящей главе.
В сущности, есть два типа образования:
● информационно‑кодирующее, целью которого является передача обучаемым суммы некоторых знаний и навыков в готовом к употреблению виде;
● методологическое, вырабатывающее культуру мировосприятия и мышления и способность к самостоятельной выработке новых знаний и навыков, а также к самостоятельному освоению знаний и навыков, ранее выработанных другими.
Первое дает ответы на вопросы «что? где? когда?», ставшие культовыми в отечественном шоу‑бизнесе. В силу ограниченности учебных программ неизбежно приводит к ситуациям «не могу знать!». А второе направлено на исключение ситуаций типа «не могу знать!».
Отто фон Бисмарк утверждал: «Войны выигрывают не генералы, войны выигрывают школьные учителя и приходские священники», – т. е. те люди, которые заняты делом формирования личностей в новых поколениях. Уинстон Черчилль придерживался аналогичных воззрений: «Школьным учителям принадлежит власть, о которой премьер‑министр может только мечтать».
И хотя власть учителя обладает низким по административным понятиям быстродействием, так как результат их деятельности проявляется опосредованно спустя десятилетия, однако оба они правы, поскольку именно учитель способствует либо препятствует формированию в психике личности всего того, что относится к первому приоритету обобщенных средств управления.
Но еще большая власть, чем власть учителя, принадлежит матери, если она способна выбрать достойного отца для своих детей. Со времени, предшествующего зачатию, именно в семье, прежде всего, осмысленными усилиями матери (если они есть) в раннем детстве формируется та основа, на которой в дальнейшем что‑то строят учителя, начиная от начальной школы до высшей. Поэтому вопрос в том, на основе какого мировоззренческого стандарта действует сам учитель, поскольку его мировоззренческий стандарт во многом определяет нравственность и возможности развития интеллекта и тип строя психики его подопечных. В свою очередь, подавляющее большинство учеников станет матерями и отцами, которым предстоит воспитывать детей в будущих поколениях со всеми вытекающими из этого факта последствиями для общества.
Соответственно, невозможно адекватно обсуждать проблемы образовательной политики, умалчивая о базовых нравственно‑мировоззренческих установках, ибо негодяй, получивший хорошее образование в аспекте знаний и навыков, но так и оставшийся негодяем, гораздо более опасен для общества, чем негодяй‑неуч.
Мировоззренческие системы, которые могут быть сформированы системой образования, в предельном случае обобщения могут быть сведены всего к двум моделям – калейдоскопу и мозаике. Для первой модели характерно восприятие мира как совокупности случайных явлений, как хаоса, в котором изменения не обусловлены причинно‑следственными связями и мир не познаваем. Для второй – мир един и целостен, все процессы и явления в нем взаимообусловлены и реализуются в рамках единой матрицы, меры развития.
Соответственно, главная задача жизненно состоятельной педагогики в наши дни состоит, прежде всего, в обучении детей навыкам самостоятельного познания жизни и формирования мозаичного целостного мировоззрения и миропонимания. Только на этой основе можно выйти из нынешнего глобального кризиса цивилизации на то качество культуры, при котором возможна истинная демократия концептуально властных людей и обеспечение безопасности жизни личности во всех аспектах понимания термина «безопасность».
Современный мировоззренческий стандарт и требования к системе образования обсуждались на Парламентских слушаниях по Концепции общественной безопасности в 1995 году[10], но их рекомендации Думами последующих созывов были преданы забвению, и каких‑либо позитивных изменений в политике государства в сфере образования не произошло. Настала пора вернуться к этим задачам в общественно‑инициативном порядке.
Обсуждая проблемы современного гуманитарного образования, необходимо уделить особое внимание качественно новому явлению в жизни человеческого общества, которое ранее именовалось изменением эталонных частот биологического и социального времени, влекущим за собой смену логики социального поведения (об этом обстоятельно речь шла в главе 1). Это явление вызвано ускорением течения социальных процессов по отношению к течению чисто биологических процессов в обществах, и одной из его сторон является устаревание в течение нескольких лет многих знаний и навыков, определяющих положение человека в обществе.
Так, когда‑то каменный топор был необходимым атрибутом жизни на протяжении тысячелетий, а сегодня японцы утверждают, что сохранение конкурентных преимуществ требует коренного обновления технологий и техники каждые 5 лет, то есть многократно за время жизни одного поколения.
Следовательно, необходимо поменять вектор цели народного образования. От информационно‑кодирующей, фактологической педагогики мы должны перейти к педагогике методологической, назначение которой – развить, прежде всего, навыки и методологию выработки с нуля и самостоятельного освоения новых для индивида знаний.
Адаптацию же этих навыков и знаний к конкретному месту работы в этом случае можно будет возложить на самого методологически грамотного человека.
Практически каждый человек должен стать предпринимателем в той области общественно‑полезной деятельности, к которой тяготеет его сущность и его душа.
Соответственно, должна быть создана единая государственная система непрерывной подготовки кадров, охватывающая все возрастные группы, начиная с младенчества. Основы личности закладываются именно в этом возрасте, и именно с малышами в детских садах и яслях должны работать лучшие педагоги.
К сожалению, целенаправленно насаждаемая всеобщая ориентация на образовательные стандарты Болонского процесса препятствует становлению методологического образования, поскольку их назначение – обеспечить подготовку множества специалистов с психологией «клерков», а не «хозяев». На Западе «хозяева» готовятся в малочисленных наиболее престижных вузах (большей частью университетах), игнорирующих Болонскую конвенцию.
Система обязательного для всех образования должна ставить принципиально иные цели обучения. Человек – это, прежде всего, тип строя психики. Формирование типа строя психики представителя биологического вида «Человек Разумный» и должно быть положено в основу методологической педагогики. Необходимо в процессе обучения, прежде всего, дать четкое понимание признаков животного типа строя психики, психики зомби‑биоробота и демонического типа строя психики. Необходимо показать порочность и опасность для самого индивида и окружающих его людей ухода в опущенный в противоестественность тип строя психики, когда человек, наделенный разумом, воспринимает для себя за норму употребление алкоголя либо табака.
Как уже говорилось, хорошо обученный, умный мерзавец может оказаться общественно гораздо более опасным, чем недоучка. А все усилия учителей будут, в конечном счете, сведены на нет, если учащимися не будет осмыслен алкоголь и прочие дурманы как локомотив деградации личности и генное оружие, как инструмент глобального управления человечеством. Употребляющий их способен нанести тем больший урон обществу, чем более высокий образовательный и общественный статус он имеет. И для этого вовсе не обязательно быть записным алкоголиком или иным состоящим на учете наркоманом. Уровень образованности сам по себе не является критерием общественной полезности индивида и его возможности состояться в качестве человека. Знания и навыки – всего лишь приложение к типу строя психики, а не основная характеристика личности.
Понятно, что из общеобразовательной школы выпускник должен выходить с более высокими показателями здоровья, нежели при поступлении. Все же забота о детях должна выражаться не только в высоких показателях выпускных госэкзаменов, но и в медицинской статистике, не говоря уж о том, что здоровье в юности – залог будущих творческих достижений, дальнейшего развития каждого отдельного человека и продолжительной активной жизни в радость себе и близким.
Исторически сложившаяся общеобразовательная школа этому требованию не удовлетворяет. До 90 % ее выпускников имеют те или иные нарушения здоровья, которые являются следствием того, что они учились в современной школе. Стали нормой нарушения осанки, испорченное зрение, общая хилость как результат малоподвижного образа жизни, усугубляемые курением, систематической выпивкой «по‑взрослому» в подростковом возрасте. Бросаются в глаза акустически вредоносное сквернословие, как норма «культуры речи» на любом торжественном мероприятии, где выпускники собраны вместе, а не растворены среди взрослого населения, которое тоже не блещет здоровым видом и нравственно здравым смыслом жизни. Плюс к этому, уже в подростковом возрасте многие втягиваются в беспорядочные половые связи, которые будут иметь последствия если не для них самих, то для их потомков под воздействием явления телегонии. И, кроме этого, есть и многое другое, что не бросается в глаза, но неизбежно даст о себе знать в будущем разного рода личностными и социальными проблемами. В частности, устойчивость браков оставляет желать лучшего. Высокая статистика разводов и их разнородных негативных последствий – результат того, что семья и школа не смогли сформировать нужные для жизни качества личностей и дать необходимые знания о психологии и этике совместной жизни.
Причины всего этого в том, что школьный педагогический процесс не носит целостного характера, а различные его части не только не поддерживают друг друга, но подчас противоречат друг другу. Способ жизни человека, в котором он не создавал бы проблем для себя самого и окружающих, требует, чтобы его чувства (сенсорные способности) были всесторонне развиты, чтобы потоки информации, воспринимаемые органами чувств, не терялись бесследно где‑то в глубинах его психики, а находили свое выражение в осмысленном поведении человека и соответствовали обстановке. В свою очередь, это требует согласованной работы памяти, образного, логического и ассоциативного мышления, бессознательных уровней психики и уровня сознания, с которого всегда действуют воля и внимание. Только в этом случае навыки восприятия и поведения будут находиться в согласии с биологической основой (врожденными рефлексами и инстинктами) и будут главенствовать над нею, но в то же время не будут разрушать ее.
Если не все, то очень многие из нарушений в работе названных и не названных частей психики личности человека, в их взаимосвязях, выражаются как утрата природной, генетически обусловленной красоты движений человека. А специальные тесты и упражнения, направленные на восстановление природной грациозности, влекут за собой автоматическое устранение разного рода сбоев в работе отдельных элементов психики и их взаимосвязей между собой. Именно поэтому классическая оздоравливающая русская школа предполагала обучение танцу, впрочем, как и пению с опорой на принципы вокалотерапии.
Устранение такого рода сбоев имеет два принципиально важных следствия. Первое – общее улучшение показателей здоровья. Поскольку до 70 % заболеваний, известных медицине Запада, трактуются специалистами, как психосоматические[11]. Второе следствие – общий рост продуктивности психики человека, рассматриваемой как информационно‑алгоритмическая система. При этом улучшаются показатели внимания, доступности памяти, согласовывается работа правого и левого полушарий головного мозга, возрастает эффективность интеллекта, обостряется интуиция, улучшается эмоциональный фон и т. п.
Естественно, что надо учить читать и писать. Но учить читать можно, доводя ученика до разной степени развитости этого навыка: по слогам, как читал Филиппок в рассказе Л. Н. Толстого; в темпе внутренней речи, повторяющей написанное, как читает большинство из нас; в режиме скорочтения в темпе листания страниц книги или дисплея компьютера, как читают единицы.
Но именно эти единицы имеют преимущество перед всеми прочими, когда надо в короткие сроки «перелопатить» большие объемы информации для того, чтобы выбрать из них и освоить то немногое, что действительно необходимо для действий в той или иной конкретной ситуации. А кроме того, скорое чтение – эффективное средство расширения кругозора и формирования на его основе целостного мировоззрения и миропонимания.
Но если методики скорочтения публикуются в виде разного рода наставлений по самообучению этому навыку на протяжении десятилетий, то почему на протяжении этих же десятилетий обучение скорочтению не стало нормой для образовательного стандарта начальной школы? Ведь если к концу первого класса все дети овладеют навыком скорочтения, то любой школьный учебник ребенок будет в состоянии прочитать и запомнить его содержание в течение одного‑двух часов. Это сразу решает две проблемы нынешней школы. Снимается надуманная проблема перегруженности разнородными учебными дисциплинами, которая является, прежде всего, следствием неэффективности навыков чтения. Во‑вторых, снимается проблема нехватки времени в классах на то, чтобы учителя‑предметники могли вести семинары и диспуты по всем темам[12], которые входят в учебную программу. Ныне практически все учебное время занято тем, что учителя что‑то рассказывают, а отличники тем временем скучают или заняты какими‑то своими делами, зная, что они дома все, относящееся к теме урока, прочитают в учебнике минут за 10 и еще минут за 10 выполнят все письменные домашние задания по этому предмету. Прочие – «трепещут», судорожно записывая за учителем то, что он рассказывает, не успевая вникнуть в смысл записываемого, после чего им предстоит дома корпеть над тетрадями и книгами с сомнительным результатом.
При этом типичен парадокс: двоечник в состоянии за ночь или за воскресенье прочитать что‑то толстенное вроде «Трех мушкетеров» и потом пересказать в лицах весь роман своим приятелям, но он же не в силах пересказать 5 страниц учебника истории или географии, которые ему задали на дом.
Причина этого парадокса в том, что «Трех мушкетеров» он читал в одном настроении (состоянии психики), а учебник географии – в другом. А произвольно создавать эффективное для освоения знаний настроение его должны были научить в нормальной школе еще в младших классах. Но он учится в обычной школе, и потому обучить его этому навыку было некому, зато все предметники «грузят» его разного рода «науками». Понятно, что эффективность «загрузки» близка к нулю. Это как в компьютере, если соответствующий порт закрыт, а «софт» не загружен, слать в него файлы бесполезно[13].
То же касается и проблем с освоением учебной программы по математике. Математика требует согласованности в работе предметно‑образного мышления (за него отвечает правое полушарие головного мозга), логического (за него отвечает левое полушарие) и ассоциативного мышления (оно требует согласованной работы обоих полушарий). Но обеспечение согласованной работы правого и левого полушарий – это навык, который может возникать либо непроизвольно, либо (если он не возник непроизвольно) в результате приобретения. Если такового нет, то математика превращается в кошмар для школьника и его родителей, который усугубляется по мере перехода в старшие классы. А несовместимость гуманитарных дисциплин и естественно‑научных в психике одного и того же ученика – неизбежна. В результате, в зависимости от того, как школьники распределяются по статистике нарушений в деятельности правого и левого полушарий и скоординированной работы обоих полушарий, одна часть, освоив математику и естествознание, не в состоянии связать двух слов, чтобы адекватно выразить свои мысли. А другая, ссылаясь на свой «гуманитарный склад ума», не зная естествознания и математики, блещет «эрудицией» и «гуманитарным» пустословием, которые ни они сами, ни кто‑либо другой не в состоянии связать с проблематикой реальной жизни, с путями и способами ее разрешения[14].
И только меньшинство способно чувствовать, осмыслять происходящее соответственно своим нравом (будь то злонравие либо благонравие) и выражать свои мысли, в том числе при необходимости и языком математики, как одним из языков для описания жизни. Но в нормальной школе то, на что способна благонравная часть этого меньшинства, должно быть нормой для всех. Поэтому есть основание полагать, что к успеху этих единиц, возможно, причастны также и единичные неординарные учителя‑предметники, но никак не педагогическая система общества в целом.
Но решение проблемы освоения языка математики и на его основе естественно‑научных дисциплин так, чтобы не возникало конфликта с гуманитарными дисциплинами, опять же лежит в области не методик преподавания тех или иных предметов, а проблемно‑ориентированных психофизиологических практик. Однако для этого подобными практиками должны владеть воспитатели детских садов, поскольку именно в дошкольном возрасте закладываются алгоритмы системной работы головного мозга. Аналогичная фундаментальная ответственность лежит на учителях начальных классов, физкультурниках и школьных психологах, работа которых необходима для того, чтобы восполнить недоработки семейного и детсадовского воспитания и создать основу, опираясь на которую, позднее смогут эффективно работать учителя‑предметники старших классов. Именно поэтому в Японии самую высокую зарплату имеют учителя младших классов.
Кроме того, в младших классах необходимо возродить такой предмет, как чистописание, или, как его еще называют, каллиграфия. Разборчивый почерк является одним из компонентов вежливости и уважения к людям, в процессе каллиграфического письма вырабатываются такие навыки, как аккуратность и прилежание, которые должны быть свойством характера. Однако, поскольку в норме человек печатает быстрее, чем пишет от руки, клавиатурная грамотность, слепой десятипальцевый метод работы на клавиатуре тоже должны войти в стандарт обязательного начального образования.
Скорочтение и клавиатурная грамотность – это те средства, которые позволят высвободить учебное время собственно на учебу и ввести в школьную программу такие, ныне почитаемые никчемными дисциплины, как различные виды искусств (живопись, скульптура, музыка, танцы), без принятия которых в себя становление творчески эффективной психики невозможно.
Кроме того, качество жизни современного общества, любой семьи в нем, любого индивида определяется, прежде всего, качеством управления макроуровня. Те времена, когда можно было уйти в глушь и трудом своей семьи создать для ее членов приемлемый уровень жизни, давно уже ушел в прошлое. Теперь иные времена. Людвиг Эрхард создал в Германии экономическое чудо; отечественные реформаторы 1990‑х смогли создать только экономическую разруху, из которой вывести страну они не могут и по сию пору. Оба результата были запрограммированы управлением макроуровня, плоды которого получило все остальное население, либо реализовав свой творческий потенциал (как это было в Германии), либо не находя на протяжении длительного времени места для его реализации (как это было в застойные годы СССР и имеет место в постсоветской России). Это означает, что управленческая грамотность всех – такое же обязательное требование эпохи, как и всеобщая грамотность в смысле владения навыками чтения и письма. Только в этом случае управленчески грамотное общество не будет заложником таких горе‑управленцев, как партийная номенклатура после сталинского периода и реформаторы постсоветского периода. Поскольку только в этом случае общество будет иметь предельно широкий выбор кандидатов на управленческие должности в государственном аппарате и бизнесе, а также будет способно видеть различие тех ситуаций, когда ущерб общественным интересам нанесли некие объективные факторы и когда ущерб является элементарным неизбежным следствием некомпетентного управления либо злоупотреблений властью в корыстных интересах.
Это означает, что в учебную программу надо ввести не некие «основы менеджмента», а достаточно общую (в смысле универсальности применения) теорию управления[15]. Кроме того, курс «Основы обществознания» следует изложить заново, опираясь на понятийный аппарат достаточно общей теории управления. Освоив курс «Обществознания», выпускник должен иметь представление о том, как организуются и протекают процессы управления в обществе, начиная от уровня семьи и кончая уровнем разрешения глобальных противоречий всего человечества.
Наряду с этим обучение должно обеспечить владение навыками быстрой релаксации (раскрепощения) как предпосылки к переходу к иному виду деятельности. Всякая деятельность, мобилизуя ресурсы организма, так или иначе требует их высвобождения при переходе от одной деятельности к другой, а также и владения навыками концентрации мысли и молчания разума. В противном случае резко снижается способность к обучению.
Особый вопрос – это вопрос о совместном и раздельном обучении девочек и мальчиков. У того и другого способа есть свои сторонники и свои противники. На наш взгляд, надо сочетать оба способа в одной и той же школе в одних и тех же классах.
В основе того, что оба подхода должны сочетаться, взаимно дополняя друг друга, лежат следующие обстоятельства.
И мальчики, и девочки должны вырасти и стать полноценными членами одного и того же общества, в котором не должно быть места дискриминации ни мужчин, ни женщин. А для этого и те, и другие должны иметь общее сплачивающее, а не разобщающее их мировосприятие и миропонимание, знать и понимать друг друга, что невозможно при раздельном обучении и требует обучения совместного, особенно в форме семинаров и дискуссий.
Но, наряду с этим, у каждого из полов различные функции в жизни биологического вида «Человек Разумный», и организация жизни общества должна строиться на этой основе. Иными словами, эта биологическая основа должна иметь свои продолжения в культуру общества. Вследствие этого есть то, чему учить девочек нет никакой надобности, но есть и то, чему нет никакой надобности учить мальчиков. Более того, есть и то, что девочкам и мальчикам до некоторого возраста не следует знать вообще, поскольку преждевременные знания могут покалечить психику в процессе становления личности. Но к тому возрасту, когда эти знания станут для них полезными, должна быть сформирована соответствующая структура личностной психики, рассматриваемой как информационно‑алгоритмическая система.
Но общеизвестно, что девочки взрослеют раньше мальчиков. В аспекте развития тела это положение правильно. Но в аспекте развития психики это положение иллюзорно, поскольку в процессе личностного развития мальчики и девочки в разной последовательности осваивают мощь интуиции и мощь интеллекта. Девочки – сначала интуицию, а потом интеллект; мальчики – сначала интеллект, а потом интуицию.
К сожалению, наша культура такова, что личностное развитие большинства мальчиков останавливается прежде, чем они успевают освоить интуицию; а личностное развитие большинства девочек останавливается прежде, чем они успевают освоить полноту своего интеллектуального потенциала. Именно это различие лежит в основе мужской серии анекдотов «про блондинок» и женских анекдотов и мнений о бесчувственно тупых каких‑то «недоделанных» мужиках, которых надо убеждать в истинности явлений жизни, очевидных для интуитивно развитой женщины.
Кроме того, исследования показывают, что с началом менструального цикла гормональный фон девушек также начинает меняться в определенной закономерности в зависимости от фазы менструального цикла. Но гормональный фон оказывает непосредственное биохимическое воздействие на деятельность головного мозга, и соответственно – на интеллект и психику в целом (см. в частности публикацию «Природа зачем‑то наказала дурочек, отняв у них оргазм» в «Комсомольской правде» от 12.05.2009 г.). Эта особенность организма женщины приводит к тому, что в одни дни на протяжении менструального цикла ее интеллектуальная мощь на максимуме, позволяющем решать сложнейшие задачи, а в другие дни – на минимуме, едва позволяющем совершать самые простые действия даже в привычной для нее обстановке. Представители мужского пола, если их эндокринная система функционирует нормально, имеют более стабильный гормональный фон, и потому показатели работоспособности их психики более стабильны.
Кроме того, на подходе к возрасту полового созревания взаимный интерес мальчиков к девочкам и девочек к мальчикам при неразвитости навыков самообладания у представителей обеих сторон, приводит к тому, что совместное пребывание в одном классе становится поводом для проявления внимания друг к другу. В результате учебные дисциплины уходят на второй, а то и на третий план, усвояемость программы и успеваемость падает.
Поэтому подавляющее большинство специальных дисциплин, начиная с этого возраста, в общеобразовательной школе лучше преподавать раздельно. В то же время, наряду с этим в школе должны преподаваться дисциплины общечеловеческого характера, ныне почти изгнанные из нее под предлогом «перегруженности» (художественная культура, музыка, пение, танцы, социология, этика, построение семьи и т. п., что необходимо для становления личности как члена общества и безопасного развития общества). Эти дисциплины по своему содержанию таковы, что их раздельное преподавание может быть даже вредоносным.
Эти особенности полов и взросления их представителей – объективная данность. Спрашивается: должна ли педагогическая наука и эффективная система образования учитывать различие в «графиках» взросления и личностного становления мальчиков и девочек и различие в последовательности освоения ими возможностей своих интуиции и интеллекта?
На наш взгляд, педагогика должна тщательно изучить эти явления и строить систему обязательного всеобщего образования с учетом выявленных особенностей обоих полов, что неизбежно приведет к сочетанию принципов раздельного и совместного обучения в одних и тех же школах, в одних и тех же классах. При этом система обязательного всеобщего образования все же должна быть ориентирована на то, чтобы мальчики достигали того рубежа, за которым они начинают осваивать интуицию, а девочки – осваивали бы свой интеллектуальный потенциал, которым их Бог тоже не обидел, тем самым не давая поводов к появлению анекдотов «про блондинок».
При этом еще раз подчеркнем, что нормальная школа, прежде всего, должна содействовать формированию личностной культуры психической деятельности в полноте генетического потенциала человека, а все знания и навыки – дополнение или необходимое подспорье в этом деле.
Если все сказанное осуществить, мы получим качественно иную систему образования, которая не только не будет перегружать школьников, но и решит многие их личностные проблемы, унаследованные от старших поколений.
Понятно, что такая система должна быть общедоступной, а не быть инструментом формирования некой «элиты», персональный состав претендентов в которую определяется не принципами демократии, а какими‑то иными принципами, прежде всего – клановой принадлежности. Но вопреки этим общественным потребностям протекают иные процессы, и в их числе вызывают обоснованную обеспокоенность тенденции к доминированию системы платного образования. Воспроизводство собственного населения, как в количественном, так и в качественном отношении, является первоочередной задачей государства, а потому вопросы образования должны решаться на государственной основе во избежание деградации общества. В случае бесплатного общедоступного образования социальной базой управленцев является все общество, включая представителей малообеспеченных семей. В результате расширения кадровой базы управленческого корпуса до границ всего общества качество управления повышается. При высокой доле платного образования, осуществляемого на основе более совершенных образовательных стандартов, доступ в сферу управления постепенно сужается до отдельных кланов, которые в силу биологических и социальных закономерностей толпо‑элитарного общества подвержены разнородной деградации. Вследствие этого деградирует и корпус управленцев, снижается качество управления обществом в целом. Если рассматривать проблематику качества управления, то причина краха Российской империи в 1917 году – неспособность дворянского сословия дать общественно необходимое количество эффективных управленцев, необходимых во всех сферах жизни общества. И особенно это касается сферы высшего государственного управления, узурпированного выродившимся кланом Романовых и множеством кланов Рюриковичей.
Что касается нынешних «элитарных» спецшкол, то их существование не оправдано временем. В советские времена великолепная плеяда ученых вышла из рабоче‑крестьянской среды, не обладавшей «элитарным» мировоззрением; многие впоследствии выдающиеся ученые за рубежом – тоже выходцы из простонародья. «Элитарное» мировоззрение начало формироваться по мере начала воспроизводства интеллигенцией самой себя, в том числе через спецшколы (математические, иностранных языков и т. п.). Хороши рабочие семейные династии, но не династии, монополизирующие ту или иную отрасль науки, искусства, авиационные или иные проектно‑конструкторские бюро и т. п. Спецшколы же ведут к ранней, узкой специализации, которой сопутствует ослабление общей методологической подготовки и тематическое ограничение личностного развития. Предпочтительным, с наших позиций, является вариант равнозначных школ. Однако процесс обучения там должен быть поставлен так, чтобы он стимулировал самообучение, когда необходимый и возможный для учащегося максимум ученик набирает сам. Стремление к самосовершенствованию, к самостоятельной работе – это важнейшее качество, требующее своего развития. Спецшколы переводят инициативу в плоскость обязательных действий и не способствуют укреплению самостоятельности.
И еще раз, но более подробно. Особую роль в жизни каждого человека играют внутриутробный период и раннее детство, когда формируются основы личности. В дальнейшем идет лишь развитие полученных на этом этапе человеческих качеств и предпринимаются всевозможные попытки перевоспитания. Из этого следует, что если общество думает о своем будущем, то оно на этапе дошкольного воспитания окружает детей воспитателями высочайшего уровня нравственности и профессионализма. Это должны быть люди от Бога. Именно они должны распознать будущее призвание каждого ребенка и заложить направленность его развития. Неслучайно, как мы уже отмечали, в Японии воспитатель дошкольных учреждений – одна из самых престижных и высокооплачиваемых специальностей.
Очень важна в связи с этим и целенаправленная системная образовательная работа с родителями: от момента, предшествующего зачатию ребенка, до окончания им школы. Ведь сегодня в обществе отсутствуют даже поверхностные представления об убийственном воздействии потребления алкоголя и табака родителями на здоровье и интеллектуальные способности будущего ребенка.
Особые возможности имеются в нашей стране и по радикальному улучшению системы школьного образования. Взять хотя бы в этой связи опыт, наработанный в знаменитой школе академика Михаила Петровича Щетинина. Его суть – в переходе от параллельного освоения предметов к последовательному, с глубоким круглосуточным погружением только в один из предметов. При этом дети, освоившие, к примеру, за три месяца курс школьной математики, начинают ее преподавать для тех, кто в это время изучал русский язык. На этапе преподавания и идет окончательное закрепление материала. На полное освоение школьного курса с получением аттестата уходит не более 2–3 лет, а основное внимание школа уделяет становлению личности человека.
Решение этих, как и многих других задач перехода к методологической педагогике невозможно без прямого участия в этих процессах всех без исключения средств массовой информации. Все государственные телерадиокомпании просто обязаны вести ежедневные учебные программы от родительского университета до учебной всеобщей программы по Достаточно Общей Теории Управления, по Концепции общественной безопасности в целом. Это должно делаться для тех, кто еще не утратил возможности и желания сохранить биопопуляцию «Человек Разумный». Все откровенные приемы магии и телевизионной ворожбы, зомбирование психики подрастающего поколения на искоренение человечности, на насилие, разврат, алкоголизацию должны быть сняты с экрана, как минимум, государственных средств массовой информации, по причине наносимого ими серьезного ущерба здоровью собственного населения. Все, что мы и наши дети видим на телеэкране, с неизбежностью перетекает в наше бессознательное, а потом в нашу повседневную жизнь. Это азбучные истины для понимающих в системе эгрегориально‑матричного управления. Это вопрос не идеологии и ограничения свободы слова, а вопрос охраны здоровья населения, поскольку свобода слова – свобода выражения мыслей, а не свобода растлевать подрастающие поколения. Ведь человек – это единство тела, духа и души. Подрыв психического, духовно‑нравственного здоровья населения первичен и гораздо более опасен, чем ущерб здоровью телесному.
Молодой 18‑20‑летний человек приходит в высшую школу уже сформировавшейся личностью. Университет может только способствовать развитию тех качеств и того мировоззрения, которое у молодого человека уже сформировала система народного образования и семья. Если понимать, что процесс воспитания начинается еще на стадии внутриутробного развития, то остается сделать вывод, что вузы включатся в него на заключительной стадии. До этого над воспитанием личности эффективно поработали либо недоработали, или даже просто покалечили личность семья и школа, телевидение и Интернет (кроме того, на психику многих юношей оказывает не всегда благотворное воздействие и армейская служба). И, имея дело с этой предысторией, вуз, ориентированный, прежде всего, на профессиональное образование, в деле воспитания сделать может в общем‑то не очень многое. Поэтому важно понять, что и как может сделать вуз.
Процесс воспитания завершается одним из двух вариантов:
● либо человек до конца своих дней сохраняет в общем‑то неизменными те личностные качества (характер), которые целенаправленно или неосознанно сформировало все множество воспитателей, с которыми он имел дело до завершения процесса воспитания;
● либо человек, доведенный процессом внешнего воспитания до некоего рубежа самоосознания, начинает осознанно заниматься самовоспитанием, с течением времени устраняя те особенности своего характера, которые он расценивает как недостатки и пороки, и вырабатывает те личностные качества, которые воспитатели в нем не сформировали в силу каких‑то причин.
В первом случае, вуз мало что может внести, и тем более он не в состоянии выявить и исправить все ошибки воспитания, ставшие достоянием личности ранее. Но учебные программы вуза комплекса гуманитарно‑социологических дисциплин вполне реально сделать такими, чтобы учебный процесс подводил студента к тому рубежу, на котором он осознавал бы необходимость заняться самовоспитанием и получал бы необходимые для этого теоретические знания, которые мог бы реализовать в навыках самообучения и самообладания.
Именно поэтому современные проблемы школьного образования должны быть в центре внимания вузовской системы. Образовательная политика государства и общества должна носить непрерывный методологический характер и воспитывать Человека с большой буквы, владеющего современной методологической культурой мышления.
Глава 18 Диалектика познания эпохи Водолея
Философ легко торжествует
над будущею и минувшею скорбями,
но он же легко побеждается настоящею.
К. Прутков
18.1. Истоки всех ошибок
Если искать метафору, кратко и емко характеризующую роль и место философии в системе образования, то можно сказать, что философия во многом аналогична камертону. С одной стороны, на камертоне невозможно исполнить даже самую простенькую мелодию, а с другой стороны, при отсутствии или фальшивости камертона проблематично настроить инструменты для игры в оркестре, если его участники не обладают абсолютным слухом.
Понятно, что если музыканты оркестра ориентированы на два разных камертона, один из которых, вместо «ля» первой октавы, издает какой‑то другой звук, то игра такого оркестра будет фальшива, что приведет к дисгармонии даже при безупречной технике дирижера и исполнителей.
Если же в оркестре один камертон, но фальшивый, – проблемы тоже будут, хотя и иного характера. Дело в том, что «ля» первой октавы имеет такую длину акустической волны, что 1/4 ее равна расстоянию между слуховыми рецепторами правого и левого уха среднестатистического человека. И поскольку музыка оказывает воздействие непосредственно на эмоциональную сферу человека, то сползание оркестра вверх либо вниз по абсолютной шкале высоты звучания способно оказать эмоциональное воздействие, отличное от замысла композитора, хотя оркестр будет играть слаженно.
Так и философия сама по себе не способна решить ни одной прикладной задачи непосредственно. На этом обстоятельстве основаны мнения многих прикладников о бесполезности философии вообще вследствие ее абстрактности или «ненаучности». И точно так же, как и в оркестре, отрасли науки и образовательные программы не могут быть согласованы друг с другом, если философского «камертона» нет или он фальшивит, а ученые – узкие специалисты‑отраслевики, не имеющие за душой общей для них всех мировоззренческой основы, соответствующей высшим правилам жизни. Но ведь жизнь Мироздания едина и целостна, и потому специалисты всех отраслей знания должны понимать и дополнять друг друга. Имея общее основание в ценностях и мировоззрении, мы будем иметь дело со слаженным оркестром разнообразных профессий, нашей государственности, семейного быта – всей разнородной деятельностью людей в гармонии с Природой.
Пока же ошибки во всех видах деятельности людей – объективная историческая данность. Но ошибки во всякой деятельности могут быть отнесены к одному из двух видов. Так называемые «случайные» ошибки, непредсказуемо возникающие в ходе деятельности. Они носят индивидуально‑субъективный характер и в массовых процессах имеют тенденцию к среднестатистическому уравновешиванию, а потому хотя и замедляют движение, но не меняют направленности развития общества. Подобно этому, многочисленная стая гусей безошибочно держит средневзвешенный нужный курс, в отличие от отбившегося от стаи одиночного гуся, неспособного улететь на юг из‑за собственной индивидуальной ошибки.
Вместе с тем, для людей характерны и системные ошибки, которые запрограммированы ложными целями и порочными принципами, положенными в основу организации соответствующей сферы жизнедеятельности общества. Во многом системные ошибки обусловлены изъянами в системе образования, вытекающими из философских, методико‑педагогических пороков системы образования, которые являются следствием системных ошибок прошлых времен.
Но общество заинтересовано в устранении системных ошибок и снижении статистики «случайных» ошибок, которые при более глубоком рассмотрении психологии личности предстают как системные ошибки иных порядков, проявляющиеся в специфических обстоятельствах. И ключом к устранению генераторов ошибок обоих видов является философия, которая должна играть роль безупречного камертона в системе специализированных отраслей науки и образования.
Пока же отсутствие стройности в «оркестре» нашего общества и человеческой цивилизации в целом становится все более тяжелым по своим последствиям, поскольку его слушатели – Мироздание и Вседержительность – оказывают сдерживающее, подавляющее воздействие на дурных «музыкантов». И дело здесь, к сожалению, не в фальши отдельных «исполнителей»: мы имеем дело с ошибками иного рода, проистекающими из фальшиво звучащих «камертонов» господствующих научных школ философии, положенных в основу системы образования и воспроизводимых ею.
Одним словом, философский «камертон» необходим, но он не должен быть фальшивым.
18.2. Диалектическое единство разума и веры
Образно говоря, преобладающий сегодня спектр общественных интересов и атеистическая наука ориентированы на «разработку схем полета на Марс», но не ищут ответа на более важный вопрос: а нужно ли лететь на Марс? – т. е. ищут ответы на конкретные вопросы «что и как делать?», но не задаются вопросами «зачем это делать?» и «следует ли это делать?».
Так, например, до сих пор не приступили к созданию новой экономической теории, в основу которой был бы положен принцип ограниченности экосистемы планеты. Экономисты и политики, планируя увеличение ВВП, по‑прежнему воображают себя в безграничной среде обитания, а не на изуродованном за последние века цивилизацией «космическом корабле» мегаразмеров под названием Земля. Современная экономическая наука дает навыки извлечения прибыли, но не разрабатывает подходы к решению проблем демографической устойчивости общественного развития на основе сохранения биосферы планеты в целом и биоценозных систем ее регионов.
Исходя из базового принципа «практика – критерий истины», невозможно доказать, что господствующие ныне экономическая наука и социология в целом адекватны жизни нашего общества, человечества и их перспективам, ибо чем тогда объяснить общекультурный, экономический и биосферно‑экологический кризис? Как это ни парадоксально, но следует признать, что нарушение гармонии, глобальный биосферно‑экологический кризис своей непосредственной причиной имеет, прежде всего, достижения – «успехи» – атеистического естествознания.
И эта якобы жизненная состоятельность атеизма воинственно отстаивается многими представителями науки, хотя на земном шаре нет ни одной страны либо народа, в культуре которых не нашли то или иное отражение представления о Боге и Его промысле, от которого человечество непрестанно отклоняется. Это что, повсеместное заблуждение или отражение в коллективном жизненном опыте многих поколений людей объективных процессов в Мироздании? Как объяснить, что гимны фараона Энхатона не только по смыслу, но даже по ритмике идентичны Корану, оглашенному безграмотным Мухаммедом две тысячи лет спустя? Если положить на один стол Библию, Коран, сутры буддизма и иные пророчества и, по совести изучив, очистить их от привнесенных земных искажений и извращений, то невозможно не обнаружить, что вы имеете дело с Единым Заветом, ниспосланным Свыше. Имея разум и чувства, не порабощенные однозначной догматикой той или иной традиции вероисповедания, включая и атеистически‑научную, различить привнесенные в этот завет земные искажения – вполне реальная задача, посильная для чувств и разума человека.
Приводя аргументы в пользу бытия Божьего, мы вовсе не ставим перед собой задачу выйти на систему его формально логических доказательств. Это связано с тем, что еще в 1931 году австрийский математик‑логик Курт Гедель доказал теорему о неполноте, названную его именем. Согласно этой теореме, невозможно выявить собственную системную ошибку, не выходя за рамки базовых постулатов изначально принятой системы взглядов. Одним из ее частных выводов является тот факт, что если в принятой вами мировоззренческой системе понятие Бога отсутствует, то утверждение о Бытие Божием в вашей логике доказать в принципе невозможно. А еще ранее, до К. Геделя, мнение о том, что формально‑логических доказательств бытия Божьего не существует, высказал Иммануил Кант, о чем многим нашим современникам известно из романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита». Поэтому последуем одному из советов из общей теории лексикографии: «Не мудрствуй лукаво, а давай как можно больше разнообразных примеров».
Попробуем ответить на вопрос: «Можно ли из шести спичек сложить четыре равносторонних треугольника?» Манипулируя ими на плоскости, вы никогда не докажете, что это возможно. Но если от «плоского» мировоззрения вы перейдете к «объемному», то решить эту задачку для вас не составит труда. Сложив треугольник на плоскости, тремя оставшимися спичками, опертыми на его вершины, вы образуете объемную пирамиду, состоящую из четырех равносторонних треугольников. То есть ответ на изначально заданный вопрос определяется не формальной логикой, а принятой «системой координат» и «размерностью» пространства формальных параметров, в котором работает та или иная логика, то есть ответ на любой вопрос изначально предопределен мировоззрением отвечающего.
В терминах примера с треугольниками из спичек сказанное означает, что если вы не ввели понятие Бог, являющееся неким аналогом третьего измерения, то, оставаясь в «плоском мире», вам в принципе не дано понять и принять мнения тех, кто пребывает в мире «объемном». Но жизненная состоятельность любых мнений проверяется принципом «практика – критерий истины», что по отношению к проблематике споров религиозности и атеизма подразумевает возможность обретения каждым человеком его личного религиозного опыта общения с Богом в потоке событий жизни. И именно этот личностный опыт является неформальным доказательством Божьего бытия для многих людей. В силу того, что источником религиозности является совокупный опыт множества поколений, ее невозможно удалить из культуры человечества. Религиозность может быть искажена, в том числе и по злому умыслу.
Говоря по сути, «камертон» атеистической философии, атеистической академической науки фальшив и ложен по существу.
В истории человечества противовесом ему выступает камертон церковных иерархий. В постсоветской России поставлен вопрос о признании богословского образования в русле традиционных конфессий на государственном уровне.
Однако, затрагивая эту тему, мы должны указать, что ни одна из традиционных религиозных конфессий не выработала своей альтернативной общественно полезной науки, которая была бы более эффективна в тех аспектах, в которых апокалиптические достижения атеистической науки удовлетворяют только тех, кто от нее кормится.
В условиях глобализации одной из причин, порождающих агрессивно атеистическое осознание жизни, потребительски‑бездумное отношение к Мирозданию, к природе Земли, к обществу является закостенение сложившихся традиционных конфессий. Догмы занимают место истинной духовной работы и искажают ее суть. Нуждающиеся в реальной помощи и поддержке люди получают взаимоисключающие друг друга взгляды как по вопросам богословия, так и по вопросам общественным и экономическим.
Но истинные ответы на базовые вопросы бытия личности и общества не могут быть взаимоисключающими, если они проистекают из одного Божественного источника.
В результате межконфессиональных разногласий по важнейшим проблемам жизни общества многие люди, не вдаваясь в существо разногласий, отрицают жизненную состоятельность веры и религии в принципе, объясняя их наличие в культуре человечества невежеством, субъективными заблуждениями, слабостью и неустойчивостью психики людей. Мотивация их отказа от веры и религии проста: «Если Всевышний – один‑единственный, то этот „плюрализм“ взаимно отрицающих друг друга конфессионально‑канонических мнений – не от Бога. Если бы Бог действительно существовал, то Он пресек бы существование этих разночтений и те злодейства, которые на этой основе творятся на протяжении всей памятной истории (гугеноты – католики, шииты – сунниты, христиане – мусульмане и т. д.). А раз Он не пресекает всего этого, то, стало быть, Он и не существует. Что и требовалось доказать».
В основе этого ошибочного атеистичного вывода лежит грубая этическая и познавательная ошибка – ничем не оправданная попытка возложить на Бога миссию верховного полицейского, глобального инквизитора.
Вопреки такого рода выводам атеистов, этот не соответствующий объективной реальности «плюрализм» мнений люди должны изжить сами методами познания и просвещения. Именно для этого Бог наделил их не только чувствами и интеллектом, но и возможностями овладения объективно праведной нравственностью, обусловленной Божьим промыслом.
Тем не менее, сознание людей («оркестр» современного образования России) ориентировано на два абсолютно разных базовых камертона: первый – атеистическая по своему существу система научных знаний, второй – религиозно‑культовые представления той конфессии, которая индивиду пришлась по нраву или принадлежность к которой он унаследовал от кого‑то из предков.
То есть большинство людей оказываются под властью как минимум двух взаимоисключающих друг друга философских камертонов. Кроме того, каждый из культовых камертонов по‑своему фальшивит. Эта ситуация еще более ущербна, чем развитие под один фальшивый камертон, которое до поры идет гораздо более эффективно и слаженно. Другими словами, ситуация в стране хуже той, о которой говорил апостол Иаков: «Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих» (Соборное послание апостола Иакова, 1:8).
Система образования формирует интеллект личности человека, который впоследствии является самонастраивающимся алгоритмом выбора и преобразования информации. Его основной задачей является создание принципиально новых информационных связей и завершенных образов. Он, являясь составным элементом психики человека, может быть одинаково востребован как для созидания и гармонизации процессов в Мироздании, так и для формирования тенденций к разрушению и погибели. Гармонизация интеллекта и Мироздания – задача образования, и решение ее возможно лишь на базе общей для всех нравственности, соответствующей Божьему промыслу, основой чего должно быть достижение человечного типа строя психики всеми к концу подросткового периода – началу юности. Только на этой основе люди способны породить особый тип коллективной психики, который издревле именуется «соборность», а на ее основе реализовать то, о чем писал апостол Павел: «Бог не есть бог неустройства, но мира: так бывает во всех церквях у святых» (1‑е послание к Коринфянам, 14:33).
К сожалению, атеистическая наука по преимуществу не признает нравственно‑божественную обусловленность общественно полезных результатов интеллектуальной деятельности, не желает вникнуть в глубочайший смысл известного афоризма А. С. Пушкина: «Гений и злодейство – две вещи несовместные». Более того, авторитетный в свое время в кругах интеллигенции академик Н. Н. Моисеев (1917–2000, математик и экологист) выразил прямо противоположные подходы: «Наверху может сидеть подлец, мерзавец, может сидеть карьерист, но если он умный человек, ему уже очень много прощено, потому что он будет понимать, что то, что он делает, нужно стране» («Перестройка. Десять лет спустя». «Апрель‑85», М., 1995. С. 148). Эта позиция идет вразрез и с базовыми древними учениями. Царь Соломон, вошедший в историю с эпитетом «Премудрый», утверждал: «В лукавую душу не войдет премудрость и не будет обитать в теле, порабощенном греху» (Библия, синодальный перевод, Ветхий Завет, Премудрость Соломона, 1:4). Это воззрение поясняет и Новый Завет: «Дух Святой – наставник на всякую истину» (Иоанн 14:26, 16:13). Коран утверждает, что Различение (т. е. способность отделить сигнал от фона) не даруется Богом порочным субъектам (Коран, 8:29). И это глубже повторяемого многими «если Бог желает кого‑то наказать, то он лишает его разума», поскольку без притока новой информации развитие миропонимания останавливается до тех пор, пока индивид не переосмыслит праведно ту информацию, что ему была дана в Различение ранее.
Ни атеистическая научная школа, апеллирующая только к разуму, ни богословская, подстригающая достижения разума под догматы рукотворных земных Писаний и традиции истолкования жизни на их основе, не способны сформировать безущербную целостную систему образования, которая могла бы реализовать полноту достоинства человека. Это требует формирования единства взаимно дополняющих разума и веры.
В системе познания всегда будет сохраняться зона непознаваемого разумом, поскольку разум человека ограничен, а следовательно, заведомо, на уровне идеальной модели интеллектуального познания Мира ограничены возможности его отображения во всей полноте и детальности. В Мироздании всегда было, есть и будет то, что остается принимать исключительно на веру. А потому только диалектическое единство разума и веры позволяет расширить принципиальные возможности модели мировосприятия и познания истины до границ объективной реальности, до потенциальной возможности объять в этой модели всю полноту Мироздания.
Отказ от составляющей веры в мировоззрении и миропонимании влечет за собой их ущербность, то есть неполноту, ограниченность. По существу принцип «я никому и ничему не верю» обязывает всякого, кто его провозглашает, единолично воспроизвести в очищенном от ошибок и заблуждений виде всю совокупность достижений культуры человечества в его историческом развитии. Но никто не способен подменить своей персоной все человечество во всей череде поколений. Поэтому все люди обречены очень многое принимать на веру.
Принятие чего‑либо на веру обладает своей спецификой. Согласие принять какую‑то информацию на веру, а равно и отказ от этого, обусловлены в психике индивида его истинной нравственностью. Информация, которой мы верим, и информация, которую считаем интеллектуально обоснованной, не изолированы одна от другой, а взаимно дополняют друг друга в нравственно обусловленном порядке обработки информации психикой личности. При этом объективно порочная нравственность позволяет принять на веру в качестве истинной ошибочную и заведомо ложную информацию, а праведная нравственность исключает принятие лжи и ошибок на веру в качестве истины потому, что интуиция во всех ее проявлениях, так же, как и интеллектуальная деятельность, носит нравственно обусловленный характер.
Бог говорит с человеком языком жизненных обстоятельств. По выражению А. Франса: «Случай – это псевдоним Бога, когда он не хочет подписываться своим собственным именем». Любая случайность, произошедшая с человеком, – это прямая подсказка свыше на необходимость каких‑то перемен в направлении объективной праведности. Многие не замечают этих подсказок и не реагируют на них. Их жизнь протекает в рамках попущения Божеского и зачастую полна несчастий вплоть до завершения ее трагической гибелью или тяжелой болезнью. Ведь Бог не меняет того, что происходит с людьми, пока люди сами не переменят того, что есть в них (Коран, 13:12). Человек может не осознавать возможностей диалога с Богом, но искренней, осмысленной, праведной молитве Бог отвечает всегда. Если же не происходит изменений в жизни в соответствии со смыслом молитвы, то обращающемуся к Богу даются те или иные пояснения, почему это не свершилось, нужно только научиться читать эти пояснения, большей частью даваемые не через других людей, а на языке «случайностей», спонтанных жизненных обстоятельств.
Вышеизложенное практически подтверждает, что способность к выделению сигнала, несущего новую информацию из фона в темпе развития ситуации, дается человеку непосредственно Богом, и это обусловлено нравственностью человека и его верой Богу, о чем прямо говорится в Коране (8:29). Иными словами, человек не самодостаточен в деле выделения сигнала из фона: первичный сигнал адресуется ему непосредственно Богом в адаптированном именно под особенности его организма, психики и судьбы виде. А что именно адресуется и кому именно, обусловлено целями промысла Божьего, нравственностью отдельного человека и его устремленностью, опирающейся на нравственность. Если этой устремленности есть место в русле промысла, она обретает поддержку Свыше. Если ей нет места в русле промысла, то индивид предоставляется самому себе и воздействию на него неблагоприятных обстоятельств и случайностей или его деятельность подавляется вплоть до изъятия его из этого мира по исчерпании индивидом попущения Божьего ошибаться и противиться промыслу.
Самостоятельность человека в вопросе выделения сигнала из фона и в поиске информации носит ограниченный характер и обусловлена информационным наполнением его психики, которое уже стало достоянием личности. Поиск новой информации в пределах того, что его чувства способны воспринять в самостоятельном режиме, обусловлен нравственностью и сложившимися привычками восприятия. Эти привычки включают в себя как информационное своеобразие памяти и освоенные навыки психической деятельности, так и личностную культуру чувств и мышления.
Изложенный выше подход предполагает объективность информации и систем ее кодирования в объективно существующем материальном Мироздании. Именно в нем материя является носительницей информации о своем бытие как в постоянном, так и в переходном состояниях.
18.3. Способы выработки нового знания
Интеллектуальное осмысление законов и явлений, которое способен осуществить человек разумный, подчинено определенному порядку и является естественной частью его бытия. Результатом естественной деятельности развитого интеллекта является создание новых информационных связей между явлениями и синтез неизвестной ранее информации.
Эта ранее неизвестная информация, новое знание в культуре общества может производиться двумя способами:
● доказательный, в основе которого лежит соответствующая информационная база, полученная в результате наблюдений или экспериментов. А далее следует некая интеллектуально‑рассудочная деятельность, результатом которой являются определенные мнения о тех или иных явлениях в жизни природы и общества, выраженные теми или иными языками (лексическими, иносказательно‑символическими, образными и т. п.), которые поддерживает культура общества;
● описательный, в основе которого лежит восприятие личностью объективной информации, преломляющейся в «призме» субъективизма личности. За этим, как и в первом случае, следует выражение этой объективной информации, преломившейся в призме личностного субъективизма, с помощью языковых средств, которые поддерживает культура общества.
Первый способ более распространен в естествознании и инженерном деле, а второй более распространен в сфере гуманитарных дисциплин. Отказывать любому из них в состоятельности – значит плодить ошибки в познавательной практике и творчестве, поскольку в основе эффективного творчества лежит эффективное познание объективно реализуемых возможностей создать что‑либо. Познание и очищение культуры от накопившихся заблуждений требует сочетания обоих способов.
Эти способы имеют принципиальное отличие. Если информационная база или природные и социальные явления, лежащие в ее основе, общедоступны, то алгоритм доказательного способа, посредством которого то или иное знание было впервые получено, может быть повторен другими с теми же результатами. Если же информация, которая легла в основу некоего знания, получена описательным способом, то во многих случаях она может быть недоступна другим людям. Вследствие этого процесс, в котором некое знание было впервые получено, не может быть воспроизведен другими.
Исторически сложившаяся господствующая в научных кругах культура осмысления жизни такова, что требование воспроизводимости процесса, которым некое знание было впервые получено, подменило собой принцип «практика – критерий истины». Вследствие этого то, что воспроизводимо «независимыми исследователями» почитается истинным, а тому, что невоспроизводимо «независимыми исследователями», в научной состоятельности и истинности отказывается.
В действительности требование воспроизводимости не является критерием истинности результатов, поскольку объективно независимыми исследователями воспроизводимы и неадекватные жизни определенные результаты. Наряду с этим в жизни существуют ситуации, когда один и тот же результат может достигаться на основе подчас различной информации разными способами, каждый из которых вовсе не обязательно может быть воспроизведен не только другими исследователями, но одним и тем же.
В отличие от требования воспроизводимости результатов, принцип «практика – критерий истины» предполагает подтверждение или опровержение мнений, составляющих результат познания в практической деятельности на основе этих результатов. Именно вследствие фактической подмены принципа «практика – критерий истины» требованием воспроизводимости результатов произошел разрыв науки и религии.
В основе этого разрыва лежит то обстоятельство, что многие предметные области исследований, в которых результаты невоспроизводимы в силу уникальности объективных явлений либо в силу неповторимости пути личностного развития тех, кто впервые их получил, выпали из сферы интересов науки. Для науки такие знания как бы не существуют, представляясь предметом вымыслов, а не неотъемлемой частью познаваемой объективной реальности. Так, в прошлом академия наук Франции почитала вымыслами свидетельства о падениях метеоритов, по мнению кабинетных ученых, камни в принципе не могли падать из чистого неба. К числу исключенных по неверию из поля зрения науки предметных областей также принадлежит и весь религиозный опыт человечества.
Действительно, то, что стало в свое время достоянием психики Моисея, Будды, Христа, Мухаммеда, не может быть воспроизведено никем, прежде всего, по двум главным причинам. Во‑первых, судьбы всех людей, включая и названных основоположников мировых религий, уникальны. Во‑вторых, если предположить, что Бог есть и Он – Вседержитель, то можно полагать, что в каждую историческую эпоху в каждом обществе промысел вел человечество к разрешению противоречий той эпохи. В их решении ныне либо вообще нет необходимости, либо они должны решаться иными средствами вследствие того, что человечество и обстоятельства его жизни изменились. Из‑за подмены преданного забвению принципа «практика – критерий истины» требованием воспроизводимости процедуры получения результата «независимыми» исследователями и произошло разделение науки и религиозного опыта человечества.
Традиционные конфессии также внесли свой вклад в этот раскол, поскольку придерживаются больше внешней формы, чем внутренней сути религиозного опыта.
По их представлениям жизнь должна протекать в пределах сложившихся в них и ставших безжизненными догмами предписаний. По этому поводу А. К. Толстой иронизировал в «Послании М. Н. Лонгинову о дарвинизме»:
Ограничивать так смело
Всесторонность Божьей власти –
Ведь такое, Миша, дело
Пахнет ересью отчасти.
Ведь подобные примеры
Подавать – неосторожно,
И тебя за скудость веры
В Соловки сослать бы можно!
Но тем же – стремлением ограничить Вседержительность Божью своим ограниченным и нравственно извращенным разумением – грешит и персонаж Ф. М. Достоевского из «Легенды о великом инквизиторе» (один из эпизодов его романа «Братья Карамазовы»).
Противостоящие материалистической науке традиционные (и в особенности авраамические[16]) конфессии, признавая невоспроизводимость религиозного опыта своих основоположников и отвергая в той или иной форме заповеданный их основоположниками принцип «практика – критерий истины», в исходные вероучения основоположников внесли множество искажений, не имеющих ничего общего со смыслом исходных откровений свыше. Вследствие этого возник и «плюрализм» взаимно исключающих друг друга мнений по богословским и социальным вопросам, которые характерны для всей совокупности конфессий. При этом все конфессии требуют от своих последователей принять на веру и признать в качестве истины только свои догмы.
В отличие от иерархов всех конфессий, Бог не требовал, а предлагал всем людям жить в русле Его промысла. Поддерживать осмысленный диалог с ним в протекающей жизни. Эта связь обеспечивала бы практическое подтверждение ценности истинного и несостоятельности ошибочного. Сомнение в истине не обращает истину в ложь, но приводит искренне познающего жизнь человека к подтверждению истины и раскрытию ранее не известных ее граней.
Бытие Бога – это не предмет веры, а предмет знания, непрестанно подтверждаемого Богом на практике в жизненном диалоге с человеком. Именно по этой причине все, описанное выше в этом разделе, логически и неопровержимо, и недоказуемо, но практически подтверждаемо для каждого, кто готов принять сказанное на веру и проверить в практике жизни.
18.4. Диалектика – безошибочный инструмент познания
Процесс разрешения противоречий, ориентированный на познание истины, в котором ставятся определенные по смыслу вопросы и на них находятся определенные по смыслу ответы, – суть того явления, которое древние греки назвали словом «диалектика». В наши дни это слово стало общим названием одного из методов познания, а производные от него эпитеты входят в название ряда направлений философии.
В отличие от логики, диалектика в ее практическом применении – не формализуемая аксиомами и правилами последовательность психической деятельности, поскольку в процессе действительно диалектического познания очередные вопросы и ответы на них вовсе не обязательно обусловлены какой‑либо аксиоматикой, формальными разрешенными и запрещенными процедурами преобразования информации, исходными данными и ответами на ранее полученные вопросы. Носителями способов диалектического познания могут быть как отдельные люди, так и коллективы, поскольку, как уже отмечалось ранее (в главе 7), отдельные люди способны порождать коллективную психику – эгрегоры.
По этой причине процесс диалектического познания сочетает в себе доказательный и описательный методы выработки нового знания, не сводясь к какому‑то одному из них. В силу этого для тех, кто привержен исключительно доказательному методу познания и отрицает познавательную состоятельность описательного, диалектика неотличима от так называемой «дьявольской логики». В этой логике все аксиомы и правила остаются в умолчаниях и меняются по мере надобности. Действует принцип «кто знает – тот поймет, а кто не знает – тому и не надо». С помощью такой «логики» можно всем убедительно доказать все что угодно. Всем, кроме тех, кто сам владеет либо еще более изощренной «дьявольской логикой», либо искусством диалектического познания.
Диалектика – безошибочный инструмент познания, если включает в себя принцип «практика – критерий истины», а Бог является одним из участников познавательного диалога, ведущегося на языке разнообразных жизненных обстоятельств. В этом и состоит отличие диалектики от «дьявольской логики»: диалектика предполагает опору на правило, которое не имеет исключений, – «практика – критерий истины». Именно оно делает очевидными как ошибки самого процесса диалектического познания, так и несостоятельность «дьявольской логики».
В ходе непрерывного изменения жизни Бог наделяет познающего мир человека способностью выделить из фона сигнал, необходимый для познания истины. В Новом Завете это характеризуется словами: «Дух Святой – наставник на всякую истину»; в Коране это именуется дарованием Различения. Именно по этой причине диалектика, как инструмент познания, в большей или меньшей мере утрачивает работоспособность, если ее носителями являются атеисты (чему много примеров в наследии классиков марксизма‑ленинизма) или тем более откровенные сатанисты.
После озарения в процессе различения внимание человека должно подхватить данную ему информацию, и человек должен осознанно включить ее в процесс осмысления действительности. Если он приходит к правильным умозаключениям, то ему дается подтверждение правильности. Если он ошибся, то упреждающе по отношению к возможным неприятностям, обусловленным ошибочностью мнений, к которым он пришел, даются предзнаменования, отреагировав на которые, он должен обратиться к новому шагу постижения истины методом последовательных приближений. В противном случае сработает принцип – «практика – критерий истины», но ошибочность его мнений выразится в неприятностях. А в наиболее тяжелых случаях эти неприятности могут послужить предостережением уже для других на тему «так жить нельзя».
Главная потребность наших дней и обозримой перспективы состоит в том, чтобы искусство диалектического познания стало достоянием всех и чтобы система философских знаний, как и система образования, была построена на его основе, что позволило бы овладеть этими практическими жизненными навыками всем учащимся.
Предельно кратко описанная в настоящей книге диалектика, базирующаяся на связи человека с Богом и осознании Божьего промысла, должна стать средством настройки камертона научной философии. Именно к этому камертону, камертону диалектики на основе веры общему для всех живущих на Земле Богу – Творцу и Вседержителю, предстоит прислушаться как научной, так и конфессиональной философии XXI века. Только тогда философия сможет выполнить свою миссию в развитии глобального исторического процесса и по праву возьмет на себя роль истинного камертона всей системы образования, а также научно‑исследовательской и иной творческой деятельности в нашей стране. И только тогда характеристика философии К. Прутковым, вынесенная в эпиграф главы 18, станет достоянием прошлого.
В основе истинного сплочения общества может лежать только диалектическая культура познания и творчества, поскольку все идеологии – порождения либо диалектики, либо «дьявольской логики», которыми в толпо‑элитарном обществе монопольно владеет только знахарская корпорация.
Глава 19 Россия: наш дом или общеевропейский «Газпром»?
Главное – не в том, где мы находимся,
а в том, куда мы движемся.
Россия пребывает в парадоксальной ситуации. На фоне Японии, Китая, стран евро‑американского конгломерата мы имеем несопоставимо более богатый природно‑ресурсный потенциал (черноземы, леса, нефть, газ, почти все промышленно значимые металлы и т. п.), самый высокий в мире образовательный уровень населения, мощный интеллектуальный потенциал. То есть все необходимое для функционирования передового производства, удовлетворяющего все жизненно значимые общественные потребности, в стране есть, а подавляющее большинство нашего народа влачит беспросветно нищенское существование.
В то же время Китай за первые 10 лет с начала нашей «перестройки» удвоил свой валовой внутренний продукт, когда Россия сократила его практически вдвое. Все лозунги, провозглашенные руководством страны на старте «перестройки», воплощены в жизнь с точностью до наоборот. Мы получили крах вместо перехода к лучшему качеству жизни, распространение алкоголизма и наркомании – вместо отрезвления народа; дикий капитализм – вместо «социализма с человеческим лицом»; развал науки и народного хозяйства и беспросветный кризис – вместо ускорения социально‑экономического развития; внутрироссийскую войну – вместо укрепления дружбы народов.
Эти парадоксы во всех сферах жизнедеятельности общества свидетельствуют не об отдельных частных ошибках, а об общем системном кризисе, об изъянах в нашем миропонимании, которое не соответствует объективной реальности и интересам общественного развития. Это касается как «элиты», в чьих руках сосредоточена государственная и бизнес‑власть, так и простонародья, из которого вышла в своем большинстве нынешняя «элита». А еще в большей мере это касается детишек нынешней «элиты», выросших на всем готовом вне труда и какой‑либо ответственности, но претендующих на государственную и бизнес‑власть в обозримой перспективе на основании «наследственного права».
В настоящее время в России сложилась такая ситуация, которую в свое время Т. К. Честертон охарактеризовал словами: «Не в том дело, что люди не могут увидеть решение, дело в том, что они обычно не могут увидеть проблему».
Так вот проблема именно в том и состоит, что почти весь интеллектуальный ресурс страны сосредоточен на оптимизации противоречащих друг другу частных управленческих решений при отсутствии единой для всех долговременной общегосударственной стратегии развития и соответствующей концепции управления. При этом общество в своем подавляющем большинстве не осознает действия определенной методологии глобального надгосударственного управления, реализуемой по отношению к каждому из частных субъектов управления и к любой концептуально безвластной государственности в целом. А если этот факт и осознается, то происходит это на основе карикатурных представлений о «жидо‑масонском заговоре», которые имеют с действительностью мало чего общего и потому бесполезны для порождения обществом его собственной концептуальной власти и его самозащиты от действий власти внешней.
Но наряду с этим впервые за последние несколько столетий в России сложилась обстановка, в которой возможно свободное развитие любого рода общественно‑полезных инициатив, деятельное проявление которых в предыдущих режимах было в принципе исключено. Только такие алгоритмы, реализующие личную инициативу людей, имеющие надежную корневую основу в нравственности и мировоззрении самого народа, могут ввести страну в процесс долгосрочного бескризисного развития. Варианты, базирующиеся на директивном, бюрократическом насаждении или импорте идей развития из‑за моря, которым нет места в идеалах народа, заведомо обречены на провал, хотя и могут увести в очередной десятилетний или семидесятилетний тупик.
Время, прошедшее с момента запуска «перестройки», для тех, кто не ждал установок сверху, оказалось вполне достаточным для проявления и объединения общественной инициативы по формированию и воплощению в жизнь альтернативной стратегии развития страны. На ее базе должно произойти замещение ныне господствующего порочного алгоритма управления: «Хотели как лучше, а получилось как всегда». Настала пора выявить и всенародно обсудить все народные инициативы как о методологии выявления проблем и способов их разрешения, так и о стратегических целях, путях и средствах развития России. Это прекрасно понимал Дмитрий Иванович Менделеев, который в своей работе «С думой о благе российском» писал: «Мне говорят, ведь вы химик, а не экономист, зачем же входите не в свое дело? …истинного, правильного решения экономических вопросов можно ждать только от приложения опытных приемов естествознания, … должно слышать голоса не только присяжных экономистов, но и всякие иные».
Общественное благосостояние, движение к разорению либо достатку, долгосрочные перспективы любой из стран и даже цивилизаций существенным образом определяются господствующей в обществе нравственностью и соответствующим ей мировоззрением. Мировоззрение – это совокупность субъективных образных, а также и мелодийно‑музыкальных представлений о Жизни и система взаимосвязей между ними, существующих в душе и разуме человека. Именно мировоззрение является «системой координат» и «отправной точкой» в избрании целей развития, в выработке и осуществлении концепции управления. Мировоззрение определяет не только внутренние взаимоотношения в обществе, но и отношение общества к окружающему миру, характер ответного воздействия окружающего мира на это общество.
Можно воспринимать окружающих в качестве «говорящих орудий» и считать нормой любые формы их эксплуатации и подавления вплоть до полного истребления, как это было сделано, к примеру, с индейцами. Можно иметь психологию «не существующих людей» («маленьких людей»), как это происходит с сотнями миллионов жителей Индии и ЮАР и считать нормой их подчинение окружающим, как подчиняется рабочий скот человеку. Нищенское существование обладателей таких мировоззренческих систем гарантировано на столетия. Но люди могут иметь и такую нравственность и соответствующее ей мировоззрение, когда за норму принимается равное человеческое достоинство, жизнь в гармонии с природой и в ладу с окружающими людьми, когда люди одинаково не приемлют обретение «социального статуса» раба и «социального статуса» рабовладельца.
Переход общества от норм воспроизводства толпо‑«элитаризма» к воспроизводству в преемственности поколений человечности – главная задача современности, которую В. О. Ключевский охарактеризовал словами: «Есть люди, которые становятся скотами, как только с ними начинают обращаться, как с людьми». То есть сначала должны измениться люди, и по мере того, как меняются они, сможет меняться характер жизни общества. Зная это, В. О. Ключевский еще в конце XIX века горько иронизировал по поводу прожектов социалистического переустройства жизни в России: «Общество праведного общежития, составленное из негодяев». Понятно, что такое неосуществимо, поскольку на основе нравственности и соответствующих ей мировоззрения и миропонимания люди формируют концепцию организации жизни общества и воплощают ее в жизнь. Но прежде нравственность выражает себя в методологии познания и творчества. Культура общества всегда подчинена концепции управления, которую общество может и не осознавать в таковом качестве, но которая определяет и поощряет действующие традиции (законы неписаные) и прямо выражается в законодательстве (законах писаных). Действующая концепция посредством культуры во многом программирует нравственность и миропонимание будущих поколений, воспроизводя саму себя в преемственности поколений.
То, что поощряется в одной культуре, может рассматриваться как тягчайшее преступление в другой культуре. Так, например, ростовщичество, получение паразитического дохода без созидания чего‑либо общественно полезного, считается нормой в библейской культуре, но запрещается, как тягчайшее преступление и грех, в коранической культуре.
В Японии, в отличие от библейского Запада, никогда не было неограниченного ссудного процента, а в период свершения японского «экономического чуда» в 1950‑е–1960‑е годы он не превосходил 0,5 % годовых. Это собственно и было одним из факторов производства «экономического чуда», когда в течение жизни одного поколения Япония из катастрофического положения, к которому она пришла по завершении II мировой войны XX века, вышла на уровень передовой в технологическом отношении державы мира. При этом японская банковская система расценивается экономическими аналитиками США как «неэффективная» в сопоставлении с американской, но западные аналитики не дают внятного ответа на вопрос: почему «неэффективной» банковской системе в жизни Японии сопутствует предельно эффективный, наиболее высокотехнологичный реальный сектор? В России 1990‑х все было наоборот: «запредельно эффективной», по ее финансовым показателям, банковской системе сопутствовало развитие разрухи реального сектора и связанных с ним отраслей при полном потворстве государственности банковскому ростовщичеству. Все доходы банковского сектора – это расходы сектора реального производства. Общество, не осмыслившее нравственно‑этической обусловленности положения дел в экономике, не имеет будущего. И эта задача – предназначение общественно полезной экономической науки. Отечественная экономическая наука уклоняется от этого предназначения. Именно это уклонение может привести Россию к такому состоянию, о котором откровенно и с большим энтузиазмом пророчествовал в своем интервью The Wall Street Journal «непримиримый друг России», вице‑президент США Джо Байден: «Население России сокращается, экономика увядает, она не проживет следующие 15 лет».
Тем не менее, невзирая на эти обстоятельства, формируемый для России вектор целей управления, то есть список того, что хотело бы получить общество в результате управленческой деятельности, должен быть адекватен идеалам нравственности, мировоззрению и культуре нашего народа. В политологии речь в этой связи ведут, как правило, о национальной идее. Термин «национальная идея» является по своей сути калькой с британских представлений и проистекает из скудоумия отечественных политологов. Применительно к нашей многонациональной стране, под национальной идеей следовало бы понимать идеологию цивилизационного развития многонационального общества. Она не может быть изобретена кабинетными графоманами‑«теоретиками», она может быть лишь выявлена в жизни, но только теми, кто понимает душу народа и различает интересы общественного развития и деградационно‑паразитарные интересы всевозможного люмпена, включая и «элиту», идентичную люмпену в нравственном отношении.
В противном случае планы, вытекающие из порочной разработанной вне страны стратегии, будут на каждом шагу спотыкаться о нравственно обусловленное противодействие как со стороны организаторов и самих ее исполнителей, не посвященных в закулисные тайны, так и со стороны противников, осознанно работающих на осуществление иных, осознаваемых ими концепций управления.
Соответственно этому обстоятельству В. В. Путин совершенно справедливо неоднократно подчеркивал, что в основе наших проблем лежит проблема нравственности. Но и «элита», и остальное общество остались в своем большинстве глухи к этому, и потому в практических делах все призывы решить нравственные проблемы не находили и не находят своего массового выражения.
В сфере экономики реальная нравственность выражается практически в прогнозно‑плановой и отчетной статистике производства, распределения и потребления продукции реального сектора экономики, количественно и качественно характеризующей действительные цели проводимой политики. Такой подход неизбежно приводит к выводу, что истинной целью так называемой «перестройки», «демократических» и «рыночных» реформ было уничтожение СССР как носителя особенной государственности и культуры, ориентированной на воплощение в жизнь определенных идеалов, а также порабощение его народов методами «культурного сотрудничества» на основе принципа «каждый в меру понимания работает на себя, а в меру непонимания – на понимающих больше» и эксплуатация наших природных богатств. Интегральным показателем именно этой политики выступают фактические параметры воспроизводства собственного населения и качество содержания территории страны. Как видно, реальность социальной статистики, которую в постсоветские времена не принято публиковать массовыми тиражами и обсуждать публично в СМИ и в органах представительной власти, далеко не всегда совпадает с декларациями политиков и представителей интеллигенции, а зачастую им прямо противоположна.
Мы исходим из того, что в многонациональной русской цивилизации в качестве системообразующей всегда выступала цель развития бытия человека, его личности, освоение генетически обусловленного потенциала развития, причем достигаемая не в ущерб развитию других людей, а для всеобщего благоденствия в русле Божьего промысла. Ведь жить по‑Божески – это значит не причинять вреда себе, окружающим тебя людям и Мирозданию. Собственно, благодаря этому принципу, Русь трудами ее подвижников в историческом прошлом и преодолела все житейские невзгоды, неурядицы и бедствия, в которые вовлекала ее толпо‑элитарная культура, властная над подавляющим большинством ее населения на протяжении последнего тысячелетия.
Мы понимаем, что любое общество, устойчиво существующее в биосфере планеты, имеет свои исторически выстраданные идеалы, выражаемые если и не в официальной идеологии, то в народном творчестве (в фольклоре, анекдотах, сказках, эпосе и т. п.). Именно этими идеалами, устойчиво передающимися от поколения к поколению, а не исторически сложившимся образом жизни, отличаются друг от друга региональные цивилизации. Утрата идеалов и замещение их другими – смерть региональной цивилизации, хотя ее биомасса может продолжать воспроизводить себя в преемственности поколений в культуре, пришедшей из другой региональной цивилизации.
«Идеалы» и «идеология» в русском языке слова созвучные. И соответственно, если вектор целей развития включает в себя «отсутствие идеологии», то методологически грамотные люди понимают, что принцип «деидеологизации» является ширмой, за которой по умолчанию проводится политика стирания исторически выстраданных идеалов и уничтожение культуры региональной цивилизации, а возможно, и ее населения. При этом в реальной жизни, в отсутствие идеологии, будут подавляться любые человеческие устремления, кроме животных инстинктов сексуально‑пищеварительного характера и иных чувственных удовольствий, ведущих к деградации личности и всего общества в целом. Результатом деидеологизации общества всегда является разгул скотства и потребительской жестокости, более страшных, чем хищничество в природе, поскольку этот разгул подкреплен интеллектуальной мощью людей, что и отличает разум людей от разума представителей животного мира. Как показали годы «перестройки», от опасностей такой жизни в России уже не укрыться ни в «казармах», ни за забором «элитарной» виллы, ни за броней лимузина. Внутрисоциальные и экологические факторы, порождаемые катастрофой культуры, «достанут» везде – даже в эмиграции, примеров чему постсоветская история дала много (Листьев, Старовойтова, Яндарбиев, Литвиненко).
А потому в число первоочередных в вектор целей развития государственности должны быть включены государственная опека и законодательство по развитию и охране избранной идеологии цивилизационного развития. В основе такой идеологии лежит обеспечение средствами внутренней и внешней политики возможностей всестороннего развития человека, его биосферной и социальной безопасности, в русле определенной глобальной политики.
Если же говорить об экономической сути целей, которые отвечают за экономическое развитие, то концептуальный выбор здесь возможен фактически только между двумя вариантами:
● либо «Россия – наш Дом», обустройством которого мы занимаемся, где мы работаем, отдыхаем, обучаем детей;
● либо «Россия – общеевропейский Нефте‑Газпром», а мы все работаем на олигархические кланы Запада и на два десятка уполномоченных ими наместников, новоявленных российских миллиардеров.
До той поры, пока мы публично не договоримся о субъективном выборе одного из этих двух вариантов стратегических целей и не научимся различать, что конкретно в политике и законодательстве работает на каждую из двух взаимоисключающих идей, страна, пребывая в режиме концептуально неопределенного государственного управления, будет де‑факто колонией зарубежного капитала. При этом усилия представителей разных концепций, имея взаимоисключающую целесообразность и направленность действий, будут давать для самой страны отдачу, близкую к нулю. Еще в 2006 году в своем послании Федеральному собранию президент Путин настаивал: «…необходимо организовать на территории России биржевую торговлю нефтью, газом, другими товарами. Торговлю – с расчетом рублями. Наши товары торгуются на мировых рынках. Почему не у нас? (Аплодисменты). Правительству следует ускорить решение этих вопросов».
Иным путем невозможно выйти за рамки алгоритмов «Сырьепрома», помойки вселенских масштабов и рабского концлагеря «на свободе» в границах либеральной России, поскольку концептуально‑неопределенное управление по определению порождает деидеологизацию, рвачество и продажу чиновными рвачами за бесценок и комиссионные в их карман трудовых, сырьевых и интеллектуальных ресурсов страны транснациональным корпорациям.
Только ясно определенная Концепция общественной безопасности может создать условия, когда отечественный интеллект будет работать на благо страны, в управлении и в науке, а сырье и энергопотенциал на основе высоких и безопасных технологий будут перерабатываться в благосостояние собственного народа и обеспечение развития человечества в целом. Пока же все блага нашей страны перерабатываются в благосостояние олигархов и «среднего класса» государств «большой семерки» и отечественных олигархических «шестерок», прикармливаемых заправилами Запада до поры до времени в благодарность за содействие глобальному перераспределению богатств России в пользу хозяев «золотого миллиарда». Любое управленческое решение объективно всегда ложится в русло той либо иной концепции вне зависимости от того, осознается это или нет как принимающими решение, так и теми, чьи интересы оно затрагивает.
Важнейшее качество, которым должен обладать вектор целей государственного управления: все без исключения разрабатываемые стратегические задачи – ясно выраженная концептуальная определенность. Для достижения такого результата к управлению страной должны прийти те управленцы, кто однозначно понимает и единообразно отвечает на следующие «контрольные» вопросы.
Должна ли сфера управления всех отраслей жизни общества комплектоваться на узкой клановой и родственной основе, либо ее кадровой базой должно стать все общество?
Как расширение кадровой базы влияет на качество управления?
Должно ли государство обеспечить реально равные возможности для получения сколь угодно высокого образования всеми детьми вне зависимости от доходов и рода деятельности их родителей?
Что обладает для общества наивысшей значимостью: сфера производства продукции и услуг или банковско‑биржевые спекуляции и услуги юриспруденции?
Есть ли пороговое значение ссудного процента, при котором начинается неизбежная деградация сферы общественного производства при его рентабельности, объективно ограниченной как природными, так и социальными факторами?
Должен ли быть ссудный процент по кредиту свободным либо его следует ограничивать законодательно?
В питании населения должны доминировать свежие продукты из региона проживания или импортные, в которых на 100 г «пищи» приходятся до 10 г красителей, стабилизаторов и прочих «preservatives»?
В соответствии с ответами на эти вопросы и будет понятно, чему в действительности привержены претенденты на власть в обществе, будут ли их усилия скоординированы или разнонаправлены. Если цели развития являются отправной точкой всех процессов управления, то кто должен формировать такие цели? Властные структуры или само общество? Кто должен выявлять вектор ошибки управления?
Именно в практических ответах на эти вопросы и кроются истоки уровня народовластия (демократичности) любого режима. Демократия состоит не в выборе из пяти претендентов, неизбежно проходящих некий закулисный отбор, только одного – того, кто будет реализовывать заранее установленные, заведомо чуждые избирателю цели, а именно в вовлеченности каждого человека в формирование вектора целей управления и контроль за воплощением намеченного в жизнь. Подбор же кадров на выборах должен идти через выявление характера их ответов на «контрольные» вопросы и соответствия возможностей претендентов уровню поставленных задач. При этом в самом обществе должен быть воспитан достаточно многочисленный слой людей, которые могут объяснить значимость этих вопросов и ответов на них для обеспечения благополучия большинства, готового жить трудом, в отличие от меньшинства «великих комбинаторов», стремящихся существовать за счет труда других, но чтя Уголовный кодекс.
Если общество демократическим путем сформировало вектор целей управления, то только с этого момента появляются ясно выраженные функции у тех, кто стоит у кормила государственной власти. Однако это утверждение справедливо лишь по отношению к тем из них, кто осознал, что кормило – это не однокоренное слово с «кормушкой», а древнее название руля, что должность – не средство удовлетворения потребностей (своих собственных и закулисных кланов, продвинувших претендента), а место служения народу и Богу. Но и в этом случае у искренне благонамеренных политиков, желающих, чтобы Россия стала благоустроенным домом для ее народов, для каждого человека, возникнут проблемы, связанные с экономической наукой и сложившейся на ее основе системой профессионального образования в области экономики и финансов.
Научное знание от псевдонаучных рассуждений на те же темы можно различать, опираясь на правило «практика – критерий истины». Соответственно этому правилу сопротивление материалов в частности и механика сплошных сред вообще – наука, поскольку на их основе успешно решаются практические задачи. Дома и мосты стоят, корабли плавают, самолеты летают. И мы вправе с позиций принципа «практика – критерий истины», так же, как подошли к оценке сопромата, подходить и к оценке экономической науки и системы образования на ее основе.
При этом естественно предположить, что если экономическая наука – действительно наука, если в стране есть система профессионального образования на ее основе, то в стране не может быть затяжного экономического кризиса. Мы же пережили кризис рыночной экономики времен империи, который привел к революциям начала XX века; потом возник кризис плановой экономики времен хрущевских экспериментов с кукурузой и совнархозами и последовавший за ними застой брежневских времен; после этого возник кризис постсоветской рыночной экономики, когда страна за двадцать лет без малого не может достичь показателей 1986 года по производству большинства видов продукции в расчете на душу населения, а «бомжевание» возродилось снова и стало социальным явлением, хотя его не было на протяжении длительного времени. Если в стране есть экономическая наука и система профессионального образования на ее основе, то всего этого в стране быть не может.
Если же все это имеет место и является системным явлением, то неизбежно утверждение, что под видом экономической науки в стране процветает мошенничество и шарлатанство на хорошо организованной профессиональной основе. Такое же положение дел и в экономической науке на Западе, который для многих отечественных «интеллектуалов» – самый что ни на есть свет в окошке. И это мнение о несостоятельности экономической науки как общественного явления и поддерживаемого государством института подтверждается высказываниями как политиков, которых консультировали ученые‑экономисты, так и мнениями носителей профессионального образования в области финансов и экономики.
Еще президент США Ф. Д. Рузвельт в своих «Беседах у камина», обосновывая свою политику выведения США из «великой депрессии», мимоходом дважды высказал пренебрежение к исторически сложившейся экономической науке: «Я совершенно не разделяю мнение тех профессиональных экономистов, которые настаивают, что все должно идти своим чередом и что вмешательство людей неспособно повлиять на экономические болезни. Мне‑то известно, что эти профессиональные экономисты с давних пор каждые 5–10 лет меняют свои формулировки экономических законов» (Рузвельт Ф. Д. «Беседы у камина». М.: ИТРК. 2003. С. 52).
«Конгресс образовал комиссию, которая будет заниматься накоплением фактологических данных, чтобы разобраться в путанице противоречивых учений об оптимальном регулировании бизнеса, а потом выработать более осмысленное законодательство о монополиях, фиксированных ценах и отношениях между крупным, средним и малым бизнесом. В отличие от значительной части остального мира, мы, американцы, твердо верим в частное предпринимательство и в прибыль как движущую силу человеческой деятельности. Однако мы понимаем, что должны постоянно совершенствовать практику бизнеса, чтобы обеспечить устойчивый разумный уровень доходов, научный прогресс, свободу частной инициативы, а также чтобы создать перспективы для маленького человека, справедливые цены, достойную заработную плату и постоянную занятость населения» (там же. С. 158).
Более поздний президент США Гарри Трумэн тоже был невысокого мнения о своих советниках по вопросам экономики: «Дайте мне одностороннего экономиста! Все мои экономисты говорят: „С одной стороны… с другой стороны…“» – цитата с сайта газеты «Известия», сентябрь 2003 года (см. также: http://www.wtr.ixi/aphorisrrVnew56.htm).
Единственное честное признание, которое удалось найти, о неготовности науки решать задачи, провозглашенные с началом «перестройки», принадлежит академику А. И. Анчишкину, директору Института экономики и прогнозирования научно‑технического прогресса АН СССР: «Во‑первых, для успешного развития экономической науки нужна четко выраженная общественная, политическая потребность в глубоком и объективном раскрытии реальных закономерностей экономического развития, его противоречий, нужна потребность в научной истине. Во‑вторых, состояние экономической науки всегда было связано с идеологическими установками, наличием или отсутствием догм, которые часто предопределяли не только направления, ход научных исследований, но и их выводы, результаты» («Коммунист», теоретический и политический журнал ЦК КПСС, № 5 (1303), март 1987).
Его мнение оказалось бесплодным по своим последствиям, поскольку оглашенный им факт не был оценен обществом, да и быстродействие науки и системы образования как общественных институтов недостаточно для того, чтобы в темпе проведения реформ методом «проб и ошибок» практически с нуля создать действенную, управленчески состоятельную социологию и экономическую науку и сделать их само собой разумеющейся основой профессиональной деятельности политиков, экономистов, директоратов предприятий.
Если бы исторически сложившаяся экономическая «наука» была действительно наукой и соответствовала правилу «практика – критерий истины», то экономическое благоденствие на ее основе уже давно было бы обеспечено всем и каждому, кто честно трудится в системе общественного объединения труда; и оно было бы гарантировано на будущее в преемственности поколений. Все это означает, что пока в России царит существующая экономическая «наука», порожденная на Западе и обслуживающая цели глобальной политики заправил Запада, Россия не сможет быть нашим домом, но обречена быть, прежде всего, европейским «Сырьепромом» и мировой свалкой отходов.
Однако настало время понять, что Россия достигла того уровня нравственно‑психологического развития, при котором ее население не будет и дальше ишачить на «великих комбинаторов» и их окружение. Ресурсы России и потенциал ее народов в состоянии обеспечить благоденствие для всех на основе гарантированного удовлетворения демографически обусловленных потребностей по высшим стандартам качества, что требует изменения политического курса. Такое изменение является делом всего общества, а не только государственного аппарата и его руководителей. Нам необходимо строить нравственное государство, которое, как отмечал в своем послании к Федеральному Собранию РФ в 2012 году Президент РФ: «…в ближайшие четыре‑пять лет должно полностью обеспечить свою независимость по всем основным видам продовольствия, а затем Россия должна стать крупнейшим в мире поставщиком продуктов питания», что также является важным в связи со вступлением России в ВТО».
В целом, число жителей нашей страны увеличивается, но не за счет рождаемости. Положение в этой сфере критическое.
Иными словами, если общество вымирает, то даже реальные достижения его представителей в науке, технике, искусствах для граждан этого общества бесполезны, хотя другие народы, возможно, впоследствии смогут присвоить не только его территорию, но и многие достижения его культуры.
Глава 20 Основы политики сбережения народа
Очевидно, что в жизни цивилизованного общества проблемы демографии не носят исключительно биологического и индивидуально‑психологического характера, но переплетены с проблемами общекультурного характера. Это означает, что кризис в России носит общекультурный характер, вследствие чего он выражается во всех сферах жизни общества. По своему существу общекультурный кризис проявляется в неспособности общества к эффективной самоорганизации и к решению управленческих задач, как в жизни отдельного человека (неспособность управлять своей жизнью и достигать определенных целей), так и в аспекте рассмотрения жизни социальной системы (или совокупности всех живущих ныне людей).
При подходе к рассмотрению сути кризиса и выходу из него как задачи управления – определение взаимосвязанных и взаимовлияющих сторон жизни общества представляется наиболее перспективным. Это же касается и главного вопроса жизни общества – его демографической устойчивости, то есть развития в преемственности поколений в гармонии с окружающей средой.
В современный политический лексикон вошел такой термин, как «демографическая политика». Его возникновение подразумевает: эпоха «стихийного» (не контролируемого) воспроизводства населения в этих обществах если и не завершилась, то стоит вопрос о том, чтобы положить ей конец. И один из вопросов заключается в том, в чьей власти реально находится демографическая политика, которая может быть и средством демографической агрессии, чему пример история Косово в последние 50–60 лет, и средством обеспечения демографической устойчивости общества и его государства.
Политика демографической устойчивости общества и его государства включает в себя три взаимосвязанных части:
1. определенность демографической политики, обеспечивающей в преемственности поколений рождение и воспитание здоровых людей в количествах, которые допускает устойчивость биоценозов (экология) в регионах проживания и ведения хозяйственной деятельности;
2. экономическое обеспечение избранной демографической политики, поскольку без него самая наилучшая демографическая политика в технически обусловленной цивилизации останется пустыми словами;
3. общекультурная политика, под воздействием которой формируются и экономические теории, и человеческие качества людей обоих полов, и характер нравственности и этики, связывающих всех людей в единый организм общества.
Последняя часть является предопределяющим по отношению к первым двум, поскольку и первая, и вторая части реально осуществимой политики демографической устойчивости общества и его государства обусловлены развитием культуры этого общества в целом. А общекультурная политика фактически предопределяет человеческие качества подрастающих поколений.
В самом же воздействии общекультурной политики на все части жизни, включая и экономику, решающую роль играют скорость выявления, осознания и определения жизненно значимых для общества и человечества в целом противоречий, путей и средств их решения. Если же проблемы не выявлены, то и решение их невозможно. В связи с этим еще раз повторим высказывание Т. К. Честертона: «Не в том дело, что люди не могут увидеть решение, дело в том, что они обычно не могут увидеть проблему».
Для определения демографической политики государства необходимо ответить на такие вопросы: в чем суть государства как общественного института? В чем состоит отдача института семьи обществу помимо ее чисто биологической роли – воспроизводство новых поколений? Какой тип семьи дает обществу наивысшую отдачу?
Учет объективных законов развития и совмещение с ними задач демографической политики позволит при последовательном проведении ее в жизнь разрешить все текущие противоречия и обеспечить его устойчивое развитие в преемственности поколений.
В противном случае мы можем получить окончательное уничтожение общества.
Очевидно, что в историческом прошлом и обозримой перспективе жизнь цивилизованного общества представляет собой взаимодействие института семьи и института государственности. Это взаимодействие протекает в диапазоне от варианта, когда государственность поддерживает институт семьи, а институт семьи предоставляет институту государственности поддерживающих его граждан, – до варианта, когда институт государственности и институт семьи сталкиваются с проблемами, которые они создают друг другу, в результате чего общество впадает в кризис. В этом взаимодействии функции обоих общественных институтов взаимно связаны и зависимы.
Государственность – это система управления на профессиональной основе делами общественной в целом значимости, как на местах, так и в масштабах общества в целом. Все остальное, что известно на протяжении истории о государствах, – либо конкретика выражения этой функции государственности, либо культурно‑исторически обусловленные «сопутствующие эффекты», возникающие при выполнении этой функции людьми, входящими в состав государственного аппарата и тех социальных групп, из которых выходят чиновники государства.
Семья – это не столько «ячейка общества», сколько «зернышко». Множество таких «зернышек» в настоящем взращивает будущее этого общества и его государства, по существу, программирует будущее.
Как известно, в состав технически цивилизованных современных общественных систем входят разные типы семей. И каждый из типов семей вносит свой вклад в программирование будущего, отличающийся от вклада в программирование будущего семьями иных типов. Поэтому важно понять, какие типы семей какое качество жизни общества программируют. На этой основе можно определиться с тем, программы каких типов нежелательны, поскольку носят объективно более или менее ярко выраженный антисоциальный и антибиосферный характер, а также программы каких типов не создают проблем, решение которых возлагается на остальное общество и биосферу Земли.
При таком подходе мы увидим, что на одном полюсе распределения всего множества реальных семей по типам будет «индивид со своим чемоданом», а на другом полюсе – семья трех и более поколений, проживающих в общем для них жилище и ведущих одно домашнее хозяйство. Между этими полюсами расположится еще несколько типов семей: семьи двух поколений – родители и подрастающие дети; неполные семьи с детьми, в которых дети растут без одного из родителей; бездетные разнополые пары, которые в силу разных причин на протяжении многих лет, а то и десятилетий существуют вдвоем без детей. Кроме того, в каждом из названных типов семей может быть более или менее значительная доля люмпенизированных семей, предпочитающих паразитический образ жизни.
Есть множество работ по психологии, которые показывают, что в неполных семьях полноценное личностное становление в процессе взросления ребенка в большинстве случаев не обеспечивается. Причем это происходит не только в силу экономических причин, когда родитель‑одиночка вынужден много работать и потому уделяет ребенку времени меньше, нежели это необходимо. Дело в том, что воспитание большей частью не носит назидательно‑приказного характера, а протекает незаметно исподволь в обычной жизни семьи, когда ребенок перенимает образцы поведения взрослых. Об этом Ф. Г. Раневская в роли мачехи в фильме «Золушка» высказалась очень ярко: «И вообще, Золушка, я тебя люблю гораздо больше своих дочерей: им я не делаю ни одного замечания, а тебя воспитываю с утра до вечера!»
При этом надо понимать, что способы восприятия и действия у мужчины и женщины – различны, кроме того, есть и особенности возрастной психологии. Поэтому ребенку, для того чтобы стать полноценным представителем своего пола, есть что перенять на будущее и от папы, и от мамы, и от дедушек, и от бабушек. А для того, чтобы это свершилось, несколько поколений одной семьи должны быть в постоянном неформальном общении. Это и объясняет хорошо известный факт, что воспитание в детских коллективах не может быть альтернативой воспитанию в семье, поскольку в детских домах та же проблема, что и в неполных семьях – дефицит общения детей со взрослыми.
По сути, это означает, что если семье типа «индивид с чемоданом» в обществе комфортно, то на каждую такую «семью» будет приходиться несколько неполных семей и несколько детей в детских домах. И эти дети, став со временем взрослыми, будут неизбежно в чем‑то ущербны в сопоставлении с теми, кто вырос в нравственно‑этически здоровых семьях нескольких поколений.
Кроме того, спустя несколько десятилетий «индивиды с чемоданом» постареют, утратят здоровье и работоспособность, и перед обществом встанет вопрос обеспечения их одинокой старости в форме «патроната по месту жительства», либо в форме «домов престарелых». Это ляжет на общество и государство дополнительным экономическим и психологическим бременем.
Но и в период активной жизни те, кто отнесены к типу семей «индивид с чемоданом», создают множество проблем для окружающих своей более ярко выраженной антисоциальностью поведения, проявляющейся в самых разных формах, от эгоистичной беззаботности до уголовных преступлений. Человек, живущий в семье, не только менее склонен к антисоциальному поведению, но и в некоторой степени сдерживается семейными узами, конечно, если это не люмпенизированная «семья».
Если это видеть и понимать, то кризис обществ Запада имеет в своей основе культ индивидуализма на протяжении многих поколений. Одна из форм этого культа – борьба за «права человека», которой не сопутствует борьба за исполнение человеческого долга перед обществом всяким, кому общество предоставляет права.
С другой стороны, тип семьи «семья трех и более поколений, живущих в общем жилище на основе общего хозяйства», если семья нравственно‑этически здорова, обеспечивает наиболее полноценное воспитание детей, поскольку в процессе личностного развития ребенок видит все предстоящие ему возрастные периоды и не лишен общением со взрослыми (по крайней мере, в случае экономической благоустроенности жизни общества), вследствие чего перенимает от них все необходимые для его взрослой жизни навыки поведения и более успешно развивается. Господство такого типа семьи освобождает общество и от массовой проблемы одинокой старости. Такая семья создает и меньшую нагрузку на экономику (а через нее и на экологию) за счет других факторов, поскольку многие вещи и услуги семье нужны в количестве экземпляров, меньшем, чем количество людей в ее составе, а приверженность людей к домашнему уюту и сохранению духа семьи сдерживает гонку потребления.
По сути, сказанное означает, что для устойчивости общества в преемственности поколений тип семьи трех и более поколений наиболее предпочтителен. Тип семьи двух поколений (взрослые родители и подрастающие дети) может сопутствовать в жизни нравственно‑этически здорового общества семьям трех и более поколений, если семьи трех и более поколений многодетные. И если это допускает плотность населения в регионе проживания и нагрузка на биоценозы, то с течением времени семьи этого типа должны становиться семьями трех и более поколений.
Весомость в статистике общества типов семьи «индивид с чемоданом», «неполные семьи», «бездетные на протяжении многих лет пары» – показатель нездоровья общества. Это не означает, что семей этих типов в здоровом обществе не может быть. Их наличие в силу разного рода биологических причин, стечения социальных обстоятельств, личностной неспособности устроить свою судьбу – неизбежно. Но они не должны массово возникать в результате беззаботности взрослых людей по отношению друг к другу и к детям. В социальной статистике нравственно‑этически здорового общества их доля должна быть на уровне погрешности съема статистических данных. То же касается и люмпенизированных «семей», «семей» гомосексуалистов.
Второй вопрос при выработке демографической политики – это вопрос о допустимом соотношении долей городского и сельского населения и о динамике изменения этого соотношения в процессе общественного развития. По существу это вопрос об объективных ограничениях на численность населения, которое может быть занято вне сельскохозяйственного производства, поскольку вне сельскохозяйственного производства без нарушения принципа экономической самодостаточности общества и его продовольственной безопасности может быть занято людей не больше, чем может прокормить сельскохозяйственное производство этого общества.
С этим же вопросом связан и вопрос о воспроизводстве населения в городах и в сельской местности. Этот вопрос недопустимо игнорировать, поскольку современный город, во многом представляя собой искусственную среду обитания, – мощнейший фактор мутагенного воздействия на организмы представителей всех биологических видов, включая и человека. Причем хромосомный аппарат человека раз в 50 чувствительнее к воздействию мутагенных факторов, нежели хромосомный аппарат пресловутой мушки дрозофилы.
Многие мутации, мягко говоря, не полезны для телесного и психического здоровья будущих поколений. И потому прежде, чем цивилизация сможет избавить города от угнетающего генетику и потенциал здоровья их населения влияния, необходимо компенсировать в масштабах общества мутагенное воздействие города через приток здоровых генов из негородской среды обитания. Если один из представителей брачной пары вырос на природе, то в парном хромосомном наборе ребенка действие пораженных мутациями генов в большинстве случаев подавляется здоровым парным геном. До того времени, когда город станет биологически благоприятной средой обитания, необходимо, чтобы постоянная миграция молодежи, рожденной в биологически более здоровой сельской местности, в города поддерживала здоровье городского населения. Для этого рождаемость в сельской местности должна быть выше уровня, необходимого для поддержания неизменной его численности, а в крупных городах – промышленных, научных и культурных центрах – естественный прирост населения должен быть ниже уровня, необходимого для поддержания планируемой численности их населения.
Для того чтобы этот процесс не порождал конфликтов между коренным населением городов и пришлым, необходимо обеспечивать единство нравственно‑этических стандартов в субкультурах городского и сельского населения и добиваться одинаково высоких реальных стандартов получения обязательного образования и доступности носителей общенациональной культуры. Кроме того, желательна программа по сокращению численности населения городов‑мегаполисов до 200–300 тыс. человек. При превышении допустимого уровня численности населения города, живущие в нем люди полностью отрываются от природной среды, что влечет за собой как падение показателей телесного и психического здоровья населения, так и падение экологической культуры и культуры государственности в целом.
Кроме того, в основе успешного развития общества лежат два взаимосвязанных качества организации жизни – наивысшая эффективность государственного управления в деле выявления проблем и их решения и воплощение в жизни творческого потенциала общества как средства решения противоречий общественного развития.
И то, и другое требует, чтобы сколь угодно высокое образование было доступно каждому члену этого общества без каких‑либо изъятий; основой для кадровой базы сферы государственного управления и так называемых «престижных» отраслей деятельности должно быть все общество, а не «элитаризовавшиеся» в нем те или иные социальные группы, а тем более не многочисленные кланы. Причина этого в том, что талант родителей не наследуется генетически детьми и внуками, и никакое образование не в состоянии заменить талант.
Вследствие этого на исторически продолжительных интервалах времени сословно‑кастовые социальные системы, в которых нарушение этих принципов доводится до предела, проигрывают демократиям, и эти проигрыши тем сильнее, чем последовательнее демократии в проведении этих принципов в жизнь. Одно из последних проявлений такого рода нарушений – застой в СССР и семейно‑клановые принципы подбора кадров в постсоветской России.
Так, сосредоточенность научно‑исследовательских и конструкторских организаций общесоюзного значения в городах‑миллионниках лишило науку и технику развития и притока талантливой молодежи с периферии, вследствие чего производство новых научно‑технических идей существенно сократилось. Воспроизводство кадрового состава разнородной власти в СССР в этот период на «элитарно‑клановой» основе было одним из факторов бюрократизации власти, лишившим ее способности вникать в существо проблем жизни общества в целом и специализированных отраслей деятельности.
Учитывая вышесказанное, демографическая политика устойчивого развития общества должна исходить из следующих принципов:
● обеспечение получения сколь угодно высокого образования всеми вне зависимости от происхождения;
● кадровой базой сферы государственного управления и науки должно быть все общество, а не «элитарные» кланы;
● государство должно поддерживать семьи трех и более поколений, которые живут в общем жилище на основе общего хозяйства, и семьи двух поколений, стимулируя всеми средствами этот жизненный уклад в качестве господствующего в обществе;
● государство должно выработать систему мер для обеспечения по возможности полноценного личностного становления детей, растущих в неполных семьях, и детей, оставшихся без попечения родственников; в перспективе оба эти социальных явления необходимо свести к минимуму, обусловленному несчастными случаями, а не распространенностью в обществе порочных нравственности и этики;
● государство должно выработать и проводить систему мер по предотвращению люмпенизации населения, социальной реабилитации семей, ставших на путь люмпенизации, и беспощадного подавления и изоляции необратимо люмпенизированного населения.
При этом надо понимать, что даже наилучшая демографическая политика останется пустыми словами, если она не будет подкреплена соответствующей экономической политикой государственности этого общества. Но самих по себе экономических теорий, даже если они управленчески состоятельны, недостаточно для обеспечения благоденствия общества. Кроме них, необходима Концепция, определенная модель, идеал жизни общества, на воплощение которого в жизнь должны работать экономические знания и государственность, реализующая их в политике. Только на основе единой Концепции возможны постановка и решение задач по гарантированному экономическому обеспечению демографической политики устойчивого развития в преемственности поколений.
Однако, как было показано ранее, исторически сложившиеся в экономической науке подходы не ориентированы на реализацию собственных идеалов жизни общества, не обеспечивают решения этих задач. При таком положении дел в экономической науке приверженцы ведения хозяйственной деятельности на плановой основе и приверженцы ее рыночной саморегуляции бесплодно на протяжении десятилетий спорят друг с другом. Но теоретическое бесплодие их споров на практике не было бесплодным для конкурирующих с нашей страной транснациональных корпораций. Сначала оно вылилось в «застой» последних десятилетий СССР, организованный «плановиками», а потом – в хозяйственную катастрофу 1990‑х годов, организованную «рыночниками». Практика показала, что рыночный механизм хотя и способен к некоторой регуляции спроса, предложений и инвестиций, но не способен к целеполаганию и к контролю за достижением интересов большинства граждан.
Для решения задачи организации функционирования народного хозяйства – экономики государства в режиме, удовлетворяющем большинство населения, необходим иной подход, качественно отличный от ныне господствующего счетно‑финансового подхода, принятого нашей исторически сложившейся экономической наукой. Это целостный подход к решению социальных задач, который взаимоувязывает управленческий, организационно‑технологический и экономический подходы.
Основы этого подхода изложены в литературе (Ефимов В. А. «Основы экономического обеспечения демографической политики устойчивого развития». СПб.: Изд‑во «СЗАГС», 2007. 184 с). Суть его заключается в следующем.
Организация всякого процесса управления требует выявления некоего определенного набора параметров, характеризующего течение управляемого процесса, который был бы объективным интегральным индикатором ошибок управления в смысле независимости от чьего‑либо субъективизма. И прейскурант цен, интерпретируемый в задачах организации управления хозяйством в государстве в качестве вектора ошибки, является как раз таким объективным интегральным индикатором ошибок общественного самоуправления, отраженных в финансово‑экономической сфере. Именно вследствие этого недопустимо все цены задавать директивно на уровне внутригосударственной технологической интеграции так, как это было в СССР. Однако и при свободном ценообразовании управленчески необходимы некоторые исключения из этого принципа, не говоря уже об отслеживании ценовых пропорций различных отраслей. Государство должно директивно устанавливать цены на товары и услуги, задающие базу прейскуранта, то есть на те товары и услуги, цена которых входит в себестоимость любого другого товара и услуги и с неизбежностью задает инфляционные процессы (энергоносители, тарифы естественных монополий, ставки кредитования, тарифы на пользование инфраструктурами, налоги и некоторые другие). При фиксированной базе прейскуранта снижение цен на все прочие товары характеризует повышение качества управления и является одним из инструментов управления воспроизводством трудового потенциала.
Если исходить из того, что производство ведется ради потребления в гарантированно достаточных объемах, то цена на всякий продукт управленчески функционально – не более чем ограничитель беспрепятственного потребления платежеспособностью. Людей интересуют реальные спектры производства и потребления, порождаемые этой системой государственного управления как целостностью, а не рост валового национального продукта в текущих ценах.
Конкурентоспособный работник не должен влачить жалкое существование, если в непропорционально низких ценах на его продукцию (по отношению к продукции иных отраслей) заложены ошибки самоуправления общества в целом, как это происходит, к примеру, с аграрным сектором. В связи с этим возникает необходимость иного взгляда на природу дотаций и субсидий.
Дотации представляют собой внутрикорпоративные или государственные выплаты производителям определенных видов продукции, производство которой в определенных объемах необходимо, но при сложившемся прейскуранте нерентабельно или малорентабельно. Цель дотаций – устранить последствия системных ошибок на уровне микроэкономического управления.
Под субсидиями следует понимать внутрикорпоративные или государственные выплаты потребителям определенных видов продукции, если корпорация или государство находит потребление именно этих видов продукции общественно полезным и предпочтительным, а потенциальный потребитель обладает недостаточной доходностью для того, чтобы оплачивать потребление этих видов продукции на основе самофинансирования.
Дотации и субсидии должны рассматриваться не как «милостыня неудачникам», а как естественное и обязательное средство управления порогами рентабельности производства в отраслях и регионах, инструмент удовлетворения первоочередных жизненно важных потребностей населения, обеспечивающий предпосылки для его воспроизводства.
Устойчивое решение демографических проблем в преемственности поколений увязано с проблемой удовлетворения демографически обусловленных потребностей населения, с ориентацией производственно‑потребительской системы на решение этой стержневой задачи. Процесс демографически устойчивого управления общественной системой в общем виде предлагается начинать с демографического прогноза и с формирования на его основе прогноза изменяющихся во времени демографически обусловленных потребностей. Исходя из этого, может быть выполнен расчет необходимых объемов продукции каждой из N отраслей. На этом основании прокладывается экономический курс, то есть план и N‑мерная траектория реального движения производственно‑потребительской системы как объекта управления, который следует с контролируемой ошибкой в N‑мерном пространстве тех параметров, которыми описывается процесс управления.
Существующие на сегодняшний день математический аппарат и работоспособные алгоритмы управления нуждаются лишь в модификации их для пространства контрольных параметров размерности N, а также в метрологически состоятельной макро– и микроэкономической интерпретации входящих в алгоритмы параметров и переменных.
Специалисты военно‑промышленного комплекса (ВПК) с начала 1950‑х годов для случая трехмерного пространства неоднократно заказывали решения таких задач математикам для нужд противовоздушной, противоракетной, противолодочной обороны и иных задач вывода средств поражения на движущуюся цель в кратчайшее время и, при необходимости, последующее ее устойчивое ближнее сопровождение с вероятностно предопределенным успехом (то есть заранее известной вероятностью поражения цели, определяющей качество управления средствами поражения). Это говорит о том, что математический аппарат и работоспособные алгоритмы где‑то лежат уже в готовом виде и нуждаются лишь в модификации их для пространства контрольных параметров размерности N.
Долгосрочный план общественно‑экономического развития в своем математическом выражении предстает как хронологически преемственная последовательность межотраслевых балансов продуктообмена, которая и должна быть объектом оптимизации долгосрочного плана в развиваемом нами подходе. В качестве критерия оптимизации хронологически преемственной последовательности межотраслевых балансов можно выбрать минимум количества производственных циклов, в течение которых плановый спектр производства достигает прогнозных значений потребностей общества в продукции по демографически обусловленному спектру потребностей.
Методом последовательных приближений на основе метода динамического программирования может быть найдено искомое количество производственных циклов и хронологически преемственная последовательность межотраслевых плановых балансов, исчерпывающая нехватку продукции по демографически обусловленному спектру потребностей, отвечающая избранному критерию оптимизации.
При таком подходе к проектированию хронологически преемственной последовательности межотраслевых балансов вектором управляющего воздействия является спектр инвестиционных вложений на каждом из производственных циклов, целесообразно ориентированный на получение определенного прироста спектра валовых мощностей на текущем и на последующих производственных циклах.
После того как в производственно‑потребительской системе достигнут спектр производственных мощностей, позволяющий гарантировать удовлетворение демографически обусловленных потребностей общества, этот интеграционный комплекс переходит в новый режим управления, в котором интегральной целью управления становится не скорейшее исчерпание дефицита продукции по демографически обусловленному спектру потребностей, как на предыдущем этапе, а недопущение возникновения такого рода дефицита продукции в будущем при минимальных затратах ресурсов, поддержании и наращивании стандарта экологической безопасности общества. То есть по достижении производством уровней демографически обусловленной достаточности должна измениться не только интегральная цель управления системой производства, но и критерии оптимизации хронологически преемственной последовательности межотраслевых балансов.
Описанный выше подход к построению системы планирования и интеграции ее в систему общественного самоуправления требует согласованной работы специалистов разных отраслей науки, не говоря уже о большом объеме достоверной информации, сбор которой необходим для обеспечения функционирования системы, и большом объеме вычислений в процессе разработки и оптимизации долгосрочных планов и создания на их основе краткосрочных, более детально проработанных планов.
Весь комплекс проведенных нами исследований дает основания утверждать, что методологически правильная постановка проблемы и методов ее разрешения в сфере стратегического управления экономическими и социально‑трудовыми сферами общественно‑экономического развития открывает возможности не только избежать многих неприятностей в будущем, но и преодолеть последствия прошлых ошибок, заблуждений и злоупотреблений.
Глава 21