Конфронтационная политика Запада, запрет на импорт продовольствия обеспечили хорошие предпосылки для развития бизнеса, собственного сельскохозяйственного производства. Тема импортозамещения стала едва ли не доминирующей в отечественном информационном поле. Активное приглашение к развитию продовольственного бизнеса зазвучало с уровня руководства нашей страны. Однако как расширение имеющегося производства, так и в особенности запуск нового предполагают привлечение инвестиционных финансовых средств. И именно в этот период ключевая ставка Центробанка выросла вдвое. Но в таком случае о каком инвестировании может идти речь, если рентабельность сельскохозяйственных организаций составила по итогам 2013 года 5,8 % с учетом субсидий, а без субсидий минус 5,6 %. Более того в аграрном секторе развиваются резко негативные тенденции в части долговых проблем. Общая сумма долговых обязательств к концу 2013 года выросла за последние 5 лет в 1,82 раза, а их удельный вес к сумме выручки составил 141 %. На погашение займов и кредитов было израсходовано за год 42,5 % не прибыли, а общей суммы выручки. После этого банкиры бойко рапортуют Президенту о своих прибылях, но из чьих карманов она извлечена? Резко сократился удельный вес реструктурированной задолженности и составил 0,4 % от объема долговых обязательств. Не отстают от банкиров и срастающиеся с ними торговые компании. Они любят рассказывать о своих сложностях, но тот же «Магнит», начиная с нуля, «накопил» уже на открытие 9 тысяч магазинов. Можно доказать математически строго, что по произволу устанавливаемая ставка кредитования является параметром глобального управления хозяйством любого государства и если она больше 6 % годовых, то это ведет к абсолютно неизбежным кризисам, к невозможности устойчивого развития реального производства. Высокая ставка не губит лишь сырьевиков, относящих все 100 % расходов по кредиту на себестоимость, на растущие в связи с этим тарифы, т. е. на тот же аграрный сектор, который оказывается крайним во всех смыслах этого слова. Директор Кировского тракторного завода как‑то посчитал, что если взять все проценты, начиная от руды, то их в себестоимости трактора накрутится до 60 %. Недопустимо завышенную ставку нам объясняют высокой инфляцией, рисками банкиров, подменяя причину и следствие. В действительности все происходит с точностью до наоборот, как сказал на Госсовете губернатор Белгородской области Е. С. Савченко. Однако эта подмена остается по сию пору незамеченной.
Мир стоит на пороге глобальной трансформации, и нам стоило бы понять, что выбор нам предстоит сделать не в сфере тех или иных политических «измов», а выбор нравственный. Ростовщичество – это норма и разновидность бизнеса или нами же узаконенное воровство, как это квалифицируется в коранической нравственности. И этот внеэкономический выбор возможен всего из трех вариантов концепции денег, а следовательно и концепции развития государства – положительный процент по кредиту (как у нас), нулевой (как в Японии с 1937 года) или отрицательный (как в Швейцарии сегодня). Были бы признательны руководству журнала «Человек Дела», если будет проявлена инициатива по организации открытой концептуально‑методологической научной дискуссии экономистов‑аграриев с Минфином и ЦБ по теме «Новая концепция денег – условие бескризисного развития государства». Я подтверждаю готовность нашей научной школы к такой дискуссии, только что нами завершена научная монография по этой проблематике.