Равинагар

Автор: Михайлов Р.В.

О Мышлении Категория: Михайлов Роман Валерьевич

Страница 15 из 34

СИМВОЛЫ САХАДЖИИ

На днях побывал в гостях у бенгальских друзей. У них маленький ребенок, он только-только начал учиться читать. На полках много книжек типа букваря. Одна из книжек называется YZB 0_-U (sahaj parar) - простое чтение. YZB (сахадж) переводится там как «легкий». Но сахадж еще переводится и как «простой», «мягкий», «естественный», «природный», «спонтанный».

Шесть лет назад я написал сумбурную заметку «Шепот Нитьянанды» о символике бенгальской (вайшнавской) сахаджии. Здесь я приведу основные детали той заметки с дополнительными комментариями. Постараюсь сделать это в менее экзальтированной форме, нежели было в той старой заметке. Для общего повествования-исследования данная тема крайне важна, она позволяет посмотреть по-новому на сцепки телесного-символического.

Сахаджпур - это первый важный символ. Это город. Это цель. Это обитель истинных чувств. Описние путешествия в Сахаджпур напоминает блуждание в поисках Небесного Града, мест зеленой травы, птиц с чудесными голосами, нежного пения водной тишины. Это песнь о возвращении домой, в город правды, в Икстлан-Петушки.

География метафизического тела (апракрита-деха) начинается с четырех незримых озер (саровара) и соединяющей их плутающей реки (банканади). В Чарьяпаде выстроены все те же символы: тело -лодка, разум - весло. Появляются знакомые категории: корабли и кораблики (гхарули), хата (гхара), лотосный лес (налиниван). Различные категории бытия рассматриваются как деревни, стоящие на берегах плутающей реки, текущей в Сахаджпур.

Это путешествие, возвращение домой, может происходить внутри тела. Здесь важно коснуться самого понятия «тело» - деха. Это может быть далеко не только физическое тело, но и пространство вообще, но и психика в том числе. Мы можем вернуться к пространству как психике и получить новые, содержательные интерпретации символов

сахаджии. А если мы сможем на каком-то этапе слить воедино понятия «мягкость» и «естественность», определенно, выловим понимание.

Следующие важные символы - это герой (наяка) и героиня (найика). С помощью небесной майтхуны они соединяют два символа: раса и рати. В теле эти символы проявляются мужским семенем (белым нектаром) и женской менструальной кровью (красным нектаром). При их смешении рождается категория светлого видения. Это далеко не алхимическая сыворотка, описанная в Тантралоке, которая изготавливается смешиванием семени с кровью и настойкой, с дальнейшим ритуальным поеданием. Это именно результат полноценной страсти, именно радостный и чистый сексуальный акт, наполняющий каплями все четыре озера: кама-саровара, мана-саровара, према-саровара, акшая-саровара. Голубые лотосы распускаются на акшая-саровара, пускают корни, остаются жить в таинственном лунном свете. Расаттва (полнота соединения раса-рати) и рожденная категория светлого видения отправляются по плутающей реке... отправляются в Сахаджпур. По дороге они видят все-все-все: и темные тени, и сладкие конфеты (бхияна). Они плывут на корабле Сахаджа-васту в далекий город, где примут и сами явят чудеса.

Ведь это очень красиво. Возвращение домой, будь то возвращение с войны, с непонятного праздника, имеет свои темные тени, сладкие конфеты, таинственный лунный свет.

Лунный корабль есть и на Севере. На лодке оказывается Шукравахини (побуждающая семя течь), она полна застенчивости и стыда. Она краснеет, прикрывает лицо. А затем она сама теряет сознание, сраженная собственной красотой. Так излагается приход Кубджики на лунный корабль. Ныне культ Кубджики скрыт, а был ли он когда-либо открыт - нам остается лишь гадать. Поразительны переплетения некоторых тантрических повествований. Абсолют проявляет себя в неожиданном разуму аспекте. Когда на корабле воцаряется гармония, сексуальность преодолевается и остается далеко позади целительного безумия, является побуждающая семя течь, и все начинается заново. Безумие выходит из всякой сверхчувственной власти, гармония кажется уродством, Шукравахини проявляется вновь, уже через себя, разрушая, вновь созидая, созерцая содеянное, ужасаясь содеянному.

Димок пишет: «the scholar who makes a full study of the Sahajiya cult will have to go to the manuskripts, which will be diffucult work: not only the texts themselves obscure, but the hands which wrote many of those that I have seen seem to have had no compunction about perpetrating amazing linguistic atrocities». Здесь прекрасно ловится разница между бенгальским и кашмирским положением дел. Сахаджия использует единственный работающий язык - язык символа. Абстрактные онтологические категории скреплены чувствами, слезами: здесь то дерево, где Радха ждет своего возлюбленного, а в КШ не было бы никакого дерева, была бы 47-я категория таттва-гьяна-спанды), здесь предчувствие сезона дождей в Бенгалии, здесь пастушки сдувают лепестки с цветочков.

Есть три героини, возникающие в картине путешествия: Самартха-рати - женщина, отдающая себя ради удовольствия героя (Радха), Саманджаса-рати - женщина, отдающая себя и берущая удовольствие взамен (Рукмини), Садхарани-рати - женщина, лишь берущая удовольствие (Кубжа). Интересно сравнить с двумя царевнами, упомянутыми у Проппа. Две царевны (плохая и хорошая) просто интерпретируются как две жены Адама.

Интересно, что герой ищет именно самартха-рати, именно с ней он хочет явить полноту

раса-рати и поплыть в Сахаджпур, став для нее Кришной. Интересно было бы найти описание двойственности озера-реки и описания метафизического щелчка, переставляющего озера с реками. Это может быть просто испытание: сознание мыслит себя плывущим в Сахаджпур, на деле же оно мечется по одному из озер.

Раса-рати плывет сквозь тени голубых лотосов в место спрятанной луны (гуптачандрапур). Их категорная оболочка и есть сердце перформанса. Абхинавагупта в своих описаниях театральной деятельности говорит о том же. Перформанс становится Сахаджа-васту, семенем скрытого явления, достойным пассажиром. То же присутствует в работах вайшнавских сахаджиев, бенгальских тантриков, баулов. Таким образом, Сахаджа-васту - это и корабль, и пассажир на корабле (вместилище и вместимое одновременно).

Сборщики нектара собираются вместе и делают круги. Теперь важный важный момент: Сахаджпур - это не Вайкунтха, Гуптачандрапур - это не Гокула. На некоторых вайшнавских картах метафизических тел озера заменяются лесами Враджа, то есть Вриндаванами. Описываются Вриндаваны разных уровней: нава-вриндаван, нитья-вриндаван, шри-вриндаван, голока-вриндаван. Сиддха путешествует по разным Вриндаванам, проходит сквозь заросли, общается с животными.

Биджа Кришны, как и Дакшина Кали, «клим». Биджа Радхи «хрим». Ка ла И м. Все начинается во Вриндаване, во время радостной пуджи. Рати предчувствует существование лунного света за скрытым озером, плывет туда и сливается со своим предчувствием, рождая трепет, пригодный для путешествия в Сахаджпур. Во время путешествия по плутающей реке, вся природа напевает биджа-мантры, радуя и вдохновляя рати. Соприкасаясь с метафизическими категориями, явленными, как деревни, живущие на берегах реки, «клим» переходит в первопричину (сарва карана каранам). Сложные и запутанные концепции крамы, спанды, пратьябхиджни, предстают здесь как поля с пасущимися коровами, дающими неограниченное количество молока (сурабхи).

Говорение о «тантрических аспектах» бенгальской сахаджии мне представляется делом нелепым. Это как говорить о тантрических аспектах тантры. Вся бенгальская сахаджия, как и бенгальский шактизм, тантричны по рождению. Есть просто бангла дхарма - общая тантрическая жуть, сеть, общая радость. Как и КШ, бангла дхарма - это непонятно что такое, это и святость, и бред. В книге «Tantra in Bengal» Банерджи одно из приложений посвящено цитированию тантрических текстов известными вайшнавскими деятелями. Харибхакти-виласа цитирует и Рудраямалу, и Нарада-тантру, и Крама-дипику. Госвами Вриндавана цитируют и используют тантрические тексты для описания идей и структур (все ссылки есть в упомянутой книге). Причина здесь все та же: бенгальский тантризм - это общая сеть взглядов бенгальского шактизма, сахаджии, буддизма, перемешанная со снами факиров-суфиев, радениями баулов и тому подобным. Шива-Шакти здесь живет, как Кришна-Радха - причина и следствие расататтвы, нитьявасту (категории вечного сознания), кула и акула - деревни на берегу реки, возникающие на пути в Сахаджпур.

Гопинатх Кавирадж делит внутренние озера на левые и правые: кама-саровара и мана-саровара относятся к левым, а према-саровара (кширода-саровара) и акшая-саровара - к правым. Аспекты человеческой души представляются лотосами, растущими на этих озерах. Низший уровень населен восьмилепестковыми лотосами, высший -

тысячалепестковыми. В некоторых текстах говорится, что низшее озеро наполнено мочой, а одно из высших - молоком. По мере приближения к Сахаджпуру, душа раскрывает свои тайные аспекты. Река, огибающая новые и новые деревни, дает время и силы раскрытию тайн и стыда.

Как один из моментов ошибки явлен образ садхаков, совершающих паломничество к чувственному озеру. Все очарованы его спокойствием и красотой. Теплый лунный свет живет на его поверхности, уводит взгляд в тайну. Внезапно один из садхаков решает омыть лицо водами этого прекрасного озера. Капля воды попадает на его язык и он чувствует соленый привкус. Разобравшись, садхаки бегут оттуда прочь - озеро наполнено мочой. Они перепутали озера, пришли не в ту деревню и теперь им придется годами пересматривать знаковые системы, изучать новые языки.

Пришел смешной образ. Один тантрик идет по дороге и видит толпу садхаков, бегущих прочь от озера. Он как раз идет с мест молочного озера, идет в поисках легендарного озера, наполненного мочой. Он удивленно провожает бегущих взглядом.

— Мутра?

— Мутра. Мутра.

И он улыбается внутри себя, утверждаясь в правильности видимого.

Птицы предчувствуют рассвет, спешат разбудить Радху и Кришну. Поют они биджи: хрим-хрим, клим-клим, хрим-клим, клим-хрим. Эти песни - тайный язык ночного Вриндавана, который отлично понимают восемь гопи Вриндавана, охраняющие страсть и покой источника расататтвы. Биджи Радхи и Кришны - части песни птиц ночного Вриндавана. Кришна и Радха просыпаются в объятьях друг друга. Гопи укрывают их тайну. Эта тайна прячется в лепестках голубого лотоса, растущего на одном из озер. Север, Юг, Запад, Восток представляют четыре разных измерения (в хинди U8 e - charon taraf -означает «повсюду» - буквально «на все четыре стороны», вообще там четверка часто присутствует, как признак полноты, например, «чар ке самне» означает «в присутствии всех»). Сделать шаг на Север, а затем сделать шаг на Юг -- это не тоже самое, что остаться на месте. На Северо-Востоке находятся горы, скрывающие малые озера. Лотосы малых озер необычайно нежны, они не отдаются в руки, тают при малейшем прикосновении. Вместе с лотосами растворяются и тайны, живущие в них. Посему садхаке надлежит быть терпеливым и трепетным.

Следующий уровень скрытого языка - это биджи, понимаемые всеми 108 гопи Вриндавана. Птицы, воспевающие раса-лилу, используют различные комбинации бидж. Тот, кто ловит этот язык, погружается в раса-шравану. И все это звучит лишь в предчувствии радостной пуджи, после которой предстоит начало путешествия в Сахаджпур. Время здесь явно скомкано. «После» совершенно формально и может быть заменено на «до». При этом, упомянуты 24 минуты (50 данд) темной ночи души. Наименее скрытый (но все же скрытый, гухья-бхаша) из уровней языка связан с комбинациями бидж, понимаемых всеми 16108 гопи. Таким образом, цепочка 8-108 -16108 - это (не номер телефона) указание на определенные, весьма четкие, уровни сознания, а не просто мифологический кусочек нумерологии.

Практики баулов также содержат рати-садхану, найика-садхану, как эзотерическую часть дел. Интересно, что приводятся различия между ритмом майтхуны у шактов и вайшнавов.

B. Bhattacherjee «Some Aspects of the Esoteric Cults of Consort Worship in Bengal». Вообще, чем ближе к центру озера, тем страннее биджи звучат и тем меньше они напоминают птичье пение.

По пути в Сахаджпур идущий предстает перед тремя дверьми. Они могут быть покрашены в разные цвета, к примеру, в белый, красный, черный. Указывается, что идущий должен выбрать среднюю дверь (madhya dvAr). Именно за средней дверью хранится тайна нитьявасту - плода расататтвы. Но средняя дверь оказывается скрытой; порой кажется, что двери всего две: левая и правая. Много этих прекрасных дел описано в диссертации Hayes «Shapes for the soul: A study of body symbolism in the Vaishnava Sahajiya tradition of medieval Bengal» (там же приведены символические карты озер и рек).

Танец с луной происходит в теле и проявляется как месячный цикл. У женщин он предстает циркуляцией рати, у мужчин - циркуляцией раса. Мужские месячные - тема запутанная. Но скрытые практики часто совершаются в строгом соответствии с лунными календарями. Это подобно старым рассуждениям о луне, которая должна висеть в небе во время побега. При неправильной луне все может рассыпаться, растеряться. Корни лотосов имеют красный цвет, символизируют рати. Раса-рати привлекается белыми лотосами с красными корнями и тем самым допускается к тайнам, скрытым в лепестках. Возможно, при неправильной луне складывается измененное освещение (сравните с теорией светильников в хате), при котором красно-белые символы выглядят непривлекательно и искаженно. На мана-саровара растет сто желтых лотосов.

Сахаджпур начинается за озерами, за мыслимыми цветами и понятиями. Сахаджавасту вмещается, как вневременное, чистое и страшное. Это как шепот Нитьянанды -беззвучный, завлекающий, красный. Баулы и сахаджии знают географию тамошних рек и озер до капелек, они объездили все эти места, узнали уловки и цвета. Они способны слышать песню и указывать фазу луны, при которой эта песня была впервые спета.