Статьи 2006 - 2017 г.г.
28.02.2017 Как глобальный экономический рост будет тормозиться перенасыщением нефтью после 2018
Вся нефть на планете не сможет скачкообразно спасти финансовую систему, но альтернативный мир всё ещё возможен
23.02.2017 Готовимся к нефтяному, продовольственному и финансовому краху 2018 года
80% мировых запасов нефти достигли пика добычи, и обусловленный этим нефтяной кризис сплющит экономику
21.02.2017 Как война внутри «государства в государстве» привела к режиму Трампа
Системный кризис в глобальной закулисной системе способствовал жёсткой радикализации фракции «государства в государстве» Перевод e.tvorogov
04.08.2016 О связях Турции с ИГИЛ
Отношения между турецкой политической элитой и группировкой ИГИЛ (террористическая организация признана на территории России запрещенной – прим. ред.)
10.05.2016 Снова на пике: Куда девается нефть?
Нужно принять во внимание, что огромная часть инвестиций в нефтяную промышленность никогда не даст существенного прироста производства, из-за сильно преувеличенной ценности запасов. Джефферсон приводит цитаты из недавних научных исследований, согласно которым ”факты говорят, что добыча традиционной нефти остановилась на одном уровне и возможно начала снижаться с 2005 года”
28.09.2015 Коллапс Саудовской Аравии неизбежен
В конце сентября в ряде англоязычных сайтов, весьма активно занимающихся ближневосточной проблематикой, появилась информация о том, что один из внуков бывшего короля Абдул-Азиза ибн Сауда предрекает Саудовской Аравии беспрецедентные проблемы, в появлении которых обвиняет нынешнего главу государства Салмана ибн Абдул-Азиза
02.08.2015 Тайные связи Британии с правительствами и фирмами, стоящими за продажей нефти ИГИЛ
Энтузиазм американских и британских нефтяных компаний в отношении разработки ресурсов иракского Курдистана, однако, поднимает безотлагательные вопросы о том, не подрывает ли поддержка правительствами США и Британии нефтяной связи между РПК и Турцией войну против ИГИЛ, если не питает эту террористическую группу.
07.03.2015 Как ЦРУ создавало Google. Часть 3
06.03.2015 Как ЦРУ создавало Google. Часть 2
05.03.2015 Как ЦРУ создавало Google. Часть 1
Проект Insurge Intelligence может теперь раскрыть огромную степень участия разведывательного сообщества США во взращивании веб-платформ, которые известны сегодня, с чёткой целью применения информационных технологий как средства ведения глобальной «информационной войны» — войны за легитимизацию власти немногих над остальными. В центре этого процесса стоит корпорация, которая во многих аспектах олицетворяет XXI век своим незаметным вездесущим присутствием – компания Google.
Google подаёт себя как доброжелательную, «прикольную», обращённую к пользователю IT-компанию, которая добилась выдающихся успехов за счёт сочетания способностей, везения и настоящих инноваций. И это правда. Но это лишь часть правды. На самом деле, Google – это дымовая завеса, за которой скрывается оборонно-промышленный комплекс США.
04.04.2013 Великий сланцевый обман
Энергетическая революция или финансовый пожар?
01.01.2008 9/11. Расследование с нуля
Фильм снят по материалам расследования Джульетто Кьезы, Франко Фракасси, Паоло Бьянки. Фильм, подготовленный международной группой экспертов и документалистов под руководством депутата Европарламента Джульетто Кьезы, стал сенсацией 2007 года в Европе. Картина вызвала большой общественный резонанс во время показа в Европейском парламенте и на Римском кинофестивале. В фильме немало вопросов, на которые уже 10 лет нет ответа. Например, куда пропали обломки самолета, врезавшегося в здание Пентагона, где записи многочисленных камер видеонаблюдения, расположенных вокруг Пентагона, как могло случиться, что построенные из стали башни Всемирного торгового центра сложились аккуратно на свое основание, не повредив соседние здания? "Что произошло после 11 сентября? -- говорит Джульетто Кьеза. -- Началась война в Афганистане, потом была война в Ираке. На очереди Иран. Мир сегодня намного беспокойнее, чем тогда. Ситуация ухудшилась
12.12.2006 Армагеддон на горизонте? Из Лондона в Бейрут
Израильские политики обдумывали затяжной региональный конфликт как потенциально пригодный способ достижения давнишних исторических целей. Спецвыпуск "За Ливан!", 2006 http://left.ru
28.02.2017 Как глобальный экономический рост будет тормозиться перенасыщением нефтью после 2018
Вся нефть на планете не сможет скачкообразно спасти финансовую систему, но альтернативный мир всё ещё возможен
Нефть в мире не закончится в ближайшее время, но именно этот фактор может потянуть вниз мировую экономику после 2018 года – если мы не «заметим слона»: глобальное снижение полезной энергии.
Нефть останется с нами – конечно, так думает администрация Трампа, судя по его экстраординарному энергетическому плану под лозунгом «Америка прежде всего» по наращиванию эксплуатации последних оставшихся нефтегазовых и угольных ресурсов Америки.
Энергетический план Трампа, судя по всему, получил подтверждение в новом прогнозе развития мировой энергетики (Energy Outlook) от компании BP, в котором предсказывается устойчивый рост спроса на нефть в 2040-е годы. Британская нефтегазовая компания также утверждает, что имеющейся нефти более чем достаточно для удовлетворения растущего мирового спроса.
ВР является влиятельным членом главной лоббистской группы нефтяной промышленности США под названием «Американский институт нефти», в которую также входят компании ExxonMobil, Chevron, Royal Dutch Shell и Saudi Aramco. В настоящее время эта группа лоббирует свои интересы в администрации Трампа, касающиеся сокращения вмешательства государства в их деятельность, а также вопросов морского бурения и строительства трубопроводов.
Дуэль: BP против HSBC
Energy Outlook от BP рисует радужную картину будущего мировой нефти и газа, представляя их как жизнеспособную и прибыльную инвестиционную возможность. Доклад BP, по-видимому, резко контрастирует с неоднозначным докладом HSBC, выпущенным в конце прошлого года, который был эксклюзивно и в полном объёме опубликован в коллективном блоге INSURGE Intelligence в январе. В том докладе не оспаривается, что спрос на нефть будет продолжать расти, однако предлагается совершенно иной сценарий того, что будет происходить дальше.
HSBC предсказал, что роста предложения будет недостаточно для удовлетворения спроса. Разрыв между спросом и предложением будет столь широким, что к 2040 году мир должен будет найти эквивалент четырёх нефтяных месторождений Саудовской Аравии для удовлетворения спроса. Это приведёт к нефтяному кризису, который в 2018 году или немногим позже, вероятно, вызовет глобальный финансовый крах масштаба и характера, подобного тому, что мы видели в 2008 году.
Совершенно другое развитие событий в сфере нефтедобычи, предлагаемое ВР, будет означать совсем иное будущее для цен на нефть, но не обязательно для мировой экономики. Если BP права в том, что извлекаемые запасы мировой нефти составляют около 2,6 трлн баррелей, то это может более чем в два раза удовлетворить растущий спрос до 2050 года.
Мир столкнётся с десятилетием перенасыщения нефтью. В докладе ВР нет детальной информации о том, как это может повлиять на цены, но, скорее всего, существенные скачки цен будут компенсироваться. Низкие цены, как предупреждает BP, вероятно, будут подниматься за счёт ослабления спроса на нефть, обусловленного сочетанием политик борьбы с изменением климата и технологических достижений в области возобновляемой энергетики и электрификации.
ВР видит цены парящими на уровне где-то выше $ 55 за баррель, но нигде и близко к уровню $ 100 за баррель, который они достигли перед крахом 2008-го.
На этом уровне цены, скорее всего, ещё не будут достаточно высокими, чтобы восстановить прибыльность большей части отрасли. И если это так, то экономика может столкнуться с другой угрозой, которая подразумевается в докладе HSBC – ослабление спроса, замедление потребления, и возрастающая неспособность нефтяной промышленности обслуживать уже накопленные триллионные долги.
Какой же прогноз верен? И что это значит для мировой экономики?
Основы прогнозирования
Прогнозирование – всегда рискованное дело, но полезно помнить, что с точки зрения журналистики и социальной науки, целью прогнозирования является не просто «быть правым».
Скорее, как указывают мои коллеги по EXILE, прогнозы делаются с целью осветить возможные последствия с позиции настоящего времени. А поскольку наше знание о настоящем всегда ограничено, то имеет очевидный смысл исследовать несколько прогнозов: то есть, предусматривать различные возможные сценарии, основанные на различных вариантах выбора, совершаемого людьми.
В январе я интегрировал данные из глобального доклада HSBC о предложении нефти с другими научными исследованиями, чтобы предложить один правдоподобный сценарийближайшего будущего: кризис нефти, продуктов питания и финансов в 2018 году, или немногим позже.
В новом докладе BP предлагает данные, которые указывают на совершенно другой сценарий.
Таким образом, вместо того, чтобы подходить к этим докладам идеологически, стремясь с самого начала соглашаться или не соглашаться с их выводами, на INSURGE (работающим в партнерстве с EXILE) мы воспринимаем эти доклады как одинаково важные опорные точки в попытке наметить неопределённое по своей природе будущее. А при разборе этих опорных докладов, мы будем постулировать различные аксиомы, с помощью которых мы будем изучать возможные сценарии.
Итак, первая аксиома.
Аксиома 1: Прогнозирование делается не для того, чтобы вызвать согласие или несогласие, или укрепить догму. Лучше всего использовать его в качестве средства для облегчения сценарного планирования, помогающего получить более полное полезное знание.
Исходя из этих соображений, продолжим изучать доклад BP дальше.
Битуминозные пески Канады
Перенасыщение нефтью, экономический спад
По данным ВР, мир купается в нефти. При имеющемся обилии технически извлекаемых ресурсов, предложение нефти не иссякнет в ближайшее время.
ВР дополняет этот вердикт оптимистическим взглядом на нефтяной спрос. Экономический рост в странах Азии, Африки и Ближнего Востока, по утверждению BP, будет стимулировать большее потребление запасов сырья на нефтяной основе, используемого для производства пластмасс и тканей.
Но не все с этим согласны. В прошлом году, в материале для VICE я написал о новом докладе группы G30, вашингтонской группы финансовых инсайдеров, предвещающем, что пик спроса наступит гораздо раньше, чем считает ВР.
В докладе отмечается, что движущими факторами предстоящего снижения спроса на нефть являются политика по смягчению последствий изменения климата, а также технологические нарушения, приводящие к резкому сдвигу спроса в сторону чистой, низкоуглеродной инфраструктуры. Это означает, что спрос на ископаемые виды топлива неизбежно сократится до такой степени, что эти отрасли станут экономически неустойчивыми.
Эти факторы признаются BP, но этот нефтяной гигант значительно преуменьшает их разрушительное воздействие на нефтяную отрасль, по сравнению с докладом G30. Стоит отметить, что прогнозы не от нефтяных гигантов, таких как BP, как правило, плачевны.
Вот один независимый взгляд от экономиста по энергетике, профессора Дитера Хелма, изложенный им в статье от апреля прошлого года для издания Oxford Review of Economic Policy, под названием «Будущее ископаемого топлива – это уже конец?»:
«В долгосрочной перспективе, новые технологии производства и хранения электроэнергии, технологии, связанные с управлением спросом (demandresponse), а также электромобили и сдвиг спроса в сторону цифровых и других новых технологий, основанных на электричестве, в производственных процессах, приведут к увеличению спроса на электроэнергию, а не на ископаемое топливо. Эти появляющиеся новые технологии ..., вероятно, постепенно будут приводить господство углеводородной индустрии к своему завершению».
С учётом влияния международных соглашений по климату и быстрого развития возобновляемых источников энергии, прогноз для углеводородной индустрии выглядит ещё хуже.
Если всё обстоит так, то это оправдает аргумент доклада G30, что наступающее перенасыщение нефтью может усугубить нынешний кризис рентабельности, что, в свою очередь, загонит углеводородную промышленность в экономическую спираль смерти.
Как нам определить, какой из этих сценариев является наиболее вероятным? Мы утопаем в нефти или нет? Заканчивается ли у нас энергия из ископаемых видов топлива или мы имеем дело лишь с ещё одним ложным концом света? И если мы получим точный ответ на эти вопросы, то что это скажет нам о будущем росте глобальной экономики? Или об эффективности энергетического плана Трампа?
Мы купаемся в нефти, и вместе с тем у нас заканчивается нефть
Наиболее тщательные научные исследования дают неожиданно парадоксальные ответы на эти вопросы.
Да, мы утопаем в нефти. В действительности, мы никогда не окажемся в ситуации фактического отсутствия нефти. Несмотря на это, мы почти наверняка считаем, что всё труднее добывать высококачественную нефть определённого типа, которая подогревала быстрый рост индустриальной цивилизации на протяжении XX века.
Наиболее убедительное объяснение этому кажущемуся парадоксу дал сэр Дэвид Кинг, бывший главный научный советник правительства Великобритании, в научной статье в журнале Frontiers of Energy:
«У нас не заканчивается нефть, но мы достигли пика добычи лёгкой недорогой традиционной нефти, за которым последует падение производства», писал сэр Кинг вместе с соавтором Оливером Индервилди школы Смита «Предпринимательская деятельность и окружающая среда» (Smith School of Enterprise and the Environment) при Оксфордском университете. «Новые запасы нетрадиционной нефти имеются в изобилии, но являются более дорогостоящими в производстве, дают меньше полезной энергии и генерируют больше выбросов парниковых газов».
Сэр Дэвид Кинг, бывший главный научный консультант правительства Великобритании, возглавляет школу энергетики и окружающей среды Смит при Оксфордском университете.
Вплоть до 2005 года производство дешёвой традиционной нефти росло в геометрической прогрессии. Но с тех пор традиционная добыча прекратила свой рост. Согласно статье Кинга, традиционная сырая нефть является «ограниченным ресурсом, и его производство в настоящее время застыло на отметке около 64 млн баррелей в сутки».
Разрыв между пиком предложения сырой нефти и растущим мировым спросом всё больше заполняется «нетрадиционными ресурсами ... теперь на уровне 93 млн баррелей в сутки».
Так как рост добычи лёгкой и дешёвой нефти остановился, мир вынужден полагаться на более дорогие нетрадиционные источники энергии, такие как битуминозные пески в Канаде или сланцевый газ в США, для извлечения которого требуется использование дорогостоящей технологии фрекинга и более сложные процессы очистки.
Таким образом, вывод HSBC о том, что мировая нефть на 80% в настоящее время является пост-пиковой, не противоречит настойчивому утверждению ВР о том, что имеются ещё тонны преимущественно нетрадиционной нефти.
Для Кинга и Индервилди, обе стороны аргумента имеют смысл:
«Действительно, существует достаточный потенциальный запас ископаемого топлива, однако относительно дешёвая в добыче традиционная нефть уже не может удовлетворить спрос».
Аксиома 2: Добыча традиционной нефти достигла своего пика примерно в 2005 году, и с тех пор перестала расти. Это не означает, что нефть заканчивается. Скорее, дефицит в настоящее время компенсируется нетрадиционными источниками нефти и газа, которые имеются в изобилии, хотя являются энергетически и экологически более дорогостоящими, а также производят меньше полезной энергии, чем нефть.
Многие сторонники «пика нефти» полагали, что после прохождения пика и снижения добычи традиционной мировой нефти, цены на нефть начнут постоянно расти в геометрической прогрессии. Теперь мы знаем, что этот прогноз был в корне ошибочным.
Вместо этого, экономика сланцевой нефтегазовой революции создала новую эру неустойчивых цен на нефть. С точки зрения геофизики, производство сланцевой продукции предполагает более быстрое истощение и иссушение скважин, и, как следствие, необходимость намного более быстрых темпов вибрационного бурения для поддержания добычи и рентабельности. Это, в свою очередь, привело к перенасыщению предложения нетрадиционной нефти.
Тем не менее, мы продолжаем сталкиваться с более фундаментальной биофизической проблемой: полезная энергия, производимая из этих нетрадиционных источников, существенно ниже той, к которой привык мир.
Аксиома 3: Пост-пиковый мир сам по себе знаменует не конец нефтяной эпохи, а лишь сдвиг спроса в сторону нетрадиционных источников нефти и газа. Это, однако, также предполагает переход в новую эру более низкокачественной энергии из ископаемого топлива. В эту новую эру, цены на нефть будут естественным образом меняться, потому что динамика спроса и предложения новой нефтяной эры будет отличаться от той, к которой мы привыкли в эпоху дешёвой сырой нефти.
Короче говоря, эпоха дешёвой, легкодобываемой высококачественной нефти закончилась. Добро пожаловать в эпоху изобилия низкокачественной нетрадиционной нефти (или «дрянной нефти» (crappy oil)).
Это EROI, болван!
Сейчас мы подошли к тому, чтобы «заметить слона». Этот «слон» редко упоминается в довольно бессмысленных «дебатах» между сторонниками и противниками пика нефти. Тем не менее, вот он.
За последнее столетие, чистая стоимость энергии, которую мы можем извлечь из нашей ресурсной базы ископаемого топлива, неумолимо снизилась. Для измерения этого значения используется научное понятие «энергоотдача от энергозатрат» (EROI), расчёт, в котором определяется соотношение между количеством энергии, извлекаемой из ресурса, и количеством энергии, используемой для осуществления такого извлечения.
В истории США был период (примерно 1930-е годы), когда EROI нефти имело монументальное значение 100. После чего оно постоянно снижалось, с некоторыми колебаниями. К 1970 году значение EROI нефти снизилось до 30. За последние три десятилетия EROI американской нефти продолжило падение более чем вдвое, достигнув отметки 10 – 11.
По мнению профессора-эколога Государственного университета Нью-Йорка, Чарльза Холла, создателя EROI, глобальное снижение уровня полезной энергии является наиболее фундаментальной причиной глобального экономического спада. Так как нам нужна энергия, чтобы производить и потреблять, то нам нужно больше энергии для увеличения производства и потребления, то есть, стимулирования экономического роста. Но если в долгосрочной перспективе мы получаем меньше энергии, то мы попросту не можем усиливать экономический рост.
а) Темпы роста мировой добычи нефти в период 1950 – 2015 гг.; b) Темпы роста экономики США в период 1950 – 2015 гг. (источник: Hall). Исследование Чарльза Холла показывает, что темпы роста экономики в Европе, Японии и многих других развитых странах снижаются аналогичным образом, но сильнее.
Это привело к ряду разрушительных последствий. Для того, чтобы сохранить эту видимость экономического роста, мы используем хитроумные механизмы долга для финансирования новой экономической деятельности. Темп роста глобального долга в настоящее время выше, чем перед крахом 2007 года. Мы повышаем риск ещё одного финансового кризиса в ближайшие годы, так как медленный рост, который нам удалось выжать из экономики, до сих пор основывается на заимствованиях из энергетически и экологически необоснованного будущего.
Именно поэтому наблюдается безошибочная корреляция между долгосрочным снижением глобальной чистой энергии и долгосрочным снижением темпов роста мировой экономики.
Темпы роста ВВП отдельных стран ОЭСР (Источник: Hall)
Таким образом, в некоторой степени волатильность цен на нефть и вопрос о том, насколько далеко будет простираться мировое предложение нефти, уводят от понимания другого важного момента. Здоровье мировой экономики зависит не только от объёма запасов, но и от качества предложения.
А качество предложения, с точки зрения EROI, испытывает значительные потери. И именно снижение глобальной полезной энергии всё чаще выступает в качестве ключевого биофизического ограничителя роста мировой экономики.
Аксиома 4: Глобальная полезная энергия снизилась за последнее столетие. Это снижение коррелирует с долгосрочным снижением темпов глобального экономического роста. Эти два явления связаны между собой не случайно, а переплетены причинно-следственной связью: экономический рост состоит из увеличения производства и потребления, которое основано на извлечении энергии и превращении её в товары и услуги.
Мы находим всё меньше и меньше нефти
В этой картине есть и другие несоответствия. Например, доклады HSBC и BP делают разные акценты на состоянии энергетики в целом. BP заявляет, что оценка технически извлекаемых запасов нефти в настоящее время возросла – если в прошлом году их объём оценивался на уровне около 1,7 трлн баррелей, то в настоящее время BP оценивает их на уровне около 2,6 трлн баррелей.
Согласно Energy Outlook 2017 от ВР, предстоят дальнейшие открытия новых месторождений
HSBC подчёркивает другой аспект: фактическое количество открытий новых нефтяных месторождений резко снижается с каждым годом, и быстро стремится к уровню, при котором объёмы добываемой новой нефти станут во всех отношениях ничтожными.
График 1 - Всего открытых месторождений (тыс. баррелей) и количество разведочных скважин
График 2 - Нефтяные ресурсы на разведочную скважину (тыс. баррелей) и коэффициент успешности (%)
Снижение количества открытых месторождений, по данным глобального доклада HSBC о предложении нефти, опубликованном в конце 2016 г.
Как мы можем увязать эти, казалось бы, противоречивые факты?
Как мы можем находить всё больше и больше извлекаемых запасов нефти, когда скорость и масштабы реально открытых новых месторождений стремительно сокращаются?
Оценки доказанных запасов основаны на анализе современных технологий в контексте ожидаемых цен на нефть, в попытке выяснить, какой объём ресурсной базы может быть фактически извлечён.
Один ответ поступил в прошлом году: новый обширный научный анализ, опубликованный в издании Wiley Interdisciplinary Reviews: Energy & Environment, показал, что доказанные запасы традиционной нефти, детально описанные в источниках, используемых индустрией, вероятно, «завышены» наполовину.
Всё зависит от определений. Исследование выполнено профессором Майклом Джефферсоном из Европейской школы бизнеса ESCP, бывшим главным экономистом нефтяной компании Royal Dutch / Shell Group. Wiley Interdisciplinary Reviews (WIRES) представляет собой серию первоклассных рецензируемых изданий, в которых публикуются влиятельные обзоры литературы по соответствующим академическим дисциплинам.
По словам профессора Джефферсона, который провёл почти 20 лет в Shell на различных руководящих должностях – от начальника планирования в Европе до директора по снабжению и торговле нефтью, ключевой базис для расширения оценки «доказанных» запасов нефти «закрался» в индустрию несколько десятилетий назад.
Он пишет, что:
«... пятеро основных экспортёров нефти на Ближнем Востоке изменили базис своего определения «доказанных» запасов традиционной нефти с вероятности 90% до вероятности 50% в 1984 г. Результатом стало видимое (но не реальное) увеличение «доказанных» ими запасов традиционной нефти примерно на 435 млрд баррелей».
После этого мировые запасы завышались ещё сильнее, писал он в своём исследовании, – к ним добавлялись резервные данные по запасам венесуэльской тяжёлой нефти и канадских битуминозных песков – несмотря на то, что они являются «более сложными и дорогостоящими в извлечении» и в целом «более низкого качества», чем традиционная нефть. Это привело к увеличению оценки мировых запасов ещё на 440 млрд баррелей.
Вывод Джефферсона непоколебим:
«Грубо говоря, расхожее заявление, что в мире имеется доказанных запасов традиционной нефти на почти 1,7 трлн баррелей, завышено примерно на 875 млрд баррелей».
И как это соотносится с последней оценкой от ВР? Получается, что более высокие оценки запасов основаны не на реальных новых геофизических открытиях, а на пересчитывании количества доказанных запасов, путём пересмотра определения того, что считать вероятным. Если используется нижний порог 50-процентной вероятности для определения того, что считать технически извлекаемым, то это даёт более широкие возможности по-новому оценить перспективы.
Анализ Джефферсона дает нам надёжную научную основу для здорового скептицизма по отношению к постоянно растущим оценкам резервных запасов от ВР.
Но всё же мы должны принять фундаментальную реальность. Бум сланцевого газа дал нам понять, что технологически возможно сделать нетрадиционные ресурсы низкого качества извлекаемыми – и нет никаких оснований полагать, что технологические инновации в этом направлении возьмут и прекратятся.
Аксиома 5: Технологические усовершенствования сделают нетрадиционные запасы нефти и газа более доступными, и, следовательно, более извлекаемыми в принципе.
С другой стороны, ещё одним уроком из бума сланцевого газа является то, что технологические манёвры до сих пор не могут хоть сколько-нибудь повысить качествоэнергии, производимой из этой обширной ресурсной базы. На самом деле, мы увидели, что независимо от того, насколько больше и глубже мы способны бурить, качество энергии, которую мы производим в настоящее время, вполовину ниже качества энергии из традиционной нефти, с тенденцией к дальнейшему снижению.
И здесь прозрение HSBC становится актуальным:
Аксиома 6: Мы больше не совершаем значительных новых открытий месторождений высококачественной нефти, а скорость и масштабы открытий месторождений ископаемого топлива в целом падают по экспоненте.
Обе эти аксиомы связаны с ещё одним фактом: несмотря на все нынешние изощрения технологии фрекинга и остающиеся в изобилии нетрадиционные ресурсы, полезная энергия этих ресурсов является низкой. Например, наилучшие анализы EROI сланцевого масла и газа (от устья скважины до предложения электроэнергии рынку) всё ещё показывают цифру 10 – 11.
Аксиома 7: Глобальная полезная энергия продолжает снижаться, несмотря на более качественные и более эффективные технологии производства. Технологические усовершенствования до сих пор не обеспечивают получение энергии более высокого качества. Однако это позволило нам производить более высокие объёмы низкокачественной энергии, и её качество продолжает снижаться.
К чему это нас привело?
Добро пожаловать в канун «фазового сдвига» глобальной системы
В своей новой книге «Failing States, Collapsing Systems: BioPhysical Triggers of Political Violence» (Несостоятельные государства, разрушающиеся системы: Биофизические триггеры политического насилия) (Springer, 2017 г.), я утверждаю, что глобальное снижение полезной энергии является основным фактором текущего сбоя глобальной системы.
На фоне снижения глобальной полезной энергии, с целью сохранения хода механизма бесконечного роста, императив «бурите, как угорелые, чтобы получить больше энергии» только укрепляется. Таким образом, вместо того, чтобы сворачивать нашу эксплуатацию ископаемого топлива, мы ускоряем её.
Мы наращиваем использование ископаемого топлива, и это ускоряет изменение климата. Это, в свою очередь, приведёт к более экстремальным погодным явлениям, таким как засухи, ураганы и наводнения, которые представляют повышенную угрозу урожаям в главных зерновых районах.
Экологический кризис достиг кульминации в шокирующий переломный момент, в результате чего мы нарушили несколько ключевых «планетарных границ» безопасной деятельности человеческой цивилизации, усиливая риск крупномасштабного разрушения природных систем.
Нестабильность климата и продовольственных запасов опустошает регионы во всём мире, и заставляет правительства ставить задачу перед своими вооружёнными силами учитывать рост нестабильности, поскольку эти процессы ослабляют государства, провоцируют массовые волнения и даже терроризм. И этот нарастающий распад региональных государств обычно совпадает с искушением использовать военную силу для консолидации контроля над большим объёмом ресурсов ископаемого топлива.
Это именно то, что уже произошло в ряде ключевых периферийных стран: Сирия, Ирак, Йемен, Египет, Нигерия и страны за их пределами стали несостоявшимися государствами по мере того, как климатический, энергетический, экономический и продовольственный кризисы, вызванные, по сути, общим снижением энергии, развязали ад на земле. Вакуум разрушенных государственных структур был заполнен экстремистами, радикализованными в процессе геополитических игр внешних сил, оживившихся из-за меняющего ландшафта.
Эти процессы могут реализовываться в течение столь долгого времени только на расстоянии от Запада. И такие феномены, как Трамп в США и Brexit в Европе, показывают, что фактор расстояния уже перестал действовать.
Когда сложная адаптивная система находится в особо шатком положении из-за экологических условий, она входит в стадию кризиса. Кризис бросает вызов существующим структурам, отношениям и моделям поведения в системе. Усиление кризиса может заставить её достигнуть порога, который подрывает целостность всей системы. В конце концов, система либо адаптируется путем реструктуризации и переходит в новое равновесное состояние через «фазовый сдвиг», либо откатывается назад в развитии.
В цивилизационном контексте, способность обрабатывать информацию таким образом, чтобы она эффективно распределялась по всей системе, внося свой вклад в построение прочных общественных связей, имеет решающее значение для способности системы к адаптации и выживанию. Средства массовой информации и процессы, которые управляют нашим поведением, являются в этом смысле интересным термометром здоровья «ДНК» нашей цивилизации.
Поэтому состояние информационной перегрузки и поляризации, которое мы сейчас переживаем, говорит о том, что мы быстро приближаемся к порогу кризиса. Кризис подрывает существующие структуры глобальной системы. Наши доминирующие институты и системы власти находятся в информационном хаосе и решительно пытаются найти смысл в этом перегруженном потоке информации, сигнализирующем системный кризис.
На данном пороговом уровне, система сталкивается с кризисом информационной перегрузки и неспособностью осмысленно перерабатывать доступную информацию в полезные знания, которые могут послужить материалом для адаптивной стратегии. Отсюда берёт начало возрастающе токсичная поляризация всего политического дискурса. И, конечно, в случае дебатов о «пике нефти» – неспособность конструктивно взаимодействовать с, казалось бы, противоречивыми данными.
Связи между хэштегами в послевыборном дискурсе. Среди всего массива хэштегов были выбраны только те, которые непосредственно связаны с Brexit.
Аксиома 8: Глобальное падение полезной энергии играет движущую роль в ускорении климатического, энергетического и продовольственного кризисов, связанных друг с другом, которые в свою очередь привели к обострению в сторону порога глобального системного кризиса. Одним из наиболее явных симптомов этого порога кризиса является информационная перегрузка, которая приводит к поляризованным, взаимоисключающим пузырям конкурирующих «истин».
Поразительное появление на свет трамповской хунты является прямым симптомом этого процесса. Информационная перегрузка на фоне системного кризиса способствовала формулированию наиболее регрессивного и всё равно слишком общего ответа на кризис: «виноваты Другие».
Вместо возможности получить адаптивный ответ на основе целостного системного понимания, информационная перегрузка – наряду с глубоко неадекватным подходом к пониманию глобальных системных кризисов – позволяет взять верх недальновидному реактивному мышлению. Таким образом, вместо диагностики структуры самой системы, возлагается вина на конкретные группы людей, которые определяются как «источник проблем».
Вместо преобразующего системного ответа для адаптации к новому «фазовому сдвигу», мы наблюдаем мощную межотраслевую политико-экономическую фракцию с корыстными интересами в нынешней структуре глобальной системы, прикладывающую усилия по системной консолидации.
Их реакция основана на ошибочной точке зрения, что «кризисы», нарастающие в настоящее время, являются внешними по отношению к рассматриваемой системе – в таком случае, эти внешние факторы идентифицируются как проблемы, вызванные определёнными группами лиц, якобы имеющие паразитическое влияние на оптимальную в остальном систему.
На самом деле, эта узколобая реакция, направленная на усиление очень глубинных структур, которые ускоряют процессы описанного глобального сбоя системы, обостряет порог кризиса. Этот неадекватный ответ является отражением серьёзной системной регрессии, что повышает риск наступления кризиса и коллапса.
Сценарное планирование: за рамками бизнеса в штатном режиме
Мы должны быть в состоянии преодолеть это состояние информационной перегрузки путём разработки целостной информационной архитектуры, которая будет работать на принципиально иной основе, чем так называемая журналистика, которая преобладает в данный момент.
Вот почему вместо того, чтобы просто позволить моему диагнозу догматически поляризоваться вокруг одного привилегированного положения или сценария, я пытался показать, что более значимый и сильный ответ предполагает конструктивное и критическое взаимодействие с несколькими противоположными позициями.
Эту журналистскую методологию открытого запроса мы совместно развиваем на INSURGEи EXILE, с которыми я работаю, чтобы создать медиа-платформу нового поколения, которая могла бы укрепить более открытую, продуктивную и придающую уверенность информационную архитектуру, для людей и планеты.
В стремлении к этой цели, в своей книге «Failing States, Collapsing Systems: BioPhysical Triggers of Political Violence» я обрисовал два следующих возможных сценария:
1. Более низкокачественные (по EROI) ресурсы глобальной энергетической системы могут стать фундаментальным геофизическим потолком, ограничивающим способность экономики к росту. Они могут действовать как невидимый тормоз роста спроса, и потенциально это означает, что ископаемые цены на топливо останутся на хронически низком уровне, создающем угрозу прибыльности углеводородной промышленности. Это привело бы к ускорению распада углеводородной промышленности, что само по себе подняло бы вопрос о нарушении долговых обязательств во всей промышленности, отражающихся на финансовой системе. Производство исчезающей углеводородной энергии будет отражаться на глобальной системе путём дальнейшего снижения качества ресурсов, что будет проявляться в затяжном и самоусиливающемся процессе экономического спада. Это будет повышать уязвимость к водному, продовольственному и энергетическому кризису, а также сильно снизит возможности европейских и американских государств по обеспечению своего собственного населения товарами и услугами.
2. Дефицит чистого экспорта на мировом рынке может проявиться в виде возврата цен на нефть к прежним уровням. Это может дать некоторым слабым секторам углеводородной отрасли капельку рентабельности. Тем не менее, предыдущие урезания инвестиций и сокращения разведочных работ – большая часть из которых уже имели место – будет означать, что только самые мощные сектора отрасли смогут заработать на этом, а это означает, что производство вряд ли сможет вернуться к прежним высоким уровням. Резкий рост цен вызовет экономический спад и падение спроса, в то время как более низкие уровни производства приведут к обострению неспособности экономики к существенному росту, если это вообще произойдёт. Фактически, мировая экономика, скорее всего, по-прежнему переживает самоусиливающийся процесс экономического спада.
По сценарию 1, цены на нефть остаются относительно низкими.
По сценарию 2, цены на нефть повышаются.
У нас нет достаточного понимания динамики системы в нашей нынешней ситуации, чтобы точно определить, какой сценарий более вероятен – соответствующая научно-промышленная литература даёт противоречивые оценки, как демонстрируют доклады BP и HSBC.
Тем не менее, аксиоматически, вышеописанное исследование позволяет сделать вывод, что ни один сценарий не предполагает возможности избежать наступления текущего системного кризиса, если продолжать вести бизнес в штатном режиме.
Именно в таком исследовании двух возможных, противопоставленных друг другу сценариев, мы можем увидеть возможность, если не необходимость, действовать таким образом, чтобы открыть путь, альтернативный бизнесу в штатном режиме.
Оба сценария предполагают, что нынешняя индустрия ископаемого топлива столкнётся с серьёзными и, в конечном счёте, фатальными последствиями в ближайшие десятилетия, независимо от того, по какому пути пойдут цены на нефть.
Оба сценария предполагают, что, биофизически, рост мировой экономики в настоящее время всё больше и больше сдерживается глобальным чистым снижением энергии, основанном на продолжающейся зависимости ископаемого топлива.
Оба сценария предполагают, что Соединённые Штаты и Европа сталкиваются с всё более нестабильным геополитическим будущим и возрастающими проблемами внутренней территориальной целостности, обусловленными ростом недальновидного возложения вины на других, без фундаментального изменения курса.
Оба сценария, таким образом, позволяют предположить, что для преодоления нашего нынешнего порога кризиса срочно требуется новая адаптивная, трансформирующая стратегия реагирования.
Первой предпосылкой к успеху этого «фазового сдвига» к новой конфигурации адаптивной системы является то, что компоненты этой системы начинают осознавать, что происходит и почему – в подлинно целостном и системном смысле.
Настоящий момент сигнализирует наше приближение к вершине порога кризиса и одновременно сигнализирует беспрецедентную возможность того, что множество групп, как левых, так и правых, как консервативных, так и либеральных, обретут подлинное понимание системного характера кризиса.
Перевод: Евгений Творогов,
специально для aftershock.news
23.02.2017 Готовимся к нефтяному, продовольственному и финансовому краху 2018 года
80% мировых запасов нефти достигли пика добычи, и обусловленный этим нефтяной кризис сплющит экономику
Согласно новым научным исследованиям, мир стоит на пороге неминуемого нефтяного кризиса, который повлечёт за собой новый финансовый кризис.
В докладе HSBC показано, что вопреки расхожему мнению в индустрии, даже в условиях перенасыщения запасами нетрадиционной нефти и газа, мировая добыча нефти уже достигла пика и в настоящее время переживает упадок; в то время как европейские правительственные учёные демонстрируют, что стоимость энергии, получаемой из нефти, сократилась вдвое в течение лишь первых 15 лет XXI века.
Всё? Добро пожаловать в новую эру перманентного экономического спада, обусловленного продолжающейся зависимостью от грязной, дорогостоящей, трудноизвлекаемой нефти... если только мы не изберём принципиально иной путь.
* * *
В сентябре прошлого года, ряд СМИ сообщили о парадоксальных результатах нового исследовательского доклада HSBC, посвящённого мировому предложению нефти. К сожалению, истинные последствия доклада HSBC остались в значительной степени непонятыми.
В аналитической заметке HSBC, написанной для клиентов глобального банка, заявляется, что, вопреки озабоченности по поводу избыточного предложения нефти и недостаточного спроса, дело обстоит ровно наоборот: мирового предложения нефти в ближайшие годы не хватит для удовлетворения растущего спроса.
Однако, в действительности, никто не разъяснил полный, сенсационный смысл доклада, касающийся неизменного вхождения мира в новую эру глобального падения нефти. Доклад не просто опровергает тезис, что наиболее острой проблемой является «пик спроса». Он подтверждает то, что жёстко критикуется крупными нефтяными компаниями, как миф: пик нефти – это одновременный пик и спад мировой добычи нефти.
Доклад HSBC, который вам нужно прочитать прямо сейчас
В распоряжении журнала INSURGE intelligence оказалась копия доклада от декабря 2016 года, и здесь мы впервые эксклюзивно публикуем весь доклад в общественных интересах.
(Читать и/или скачать полный доклад HSBC по ссылке (англ.))
Банк HSBC, штаб-квартира которого находится в Лондоне, Великобритания, является шестым по величине банком в мире, с активами на 2,67 триллионов $. Поэтому, когда он издаёт исследовательский доклад для своих клиентов, разумно обратить на него внимание, и посмотреть, что мы можем из него узнать.
Вот один из наиболее шокирующих выводов доклада: «81% от общего производства жидких углеводородов в мире уже претерпевает спад».
В период с 2016 по 2020 год, добыча стран-экспортёров нефти, не входящих в ОПЕК, будет неприбыльной из-за спада добычи традиционной нефти, несмотря на намерение ОПЕК продолжать увеличение добычи скромными темпами. Это означает, что к 2017 году, поставляемые резервные запасы могут составлять всего лишь 1% от мирового спроса на нефть.
Это повышает риск масштабного кризиса мирового предложения нефти примерно в 2018 году, который может «значительно повлиять на цены на нефть».
В докладе категорически утверждается, что пик спроса (идея о том, что спрос перестанет расти, оставив мир купаться в избыточных объёмах предлагаемой нефти), хотя и является, безусловно, актуальной проблемой на фоне соглашений в области изменения климата и деструктивных тенденций в сфере альтернативных технологий, однако не представляет собой наибольшую опасность:
«Даже при условии более медленного роста спроса на нефть, мы считаем, что самая большая долгосрочная проблема в том, чтобы компенсировать снижение добычи на выработанных месторождениях. Масштаб этого вопроса таков, что, с нашей точки зрения, скорее возникнет временный дефицит мирового предложения до того, как мы реалистично оценим достижение пика мирового спроса».
В условиях текущего избыточного предложения нефти, обусловленного ростом добычи нетрадиционных запасов, падение цен на нефть навредило прибыльности отрасли и привело к резкому урезанию новых инвестиций в производство. По заявлению HSBC, это усилит вероятность глобального кризиса предложения нефти с 2018 года и далее.
Нет ли у кого-нибудь четырёх Саудовских Аравий?
В докладе HSBC исследуется два основных массива данных: от Международного энергетического агентства и Программы глобальных энергосистем Уппсальского Университета в Швеции.
Следует отметить, что Уппсальский университет на протяжении многих лет последовательно выступает за глобальный сценарий пика добычи нефти – в отчёте HSBC подтверждается правильность этого сценария, подкрепляемого данными от МЭА.
В докладе говорится, что темпы и способы освоения новых нефтяных месторождений резко снизились за последние несколько десятилетий, достигнув почти незначительного уровня в мировом масштабе. Добавьте к этому следующее предупреждение доклада: только для сохранения прежних темпов добычи на фоне ускоряющегося падения, к 2040 году миру потребуется в четыре раза больший объём нефти, чем дают месторождения Саудовской Аравии. Добыча в Северной Америке, хотя она по-прежнему является наиболее многообещающей, просто не будет в состоянии восполнить этот пробел.
Business Insider, the Telegraph и другие СМИ, которые освещали этот отчёт в прошлом году, признали дефицит предложения, но не дали ему должного объяснения – сокрушительные выводы банка HSBC заключаются в прогнозировании длительной нехватки дешёвой нефти с 2018 до 2040 года из-за глобального пика добычи нефти.
В докладе пересматривается подход к пониманию концепции пика добычи нефти – вместо прогнозирования его как единичного глобального события, доклад опирается на детальные данные по конкретным регионам и производителям. Если верить этому анализу, 81% мировых запасов нефти достигли своего пика добычи и в настоящее время являются послепиковыми.
С применением более строгого определения, своего пика достигли 64% мировых запасов нефти. Но так или иначе, значительно более половины мировых запасов нефти составляют выработанные и оскудевающие месторождения, добыча на которых неотвратимо и необратимо падает:
«Если, как мы предполагаем, ежегодный темп падения добычи из мировых послепиковых запасов будет составлять 5% в год при уровне 74 мбд (миллионов баррелей в день) – который, на наш взгляд, ни в коей мере не является агрессивным – это будет означать падение послепиковых запасов до 38 мбд к 2030 г. и 52 мбд к 2040 г. Другими словами, миру потребуется в четыре раза больший объём нефти, чем дают месторождения Саудовской Аравии, только для сохранения прежних темпов добычи, прежде чем брать во внимание фактор роста спроса».
Ещё хуже то, что если всё же принимать фактор роста спроса во внимание – и в докладе отмечается, что, согласно даже самым консервативным оценкам, мировой спрос на нефть к 2040 г. превысит на 8 мбд значение 2015 г. – то будет необходимо ещё больше нефти для покрытия грядущего дефицита предложения.
Однако, с учётом того, что открытие новых месторождений – традиционно редкое явление, и с каждым разом месторождений становится всё меньше, то это означает, что в реальности нефть никогда не сможет восполнить этот разрыв.
Технологические инновации усугубляют проблему
Технологические средства улучшения скорости и эффективности бурения, о которых сейчас многие трубят, не исправят положение дел, потому что они будут ускорять производство лишь в краткосрочной перспективе и, следовательно, быстрее истощать имеющиеся резервы. Вывод доклада в этом отношении звучит так:
«... Методы по замедлению спада лишь маскируют факторы, которые могут вызвать значительно более высокие темпы спада в будущем».
Это не означает, что пик спроса следует сбрасывать со счетов как несерьёзную проблему. В интервью для моей предыдущей статьи в VICE, Майкл Бредшоу, профессор глобальной энергетики в школе менеджмента Sloan при Уорикском университете, заявил, что любой возврат к высоким ценам на нефть будет иметь серьёзные экономические последствия.
Доклад HSBC придерживается позиции, что цены, в конце концов, должны будут расти, потому что падение инвестиций из-за снижения рентабельности в условиях текущего перенасыщения неизбежно повлечёт за собой сокращение запасов. Усовершенствованное и более эффективное бурение создаёт перенасыщение уже сейчас – при этом оно также ускоряет истощение, а это означает, что сегодняшнее перенасыщение вкупе с низкими ценами на нефть является предшественником к завтрашнему повышению цен и сокращению запасов.
Есть и другой сценарий – цены не будут расти, как прогнозирует HSBC. При таком сценарии, экономика будет оставаться слишком слабой, чтобы позволить себе повышение цен на нефть. Спрос на нефть будет сохраняться низким, так как экономическая активность будет вялой, в то время как потребители и инвесторы будут продолжать поиски альтернативных ископаемому топливу источников энергии. В этом случае, инерция ослабевающей экономики сама по себе будет предвосхищать сценарий HSBC, и индустрия будет продолжать медленно выдавливать себя из рынка из-за снижения рентабельности.
Скачки цен, экономический спад
Но что, если прогноз HSBC в части предложения нефти является верным?
Во-первых, резкие скачки цены на нефть будут сразу отражаться на мировой экономике – вызывать её рецессию за счёт усиления инфляции и повышения затрат на общественную деятельность во всех уровнях вследствие повышения базовых энергетических расходов.
Во-вторых, даже если эти резкие скачки смогут временно вернуть некоторые нефтяные компании к потенциальной доходности, высокие цены на нефть будут побуждать потребителей к переходу на более дешёвые технологии с использованием возобновляемых источников энергии, таких как солнечная и ветряная энергия, которые уже могут экономически конкурировать с ископаемым топливом.
Это означает, что истощение мировых запасов может, в конечном итоге, оказать существенное влияние на продолжающийся спрос на нефть, по мере того, как кризис «пика нефти» и кризис «пика спроса на нефть» будут усиливаться и взаимодействовать непредсказуемыми путями.
Закат эры ископаемого топлива
Прогнозы мирового спроса и предложения, сделанные специально для доклада банка HSBC, независимо от того, окажутся они точными или нет, являются частью более широкого феномена – глобальное снижение полезной энергии.
Научно-исследовательская работа группы европейских правительственных учёных, опубликованная на сайте Arxiv Корнельского университета в октябре 2016 года, предупреждает, что мировая экономика вступила в новую эру медленного снижения темпов экономического роста. Это происходит потому, что стоимость энергии, которая может быть получена из мировой ресурсной базы ископаемого топлива, неумолимо снижается.
Работа (которая на момент написания этой статьи рецензируется академическим журналом), подготовлена учёными Франческо Менегуццо, Розария Чириминна, Лоренцо Альбанезе и Марио Пальяро, которые провели коллективное исследование в таких сферах, как изменение климата, энергетика, физика и материаловедение в итальянском Национальном научно-исследовательском центре (CNR) – главном правительственном учреждении Италии для проведения научных исследований.
Согласно HSBC, цены на нефть, вероятно, будут расти и в течение некоторого времени закрепятся на отметке около 75 $ за баррель за счёт более длительного спада добычи относительно устойчивого спроса. Но, по мнению итальянских учёных, эта отметка всё ещё слишком высока, чтобы можно было избежать дестабилизирующего рецессионного воздействия на экономику.
Итальянское исследование предлагает новую модель, сочетающую «конкурирующие между собой динамику роста населения/экономического роста и динамику предложения нефти/цены на нефть», чтобы оценить краткосрочные последствия для глобального экономического роста.
Данные за последние 40 лет показывают, что в периоды экономического спада, цена на нефть превышала 60 $ за баррель, а в период экономического роста оставалась ниже 40 $ за баррель. Это означает, что цены выше 60 $ будут неизбежно вызывать рецессию.
Таким образом, учёные приходят к выводу, что для предотвращения рецессии «цена на нефть не должна превышать некое пороговое значение в диапазоне 40 – 50 $ за баррель, или, возможно, даже ниже».
В более широком смысле, учёные указывают на прямую связь между ростом численности мирового населения, экономическим ростом и общим потреблением энергии. Последнее своим постоянным увеличением в буквальном смысле способствовало росту мирового благосостояния.
Но всё же, в работе делается следующий вывод о том, что сейчас переживает мир:
«... снижение среднего значения EROI (энергоотдача от энергозатрат) для всех видов ископаемого топлива; при этом EROI нефти, по всей вероятности, сократилось вдвое за короткий период первых 15 лет XXI века».
Значение EROI отражает общую стоимость энергии, которую может генерировать ресурс, рассчитанную путём определения соотношения между количеством энергии, извлекаемой из ресурса, и количеством энергии, используемой для осуществления такого извлечения.
Это означает, что в целом, несмотря на общее увеличение добычи жидких углеводородов, снижение стоимости генерируемой ими энергии параллельно увеличивает общие затраты на добычу.
Этот фактор действует, словно укрепляющийся геофизический тормоз роста мировой экономики. А это значит, что чем больше экономика остаётся зависимой от ископаемого топлива, тем больше она подвержена рецессионному влиянию глобального снижения чистой энергии:
«Вероятность того, что будущий экономический рост будет соответствовать текущей динамике роста человеческого населения, неразрывно связана с широкой и растущей доступностью высококонцентрированных источников энергии, имеющих широкую применимость для потребителей конечной энергии».
Проблема в том, что с 1980 года доля нефти в мировом энергетическом балансе снижается. Чтобы компенсировать это снижение и поддерживать экономический рост, мы стали всё больше полагаться на изощрённые долговые финансовые инструменты: по сути, мир заимствует из будущего, чтобы сохранить наш текущий уровень потребления.
В одном из интервью, ведущий исследователь, доктор Франческо Менегуццо дал следующее объяснение:
«Традиционные запасы мировой нефти достигли пика добычи примерно в 2005 году. Всё последующее увеличение предложения было основано на эксплуатации нетрадиционных запасов нефти и, начиная с 2009 года, в основном сланцевой (трудноизвлекаемой) нефти США, пик добычи которой, в свою очередь, был достигнут примерно в марте 2015 года.
Что видится ещё более важным – это тот факт, что мировое предложение нефти не стало поспевать за увеличением общего потребления энергии, «естественный» рост которого требует того, чтобы быть приблизительно пропорциональным увеличению численности населения, и это привело к снижению доли нефти в энергетическом балансе. В то время как правительства изо всех сил стараются подпитывать свою экономику путём постоянного увеличения энергоснабжения, другие источники энергии уверенно замещают нефть в энергетическом балансе, например, уголь в Китае. Однако ни один другой традиционный источник энергии не стал полноценной заменой нефти, следовательно, появилась потребность в долговых инструментах, чтобы компенсировать исчезающую долю нефти».
То есть, если продолжать вести бизнес в штатном режиме, экономика буквально никогда не сможет восстановиться – если только она не перейдёт на новый, действительно жизнеспособный источник энергии, который сможет заместить нефть.
«Для того чтобы предотвратить падение цены [на нефть], которую может позволить себе глобальная экономика, ниже себестоимости добычи, обрастание долгами (заимствованиями из будущего) становится необходимостью, но это всего лишь уловка, чтобы выиграть время в надежде на то, что произойдёт что-то позитивное», отметил Менегуццо. «Реальность такова, что долговые инструменты, используемые, по сути, вместо нефти, не работают на производство реальных благ, как видно, например, из упадка денежного выражения промышленности, добавляемого в процентном отношении к ВВП».
Куда это, в конечном итоге, заведёт?
«В последнее время долг стал сокращаться, в основном, потому, что он не в состоянии производить реальное богатство. Исходя из того, что реального (и быстрого) перехода к возобновляемым источникам энергии не будет, можно заключить, что экономический рост далее будет только ухудшаться».
Собственно, это означает, как добавляет Менегуццо, «делокализацию и базирование производств в экономиках с использованием местных, более дешёвых и грязных источников энергии (например, уголь в Китае), а также более низкие заработки, дальнейшее сокращение совокупного внутреннего спроса и усиление нисходящей дефляционной и/или долговой спирали».
Есть ли выход? Определённо не в рамках текущей тенденции: «Если только долговые инструменты не будут сразу использоваться для эксплуатации в массовом масштабе возобновляемых источников энергии, а также их «вспомогательных принадлежностей», таких, как средства хранения, делая их такими же ценными, как нефть, то наступление нарушения социальных и политических процессов, ещё до экономического краха, видится неизбежным».
Слияние кризисов
На фоне этого более широкого научного контекста, доклад HSBC о мировом предложении нефти даёт довольно ошеломляющее подтверждение того, что, по большей части, мировая добыча нефти уже вошла в послепиковый период. Это неопровержимый вывод, который следует из данных, подтверждённых индустрией.
HSBC считает, что после 2018 года это будет проявляться не просто в виде глобального кризиса предложения, но в виде мира, в котором дешёвое высококачественное ископаемое топливо будет становиться всё более труднодоступным.
Нам не стоит принимать этот прогноз как догму – послепиковый рынок нефти, существование которого в настоящее время подтверждается HSBC, может вести себя вопреки любым очевидным прогнозам.
Но если прогноз HSBC является точным, то это может означать следующее. Один из возможных сценариев таков: к 2018 году или чуть позже мир столкнётся с таким же слиянием глобальных кризисов, которое произошло десять лет назад.
В этом случае рост цен на нефть вызовет экономический спад, что расшатает глобальный долговой пузырь, который в течение нескольких лет находился на более высоких уровнях, чем до краха 2008 года, и в настоящее время составляет рекордные 152 триллиона долларов.
В 2008 году скачок цен на нефть сыграл ключевую роль в формировании предкризисных экономических условий для потребителей, в которых рост стоимости жизни способствовал запуску долгового дефолта на рынке недвижимости, быстро вышедшего из-под контроля.
В 2018 году или чуть позже, слияние экономического и энергетического кризисов резко повысит мировые цены на продовольствие и вновь сгенерирует контуры тройного кризиса, свидетелями опустошения мира при котором мы были с 2008 по 2011 год и от изнурительных последствий которого нам ещё предстоит оправиться.
2018 год, вероятно, будет кризисным и по другой причине. 1 января 2018 г. – это дата, когда должно будет вступить в силу множество новых правил, которые будут «сдерживать кредитование и стимулировать банки давать деньги в аванс только самым надёжным заёмщикам, что может ускорить рост банкротств по всему миру», сообщает Bloomberg. Другие новые правила игры будут требовать от банков прекращения использования своих собственных мер по оценке международных рисков для торговли деривативами.
По иронии, введение подобного благонамеренного регулирования в январе 2008 года (посредством документа Базель II) заложило основу для разрыва глобальной финансовой архитектуры, что сделало её уязвимой к тогдашнему краху банковской системы.
На самом деле, два года назад, в июле 2006 года, доктор Дэвид Мартин, эксперт по вопросам глобальных финансов, пророчески предсказал, что Базель II будет взаимодействовать с долговым пузырём, чтобы крах пузыря на рынке недвижимости развернулся в глобальное финансовое пожарище.
Уже через месяц после этого пророческого предупреждения, бывший высокопоставленный чиновник Пентагона, имевший широкий доступ высокого уровня к американской армии, разведке и финансовым учреждениям, поделился со мной информацией, что глобальный крах банковской системы неизбежен, и, скорее всего, произойдет в 2008 году.
Мой источник настаивал на том, что это событие должно быть связано с пиком добычи мировой традиционной нефти около двух лет назад (который, по словам бывшего главного правительственного учёного Великобритании, сэра Дэвида Кинга, действительно произошёл примерно в 2005 году, несмотря на то, что добыча нетрадиционной нефти и газа до сих пор компенсирует снижение традиционной добычи).
Сначала изложив своё предупреждение в августе 2006 года о глобальном банковском коллапсе 2008 года, я переформулировал это предупреждение в ноябре 2007 года, ссылаясь на прогноз доктора Мартина и мой собственный анализ более широких систем, на лекции в Имперском колледже в Лондоне. В этой лекции я, в частности, предсказал, что банковский кризис, вызванный пузырём на рынке недвижимости, усугубится в контексте новой эры дорогостоящих ископаемых видов топлива.
|
|
Я говорил об этом тогда, говорю и сейчас.
Через некоторое время после января 2018 года, мы начнём становиться свидетелями нового слияния кризисов в глобальной энергетической, экономической и продовольственной системах, подобно тому, что произошло в 2008 году.
В конце концов, я могу ошибаться. Крах может произойти и не в 2018 году. Он может произойти позже. Или он может быть вызван чем-то ещё, чем-то неожиданным, не охваченным обрисованной здесь моделью.
Смысл прогнозирования не в том, чтобы оказаться правым, а в том, чтобы получить представление о вероятном сценарии на основе имеющихся данных, к которому можно разумно подготовиться; и соответственно корректировать модель в свете новых данных.
Независимо от того, состоится ли крах именно в таком виде, как предполагается здесь, или нет, ясным из нового исследования является то, что экономика чрезвычайно уязвима к финансовому кризису по причинам, которые обычные экономисты не озвучивают – причины, имеющие отношение к энергетической системе, от которой зависит вся экономика.
На сегодняшний день предполагается, что мы все должны спокойно верить в то, что экономика переживает «восстановление», когда на самом деле она проходит через фундаментальный фазовый сдвиг глобальной системы, в котором неустойчивость преобладающих промышленных структур всё чаще выходит наружу.
Правда заключается в том, что циклы затяжного экономического кризиса являются симптомами более глубокого глобального системного процесса.
Среди прочего, мы можем подготовить себя к надвигающемуся краху следующим образом – признать его во всей полноте и как есть: признак сбоя глобальной системы, за которым неизбежно последует переход к пост-углеводородному, пост-капиталистическому будущему.
Будущее, в которое мы входим, попросту функционирует не так, как мы привыкли.
Старые правила индустриальной эпохи, действующие для умирающей эры энергетического и технологического сверхизобилия, должны быть переписаны для новой эры, наступающей после господства ископаемого топлива, после периода «бесконечного» роста за счёт эксплуатации природы, после исчерпания ценности долговых финансовых инструментов.
В этом году, мы можем подготовиться к всплеску слияния кризисов, сажая семена – пусть и мелкие – этого будущего в нашей собственной жизни, а также вместе с теми, кто вокруг нас: от наших семей до наших сообществ и более широких слоёв общества.
Перевод: Евгений Творогов,
специально для aftershock.news
21.02.2017 Как война внутри «государства в государстве» привела к режиму Трампа
Системный кризис в глобальной закулисной системе способствовал жёсткой радикализации фракции «государства в государстве»
Президент Дональд Трамп не ведёт войну с истеблишментом. Он ведёт войну, чтобы защитить истеблишмент от самого себя и от всех нас.
На первый взгляд, это не очевидно. После вступления Трампа в должность, одним из первых его действий было наложение вето на Транстихоокеанское партнёрство, неоднозначное соглашение о свободной торговле, которое, по обоснованному замечанию критиков, приведёт к потере рабочих мест в США и наделит транснациональные корпорации огромным влиянием на национально ориентированные государственные политики в сфере здравоохранения, образования и других сферах.
Далее Трамп планирует похоронить Трансатлантическое торгово-инвестиционное партнёрство (TTIP) между ЕС и США, которое смягчило бы основные государственные нормы, регулирующие деятельность транснациональных корпораций в сфере продовольственной безопасности, охраны окружающей среды и банковских операций; а также пересмотреть условия соглашения NAFTA, потенциально усиливая напряжённость в отношениях с Канадой.
Трамп, по-видимому, находится в конфликте с основной массой американского разведывательного сообщества и активно стремится реструктурировать правительство, чтобы минимизировать влияние системы сдержек и противовесов и тем самым укрепить свою исполнительную власть.
Его главный стратег в Белом доме, Стив Бэннон, реструктурировал Совет национальной безопасности, обеспечив себе и главе администрации Трампа Ричарду «Райнс» Прибусупостоянные места в узком комитете СНБ, тем самым открывая возможность для политизации наивысшего правительственного органа национальной безопасности со стороны Белого дома.
При Трампе, из Белого дома был уволен почти весь аппарат Государственного департамента, а Департамент национальной безопасности подвергся проверке на лояльность его указом о запрете на въезд в страну жителей мусульманских стран.
Так что, собственно, происходит? Один из подходов к формированию представления о поведении Трампа предлагает Джордан Гринхолл – восстание консерваторов («Красная религия») против либерального («Синяя церковь»1) глобалистского истеблишмента («государства в государстве»). Гринхолл, по сути, предполагает, что Трамп возглавляет националистическую хунту, находящуюся в оппозиции к корпоративной неолиберальной глобализации, используя новую тактику «коллективного разума», с помощью которой он хочет перехитрить и перегнать своих либеральных противников в истеблишменте.
Но такое представление видится, в лучшем случае, фрагментарным.
На самом деле, Трамп ознаменовал начало нечто намного более опасного:
Режим Трампа не работает за пределами «государства в государстве», а мобилизует элементы его структуры с целью укрепления и доминирования для реализации новой миссии.
Режим Трампа действует не для свержения истеблишмента, а для его консолидации на фоне воспринимаемого истеблишментом кризиса транснациональной закулисной системы.
Режим Трампа является не восстанием консерваторов против либерального истеблишмента, а актом формирования идеологии, согласно которой нынешний кризис возник из-за борьбы консерваторов с либералами, реализуемым особо радикальной белой националистической фракцией глобальной элиты.
Этот акт напрямую вытекает из глобального системного кризиса, но на самом деле является недальновидной и непродуманной реакцией истеблишмента вследствие поверхностного взгляда на симптомы этого кризиса. К сожалению, те, кто надеется противостоять реакции Трампа, также не способны понять системную динамику этого кризиса.
Всё это станет ясным только тогда, когда мы взглянем на общую картину. Это означает следующее: мы должны чуть внимательнее присмотреться к фигурам в администрации Трампа, более широким социальным и институциональным сетям, которые они представляют, и какие последствия имеют их связи с правительством; мы должны придать этому факту контекст на основе двух факторов: нарастание глобального системного кризиса и идеологические парадигмы понимания этого кризиса режимом Трампа (как для внутреннего, так и для массового потребления); мы должны связать полученную ситуацию с её воздействием на транснациональную закулисную систему и с американским «государством в государстве»; наконец, мы должны проанализировать, какое влияние эта ситуация окажет на стратегию, которая, вероятно, будет развёрнута режимом Трампа для достижения своих чётко выраженных целей.
Это исследование поможет сформировать приземлённое видение ситуации для тех, кто способен разработать содержательную стратегию реагирования с учётом всей системной сложности нашего «трамповского момента».
Итак, для диагностики нашего «трамповского момента», мы должны, прежде всего, увидеть, кто его возглавляет. Начнём со взгляда в разрезе на некоторых из самых известных кандидатов и назначенцев Трампа.
1. Режим Трампа
Финансовые акулы
Если все назначенцы Трампа будут утверждены, то его администрация станет одним из самых бизнес-ориентированных и дружественных к корпорациям правительств в американской истории.
Пятеро из 15 человек, выдвинутых Трампом в качестве членов Кабинета министров, совершенно не имеют опыта в государственном секторе – вся их карьера строилась в корпоративном секторе. «В Кабинете будет служить больше деловых людей без опыта работы в государственном секторе, чем когда бы то ни было», приходит к выводу исследовательский центр Pew Research.
Бетси Девос назначена на пост министра образования. Она замужем за миллиардером Ричардом Девосом, основателем группы компаний Amway.
Эндрю Паздер назначен на пост министра труда (снял свою кандидатуру 15.02.2017 – прим. перев.). Он является миллиардером, главой сети быстрого питания CKE Restaurants.
Кандитатом Трампа на пост министра экономики является ветеран Уолл-стрит Уилбур Росс. Росс – финансист-миллиардер, который инвестирует в покупку и продажу компаний в проблемных отраслях. Он разбогател, работая руководителем фонда в Rothschild Group.
Стивен Мнучин, министр финансов от Трампа, является бывшим партнёром глобального инвестиционного банка Goldman Sachs, руководителем хедж-фонда и, до его назначения, членом правления финансового холдинга из списка Fortune 500, CIT Group. Он также является членом тайного общества Йельского университета «Череп и кости».
Винсент Виола назначен Трампом на должность министра армии (отказался от должности 03.02.2017 – прим. перев.). Он миллиардер, бывший председатель Нью-Йоркской товарной биржи (NYMEX), а также нынешний председатель Virtu Financial, фирмы по оказанию услуг высокочастотного трейдинга.
Линда МакМахон – кандидат Трампа на должность главы Администрации малого бизнеса. Она является одним из основателей и бывшим директором Международной федерации рестлинга (WWE), которая в настоящее время оценивается в размере около 1 500 000 000 $, и замужем за промоутером WWE, миллиардером Винсентом МакМахоном.
Гэри Кон является главным экономическим советником Трампа и директором Национального экономического совета Белого дома. Он просто покинул свой прежний пост президента и исполнительного директора Goldman Sachs ради работы.
Энтони Скарамуччи служил старшим советником Трампа в исполнительном комитете переходной команды президента. До этого он был основателем и соуправляющим партнёром глобальной инвестиционной фирмы SkyBridge Capital. Как и Стив Бэннон, он начинал свою карьеру в Goldman Sachs.
Уолтер «Джей» Клейтон является кандидатом Трампа на пост руководителя Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC), главного надзорного органа финансовой индустрии. Тем не менее, Клейтон является юристом Уолл-Стрит, который работал по таким сделкам для крупных банков, как приобретение Barclays Capital активов Lehman Brothers, продажа Bear Stearns банку JP Morgan Chase, а также капитальные вложения Казначейства США в Goldman Sachs. В том же качестве он провёл кампанию по уменьшению ограничений на деятельность иностранных публичных компаний, и искал случаи небрежного исполнения Закона США о коррупции за рубежом. Его жена, Гретхен Батлер, работает в Goldman Sachs консультантом по управлению частным капиталом.
Первоклассная команда финансовых акул Трампа явно не собирается действовать в интересах американских рабочих. Вместо этого они будут делать то, что знают лучше всего: использовать мощный потенциал американской государственной машины, чтобы снять как можно больше нормативных ограничений на глобальную финансовую деятельность банков, а также наделить американские банки и корпорации особыми привилегиями.
Энергоклоуны
Администрация Трампа не просто куплена Уолл-стрит. Она куплена нефтегазовой и угольной промышленностью.
Рекс Тиллерсон, госсекретарь от Трампа, является бывшим председателем и главой гигантского нефтегазового конгломерата ExxonMobil. ExxonMobil – крупнейшая в мире нефтяная компания, поэтому её интересы де-факто являются приоритетными в углеводородной промышленности. Тиллерсон имеет тесные деловые связи с президентом России Владимиром Путиным, а ранее возглавлял совместное американо-российское нефтяное предприятие Эксон Нефтегаз Лимитед.
Тиллерсон является другом Игоря Сечина, который возглавляет группу контрразведкиКремля, известную как «силовики». При Тиллерсоне ExxonMobil также имела близкие связи с Саудовской Аравией, Катаром и Объединёнными Арабскими Эмиратами. В любом случае, Трамп щедро вознаградил Тиллерсона за оказанные услуги - 91% из 1 800 000 $ пожертвований федеральным кандидатам от Комитета политических действий (PAC)ExxonMobil при Тиллерсоне для этого избирательного цикла, ушли республиканцам.
Хорошо известно, что ExxonMobil финансировала климатический скептицизм на десятки миллионов долларов. Однако менее известно, что в 1970-е годы собственное научное исследование компании ExxonMobil полностью подтвердило реальность изменения климата. Тем не менее, руководители компании приняли корыстное бизнес-решение замалчивать эти выводы и в дальнейшем финансировать усилия по дискредитации климатологии.
Рик Перри, бывший губернатор штата Техас, является министром энергетики от Трампа. Перри – член совета директоров Energy Transfer Partners LP и Sunoco Logistics Partners LP, которые совместно разработали проект Dakota Access Pipeline. Генеральный директор Energy Transfer Partners, Келси Уоррен, пожертвовал 5 000 000 $ на мощную поддержку Перри со стороны PAC. В целом, две его кампании по выборам президента собрали более 2 600 000 $ от нефтяной и газовой промышленности.
Скотт Прюитт, бывший генеральный прокурор в штате Оклахома, является новым главой Агентства по охране окружающей среды (EPA). Прюитт имеет опыт инициирования федеральных судебных процессов с целью ослабления и отмены не только тех правил EPA, которые касаются выбросов углекислого газа, но и всех основных экологических правил, касающихся загрязнения воздуха и воды. The New York Times сообщает, что он и другие прокуроры-республиканцы заключили «беспрецедентный скрытный альянс» с нефтяной промышленностью.
Конгрессмен Райан Зинке является кандидатом Трампа на пост министра внутренних дел. Во время слушаний Сената для его утверждения, он отказался признать достоверность научного консенсуса, что человеческий фактор является главной причиной изменения климата. Раньше Зинке поддерживал меры по использованию экологически чистой энергетики, но в мае 2016 года он внёс законопроект, устанавливающий временной срок моратория Обамы на сдачу в аренду федеральных участков для добычи угля. Он регулярно голосовал против мер по охране окружающей среды, поддерживая эксплуатацию ископаемого топлива, стремясь минимизировать участие общества и государства в управлении государственными землями, а также выступал против мер защиты исчезающих видов.
Философия Зинке формулируется очень просто: «бури́, детка, бури́». Вот почему он взял более 300 000 $ из кампанейских взносов от нефтяных и газовых компаний, которые хотят ускорить процесс бурения государственных недр.
Майк Катандзаро является кандидатом Трампа на пост специального помощника по вопросам энергетики и окружающей среды. Он также лоббирует программу климатического скептицизма для нефтяной и газовой промышленности, работая на Koch Industries, Газовый альянс Америки (ANGA), Halliburton, Noble Energy, Hess Corporation, и многие другие компании. В начале своей карьеры, он был заместителем политического директора президентской кампании Буша-Чейни 2004 года.
Энергоклоуны хотят любой ценой сжечь всю нефть, газ и уголь, какую только смогут – и они готовы устранять любые средства защиты окружающей среды, которые стоят на их пути.
Спецбригада
Было бы ошибкой считать, что конфликты Трампа с разведывательным сообществом США означают его конфронтацию с военно-промышленным комплексом. Напротив, его назначенцы и советники в сфере обороны встроены в весь ВПК. Министр образования от Трампа, Бетси Девос, является сестрой Эрика Принса, скандально известного основателя опальной частной охранной фирмы Blackwater, теперь известной под названием Academi, который был уволен за убийство 17 мирных иракцев.
Источник в переходной команде Трампа подтверждает, что Эрик Принс давал консультации команде Трампа по вопросам разведки и безопасности. Принс теперь управляет другой охранной фирмой, Frontier Services Group. Он поддерживает предложение Трампа вооруженным силам США захватить нефть Ирака и рекомендует ускорить развёртывание частных оборонных подрядчиков в странах Ближнего Востока и Северной Африки, таких, как Ливия, с целью подавления беженцев.
Генерал Джеймс Мэттис («Бешеный пёс») является министром обороны от Трампа. До своей отставки в связи с его назначением на политический пост, он был членом совета директоров компании General Dynamics, пятого по величине частного оборонного подрядчика в мире. Мэттис также входит в состав правления компании Theranos, биотехнологической компании, известной своей сомнительной технологией автоматизированного анализа крови из пальца.
Генерал-лейтенант Майк Флинн был советником по национальной безопасности Трампа до своей отставки 13 февраля из-за его связей с Россией. Он является бывшим главой Разведывательного управления министерства обороны Пентагона (DIA) при Обаме, и на протяжении многих лет был инсайдером службы военной разведки и спецназа. Ранее он занимал пост директора разведки Объединённого командования специальных операций; директора разведки Центрального командования вооруженных сил США; командующего Объединённым командованием разведки, наблюдения и рекогносцировки; председателя правления военной разведки и заместителя директора национальной разведки. Флинн также руководит Flynn Intel Group, консалтинговой фирмой в сфере частной разведки.
В соавторстве с Майклом Ледином, Флинн только что закончил написание книги «The Field of Fight: How We Can Win the Global War Against Radical Islam and its Allies» (Поле боя: Как мы можем выиграть глобальную войну против радикального ислама и его союзников). Ледин является ведущим консультантом неоконсерваторов по обороне и бывшим назначенцем администрации Рейгана, который был вовлечён в скандальное дело Иран-контрас в качестве консультанта тогдашнего советника по национальной безопасности США, Роберта Макфарлейна. Будучи ныне обладателем гранта (Freedom Scholar) от Фонда защиты демократии (FDD), он являлся убеждённым сторонником вторжения в Ирак в 2003 году (он был непосредственно связан с подделками урана, якобы купленного Ираком в Нигере, в попытках сфабриковать оружие массового поражения, чтобы оправдать войну) и выступал за военное вмешательство в Сирию, Иран, а также за их пределы. Агрессивное видение внешней политики Ледина оказывало глубокое влияние на формирование внешнеполитической стратегии администрации Буша.
Примечательно то, насколько низко опускается Ледин в оправдании своей политической философии. В своей книге 2000 года «Tocqueville on American Character» (Влияние Токвиля на американский характер), он утверждает, что в некоторых ситуациях «для достижения самых благородных целей, лидер может быть вынужден пойти на сделку со злом» (стр. 90). Он даже утверждает, что это одобряется христианским Богом: «Поскольку оборона страны является высшим благом, то это одна из тех экстремальных ситуаций, в которых совершение лидером зла оправдано» (стр. 117).
Руководствуясь таким мышлением, он одобрил идею превращения Ближнего Востока в большой котёл. В 2002 году, в поддержку вторжения в Ирак он писал следующее: «Можно только надеяться, что мы превратим регион в котёл – и побыстрее, пожалуйста. Если когда-либо существовал регион, который сполна заслужил быть превращённым в котёл, то это – сегодняшний Ближний Восток».
Генерал Джон Ф. Келли – секретарь национальной безопасности от Трампа. Он является отставным генералом Корпуса морской пехоты США, который ранее служил при Обаме в качестве командующего Южным командованием США, отвечающим за проведение американских военных операций в странах Центральной Америки, Южной Америки и Карибского бассейна. До этого Келли был командующим Многонациональных сил Запада в Ираке, а также командующим резервом военно-морских сил и Северными военно-морскими силами. Кроме того, Келли является заместителем председателя в Spectrum Group, фирме, лоббирующей интересы оборонных подрядчиков, а также входит в совет директоров двух других частных подрядчиков Пентагона, Michael Baker International и Sallyport Global.
Джеймс Вулси, бывший директор ЦРУ и тяжеловес среди неоконсерваторов – бывший вице-президент подрядчика Агентства национальной безопасности Соединённых Штатов (Booz Allen Hamilton) и один из боссов Майкла Ледина в Фонде защиты демократии – был ранним сторонником Трампа, и являлся старшим советником Трампа в его переходной команде. Он развеял все сомнения по поводу планов Трампа о реорганизации разведывательного сообщества.
Генерал-лейтенант Джозеф Кит Келлог является начальником штаба и исполнительным секретарём Совета национальной безопасности Белого дома от Трампа – однако заменил Флинна в качестве исполняющего обязанности советника по нацбезопасности. Келлог был высшим должностным лицом в сфере информационных технологий для американских военных во время вторжения администрации Буша в Ирак в 2003 году.
Он продолжил свою карьеру, чтобы стать главным операционным директором Временной коалиционной администрации в Багдаде, механизма американской оккупации Ирака, с ноября 2003 года по март 2004 года – широко известный период повышенной коррумпированности и некомпетентности.
Между тем, Келлог вошёл в состав совета директоров IT-подрядчика американского правительства, GTSI Corp, куда он вернулся в качестве независимого директора после его пребывания в Ираке с 2004 по 2013 год, когда фирма изменила своё название на «UNICOM Government Inc.» в попытке дистанцироваться от прежних разоблачений её неправомерных действий.
Келлог позже вошёл в экспертный совет оборонного подрядчика США, компании Raytheon Trusted Computer Solutions Inc., и экспертный совет по стратегическому планированию компании RedXDefence, американского военного подрядчика, частично принадлежащего Регине Дуган, бывшему директору Управления перспективных исследовательских проектов Пентагона (DARPA).
В 2012 году журнал Wired раскрыл афёру RedXDefense по созданию абсолютно негодной технологии обнаружения бомб в рамках многомиллионного контракта DARPA в течение срока пребывания Дуган. Несмотря на свои недостатки, технология широко раскупалась американскими военными и многочисленными союзническими вооруженными силами во всём мире.
Майк Помпео – это вишенка на торте. Будучи назначенным Трампом в качестве директора ЦРУ, этот конгрессмен-республиканец не имеет явного опыта, имеющего отношение к работе национального разведывательного управления, за исключением, возможно одного факта: как пишет Джейн Майер в своей книге «Dark Money: The Hidden History of the Billionaires Behind the Rise of the Radical Right» (Тёмные деньги: Неизвестная история о том, как миллиардеры стояли за подъёмом ультраправых) (Doubleday, 2015), Помпео «настолько тесно переплетён с климатическими скептицистами братьями Кох, что его знали как «конгрессмена от Коха».
Братья Кох, которые сделали своё состояние, инвестируя в ископаемое топливо, теперь имеют прямой доступ к главному агентству национальной разведки США. Вот это и называется «хунта».
Ку-клукс-клан
Радикальный белый национализм является ещё одной фундаментальной чертой, определяющей режим Трампа.
Стив Бэннон был основателем и исполнительным председателем новостного ресурса Breitbart News, «платформы для альтернативных правых», по словам самого Бэннона. Брейтбарт широко известен своей публикацией «расистских, сексистских, ксенофобских и антисемитских материалов». Бэннон также является плодовитым продюсером – он участвовал в создании целого ряда ксенофобских фильмов и снял несколько собственных.
Однако до обретения статуса медиа-магната, Бэннон на короткое время исполнял обязанности директора эксперимента «Биосфера-2», попытки создания самодостаточной «закрытой системы», среды для выживания небольшой группы людей, в период с 1993 по 1995 г. В то время Бэннон, судя по всему, разделял и решительно поддерживалозабоченность учёных, занятых в «Биосфере-2», опасностью изменения климата, обусловленной, по его собственным словам, «воздействием парниковых газов на людей, растения и животных». Позже он совершил разворот в стиле Exxon, о чём свидетельствует безудержное противостояние идее Брейтбарта о том, что сжигание ископаемого топлива человеческой цивилизацией усиливает изменение климата.
В 2007 году Бэннон подготовил предложение о создании нового документального фильма «Destroying the Great Satan: The Rise of Islamic Fascism in America» (Уничтожая Великого Сатану: Рост исламского фашизма [так в оригинале] в Америке»), в котором различные СМИ, организация «Университеты и левые», «Американская еврейская община», Американский союз защиты гражданских свобод (ACLU), ЦРУ, ФБР, Государственный департамент и Белый дом обвинялись в реализации тайной миссии по созданию «Исламской республики в Соединённых Штатах».
Бэннон консультировался по этому предложению со Стивеном Эмерсоном из Следственного проекта по борьбе с терроризмом. В 2015 году тогдашний премьер-министр Британии Дэвид Кэмерон назвал Эмерсона «полным идиотом» за ложное утверждение на Fox News, что Великобритания полна «запретных зон» для мусульман (например, как весь город Бирмингем), и что Лондон доведён до ярости служащими мусульманской религиозной полиции, избивавшими и ранившими людей, которые отказывались одеваться в соответствии с мусульманским дресс-кодом.
Список лиц, у которых Бэннон взял интервью для предлагаемого фильма, напоминает Who is Who (серия биографических энциклопедий известных личностей по различным странам – прим. перев.) из ультраправого фанатизма. Среди наиболее известных имён – Валид Фарес, который был советником Трампа в его команде национальной безопасности во время президентской кампании, и Роберт Спенсер. Оба имеют связь с Центром политики безопасности (CSP), находящимся в Вашингтоне, мозговым центром крайне правых, управляемым бывшим сотрудником министерства обороны Рейгана Фрэнком Гаффни, где регулярно появляются в качестве гостей радио-подкаста CSP «Secure Freedom» (Защита свободы), ведущим которого является Гаффни. Фарес также является старшим научным сотрудником Фонда защиты демократии.
Центр политики безопасности Фрэнка Гаффни заказал заведомо некорректный опрос общественного мнения, который был процитирован Трампом, чтобы оправдать свой «запрет для мусульман» во время его первого провозглашения в конце 2015 года. Так что это явно неслучайно, что Келлиэнн Конуэй, социолог, проводившая некорректный опрос, сейчас является советником Президента.
Таким образом, Гаффни имеет значительное идеологическое влияние на режим Трампа. Он выступал, по меньшей мере, 34 раза в радиопрограмме Бэннона на Breitbart. Его работа также цитировалась в выступлениях Майкла Флинна, советника Трампа по национальной безопасности.
Вызывает обеспокоенность, что Гаффни имеет настораживающие связи с полномасштабными неонацистскими группировками по всей Европе, такими как Датская народная партия (ДНП) и Фламандский интерес (VB) в Бельгии.
Вместе с тем, он имеет тесные связи с военно-промышленным комплексом США. В 2013 году налоговые отчеты CSP показали, что CSP получал финансирование от шести крупнейших американских аэрокосмических и оборонных подрядчиков, а именно Boeing (25000 $); General Dynamics (15000 $); Lockheed Martin (15000 $); Northrup Grumman (5000 $); Raytheon (20000 $); и General Electric (5000 $). CSP имеет особенно близкие отношения с Boeing, вторым по величине оборонным подрядчиком в мире, который по-прежнему оказывает группе Гаффни «общую поддержку».
Майкл Райли, который является директором по анализу федерального бюджета и программ Boeing с 2010 года, ранее был операционным вице-президентом у Гаффни в CSP.
Эти внутригрупповые связи с частным оборонным сектором США являются главной причиной, по которой все 22 должностных лица / советника CSP, возглавляемого Гаффни, в конечном итоге, были назначены в администрацию Джорджа Буша.
Сенатор Джефф Сешнс является генеральным прокурором Трампа. CSP Гаффни присудил Сешнсу ежегодную награду «Хранитель пламени» в 2015 году. Ранее Сешнс выражал симпатии к Ку-клукс-клану. Он тесно связан с ультраправыми антииммигрантскими организациями, основанными Джоном Тантоном, движущей силой белых националистических движений Америки. В 1993 году Тантон заявил: «...для сохранения европейско-американского общества и культуры требуется европейско-американское большинство, твёрдо осознающее эту необходимость». Тем не менее, новый генеральный прокурор Трампа известен за частое цитирование положений групп Тантона, присутствие на их пресс-конференциях, и даже получил от них признание и кампанейские взносы.
Вскрыть связи с Джоном Тантоном – всё равно, что разворошить змеиное гнездо. Келлиэнн Конуэй, советник Трампа, также связана с Тантоном. Её центр изучения общественного мнения ранее работал по контракту в Федерации американской иммиграционной реформы (FAIR), антииммиграционной платформе Тантона.
Многие другие должностные лица в команде Трампа, среди которых Лу Барлетта, Крис Кобах и Джули Кирхнер, имеют прямые организационные связи с FAIR Тантона.
Но это связывает высокопоставленных чиновников Трампа с мрачной историей неонацистской агитации в США. На раннем этапе развития FAIR и до 2002 года, Тантон получал крупные денежные суммы на свои антииммигрантские платформы от фонда Pioneer, пронацистской организации, выделявшей гранты на финансирование евгеники – дискредитированной «науки» о «расовой гигиене». Согласно исследованию журнала Albany Law Review, фонд Pioneer имел прямые связи с нацистскими учёными, а его директора-учредители симпатизировали нацистам. Один из них даже ездил в Германию в 1935 году для участия в нацистской конференции по народонаселению.
Стивен Миллер является старшим советником Трампа по политическим вопросам. Ранее он работал в качестве директора по коммуникациям у Джеффа Сешнса в офисе своего сенатора и отточил стратегию победы над двухпартийным законопроектом об иммиграционной реформе в 2013 году. Во время учёбы в университете, он работал в тесном сотрудничестве с неонацистским лидером Ричардом Спенсером, который ввёлтермин «альтернативные правые» в качестве нового способа возглавить движение за идентичность белой расы.
Миллер отрицает, что работал в тесном сотрудничестве со Спенсером, когда они вместе учились в университете в качестве членов консервативного союза университета Дьюка. По словам Спенсера, Миллер помогал ему со сбором средств и продвижением внеучебных дебатов по иммиграционной политике в 2007 году. В этом мероприятии участвовал Питер Бримелоу, который является хозяином белого националистического сайта, регулярно публикующего статьи неонацистов. Отношения Миллера и Спенсера в тот период подтверждаются электронной перепиской между Спенсером и Бримелоу.
Возможно, стоит отметить, что неонацистские симпатии Тантона были порождены якобы экологическими проблемами. В недавней статье он признаётся: «мой первоначальный интерес к свёртыванию иммиграции был мотивирован давней заботой об окружающей среде».
С 1971 по 1975 год, Тантон был председателем Национального комитета по народонаселению одной из старейших экологических организаций Америки, Sierra Club. Согласно его теории, иммиграция вызывает неустойчивый рост населения, которое затем истощает ресурсы и наносит вред окружающей среде. Экологический кризис, с точки зрения Тантона, является демографической проблемой, в частности, проблемой перенаселения. Частичным решением этой проблемы является активизация борьбы с иммиграцией – и это, по иронии, происходит в нации, основанной иммигрантами.
Эта коварная прото-нацистская идеология теперь, судя по всему, оказывает движущее воздействие на Белый дом посредством идеологических суррогатов Тантона, многие из которых имеют отношение к Гаффни и его приспешникам в режиме Трампа.
Шайка гуру
Объединяющая идеология, которая придаёт согласованность этим пересекающимся сетям влияния, исходит от разных личностей, среди которых, в частности, выделяются следующие.
Майкл Антон – малоизвестная, но мощная фигура в администрации Трампа, ныне старший директор стратегических коммуникаций в Совете национальной безопасности Белого дома. Он начал свою карьеру в качестве спичрайтера и пресс-секретаря мэра Нью-Йорка Руди Джулиани, а после прихода Буша в Белый дом в 2001 году работал в качестве помощника по коммуникациям для Совета национальной безопасности. Он продолжил свою карьеру, чтобы стать спичрайтером медиа-магната Руперта Мёрдока в News Corp, а затем перешёл в финансовый сектор, сначала в качестве директора по коммуникациям для Citigroup, а затем в качестве управляющего директора инвестиционной компании BlackRock.
Антон играет важную роль в попытке задобрить и убедить консерваторов, через различные анонимные публикации в консервативных изданиях и через свои теневые связи, в необходимости голосования за Трампа, чтобы предотвратить кризис снижения влияния консерваторов на фоне эпических неудач либерализма.
Руперт Мёрдок имеет прямой доступ к Белому дому Трампа через Майкла Антона, но эта личная инициатива стоила владельцу News Corp. немало нервных клеток. Мёрдок и его жена Джерри Холл были приглашены Трампом на ужин на его поле для гольфа в Шотландии в июне 2016 г. Позже Мёрдок был замечен в посещении Трамп-тауэр в ноябре 2016 года. Мёрдок настроен оказывать существенное влияние на Трампа, который, как сообщается, попросил владельца Fox News рекомендовать его главных предпочтительных кандидатов на председательские должности Федеральной комиссии по коммуникациям.
Связь с Мёрдоком имеет другие тревожные последствия. С 2010 года Мёрдок является членом совета директоров, имеющим долю в американской энергетической компании Genie Oil & Gas. Он объединился с лордом Джейкобом Ротшильдом, председателем Rothschild Investment Trust (RIT Capital Partners), чтобы купить 5,5% акций корпорации, стоившей на тот момент 11 000 000 $.
Мёрдок и Ротшильд также входят в экспертный совет Genie по стратегическому планированию. Компанию им составляют: Ларри Саммерс, бывший директор Национального экономического совета президента Обамы; бывший старший советник Трампа Джеймс Вулси; Дик Чейни, бывший вице-президент при Джордже Буше; и Билл Ричардсон, бывший министр энергетики при Клинтоне и губернатор штата Нью-Мексико.
Genie Oil & Gas имеет две основные дочерние компании. Одна из них, Afek Oil & Gas, работает в Израиле, и в настоящее время ведёт бурение на Голанских высотах, которые согласно международному праву, признаны сирийской территорией. Голанские высоты были захвачены Израилем у Сирии в 1967 году, и в одностороннем порядке аннексированы в 1981 году путём распространения израильского законодательства на их территорию. Другая дочерняя компания Genie, American Shale Oil, является совместным проектом с известной французской Total SA, и осуществляет свою деятельность в формации Грин-Ривер в штате Колорадо.
На своём веб-сайте компания поместила экстренное заявление, обосновывающее её упор на использование нетрадиционных ресурсов нефти и газа:
«Пик мировой добычи нефти представляет огромный вызов США и всему миру. Должны быть предприняты агрессивные действия, чтобы избежать беспрецедентных экономических, социальных и политических издержек».
Это многое говорит о кризисе восприятия тех, кто оказывает влияние на режим Трампа.
Администрация Трампа была пополнена личностью с особенно обширными связями в американском «государстве в государстве»: Генри Киссинджером.
С декабря 2016 года, Киссинджер, скандально известный бывший госсекретарь, подвергавшийся обоснованным обвинениям в соучастии в военных преступлениях покойным Кристофером Хитченсом (выполнявшим прямые консультативные функции в администрации Буша и администрации Обамы), стал неофициальным гуру внешней политики Трампа. Киссинджер был тайным консультантом по национальной безопасности президента Буша, а при Обаме непосредственно занимал место в структуре командования Совета национальной безопасности США.
Теперь он, судя по всему, принимает непосредственное участие в развитии внешней политики Трампа по отношению к Китаю и России. Его фирма, Kissinger Associates, уже в течение нескольких лет играет ключевую роль в облегчении получения доступа многочисленным американским корпорациям к прибыльным китайским инвестициям.
Своеобразный бренд Трампа, состоящий из случайных, спонтанных, беспорядочных политических заявлений, вероятно, расположил его к Киссинджеру, который утверждал, что «непредсказуемость» является отличительной чертой величайших государственных деятелей. Такие лидеры действуют за пределами тактики «предвидения катастроф», предлагаемой известными специалистами, рекомендующими проявлять осторожность, и предаются «вечному созиданию за счёт постоянного переопределения целей». Крупнейшие государственные деятели способны одновременно «поддерживать совершенство порядка» и «иметь мужество созерцать хаос», где они могут «находить материал для свежего творения».
Важнейшая роль Киссинджера в разработке стратегии Трампа в восточном направлении была выявлена немецким таблоидом Bild, в распоряжении которого оказался документ из переходной команды Трампа. Этот документ подтвердил роль Киссинджера в качестве главного вдохновителя, привлечённого для выработки способов восстановить отношения с Россией. План Киссинджера будет включать в себя снятие экономических санкций со стороны США, таким образом, прокладывая путь к потенциально прибыльному партнёрству между американскими и российскими нефтяными и газовыми компаниями, а также признанию Крыма как части России.
Совет Киссинджера касательно политики Китая, однако, ещё до конца не известен. В своей заметке в South China Morning Post, Пепе Эскобар утверждает, что Киссинджер ожидает от Трампа одновременного развёртывания политики «баланса сил» и политики «разделяй и властвуй». Такое развёртывание будет состоять из выманивания России из союза со своим стратегическим партнёром Китаем, постоянного удерживания Китая в состоянии повышенной мобилизации и преследования Исламского государства с изматыванием Ирана».
«Неофициальная» консультативная роль Киссинджера в режиме Трампа имеет вес за счёт прямого влияния одного из его давних прислужников.
К.Т. Макфарлэнд, которая должна была работать у Майкла Флинна в качестве заместителя советника по национальной безопасности Трампа, была помощником Генри Киссинджера в администрации Никсона в Совете национальной безопасности с 1970 по 1976 г. В этом качестве она играла ведущую роль при работе над пресловутым меморандумом Киссинджера 1974 года, первоначально классифицированным как National Security Study Memorandum 200 (NSSM200). Документ гласил, что рост населения в бедных странах является главной угрозой безопасности США за рубежом и другим американским интересам, особенно в части доступа к «минеральным запасам».
Сделать Америку яростной снова
По всей вероятности, есть такие темы, которые объединяют различные группировки, составляющие режим Трампа. Среди этих тем – опыт работы в кризисы и признание кризисных процессов. Например, Рекс Тиллерсон и Стив Бэннон в своё время работали в среде, подтверждающей реальность планетарного экологического кризиса.
Лоббисты энергетических интересов, связанные с Мёрдоком, уверены в неизбежности социально-экономического и политического кризиса из-за пика нефти.
Большинство членов команды Трампа видят свою задачу в спасении углеводородной промышленности от внешних по отношению к ней кризисов, а теперь они все якобы склонны отрицать серьёзность воздействия своей промышленности на окружающую среду.
Просто все они беспокоятся о прибыли своих дружков с Уолл-стрит.
Многие из единомышленников в команде Трампа имеют связи с Джоном Тантоном, чьи прото-нацистские взгляды коренятся в евгеническом убеждении, что экологический кризис обусловлен слишком большим количеством небелых людей.
А теперь команда национальной безопасности Трампа опирается на параллельные взгляды старой команды Киссинджера эпохи Никсона касательно угрозы (со стороны перенаселённых бедных стран) подрыва доступа США к мировым продовольственным, энергетическим и сырьевым ресурсам – и возможным решением они видят превращение стран, имеющих стратегический интерес, в котёл.
Эти типы восприятия кризиса, однако, не базируются на системном прозрении, а преломляются сквозь узкую призму корыстной власти. Кризисы актуальны лишь в той степени, в которой они представляют угрозу интересам истеблишмента. Но самое главное – последующие их представления о том, как реагировать на эти кризисы, в конечном итоге, преломляются сквозь призму идеологической парадигмы консервативно-либеральной полярности.
2. Закулисная система
Пожалуй, наиболее впечатляющий вывод из реалистического исследования администрации Трампа – режим Трампа не является внешним по отношению к «государству в государстве». Наоборот, лица, которые занимают руководящие посты в его администрации, как официальные, так и прочие, являются ключевыми узлами, представляющими целые пласты социальных и институциональных сетей внутри американского «государства в государстве» и его сфер влияния.
Если это очевидно не сразу, то это потому, что термин «государство в государстве» во многом понимается неправильно. «Государство в государстве» – это не просто «разведывательное сообщество». Роль фракции Трампа может быть правильно определена в рамках более точного представления об американском «государстве в государстве» и его симбиотической встроенности в транснациональную закулисную систему.
Тайная государственная, непрозрачная система
В своей книге «Deep Politics and the Death of JFK» (Глубинная политика и смерть Джона Ф. Кеннеди) (University of California Press, 1996), профессор Питер Дейл Скотт ввёл термин «глубинная политика» для обозначения сферы изучения преступной и внеправовой практики, связанной с деятельностью государства. Он определил «глубинную политику» как систему или процесс, в котором институциональные и не институциональные органы, криминальные синдикаты, политики, судьи, средства массовой информации, корпорации и ведущие государственные деятели, прибегают к «процедурам принятия решений и обеспечения их исполнения, находящимся за рамками и одновременно в рамках процедур, утверждённых законом и обществом. Эти процедуры являются «глубинными» постольку, поскольку они скрываются или замалчиваются, находятся вне зоны осведомлённости общественности, а также существуют за рамками утверждённых политических процессов».
Таким образом, глубинный политический анализ связан с обнажением тенденции государства к ведению деятельности вне верховенства собственного права. С точки зрения традиционной политологии, правоохранительные органы и преступный мир противостоят друг другу, при этом первые изо всех сил стремятся получить контроль над последним. Но, как замечает Скотт:
«Глубинный политический анализ показывает, что на практике усилия по установлению контроля приводят к пользованию услугами преступных информаторов; и эта практика, существующая на протяжении длительного времени, превращает информаторов в двойных агентов, имеющих полицейский статус, и сливающихся с толпой. Защита информаторов и их преступлений создаёт условия для возникновения практики одолжений и выплат, что в итоге приводит к системной коррупции. Возникает феномен «организованной преступности»: полиция мирится с существованием целых криминальных структур из-за того, что их помощь полезна в выявлении мелких преступников».
Это может привести к сращиванию государства и преступного мира в одну структуру, в которой размываются критерии, определяющие границы контроля одной стороны над другой. Внешне это выглядит как образование невидимого «глубинного» измерения в государственной деятельности, увязывающего её с организованной преступностью. Но на самом деле, государство является уязвимым по своей природе: его невидимая «глубинная» сторона соединяет его со всевозможными частными игроками вне правового поля, которые часто стремятся действовать за рамками или в нарушение закона, оказывать влияние на законы и прогибать их, чтобы они служили их интересам.
В своей более поздней работе «The American Deep State» (Американское государство в государстве) (стр. 14), Скотт также признаёт, в том же ключе, что «государство в государстве» является не структурой, а системой, такой же трудноопределимой, но вместе с тем, такой же реальной и мощной, как и погодная система».
Как я показал в своей статье, опубликованной в альманахе, «The Dual State» (Двойственное государство) (Routledge, 2016 г.), одной из наименее понятных черт глубинной политики, является то, что «государство в государстве» должно быть естественным образом связанным в единую сеть, состоящую из огромного массива негосударственных и зачастую транснациональных учреждений, оказывающих влияние через финансовые учреждения, банки, а также криминальные предприятия.
Послевоенная глобальная закулисная система
Историческая роль Америки в качестве основного формирователя глобального капитализма означает, что глобализация капитализма способствовала появлению и расширению транснациональной закулисной системы с доминированием США. В рамках этой глобальной закулисной системы, преимущественно американская транснациональная финансовая элита стала, по своему существу, переплетаться с преступными сетями.
Расширение влияния глобального капитализма с 1945 года происходило не автоматически. Напротив, это был чрезвычайно насильственный процесс, управляемый, главным образом, из США, Великобритании и Западной Европы. На протяжении всего этого процесса, ЦРУ и Уолл-стрит в значительной степени действовали рука об руку. Глобализация имела прямое отношение к военному вмешательству в более чем 70 развивающихся стран, направленному на создание политических условий, способствующих «открытости» рынков к проникновению западного капитала, и, таким образом, подчинению себе местных ресурсов и рабочей силы. Логика «глубинной политики» требовала, чтобы большая часть этого криминального политического насилия на зарубежной арене не привлекала общественного внимания, или, в противном случае, оправдывалась теми или иными способами.
Это в частном порядке признали планировщики Госдепартамента США, работавшие в то время в партнёрстве с Советом по международным отношениям:
«Если заявлены военные цели, что, по-видимому, относится к исключительно англо-американскому империализму, это будет мало что давать людям в остальном мире... Это также будет способствовать укреплению наиболее реакционных элементов в Соединённых Штатах и Британской империи. Интересы других народов следует подавлять – не только народов Европы, но и Азии, Африки и Латинской Америки. Это будет производить наилучший пропагандистский эффект».
Число людей, погибших в ходе этой насильственной интеграции бывших колоний в Азии, Африке, Южной Америке и на Ближнем Востоке в орбиту формирующейся мировой экономики с доминированием США и Великобритании, поражает.
В своей книге «Unpeople» (Обезлюдить) (2004), британский историк Марк Кертис предлагает подробный разбор примерно 10 миллионов погибших – сдержанная оценка, на которую он имеет право. Американский экономист доктор Дж. У. Смит в своей работе «Economic Democracy» (Экономическая демократия) (2005), утверждает, что глобализация:
«... ответственна за жестокое убийство от 12 до 15 миллионов человек со времён Второй мировой войны и причинение гибели сотням миллионов других человек из-за того, что экономики их государств были разрушены, или эти государства были лишены права на реструктуризацию для заботы о своих гражданах... это – послужной список центров капитала Западной империи с 1945 по 1990 год».
По обратную сторону этого глубинного, транснационального политического насилия – которое по-прежнему остаётся белым пятном в средствах массовой информации и исторической науке – США и Великобритания возвели глобальную финансовую архитектуру, чтобы служить интересам своих самых мощных корпоративных и банковских учреждений, имеющих тотальную власть над политическим классом.
Мощь государства была развёрнута для интеграции ресурсов, сырья, энергетических запасов, ископаемого топлива и дешёвой рабочей силы из этих обширных территорий мира в глобальную экономику, служащую интересам транснациональных элит, базирующихся, главным образом, в США, Великобритании и Западной Европе.
Это также открыло двери для новых форм криминализации государственной власти. В качестве примера можно привести впечатляющее заявление от эксперта по финансированию терроризма, Лоретты Наполеони, председательствовавшей в группе Мадридского клуба по финансированию терроризма.
Она сообщает, что меры по финансовому дерегулированию, последовательно выполненные предыдущими правительствами Соединённых Штатов, открыли путь различным вооружённым группировкам и террористическим организациям к объединению друг с другом и с организованной преступностью, с целью создания единой преступной экономики на сумму около 1 500 000 000 000 $. Эта преступная экономика состоит из «незаконного оттока капитала, прибыли от преступной деятельности, торговли наркотиками, контрабанды, легального бизнеса и прочего»; такие денежные средства легализуются в западных странах посредством механизмов отмывания денег через широко распространённые финансовые институты: «Эта практика является жизненно важным элементом денежного потока этих стран».
Но проблема коренится ещё глубже. В качестве основного средства обмена в этой криминальной экономике выступает доллар США. Роль последнего в качестве мировой резервной валюты сверхнадёжно закрепила структурную ситуацию, в которой экономическая мощь Казначейства США стала зависимой от экономического иммунитета транснациональных преступных сетей, которые в систематическом порядке используют доллары США в своих криминальных операциях. Чем больше долларовая масса, участвующая в операциях за рубежом, тем крупнее источник дохода для казначейства США.
Эти примеры иллюстрируют, как американское «государство в государстве» действует в качестве главного регулятора глобальной закулисной системы, в которой, казалось бы, легальные международные финансовые потоки стали всё больше спутываться с транснациональной организованной преступностью, интересами влиятельных корпораций, которые контролируют мировое использование ископаемых видов топлива и сырьевых ресурсов, а также приватизацией военно-промышленного комплекса.
Фракция «государства в государстве», стоящая за Трампом
Трамп подходяще вписывается в эту систему. Один из его проектов правительственных распоряжений открывает американским корпорациям возможности участия в скрытных коррумпированных и преступных действиях по закупке минералов, добываемых в зоне конфликта в Конго, которые широко используются в электронной продукции, например, в смартфонах и ноутбуках.
С этой более широкой точки зрения, становится ясно, что далеко не являющийся силой, противостоящей «государству в государстве», режим Трампа представляет взаимосвязанную сеть крупных игроков в секторах, которые в значительной степени пересекаются с «государством в государстве» во всех сферах – финансы, энергетика, военная разведка, частная оборона, а также представителей белых националистических СМИ для «альтернативно правых» и политических интеллектуалов «государства в государстве».
По словам Скотта, это отражает углубление «старого разделения внутри системы Большого капитала – грубо говоря, между теми левыми либералами Трёхсторонней комиссии, которые процветают, благодаря новым технологиям глобальной сети Интернет, и хотят, чтобы государство активнее занималось проблемами неравенства в доходах, расовой несправедливости и глобального потепления, и теми консерваторами из Heritage Foundation из финансовой и нефтяной отраслей, которые хотят от государства меньшей активности по этим проблемам».
Таким образом, вместо националистического «восстания» против корпоративного глобалистского «государства в государстве», режим Трампа представляет собой белую националистическую хунту, представленную недовольными слоями внутри самого «государства в государстве». Вместо того, чтобы вступать в конфликт с «государством в государстве», мы видим, что мощное военно-корпоративное связующее звено внутри американского «государства в государстве» выходит на первый план. В этом контексте Трамп является инструментом реорганизации и реструктуризации «государства в государстве» в ответ на то, как эта фракция видит нарастающий кризис в глобальной закулисной системе.
Короче говоря, фракция «государства в государстве», стоящая за Трампом приступает к выполнению, как он считает, уникальной и особой миссии: спасти «государство в государстве» от упадка, к которому его привела неудачная политика предыдущих американских администраций.
Однако фактически они ускоряют этот упадок американского «государства в государстве» и разрушение глобальной закулисной системы.
Разрушение системы Земли
(по часовой стрелке)
• Климат – океаны, леса, почвы, атмосфера
• Энергия – сырьё, полезные ископаемые, продовольствие
• Общество – иерархия потребностей, благосостояние, население
• Экономика – рост, производство, потребление, торговля
Система человек-Земля является сложной адаптивной системой (САС)
- Несколько вложенных подсистем, взаимосвязанных в сеть
- Ключевые компоненты системы – живые организмы (которые также являются сложными адаптивными системами, состоящими из дополнительных под-САС)
- Модели поведения в подсистеме порождают целостные системные макроструктуры, определяющие свои «правила»
- Хаос: колебания в одном компоненте или подсистеме могут влиять на другие подсистемы, вызывая пульсацию всей системы
- Трансформация «правил» целостной системы происходит, когда колебания подсистемы достигают эффекта «порога» и приводят к реорганизации макроструктур
3. Системный кризис
Фракция Трампа права в том, что признаёт кризис власти в США, но она не способна ухватить истинную природу кризиса в глобальном системном контексте.
Группировки внутри фракции Трампа, а также элитные социальные и институциональные сети, которые они представляют, руководствуются своими собственными узкими представлениями о кризисе, сформированными в рамках идеологических параметров, определённых своими особыми интересами и классовой позицией.
Каждая группировка страдает серьёзными эпистемологическими ограничениями, и это означает, что они не только не способны постичь системную природу кризиса и его последствий, но занимают корыстную позицию по поводу кризиса и имеют привычку проецировать свою ненадёжность на разного рода Других.
Проблема роста
Для примера, фракция Трампа видит причину затянувшейся неспособности реально восстановить экономику США в том, что интересы Америки не ставятся на первое место в торговых отношениях. План Трампа заключается в стимулировании инвестиций в инфраструктуру для создания местных рабочих мест, а также в принятии более протекционистской торговой политики по защите американских промышленных и производственных отраслей.
Непосредственная реальность здесь заключается в том, что финансовые акулы Трампа прекрасно осознают, что традиционные неолиберальные американские политики в сфере экономики и финансов больше не работают. Например, при Обаме средний доход домохозяйств впервые значительно увеличился с момента рецессии 2007-2008 гг. в 2015 году; рост составил 5,2%. Однако в реальном выражении мало что изменилось. Средний доход домохозяйств составил 56516 $ в год, что, с поправкой на инфляцию, на 2,4% меньше, чем на рубеже тысячелетий.
Поэтому, хотя Обама и сумел создать более миллиона новых рабочих мест, покупательная способность рабочего и среднего класса не увеличилась – фактически, она уменьшилась. В то же время, хотя уровень бедности снизился на 1,2% в 2015 году, после краха 2007 года число американцев, живущих в бедности, увеличилось с 38 000 000 до 43 100 000 человек.
Но причина этой проблемы не в Обаме – она носит системный характер.
За последнее столетие, чистая стоимость энергии, которую мы можем извлечь из нашей ресурсной базы ископаемого топлива, неумолимо снизилась. Для измерения этого значения используется научное понятие «энергоотдача от энергозатрат» (EROI), расчёт, в котором определяется соотношение между количеством энергии, извлекаемой из ресурса, и количеством энергии, используемой для осуществления такого извлечения.
В истории США был период (примерно 1930-е годы), когда EROI нефти имело монументальное значение 100. После чего оно постоянно снижалось, с некоторыми колебаниями. К 1970 году значение EROI нефти снизилось до 30. За последние три десятилетия EROI американской нефти продолжило падение более чем вдвое, достигнув отметки 10 – 11.
По мнению профессора-эколога Государственного университета Нью-Йорка, Чарльза Холла, создателя EROI, глобальное снижение уровня полезной энергии является наиболее фундаментальной причиной глобального экономического спада. Так как нам нужна энергия, чтобы производить и потреблять, то нам нужно больше энергии для увеличения производства и потребления, то есть, стимулирования экономического роста. Но если в долгосрочной перспективе мы получаем меньше энергии, то мы попросту не можем усиливать экономический рост.
Именно поэтому наблюдается безошибочная корреляция между долгосрочным снижением глобальной чистой энергии и долгосрочным снижением темпов роста мировой экономики. Также существует безошибочная корреляция между этим долгосрочным снижением, увеличением глобального неравенства, а также ростом глобальной нищеты.
Самозваная либеральная фракция «государства в государстве» убедила себя в том, что капиталистический рост помог сократить вдвое уровень бедности в мире, начиная с 1990-х годов, однако есть основания сомневаться в этом. Эта мера успешности рассчитывается, исходя из показателя бедности Всемирного банка, установленного в размере 1,25 $ в день, на уровне самой крайней нищеты. Но этот показатель бедности является чересчур низким.
В то время как число людей, живущих в условиях крайней нищеты, действительно уменьшилось вдвое, многие из этих людей по-прежнему бедны, то есть, лишены возможности реализации своих основных потребностей. Более точный показатель бедности демонстрирует, что число бедных во всём мире в целом возросло.
В своём докладе 2013 года, лондонская благотворительная организация развития ActionAid показала, что более реалистичный показатель бедности находится на уровне 5 – 10 $ в день. По данным Всемирного банка, с 1990 года число людей, живущих на 10 $ в день, увеличилось на 25%, а число людей, живущих на 5 $ в день, увеличилось на 10%. Следовательно, на сегодняшний день 4,3 миллиарда человек – почти две трети мирового населения – живут менее чем на 5 $ в день.
Таким образом, в реальности, бедность усугубилась в век прогресса. А на данный момент неустойчивость этого уравнения обернулась боком даже для центров глобального роста, в которых богатство наиболее сосредоточено.
По состоянию на середину 2016 года, ВВП Европы находился на прежнем уровне в течение более десяти лет, а США удалось достичь темпа роста ВВП на 1,1% – почти на том же уровне, что и их население. Это означает, по словам Чарльза Холла, что США фактически не имели среднего прироста благосостояния в расчёте на душу населения.
Для того, чтобы сохранить эту видимость экономического роста, мы используем хитроумные механизмы долга для финансирования новой экономической деятельности. Темп роста глобального долга в настоящее время выше, чем перед крахом 2007 года. Мы повышаем риск ещё одного финансового кризиса в ближайшие годы, так как медленный рост, который нам удалось выжать из экономики, до сих пор основывается на заимствованиях из энергетически и экологически необоснованного будущего.
И этот механизм роста за счёт долгов также возник в нефтяной промышленности, которая накопила долгов на два триллиона долларов, а это, в контексте хронического спада цены на нефть, означает, что отрасль недостаточно выгодна, чтобы генерировать денежные средства для погашения этого долга в принципе.
Взаимоисключающие полярности
И протрамповская, и антитрамповская фракции «государства в государстве» отрицают тот факт, что этот нарастающий кризис фундаментально обусловлен глобальным снижением полезной энергии мировой ресурсной базы ископаемого топлива.
В период фундаментального системного кризиса, текущий базис норм и ценностей, которых обычно придерживается группа, может стать полностью неактуальным. Это может привести группу к попытке реконструирования нового набора норм и ценностей, но если группа не осознаёт системность кризиса, то новая конструкция, в случае если она неправильно определяет кризисные процессы, может в конечном итоге привести к возложению вины на Других за неправильные действия.
Процесс насильственной радикализации
(по часовой стрелке)
Нарастание кризиса
Подрыв преобладающих убеждений, норм и ценностей
Поиск решения через «изменение системы» – принятие новых верований, норм и ценностей
1. Насильственная радикализация возникает, когда из-за ложных убеждений, норм и ценностей, вина за кризис возлагается на Других – другие группы, классы, религии и т.д.
2. Разрушение или даже полное уничтожение Другого воспринимается как выход из кризиса.
Фракция Трампа сейчас начала прибегать к проверенным узким стратегиям, с которыми она хорошо знакома, и считает, что проблема заключается не в необходимости поиска иных путей решения, а в неполной приверженности следованию старым путям. Она настаивает на том, что корень проблем не в самой структуре отрасли ископаемого топлива и не в паразитической глобальной финансовой системе, кишащей долгами. Проблемными факторами видятся всего-навсего: недостаточная эксплуатация ископаемого топлива Америки; чрезмерное регулирование финансовой системы; постоянное экономическое потворствование неамериканцам – мусульманам, иммигрантам, латиноамериканцам, чернокожим – которые либо истощают финансовую систему путём преступности, оборота наркотиков и терроризма, либо просто перегружают её своей огромной численностью.
В то время как фракция Трампа считает, что рост бизнеса в штатном режиме теперь должен быть монополизирован под лозунгом «Америка прежде всего» (здесь, в частности, подразумевается националистическое определение «белой Америки»), их либеральные недоброжелатели держатся за убеждение, что бизнес в штатном режиме сам по себе выйдет на постоянный рост, а технократические безделушки и миллиардная благотворительность будут распространять выгоду по всему миру.
Оба мировоззрения поражены серьезными идеологическими заблуждениями – но именно провал второго способствовал радикализации первого.
В своей публикации старший советник Трампа Майкл Антон в значительной степени проливает свет на то, как кризис радикализовал фракцию Трампа, сузив её взгляды до бредового, бинарного мировоззрения. По мнению Антона, всему виной моральный и идеологический крах либеральной парадигмы, которая разрушает экономику и подтачивает американские ценности; а также неспособность консервативной части истеблишмента предпринять серьёзные шаги в связи с этим. Антон томился в ожидании прихода великого разрушителя, чтобы оживить консерватизм и поставить его на новую основу, снеся старых либералов и консерваторов одним махом. Так начался его идеологический роман с Дональдом Трампом.
Как следствие, Трамп видит себя в качестве некоего американского мессии – но это, конечно, преувеличение. Фракция Трампа, следуя линии аргументации Антона, всего лишь загнала все вызовы, стоящие перед Америкой, в узкую призму восприятия, сквозь которую она воспринимает всё – либеральная проблема. Таким образом, проблемы всей Америки могут быть возложены на Других, чему способствует роковое сочетание декаданса либералов и банкротства консерваторов.
В связи с этим, предлагаемая Трампом программа рассматривается её сторонниками как война с теми либеральными и консервативными частями истеблишмента, которые несут ответственность за кризис. Это, вероятно, достаточно упрощённое видение.
Внутри страны и в экономике: накачка экономического роста путём наращивания крупных инвестиций в оставшиеся ресурсы ископаемого топлива Америки, чтобы генерировать доходы для финансирования инфраструктурного плана на триллион долларов, при этом переориентировать усилия по активизации американского производства – что в совокупности создаст миллионы новых рабочих мест в Америке.
Расширение сотрудничества с Россией по линии МИД, чтобы облегчить американо-российское сотрудничество по новым нефтяным и газовым проектам в регионе; ослабление партнёрства между Россией и Китаем, чтобы облегчить американское давление на Китай и заставить его капитулировать перед посягательством США на неосвоенные запасы нефти и газа в Южно-Китайском море.
Следствие видения Трампом «борьбы с терроризмом» – откат расширения влияния Ирана на Ближнем Востоке, которое значительно возросло благодаря войне в Ираке в 2003 году и дестабилизации Сирии; тем самым заново укрепляя региональную геополитическую мощь государств Персидского залива, в которых находится большая часть оставшихся мировых запасов нефти и газа.
Местный аспект этого следствия «борьбы с терроризмом» предполагает расправляться с увеличивающимся количеством «бесполезных ртов», орд небелых Других, которые воспринимаются в конечном счёте как паразиты, вгрызающиеся в финансовую, культурную и национальную безопасность Америки. Таким образом, ограждение стеной от Мексики, запрет на въезд мусульман, разгон иммигрантов, и завуалированные угрозы движению Black Lives Matter (Жизни чернокожих имеют значение), что его «антиполицейское» отношение будет пресекаться – всё это становится объяснимым как иллюстрация того, что происходит, когда вместо попыток понять природу системного кризиса попросту возлагается вина на тех, кто пострадает больше всего от этого самого кризиса.
Во всех этих областях, общей темой для ключевых назначенцев режима Трампа является реагирование на типы восприятия кризиса путём возложения вины за кризис на различные группы населения, как внутри, так и за пределами Соединённых Штатов – неизменно изображаемые как вышедшие из-под контроля, быстро растущие количественно, и, таким образом, заключающие естественную угрозу «величию» некой «американской» идентичности, всё чаще и чаще определяемой в ограниченных, этнонационалистических терминах.
Но такая стратегия, очевидно, не будет работать. Вместо этого она будет способствовать возрастанию кризиса.
Дестабилизация системы Земли - Дестабилизация системы человечества
1. Разрушение системы Земли (ESD) порождает шок, вызывает кризис
2. Кризис ESD вызывает нарушение работы системы
3. Нарушение работы системы вызывает возложение вины на Других
4. Возложение вины на Других. Дестабилизация системы человечества (HSD)
5. Конфликт HSD ускоряет шок, вызывает новые потрясения, повышает уязвимость от ESD
Насилие возникает на этапах 4 и 5, если возложение вины на Других достигает стадии, при которой причина шока приравнивается к Другим и узаконивает ликвидацию Других для разрешения кризиса.
Глобальное снижение полезной энергии не прекратится, если продолжать бурить интенсивнее и быстрее. Само по себе более быстрое и интенсивное бурение, в конечном счёте, ускорит снижение полезной энергии. Геофизический тормоз экономического роста укрепится, а не ослабнет.
А это значит, что Трамп будет вынужден полагаться на государственно-частные партнёрские отношения для привлечения огромных инвестиционных кредитов из частного сектора, чтобы выполнить свой план по инфраструктуре. Трамп может создавать какие угодно низкооплачиваемые потогонные рабочие места на заводах Америки в ближайшей перспективе, но американские налогоплательщики всё равно должны будут расплачиваться за это триллионами долларов, погашая вышеупомянутые частные кредиты. План Трампа, таким образом, усугубляет уже существующие предкризисные долговые уровни в американской и мировой финансовой системе.
В то же время, изменение климата будет ускоряться, а международный порядок будет становиться всё более неустойчивым, пока Трамп будет продвигать более агрессивную военную позицию на Ближнем Востоке и в Южной Азии, в частности, по отношению к Ираку, Ирану и Китаю; что ляжет ещё более тяжким бременем на национальные меньшинства.
Каждый шаг Трампа по повышению агрессии будет снижать реальную национальную безопасность Америки. И как любой настоящий деспот, Трамп будет превращать свои неудачи в пищу для своей собственной пропаганды, легко списывая их на мириады Других, которые, в ограниченных умах фракции Трампа, мешают Америке стать «снова великой».
4. Будущее
По мере усиления глобального системного кризиса, множество сетей, сил и фракций, которые составляют американское «государство в государстве» обрушиваются с критикой друг на друга. Трамп является не причиной, а симптоматичным выходом этого структурного разрыва внутри американского истеблишмента. Это означает, что победа над Трампом сама по себе не ослабит и не откатит назад силы, которые развязал его режим.
С другой стороны, хотя этот вектор движения будет сопровождаться огромными потрясениями и хаосом, база социальной поддержки нашего «трамповского момента» съёживается.
Мы являемся свидетелями реакционной агонии социальных сил, стоящих за фракцией Трампа. Данные экзит-поллов показывают, что лишь 37% молодых людей в возрасте 18-29 лет проголосовали за Трампа.
Однако, в то время как более 55% проголосовали за Клинтон, большое количество молодых людей – примерно один миллион – которые могли бы по привычке проголосовать за демократов, просто не пришли голосовать. Это потому, что им не нравились ни Трамп, ни Клинтон. Один из десяти избирателей-миллениалов (из поколения 2000-х) проголосовал за кандидата от третьей партии – хотя это скромный показатель, но всё же он в три раза выше, чем количество голосов за кандидата от третьей партии на предыдущих выборах. При таких темпах роста, сдвиг миллениалов в сторону кандидатов от третьей партии может стать фатальным для демократов.
По словам стратега республиканцев Эвана Зигфрида, если бы миллениалы стали голосовать в 2016 году, они могли бы решительно лишить голосов Трампа. Это потому, что традиционная база поддержки этой партии состоит в основном из белых людей среднего класса, сельских избирателей и бэби-бумеров.
«Они буквально вымирают», заявил Зигфрид. «Каждые четыре года белое население уменьшается на 2%, а белое население, не имеющее высшего образования, уменьшается на четыре 4%».
Таким образом, Зигфрид утверждает, что победа была выиграна Трампом в расчёте на то, что миллениалы и меньшинства, которые вряд ли будут голосовать за него, просто не придут на избирательные участки.
Но здесь есть загвоздка. В то время как Зигфрид признаёт, что демография продолжает смещаться в пользу демократов в долгосрочной перспективе, Клинтон явно была совершенно неярким кандидатом, полностью скомпрометировавшим себя своими связями с Уолл-стрит и «государством в государстве».
Демократы, глядя на эту демографическую динамику в перспективе до 2016 года, обманули себя, полагая, что победа Клинтон была неизбежна. Они, очевидно, были неправы. И в то время как демография показывает, что база поддержки Трампа в Америке будет сокращаться, она также показывает, что повзрослевшие миллениалы будут скептически настроены не только к республиканцам, но и к демократам.
На сегодняшний день состав режима Трампа доказывает, что проигрыш Клинтон не был потерей для «государства в государстве». Напротив, реальная проблема заключается в том, что американская избирательная система отражает форму ротации режимов внутри самого «государства в государстве». Восхождение фракции Трампа сигнализирует, что эскалация глобального системного кризиса подтолкнула очередной раунд смены режимов к переломному моменту, где одна ветвь «государства в государстве» находится в состоянии войны с другой ветвью.
Обе стороны американского «государства в государстве» обвиняют друг друга за сбои в системе, не желая признать своё собственное участие в управлении системой, которое привело к этим сбоям.
Одна сторона хочет реагировать на системный кризис путём наращивания доли рынка в рамках старой парадигмы – продление жизнедеятельности системы ископаемого топлива, и дерегулирование хищнического капитала. Хотя большинство из них отрицают климатические изменения, некоторые даже, по всей видимости, признают опасность экологического кризиса и дефицита ресурсов, однако хотят укрепить американское «государство в государстве» в период кризиса через националистическую парадигму (Крепость Америка).
Другая сторона сохраняет глубокую веру в то, что технический прогресс позволит спасти положение и дать бизнесу в штатном режиме продолжать свой бесконечный рост, гарантированный процессами извлечения энергии – они считают, что инновации, стимулируемые цифровыми технологиями, позволят Уолл-стрит убить двух зайцев: гарантировать экономический рост и обогащать горстку западных финансистов в геометрической прогрессии, в то время как дивиденды будут просачиваться для всех остальных, и эти процессы будут сопровождаться технократическими безделушками, избирательным регулированием и щедрой благотворительностью.
В действительности, ни одна из сторон не понимает, что они обе остаются заперты в старой, умирающей неолиберальной индустриальной парадигме. Что обычные стратегии республиканцев и демократов потерпели крах. И что если они будут продолжать игнорировать и упускать из виду реальность глобального системного кризиса и его нарастающих симптомов, они будут всё больше и больше отрываться от широких слоёв американского населения и переставать иметь к ним отношение.
По этому сценарию, политика будет становиться не менее, а более поляризованной. Республиканцы будут стремиться укрепить свою поддержку со стороны белых националистов, а демократы будут продолжать терять репутацию своего подлинно критического голоса из-за недальновидности их истеблишмента.
По альтернативному сценарию, субъекты на разных уровнях в обеих партиях, третьих партиях, и во всём гражданском обществе начнут видеть наш «трамповский момент», каким он является на самом деле.
Они понимают, что противостояние между консерваторами и либералами разрушается глобальным системным кризисом. Что «государство в государстве» также разрушается глобальным системным кризисом. И что приход Трампа является лишь попыткой представителей одной ветви «государства в государстве» предотвратить это разрушение. И что именно провалы представителей другой ветви «государства в государстве» запустили в ход этот вариант и усилили его.
При таком сценарии, нынешние политические тенденции поколения миллениалов открывают возможность к прокладыванию новых путей в политике, как консервативных, так и либеральных – заново отстраивать свои партии, организации и парадигмы в соответствии с развивающейся динамикой глобальной системы на этапе её перехода к новому фазовому состоянию: за пределами господства углеводородов, за пределами идеи бесконечного роста, за пределами массового потребительства, за пределами банальных полярностей «левое – правое», «белое – чёрное», «местное – зарубежное», во имя служения человечеству и планете.
Перевод: Евгений Творогов,
специально для aftershock.news
1. Синяя церковь (Blue Church) – наименование моральной идеологии т.н. Синей группы (Blue Group) – политиков и журналистов, объединённых верой в серьёзную угрозу Китая для США
https://aftershock.news/?q=comment/3634244#comment-3634244
04.08.2016 О связях Турции с ИГИЛ
Новые свидетельства о связях Анкары с такфиристской группировкой появились после того, как курдские бойцы взяли в плен одного из членов ИГИЛ. Рассказ террориста опубликовали кудские новостные порталы ANHA и Firat. Примечательно, что оба сайта заблокированы в Турции. Общий смысл материалов таков, что турецкие спецслужбы позволяют ИГИЛ без особого труда проводить военные действия в Сирии и устраивать террористические акты внутри самой Турции.
Террориста, который попал в плен курдам, зовут Саваш Йилдиз. Как отмечает Нафиз Ахмед, его задержание стало настоящим успехом контртеррористической операции сирийских курдов.
Йилдиз примкнул к такфиристской группировке в 2014 году. Он считается главным подозреваемым в организации терактов в зданиях одной из главных оппозиционных политических партий Турции – «Демократической партии народов». Его также первоначально считали одним из террористов, подготовивших теракт в Стамбуле в марте этого года. Однако полиция достаточно быстро приписала преступление Мехмету Озтурку.
Озтурк и Йилдиз известны в правоохранительных кругах Турции как игиловские боевики. Оба включены в специальные списки террористов, которые угрожают безопасности Турецкой Республики. Тем не менее, оба достаточно вольготно чувствовали себя в стране, готовя у себя на родине плацдарм для атак на сирийские правительственные войска и на курдов. Примечательно, что турецкая полиция занималась активным поиском террористов, однако неожиданно для всех палки в колеса следствия вставляли спецслужбы Турции. Йилдиз в интервью курдским изданиям заявил, что игиловцы работают на турецкие разведывательные службы. По его словам, существует негласное соглашение между Турцией и ИГИЛ, согласно которому такфиристы пользуются поддержкой Анкары в обмен на противоборство ИГИЛ с курдами. Канал коммуникации между двумя сторонами был налажен после того, как в июне 2014 года игиловцы захватили в иракском Мосуле турецкое консульство. Анкара рассматривает ИГИЛ как действенный геополитический оплот против курдского влияния в регионе и внутри собственной страны. «Президент Реджеп Тайип Эрдоган поддерживает нас, потому что он против курдов. Он не любит нас. И мы его тоже. Он не имеет отношения к исламу. Он бы перестал нам помогать, если бы мы не боролись с курдами», - приводит слова Йилдиза ANHA. Он признается, что самой важной задачей на данном этапе борьбы радикалы рассматривают свержение власти Башара Асада в Сирии. Другие задачи, связанные с Турцией, Ираком, США, носят второстепенным характер. Это связано с тем, что такфиристы считают Сирию центром будущего «халифата».
Нафиз Ахмед
По словам Йилдиза, ИГИЛ имеет массовое представительство в Турции. Он называет, в частности, такие города, как Стамбул, Анкара, Конья, все курдские города. Однако центральной базой такфиристов является Газиантеп, поскольку он вплотную расположен к границе с Сирией. Именно через этот город иностранные боевики со всего мира попадают на подконтрольные ИГИЛ территории. Саваш Йилдиз подчеркивает, что все это происходит «под носом турецких сил безопасности». «Это невозможно, чтобы разведывательные службы не знали этого, они не могут этого не замечать», - говорит такфирист.
В тексте своего журналистского расследования Нафиз Ахмед вспоминает закрытое выступление короля Иордании Абдаллы в Сенате США, в ходе которого он заявил, что турецкий президент Эрдоган сотрудничает с ИГИЛ, в том числе покупая у такфиристов контрабандную нефть и отправляя террористов через территорию Турции в Европу. После того, как материал об этом закрытом заседании появился на сайте Middle East Eye, правительство Иордании выступило с опровержением публикации. Спустя два месяца после этих событий турецкие суды освободили несколько аффилированных с ИГИЛ турецких граждан. Например, на свободу был выпущен Абу Ханзала, которого Йилдиз назвал главной религиозной фигурой в турецких рядах ИГИЛ. Этот человек отвечает за распространение такфиристской идеологии и рекрутирование новых боевиков. В общей сложности 94 боевика ИГИЛ были освобождены турецкими судами. Нафез Ахмед в заключении риторически вопрошает о том, остаются ли у кого-то еще сомнения в связях ИГИЛ с режимом Эрдогана
http://islamreview.ru/est-mnenie/nafiz-ahmed-o-svazi-turcii-s-igil/
10.05.2016 Снова на пике: Куда девается нефть?
Обширный научный анализ опубликованный в Wiley Interdisciplinary Reviews: Energy & Environment утверждает, что запасы традиционной нефти как указано в отраслевых источниках скорее всего “превышены” вполовину.
Согласно таким источникам как Oil & Gas Journal, BP’s Annual Statistical Review of World Energy и US Energy Information Administration в мире насчитывается 1,7 млрд баррелей традиционной нефти.
Однако по данным нового исследования Майкла Джефферсона (Michael Jefferson) из Высшей школы коммерции, в прошлом главного экономиста в компании Royal Dutch/Shell Group, эта цифра, которая оправдывает огромные вложения в поиск и разработку новых месторождений, приблизительно вдвое превосходит реальные мировые запасы.
Wiley Interdisciplinary Reviews — это серия независимых высококвалифицированных публикаций, проводящих обзор литературы по релевантным дисциплинам.
По мнению профессора Майкла Джефферсона, который проработал почти 20 лет на руководящих должностях в компании Shell, “пять основных экспортёров нефти на Ближнем Востоке изменили степень достоверности объёма “доказанных” запасов традиционной нефти с 90 до 50% с 1984 года. Результатом явилось видимое (но ненастоящее) повышение запасов традиционной нефти на 435 млрд баррелей”.
В своём исследовании он заметил, что мировые резервы были затем сильно преувеличены, приводя данные запасов тяжёлой нефти Венесуэлы и Канадских битуминозных песков, несмотря на то, что “он требует больше затрат и более труден для добычи”, а также худшего качества, чем традиционная нефть. Это подняло цифры мировых запасов ещё на 440 млрд баррелей.
Вывод Джефферсона в этой связи более чем однозначный: “…стандартное утверждение о том, что мировые запасы традиционной нефти составляют 1,7 трлн баррелей завышено на 875 млрд баррелей. И, несмотря на падение цен на нефть с июня 2014, после падения в июле 2008, “пик нефти” всё ещё на повестке дня.
Читайте подробнее Пик нефти “на пальцах»
На данный момент Джефферсон является редактором ведущего журнала Energy Policy, а также уже 10 лет заместителем главного секретаря World Energy Council, всемирного форума по вопросам энергетики, аккредитованного ООН, с 3000 членов в 90 странах, включая представителей правительства и промышленности.
Немногим ранее аудиторская компания Deloitte предсказала, что около 35% независимых нефтяных компаний по всему миру могут обанкротиться с высокой долей вероятности, за ними потенциально могут последовать ещё 30% в следующем году, итого около 65% нефтяных компаний по всему миру.
Уже 50 компаний производителей нефти в Северной Америке стали банкротами с прошлого года из-за кризиса, вызванного понижением цены.
Читайте подробнее: В Техасе началось финансовое цунами
Производство находится под давлением из-за растущей уверенности, что извлечение ископаемого топлива может спровоцировать опасный климатический сдвиг.
А новое исследование станет поводом для ещё большего давления на отрасль, когда окажется, что половина из “гарантированных” нефтяных запасов просто не существует.
Ценность запасов “сильно преувеличена”
Нужно принять во внимание, что огромная часть инвестиций в нефтяную промышленность никогда не даст существенного прироста производства, из-за сильно преувеличенной ценности запасов. Джефферсон приводит цитаты из недавних научных исследований, согласно которым ”факты говорят, что добыча традиционной нефти остановилась на одном уровне и возможно начала снижаться с 2005 года”.
Джефферсон полагает, что номинальное восстановление экономики вместе со снижением уровня добычи превратит избыток нефти в её нехватку. Это может положить путь к “дальнейшему существенному повышению цен на нефть” в ближайшие годы.
Автор статьи — Нафиз Ахмед занимается журналистскими расследованиями и проблемами международной безопасности. Обладатель премии Project Censored в области журналистских расследований за доклад на тему взаимосвязи глобального экологического, энергетического и экономического кризисов с геополитикой и конфликтами.
Источник — Middleeasteye
Перевод — Селадо
10.05.2016 Снова на пике: Куда девается нефть?
Обширный научный анализ опубликованный в Wiley Interdisciplinary Reviews: Energy & Environment утверждает, что запасы традиционной нефти как указано в отраслевых источниках скорее всего “превышены” вполовину.
Согласно таким источникам как Oil & Gas Journal, BP’s Annual Statistical Review of World Energy и US Energy Information Administration в мире насчитывается 1,7 млрд баррелей традиционной нефти.
Однако по данным нового исследования Майкла Джефферсона (Michael Jefferson) из Высшей школы коммерции, в прошлом главного экономиста в компании Royal Dutch/Shell Group, эта цифра, которая оправдывает огромные вложения в поиск и разработку новых месторождений, приблизительно вдвое превосходит реальные мировые запасы.
Wiley Interdisciplinary Reviews — это серия независимых высококвалифицированных публикаций, проводящих обзор литературы по релевантным дисциплинам.
По мнению профессора Майкла Джефферсона, который проработал почти 20 лет на руководящих должностях в компании Shell, “пять основных экспортёров нефти на Ближнем Востоке изменили степень достоверности объёма “доказанных” запасов традиционной нефти с 90 до 50% с 1984 года. Результатом явилось видимое (но ненастоящее) повышение запасов традиционной нефти на 435 млрд баррелей”.
В своём исследовании он заметил, что мировые резервы были затем сильно преувеличены, приводя данные запасов тяжёлой нефти Венесуэлы и Канадских битуминозных песков, несмотря на то, что “он требует больше затрат и более труден для добычи”, а также худшего качества, чем традиционная нефть. Это подняло цифры мировых запасов ещё на 440 млрд баррелей.
Вывод Джефферсона в этой связи более чем однозначный: “...стандартное утверждение о том, что мировые запасы традиционной нефти составляют 1,7 трлн баррелей завышено на 875 млрд баррелей. И, несмотря на падение цен на нефть с июня 2014, после падения в июле 2008, “пик нефти” всё ещё на повестке дня."
На данный момент Джефферсон является редактором ведущего журнала Energy Policy, а также уже 10 лет заместителем главного секретаря World Energy Council, всемирного форума по вопросам энергетики, аккредитованного ООН, с 3000 членов в 90 странах, включая представителей правительства и промышленности.
Немногим ранее аудиторская компания Deloitte предсказала, что около 35% независимых нефтяных компаний по всему миру могут обанкротиться с высокой долей вероятности, за ними потенциально могут последовать ещё 30% в следующем году, итого около 65% нефтяных компаний по всему миру.
Уже 50 компаний производителей нефти в Северной Америке стали банкротами с прошлого года из-за кризиса, вызванного понижением цены.
В Техасе началось финансовое цунами
Производство находится под давлением из-за растущей уверенности, что извлечение ископаемого топлива может спровоцировать опасный климатический сдвиг.
А новое исследование станет поводом для ещё большего давления на отрасль, когда окажется, что половина из “гарантированных” нефтяных запасов просто не существует.
Ценность запасов “сильно преувеличена”
Нужно принять во внимание, что огромная часть инвестиций в нефтяную промышленность никогда не даст существенного прироста производства, из-за сильно преувеличенной ценности запасов. Джефферсон приводит цитаты из недавних научных исследований, согласно которым ”факты говорят, что добыча традиционной нефти остановилась на одном уровне и возможно начала снижаться с 2005 года”.
Джефферсон полагает, что номинальное восстановление экономики вместе со снижением уровня добычи превратит избыток нефти в её нехватку. Это может положить путь к “дальнейшему существенному повышению цен на нефть” в ближайшие годы.
Автор статьи - Нафиз Ахмед занимается журналистскими расследованиями и проблемами международной безопасности. Обладатель премии Project Censored в области журналистских расследований за доклад на тему взаимосвязи глобального экологического, энергетического и экономического кризисов с геополитикой и конфликтами.
Источник - Middleeasteye
https://celado.ru/articles/snova-na-pike-kuda-devaetsya-neft/
28.09.2015 Коллапс Саудовской Аравии неизбежен
В конце сентября в ряде англоязычных сайтов, весьма активно занимающихся ближневосточной проблематикой, появилась информация о том, что один из внуков бывшего короля Абдул-Азиза ибн Сауда предрекает Саудовской Аравии беспрецедентные проблемы, в появлении которых обвиняет нынешнего главу государства Салмана ибн Абдул-Азиза.
«Мы неспособны остановить утечку денег, политическую недальновидность и военные риски, пока не поменяем методы принятия решений. Это необходимо сделать как можно раньше, даже если изменения будут в конечном счете подразумевать замену самого короля», - говорилось в специальном письме саудовского принца, имя которого из соображений безопасности на портале Middle East Eye предпочли не упоминать. Неизвестно доподлинно, замышляется ли своеобразный дворцовый переворот в стране, однако можно с уверенностью утверждать, что монархия столкнулась с серьезнейшими вызовами, достойно ответить на которые будет крайне сложной задачей.
Самой большой проблемой Саудовской Аравии, как ни странно, является нефть. Абсолютно непродуманная политика официального Эр-Рияда по экспортным поставкам нефти отрицательно влияет не только на конкурентов Саудовской Аравии, конъюнктуру на международных рынках, но и на собственную экономику. Согласно расчетам международного The Journal of Petroleum Science and Engineering, пик производства нефти ждет Саудию еще только через 13 лет – в 2028 году, однако вслед за этим последует неумолимый и безжалостный упадок. Главной проблемой, по мнению американских экономистов Джеффри Брауна и Сэма Фучера, является не само производство нефти, а способность переводить производство в экспортную прибыль несмотря на издержки, связанные с процессом этого самого производства. Так, уже с 2005 по 2015 годы ежегодное падение экспортных нефтяных доходов составляет в среднем на 1,4 процента. По прогнозам Citigroup, следующие 15 лет для экономики Саудовской Аравии будут неблагоприятными из-за нулевой прибыли от продажи нефти за рубеж.
Это говорит о том, что доходы от продажи нефти, которые сейчас составляют 80 процентов государственного бюджета, будут неизменно падать. Саудовская Аравия на сегодняшний момент является самым большим потребителем энергии в регионе, что обусловлено большим внутренним спросом, связанным с ростом населения. Сейчас население составляет 29 миллионов человек, к 2030 году оно будет равно 37 миллионам. Подобная демографическая экспансия требует нового масштаба потребления самых разных типов энергетики. А в условиях сокращения нефтяных доходов сделать это будет проблематично.
Не стоит исключать из внимания тот факт, что четверть населения Саудовской Аравии живет в бедности. Безработица в стране равна 12 процентам. Она в большей степени бьет по молодежи, в ее составе она составляет 30 процентов. Королевство является одной из наиболее бедных в плане наличия водных ресурсов страной в мире. В условиях климатических изменений, характеризующихся повышением и без того немалых температур, а также существеннейшим сокращением осадков, резко актуализируются проблемы, связанные с нехваткой воды и пищи.
Подобно ситуации в соседних странах, глубокие структурные проблемы означают для Саудовской Аравии нахождение на краю обрыва – становление несостоявшимся государством. В течение ближайшего времени эти процессы станут столь очевидными, что невозможно будет оставлять это в информационном вакууме.
http://islamreview.ru/est-mnenie/nafiz-ahmed-kollaps-saudovskoj-aravii-neizbezen/
02.08.2015 Тайные связи Британии с правительствами и фирмами, стоящими за продажей нефти ИГИЛ
Этот эксклюзивный материал опубликован INSURGE INTELLIGENCE - новым проектом журналистских расследований, с помощью сбора средств от общественности
Статья была первоначально заказана лондонским изданием Middle East Eye, которое опубликовало сокращенную версию, доступную здесь.
В борьбе за получение доступа к нефти и газу Курдистана США и Британия закрывают глаза на соучастие в контрабанде нефти ИГИЛ
Ключевые союзники в возглавляемой США и Британией войне с Исламским государством (ИГИЛ) тайно финансируют это террористическое движение, согласно высокопоставленным политическим источникам в регионе. Американские и британские нефтяные компании существенным образом заинтересованы в тайном геополитическом треугольнике, поддерживающем продажи нефти ИГИЛ на черном рынке.
Региональное правительство Курдистана (РПК) в Ираке и турецкая военная разведка поддерживают тайную контрабанду нефти ИГИЛ и даже поставляли оружие этой террористической группе, согласно курдским, иракским и турецким чиновникам.
Одна британская нефтяная компания - Genel Energy - в частности, заключила договор подряда с РПК о поставках нефти для одной крупной курдской фирмы, обвиняемой в том, что она содействует продаже нефти ИГИЛ Турции. У этой курдской фирмы имеются тесные связи с иракским курдским правительством.
Genel работает с РПК при поддержке британского правительства, а также связана с британской парламентской группой, имеющей давние связи и с британской, и с нефтяной индустрией иракского Курдистана.
Отношения между британскими и курдскими энергетическими компаниями и высокопоставленными британскими политиками вызывают вопросы о конфликте интересов - особенно в контексте "войны с террором", которая должна бы нацеливаться на "Исламское государство", а не финансировать эту группу.
Курды, турки и закрывание глаз
Одним из самых значительных источников доходов для ИГИЛ является контрабанда нефти. "Исламское государство" контролирует приблизительно 60% сирийской нефти и семь крупных нефтедобывающих активов в Ираке.
Используя тщательно развиваемую сеть торговых посредников и "комиссионеров" в Курдском регионе Ирака, а также в Турции, ИГИЛ смогла добывать феноменальные 45000 баррелей нефти в день, загребая до 3 миллионов долларов в день наличными за счет продажи нефти по ценам значительно ниже рыночных.
Но сам размах и безнаказанность этой сети контрабанды нефти заставляет местных политиков задаваться вопросом, не закрывают ли глаза на эти операции некоторые чиновники в РПК и Турции.
Иракские, курдские и турецкие чиновники обвиняют и РПК, и турецкое правительство в том, что они умышленно позволяют происходить некоторым из этих контрабандных операций.
Напряженность между РПК и иракским центральным правительством в Багдаде обостряется из-за того, кто контролирует производство и выручку с нефтяных месторождений в регионе Курдистана. Курдские чиновники считают нефть на контролируемой курдами территории Ирака способом добиться большей автономии, если не полной независимости, от Багдада - в то время как иракское правительство стремится гарантировать, что оно сохранит государственный контроль над всей продажей с его собственных нефтяных месторождений, которые включают и месторождения в Курдистане.
Эта напряженность достигла пика, когда РПК начало продавать нефть в одностороннем порядке, экспортируя ее в Турцию, в обход Багдада.
Соучастие
РПК и турецкие власти категорически отрицают какую-либо роль в сознательном содействии продажам нефти ИГИЛ. Оба правительства приняли строгие меры против контрабандных операций, а власти США и Британии тесно сотрудничают с РПК по установлению контрабандных маршрутов ИГИЛ.
Несмотря на аресты Региональным правительством Курдистана курдских "посредников", участвующих в продажах нефти ИГИЛ на черном рынке, продолжают появляться свидетельства о том, что эти меры являются в основном фрагментарными и не смогли подойти к решению проблемы коррупции на самом высоком уровне.
Согласно высокопоставленному источнику в правящей "Исламской партии Дава" в иракском правительстве, США и иракские власти получили "значительные разведданные, подтверждающие, что люди из РПК негласно поощряют продажи нефти ИГИЛ на черном рынке".
Источник, у которого имеется прямой доступ к чиновникам иракского правительства, сказал, что РПК первоначально считало вторжение ИГИЛ в Ирак благоприятной возможностью, чтобы консолидировать курдский контроль над спорной территорией, особенно над богатым нефтью регионом Киркука. Курды, однако, не ожидали то, насколько мощным станет присутствие ИГИЛ в регионе.
В ранний период вторжения в прошлом году, сказал он
"Люди из РПК и ополчения Пешмерга напрямую содействовали тайной контрабанде нефти ИГИЛ через Курдскую провинцию. Это было известно американцам, которые делились разведданными по этому вопросу с иракским правительством в Багдаде".
Этот вопрос вызвал напряженность в отношениях между Багдадом и РПК, посодействовав усилиям Хусейна аль-Шахристани, тогдашнего заместителя министра по энергетическим вопросам Ирака, в плане ограничения независимого экспорта нефти курдами.
Его преемник, новый министр нефти Адель Абдул-Мехди, был назначен в сентябре прошлого года после перестановок (в правительстве), организованных под дипломатическим давлением США. В отличие от Шахристани, сказал источник, у Абдул-Мехди намного более соглашательский подход к вопросу курдской нефти, что также устраивает американских и британских инвесторов в РПК: "Это означает, что Багдад также намного менее строг в отношении свидетельств контрабанды нефти ИГИЛ через Курдистан".
Источник подтвердил, что под растущим давлением США "власти РПК предприняли серьезные шаги, чтобы ограничить незаконную контрабанду в интересах ИГИЛ. Но контрабанда по-прежнему продолжается, хотя и на более умеренном уровне, при поддержке некоторых людей из правящих партий РПК, получающих прибыль от продаж нефти на черном рынке".
Турция также играет важную роль в контрабандных операциях с нефтью ИГИЛ, согласно иракскому источнику. Являясь конечным пунктом, через который большая часть этой нефти попадает на мировые рынки, турецкие власти регулярно закрывают глаза на черный рынок ИГИЛ. "У турок враждебные отношения с американцами", - утверждал он, но признал, что американская разведка знает о роли Турции:
"Американская разведка досконально мониторит многие из этих операций контрабанды. Часть этих разведданных была передана нам. Американцы знают, что происходит. Но у Эрдогана и Обамы не очень хорошие отношения. Эрдоган фактически делает, что хочет, и США приходится мириться с этим".
Эти утверждения были подтверждены чиновниками турецкого правительства и парламентариями. В частности, один источник с широкими связями в турецком политическом истеблишменте, включая канцелярию премьер-министра, сказал, что поддержка Турцией исламистских повстанцев, воюющих против правления Башира аль-Асада в Сирии, началась задолго до появления "Исламского государства" и была наиболее важной для стремительного восхождения группы к власти.
Турция, давний член НАТО, является частью возглавляемой США коалиции, сражающейся с ИГ, и неотъемлемой частью планов по подготовке "умеренных" повстанцев в регионе, которых курируют западные службы военной разведки.
"Турция ведет двойную игру своей сирийской стратегией", - сказал источник.
"Турция спонсирует исламистские группы в Сирии, включая ИГИЛ, с самого начала и продолжает это делать. Размах контрабандных операций ИГИЛ через турецко-сирийскую границу является огромным, и большей части этого содействуют Эрдоган и Давутоглу, которые считают исламистов средством для расширения турецкого присутствия в регионе".
Реджеп Тайип Эрдоган является президентом Турции, а Ахмет Давутоглу - премьер-министром страны. На вопрос о том, как это согласуется с недавними турецкими операциями по перекрытию контрабандных операций ИГИЛ и ударами по опорным пунктам ИГИЛ через границу, источник назвал эти действия бесполезными.
"Эти действия соответствуют стратегии экспансии Эрдогана", - сказал он. "Мы не пытаемся заблокировать инфраструктуру ИГИЛ, мы атакуем ее избирательно".
Теневая сеть посреди бела дня
Маршрут контрабанды нефти ИГИЛ - который проходит через территорию Регионального правительства Курдистана и заканчивается в турецком порту Джейхан - был исследован недавно двумя британскими преподавателями Гринвичского университета.
В своей публикации Джордж Киурктсоглу, преподаватель по морской безопасности и бывший специалист Royal Dutch Shell, и д-р Алек Кутрубис, и.о. главы инженерно-конструкторского и научного факультета, попытались установить подозрительные маршруты незаконной торговли нефтью.
Их уникальное исследование, опубликованное в Maritime Security Review в марте, изучало международный маршрут, используемый ИГИЛ, на основе "ряда торговых узлов", среди которых Санлиура, Урфа, Хакари, Сирт, Батман, Османия, Газиантеп, Сирнак, Адана, Кахрамармарас, Адиаман и Мардин. "Серия торговых узлов заканчивается в Адана [в юго-восточной Турции], где находится крупный танкерный порт отгрузки Джейхан".
Сравнивая резкие скачки тарифов на танкерные перевозки нефти из Джейхана с этапами развития деятельности ИГИЛ, анализ Гринвичского университета установил значительную взаимосвязь между ними. Всякий раз, когда ИГИЛ воюет "поблизости от района с нефтяными активами, ... экспорт из Джейхана тут же резко возрастает. Это можно отнести на счет дополнительного увеличения контрабанды сырой нефти с целью немедленного получения дополнительных денежных средств".
В то время как эти свидетельства по-прежнему являются "неубедительными" на данном этапе, авторы написали, что "существуют значительные намеки на незаконный канал поставок, по которому сырая нефть ИГИЛ отгружается из Джейхана" на мировые рынки. С момента начала нефтяного предприятия ИГИЛ летом 2014 года "тарифы на танкерные перевозки нефти из Джейхана снова стали отчасти сочетаться с тарифами из других частей Ближнего Востока".
Хотя они не могли утверждать это категорично, первичное исследование, включавшее беседы с информированными источниками, показало, что это, скорее всего, было "результатом повысившегося спроса на ультра-дешевую контрабандную нефть, имевшуюся для загрузки" в турецком порту.
Киурктсоглу и Кутрубис призвали провести "дальнейшие исследования" в отношении криминальных коммерческих предприятий ИГИЛ, которые "могут потенциально интегрироваться в глобальную экономику". Ученые ранее дали показания в парламентском спецкомитете по иностранным делам в отношении морской безопасности рядом с сомалийским побережьем.
Их исследование также демонстрирует провалы американского военного подхода к нефтяным операциям ИГИЛ. Хотя они хвалят то, как американские, турецкие воздушные налеты и налеты стран Залива "урезали" Исламскому государству "денежные потоки от нефти" посредством разрушения некоторых "объектов по производству нефти", этого было недостаточно. Они сообщают, что:
"... скважины в районе бомбардировок пока не стали мишенями для США или боевых средств ВВС их союзников, и этот факт, вероятно, можно связать с иногда "проблемной" политикой на Ближнем Востоке".
Несмотря на большие колонны грузовиков, перевозящих нефть ИГИЛ по контролируемым правительствами территориям в Сирии, Ираке и Турции, "воздушные удары союзных США стран не наносятся по этим грузовикам из-за опасения вызвать негативную реакцию местных". В результате этого "транспортировка проходит успешно, происходя чаще всего посреди бела дня".
Открытые данные
Существующие открытые свидетельства подтверждают утверждения иракских и турецких источников, показывая, что коррупция является массовой как в начальном, так и в конечном пункте контрабандного пути ИГИЛ.
Осведомленные наблюдатели внутри и за пределами Турции обвиняют турецкое правительство в том, что оно закрывает глаза на контрабанду нефти через турецко-сирийскую границу из-за его приверженности свержению режима Асада.
Показания прокуроров и свидетелей в турецких судах раскрыли, что в конце 2013 года и в 2014 году турецкая военная разведка поставляла оружие в районы в Сирии, находящиеся под контролем исламистов, что напрямую способствовало подъему ИГИЛ.
Турецкий оппозиционный депутат Али Эдибоглу сказал в прошлом году, что в Турцию было незаконно ввезено нефти ИГИЛ примерно на 800 миллионов долларов. Он также сказал, что более тысячи турецких граждан помогают иностранным бойцам присоединяться к ИГИЛ в Сирии и Ираке через турецкую территорию. Все это происходит, утверждает он, с ведома и при участии турецкой военной разведки.
В июле 2014 года иракские официальные лица рассказали, что когда ИГИЛ начала продавать нефть, добытую в северной провинции Салахуддин, "силы курдских пешмерга сначала остановили продажу нефти, но затем позволили грузовикам перевозить и продавать нефть". Три месяца спустя документ Министерства внутренних дел Регионального правительства Курдистана, утечка которого была сделана курдскому новостному изданию Rudaw, показал, что бывший оппозиционный депутат Бурхан Рашид обвинил учреждения РПК в содействии потоку денег и оружия боевикам ИГИЛ в Ираке.
"Курдская политическая партия в Эрбиле поставила боевикам ИГИЛ оружие и боеприпасы в обмен на нефть", - записаны слова Рашида. В документе раскрывается, что главный прокурор РПК тайно подготовил иск против Рашида за высказанные им обвинения.
Иск, который, по-видимому, ничем не закончился, являлся очевидной попыткой заставить критиков замолчать. Однако к январю следственный комитет под руководством министра внутренних дел и министра природных ресурсов РПК по большей части подтвердил утверждения Рашида.
Источники среди курдских парламентариев, ознакомившиеся с окончательным докладом комитета, остающимся секретным, сказали Rudaw, что доклад подтверждает:
"... ряд чиновников из правящей Демократической партии Курдистана (ДПК), Патриотического союза Курдистана (ПСК) и Пешмерга замешаны в незаконной торговле".
Полгода спустя личности чиновников, в отношении которых проводилось расследование, так и не преданы гласности, никому не были предъявлены обвинения, никто не попал под суд и не был осужден. Британский офис РПК не ответил на запрос о комментариях.
Группа Nokan Group
Вместо этого через пару месяцев после того, как комитет сделал свои заключения, появились свидетельства о том, что Nokan Group, крупная курдская компания с тесными связями с Региональным правительством Курдистана, непосредственно способствовала продажам нефти от ИГИЛ.
В письме к Nokan Group Марк Д. Уоллес - бывший посол США при ООН при президенте Джордже У. Буше и президент базирующегося в Нью-Йорке "Проекта по борьбе с экстремизмом" - отметил заслуживающие доверия "сообщения, что некоторые курдские организации на самом деле содействуют торговле нефти, связанной с ИГИЛ...
"Например, некоторые курдские компании, по сообщениям, заключили соглашение с властями провинции Сулеймания в иракском Курдистане, в северо-восточном регионе Ирака, на транспортировку очищенного топлива с контролируемого ИГИЛ нефтеперерабатывающего завода в Байджи, к северу от Тикрита, Ирак, для поставки по всему курдскому региону ".
Грузовики, принадлежащие Meer Soma, "подразделению" группы Nokan, "используются для транспортировки продуктов нефтепереработки с контролируемых ИГИЛ заводов курдским организациям в Киркуке или рядом с ним", написал посол Уоллес в письме, датированном 20 марта 2015 года.
Уоллес отметил, что по сообщениям курдской прессы, Meer Soma является одной из нескольких подставных компаний, контролируемых Nokan, которые работают в интересах группы, чтобы избежать публичной связи с родительской компанией.
Согласно страновому докладу 2012 года парижского агентства по бизнес-информации и аналитике MarcoPolis, группа Nokan является одной из крупнейших компаний в провинции и "имеет права участия" в Meer Soma.
В 2014 году, когда в интернете были опубликованы фотографии автоцистерн Meer Soma, перевозящих нефть ИГИЛ на курдские НПЗ, веб-сайт подразделения Nokan был удален.
Письмо посла Уоллеса вызвало лишь молчание. Уоллес не получил никакого ответа от Nokan Group. И с Nokan Group не удалось связаться для получения комментария.
Копии письма были разосланы в соответствующие комитеты Конгресса, а также Джону И. Смиту, временно исполняющему обязанности директора Управления по контролю за иностранными активами при Министерстве финансов США. Министерство финансов США не ответило на запросы о том, что было сделано для расследования этих утверждений.
Даже представитель "Проекта по борьбе с экстремизмом", от которого и было послано письмо, отказался прокомментировать, когда его попросили прояснить последующие действия американских властей.
Коррупция, группа Nokan и Региональное правительство Курдистана
Группа Nokan является конгломератом компаний, которые принадлежат и контролируются иракской курдской политической партией "Патриотический союз Курдистана" (ПСК), одной из правящих партий РПК вместе с имеющей большинство ДПК.
Газета "Kurdistan Tribune" сообщает, что управление Nokan Group происходит из офиса общего управления ПСК в районе Сулеймани. Газета оценивает, что с учетом ее 23 дочерних компаний чистая стоимость Nokan Group приближается к 4-5 миллиардам долларов США, что во много раз больше, чем ее объявленная стоимость.
Газета обращает внимание, что модель ведения бизнеса ПСК является типичной для частных предприятий в иракском Курдистане - с часто встречающейся коррупцией и кумовством, главным образом для обогащения политических элит и их союзников. "Экономическая модель в Курдистане монополизирует рынок в интересах немногих и отравляет условия окружающей обстановки для малых и средних предприятий (МСП)", отмечает газета.
В длинной статье в "The Nation" говорится, что система протекции РПК заставляет отвернуться и делает бесправными большую часть населения: "Многие из самых прибыльных компаний, например, те, что контролируют строительные проекты, принадлежат Барзани или Талабани", главам двух правящих партий Регионального правительства Курдистана.
"Но за сверкающими новыми предместьями, пятизвездочными гостиницами и роскошными автомобилями находится древний город, в котором, как говорят критики, коррупция остается проблемой, а линии между правительством и бизнесом опасно размыты", заметила "Файнэншл Таймс".
До прошлого года лидер ПСК Джалал Талабани являлся президентом Ирака. Его сын Кубад Талабани является в настоящее время вице-премьером в Региональном правительстве Курдистана. Ранее он работал представителем РПК в Соединенных Штатах. На обеих должностях Кубад играет ключевую роль в развитии коммерческих связей с Западом, особенно в отношении нефти.
Другой сын Джалала Талабани, Павел, курирует анти-террористическую группу в Сулеймани, которой руководит член ПСК Лахур Шейх Джанги.
Свояченица Талабани-старшего, Шаназ Ибрахим Ахмед, является представительницей ПСК в Соединенном Королевстве, отвечающей за связи со СМИ, а также за финансы Nokan Group.
Кубад Талабани, являющий в настоящее время вице-премьером РПК, должен выступить на Нефтегазовой конференции Курдистана-Ирака, которая пройдет в Лондоне в ноябре месяце. Конференция, организованная британской фирмой CWC Group в партнерстве с правительством ПСК-ДПК, спонсируется рядом энергетических корпораций, включая Exxon Mobil, Chevron, DNO, Gulf Keystone Petroleum и Qaiwan Group.
Qaiwan Group, один из платиновых спонсоров лондонской конференции, имеет контракт с Министерством энергетики Регионального правительства Курдистана на разработку, строительство и управление запланированными расширениями нефтеперерабатывающего завода Базиан в рамках Соглашения о закупке электроэнергии (СЗЭ). Текущий "третий этап" расширения, который должен быть завершен к 2018 году, должен увеличить производственную мощность НПЗ с 34000 до 80000 баррелей в день.
Но Базианский НПЗ принадлежит и контролируется компанией WZA Petroleum - еще одним подразделением Nokan Group партии ПСК, в которой доминирует семья Талабани.
Президентом WZA Petroleum является Парвен Бабакир, и в этом качестве она является главным владельцем Базианского НПЗ. Бабакир также является председателем Nokan Group и отвечает за нефтегазовый портфель ПСК. Ранее Талабани назначил ее министром промышленности в провинции Сулеймани с 2003 по 2007 год. Она не ответила на вопросы в отношении предполагаемого содействия группы Nokan Group продаже нефти ИГИЛ.
В то время как чиновники Регионального правительства Курдистана и их родственники напрямую извлекают выгоду из прибыльных нефтегазовых контрактов, заключенных при посредничестве РПК, эти же самые чиновники - отвечающие за борьбу с терроризмом в провинции Сулеймани - курируют и Nokan Group, которая замешана в содействии контрабанде нефти ИГИЛ.
Связь с Британией
Британская энергетическая компания с серьезной поддержкой со стороны влиятельных политических кругов Соединенного Королевства управляет нефтяным месторождением, которое снабжает Базианский НПЗ, принадлежащий группе Nokan.
НПЗ, принадлежащий группе Nokan, грузовики которой были замечены перевозящими нефть ИГ по курдской провинции ранее в этом году, снабжается с месторождения "Так Так" Регионального правительства Курдистана. Нефтяное месторождение дает в целом около 100000 баррелей нефти в день, большая часть этого объема отправляется на местные нефтеперерабатывающие заводы. Британско-турецкая фирма Genel Energy владеет 45%-й долей в месторождении "Так Так".
Genel Energy была создана в результате слияния британской фирмы Vallares Plc и турецкой компании Genel Enerji на сумму 2,1 миллиардов долларов в 2011 году. Фирмой управляет Тони Хэйворд, бывший президент "British Petroleum" (ВР).
На вопрос о позиции Genel в отношении работы с организациями, которые якобы замешаны в финансировании терроризма ИГИЛ, Эндрю Бенбоу, представитель англо-турецкой компании, заявил: "Это все вопросы, которые следует задавать РПК, а не нам".
Согласно финальному докладу специального комитета по иностранным делам Палаты общин о расследовании политики британского правительства в отношении Регионального правительства Курдистана, опубликованному в январе 2015 года, Genel является единственным крупным британским инвестором в провинции.
В докладе отмечается, что в регионе Курдистана содержится, по оценкам, 45 миллиардов баррелей нефти - это запасы уровня Ливии и Нигерии - и еще 110 триллионов кубических футов газа, что ставит его примерно на десятое или двенадцатое место в мире в плане запасов нефти. Региональное правительство Курдистана намеревается экспортировать до 2 миллионов баррелей в день к 2020 году, и эта перспектива представляет огромный интерес для западных компаний, включая, согласно докладу, "Exxon, Chevron, Repsol, Total, местный гигант KAR и британско-турецкую компанию Genel Energy."
Всего месяцем ранее тогдашний министр энергетики Дэвида Кэмерона Мэттью Хэнкок сказал 4-й Нефтегазовой конференции Курдистана-Ирака в Эрбиле, что Ирак "должен играть важную роль в удовлетворении будущего мирового спроса на нефть". Отметив, что добыча нефти в США "согласно прогнозам, достигнет своего пика в 2020 году", он сказал, что вследствие этого "ожидается, что мир станет еще более зависимым от иракских поставок".
Добыча иракской нефти утроится до более 8 миллионов баррелей в день к 2040 году, добавил он: "Запасы нефти в Курдистане играют значительную роль в этом увеличении. Регион, как считают, является не только одним из крупнейших регионов с неиспользованными запасами нефти в мире, но также обладает и значительным газовым потенциалом".
Genel Energy должна получить огромную выгоду от увеличения курдской добычи, если не случится нефтяной шок или сходное непредсказуемое событие. Президент Genel Мехмет Сепил сказал конференции в 2014 году, что его фирма планирует играть ведущую роль в разработке 11 триллионов кубических футов газа в курдской провинции.
Годом ранее Всепартийная парламентская группа (ВПГ) по иракскому Курдистану обнародовала доклад своей миссии по выяснению положения в провинции, рекомендовав, чтобы специальный комитет по иностранным делам провел расследование. В рамках этой миссии британский консервативный член парламента Надим Захави, со-председатель ВПГ по Курдистану, посетил в ноябре 2013 года нефтяное месторождение "Так Так", которым управляет Genel Energy.
У Захави имелись акции Genel Energy, согласно Регистру владений Палаты общин, который показывает, что он задекларировал свою связь с Genel в июне 2013 года. Согласно Захави, он продал свои акции в компании Genel 30 апреля 2014 года.
Позднее в 2013 году Захави был назначен Дэвидом Кэмероном в Управляющий совет премьер-министра с особой ответственностью за бизнес и экономику, и он по-прежнему занимает этот пост.
К июню 2014 года Захави был назначен членом специального комитета по иностранным делам и играл ключевую роль в его расследовании политики правительства.
"Это, конечно, очень серьезные обвинения, о которых я ранее не знал, и которые не предоставлялись для расследования специальным комитетом", - сказал Захави по поводу письма посла Уоллеса группе Nokan Group. Он объяснил, что комитет проведет расследование источников финансирования ИГИЛ в дальнейшем.
Захави также отрицал, что он знает о внутреннем расследовании в Региональном правительстве Курдистана поддержки терроризма ИГИЛ, а также об обвинениях касательно отношений компании Genel с группой Nokan. "Как бывший индивидуальный акционер", - объяснил он, - "у меня не больше информации о деталях их работы, чем у любого другого индивидуального акционера или рядового гражданина. Я бы посоветовал передать ваши свидетельства и вопросы напрямую компании Genel".
Всепартийная парламентская группа (ВПГ) по иракскому Курдистану тесно связана как с управляемым партиями ПСК-ДПК правительством, так и с западными нефтяными интересами в провинции. Гэри Кент, являющийся директором "Лейбористских друзей Ирака", напрямую получает деньги от компании Gulf Keystone Petroleum, которая имеет большие инвестиции в нефтяные активы Регионального правительства Курдистана, за услуги секретаря ВПГ.
Региональное правительство Курдистана и его британское представительство также обеспечивают "административные услуги" для ВПГ, включая "обеды для парламентариев", ежегодные приемы и финансирование групповых делегаций в провинцию.
Описывая результаты расследования Всепартийной парламентской группы (ВПГ) по иракскому Курдистану в январе 2014 года, вице-председатель ВПГ Роберт Хэлфон - который является сегодня министром (без портфеля) в новом кабинете Дэвида Кэмерона и заместителем председателя Консервативной партии - сказал Палате общин:
"В Курдистанском регионе бизнес процветает... и люди чрезвычайно заинтересованы в британских и иностранных инвестициях. Приватизация стремительно продолжается, и строятся огромные имущественные комплексы. Есть значительные нефтегазовые запасы, которые, что необычно для таких регионов, используются на пользу стране, а не складываются в кубышку в процессе коррупции. Как я указывал в более раннем предложении [вынесенном на обсуждение вместе с Захави и другими]... РПК может стать важным союзником, чтобы гарантировать будущую энергетическую безопасность Соединенного Королевства."
В январе 2015 года, когда британский парламентский специальный комитет по иностранным делам обнародовал свой доклад, Захави находился в иракском Курдистане вместе с официальной британской торговой делегацией, которую возглавлял мэр Лондона Борис Джонсон, будучи недавно назначенным в политический кабинет премьер-министра.
Раздробление Ирака из-за нефти
Хотя Региональное правительство Курдистана начало свое расследование финансирования терроризма ИГИЛ со стороны курдских чиновников еще во время британского парламентского расследования, в докладе по итогам расследования нет никаких упоминаний этого, как нет и признания, что расследование РПК подтвердило эти заявления почти за месяц до публикации доклада.
Парламентский комитет не сталкивался с такими заявлениями и такая информация не поступала для расследования, сказал Захави.
В британском парламентском докладе 2015 года постоянно обосновываются призывы к установлению прочных связей между Британией и Региональным правительством Курдистана из-за роли РПК как надежного "партнера в борьбе против терроризма".
В то время как парламентский доклад изо всех сил старается подчеркнуть официальную позицию британского правительства, поддерживающую объединенный Ирак, он также сильно склоняется к федеральному решению, которое бы предоставило РПК значительную автономию на основе его способности разрабатывать нефтегазовые ресурсы в провинции.
Указывая на рекомендацию британского министра иностранных дел "devo max" (максимальной децентрализации) как лучшей возможной модели демократического управления в Ираке, доклад рекомендует, чтобы британское правительство было готово к "возможным последствиям распада Ирака".
"Увеличение самоуправления или даже независимость" РПК "является само по себе рациональным, учитывая его экономический потенциал и очевидную способность эффективного самоуправления, а также понятно с учетом его недавней истории". В то время как движение к независимости не является неминуемым, "это среднесрочная вероятность, зависящая по большей части от стратегии экспорта энергоресурсов Курдистанского региона, к чему британскому правительству следует быть готовым".
В своих сообщениях о визите Захави на нефтяные месторождения РПК, управляемые компанией Genel Energy, газета "Индепендент" отметила, что нет "никакого намека на неподобающую деятельность Всепартийной парламентской группы по Курдистану".
Но вне зависимости от парламентских правил, беззастенчивая роль Всепартийной парламентской группы (ВПГ) по Курдистану в содействии британским нефтяным и газовым интересам в регионе не является особым секретом.
"Мы представляем подробные отчеты наших делегаций британским министрам и другим группам, чтобы продвигать послание, что Курдистан открыт для бизнеса и для активизации связей с Британией в торговле, культуре и других областях", заявляет ВПГ на своем веб-сайте.
"Это помогло изменить подход Соединенного Королевства к Курдистану... Доклады группы помогли преодолеть это ошибочное представление и убедили британское правительство послать его первую официальную миссию на торговую ярмарку в Эрбиле - на ярмарке в следующем месяце ожидается большее число британских компаний."
Как и многие другие участвующие в этом заинтересованные структуры, британское Министерство иностранных дел (МИД) просто не ответило на вопрос о связях британского правительства с региональными властями и фирмами, замешанными в содействии продажам нефти ИГ на черном рынке.
Президент Genel Energy Тони Хэйворд ранее выступил в защиту решения Регионального правительства Курдистана попросить компанию перевозить в автоцистернах экспортную нефть с месторождения "Так Так" в Турцию. Англо-турецкая компания получает платежи за этот экспорт напрямую от РПК, а не от правительства в Багдаде, которое осудило эти перевозки как незаконные.
До ее выхода в отставку ранее в этом году бывший член парламента от Лейбористской партии Мег Мунн являлась председателем ВПГ по Курдистану вместе с Захави. Будучи бывшей чиновницей Министерства иностранных дел при Тони Блэре, она является вице-председателем Вестминстерского фонда за демократию (ВФД), "исполнительного вневедомственного государственного органа", финансируемого Министерством иностранных дел, который продвигает парламентские институты власти за границей".
Фонд ВФД многие годы имел договор с Министерством иностранных дел и британским Министерством международного развития (ММР) для усиления формальных механизмов демократии в Ираке и в иракском Курдистане.
И все же независимый анализ работы организации, заказанный британским Министерством иностранных дел в 2010 году, пришел к заключению, что его собственные внутренние документы "предоставляют мало свидетельств того, что организация оказывает значительное, долгосрочное и длительное воздействие". Вместо этого в анализе сказано:
"...цель партийной поддержки - строго определенной - не демонстрировать очевидные улучшения функционирования демократии... [а] позволяет партиям заниматься деятельностью, которая иначе была бы невозможна для МИДа".
Это касается политической деятельности, "предназначенной для того, чтобы помочь их идеологическим партнерам в других странах" и которая содействует "доступу и влиянию на партии в развивающихся демократиях", поддерживая тем самым "дипломатические цели британского правительства".
Таким образом, Вестминстерский фонд за демократию в конечном итоге функционирует для продвижения интересов британского правительства. Его устав предусматривает, что все четырнадцать членов совета управляющих должны назначаться британским министром иностранных дел, восемь из них выдвигаются вестминстерскими политическими партиями. В одном ежегодном отчете фонда признается, что:
"ВФД предлагает МИДу и ПЕВ [Правительству Ее Величества]... сконцентрироваться на политической работе, которую МИД или правительство не могут или не хотят проводить напрямую... когда прямая поддержка британского правительства может быть истолкована как иностранное вмешательство."
Несмотря на его самоописание как "нейтрального координатора" между требованиями национального единства и федерализацией, вся национальная иракская программа ВФД осуществляется из столицы РПК, Эрбиля.
В иракском Курдистане это означает для ВФД, согласно докладу ВПГ за 2011 год, продвижение "демократической рыночной экономики", безопасной для проникновения иностранного капитала: "Выбор включает меньшее, но более развитое государство, активное гражданское общество, систему свободных и профессиональных СМИ и больше частных компаний".
"Курдистан разрабатывает свои нефтегазовые богатства похвальным образом и с опережением сроков, эффективно используя частный сектор", восторгался доклад ВПГ под руководством Захави и Мунн.
"Европейская энергетическая безопасность будет извлекать выгоду из их способности поставлять газ по планируемому южному энергетическому коридору в течение ста лет. Это заслуживает признания и поддержки Соединенного Королевства".
Энтузиазм американских и британских нефтяных компаний в отношении разработки ресурсов иракского Курдистана, однако, поднимает безотлагательные вопросы о том, не подрывает ли поддержка правительствами США и Британии нефтяной связи между РПК и Турцией войну против ИГИЛ, если не питает эту террористическую группу.
Ни британское, ни американское правительство, по-видимому, не хотят отвечать на эти вопросы.
http://www.warandpeace.ru/ru/reports/view/108917/
07.03.2015 Как ЦРУ создавало Google. Часть 3
Рамсфельд и постоянная слежка
Итак, многие из высших должностных лиц в компании Google связаны с пентагоновским «Горным Форумом», который по мере развития компании Google на протяжении последнего десятилетия постоянно выступал как связующее и цементирующее звено. Становление и развитие компании Google с момента её рождения происходило при участии разведывательного сообщества США, для чего использовались такие механизмы, как прямое спонсорство и неофициальные сети финансирования, которые сами были тесно связаны с интересами Пентагона.
Сам «Горный Форум» использовал неофициальное создание таких частных сетей для взаимодействия оборонной и промышленной отраслей, которое позволяет увязывать интересы корпораций и военных в части, относящейся к расширению аппарата тайной слежки в интересах национальной безопасности. Влияние теневых сетей, представленных на «Форуме», может, однако, быть совершенно определённо оценено, исходя из той роли, которые они играли во времена администрации Буша, когда напрямую участвовали в формулировании ряда стратегий и доктрин, стоявших за усилиями США, направленными на достижение «информационного превосходства».
В декабре 2001 года O’Нил подтвердил, что дискуссии по стратегически важным вопросам, которые велись в рамках «Горного Форума», прямо учтены в стратегическом отчёте министерства обороны, сделанном Эндрю Маршаллом по поручению президента Буша и Дональда Рамсфельда с целью модернизации военной отрасли, в том числе в отчёте Министерства обороны, который составляется раз в четыре года, и что «результатом некоторых самых первых собраний «Горного Форума» была формулировка ряда директив, стратегий и доктрин Министерства обороны по вопросам информационной войны». «Разработка» политики Пентагона в вопросе информационной войны «осуществлялась при сотрудничестве с людьми, имевшими иной взгляд на ситуацию, среди которых были не только американцы, но и граждане других стран, а также люди, разрабатывавшие корпоративные информационные технологии».
В разработке концепций информационной войны, принятых на вооружение Пентагоном после событий 11 сентября, принимали участие не только официальные лица в США и за рубежом, отвечавшие за национальную безопасность, но и влиятельные корпорации оборонной и IT-отрасли.
В апреле того же года генерал Джеймс МакКарти (James McCarthy) завершил составление отчёта о реформе обороны, подготовленного по приказу Рамсфельда. В отчёте он неоднократно подчёркивал роль массовой слежки, которая должна была стать обязательным элементом реформы военной отрасли. Что касается Маршалла, его следующий отчёт, подготовленный для Рамсфельда, был призван способствовать разработке плана, определяющего будущее Пентагона в «информационном веке».
O’Нил также подтвердил, что для выработки доктрины информационной войны в рамках форума были проведены широкие дискуссии по вопросу электронной слежки и того, чем «является военное действие в информационном плане». Документы, касающиеся вопросов оборонной политики США, составленные в конце 1990-х годов консультантами корпорации RAND Джоном Аркиллой (John Arquilla) и Дэвидом Рондфельдтом (David Rondfeldt) — оба они на протяжении длительного времени были участниками «Горного Форума», — «появились на свет под влиянием обсуждений, имевших место на собраниях форума». В этих документах обсуждается, как далеко следует заходить в вопросе «информационного превосходства». «Одним из обстоятельств, которые шокировали американскую общественность, было то, что мы не закрыли счета Милошевича с помощью электронных средств, когда на самом деле могли это сделать», — прокомментировал О’Нил.
Несмотря на то, что научная проработка стратегии реформирования Пентагона остаётся секретной, получить представление о дискуссиях, которые в то время велись в Министерстве обороны, помогает монография, подготовленная в 2005 году на Курсах повышения уровня военных знаний сухопутных войск США и опубликованная в издаваемом Министерством обороны журнале «Милитари ревю». Автором монографии является действующий офицер военной разведки.
«Идея постоянной слежки как средства реформирования циркулирует в национальном разведывательном сообществе и Министерстве обороны уже не менее трёх лет», — говорится в монографии со ссылкой на исследование, осуществлённое с подачи Рамсфельда.
В опубликованной в армейском журнале работе также анализировались официальные военные документы, принятые на высоком уровне, один из которых имел отношение к офису председателя Объединённого комитета начальников штабов, в котором указывалось, что «постоянная слежка» рассматривалась как главная информационная составляющая в том, что касается видения оборонной стратегии Пентагона.
Сейчас мы знаем, что всего за два месяца до выступления О’Нила в Гарвардском университете, которое он сделал в 2001 году в рамках программы TIA, президент Буш негласно разрешил АНБ проводить слежку за гражданами США у себя в стране без выданных судебными органами ордеров, что было похоже на незаконный вариант проекта Thin Thread Data-Mining Project («Разработка тонких жил в массиве данных»), о чём затем сообщили разоблачители АНБ Уильям Бинни (William Binney) и Томас Дрейк (Thomas Drake).
К системе слежения подключается молодая корпорация
Начиная с этого момента, ключевую роль в реализации проекта АНБ начинает играть партнёр «Горного Форума» фирма SAIC. Вскоре после событий 11 сентября Брайан Шарки (Brian Sharkey), технический директор отдела по созданию систем электронного прослушивания (ELS3), специализирующегося на разработке информационных систем для служб ликвидации чрезвычайных ситуаций компании SAIC, совместно с Джоном Пойндекстером (John Poindexter) предложил программу слежки TIA. До прихода в фирму SAIC, в 1990-х годах, Шарки работал заместителем директора Офиса информационных систем в DARPA.
Между тем, примерно в то же самое время, Сэмьюэл Виснер (Samuel Visner), вице-президент по корпоративному развитию компании SAIC, возглавил программы Агентства национальной безопасности по отслеживанию сигналов. Фирма SAIC также вошла в состав консорциума, получившего контракт на сумму 280 миллионов долларов для разработки секретной системы подслушивания АНБ. К 2003 году Виснер снова вернулся в SAIC и стал директором по стратегическому планированию и коммерческому развитию группы по разведке в этой фирме.
В том же году Агентством национальной безопасности была развернута программа несанкционированной электронной слежки ТIA. Целью программы, в которую были включены как американские, так и иностранные граждане, было «отслеживание индивидуумов» и изучение того, «как они вписываются в модели», через профили риска. Этой цели программа ТIA достигала за счёт интеграции баз данных по финансам, туризму, медицине, образованию и иной информации в «гигантскую виртуальную централизованную базу данных».
Именно в том году администрация Буша приняла скандально известный «операционно-информационный план». В операционно-информационном плане Рамсфельда Интернет был охарактеризован как «уязвимая система вооружения». При этом в документе утверждалось, что стратегия Пентагона «должна быть основана на предпосылке, согласно которой Министерство [обороны] должно «сражаться с сетью», как если бы она была системой вооружения противника». А США должны стремиться к «максимальному контролю» над «полным спектром глобальных коммуникационных систем, датчиков и систем вооружения», утверждалось в документе.
В следующем году Джон Пойндекстер, который, работая в DARPA, предложил идею программы слежки ТIA и занимался ее разработкой, поехал в Сингапур для участия в «Островном Форуме» 2004 года. Cреди делегатов форума были сопредседатель «Горного Форума», директор по информационным технологиям Пентагона Линтон Уэлс (Linton Wells), руководитель скандально известной службы Пентагона по информационному противоборству Джон Рендон (John Rendon), директор Объединенной службы по современным методам войны при Объединенном командовании ВВС Карл Лоуи (Karl Lowe), вице-маршал ВВС и директор по развитию информационного превосходства при Министерстве обороны Великобритании Стивен Далтон (Stephen Dalton), верховный главнокомандующий, начальник генерального штаба армии Швеции генерал-лейтенант Йохан Кихл (Johan Kihl) и другие.
В 2006 году компания SAIC получила от Агентства по национальной безопасности многомиллионный контракт на развитие обширного проекта по извлечению данных, под названием Execute Locus, несмотря на полный провал её предыдущей программы, известной как Trailblazer, стоимостью в 1 миллиард долларов. Согласно данным корреспондента журнала «Форин Полиси» («Внешняя политика») Шейна Харриса (Shane Harris), развитие ключевых компонентов ТIA было «негласно продолжено» под «новыми кодовыми названиями» и включено в «засекреченный бюджет разведывательных служб». К тому времени новая программа слежки была полностью передана DARPA в ведение Агентства национальной безопасности.
В этом же году в Сингапуре, под председательством представителя Пентагона Ричарда O’Нила, прошёл ещё один «Островной Форум», на котором присутствовали представители оборонных ведомств и военной промышленности США, Великобритании, Австралии, Франции, Индии и Израиля, старшие технические специалисты компаний Microsoft и IBM, а также Джилман Луи (Gilman Louie), партнёр по технологическим инвестициям фирмы Alsop Louie Partners.
Джилман Луи — бывший президент In-Q-Tel, компании при ЦРУ, спонсирующей перспективные новые проекты по развитию технологий извлечения данных. Фирма In-Q-Tel основана в 1999 году научно-техническим управлением ЦРУ, которое также курировало службу научно-исследовательских работ и развития (ORD). Служба работала в рамках программы MDSS, которая занималась финансированием поисковой системы Google. Было принято решение передать основные функции службы научно-исследовательских работ и развития в руки частных компаний, мобилизовав их на разработку решений в области информационных технологий для всей системы разведки.
Луи стоял во главе компании In-Q-Tel с 1999 года до января 2006 года, в том числе, и в тот момент, когда компания Google приобрела Keyhole, программу спутникового картографирования, разработанную при финансовой поддержке In-Q-Tel. Среди его коллег по совету директоров компании In-Q-Tel была Анита Джоунз (Anita Jones), которая ранее занимала пост директора DARPA, а также была сопредседателем «Горного Форума» (эту должность она занимает и по сей день). Там же работал и член-учредитель совета директоров Уильям Перри (William Perry) — именно он назначил О’Нила организатором «Горного Форума». Ещё одним учредителем и членом совета директоров компании In-Q-Tel был Джон Сили Браун (John Seely Brown), главный научный сотрудник компании Xerox Corp, директор научно-исследовательского центра Пало-Альто (PARC) с 1990 по 2002 гг., а также один из старейших участников «Горного Форума», зарегистрированный в нём с момента его появления.
Помимо ЦРУ, поддержку фирме In-Q-Tel оказывали ФБР, АНБ, Национальное агентство геопространственной разведки, Разведывательное управление Министерства обороны и другие ведомства. Согласно Новостному бюллетеню № 21 школы журналистики «Медилл», более 60% инвестиций компании In-Q-Tel, вложенных под наблюдением Луи, «были предоставлены компаниям, специализирующимся на автоматическом сборе, фильтрации и интерпретации огромных объёмов информации». В издании также было отмечено, что Луи сам не знает, будут ли при использовании правительством данных технологий «в целях национальной безопасности» соблюдены конфиденциальность частной информации и гражданские свободы.
Запись семинара, проведённого Ричардом О’Нилом в Гарварде в конце 2001 года, свидетельствует о том, что представители пентагоновского «Горного Форума» впервые обратились к Джилману Луи еще задолго до «Островного Форума», а именно вскоре после событий 11 сентября, чтобы выяснить, «что происходит в компании In-Q-Tel».
Участники этого форума поставили задачу «объединить научно-технический потенциал Вашингтона с быстрыми темпами развития коммерческого рынка», с учётом «стратегических преимуществ и четырехлетнего прогноза Министерства обороны, правительства и других заинтересованных сторон». На встрече присутствовало «высшее военное руководство», командующие войсками, «несколько пожилых адмиралов», несколько «представителей военной промышленности» и различные представители Конгресса, в том числе, конгрессмен от Республиканской партии Уильям Мак Тонберри (William Mac Thornberry) и сенатор-демократ Джозеф Либерман (Joseph Lieberman).
И Торнберри, и Либерман являются убеждёнными сторонниками использования Агентством национальной безопасности системы слежки и последовательно выступают в поддержку принятия законодательства, поощряющего военные действия и применение системы слежки. Согласно комментариям О’Нила, задача форума состояла не только в том, чтобы привлечь частных корпоративных партнёров к осуществлению политики Пентагона, но и добиться политической поддержки государственных программ, неофициально принятых на форуме участниками этой закулисной сети.
О’Нил неоднократно заявлял перед аудиторией Гарварда, что, будучи председателем форума, он занимался анализом деятельности конкретных компаний из частного сектора, таких как eBay и Human Genome Sciences, с целью выявить основной фактор «информационного превосходства» — а именно, «каким образом управлять» информационным рынком и использовать его «для реформирования Министерства обороны и изменения стратегических планов, как этого хотели президент и министр обороны».
В 2007 году, через год после «Горного Форума», на котором присутствовал Джилман Луи, компания Facebook получила вторую часть финансирования от компании Accel Partners в размере 12,7 миллиона долларов. Компанию Accel возглавлял Джеймс Брейер (James Breyer), бывший председатель Национальной ассоциации венчурного капитала (NVCA) в которой Луи также был членом совета директоров, совмещая эту должность с исполнением президентских обязанностей в фирме In-Q-Tel. Луи и Брейер ранее были членами Совета директоров компании BBN Technologies, которая также пригласила к себе Аниту Джоунз, бывшего директора DARPA и члена правления компании In-Q-Tel.
В 2008 году финансированием социальной сети Facebook занялась компания Greylock Venture Capital, объём инвестиций от которой составил 27,5 миллиона долларов. Среди старших партнёров этой компании числится Говард Кокс, еще один бывший председатель Национальной ассоциации венчурного капитала и член Совета директоров In-Q-Tel. Помимо Брейера и Цукерберга, третьим участником совета директоров компании Facebook является Питер Тиль (Peter Thiel), соучредитель военно-промышленной фирмы Palantir, поставляющей всевозможные технологии извлечения данных для американского правительства, военных и разведывательных ведомств, в том числе, АНБ и ФБР. Финансовая устойчивость самой компании поддерживается членами «Горного Форума».
Согласно данным журнала Wired, соучредители компании Palantir Тиль и Алекс Карп (Alex Karp) встретились с Джоном Пойндекстером в 2004 году, в том же году, когда Пойндекстер посетил «Горный Форум» в Сингапуре. Встреча состоялась в доме Ричарда Перла (Richard Perle), еще одного последователя Эндрю Маршалла. Пойндекстер открыл компании Palantir доступ к правительственным кругам и помог ей заручиться поддержкой «многих представителей самых влиятельных государственных структур». Тиль также встречался с Джилманом Луи из компании In-Q-Tel, и, тем самым, получил поддержку ЦРУ еще на ранней стадии развития проекта.
Таким образом, круг замкнулся. Программы извлечения данных, такие как Execute Locus и другие связанные с ней проекты, осуществлявшиеся в тот период, очевидно, служили основой для новой программы АНБ, разоблачённой Эдвардом Сноуденом. В 2008 году компания Faсebook получила очередную часть финансирования от фирмы Greylock Venture Capital. Документы и показания Сноудена подтверждают, что Агентство национальной безопасности приступило к осуществлению проекта TIA, сделав ставку на извлечение данных в процессе тотального контроля над электронной почтой, текстовыми сообщениями и системой поиска в Интернете.
Благодаря Сноудену, нам также известно, что компания X-Keyscore при АНБ разработала cистему разведки в цифровых сетях, благодаря которой аналитики не только могут искать базы данных в Интернете, такие как электронные письма и онлайн-чаты, но и имеют доступ к телефонным сервисам, аудиосистемам мобильных телефонов, данным по финансовым сделкам и коммуникациям международных воздушных перевозок, то есть, ко всей мировой телекоммуникационной системе. Среди других разработчиков, ключевую роль в создании этой системы сыграл партнёр «Горного Форума», фирма SAIC, создатель и администратор программы X-Keyscore для АНБ. Эта же фирма имела отношение и к недавней хакерской атаке на приватную Tor-сеть, совершенной АНБ.
Таким образом, пентагоновский «Горный Форум» непосредственно служил не только в качестве площадки для переговоров, но и принимал во всём этом самое активное участие. Подтверждая свою ключевую роль в расширении глобального разведывательного аппарата США, директор по информационным технологиям Пентагона Линтон Уэллс в 2009 году заявил журналу «ФедТех», что прошлым летом он курировал «проект Агентства национальной безопасности по развёртыванию масштабной и долгосрочной программы, которая обеспечит чрезвычайно высокий уровень национальной безопасности примерно до 2015 года».
Связь с Goldman Sachs
Когда я спросил Уэлса о роли форума в расширении практики массовой слежки в США, то в ответ он лишь сказал, что не хотел бы давать комментарии по этому вопросу, и что он уже не возглавляет группу.
Можно предположить, что Уэлс уже не занимает никакой должности в государственных структурах, но по-прежнему связан с «Горным Форумом». В сентябре 2004 года, после опубликования своей «Белой книги» по реформированию Пентагона, он поступил на работу в Монтерейский институт международных исследований (MIIS) в качестве авторитетного «fellow», сотрудника, работающего вне чьего-либо подчинения над своими проектами. Занимался он вопросами кибербезопасности.
К сожалению, это не было попыткой чем-то занять себя, будучи на пенсии. Этот шаг Уэлса показал, что пентагоновская концепция информационной войны касается не только слежки. Она касается использования слежки для оказания влияния, как на правительство, так и на общественное мнение.
Инициатива кибербезопасности Монтерейского института сейчас официально используется «Горным форумом», и эти партнёрские отношения закреплены меморандумом о взаимопонимании, подписанном ректором MIIS д-ром Ами Сандсом (Amy Sands), который является членом консультативного совета по международной безопасности Госдепартамента.
На веб-сайте инициативы кибербезопасности MIIS указывается, что подписанный с Ричардом О’Нилом меморандум «… прокладывает путь к будущим объединённым собраниям MIIS «КиберБезопасность – Горная Группа» (CySec-Highlands Group), которые будут изучать воздействие информационных технологий на безопасность, мир и обеспечение безопасности. Почти на протяжении 20 лет собрания Группы по кибербезопасности вовлекали лидеров частного и государственного секторов, в том числе директора ЦРУ, DARPA, управление министра обороны, управление министра национальной безопасности и министра обороны Сингапура в творческие обсуждения для формирования политики и в областях технологических исследований».
Кто является финансовым благодетелем новой инициативы Пентагоновской «Горной группы» совместно с MIIS CySec? По сведениям на сайте MIIS CySec, инициатива запускалась при щедрых вложениях г-на Джорджа Ли (George C. Lee), старшего партнёра Goldman Sachs, где он является директором по информационным технологиям подразделения инвестиционной банковской деятельности, и председателя глобальной группы IT, СМИ и телекоммуникаций (TMT).
Но здесь есть любопытный момент. В 2011 году именно Ли организовал рыночную оценку компании Facebook на сумму 50 миллиардов долларов, а ранее он работал по сделкам с другими связанными с «Горной группой» гигантами, такими как Google, Microsoft и eBay. Начальник Ли на тот момент – Стивен Фридман (Stephen Friedman), бывший генеральный директор и председатель правления Goldman Sachs, а затем старший партнёр в правлении фирмы – также являлся директором-учредителем в компании In-Q-Tel наряду с верховным куратором «Горного Форума» Уильямом Пери (William Perry) и членом форума Джоном Сили Брауном.
В 2001 году Буш ввёл Стивена Фридмана в состав консультативного совета по разведке при президенте, а затем назначил председателем этого совета, и он был председателем с 2005 по 2009 год. Ранее Фридман работал вместе с Полом Волфовицем (Paul Wolfowitz) и другими в президентской комиссии по расследованию возможностей разведки, а в 1996 году в «Группе Джереми», которая подготовила доклад директору Национального управления военно-космической разведки США – одного из ведомств, подключённых к «Горному Форуму». В «Группе Джереми» Фридман работал вместе с Мартином Фага (Martin Faga), на тот момент старшим вице-президентом и генеральным менеджером Центра интегрированных разведывательных систем MITRE Corp, в котором ведущим инженером была Турайсингхам, контролировавшая программу MDDS-ЦРУ-АНБ, зародившую направление просеивания данных для борьбы с терроризмом в DARPA.
В сноске в одной из глав книги «Киберпространство и национальная безопасность» (издательство Джорджтаунского университета), руководитель SAIC/Leidos Джеф Купер (Jeff Cooper) указал, что ещё один старший партнёр Goldman Sachs – Филипп Дж. Венаблс (Philip J. Venables), который в должности директора по контролю информационных рисков возглавляет программы фирмы в сфере информационной безопасности, сделал презентацию «Расширение обмена в области сдерживания» на собрании «Горного Форума» в 2008 года. Главы книги Купера содержат выдержки из презентации Венаблса «с разрешения автора».
В 2010 году Венаблс принял вместе со своим на тот момент начальником Фридманом участие в конференции по мировой экономике, организованной Aspen Institute. В последние несколько лет Венаблс является членом различных комиссий АНБ по присуждению грантов в области кибербезопасности.
В итоге, если суммировать вышесказанное, то оказывается, что инвестиционная фирма, которая создавала миллионные состояния для технологических сенсаций в XXI веке, от Google до Facebook, тесно связана с военным разведывательным сообществом США; при этом Венаблс, Ли и Фридман напрямую связаны либо с пентагоновским «Горным Форумом», либо с его ведущими участниками.
Борьба с террором методами террора
Объединение этих могущественных финансовых и военных интересов вокруг «Горного Форума» посредством спонсирования Джорджем Ли нового члена форума – инициативы MIIS по Кибербезопасности, уже само по себе достаточно красноречиво.
Директор кибербезопасности MIIS – д-р Итамара Лочард (Itamara Lochard) в течение длительного времени была вовлечена в работу «Горной Группы». Она регулярно делала «презентации по современным исследованиям неправительственных групп, управлению, технологиям и конфликтологии на «Горных Форумах» при управлении министра оборона США», согласно её биографии на сайте университета Тафта. Она также «регулярно консультирует руководителей боевых командований США» и специализируется в изучении использования информационных технологий межгосударственными группировками, использующими насильственные и ненасильственные методы».
Д-р Итамара Лочард является ведущим членом «Горного Форума» и экспертом Пентагона по информационным операциям. Она возглавляет инициативу кибербезопасности в MIIS, которая сегодня поддерживает пентагоновский «Горный Форум» финансированием от Джорджа Ли, партнёра в Goldman Sachs – фирме, которая возглавляла проведение оценки рыночной стоимости компаний Facebook и Google.
Д-р Лочард ведёт комплексную базу данных по 1700 негосударственным группам, в том числе, «повстанческим группировкам, ополчениям, террористическим группам, разветвлённым преступным группировкам, организованной преступности, злоумышленным группировкам в киберпространстве и стратегическим группам ненасильственных действий», с целью анализа «их моделей организационной структуры, сфер сотрудничества, стратегии и тактики». Обратите здесь внимание на упоминание «стратегических групп ненасильственных действий», что, вероятно, охватывает негосударственные организации и другие группы и организации, занимающиеся социальной или политической деятельностью и кампаниями (судя по направленности других исследовательских программ Минобороны).
С 2008 года Лочард была адъюнкт-профессором Университета объединённых спецопераций США, где она преподаёт строго засекреченный современный курс «Нестандартные методы ведения войн», предназначенный для руководства спецслужб США. Ранее она читала курс по внутренним войнам для ведущих «военно-политических руководителей» различных государств Персидского залива.
Её взгляды многое говорят о том, что на протяжении этих лет отстаивает «Горный Форум». В 2004 году Лочард была соавтором исследования, проведённого для Института национальной безопасности ВВС США, по стратегии США по отношению «к неправительственным вооружённым группировкам».
В этом исследовании, с одной стороны, утверждалось, что «неправительственные вооружённые группировки» необходимо безотлагательно рассматривать как «приоритет безопасности номер один», а с другой стороны – указывалось, что «распространение вооружённых группировок» открывает стратегические возможности, которые следует изучать в целях содействия достижению стратегических целей. Уже были и будут появляться ситуации, в которых США могут счесть, что сотрудничество с вооружёнными группировками отвечает стратегическим целям США. Тем не менее, необходимо разработать продуманные инструменты для проведения различий между разными группировками и понимания их развития, чтобы определить, с какими группировками нужно бороться, а какие можно было бы использовать в национальных интересах США. «Составление профилей вооружённых группировок может быть аналогичным образом использовано для определения способов оказания содействия со стороны США некоторым вооружённым группировкам, чей успех мог бы оказаться полезен для достижения целей международной политики США».
В 2008 году WikiLeaks опубликовал утечку полевого руководства для служебного пользования командования спецопераций США, из которого ясно, что воззрения, отстаиваемые экспертами «Горного Форума», такими как Лочард, прямо приняты на вооружение войсками специального назначения США.
Деятельность Лочард показывает, что «Горный Форум» находится в центре узла, где сплетаются ветви новейшей стратегии Пентагона в области слежки, секретных операций и нестандартных методов ведения войны: развёртывание массовой слежки для формирования подробных данных о группировках, совершающих насильственные и ненасильственные действия, воспринимаемые как потенциально угрожающие интересам США, или обеспечение возможности их использования – что вносит непосредственный вклад в секретные операции США.
В конечном итоге, именно для этого ЦРУ, АНБ, Пентагон и породили Google. Чтобы они могли вести свои секретные грязные войны ещё более эффективно, чем раньше.
http://d-russia.ru/kak-cru-sozdavalo-google-okonchanie.html
06.03.2015 Как ЦРУ создавало Google. Часть 2
Полное знание информации
Запрос заявок на программу MDDS был разослан по электронной почте 3 ноября 1993 года Дэйвидом Чарвония (David Charvonia), официальным лицом разведки США, директором управления координации исследований и разработок Штаба управления разведывательного сообщества. Реакция Тату Илонена (Tatu Ylonen, создатель протокола SSH для защищённого удалённого управления операционной системой и безопасной передачи данных) в письме своим коллегам в списке рассылки говорит о многом: «Связано с шифрованием? Надо подумать, а не стоит ли защитить ваши данные?» Это письмо также подтверждает, что оборонный подрядчик и партнёр «Горного Форума», корпорация SAIC, управляла процессом подачи заявок на участие в программе MDDS. При этом краткие описания направлялись на адрес Джеки Бут (Jackie Booth) из департамента исследований и разработок ЦРУ через электронную почту на домене, принадлежащем SAIC.
Турайсингхам рассказывает, что к 1997 году, прямо перед учреждением Google, и пока она всё ещё присматривала за разработкой программного обеспечения поисковой машины Google в Стэнфорде, ей пришла на ум идея о применении для национальной безопасности программы MDDS. Выражая признательности в предисловии к своей книге «Просеивание интернет-данных и приложения в бизнес-аналитике и борьбе с терроризмом» (2003), Турайсингхам пишет, что она и «д-р Р. Стейнхейзер из ЦРУ начали обсуждения с Управлением перспективных научно-исследовательских проектов Минобороны по применению методов просеивания данных для борьбы с терроризмом, при этом идея возникала непосредственно из программы MDDS, которая частично финансировала Google. «Эти обсуждения в конечном итоге вылились в сегодняшнюю программу EELD («Выявление доказательств и установление связей») DARPA».
Таким образом, те же самые высокопоставленные сотрудники ЦРУ и подрядчики ЦРУ-АНБ, участвовавшие в предоставлении начального финансирования для Google, одновременно изучали роль просеивания данных в целях борьбы с терроризмом и разрабатывали идеи средств, фактически разработанных DARPA.
Сегодня, как свидетельствует статья-мнение Турайсингхам в New York Times, она остаётся твёрдым приверженцем использования просеивания данных для борьбы с терроризмом, а также настаивает, что эти методы должно разрабатывать государство совместно с юристами – специалистами по защите гражданских прав и защитниками прайваси, для профилактики потенциальных злоупотреблений. С сожалением Турайсингхам отмечает, что при имеющихся объёмах собираемой информации существует высокий риск «ложного распознавания».
В 1993 году, когда программу MDDS запустила и управляла ею компания MITRE Corp. от имени разведывательного сообщества США, учёный-компьютерщик из университета штата Вирджиния д-р Анита Джоунз (Anita K. Jones) — доверенное лицо MITRE — получила должность директора управления DARPA и руководителя НИОКР во всём Пентагоне. Она входила в совет директоров MITRE с 1988 года. С 1987 по 1993 Джоунз одновременно была членом совета директоров SAIC. В качестве нового главы DARPA с 1993 по 1997 год она также была сопредседателем «Горного Форума» Пентагона в период перед учреждением Google, когда шли разработки в Стэнфорде по программе MDDS.
Таким образом, когда Турайсингхам и Стейнхейзер обсуждали с DARPA применение исследований программы MDDS для борьбы с терроризмом, Джоунз была директором и сопредседателем «Горного форума». В тот год она ушла из DARPA, чтобы вернуться на свою должность в университете Вирджинии. На следующий год Джоунз стала членом правления Национального научного фонда, который, только что финансировал Брина и Пейджа, а также вернулась в совет директоров SAIC. После её ухода из Минобороны сенатор Чак Роб воздал ей должное следующими словами: «Она свела вместе технологическое и военно-оперативное сообщества, чтобы разработать подробные планы сохранения доминирования США на поле боя в следующем столетии».
На фото: Д-р Aнита Джоунз, руководитель Агентства по перспективным оборонным научно-исследовательским разработкам (DARPA) с 1993 по 1997 год и c 1995 по 1997 год сопредседатель созданного Пентагоном «Горного Форума», когда официальные лица, отвечавшие за совместную программу MDSS-ЦРУ-АНБ, финансировали Google и поддерживали контакты с DARPA с целью сбора информации в интересах борьбы с терроризмом.
Членом совета директоров Национального научного фонда (ННФ) с 1992 по 1998 год (включая пребывание на посту председателя в 1996 году) был Ричард Зaрe (Richard N. Zare). В те годы ННФ совместно с DARPA осуществляли финансовую поддержку Сергея Брина и Ларри Пейджа. В июне 1994 года профессор Заре, химик из Стэнфордского университета, вместе с профессором Джеффри Ульманом (Jeffrey Ullman), курировавшим научные исследования Бpина, приняли участие в организованной на средства Стэнфордского университета и ННФ дискуссии о том, необходимо ли учёным демонстрировать, как их деятельность «увязывается с интересами нации».
Программа EELD, разработанная DARPA на основе исследований, проведённых Турайсингхам и Стейнхейзером под руководством Джоунз, была быстро принята на вооружение и интегрирована с инструментами, необходимыми для осуществления широкой слежки, во времена aдминистрации Буша.
По мнению сотрудника DARPA Теда Сенатора (Ted Senator), курировавшего программу EELD, которую использовало недолго просуществовавшее Управление информационной осведомленности (Information Awareness Office), программа EELD была одним из «перспективных средств», готовившихся для интегрирования «в прототип системы TIA». TIA, которая расшифровывается как «полная информационная прозрачность», была основной программой глобального прослушивания телефонных разговоров и просеивания данных, принятой на вооружение администрацией Буша после событий 11 сентября. Программа TIA была создана одним из фигурантов политического скандала «Иран-контрас» адмиралом Джоном Пойндекстером (John Poindexter), которого в 2002 году президент Буш назначил руководителем вновь созданного Управления информационной осведомленности, входившего в состав DARPA.
В числе 26 компаний (куда также входила корпорация SAIC), получивших при Пойндекстере от DARPA контракты на миллионы долларов (конкретные суммы не раскрываются), был и исследовательский центр компании Xerox в Пало-Альто (PARC). Деньги предназначались для распространения программы слежки TIA в 2002 году и в последующие годы. Исследование включало в себя помимо других проектов, связанных с анализом данных, «анализ на основе поведения», «автоматизированное обнаружение, идентификацию и отслеживание террористической деятельности». В то время директором и научным руководителем PARC был Джон Сили Браун (John Seely Brown). Оба, и Браун, и Пойндекстер, были участниками пентагоновского «Горного Форума», причём Браун до недавнего времени участвовал в нём регулярно.
Программа TIA была закрыта предположительно в 2003 году на волне оппозиционных настроений в обществе после того, как в средствах массовой информации были опубликованы разоблачительные материалы. Однако в следующем году Пойндекстер, наряду с чиновниками из разных стран мира, занимающимися вопросами обороны и безопасности, принял участие в заседании одной из групп в рамках пентагоновского «Горного Форума» в Сингапуре. Между тем, Тед Сенатор продолжал руководить программой EELD, как и рядом других осуществлявшихся в DARPA проектов, связанных с извлечением и анализом данных, до 2006 года, когда он ушёл, чтобы занять пост вице-президента SAIC. В настоящее время он является «fellow» (сотрудник без определённых обязанностей, работающий в компании над собственными проектами – ред.) в SAIC.
Google, DARPA и след денег
Задолго до появления Сергея Брина и Ларри Пейджа факультет информатики Стэнфордского университета имел тесные рабочие контакты с ведомствами военной разведки США. В письме от 5 ноября 1984 года, полученном из офиса известного специалиста по искусственному интеллекту профессора Эдварда Фейгенбаума (Edward Feigenbaum), адресованном Рику Стенхейзеру (Rick Steinheiser), последнему даются указания, касающиеся осуществлявшегося в Стэнфордском университете проекта по эвристическому программированию. В этом письме Стенхейзер называется членом «руководящего комитета».
Среди участников состоявшейся примерно в то же время конференции фирм-исполнителей, которую спонсировало научно-исследовательское управление ВМС, был и Стенхейзер, имевший делегатский номер «OPNAV Op-115», относившийся к программе оперативной готовности главного штаба ВМС. Эта программа сыграла большую роль в разработке компьютерных программ для военного ведомства.
Начиная с 1970-х годов профессор Фeйгенбаум и его коллеги руководили осуществлявшимся в Стэнфордском университете проектом эвристического программирования по контракту с DARPA, который действовал до конца 1990-х годов. Только один Фейгенбаум получил за этот период за свою работу более 7 миллионов долларов от DARPA, помимо других денежных средств, поступивших от ННФ, НАСА и научно-исследовательского управления ВМФ.
В 1996 году профессор Джеффри Ульман, куратор Брина в Стэнфордском университете, был участником совместно финансировавшегося проекта, осуществлявшегося DARPA.
В сентябре 1998 года, в том же месяце, когда Сергей Брин предоставлял информацию представителям разведывательного сообщества США Стейнхейзеру и Турайсингхам, предприниматели в области техники Aндреас Бехтолсхейм (Andreas Bechtolsheim) и Дэвид Черитон (David Cheriton) вложили в Google 100 тысяч долларов каждый. Оба инвестора были связаны с DARPA.
В 1980-е годы Бехтолсхейм был аспирантом Стэнфордского университета и занимался электротехникой. Его новаторский проект – рабочая станция SUN – субсидировался DARPA и факультетом информатики Стэнфордского университета. Это исследование послужило основой для создания компании Sun Microsystems, которую он учредил вместе с Уильямом Джоем (William Joy).
Что касается Дэвида Черитона, соинвестора Бехстолсхейма по Google, то следует отметить, что он уже давно является профессором информатики в Стэнфордском университете, который имеет ещё более тесные связи с DARPA. В его рабочей карточке, хранящейся в университете Альберты, который в ноябре 2014 год присвоил ему почётную учёную степень доктора наук, говорится что «исследования Черитона на протяжении 20 лет получали поддержку DARPA.
Между тем в 1995 году Бехтолсхейм покинул фирму Sun Microsystems и стал финансировать фирму Granite Systems вместе с соинвестором по Google Черитоном. В 1996 году они продали фирму Granite компании Cisco Systems, оставив за собой значительную долю собственности в компании Granite, и стали одними из руководителей Cisco.
Письмо, полученное по электронной почте от Enron Corpus (база данных, включающая в себя 600 тысяч электронных писем, полученных Федеральной комиссией по управлению энергетикой и позднее обнародованных) и подписанное Ричардом О’Нилом, с приглашением руководителям Enron принять участие в работе «Горного Форума», является подтверждением того, что высшие должностные лица компаний Cisco и Granite тесно связаны с Пентагоном. Как становится очевидным из письма, в мае 2000 года Уильям Джой, партнёр Бехтолсхейма и соучредитель компании Sun Мicrosystems, который тогда являлся научным руководителем и членом правления этой компании, принял участие в работе форума для того, чтобы обсудить вопросы нанотехнологий и «молекулярных вычислений» (связаны с изучением и использованием для вычислений сложных белковых молекул – ред.).
В 1999 году Джой был также сопредседателем консультативного комитета по информационным технологиям при президенте и изучал отчёт, в котором подтверждалось, что DARPA «… в 90-е годы пересмотрела свои приоритеты таким образом, что всё финансирование исследований в области информационных технологий оценивалось с точки зрения их применимости для военных целей».
После этого на протяжении 1990-х годов DARPA финансировала только те проекты, осуществлявшиеся в Стэнфордском университете, включая Google, которые могли быть полезны Пентагону для осуществления им операций военной разведки на театрах военных действий.
В отчёте Джоя содержалась рекомендация увеличить финансирование отрасли информационных технологий федеральными ведомствами, включая Пентагон, НАСА и другие учреждения. В работе пентагоновского «Горного форума» в сентябре 2000 года также принял участие Грег Пападопулос (Greg Papadopoulos), ещё один коллега Бехтолсхейма, занимавший в то время должность технического директора Sun Мicrosystems.
В ноябре в работе «Горного Форума» принял участие Cью Бостром (Sue Bostrom), в то время вице-президент компании Cisco. Среди других членов правления этой компании были Бехтолсхейм и Черитон. В работе форума также участвовал Лоуренс Зурифф (Lawrence Zuriff), в то время управляющий партнёр компании Granite, которую Бехтолсхейм и Черитон продали Сiscо. Ранее, c 1993 по 1994 год, Зурифф был контрагентом компании SAIC и сотрудничал с Пентагоном по вопросам национальной безопасности, в частности, выполнял работы в интересах управления оценки сетей Маршалла. В 1994 году SAIC и ONA, конечно же, были среди соучредителей пентагоновского «Горного Форума». Среди достижений Зуриффа за время его работы в SAIC и ОNA был его доклад, который назывался «Понимание информационной войны», сделанный им на заседании круглого стола, организованного командованием сухопутных сил США, на котором обсуждались вопросы революционных изменений в военном деле. Спонсором этого мероприятия выступила SAIC.
После учреждения Google компания получила 25 миллионов долларов в 1999 году в виде финансирования за счёт выпуска акций, проведённого компаниями Sеquoia Capital («Секвоя») и Kleiner Perkins Caufield & Byers. Как отмечает издание «Национальная безопасность сегодня» (Homeland Security Today), «несколько новых компаний, финансируемых компанией Sеquoia, заключили контракты с министерством обороны, в основном после событий 11 сентября, когда представитель Sеquoia Марк Квамме (Mark Kvamme) встретился с министром обороны Дональдом Рамсфелдом для обсуждения вопроса о применении новых технологий во время ведения военных действий и сбора разведданных». Аналогичным образом, Kleiner Perkins установила «тесные отношения» с фирмой In-Q-Tel, венчурной компанией ЦРУ, финансирующей перспективные стартапы с целью «предоставления «приоритетных ценных технологий» разведывательному сообществу.
Джон Дуэрр (John Doerr), управлявший вложениями компании Kleiner Perkins в Google и получивший место в совете директоров, был одним из первых крупных инвесторов в возглавляемую Бехтолсхеймом компанию Sun Мicrosystems в период её основания. Он и его жена Энн – основные финансисты Центра инженерного лидерства (RCELL) университета Райса, получившего в 2009 году 16 миллионов долларов от DARPA за его универсальную компьютерную программу исследований и разработки «распознающей платформы среды компиляции» (PACE). У Дуэрра также тесные связи с администрацией Обамы, которой он посоветовал вскоре после прихода к власти Обамы увеличить размер финансирования Пентагоном отрасли IT. В 2013 году на конференции Fortune Brainstorm TECH Дуэрр одобрил то, как «имеющая отношение к военному ведомству компания DARPA финансировала GPS, CAD, большинство основных научных департаментов, занимающихся компьютерной наукой, и, конечно, Интернет».
Другими словами, начиная с момента основания, Google лелеялся, пестовался и финансировался организациями, непосредственно или тесно связанными с военно-разведывательным сообществом США, многие из которых принимали участие в работе пентагоновского «Горного Форума».
Google захватывает Пентагон
В 2003 году компания Google начала приводить свой поисковый механизм в соответствие с требованиями заказчика на основании специального контракта с ЦРУ, осуществляя контроль над совершенно секретными, секретными и конфиденциальными внутренними сетями-интранетами для ЦРУ и других ведомств сообщества, занимающихся информацией и связью, сообщает журнал Homeland Security Today. В том же году через ННФ «незаметно» осуществлялось финансирование от ЦРУ проектов, которые могли помочь создать «новые возможности для борьбы с терроризмом посредством передовых технологий».
В следующем году Google приобрела компанию (с говорящим названием «Замочная скважина» – ред.) Keyhole, которая изначально финансировалась In-Q-Tel. Google с помощью Keyhole начала разработку Google Earth. В тот год бывший директор DARPA и сопредседатель «Горного Форума» Анита Джоунз была в составе членов правления компании In-Q-Tel. Эту должность она занимает и сегодня.
Затем в ноябре 2005 года In-Q-Tel разместила объявления о продаже акций Google на сумму 2,2 миллиона долларов. Отношения Google с разведывательным сообществом США вновь получили огласку после того, как один из подрядчиков в области IT заявил на закрытой конференции специалистов разведки, проводившейся в Вашингтоне (Колумбия), на условиях опубликования без ссылки на источник, о том, что по меньшей мере одно ведомство среди разведывательного сообщества США занималось «совершенствованием системы мониторинга [пользовательских] данных Google» в рамках усилий, направленных на получение информации, представляющей «интерес для разведки с точки зрения национальной безопасности».
Размещённое на Flickr фото, сделанное в марте 2007 года, свидетельствует о том, что директор по исследованиям компании Google, а также эксперт в области искусственного интеллекта Питер Норвиг (Peter Norvig) принял в том году участие в работе «Горного Форума» в Кармеле, Калифорния. Тесная связь Норвига с проводившимся в том году форумом также подтверждается его ролью в редактировании списка рекомендованных к чтению материалов для участников форума 2007 года.
На фото ниже Норвиг беседует с Льюисом Шефердом (Lewis Shepherd), который в то время занимал должность старшего технического специалиста в разведывательном управлении министерства обороны и отвечал за изучение, утверждение, создание и приобретение «всего нового оборудования/ПО для всех IT-подразделений военной разведки», включая технологии для работы с Big Data. Сейчас Шеферд работает в Microsoft. Норвиг в 1991 году занимался научными исследованиями, связанными с компьютерной техникой, в Стэнфордском университете до того, как перейти к Бехтолсхейму в Sun Мicrosystems, где он работал до 1994 года, продолжая возглавлять IT-подразделение в NASA.
Льюис Шеферд (слева), в то время старший технический специалист в разведывательном управлении Министерства обороны, беседует с Питером Норвигом (справа), признанным экспертом в области искусственного интеллекта, руководившим всеми научными исследованиями в компании Google. Фото было сделано на «Горном Форуме» в 2007 году.
В профайле О’Нила на Google Plus Норвиг фигурирует как один из его ближайших сподвижников. Другие фамилии в этом профайле говорят о том, что он связан не только с большим числом сотрудников Google, но и с некоторыми самыми известными людьми в технологическом сообществе США.
К таким людям относятся Mишель Весландер Квейд (Michele Weslander Quaid), работавшая в своё время на ЦРУ по контракту и занимавшая ответственный пост в разведке Пентагона. Сейчас она главный технический специалист в Google, где разрабатывает программы, «наиболее полно отвечающие интересам государственных ведомств»; Элизабет Черчиль (Elizabeth Churchill), руководитель подразделения по изучению пользовательского опыта; Джеймс Куффнер (James Kuffner), специалист по антропоморфным роботам, возглавляющий в Google подразделение по робототехнике, который ввёл в обращение термин «облачная робототехника»; Марк Драпо (Mark Drapeau), директор по инновациям подразделения по работе с госсектором Microsft, Лили Ченг (Lili Cheng), генеральный директор лаборатории Microsoft по изучению общественного опыта о будущем (FUSE); Йон Уделл (Jon Udell), евангелист Microsoft, Гори Ондрейка (Cory Ondrejka), вице-президент по техническим разработкам в Facebook. И это лишь некоторые из них.
В 2010 году Google подписала неконкурентный контракт на несколько миллиардов долларов с родственным АНБ учреждением – Национальным агентством геопространственной разведки (NGA). Целью контракта было использование Google Earth для сервисов по формированию модельного представления в интересах NGA. Google разработала софт в рамках программы Google Earth, купив фирму Keyhole у тесно связанной с ЦРУ компании In-Q-Tel.
Затем спустя год, в 2011 году, ещё одна знакомая O’Нила по Google Plus, Мишель Квейд (Michele Quaid), занимавшая высокие должности в NGA, Национальном управлении военно-космической разведки и управлении директора национальной разведки, ушла с государственной службы и стала «евангелистом инновационных технологий» в Google и лицом, ответственным за заключение государственных контрактов.
Последние должности, которые занимала Квейд прежде, чем перейти на работу в Google — старший представитель директора национальной разведки по разведке, наблюдению и рекогносцировке и старший советник заместителя министра обороны по разведке, которому подчиняется директор управления по поддержке совместных и коалиционных военных действий. Главной составляющей обеих должностей была работа с информацией. Другими словами, до того, как перейти в Google, Квейд тесно работала с управлением заместителя министра обороны по разведке, в чьём ведении находится пентагоновский «Горный Форум». Квейд сама участвовала в работе форума, хотя я не могу точно сказать, когда именно и в каком качестве.
В марте 2012 года тогдашний директор DARPA Рeгина Дуган (Regina Dugan), которая в этом качестве была также сопредседателем пентагоновского «Горного Форума», вслед за своей коллегой Квейд также перешла в Google и возглавила там новую группу передовых технологий и проектов. За время работы в Пентагоне Дуган, помимо других обязанностей, занималась вопросами кибербезопасности и социальными сетями. Она отвечала за сосредоточение «всё больших усилий» в работе DARPA «на изучении наступательных возможностей с целью удовлетворения специфических потребностей военного ведомства», для чего на исследования в области киберпроблем, которые будут проводиться DARPA в период с 2012 по 2017 год, государство ассигновало 500 миллионов долларов.
Рeгина Дуган, бывший руководитель DARPA и сопредседатель «Горного Форума», а в настоящее время – старшее должностное лицо в компании Google, делает всё возможное для того, чтобы соответствовать занимаемой должности.
К ноябрю 2014 года главный специалист компании Google по искусственному интеллекту и робототехнике Джеймс Куффнер был, как и О’Нил, участником «Островного Форума» в Сингапуре, посвящённого прогрессу в развитии робототехники и искусственного интеллекта и их влиянию на общество, безопасность и конфликты. В работе форума принимали участие 26 делегатов из Австрии, Израиля, Японии, Сингапура, Швеции, Британии и США, среди них были представители как промышленных кругов, так и государственных учреждений. Однако сотрудничество Куффнера с Пентагоном началось намного раньше. В 1997 году, готовясь к защите диссертации в Стэнфордском университете, Куффнер, работая по финансируемому Пентагоном проекту, проводил исследования, касающиеся интегрированных в информационную сеть автономных роботов. Спонсорами проекта выступали DARPA и ВМС США.
http://d-russia.ru/kak-cru-sozdavalo-google-prodolzhenie.html
05.03.2015 Как ЦРУ создавало Google Часть 1
Автор – Нафиз Ахмед – (Nafeez Ahmed), британский журналист, специализирующийся на расследованиях, в разное время сотрудничал, в частности, с The Guardian и The Independent. Он утверждает, что Google есть проект разведывательного сообщества США, и что компания играет важную роль в работе спецслужб, пытающихся обеспечить мировое доминирование США путём контроля над информацией. Более того, Google, по данным Ахмеда, лишь один из стартапов такого рода, инициированных ЦРУ и АНБ.
Причастен к созданию Google и Пентагон, утверждает Insurge Intelligence. Пентагон создал группу влиятельных экспертов, чиновников и бизнесменов, обеспечившую связь между правительством США и элитами в бизнесе, финансовом, корпоративном и медийном секторах. Эта группа позволяла кругам, представляющим корпоративные интересы Америки, избегать общественного контроля, воздействовать на государственную политику и общественное мнение в США и во всём мире. Итоги катастрофичны: массовая слежка АНБ, состояние постоянной глобальной войны и «новая инициатива по преобразованию вооруженных сил США в Skynet (компьютерная сеть из фильма «Терминатор» – ред.)».
Публикуем перевод с небольшими сокращениями, не унижающими информативность, и по частям (из-за большого объёма).
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Проект Insurge Intelligence может теперь раскрыть огромную степень участия разведывательного сообщества США во взращивании веб-платформ, которые известны сегодня, с чёткой целью применения информационных технологий как средства ведения глобальной «информационной войны» — войны за легитимизацию власти немногих над остальными. В центре этого процесса стоит корпорация, которая во многих аспектах олицетворяет XXI век своим незаметным вездесущим присутствием – компания Google.
Google подаёт себя как доброжелательную, «прикольную», обращённую к пользователю IT-компанию, которая добилась выдающихся успехов за счёт сочетания способностей, везения и настоящих инноваций. И это правда. Но это лишь часть правды. На самом деле, Google – это дымовая завеса, за которой скрывается оборонно-промышленный комплекс США.
Скрытая часть восхождения Google, впервые описываемая в данном материале, вскрывает целый шкаф скелетов-секретов, далеко за пределами Google, неожиданно проливая свет на существование паразитической сети, которая раскручивает рост аппарата национальной безопасности США и бесстыдно извлекает выгоды из деятельности компании.
Теневая сеть
За последние двадцать лет стратегия зарубежной и разведывательной деятельности США свелась к глобальной «войне против террора», состоящей из длительных военных вторжений в мусульманском мире и всеобъемлющей слежке за гражданским населением. Эта стратегия разрабатывалась, а то и была навязана, секретной сетью внутри и за пределами Пентагона.
Созданная при администрации Клинтона, упрочившаяся во время правления Буша и прочно укрепившаяся при Обаме, эта двухпартийная сетевая структура в основном неоконсервативных воззрений закрепила своё доминирование внутри Министерства обороны США к началу 2015 года посредством деятельности неявной корпоративной структуры, находящейся вне Пентагона, но управляемой самим Пентагоном.
В 1999 году ЦРУ основало собственную инвестиционную венчурную компанию In–Q-Tel для финансирования перспективных стартапов, которые могли бы создать технологии, полезные для разведывательных служб. Однако мысль о направлении работы In-Q-Tel пришла ещё раньше, когда Пентагон создал свою структуру частного сектора.
Эта закрытая сетевая структура, известная как «Горный Форум» (Highlands Forum), с середины 90-х годов прошлого века служила связующим звеном между Пентагоном и влиятельными американскими элитами вне Пентагона. Несмотря на смену гражданских администраций, сформировавшаяся вокруг «Горного Форума» сеть стала всё более успешно доминировать в оборонной политике США.
Крупнейших оборонных подрядчиков, таких как фирмы Booz Allen Hamilton и Международная корпорация научных приложений (Science Applications International Corporation) иногда называют «теневым разведывательным сообществом» из-за политики «вращающихся дверей» между ними и правительством, и их способность влиять на оборонную политику и одновременно извлекать выгоды из этого. И хотя эти подрядчики конкурируют в борьбе за влияние и деньги, они сотрудничают друг с другом, когда это им выгодно. В течение 20 лет «Горный Форум» обеспечивал неявную площадку для некоторых из самых заметных участников теневого разведывательного сообщества для обмена мнениями с ведущими правительственными чиновниками США наряду с лидерами в соответствующих отраслях промышленности.
Впервые я наткнулся на существование этой сетевой структуры в ноябре 2014 года, когда я сообщил попечительскому совету журнала VICE о том, что новая объявленная инициатива министра обороны США Дика Чейни («Инициатива оборонных инноваций») фактически означает построение Skynet или чего-то подобного, в сущности, с целью доминирования в наступающую эру автоматизированного роботизированного вооружения.
Этот репортаж был основан на малоизвестной профинансированной Пентагоном «белой книге», опубликованной за два месяца до этого Университетом национальной обороны (NDU) в Вашингтоне – ведущим учреждением США, управляемым военными, которое помимо прочего проводит исследования по разработке оборонной политики США на самых высоких уровнях. Эта белая книга разъяснила мысли, лежащие в основе инициативы, а также революционные научные и технологические достижения, которыми она надеялась воспользоваться.
«Горный Форум»
Соавтором названного доклада Университета Национальной Обороны является Линтон Уэлс (LintonWells), 51 год, ветеран-чиновник оборонных органов США, который в Администрации Буша занимал пост Директора по информационной безопасности, курируя Агентство Национальной Безопасности и другие шпионские ведомства. У него по-прежнему сохраняются высшие уровни доступа к гостайне и согласно сведениям журнала «Правительственный вестник», в 2006 году он был председателем «Горного Форума», созданного в 1994 году Пентагоном.
На снимке: Линтон Уэлс II (справа) – бывший руководитель Пентагона по информационной безопасности и заместитель министра обороны по вопросам сетей, на недавнем заседании Пентагоновского "Горного Форума". Рядом с ним сидит Розмари Венчель, высокопоставленный чиновник Министерства Национальной Безопасности США.
Журнал «Нью Сайентист» (New Scientist) сравнил «Горный Форум» с элитными мероприятиями «вроде Давоса», но которое «значительно менее известное, хотя, возможно, настолько же влиятельно. На регулярных собраниях форума «инновационно мыслящие люди обсуждают взаимосвязи между политикой и IT». Наивысшим успехом форума является разработка высокотехнологичного основанного на сетевых технологиях оружия.
С учётом роли г-на Уэлса в работе этого форума, возможно, неудивительно, что его работа по перестройке обороны смогла оказать столь глубокое влияние на реальную политику Пентагона.
Но если это так, то почему это прошло незамеченным?
Несмотря на факт спонсирования «Горного Форума» Пентагоном, я не нашёл никакой официальной странички о форуме на веб-сайте Министерства обороны. Действующие и бывшие источники в среде военных и разведчиков США никогда о нём не слышали, и даже журналисты в области национальной безопасности ничего об этом не знали. Я был озадачен.
Пентагоновская «фирма интеллектуального венчурного капитала»
В предисловии к своей книге 2007 года «Толпа одиночки: будущее индивидуальной личности» Джон Клипинджер (John Clippinger), учёный из MIT, рассказывал о своём участии в собрании «Горного Форума», мероприятии «только по приглашению», финансируемом Министерством обороны, под председательством заместителя по вопросам интеграции сетей и информации. Это высокий пост в Минобороны США, тот, кто его занимает, курирует политику и деятельность самых влиятельных разведывательных ведомств, в том числе АНБ и Разведывательного управления Минобороны США. С 2003 года это должность стала называться «заместитель министра по разведывательной деятельности». Клипинджер писал, что «Горный Форум» был учреждён капитаном ВМФ США в отставке по имени Дик О’Нил (Dick O’Neill), а среди его членов были высокопоставленные военные США из различных управлений и ведомств, а также руководители Минобороны.
На веб-сайте, который поначалу казался основным сайтом Форума, «Горный Форум» описывается как «неформальная междисциплинарная сетевая структура, финансируемая Федеральным Правительством».
Однако у форума есть и другой сайт, на котором организация преподносит себя как «фирму интеллектуального венчурного капитала», имеющую «широкий и разнообразный опыт оказания содействия корпорациям, организациям и руководителям правительства». Фирма оказывает «широкий спектр услуг, в том числе стратегического планирования, разработки сценариев и деловых игр для расширения на глобальных рынках», а также «работает с заказчиками по разработке стратегий для исполнения». На веб-сайте говорится, что «Горная Группа Инк.» (The Highlands Group Inc.) организует целый ряд совещаний по этим вопросам.
Например, помимо «Горного Форума», после событий 11 сентября группа проводит ещё и «Островной Форум» — международное собрание совместно с Минобороны Сингапура, которое О’Нил курирует в качестве «ведущего консультанта». На сайте Минобороны Сингапура «Островной Форум» описан как структура, организованная по образцу «Горного Форума», созданного Минобороны США. В документах, опубликованных сбежавшим сотрудником АНБ Эдвардом Сноуденом, подтверждается, что Сингапур сыграл ключевую роль в обеспечении разрешения для США и Австралии прослушивать подводные морские кабели связи, чтобы шпионить за крупными азиатскими странами, такими, как Индонезия и Малайзия.
На веб-сайте «Горной Группы» также упоминается, что она является партнёром одного из самых мощных оборонных подрядчиков в США и поддерживается «сетью компаний и независимых исследователей», в том числе «в последние десять лет партнёрами в Международной корпорации внедрения научных достижений (Science Applications International Corporation, SAIC) и широкой сетью участников «Горного Форума».
SAIC – оборонная фирма США, сменившая в 2013 году своё название на «Лейдос» (Leidos), которая управляет фирмой SAIC как дочерним предприятием. SAIC/Leidos входит в число 10 крупнейших оборонных подрядчиков в США и тесно взаимодействует с разведывательным сообществом США, в особенности с АНБ. По данным журналистского расследования Тима Шорока (Tim Shorrock), который первым раскрыл огромную степень приватизации разведки США в своей прорывной книге «Шпионы по найму», SAIC существует в симбиозе с АНБ: АНБ является самым крупным заказчиком SAIC, а SAIC в свою очередь – самый крупный подрядчик АНБ.
На снимке: Ричард «Дик» Патрик О’Нил – президент-основатель «Горного Форума» Пентагона.
Полностью имя капитана «Дика» О’Нила, президента-основателя «Горного Форума», звучит как Ричард Патрик О’Нил. После службы в ВМФ США он поступил в Минобороны. Его последней должностью перед уходом в «Горный Форум» был пост заместителя по вопросам стратегии и политики при Заместителе Министра по командованию, контролю, связи и разведке.
Клуб Йоды
Клипинджер из MIT также упоминает ещё одну загадочную личность, почитаемую участниками форума: «Он сидел в конце комнаты, с непроницаемым выражением лица, скрытого за толстыми очками с чёрной оправой… Эндрю Маршал (Andrew Marshall) был иконой в Минобороны. Некоторые называли его «Йода», как символ его мифического непознаваемого статуса… Он работал при нескольких президентах и считался стоящим над политическими партиями. Он поддерживал форум и постоянно был его участником с самого начала».
С 1973 года Маршал возглавлял одно из самых влиятельных ведомств Пентагона – Управление оценки сетей (УОС, англ. ONA), внутренний «мозговой центр» министра обороны, который проводил сверхсекретные исследования по будущему планированию оборонной политики по всему спектру военного и разведывательного сообществ США. УОС сыграло ведущую роль в главных стратегических инициативах Пентагона, в том числе морской военной стратегии, Стратегической оборонной инициативы (СОИ), Инициативы конкурентных стратегий и Революции военного дела.
На снимке: Эндрю «Йода» Маршал, руководитель Пентагоновского Управления оценки сетей (ONA) и сопредседатель Горного Форума, на одном из первых собраний Форума в Институте Санта-Фе в 1996 году. В январе 2015 года должен уйти в отставку.
В одной из редких биографий в журнале Wired 2002 года журналист Даглас МакГрей (Douglas McGray) описывал Эндрю Маршала, которому сейчас 93 года, как «самого непостижимого», но «одного из самых влиятельных» руководителей Минобороны, и добавлял, что вице-президент Дик Чейни, министр обороны Дональд Рамсфельд и его заместитель Пол Волфовиц (Paul Wolfowitz), которых многие считали «ястребами» неоконсервативного движения в американской политике, были в числе протеже Маршала.
Выступая на неприметном для общественности семинаре в Гарвардском Университете через несколько месяцев после событий 11 сентября, президент-основатель «Горного Форума» Ричард О’Нил сказал, что Маршал «не просто постоянный участник собраний форума, но и его сопредседатель, так что «опосредованно всё, что мы делаем, поступает в систему Энди». Т.е. участники форума, возможно, информируют Маршала о широком спектре вопросов».
У форума есть и третий сопредседатель – директор DARPA. Тогда этот пост занимал назначенный Рамсфельдом Энтони Джей Тетер (Anthony J. Tether), который перед приходом в DARPA работал в SAIC.
На снимке: Энтони Тетер, директор DARPA и сопредседатель Пентагоновского «Горного Форума» с июня 2001 года по февраль 2009 года.
О «Горном Форуме»
• Неформальная междисциплинарная сетевая структура, созданная для изучения проблем информационной революции; конфликт в эпоху информации
• Не публикует отчётов и рекомендаций • Спонсор – управление при министре обороны
• Первые сопредседатели: заместитель помощника министра обороны по командованию, управлению, связи и информации; директор управления по оценке сетей; директор DARPA
• Первое собрание проведено в Кармеле, Хайлэндс в феврале 1995 года.
За время существования проведено 16 общих и 7 специальных (узких) собраний организации. По словам помощника министра обороны по командованию, управлению, связи и информации, «16 собраний форума оказали прямое ценное влияние на формулировку политики и программу исследований Минобороны. Форум постоянно предсказывает изменения в информационных и других технологиях и прогнозирует их воздействие в условиях после Оборонной программы на ближайшие годы и политики безопасности»
Из презентации Ричарда О’Нила в Гарвардском университете в 2001 году
Влияние «Горного форума» на оборонную политику США, таким образом, оказывалось по трём основным каналам: через прямое спонсорство управлением при министре обороны (в середине прошлого десятилетия оно было специально трансформировано в управление по разведке при замминистра обороны, которое руководит основными разведывательными службами); через прямую связь с управлением оценки сетей Энди «Йоды» Маршала и через прямую связь с управлением DARPA.
По словам Клипенджера (взято из его из книги «Толпа одиночки»), «… происходящее на неформальных встречах типа «Горного форума» со временем и по неведомым путям влияния оказывает огромное воздействие не только внутри Минобороны, но и во всём мире». Далее он отмечает, что «… идеи форума, которые считались еретическим, стали общепринятыми. Идеи, предававшиеся анафеме в 1999 году, стали текущим политическим курсом всего через три года».
Хотя форум не вырабатывает консенсусные рекомендации, его влияние значительно глубже, чем у обычного консультативного комитета при правительстве. По словам О’Нила, «идеи, всплывающие на собраниях, становятся доступными для использования лицам, принимающим решения, и сотрудникам «мозговых центров». И далее: «На наших собраниях бывают люди из компаний Booz Allen Hamilton (технологический консалтинг), SAIC, RAND (исследовательская компания) и других организаций. Мы приветствуем такой тип взаимодействия, потому что у них есть притяжение. Они пришли с далеко идущими целями и способны влиять на политику правительства путём настоящих научных работ. Мы даём идеи, взаимодействие и связи этим людям, чтобы они брали всё это и использовали так, как им нужно».
Мои неоднократные обращения к г-ну О’Нилу с запросами информации о его работе в «Горном форуме» игнорировались. Минобороны также не ответило на многочисленные запросы информации и комментариев о форуме.
Информационное оружие
«Горный форум» служит мостом: с одной стороны, для влияния теневой сети частных подрядчиков на формулировку политики информационных операций в военной разведке США; с другой стороны, для влияния Пентагона на происходящее в частном секторе. Не найти более яркого доказательства этого факта, чем действительно активная роль форума в формировании идеи массовой слежки как механизма для доминирования в информации на глобальном уровне.
В 1989 году Ричард О’Нил, на тот момент шифровальщик ВМФ США, написал работу для Военно-морского колледжа США под названием «К методологии управления восприятием». В своей книге «Войны будущего» полковник Джон Александер (John Alexander), в то время офицер высокого ранга в командовании разведки и безопасности армии США (INSCOM), отметил, что эта работа О’Нила впервые описала стратегию «управления восприятием» как части информационного оружия. Предлагаемая стратегия определяла три категории целей информационного оружия: противник, чтобы он считал, что является уязвимым; потенциальные партнёры, чтобы «они воспринимали войну как справедливую»; и, наконец, гражданское население и политические лидеры, чтобы они считали, что «расходы стоят прилагаемых усилий». Секретное изложение работы О’Нила дошло до высшего руководства Минобороны. «Они признали правоту О’Нила», но сказали, чтобы он забыл об этом.
Однако Минобороны не забыло. Примерно в 1994 году О’Нилом был создан «Горный форум» как официальный проект Пентагона . Жто было сделано по поручению Уильяма Перри, министра обороны в администрации Билла Клинтона. Перри впоследствии был избран в совет директоров SAIC после ухода из правительства в 2003 году.
По словам самого О’Нила, эта структура должна была стать «лабораторией идей» Пентагона. По данным издания «Правительственный вестник», военные и IT-эксперты собрались на первое собрание форума для «рассмотрения влияния IT и глобализации на США и вооружение – как Интернет и другие новые технологии изменят мир». Собрание помогло зародить идею «оружия на основе Сети» в умах «лучших военных мыслителей страны».
В секрете от народа
Официальные данные Пентагона подтверждают, что основной задачей «Горного форума» была поддержке политики Минобороны в сфере специализации О’Нила – информационного оружия. Согласно годовому отчёту Пентагона президенту и конгрессу за 1997 год в разделе под заголовком «Информационные операции» управление при министре обороны санкционировало «создание «Горной группы» из числа ключевых экспертов Минобороны, промышленности и научных кругов» для координации информационных операций, межведомственного взаимодействия военных разведок.
Отчёт Минобороны за следующий год повторил указание на «центральную роль форума для информационных операций»: «Для изучения вопросов информационных операций Минобороны спонсирует «Горный форум», в котором собираются профессионалы из правительства, промышленности и науки из различных сфер деятельности».
Отметим, что в 1998 году «Горная Группа» стала «Горным форумом». По словам О’Нила, это было сделано с целью снять «бюрократические ограничения». Имелся в виду федеральный закон о консультативных комитетах (FACA), который регулировал порядок формального привлечения правительством США рекомендаций заинтересованных лиц.
Этот закон, известный как «закон об открытом правительстве», требует от должностных лиц правительства США, чтобы они не проводили консультаций «за закрытыми дверьми» или «секретных консультаций» с целью разработки политики, с лицами, не являющимися сотрудниками правительственных органов. Все такие консультации должны проходить в форме федеральных консультативных комитетов, открытых для общественной проверки. Закон FACA требует публичного проведения собраний с объявлением в федеральном реестре, регистрации комитетов, а также выполнения других требований, предназначенных для соблюдения контроля в целях общественного блага.
Однако в «Правительственном вестнике» сообщалось, что «О’Нил и другие считали, что такие регулятивные проблемы «препятствовали бы свободному потоку идей и дискуссиям без ограничений, к которым они стремились». Пентагоновские юристы предостерегали, что слово «группа» могло бы повлечь определённые обязательства, и рекомендовали работать в частном порядке. Поэтому О’Нил переименовал группу в «Горный форум» и перевёл его в частный сектор, чтобы управлять им в качестве консультанта Пентагона. Таким образом, пентагоновский «Горный форум» управляется под эгидой «фирмы интеллектуального венчурного капитала» О’Нила – «Хайлэндс Групп Инк.»
В 1995 году, через год после назначения Уильямом Пери на пост главы «Горного форума» Ричарда О’Нила, SAIC – организация-партнёр форума – запустила новый Центр информационной политики и стратегии под руководством Джеффри Купера (Jeffrey Cooper), члена «Горной группы», который консультировал руководящий состав Минобороны по вопросам вооружений. Задача центра была в точности такая же, что и у форума – выступать в качестве «площадки обмена для лучших и умнейших людей в области информационного оружия путём спонсирования непрерывной серии семинаров, докладов и симпозиумов для глубокого изучения последствий применения информационного оружия». Ставилась цель «дать руководству и разработчикам политики в правительстве, промышленности и научных кругах возможность изучить ключевые проблемы, связанные с информационным оружием, чтобы обеспечить сохранение за Соединёнными Штатами преимуществ над любыми и всеми потенциальными врагами».
Несмотря на нормы закона FACA, федеральные консультативные комитеты уже подвержены сильному влиянию корпораций, если не полностью захвачены ими. Поэтому, обходя закон FACA, Пентагон ушёл даже от его слабых ограничений, полностью исключив возможность привлечения общественности.
Утверждения О’Нила о том, что не выпускаются никакие доклады и не выдаются никакие рекомендации, являются неискренними. По его собственному признанию, секретные консультации Пентагона с представителями промышленности, проходившие на собраниях «Горного форума» с 1994 года, сопровождались регулярными презентациями научных работ и политических докладов, трудами и заметками с собраний, и другими формами документации, которые закрыты паролем и доступны только для участников «Горного форума». Это является нарушением духа, если не буквы, закона FACA и, таким образом, заведомо направлено на уход от демократической подотчётности и верховенства права.
Но «Горному форуму» и не нужно выдавать консенсусные рекомендации, его задача – обеспечить Пентагону теневой механизм социальной сети для закрепления долгосрочных связей с корпоративным бизнесом, и выявлять новые таланты, которые могут использоваться для тонкой настройки стратегии информационной войны в условиях абсолютной секретности.
Суммарное количество участников мероприятий «Горного форума» Минобороны составляет свыше тысячи человек, хотя собрания проводятся обычно в виде компактных рабочих семинаров с числом участников 25–30, на которых присутствуют эксперты и чиновники. В числе участников – руководители из SAIC и Booz Allen Hamilton, RAND Corp., Cisco, Human Genome Sciences, eBay, PayPal, IBM, Google, Microsoft, AT&T, BBC, Disney, General Electric, Enron и множество других; члены Конгресса и Сената от демократической и республиканской партий, высокопоставленные руководители энергетической отрасли США, такие, как Дэниэл Ергин (Daniel Yergin) из IHS Cambridge Energy Research Associates, и ключевые фигуры-участники президентских кампаний.
Среди других участников – профессионалы из отрасли СМИ. Дэйвид Игнатиус (David Ignatius), заместитель редактора Washington Post и, на момент участия, главный редактор газеты International Herald Tribune; Томас Фридман (Thomas Friedman) многолетний колумнист New York Times; Арно де Борчгрейв (Arnaud de Borchgrave), редактор Washington Times и United Press International; Стивен Леви (Steven Levy), бывший редактор Newsweek, автор Wired; ведущий штатный автор журнала New Yorker; Ноа Шахтман (Noah Shachtman – тот самый, кто между прочим, в 2012 году опубликовал в Wired необъективную, мягко говоря, статью о Евгении Касперском. – ред), главный редактор Daily Beast; Джон Маркоф (John Markoff) из New York Times и др.
Поскольку на данный момент организацию курирует заместитель министра по разведке из управления министра обороны, у форума есть доступ изнутри к руководству основных разведывательных и служб и спецслужб США, занимающихся слежкой, а также к директорам и их заместителям в исследовательских ведомствах Минобороны, от DARPA до управления оценки сетей. Это также означает, что форум прочно встроен в систему целевых групп Пентагона по разработке политики.
Google: взращён Пентагоном
В 1994 году, когда был создан «Горный форум» под эгидой управления министра обороны, управления оценки сетей и DARPA, два молодых аспиранта Стэнфордского университета – Сергей Брин и Лари Пейдж – сделали свою прорывную разработку в области первого поиска в Интернете (это ошибка – Google был далеко не первой поисковой машиной в Сети, ему предшествовали Altavista, Yahoo и др. — ред) и ранжирования веб-страниц. Это приложение стало ядром того, что в конечном итоге образовало сервис поиска Google. Брин и Пейдж выполняли свою работу при финансировании со стороны Инициативы цифровой библиотеки (DLI) – межведомственной программы Национального научного фонда, NASA и DARPA.
Но это лишь одна часть истории.
На протяжении всей разработки поискового механизма Брин регулярно и напрямую докладывал о работе двум лицам, которые вообще не являлись преподавателями Стэнфордского университета – д-ру Бхавани Турайсингхам (Bhavani Thuraisingham) и д-ру Рику Стейнхейзеру (Rick Steinheiser). Оба они были представителями исследовательской программы двойного назначения по информационной безопасности и анализу данных, проводимой разведывательным сообществом США.
Сегодня Турайсингхам является заслуженным профессором фонда Луис Бичерл (Louis A. Beecherl) и исполнительным директором Института исследований кибербезопасности Техасского университета в Далласе, признанным экспертом в области анализа данных и информационной безопасности. Но в 90-е годы прошлого века она работала в MITRE Corp. – ведущем оборонном подрядчике США, где возглавляла инициативу Систем массивных цифровых данных (MDDS) – проект, спонсированный АНБ и ЦРУ для содействия инновационным исследованиям в сфере IT.
«Мы финансировали Стэнфордский университет через учёного-компьютерщика Джеффри Ульмана (Jeffrey Ullman), у которого несколько перспективных студентов выпускных курсов работали по многим захватывающим темам», — сказала мне проф. Турайсингхам. «Брин – основатель Google – был одним из этих студентов. Программа MDDS разведывательного сообщества по существу обеспечивала Брину начальное финансирование, которое было дополнено многими другими источниками, в том числе из частного сектора».
Такой способ финансирования не является чем-то необычным, и тот факт, что Брин смог получить его, будучи студентом-выпускником Стэнфорда, видимо, является случайностью. В то время Пентагон присутствовал повсюду в области компьютерных исследованиях. Тем не менее, это подчеркивает, насколько глубоко укоренилась культура Кремниевой долины в ценностях разведывательного сообщества США.
В поразительном документе, размещённом на веб-сайте Техасского университета, Турайсингхам вспоминает, что в период с 1993 по 1999 год «разведывательное сообщество запустило программу Систем массивных цифровых данных (MDDS), которой я руководила от лица разведывательного сообщества, когда работала в MITRE Corporation». По этой программе финансировались 15 исследовательских проектов в разных университетах, в том числе в Стэнфорде. Целью программы была разработка технологий просеивания данных объёмами от нескольких терабайт до петабайта, в том числе для «управления запросами, транзакциями, хранением и интеграцией данных».
Одно время Турайсингхам была главным научным руководителем направления управления данными и информацией в компании MITRE, где она возглавляла совместные научно-исследовательские проекты для АНБ, ЦРУ, Научно-исследовательской лаборатории ВВС США, а также для командования боевых систем космического и морского базирования армии США (SPAWAR) и командования системами связи и электроники (CECOM). Она продолжила далее карьеру, преподавая на курсах обучения анализу данных для борьбы с терроризмом, проводимых для государственных чиновников и оборонных подрядчиков США.
К своей статье для Техасского университета она приложила краткое содержание программы MDDS разведывательного сообщества США, которое было представлено на ежегодном симпозиуме разведывательного сообщества в 1995 году. Там указывается, что основными спонсорами программы MDDS, которая функционировала при директоре ЦРУ, были три агентства: АНБ, департамент исследований и разработок ЦРУ, штаб управления сообщества (CMS) разведывательного сообщества США. Администраторами программы, которая обеспечивала финансирование в объёме 3–4 миллионов долларов в год на 3–4 года, назывались Хал Каран (Hal Curran) из АНБ, Р. Клутц (CMS), д-р Клаудиа Пирс (Claudia Pierce) из АНБ, д-р Рик Стейнхейзер (Rick Steinheiser) из департамент исследований и разработок ЦРУ, сама д-р Турайсингхам.
Турайсингхам далее в своей статье повторяет, что эта совместная программа АНБ и ЦРУ частично финансировала Брина при разработке ядра Google через грант Стэнфорду, который управлялся куратором Брина – проф. Дж. Ульманом:
«Фактически основателя Google Брина финансировала частично эта программа, когда он был аспирантом в Стэнфорде. Вместе с его куратором Дж. Ульманом и моим коллегой в MITRE д-ром Крисом. Клифтоном (Chris Clifton), главным научным руководителем по IT в Mitre, он разработал систему групповых запросов (Query Flocks System), которая давала решения для просеивания больших объёмов данных. Я вспоминаю поездки в Стэнфорд с д-ром Стейнхейзером из разведывательного сообщества, когда Брин подъезжал на роликовых коньках, отдавал презентацию и уматывал. Реально, на последней нашей встрече в сентябре 1998 года, Брин показал нам свой поисковый механизм, который стал вскоре ядром Google».
Брин и Пейдж официально учредили Google как компанию в сентябре 1998 года, в том же месяце, когда они последний раз отчитались перед Турайсингхам и Стейнхейзером. Механизм групповых запросов стал также частью запатентованной Google поисковой системы «PageRank» (ранжирование страниц), которую Брин разработал в Стэнфорде по программе MDDS-АНБ-ЦРУ, а также при финансировании от Национального научного фонда (NSF), IBM и Hitachi. В том же году проф. Клифтон из MITRE, который работал вместе с Турайсингхам в разработке системы групповых запросов, стал соавтором работы вместе с куратором Брина проф. Ульманом и Стейнхейзером из ЦРУ под заголовком «Распознавание знаний в тексте», которая была представлена на научной конференции.
«Финансирование по программе MDDS, которое поддерживало Брина, было значительным в той степени, в которой осуществляется посевное финансирование, но его, вероятно, превосходили другие потоки финансирования», — говорит Турайсингхам. «Срок финансирования для Брина был два года или около этого. В этот период я и мои коллеги по программе MDDS навещали Брина в Стэнфорде и отслеживали его продвижения раз в три месяца или где-то так. Мы на самом деле не контролировали его, но мы проверяли, насколько он продвинулся, указывали на возможные проблемы и предлагали идеи. На этих встречах Брин действительно представил нам исследование групповых запросов и продемонстрировал версии поискового механизма Google».
Таким образом, Брин регулярно отчитывался перед Турайсингхам и Стейнхейзером о своей работе по созданию Google. Действительно, в нескольких стэнфордских работах Брина и Пейджа содержатся ссылки на программу MDDS. В статье Брина и Пейджа, опубликованной в 1998 году, описывалась автоматизация методов извлечения данных из веба посредством «двойного итерационного извлечения моделей взаимосвязей», разработка «глобального ранжирования веб-страниц, названного PageRank», и использования PageRank «для создания нового механизма поиска, названного Google». В сноске во введении Брин подтверждает, что он «частично поддерживался программой массивных цифровых данных штаба управления сообществом» через грант фонда NSF, подтверждая тем самым, что программа MDDS-АНБ-ЦРУ предоставляла своё финансирование через Национальный научный фонд.
Этот грант, в котором Брин указан в числе поддерживаемых студентов (без упоминания программы MDDS), отличался от гранта научного фонда Пейджу, который включал финансирование от DARPA и НАСА. Отчёт проекта, составленный куратором Брина проф. Ульманом, утверждает в разделе «Знаки успеха», что «имеются несколько примеров новых стартапов на основе поддерживаемых фондом NSF исследований». В разделе отчёта «Последствия проекта» указывается: «И, наконец, проект Google также стал коммерческим в виде Google.com.»
Воспоминания Турайсингхам, таким образом, показывают, что программа MDDS-АНБ-ЦРУ не только финансировала Брина на всём протяжении работы с Пейджем при разработке Google, но что высокие представителя разведки США, включая сотрудника ЦРУ, следили за развитием Google на всём пути до момента готовности компании к официальной регистрации. В то время Google снабжался «значительным» объёмом посевного финансирования и обеспечивался наблюдением со стороны Пентагон, ЦРУ, АНБ и DARPA.
Минобороны не комментирует это.
Когда я попросил проф. Ульмана подтвердить, финансировался или нет Брин в рамках программы разведывательного сообщества MDDS, и знал или нет Ульман, что Брин регулярно знакомит Стейхейзера из ЦРУ с ходом работ по разработке механизма поиска Google, Ульман ответил уклончиво: «А можно мне узнать, кого вы представляете, и почему вас это интересует? Кто ваши источники?» Он также отрицал, что Брин сыграл значительную роль в разработке системы групповых запросов, хотя из научных работ Брина ясно, что воспользовался этими наработками в совместной с Пейджем разработке системы ранжирования страниц PageRank.
Когда я спросил Ульмана, отрицает ли он роль разведывательного сообщества США в поддержке Брина при разработке Google, Ульман сказал: «Я не собираюсь удостоить вниманием этот бред, отрицая его. Раз вы не хотите объяснить ни ваши теории, ни то, что именно вы хотите доказать, я не стану вам помогать ни в малейшей мере».
Краткое описание программы MDDS, опубликованное в Интернете на странице Техасского университета, подтверждает, что обоснование этого проекта ЦРУ-АНБ заключалось в «обеспечении посевного финансирования для разработки технологий управления данными, которое несёт высоки риски, но даёт высокую отдачу», в том числе методы «запросов, обзора результатов и фильтрации; обработки транзакций; методы доступа и индексации; управление метаданными и моделирование данных; интеграция неоднородных баз данных, а также разработка соответствующих архитектур». Конечной целью программы было «обеспечение доступа и сплав массивных объёмов данных, информации и знаний в неоднородную среду в реальном времени» для использования Пентагоном, разведывательным сообществом и потенциально всем правительством.
Эти выводы подтверждают утверждения Роберта Стили (Robert Steele), бывшего высокопоставленного офицера ЦРУ и гражданского заместителя директора и основателя управления разведывательной деятельности корпуса морской пехоты, у которого в прошлом году я взял интервью для газеты Guardian по вопросам разведывательной информации в открытых источниках. Ссылаясь на источники в ЦРУ, Стили в 2006 году сказал, что Стейнхейзер и его старые коллеги были основным звеном связи ЦРУ с Google, и организовали финансирование этой инновационной IT-фирмы на начальном этапе. В то же время основатель журнала Wired Джон Бателль (John Batelle) сумел получить следующее официальное опровержение от пресс-секретаря Google в ответ на утверждения Стили: «Утверждения, относящиеся к Google, абсолютно недостоверны».
К данному моменту, несмотря на многочисленные запросы и беседы, пресс-секретарь Google отказывается от комментариев.
Уже после публикации материала директор по корпоративным коммуникациям Google связался со мной и попросил включить в исследование следующий текст:
«Сергей Брин не был участником программы системы «групповых запросов» в Стэнфорде, и ни один из его проектов не финансировался разведывательными органами США».
А вот что я написал в ответ:
«Мой ответ на данное утверждение следующий: Брин лично в своём собственном научном труде выражал благодарность за финансирование от штаба управления сообществом в рамках инициативы систем массивных цифровых данных (MDDS), которое обеспечивалось через национальный научный фонд (NSF). MDDS была программой разведывательного сообщества, созданной ЦРУ и АНБ. У меня есть также письменное свидетельство, как указано в данной статье, от проф. Турайсингхам из Техасского университета, что она руководила программой MDDS от имени разведывательного сообщества США, и что она и Стейнхейзер из ЦРУ встречались с Брином каждые три месяца или около того в течение двух лет с целью ознакомления с ходом Брина работ по разработке Google и PageRank. Работал ли Брин по системе групповых запросов, к делу не относится.
В связи с этим, возможно, вам были бы интересны следующие вопросы:
1) Отрицает ли Google, что работа Брина была частично профинансирована программой MDDS через грант от научного фонда NSF?
2) Отрицает ли Google, что Брин регулярно отчитывался перед Турайсингхам и Стейнхейзером в период с примерно 1996 года по 1998 год до сентября названного года, когда представил им поисковый механизм Google?
http://d-russia.ru/kak-cru-sozdavalo-google.html
https://medium.com/insurge-intelligence/how-the-cia-made-google-e836451a959e#.2zbsh36ia
04.04.2013 Великий сланцевый обман
Энергетическая революция или финансовый пожар?
Недорогая энергия против продолжительного загрязнения: в Соединенных Штатах дилемма в отношении сланцевого газа и сланцевой нефти не мучила ни бизнесменов, ни власти. Менее чем за десятилетие, эти новые ресурсы, как говорят, поставили Америку на рельсы экономического роста, создали новые рабочие места, восстановили конкуренцию. А если эта «революция» была лишь спекулятивным пузырём, который скоро лопнет?
Если верить заголовкам американской прессы, прогнозирующим экономический рывок, вызванный «революцией» сланцевого газа и нефти, страна скоро пресытится «черным золотом». В докладе "Perspectives énergétiques mondiales 2012" (Глобальные энергетические перспективы 2012) Международное агентство по энергии (ИАЭ) объявила, что в 2017 году Соединенные Штаты сменят Саудовскую Аравию на первом месте в мире по нефтедобыче и будут наслаждаться “кажущейся энергетической независимостью”. По мнению ИАЭ, запланированное увеличение производства углеводородов с восьмидесяти четырех миллионов баррелей в сутки в 2011 году до девяносто семи в 2035 году, будет состоять из "полностью из сжиженного природного газа и нетрадиционных источников" (в основном из сланцевых газа и нефти), в то время как традиционная добыча начнёт снижаться с ... 2013 года.
Извлеченные через гидравлический разрыв пластов (впрыск под давлением смеси воды, песка и химикатов, для расщепления скальных пород и возгонки газа), благодаря технике горизонтального бурения (что даёт больше времени для обработки геологических слоев), эти ресурсы могут быть использованы только за счет серьезного загрязнения окружающей среды. Но их эксплуатация в Соединенных Штатах вызвала создание нескольких сотен тысяч рабочих мест и предоставляет преимущество изобилия недорогой энергии. По данным доклада 2013 года "Энергетические перспективы: взгляд в 2040 год", опубликованного группой ExxonMobil, американцы, начиная с 2025 г. станут нетто-экспортёрами углеводородов, благодаря сланцевому газу, в условиях сильного роста мирового спроса на газ.
А если "сланцевая революция" вместо того, чтобы укрепить только что начавшую восстанавливаться мировую экономику, только надувает спекулятивный пузырь, к тому же готовый скоро лопнуть? Слабость возобновившегося экономического роста, а также опыт последних лет должны предостеречь нас от излишних надежд. Испанская экономика, например, ещё недавно переживавшая расцвет (четвертое место в еврозоне в 2008 г.), обрушилась после того как безо всяких предупреждений лопнул пузырь на рынке недвижимости, к которому она была крепко привязана. Политический класс извлёк мало уроков из кризиса 2008 года, и сейчас делаются те же самые ошибки, но теперь в области ископаемых источников энергии.
Расследование “Нью-Йорк Таймс” от июня 2011 года уже выявило несколько трещин в медийно-предпринимательском здании “сланцевого успеха” и раскрыло сомнения различных наблюдателей - геологов, юристов, рыночных аналитиков - в отношении рекламных ходов нефтяных компаний, подозреваемых в том, что они “сознательно и даже незаконно переоценивают эффективность своих месторождений и объемы их запасов ". "Извлечение газа из подпочвенных сланцев», - пишет газета, - «может оказаться сложнее и дороже, чем сообщают компании, - на это указывают сотни электронных сообщений и документов, которыми обмениваются эксперты по этой теме, а также анализ данных, полученных во многих тысячах копях.
В начале 2012 года два американских советника подняли тревогу в «Petroleum Review» , главном журнале британской нефтяной промышленности. Спрашивая себя о "надежности и устойчивости запасов сланцевого газа в США", они отмечают, что прогнозы нефтяников согласуются с новыми правилами Securities and Exchange Commission (SEC) , Федерального Агентства по контролю за финансовыми рынками. Принятые в 2009 году, эти новые правила позволяют компаниям оценивать объем своих резервов, как им заблагорассудится, без контроля со стороны независимого органа.
Для предпринимателей переоценка запасов сланцевого газа позволяет значительно уменьшить риски, связанные с их эксплуатацией. Но гидроразрыв газоносных пластов не только оказывает разрушающее воздействие на окружающую среду, он также создаёт чисто экономические проблемы, так как из-за него добыча сланцевого газа очень недолговечна. В журнале «Nature» бывший научный советник британского правительства Дэвид Кинг подчеркивает, что выработка сланца из шахты падает с 90% до 60% через год после начала эксплуатации..
Такое резкое падение добычи, очевидно, делает невозможной надежду на прибыли. Сразу после выработки шахты их хозяева должны создавать другие, чтобы выдерживать уровень производства и погашать долги. Когда конъюнктура благоприятна, такой бег вперёд позволяет вводить в заблуждение в течение нескольких лет. Таким образом, в сочетании со слабой экономической активностью, производство сланцевого газа в шахтах -- в зависимости от времени выработки, от обильного до вялотекущего -- вызвало заметное падение цен на природный газ в США, с 7 или 8 долларов за один миллион БТЕ (British Thermal Unit - Британская тепловая единица) до менее чем 3 долларов в 2012 году.
Эксперты по финансам не дают себя обмануть: “Сланцевая экономика - экономика разрушения”, предупреждает журналист Вольф Рихтер в «Business Insider». Выработка сланцев пожирает средства с поразительной скоростью, оставляя гору долгов, когда производство разваливается. Чтобы избежать падения прибылей, компании вынуждены закачивать в пласты все больше и больше, осушая шахты одну за другой. Увы, рано или поздно, такая схема упрется в стену.
Геолог, который работал в «Amoco» (до ее слияния с BP), г-н Артур Берман, признает, что он удивлен темпами "невероятно быстрого" исчерпания слоев. Образно называя город Eagle Ford, Техас, “матерью сланцевой нефти”, он говорит, что "ежегодное снижение добычи составляет более 42%" . Для того чтобы обеспечить стабильный доход, нефтяники будут вынуждены бурить "почти тысячу дополнительных шахт ежегодно в одном и том же месте. Эти расходы составляют от 10 до 12 миллиардов долларов в год ... Если суммировать все, можно достичь суммы, выделенной для спасения банковского сектора в 2008 году. Откуда они возьмут столько денег? ".
Газовый пузырь уже начал своё воздействие на некоторые самые мощные нефтяные компании на планете. В июне 2012 года генеральный директор ExxonMobil г-н Рекс Тиллерсон, пожаловался на плохое финансовое положение, объяснив, что падение цен на природный газ в Соединенных Штатах - это хорошо для потребителей, но сущее проклятие для компании, чьи доходы резко сократились. В то время как перед своими акционерами ExxonMobil обязалась не терять ни одного сантима, г-н Тиллерсон выступил перед Советом по международным отношениям (CFR) , одним из наиболее влиятельных в стране мозговых центров think tanks, говоря чуть не плача: «Мы все терпим полный крах. Мы больше не зарабатываем деньги. Все показатели находятся в красной зоне».
Практически в то же самое время британская нефтегазовая компания BG Group была вынуждена "снизить ценность своих активов в американской газодобывающей промышленности до 1,3 миллиарда долларов", что означает "чувствительное падение ее промежуточных доходов” . 1 ноября 2012 года, после того как нефтяная компания «Royal Dutch Shell» пережила три триместра с плохими результатами, с суммарным годовым падением в 24% , информационная служба Dow Jones сообщила эту роковую новость, тревожась из-за “урона”, вызванном (ранее) бешеным успехом сланцевого газа на всех биржевых площадках.
От панацеи к панике
Хотя «Chesapeake Energy» является пионером в освоении сланцев, эта американская компания не сумела избежать газового пузыря. Придавленная тяжестью долгов, компания была вынуждена продать часть своих активов - месторождения газа и нефтепроводы на общую сумму в 6,9 миллиарда долларов - для удовлетворения своих кредиторов. “Компания сокращает свои активы, в то время как ее Генеральный директор сделал из нее одного из лидеров сланцевой революции", - сожалеет Washington Post.
Как герои этой “революции” могли так низко пасть? Аналитик Джон Дизард наблюдал в «Financial Times» от 6 мая 2012 года, как производители сланцевого газа израсходовали “в несколько раз больше собственного капитала в целях приобретения земли, бурения шахт и развития своих программ". Для того, чтобы финансировать эту золотую лихорадку, нужно было занимать огромные суммы "на сложных и тяжелых условиях", ибо Уолл-стрит не делал исключения из своих обычных правил. По мнению Дизарда, газовый пузырь, однако, скорее всего и дальше будет раздуваться, в связи с зависимостью Америки от этих обреченных на экономическое уничтожение ресурсов. «Учитывая эфемерную доходность шахт со сланцевым газом, бурение будет продолжаться. Цены, в конце концов, установятся на высоком уровне, даже очень высоком, чтобы покрыть не только прошлые долги, но и реальную стоимость на продукцию”.
Однако нельзя исключать то, что многие крупные нефтяные компании одновременно столкнутся с подобной финансовой катастрофой. Если это случится, говорит г-н Берман, "могут произойти два или три банкротства или очень громкая сделка по покупке, из-за чего каждый сможет забрать свои деньги, а капиталы испарятся. Это был бы наихудший из всех сценариев”.
Иными словами, аргумент, согласно которому сланцевый газ сможет защитить Соединенные Штаты или весь мир от "нефтяного пика" - уровня, на котором комбинация геологических и экономических ограничений сделает переработку нефти слишком сложной и дорогостоящей - является лишь детскими сказками. Многие недавно опубликованные независимые научные доклады подтверждают, что газовая «революция» не установит новые сроки в этом отношении.
В докладе, опубликованном в журнале «Energy Policy» , команда Кинга делает вывод, что нефтяная промышленность переоценила на треть мировые запасы ископаемых источников энергии. Пока еще доступные пласты не превышают, по их мнению, восемьсот пятьдесят млрд. баррелей, в то время как официальные оценки говорят о тысяче трехстах миллиардов. По мнению авторов, "если большое количество полезных ископаемых так и останется в глубинах Земли, то объем возможной добычи нефти по тарифам, к которым наша глобальная экономика привыкла, является ограниченным и имеет тенденцию к снижению в недалёкой перспективе".
Несмотря на то, что ценные газы удаляются из подпочвенных слоёв посредством гидроразрыва пластов, снижение существующих запасов продолжается темпами, оценённых 4,5 и 6,7% в год. Кинг и его коллеги, следовательно, полностью отвергают тезис, согласно которому эксплуатация сланцевых газов может решить энергетический кризис. В свою очередь, финансовый аналитик Гейл Тверберга напоминает о том, что мировое производство традиционных ископаемых источников энергии перестало расти в 2005 году. Эта стагнация, в которой он видит одну из основных причин кризиса 2008 и 2009 годов, была как бы предвозвестником спада, который может привести к дальнейшей эскалации нынешней экономической рецессии - со сланцевым газом или без него. Далее, в докладе, опубликованном сразу после доклада ИАЭ, «New Economics Foundation» (NEF) предсказывает появление "нефтяного пика" в 2014 или 2015 году, когда цена переработки “превзойдёт цену, которую экономики мира смогут выдержать без существенного вреда для своих активов”.
Эти исследования не привлекли внимания ни СМИ, ни политических кругов, пресыщенных рекламной риторикой энергетического лобби. А жаль, потому что их заключение легко понять: не помогая никому улучшить своё благосостояние, сланцевый газ надувает искусственный пузырь, который временно скрывает глубокую структурную нестабильность. Когда этот пузырь лопнет, он спровоцирует кризис поставок и рост цен, что болезненно скажется на мировой экономике.
Перевод «Переводика»
переводчик Voyager77;
__________________________________
Homo 2.0 21/09/2013
Тема добычи сланцевых газов многократно разбиралась на АШ. С подачи редколлегии, взял на себя труд представить в более удобочитаемом виде ту небольшую подборку материалов по сланцевому газу, которую нарыл камрад Снорус. В подборке присутствуют как видео так и текстовые материалы:
Видео
Газовая страна (Земля газа)
Газовая страна 2 (Земля газа 2)
Газовая лихорадка
Сланцевый газ: революция или провокация?
Сланцевый газ: источник дешевой энергии или экологических проблем?
Экологические аспекты добычи сланцевого газа в Украине
Текст
Великий сланцевый обман
Сланцевая катастрофа: разлилось 300 тысяч литров нефти, идет эвакуация людей
Сланцевая жажда
Сланцевый газ таит опасность
"Пузырю" сланцевого газа в США суждено лопнуть
Коровы без хвостов: В районах добычи сланцевого газа болеет скот
Пузырь сланцевого газа в США лопнул
https://aftershock.news/?q=node/38090&full
01.01.2008 9/11. Расследование с нуля
|
|
Фильм снят по материалам расследования Джульетто Кьезы, Франко Фракасси, Паоло Бьянки. Фильм, подготовленный международной группой экспертов и документалистов под руководством депутата Европарламента Джульетто Кьезы, стал сенсацией 2007 года в Европе. Картина вызвала большой общественный резонанс во время показа в Европейском парламенте и на Римском кинофестивале. В фильме немало вопросов, на которые уже 10 лет нет ответа. Например, куда пропали обломки самолета, врезавшегося в здание Пентагона, где записи многочисленных камер видеонаблюдения, расположенных вокруг Пентагона, как могло случиться, что построенные из стали башни Всемирного торгового центра сложились аккуратно на свое основание, не повредив соседние здания? "Что произошло после 11 сентября? -- говорит Джульетто Кьеза. -- Началась война в Афганистане, потом была война в Ираке. На очереди Иран. Мир сегодня намного беспокойнее, чем тогда. Ситуация ухудшилась
– Я на 83 этаже. Вы можете прислать сюда кого-нибудь?
– Мы поднимемся за вами.
– К нам так никто и не пришел. Весь этаж охвачен огнем.
– Я понимаю.
– Всё в дыму. Я погибну.
– Нет, нет, нет…
– Я погибну…
– Всё будет хорошо. Я позову кого-нибудь. Не отчаивайтесь. Вы должны помочь остальным выбраться.
– Здесь очень жарко. Я сгорю. Кто-нибудь! Помогите!
– Алло, мисс?
– Помогите!..
Голос за кадром: «Усама бин Ладен. Террорист №1. Террористическая организация Усамы бин Ладена…»
Джордж Буш: «Наказать тех, кто ответственен за это… Наказать, наказать…», «Я хочу справедливости. Когда-то на Западе был такой плакат: «Разыскивается. Живой или мертвый».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Нафиз Моссадек Ахмед, историк, Университет Сассекса: «Если вы зайдете на сайт ФБР, то увидите, что Усама бин Ладен числится в нем в списке самых опасных террористов. Однако он обвиняется в организации терактов 1998 года, а не 11 сентября 2001. Некоторые журналисты звонили в ФБР и спрашивали: «Почему вы не связываете бин Ладена с событиями 11 сентября?». Им отвечали: «У нас нет достаточных оснований для этого».
Роберт Фиск, «The Independent»: «Увидев кадры, сделанные в Нью-Йорке на прошлой неделе, я спрашивал себя, был ли бин Ладен потрясен этими снимками так же, как и я. Думаю, он смотрел телевизор, слушал радио, читал газеты».
И это только начало.
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Брайан Кларк, менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне: «11 сентября я был в офисе компании «Евроброкерс», который находился на 84-м этаже Южной башни. В эту башню врезался второй самолет. Я работал за компьютером, когда утром в 8:46 раздался громкий взрыв».
В 8 часов 46 минут 40 секунд самолет «Американских Авиалиний» рейс №11 врезался в Северную башню Всемирного Торгового центра, вызвав многочисленные повреждения здания между 93-м и 99-м этажами.
Брайан Кларк, менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне: «По внутреннему радио объявили: «Внимание! Зданию №2 (нашему зданию) ничего не угрожает. В эвакуации людей и здания нет необходимости». Через пару минут я говорил с парнем по имени Бобби Кол. Бобби сказал, что уже спустился на 8-10 этажей, когда услышал это объявление. Поэтому он снова поднялся наверх. Мы разговаривали, и вдруг раздались два взрыва, и наше здание пошатнулось».
В 9:03 рейс №175 «United Airlines» врезался в Южную Башню.
Брайан Кларк, менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне: «В нашей комнате всё затряслось. Мы были на 84-м этаже, и в тот момент я не знал, что второй самолет врезался в наше здание на уровне 78-го этажа, т.е. шестью этажами ниже».
Полицейский на улице: «Отойдите за желтую ленту! Освободите проезжую часть! Не сходите с тротуара!»
Брайан Кларк, менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне: «Я слышал удары по стене и слабый крик о помощи, доносившиеся с 81-го этажа. Мне удалось вытащить какого-то человека. Позже он говорил, что я был похож на супермена. Нас подбросило в воздух, и я упал на спину, а этот человек оказался сверху. Он меня поцеловал. Мы поднялись, отряхнулись, и я сказал: «Пойдём домой».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «От первого удара обе башни покачнулись, но они тут же вернулись в первоначальное положение. Почему? Потому что были сконструированы так, чтобы выдержать столкновение с самолетом».
Фрэнк Де Мартини, менеджер Бюро проектирования и строительства ВТЦ: «Мы строили башни так, чтобы они могли выдержать удар одного и даже нескольких реактивных лайнеров».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Стивен Джонс, физик: «Башни были очень прочными, их конструкцию можно сравнить со стволом дерева, внутри которого множество волокон. Если дерево наклоняется, внутренние связи между волокнами заставляют его вернуться в исходное положение».
Тем не менее, через 56 минут, после того как самолет врезался в Южную башню, она рухнула.
Брайан Кларк, менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне: «Выйдя из Торгового центра, мы оглянулись и увидели, что башня закачалась. Мы не верили своим глазам – всё здание превратилось в пыль за какие-нибудь 8-10 секунд».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Луи Каччиоли, пожарный, работал в Северной башне: «Мы уже заходили внутрь, когда увидели, как из окон башен выбрасываются люди. Один человек упал прямо на пожарного».
В 10:28 рухнула и Северная башня.
Луи Каччиоли, пожарный, работал в Северной башне: «Обернувшись, я увидел, что башня падает. Чтобы было легче бежать, я бросил свою кислородную маску, а потом меня окутали клубы пыли».
Пожарный на улице: «Наши все целы, как у вас?».Луи Каччоли, пожарный, работал в Северной башне: «Дома меня ждала вся семья. Мне повезло – я выжил. А мои друзья так и не вернулись домой.»
Морган Рейнолдс, Министерство труда США: «Трудно преувеличить важность научных дебатов по поводу причин обрушения башен-близнецов».
Официальная версия обрушения башен была изложена в отчёте Национального института стандартов и технологий. С 2002 по 2006 год его сотрудники изучали обстоятельства обрушения Всемирного Торгового центра. Они пришли к выводу, что оно явилось следствием комбинаций внешних воздействий, вызванных ударами самолетов, и последовавшим за ним пожара.
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «Люди, которые проектировали и строили эти башни, говорили нам, что здания должны были выдержать удары не одного, а нескольких самолетов. Но спрашивается, разве могли инженеры и архитекторы представить, что самолеты врежутся в башни, не имея на борту ни капли топлива? Может быть, они полагали, что самолеты принесет туда попутный ветер?»
Лес Джемиесон, участник движения «Правда об 11 сентября»: «Ни до, ни после 11 сентября башни со стальными опорами не обрушались в результате пожаров».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «В 2005 году в Мадриде был большой пожар – загорелся небоскреб. Пламя было огромным. Пожар продолжался 20 часов. 20 часов подряд! Однако несущие конструкции остались неповрежденными. Небоскреб не упал. (Отель «Виндзор», Мадрид, февраль 2005 года). Как видите, здание объято огнем. Небоскреб не был достроен. Строительные работы продолжались, тем не менее, он устоял. Обратите внимание на белый цвет пламени. Это говорит о большом количестве кислорода. Если вы посмотрите на пламя, вырывающееся из окон нью-йоркских башен, то увидите, что оно тёмно-красное, а дым чёрный».
Стивен Джонс, физик: «Во время пожара из окон башен валил тёмно-серый, почти чёрный дым. Это говорит о недостатке кислорода».
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «Через 55 минут башня рухнула. Согласно официальной версии Национального института стандартов и технологий, в определенный момент стальные конструкции башен ослабли. Они уже не обладали такой же прочностью, как в начале. По мнению специалистов, это произошло из-за невероятно высокой температуры. Но кое-что объяснить трудно. Мы знаем, что множество людей спускалось вниз. В какой-то момент они оказались в том месте, где пожар был наиболее сильным. И всё же, преодолев его, они смогли дойти до основания башни. Как им это удалось?»
Брайан Кларк, менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне: «Посмотрев вниз, я не увидел огня. Я понимал, что нужно попробовать спуститься вниз. Мы решили идти, пока нас не остановит огонь. Мы дошли до 78-го этажа. Пол ещё был цел, однако этаж был сильно поврежден. С другой стороны стены поднимались языки пламени. И всё же пожар не был очень сильным. Я чувствовал, что огню не достаёт кислорода. Мы продолжали спускаться, и когда дошли до 74-го этажа, то увидели, что там всё нормально – свет горел, а снизу поднимался свежий воздух».
О том, что температура внутри башни не была слишком высокой, можно судить по силуэту этой женщины – она стоит в том самом месте, куда врезался самолет.
Пол Крэг Робертс, помощник министра финансов США в администрации Рональда Рейгана: «Можно не сомневаться в том, что официальная версия не объясняет причин обрушения зданий ВТЦ».
Чтобы выяснить причины обрушения зданий, Институт стандартов и технологий провёл множество тестов, некоторые из которых были поручены Лаборатории техники безопасности США.
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Лес Джемиесон, участник движения «Правда об 11 сентября»: «Сотрудник Лаборатории техники безопасности Кевин Райан публично подверг сомнению выводы Национального института стандартов и технологий. После чего был тут же уволен».
Кевин Райан, бывший сотрудник Лаборатории техники безопасности США: «В августе 2004 года мы провели ряд тестов, которые опровергли первоначальную теорию о так называемом «блинчатом» обрушении. Согласно этой теории, этажи оседали и складывались один на другой как стопка блинов. Опоры перекрытий ослабли и перестали удерживать конструкцию. Они рухнули. В наших тестах перекрытия не рухнули, хотя температура пожара была намного выше, а время воздействия продолжительнее. И всё же перекрытия не рухнули. Через несколько месяцев правительство выпустило уточнённый вариант отчёта. В нём было сказано, что образцы перекрытий не обрушились. Кроме того, в Лаборатории исследовали несколько обломков, взятых с места пожара. Анализ показал, что температура пожара была очень низкой. Температура была недостаточно высокой даже для того, чтобы размягчить сталь. И всё же в итоговом заключении сказано, что сталь размягчилась, и перекрытия рухнули. Таким образом, либо результаты тестов недооценили, либо проигнорировали, хотя в компьютере эти данные остались».
Институт стандартов и технологий решил эту проблему своеобразно: прежняя теория «блинчатого» обрушения была заменена на теорию сложения внутрь. В отчёте, выпущенном Институтом, говорится, что жар ослабил перекрытия, и они начали прогибаться. Внешние стены башен также изогнулись. В какой-то момент они уже не могли сдерживать вес верхних этажей.
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Кевин Райан, бывший сотрудник Лаборатории техники безопасности США: «Окончательная версия отчета почти полностью основана на компьютерных данных, но доступа к ним нет. Мы не смогли их проверить. Исследования, проведенные за последние полтора года, противоречат результатам этих тестов. Кроме того, были сфальсифицированы сами параметры тестов: что-то удвоено, что-то уменьшено наполовину. Например, утверждают, что на борту самолета находилось около 13 тонн топлива. По данным Федерального авиационного агентства, горючего было примерно 6,5 тонн, т.е. вдвое меньше. Время, в течение которого компьютерная модель подвергалась воздействию огня, было увеличено вдвое по сравнению с реальным».
Паоло Марини, металлург, Институт материаловедения, Италия: «Одним из поразивших меня фактов была скорость, с которой обрушились башни. Невероятная скорость. Если сбросить груз с высоты 400 метров, а именно такова была высота башен, ему понадобится примерно 9 секунд, чтобы достичь земли. И это в том случае, если ему не будет мешать сопротивление воздуха, замедляющее движение».
Брайан Кларк, менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне: «Всё здание превратилось в пыль за какие-нибудь 8-10 секунд».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Паоло Марини, металлург, Институт материаловедения, Италия: «Столкновение самолета с башней произошло на верхней части. Предположим, что она рухнула внезапно, вследствие огромного давления нижние конструкции ослабли. Однако нельзя не учитывать сопротивления не повреждённых этажей. В любом случае, здание не могло упасть с такой скоростью. Оно обрушилось так, будто внизу была пустота, а не прочная стальная конструкция, которая должна была значительно снизить скорость падения».
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «Рядом с башнями-близнецами стояло ещё одно большое здание, которое задели обломки, упавшей башни».
Стивен Джонс, физик: «В это огромное 47-этажное здание самолеты не врезались. И всё же оно упало в тот же день, но спустя 7 часов после обрушения второй башни. Мы измерили скорость обрушения здания. Она приближалась к скорости свободного падения».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)
Падение Северной башни вызвало повреждения и пожар на нескольких этажах здания №7. Но даже согласно официальной версии, не огонь послужил причиной его обрушения. Тогда почему оно произошло?
Стивен Джонс, физик: «Я понимал, что нужно тщательно изучить все обстоятельства падения здания №7».
У обрушения башен-близнецов и здания №7 есть одна сходная черта – среди обломков всех трёх зданий были найдены куски расплавленного металла.
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Стивен Джонс, физик: «Расплавленный металл, который мы тщательно исследовали, был найден под развалинами всех трех небоскрёбов: обеих башен и здания №7».
Паоло Марини, металлург, Институт материаловедения, Италия: «Специализированный институт выполнил металлографический анализ балочных ферм, найденных на месте обрушения. Когда эти балки вытащили из-под завалов, казалось, что некоторые их части расплавлены. Это абсолютно необъяснимо, т.к. температура огня поднималась максимум до 800 градусов. А чтобы расплавить стальную балку, нужна температура около 1600 градусов. Откуда же появился расплавленный металл? Если изучить зернистую структуру стали под микроскопом, можно заметить присутствие значительного количества вещества, которого там быть не должно. Серы».
Стивен Джонс, физик: «Сейчас мы знаем, откуда там взялся расплавленный металл. Он появился в результате действия вещества под названием «термит», который является соединением алюминиевого порошка, оксида железа и серы».
Паоло Марини, металлург, Институт материаловедения, Италия: «Температура была настолько высокой, что сталь начала плавиться. Это могло быть лишь в том случае, если за несколько секунд температура поднялась до отметки выше 1000 градусов. Стальные балки, безусловно, могли расплавиться в случае использования термита».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Стивен Джонс, физик: «Присутствие термита в обломках зданий свидетельствует о том, что кто-то принёс его заранее и заложил в стальные опоры. Я говорил со специалистом в области обрушения зданий. Он сказал, что именно так они и поступают: закладывают взрывчатку, устанавливают радиоуправляемые детонаторы, а затем инициируют серию последовательных взрывов для того, чтобы здание обрушилось строго по вертикали и с большой скоростью. Это, так называемое, контролируемое обрушение».
Уильям Кристисон, сотрудник ЦРУ: «Все характеристики этих разрушений говорят о том, что это было контролируемое обрушение».
Стивен Джонс, физик: «Будучи учеными, мы выдвигаем различные гипотезы, а затем, анализируя все данные, выбираем наиболее вероятную версию. Нужно учитывать множество факторов. Да, можно обратить внимание на отдельные факты, например, на клубы дыма, и сказать, что из-за высокого давления были выбиты окна, но это не объяснит наличие расплавленного металла или серы».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Жанетт Маккинли, очевидец событий: «Когда упала Южная башня, и клубы дыма влетели в мою квартиру, находившуюся прямо напротив Всемирного Торгового центра, я собрала образцы пыли и отдала их Стивену Джонсону».
Стивен Джонс, физик: «Пыль, которую передала мне миссис Маккинли, даёт представление о субстанциях, образовавшихся при обрушении башен, идеальный образчик. Обнаружив в пыли капли металла, я подумал: «Именно так должен был сработать термит». Я провёл несколько экспериментов с термитом, и каждый раз маленькие капельки металла разлетались в разные стороны. Такие же крошечные капли металла были и в образцах пыли. И ещё там был барий. Это очень интересно, потому что нитрат бария и сера – составные части той разновидности термита, которую используют военные. Термит с добавлением серы и нитрата бария помогает быстрее разрушить сталь. Барий очень токсичен. Он редко встречается в такой большой концентрации, какую мы видим здесь. Наличие в пыли этого вещества убеждает меня в том, что в данном случае, был использован термит армейского происхождения».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Дэвид Рэй Гриффин, автор книги «Расследование событий 11 сентября: ошибки и искажения фактов»: «Выяснилось, что несколько десятков пожарных и врачей скорой помощи слышали в здании один, два, три, семь, восемь, а некоторые и десять взрывов. Люди, находившиеся в зданиях, утверждали, что были сбиты с ног взрывной волной. Другие рассказывали о ярких вспышках. Многие говорили: «Это было похоже на обрушения зданий с помощью взрывов, которые мы наблюдали по телевизору. Мы видели кольца, образующиеся при обрушениях. Мы слышали звуки взрывов».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Уильям Родригес, бывший сотрудник ВТЦ: «Я работал там 20 лет – убирал этажи. В здании 6 подземных этажей. Вспомогательные службы, занимающиеся уборкой Всемирного Торгового центра, располагались на первом подземном этаже. Я был там, когда в 8:46 вдруг услышал взрыв. Он был такой силы, что подбросил нас вверх. Когда секунд через 6 я пришёл в себя, то услышал, как на верхних этажах что-то взорвалось. Это были два разных взрыва. Я воскликнул: «Боже мой!». И в этот момент в наш офис подбежал какой-то парень. Он протягивал руки вперёд, и было видно, что с них содрана кожа. Она свисала с кончиков его пальцев, как обрывки перчаток. Тогда я так и подумал, но подойдя к нему ближе, я всё понял: я увидел, что у него нет части лица».
Филипп Берг, адвокат: «В тот день ключ от всех дверей был у него, и он начал открывать им дверь за дверью. Он сам вывел из здания человек 15 или 20».
Уильям Родригес, бывший сотрудник ВТЦ: «Я начал открывать все двери, чтобы люди могли выйти».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)
Вилли стал героем. Он был в Белом доме, у нас есть фотография, на которой Джордж Буш поздравляет его с присвоением звания Национального героя.
Уильям Родригес, бывший сотрудник ВТЦ: «Мы услышали: «Бум, бум, бум!» – это были множественные взрывы. Я спросил пожарных, что это за взрывы, и они сказали: «Наверное, это взрываются газовые баллоны на кухнях». Нет! На кухнях стояли электрические плиты, там вообще не было газа!».
Луи Каччини, пожарный, работал в Северной башне: «Я услышал громкий взрыв. Я в жизни не слышал такого громкого взрыва».
Брайан Кларк, менеджер компании «Eurobrokers», работал в Южной башне: «Я слышал громкие взрывы. Они раздавались на уровне земли это было очень странно. Было не похоже, что взрывы происходят высоко в воздухе».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Филипп Берг, адвокат: «Зная законы физики, я не сомневаюсь, что эти здания не могли рухнуть без помощи взрывчатки. Вилли оказался в самой гуще событий. Президент Буш чествовал его как героя, а теперь Родригес обвиняет Буша, Чейни и Буша-старшего в убийстве. И делает он это не из корыстных побуждений. Вилли, как и многие другие, потерял свой дом, свою работу. И сейчас его цель – узнать правду».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Расс Уиттемберг, лётчик военной и гражданской авиации: «Правительственная версии событий 11 сентября – полная чушь… Глупо полагать, что подобные манёвры мог совершить самолёт, управляемый, лётчиком-любителем».
Согласно официальной версии событий 11 сентября, в 9:37 утра рейс №77 авиакомпании «American Airlines» врезался в Пентагон. Эти редкие кадры сделаны сразу после столкновения, за час до обрушения здания. Как видите, картина довольно необычная. Скорее мы ожидали бы увидеть части развалившегося самолёта, чемоданы, множество обломков, как это бывает при любой авиакатастрофе. Однако всего этого нет.
Расс Уиттемберг, лётчик военной и гражданской авиации: «Когда я служил в армии, мне приходилось бывать на местах авиакатастроф. И я никогда не видел, чтобы там не было обломков разбившегося самолета. На месте же этой авиакатастрофы нет ни одного обломка».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)
Куда же делся самолет? Разбился о стены Пентагона? В таком случае, на месте катастрофы должны были остаться тысячи обломков.
Расс Уиттемберг, лётчик военной и гражданской авиации: «Двигатели, шасси, тормоза, диски очень трудно уничтожить, т.к. они сделаны из высокопрочной стали. Я не верю, что самолет можно разогнать до такой скорости, чтобы эти детали просто испарились. Кроме того, мы видим 5-метровое отверстие, будто бы пробитое самолетом, размах крыльев которого свыше 30 метров».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «По официальной версии, Боинг-757 «American Airlines» исчез в этом отверстии. Вы видите? Его диаметр 5 метров. Я повторяю – 5 метров! Проведём некоторые вычисления. Размах крыльев Боинга-757 – 38 метров, а высота самолета, учитывая руль направления, – 13,5 метров. По-моему, весьма трудно втиснуть такой огромный самолет в отверстие диаметром 5 метров. На этом снимке мы видим ряд окон с этой стороны и ещё один ряд – с другой стороны. Они все должны были быть разбиты крыльями самолета, но они целы! Даже стёкла не треснули!».
Вот уже несколько лет военные отказываются отвечать на вопросы, возникающие у многих людей, не желающих верить официальной версии. Когда французский журналист Тьерри Мейссан (Thierry Meyssan) опубликовал свою книгу «Страшная ложь», появились совершенно невероятные объяснения того, что произошло.
По одной из версии, самолет превратился в пыль из-за высокой скорости и огромной силы удара.
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «Совершенно не понятно, куда исчезли различные части Боинга? Например, два его двигателя. А крылья куда делись? Просто испарились? Нам просто сказали, что фюзеляж остался целым – пробил насквозь здание Пентагона и вышел с другой стороны, разрушив несколько опорных колец. Самая прочная часть самолета, разумеется, – двигатели. Они сделаны из титанового сплава. Он такой прочный, что не плавится даже при температуре 1600 градусов (температура испарения титана 3286,85°C). По крайней мере, мы должны были бы увидеть в этой стене отверстия, пробитые двумя двигателями. Нет, никаких следов! Ничего похожего на отверстия, которые мы ожидали увидеть».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Расс Уиттемберг, лётчик военной и гражданской авиации: «Нет никаких следов того, что самолет врезался в Пентагон, как, например, в случае с Северной башней, где хорошо видны следы, оставленные самолетом. Мы чётко видим очертания первого двигателя, фюзеляжа и второго двигателя. Понятно даже, что самолет летел под углом 25 градусов. В Пентагоне ничего подобного мы не видим!».
Эти несоответствия создавали всё большие и большие трудности для тех, кто излагал официальную версию. Военные молчали, а в газетах и Интернете стали появляться фотографии обломков самолета, найденные перед зданием и вдоль предполагаемого пути лайнера.
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «Эксперты признали, что самолёт не мог просто раствориться в воздухе, но тут же предложили новую версию – перед тем, как войти в 5-метровое отверстие, самолет каким-то образом «сложил» крылья. Как стрекоза. И втиснулся в отверстие! Смотрите-ка, надо же: и двигатели, и другие части самолета были найдены там!»
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Альберт Стабблбайн, начальник Разведывательного управления Министерства обороны США: «Во время холодной войны я работал в отделе научно-технической разведки. Я занимался интерпретацией видеоизображений. По фотографиям я делал чертежи советской боевой техники. Это была моя работа. Так вот, я смотрю на отверстие в здании Пентагона и на размер самолета, который врезался в Пентагон. Самолет не помещается в это отверстие! Так что же ударило по Пентагону? Что в него врезалось? И куда оно делось? Что произошло?».
Дж. Нельсон, член Комиссии военно-воздушных сил США по расследованию авиационных происшествий: «Учитывая все имеющиеся данные о катастрофе в Пентагоне, любой беспристрастный следователь скажет вам, что Боинг-757 не врезался в него».
Барбара Хонеггер, журналист, Министерство обороны США: «В то утро, после якобы случившейся атаки, генерал армии приказал одному из своих летчиков облететь Пентагон и затем доложить лично ему, что там произошло».
В то время генерал-майор Ларри Арлинг был начальником объединенного командования ПВО США и Канады, сокращённо – NORAD.
Барбара Хонеггер, журналист, Министерство обороны США: «Пилот доложил генералу, что ничего не видел. Никаких улик, подтверждающих то, что в Пентагон врезался самолет».
Карен Квиатовски, очевидец событий: «На лужайке не было ни металлических обломков самолета, ни каких-либо следов его груза. Мы не увидели никаких конкретных доказательств существования самолета».
Стив де Кьяро, очевидец событий: «В здании было лишь небольшое отверстие. Ни хвоста, ни крыльев самолета. Ничего».
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «Если у Пентагона были 86 плёнок со съёмками катастрофы, почему не показали их тем, кто ставит под подозрение официальную версию?»
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Барбара Хонеггер, журналист, Министерство обороны США: «На место происшествия немедленно приехали следователи ФБР. Они изъяли 86 плёнок с записями, сделанными камерами слежения, которые установлены на здании Пентагона, парковке, заправке, находящейся через дорогу от Пентагона, а также на отеле и других зданиях, расположенные неподалёку».
Долгое время военные отказывались обнародовать кадры столкновения самолёта с Пентагоном. Только в 2006 году Министерство обороны США было вынуждено уступить требованиям общественности и показать 4 видеоролика. Однако видеозаписи камер, установленных на заправке и отеле «Шератон», не прибавили данных о катастрофе. А вот кадры, сделанные со стоянки «Шератона», были предложены миру в качестве доказательства того, что самолёт, следовавший 77-м рейсом, врезался в здание Пентагона.
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Расс Уиттемберг, лётчик военной и гражданской авиации: «Из реактивных самолетов не может идти белый дым, а мы видим, как белый дым выходит из задней части какого-то летательного аппарата. Честно говоря, по этим фотографиям трудно понять, что именно это было. Однако, учитывая размеры этого летательного аппарата, можно с уверенностью сказать, что это не Боинг-757/200. Боинг намного крупнее того самолета, который мы видим на фотографии».
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «При всём желании на этих кадрах невозможно разглядеть самолёт. Представители Пентагона говорят нам, что мы не видим его, потому что, к сожалению, он пролетел так быстро, что камера не успела зафиксировать его. Так где же этот самолет?».
Как заявил агент ФБР Жаклин МакГвайер, только одна камера снимала место происшествия. На остальных кадрах – то, что мы уже не раз видели.
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «История о том, что самолет врезался в Пентагон, абсолютно абсурдна! Трудно представить, что огромный лайнер мог лететь на столь малой высоте. Не понятно, как он мог развернуться на 270 градусов на скорости 800 км/ч».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Робин Гордон, пилот-инструктор и авиадиспетчер, Центр управления полетами, Бостон: «Это очень трудный манёвр. Даже опытному пилоту, налетавшему тысячи часов, понадобилось бы 10-20 попыток, чтобы выполнить его. Повторяю, даже опытному пилоту понадобилось бы от 10 до 20 попыток, чтобы выполнить подобный манёвр. Боинг-757 не предназначен для этого. Он сконструирован, как гражданское воздушное судно. Такие большие лайнеры не способны совершать подобные акробатические трюки. Когда диспетчеры аэропорта Даллеса увидели самолет, совершающий крутой разворот, они сказали: «Это истребитель», потому что на это способны только военные истребители. Конструкции этих самолетов, оснащенные автопилотом и дистанционным управлением, позволяют им совершать сложные маневры».
Дэниел О'Брайан, диспетчер аэропорта Даллеса: «Учитывая скорость, маневренность и угол разворота, мы все, опытные диспетчеры, подумали, что это – военный самолет».
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «Не меньшие вопросы вызывает высота, на которой должен был лететь самолет. 6 метров над землёй. На этой высоте он пролетел целый километр, умудряясь перепрыгивать через холмы! Затем он прошел над дорогой и, наконец, врезался в Пентагон, не совершая больше никаких разворотов, т.к. пространства для этого уже не было».
Расс Уиттемберг, лётчик военной и гражданской авиации: «Нам говорят, что самолет летел со скоростью 860 км/ч. Самолет не может лететь с такой скоростью на столь низкой высоте. Выше – пожалуйста, но на такой низкой высоте – это невозможно: воздух слишком плотный».
Нила Сагадеван, летчик и авиационный инженер: «Боинг-757 не может пролететь 800 метров со скоростью 860 км/ч на высоте 6 метров. С точки зрения аэродинамики».
Расс Уиттемберг, лётчик военной и гражданской авиации: «Таким образом, история о том, что самолет врезался в Пентагон лишена всякого смысла».
Отчет комиссии 9/11: «Президент был поражен очевидной сложностью операции и уровнем профессионального мастерства летчика. Особенно тем, как Ханжур на огромной скорости врезался в Пентагон».
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «Узнав, что самолетом управлял Хайни Ханжур, инструктор сказал, что его ученик не мог летать даже на маленьком аэроплане с одним двигателем».
Расс Уиттемберг, лётчик военной и гражданской авиации: «Эти люди не имели лётного опыта для того, чтобы совершить подобный манёвр. Человек не может в первый раз сесть за штурвал реактивного лайнера и с легкостью управлять им. Это всё равно, что показать мне, как разделывают рождественскую индейку, а потом сказать: «А теперь иди и сделай пересадку сердца».
Дарио Фо, лауреат Нобелевской премии: «Даже если предположить, что у этого неумелого летчика была возможность попробовать свои силы на Боинге-757, мы должны спросить себя – как ему удалось нарушить самое охраняемое воздушное пространство в мире?».
Робин Гордон, пилот-инструктор и авиадиспетчер, Центр управления полетами, Бостон: «Ни один самолет не может незамеченным приблизиться к Пентагону или к Белому дому. Это невозможно». 9/11. Расследование с нуля (часть 1)Джон Джадж, эксперт: «Воздушное пространство над Вашингтоном – одно из самых охраняемых в мире. Оно имеет выделенный канал радиолокационного сопровождения системы быстрого реагирования».
Робин Гордон, пилот-инструктор и авиадиспетчер, Центр управления полетами, Бостон: «Это закрытое воздушное пространство, охраняемое высокочувствительными приборами, мимо которых ни одно воздушное судно не может пройти незамеченным».
Джон Джадж, эксперт: «Радиус оборонительной зоны распознавания объектов над округом Колумбия – 80 км. Радиус следующего оборонительного рубежа – вокруг Вашингтона – 27 км. И, наконец, 5-километровая зона вокруг Капитолия. В это пространство практически невозможно проникнуть в силу значимости находящихся там зданий».
Робин Гордон, пилот-инструктор и авиадиспетчер, Центр управления полетами, Бостон: «Это воздушное пространство можно сравнить с «ничейной» землёй, куда никто не имеет доступа».
Джон Джадж, эксперт: «В 16-ти километрах к югу от округа Колумбия находится военная база Эндрюс, на которой несут дежурство самолеты F-16 и F-18. Там же расквартирован 130-й воздушный полк. Его истребители-перехватчики могут подняться в воздух за считанные секунды. Однако 11 сентября это было сделано лишь после того, как некий объект врезался в Пентагон».
Барбара Хонеггер, журналист, Министерство обороны США: «Если какой-то самолет действительно приближался к Пентагону – почему его не сбили? Ведь там есть системы противовоздушной обороны. Более того – это самое охраняемое здание на планете. Этот самолет мог быть только военным! Потому что только военные самолеты оснащены радиолокационной системой распознавания самолетов и кораблей «свой-чужой», и только военным самолетам разрешено приближаться к Пентагону».
Робин Гордон, пилот-инструктор и авиадиспетчер, Центр управления полетами, Бостон: «Военные радары распознают сигналы двух типов радиолокационных систем: гражданской и военной. Военные самолеты могут передавать сигнал «свой-чужой». У гражданских самолетов такой сигнал отсутствует. Таким образом, если на Пентагон летел Боинг-757, он не мог передавать этот сигнал. В таком случае, он превращался в неопознанный объект, вторгшийся в закрытое воздушное пространство. Что в этом случае должны были сделать? Сбить его!».
Джон Джадж, эксперт: «Получается, что в один и тот же день, в одно и то же время произошел сбой в работе федерального авиационного агентства, объединенного командования ПВО и системы обороны Пентагона. Была нарушена стандартная процедура действия в случае террористической атаки. Но такого просто не могло быть!».
9/11. Расследование с нуля (часть 1)Гор Видал, писатель: «Пентагон символизирует нашу военную мощь, и вдруг по нему наносится удар. До сих пор никто не знает, что именно ударило по нему – самолет или ракета? И наше правительство никогда не расскажет нам. Приходится ждать объяснений француза».
12.12.2006 Армагеддон на горизонте? Из Лондона в Бейрут
24 июля
Более 300 человек убито, большая часть – гражданское население. Тысяча человек ранены. Полмиллиона, лишились жилья, и их число продолжает расти. Треть этих ливанских жертв по сведениям ООН - дети. Эти цифры заставляют казаться маленьким масштаб террора и трагедии, парализовавшей Лондон примерно в это же время год назад, когда 52 человека погибли и 700 были ранены в спланированной бомбовой атаке на пассажирскую транспортную систему.
Происходящее в Ливане в шесть раз разрушительнее, мучительнее, болезненнее и «террористичней» одного теракта. Но лидеры Соединённого Королевства, США и европейских правительств далеки от такой мысли. Они единодушно перебирали пальцами и бормотали бессмыслицу, в то время как Израиль приступил к ответу на захват Хизбаллой солдат израильских сил обороны – действие, соответствующее законному военному сопротивлению против незаконной оккупации, - безжалостно руша мирную жизнь и инфраструктуру Бейрута. Операции израильской армии были направлены на жизненно важные гражданские сооружения, включая канализационную систему и водоснабжение; израильские войска разрушили крупнейший молочный завод Ливана и фармацевтический комбинат, обстреляли пункты укрытия гражданских лиц ООН, сравняли с землёй целые деревни и превратили мечети, церкви и дома в груду камней. Они отрезали дороги и мосты, блокируя жизненно необходимую гуманитарную помощь.
Террористические акты, направленные на Другого, вовсе не считаются терроризмом, - в орвеллианском мире демагогии СМИ они наоборот становятся достойными похвалы героическими действиями. На поверку, когда в результате израильского воздушного удара в южном Ливане были убиты восемь граждан Канады, американский посол в ООН Джон Болтон сделал ударение на том, что смерти в результате операций израильской армии нравственно отличны от смертей израильтян от атак Хизбаллы. «Я думаю, было бы ошибкой приписывать моральное равенство смерти гражданских как прямому результату злоумышленных террористических актов» - сказал он. В отличие от этого, израильские военные операции являются всего лишь «самообороной», иногда приводящей к «трагическим и плачевным последствиям смерти гражданских лиц».
Погибшие ливанцы – это ничего нестоящие жертвы. Они не берутся в счёт. Не в пример жизни израильтян. Моральное различение, сделанное Болтоном, на самом деле совсем не морально; оно политично, оно является политическим решением рассматривать жизнь одной группы людей священной, а другой функционально несущественной. Подобные «моральные» различения - это самое важное в легитимации крупномасштабного систематического насилия над определённой группой людей.
Бомбёжки Бейрута не являются результатом фундаментального религиозного конфликта. В ходе рейдов израильские силы обороны убивают ливанских и неливанских мусульман, евреев и христиан. Сложно, будучи застигнутым ужасом окровавленных тел, оставленных после воздушных ударов израильской армии, напомнить себе о контексте кризиса и его стратегических траекториях. Тем не менее, общие причины необходимо понять.
Израильские политики обдумывали затяжной региональный конфликт как потенциально пригодный способ достижения давнишних исторических целей. Израильское общественное мнение с трудом охарактеризовало конфликт как региональный сговор, замышленный Ираном и Сирией против Израиля. Это скрывает тот факт, что несмотря на действительную поддержку Хизбаллы этими странами, ливанская группа сопротивления является автономной и открытой организацией, крепко вросшей в национальную почву Ливана. Американские и израильские политики, однако, видят в резкой эскалации конфликта возможность опробовать перспективу Американо-израильского военного экспансионизма.
Следует напомнить себе, что вторжение в Ирак было только первым этапом развёртывания стратегии перестройки Ближнего Востока, наличие которой сейчас хорошо документировано и неоспоримо. Джо Клейн, член Совета по Внешней Политики, в своём интервью в журнале “Time” в феврале 2003 года обратил внимание на то, что «Израиль участвует в разумном объяснении войны в Ираке. Он – эта та часть аргументации, которая хотела бы остаться неназванной, фантазия, тихо лелеемая неоконсервативной фракцией в Буше и многих лидерах американского еврейского сообщества». Войной в Ираке США намеревались начать новую эру на Ближнем Востоке; она должна была «послать сигнал Сирии и Ливану об угрозах их поддержки исламских террористов», привести к завершению палестинскую проблему и встряхнуть «вялую Хашимитскую монархию в Иордании». Сейчас мы наблюдем новый этап этой «новой эры» в развитии.
Нужно ли вспомнить влиятельный стратегический документ 1996, написанный Дэвидом Вурмсером и опубликованный Институтом Современных Стратегических и Политических Исследований (IASPS), что в Иерусалиме и Вашингтоне, Округ Колумбия? В нём сказано: «Борьба за доминирование и разграничение Ирака – это отсроченная битва за доминирование и баланс сил в Леванте в долгосрочной перспективе…США должны поддерживать шаги на ослабление позиции Сирии в Ливане, подрывать позиции Ирана, обеспечивать долгосрочную прозападную ориентацию и интеграцию в Европу Турции, поддерживать усилия Иордании в Ираке, и лучше анализировать динамику преемственности Саудовской Аравии в отношении внешней политики».
Любой здравый наблюдатель сможет ясно выявить в этом огромную опасность. Израиль усиливает агрессию, как в дипломатической риторике, так и в военных действиях – против Бейрута, Дамаска, Тегерана – полностью осознавая, что этим он драматично увеличивает вероятность крупного конфликта. Иран громко заявил о своей солидарности с Дамаском в случае серьёзного израильского наступления. В ситуации, когда израильская армия продолжает безнаказанно терроризировать Ливан, когда наши правительства продолжают помогать Израилю военной и финансовой помощью, Хизбалле ничего не остаётся кроме усиления своих ответных действий при поддержке Сирии и Ливана. Как обычно, ответные действия Хизбаллы используются Израилем как достаточное оправдание для усиления беспорядочного насилия над ливанскими гражданами, что ещё более обостряет ответные действия Хизбаллы.
Кольцо насилия расширяется и углубляется, и американские лидеры и эксперты всё больше обвиняют Иран, впрочем, бездоказательно, в организации первоначальной операции Хизбаллы по захвату израильских солдат. Опасность того, что усиливающееся участие Ирана и/или Сирии в конфликте может быть использовано Израилем для превращения его в крупномасштабную региональную войну, нельзя недооценивать. Как написал много лет назад покойный Исраэль Шаках, профессор Еврейского Университета в Иерусалиме в своих «Открытых секретах», (London: Pluto,1997):
« Желание мира, которое часто считается целью Израиля, на мой взгляд не является принципом израильской политики, а таковым является желание расширить израильское доминирование и влияние… Израиль готовится к войне, если понадобится и ядерной, ради предотвращения внутренних изменений, если его таковые не устраивают, в некоторых или любой государстве Ближнего Востока…, не колеблясь использовать все доступные средства для достижения цели, включая ядерное оружие».
Сейчас, наверное, самое время обратить внимание на предупреждение Шакаха – как США, так и Израиль при участии Великобритании и европейской двуличности, совершают манёвр в ту сторону, где они могут легитимировать начало многочисленных военных конфронтаций с Ливаном, Ираном и Сирией. Ядерный подтекст никогда не забывался нашими лидерами. И Британия и США принял стратегию «первого ядерного удара» и активно разрабатывают тактическое ядерное оружие для того, чтобы превратить это неконвенциональное вооружение в стратегически значимое. Вице-президент Дик Чейни продолжает проводить большую часть своего времени в секретных ядерных бункерах, где он следит за созданием и функционированием невыборной группы неизвестных должностных лиц, которых предполагается привести к власти в случае ядерного удара по Соединённым Штатам.
На протяжении последних нескольких десятилетий на Ближнем Востоке, Армагеддон долго мерещился на горизонте, но в свете недавних событий его тень вырисовывается ближе. Наши лидеры нерациональные, не заслуживающие доверия люди, и в их руках мы не в безопасности. Мы не хотим получить 7 июля 2005 года - большее в тысячу раз. Поэтому, мы должны действовать сейчас; что означает донести наши голоса и дать им раздаться так ясно и подавляюще, чтобы те, кто убивает и помогает убийствам от нашего имени, не могли больше делать этого.
Спецвыпуск "За Ливан!", 2006 left.ru
____________________________
http://www.ussr-2.ru/index.php/politika/sotsiologiya-orgstruktury/sprutovedene-nafiz-akhmed?showall=1#sigProGalleriaa1a0ee5f30